Все-таки Булгаков чертовски хорошо пишет! Мне кажется, он и расписание поездов мог бы написать так, чтобы каждая фраза была шедервом, а все вместе — смешно и захватывающе. С историей Мольера получилось так же. По сути это биография, уж не знаю, насколько подробная и достоверная, но Булгаков ссылается на достаточно большой объем проверяемой информации — думаю, он честно отработал с доступными источниками (вряд ли уж он сам придумывал суммы, которые собирали те или иные спектакли, даром что художественной пользы от этого чуть). Булгаков прослеживает жизнь Мольера от рождения до смерти, заодно немного захватывая и историю Франции — а там есть, что захватить, учитывая, что под конец своих дней Мольер руководил придорным театром Короля-Солнце, и сам Людовик периодически появляется на сцене как у Булгакова, так и у Мольера. Изображенный Булгаковом Людовик, кстати, и правда очень умный человек — не говоря уж о том, что его покровительству не в последнюю очередь Мольер обязан своей славе и местом в числе бессмертных.
Но это так, между делом. Главное впечатление, которое оставляет роман — послевкусие какого-то веселого триумфа, торжества со смешливым подтекстом, знаете, ровно то же ощущение, которое оставляет просмотр интересной и хорошо сыгранной комедии. Не просто смешно — но есть и осознание какой-то крутости, что ли. Мне даже сложно это описать, но думаю, по правильной задумке мольеровские пьесы давали именно такой эффект. Волшебник Булгаков полностью переложил это на свой текст, и притом, что пересказывает-то он не сюжет пьес (который чаще критикует, чем нет), а сюжет не самой легкой и веселой жизни. Но ни многочисленные неудачи, преследовавшие Мольера и его труппу вплоть до вполне зрелых лет, ни несчастливый брак, ни тот факт, что великий драматург был человеком по жизни скорее склонным к ипохондрии и тяжко болел перед смертью — этого впечатления не меняют. Булгаковский парадокс: так написать о тяжелой, полной борьбы жизни, чтобы все же осталось это чувство веселого триумфа, причем не в конце, а в каждом отдельном моменте текста.
Если бы все биографии писались таким легким и блестящим слогом, я бы читала только их, но подобным этой я, увы, раньше не встречала.