9 по 9


Вы здесь: Авторские колонки FantLab > Авторская колонка «Алекс Громов» > 9 по 9
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

9 по 9

Статья написана 21 декабря 2021 г. 22:01

Каждый месяц Алекс Громов рассказывает о 9 книгах

«Пресс-секретарь правительства сказал — да, оздоровительные лагеря для тучных предполагается сделать обязательными, но на чисто добровольных началах. И пусть никого не смущает кажущаяся парадоксальность этой формулировки. Желающих будет все больше. Давление социума настолько велико, что насильственные меры не нужны….

Вот оно что... Партия Здоровья выиграла выборы не потому, что в обществе ненавидят толстых, а потому, что толстые ненавидят сами себя. А что в нынешнем обществе действеннее физической красоты? Если хочешь, чтобы общество последовало твоим призывам, — попроси красиво и сам будь красивым»

Оса Эриксдоттер. Бойня

В этой антиутопии все начинается с благих намерений и здорового образа жизни. Точнее, его яростной пропаганды, что далеко не одно и то же. И очень быстро мирная цивилизованная Швеция превращается в образцовое тоталитарное общество. Критерий преследования «не таких» проще некуда – по фигуре, кто толще нормы, тот плохой. Причем, норма установлена такая, что для многих людей это не спортивная подтянутость, а болезненное истощение. Тем не менее, находится масса тех, кто и сам упоенно голодает, и преследует обладателей неподходящего обмена веществ или любителей печенек. Очень быстро дело доходит и до «оздоровительных» концлагерей.

Ситуация выглядит пугающей и одновременно абсурдной, ведь, казалось бы, сейчас до людей начинает уже доходить, что 46 российский размер одежды — вовсе не «безобразный» лишний вес, и сидение на разгрузочных диетах часто несет больше вреда, чем пользы. Но линейки одежды в масс-маркете до сих пор заканчиваются чуть дальше упомянутого размера. И социальное давление в плане привлекательности, первым критерием которой является минимум жировой прослойки, пока еще сохраняет свою силу. Но автор основной акцент делает не только на фэт-шейминге, как таковом, но и на том, с какой готовностью большинство людей (вполне современных, с гаджетами и соцсетями) присоединяется к общественной травле.

«Дело в ненависти. Ненависть живет в массовом сознании всегда, надо только ткнуть пальцем и сказать “ату!”. Мерзавцы-политики стараются этим воспользоваться, находят самых беспринципных пропагандистов и натравливают одну часть народа на другую. На иноверцев, инородцев, иностранцев, на якобы купленных этими коварными иностранцами оппозиционеров, на толстых, на худых – неважно. Ненависть как таракан – даже если наступишь, продолжает ползти».

«…Я надеюсь на то, что исполнение первого пророчества прольет яркий свет на смысл второго. Тебе оно поможет на пути к восстановлению законного порядка вещей. Много вечеров провел я, пытаясь вникнуть в его смысл, но это представляется задачей неразрешимой, поскольку я не знаю, в чем состоит Таинство. Могу немного помочь только в одном.

За немногие годы, проведенные в Цитадели, я случайно натолкнулся на нечто такое, что может оказаться, как мне кажется, той самой картой расположения небесных светил, о которой упоминается во втором пророчестве. Она попала в библиотеку вместе с реликвиями, среди которых был и фрагмент первого пророчества. На карте тоже имелся символ «тау», а также то, что показалось мне похожим на созвездия. Там были и указания, написанные на неизвестном мне языке. Я намеревался продолжить ее изучение и разобраться в языке, на котором она была написана, однако времени на это я так и не сумел выкроить. Вскоре мне стало известно, что в Цитадели подозревают о присутствии чужака, поэтому я похитил сланцевые фрагменты и бежал. Я захватил бы с собой и карту светил, но она была слишком тяжелой по весу. Понятно было, что ров мне с такой тяжестью не переплыть, – я просто пошел бы ко дну. Поэтому я поступил сообразно сложившимся обстоятельствам: я ее спрятал.

Мне не хотелось, чтобы Посвященные и подобные им воспользовались заключенными в ней знаниями, и я положил карту туда, где ее вряд ли сумеют обнаружить. Надеюсь, она до сих пор покоится там, а после исполнения первого пророчества вы можете сами получить свободный доступ в Цитадель и, следуя нарисованной мною схеме, в конце концов отыскать ее».

На этом письмо обрывалось…»

Саймон Тойн. Ключ

Роман известного английского телережиссера и сценариста рассказывает о успешном поиске одного из самых важных артефактов в истории человечества – Эдемского сада. Один из ключевых персонажей, государственный секретарь и фактически премьер-министр города-государства Ватикан, кардинал Клементи, обладающий неограниченными полномочиями и контролирующий все тайные финансовые операции курии, многие годы считал, что «великая сила экономики была направлена к добру, ибо создавала богатства, а тем самым позволяла людям вырваться из нищеты, которая есть зло, и облегчить бремя их земных страданий. История тоже показала ему все опасности экономических просчетов. Он знакомился с великими цивилизациями прошлого и размышлял не только над тем, как они сумели накопить огромные богатства, но и над тем, каким образом утратили эти богатства…». Как можно пополнить оскудевшую церковную казну? Для этого оказалось достаточным проанализировать прошлое и найти тот единственный вариант, когда католическая церковь вновь могла стать одним из хозяев всего мира или большей его части. И только одна обычная девушка оказалась между предстоящим триумфом и разоблачением хитроумного плана, в котором помимо кардинала замешаны трое заговорщиков – американец, англичанин и китаец, хозяева огромных денег и обладатели не менее огромной власти. Что же хотела эта четверка? Всего лишь чуда. Но «современное чудо – миф, обернувшийся большими деньгами». Затерянные сокровища оказываются не просто отголоском древнего предания или символа, смысл которого кажется утерянным в веках…

«Один лунный цикл длится чуть больше двадцати восьми суток. Если считать, что момент освобождения Таинства – это эвакуация Посвященных с горы, то прошло уже десять дней. С нарастающим ужасом Катрина перечитала заключительную часть пророчества.

Не то погибнет Ключ, Земля разверзнется, и поразит растения свирепая болезнь, и дней конец наступит. Она задумалась о той болезни, которая поразила Посвященных. Не об этой ли болезни говорится здесь? В сумятице, царившей в отделении неотложной помощи, когда она сама впервые сюда попала, Катрина подметила характерные признаки загадочного заболевания, поразившего монахов…»

«Вскоре веселья поубавилось — дамы вышли на берег реки. Рядом оказался мост, и они благополучно перешли на ту сторону, но дальше начинался крутой подъем, справа слабо просматривался сквозь снежные вихри какой-то парк. Еще квартал, и еще… Впереди снова горбится мост. Шумят, сверкая фарами, снующие туда-сюда машины. А за вторым мостом виден высокий холм.

— Смотри, уже почти стемнело. Мы же не пойдем на это кладбище в темноте?

— А может быть, оно совсем рядом? Вон кто-то идет! Давай спросим?

Ларе было искренне жаль, во-первых, себя замерзшую, а во-вторых, конечно, мирного прохожего, которому сейчас предстояло посреди густых неуютных сумерек услышать вопрос: «Как пройти на кладбище?».

Ольга Шатохина. День Рюрика

В нашей скучной реальности возможно все, что развеивает скуку, в том числе любые превращения, совпадения, иллюзии и невесть откуда взявшиеся персонажи. Самое трудное в современном романе — это логически соединить два плана бытия, современность и сказочность (Прошлое), не ударяясь при этом в чудеса и недомолвки фэнтези. Автор показывает, что персонажи — не картонные герои, взявшиеся ниоткуда и ринувшиеся в никуда, а люди с родословными, пусть даже запечатленными только в генетической памяти.

И поэтому Прошлое оказывается не просто памятью, а порой и настоящей судьбой. Чудеса — это не отражение сказочной реальности, а гармоничное наложение Прошлого на Настоящее в людях и предметах. Примером может служить история заброшенного домика на окраине бывшей русской столицы (Новгорода), которая формально давно утратила свой гордый статус. Но в домике живут кошка, когда-то сплетенная маленькой девочкой из проволоки, рыжая собака из обломка сосновой ветки и каменная сова, и если их обиталище снесут, то куда они денутся?.. Одно спасение — напомнить выросшей хозяйке дома и забытых игрушек о себе. А заодно и о ее предназначении Открывательницы дверей.

Настоящее порой только декорируется в современность. А на самом деле под досками и клепками нынешней технореальности живут не только мифы и легенды, но и обычные люди, и исторические личности. Те, о которых помнят. Память оказывается волшебным ключиком к двери Минувшего. Метафизика реальности у Шатохиной полна добрых неожиданностей, словно ее альтер эго является неким антиподом отдельных мрачных, словно обездоленных жизнью, персонажей Юрия Мамлеева. Иное бытие прорывается в сновидениях и предчувствиях героев, но погружаясь в нашу действительность, становится залогом возрождения иных идеалов, оброненных по дорогам Времен. Сказка становится историей, когда в нее открывают дверь и персонажи становятся героями.

«- А что это у вас там летает? – старательно выдерживая небрежно-светский тон, поинтересовалась Лера.

— Где? – изумилась дежурная.

— На улице. Над головой.

— Не знаю. Может, сова?

— Блин горелый! — выдохнула Лера и устремилась к двери, как на амбразуру. – Совы у них тут, понимаешь… совы у них тут размером с кукурузник! Лар, пойдем! Не сожрали сразу – авось вообще не сожрут.

Она побежала к домику, предоставив мне еле-еле поспевать за ней на моих дрожащих, подгибающихся и как-то сразу постаревших конечностях. Но мы все же добрались, и никто большой и страшный над нами не пролетал. Кое-как побросали уже распакованные вещи обратно в сумки, спустились к выходу. Лера протянула ключи смотрительнице и очень учтиво, чтобы неожиданно в такой нервной обстановке, извинилась за лишнее беспокойство.

А потом внезапно задала все тот же вопрос: что такое летает в ночном небе?

— Вы точно видели? – воскликнула девушка.

— А то!

— Вот хорошо! – и она захлопала в ладоши. – До чего же хорошо!

— Э-э-э… — опешив, протянула Лера. – Почему хорошо-то?

— Значит, он следит за миром. Большой беды не будет».


«Страшных рассказов о жутких буранах на Большом Сибирском тракте, губивших под снегом целые обозы, он с детства наслушался предостаточно, однако давно знал, что это – не более чем сказки. Такого попросту не бывает. Разве что приезжих из России умышленно пугают страшными россказнями о погибельных вьюгах, засыпающих обозы снегом на высоту нескольких человеческих ростов, – а потом мол, к весне, когда снега примутся таять и сходить, взору путника открывается ужасающая картина, десятками стоят замерзшие лошади и люди, скопищем чудовищных статуй. Он и сам на этот счет был не без греха, а уж Самолетов, по его собственному признанию, по ту сторону Уральского хребта частенько пули отливал, живописуя и метели, погребавшие целые губернские города, и медведей-людоедов величиной с быка, и массу иных ужасов, которым сплошь и рядом верили…

Другое дело, что в метель, ничуть не опасную для жизни, обоз двигаться не будет, останется пережидать на месте. А зарядить пурга может на пару-тройку дней, от скуки с ума сходить начнешь, если водкой не развлекаться…

– Да нет, какая тут непогода, – сказал Кызлас уныло. – Плохо что-то вокруг, Петрович, не знаю, как объяснить… – он словно бы прислушался, насторожился, поднял палец с корявым ногтем. – Слышно же…

И такая серьезность читалась на его лице, что поручик невольно застыл, обратившись в слух.

Доносились тихие разговоры, скрип снега под ногами, фырканье лошадей, прочие привычные звуки… Он старательно вслушивался. И, вот странность, скоро и в самом деле ему стало мерещиться, будто непонятно откуда, вполне даже явственно, долетают странные отголоски. Словно бы раз за разом некто, неизвестно где находившийся, дергал великанскую струну, и она послушно отзывалась протяжным печальным звоном, далеко разлетавшимся над бескрайней снежной равниной, над людьми и возами, распространяясь вокруг затухающим дребезжанием на пределе слуха. Все это повторялось в точности – и понемногу под этот печальный непонятный звон в душу начинала заползать нешуточная тоска…»

Александр Бушков. Золотой Демон

Александр Бушков. Завороженные

Чем дальше от цивилизации, тем больше незапланированных чудес на душу населения может произойти — эта аксиома фэнтезийных романов, стилизованных под старину. Поэтому вместо почти готических «Ночь. Улица. Фонарь» в первой книге нового сериала Бушкова в качестве декораций появляются Сибирь, мороз и дорога дальняя, по которой движется купеческий обоз с полным набором персонажей, от ротмистра до японского дипломата. Долго, коротко ли, но начинаются те самые таинственные и необъяснимые происшествия, а потом к людям приходит знакомится могущественное, не одряхлевшее со столетиями, циничное и говорливое Зло, которое не остается неописанным.

Очередной враг человечества «…щеголял в безукоризненной серой визитке, черных панталонах и сверкающих башмаках. Галстук завязан безупречно, уголки белоснежного накрахмаленного воротничка выглядели идеально. Пришелец из неведомых времен и глубин выглядел как настоящий денди». Но даже такой вид не спас этого злодея от морального осуждения (ибо прочие средства оказались бессильны): «Этот черт – или кто он там – безбоязненно разгуливает среди нас уже в человеческом виде? Нужно либо священника позвать, либо жандарма, чтобы навели порядок каждый по своему ведомству…». Впрочем, можно вспомнить более раннюю «Колдунью-беглянку», где обыгрывалась схожая тема...

Надругавшись над людьми (в том числе зачем-то рассказав о себе), пришелец безнаказанно удалился, по всей видимости и не подозревая (что само по себе странно), что один из встреченных им, поручик Савельев, в следующем романе (станет ответственным сотрудником российской спецслужбы, занимающейся проблемами Соседей («Завороженные») говоря современным языком — инорас), перемещениями во Времени, заброшенными городами и т.д. Некий винегрет из мистики, лав-стори («ее диковинные кошачьи зрачки уже перестали удивлять и уж никак не вызывали отвращения») и следопытства с привкусом Эраста Фандорина.

Здесь размах авторской фантазии коснулся самых разных тем, от пришельцев до стойких, как оловянный солдатик, людей-аборигенов: «Лихие ребятушки, — подумал поручик с некоторым уважением. – Пятьсот лет скрываться (куда там нигилистам и прочим карбонариям!), пятьсот лет сохранять династию и даже заключать некие браки, дающие право на другие короны… Только выглядит это как-то… опереточно». Вот именно это и можно сказать о начале нового цикла — и написано бойко, и темы модные, но вот не оставляет впечатление «дежа вю» — трудно перечесть, во скольких романах две древние расы воевали друг с другом и устраивали подлянки, отважные офицеры любили прекрасных инорасных девушек, с которыми сражались плечом к плечу. А может быть, просто дело в том, что 90- е годы прошлого столетия уже закончились и хочется от А. Бушкова «чего-то большего». Хотя и мамонты были когда-то «хороши»...

«Всех прочих приходилось сначала долго и обстоятельно убеждать в существовании «соседей», что было далеко не простым делом… Правда, ваш случай стоит несколько наособицу. Вы там у себя, в обозе, столкнулись с существом, которое очень долго было, так сказать, выключено из жизни. Провело чуть ли не два тысячелетия замурованным в некотором предмете. До сих пор мы о таком знали чисто теоретически, наяву не сталкивались… Мы-то как раз имеем дело с экземплярами, которые ни в какую чародейную спячку не впадали, которые живут и здравствуют, проявляя порой нешуточную активность. И временами находятся среди нас. Я не имею в виду наш батальон, конечно, но в данный момент именно сейчас на какой-нибудь петербургской улице вполне может оказаться прохожий, имеющий с человеком лишь внешнее сходство. Их не так уж много, их становится все меньше и меньше, но достаточно, чтобы они нас беспокоили всерьез… Короче говоря, вот уже более ста лет в глубине самых секретных государственных ведомств укрыта особая контора, занятая исключительно охотой за этими существами и противодействием таковым. Точнее говоря, сто с лишним лет сохраняется преемственность и непрерывность. Весьма даже не исключено, что и в более ранние времена существовали ведомства, решавшие аналогичные задачи, но мы о них ничего не знаем. Можем лишь предполагать. Мы отыскали в архивах несколько любопытных старинных документов времен Иоанна Грозного и Алексея Михайловича. Там нет конкретных деталей, но есть основания предполагать, что уже тогда были созданы охотничьи группы, руководимые с самого, – он многозначительно поднял палец – верха. Некоторые места, глядя с позиций нашего опыта, просто невозможно истолковать иначе… Как бы то ни было, наше ведомство существует более ста лет, с тех пор, как императрица Екатерина Вторая подписала секретный указ о его учреждении. Но в эти подробности углубляться сейчас нет смысла, у вас будет возможность ознакомиться с историей ведомства самостоятельно. Как и любая другая военная часть, наша имеет писаную историю, правда, доступную, как легко понять, единицам. Потому что для подавляющего большинства людей нас как бы и не существует…»

«Но, несмотря на все более явные признаки приближения фронта, в Москве шла еще и другая, мирная жизнь. Много москвичей по-прежнему приходили в это время в Московский зоопарк. Там перед ними выступали «известные дрессировщики Горбачева и Зернов с прирученными животными».

2 сентября открылся новый сезон в Концертном зале Московской консерватории имени Чайковского. 14 сентября там, например, прошел концерт известного скрипача Давида Ойстраха.

На стадионах «Динамо», ЦДКА в Сокольниках и «Пищевик» состоялись матчи Кубка и первенства Москвы по футболу. На чемпионате столицы первая и вторая команды «Торпедо» разгромили футболистов фабрики «Красная роза» — 12:0 и 3:0. Победы одержали первая и вторая команды «Крыльев Советов» над клубом «Старт» — 9:0 и 3:2. А кубок Москвы завоевало «Динамо». В финальной игре динамовцы обыграли команду завода имени Фрунзе — 8:0».

Евгений Матонин. 1941 год. Битва за Москву

В нынешнем году отмечается 80-летие обороны Москвы во время Великой Отечественной войны. Книга Евгения Матонина – подробное и многогранное повествование о том, как тогда жила Москва. В тексте представлены многочисленные документы, некоторые из них только недавно были рассекречены. И воспоминания самых разных людей. К примеру, рассказ Ивана Серова, бывшего тогда заместителем наркома внутренних дел, как в самые драматические осенние дни 1941 года он готовился остаться около Москвы на нелегальном положении, если бы фашисты прорвались. На такой случай Серов выписал себе шоферское удостоверение, начал было отращивать бороду, чтобы изменить внешность. И вдохновлялся историей партизанских подвигов Дениса Давыдова. Но несмотря на вражеский натиск, Москва выстояла.

В городе сохранялись приметы мирной жизни. Центральные библиотеки открыли свои «передвижки» прямо в метро, где москвичи укрывались от бомбежек. Начался очередной сезон Большого театра – в столице осталась часть труппы, в том числе знаменитый тенор Лемешев. Давал представления цирк, в парках заливали катки и строили снежные горки. Приближался Новый год: «Исполком Моссовета распорядился отпустить 10 тонн кондитерских изделий на новогодние подарки детям». Но главные подарки жители собирали и слали бойцам на фронт.

Книга проиллюстрирована редкими архивными фотографиями, репродукциями карт и документов.

«В конце декабря, несмотря на войну, приближение новогодних праздников стало ощущаться еще сильнее. Ну а какой Новый год без подарков и различных сладостей! Газеты сообщали, что на «Заводе им. 1 Мая недавно организовано производство искусственного меда из патоки. В январе мед можно будет купить по продуктовым карточкам; взамен сахара мед отпускается вдвое больше».

Сами же москвичи собирали и отправляли подарки на фронт, бойцам и командирам Красной армии. Обычно такой новогодний подарок включал в себя: 150 граммов конфет, 200 граммов сухарей, 0,25 литра вина, две пачки папирос, две коробки спичек, портянки, теплые носки, носовой платок, расческу, две почтовые открытки, два листа писчей бумаги, карандаш и одеколон. Иногда в посылку добавляли еще что-нибудь от себя лично — полотенце, варежки, вышитый кисет для табака или просто небольшое письмо».

"— Я не могу тебя понять, Милан. Ты ведь арифметический гений, я не знаю никого, кто сумел бы запомнить заказ двадцати человек без единой пометки и ничего не забыть. У тебя невероятный художественный талант. Если бы вы видели, как он рисует гостей, — обратилась она к психотерапевту. — У него фотографическая память, честно. И при этом он работает официантом!

— Подождите, я немного запуталась, — остановила ее доктор Розенфельз. — Я думала, вы хотели, чтобы он работал с вами в ресторане?

— Да, временно, — ответила Андра. — Но ведь не до пенсии же. Я с трудом окончила девятилетку. В отличие от меня перед Миланом все двери открыты. Но он даже не хочет самореализоваться. У него нет ни планов, ни целей. А ему только двадцать восемь!

«И он не знает букв», — мысленно закончил Милан.

Даже тринадцатилетней дочери Андры Луизе приходилось легче в реальном мире, в котором неграмотные считались людьми четвертого класса. Без школьного образования, без специальности, без водительских прав. Луиза уже в первом классе могла читать таблички с названиями улиц, для Милана же простой поход в магазин превращался в сплошной ужас.

«Дорогой, вот список покупок, сходишь?»

«Конечно. Только один вопрос: что означает Χοζα Χολα? Это такая коричневая пузатая бутылка с белой витиеватой надписью на красном фоне?»

В Германии проживало около шести миллионов функциональных неграмотных. Людей, научившихся в школе распознавать несколько предложений, которых было достаточно, чтобы вести жульнический образ жизни. В случае Милана все было еще хуже. Конечно, он ходил в школу, учил алфавит и даже узнавал отдельные слова и цифры. Но ни разу не написал ни одного диктанта и тем более сочинения. Он всегда скандалил, притворялся больным или повреждал себе руку, чтобы уклониться от письменной работы. В итоге он умел определить время на электронных часах, оформить чек на кассовом аппарате и распознать собственное имя. Но не мог разобрать ни одного предложения в детской книге, пока его не прочитают вслух».

Себастьян Фитцек. Подарок

Себастьян Фитцек, немецкий писатель, приобрел славу самого популярного в Германии автора психологического триллера. Он написал уже более десяти романов. Каждый из них — что называется, с двойным дном. В центре внимания произведения — не только и не столько сильная криминальная интрига, но и важная проблема общественного развития. Которая в свою очередь может служить если не первопричиной преступления, то во всяком случае его важной составляющей.

Главный герой книги — Милан Берг — человек функционально неграмотный. Каковых, как мы видим из текста книги, в Германии свыше 6 миллионов. Нетрудно посчитать, что это примерно 7 процентов населения страны. Часто эти люди вообще не воспринимают печатное слово. Длинный абзац текста, а тем более газетная статья или целая книга — для них неразрешимая проблема. Некоторые — им повезло больше — могут, например, усвоить, как пишется их собственное имя или номер дома.

А некоторым повезло еще больше. С недавнего времени в Германии действует программа помощи функционально неграмотным. То есть с проблемой справиться можно. И часто те, кто смог ее превозмочь, помогают товарищам по несчастью. Автор книги, например, неожиданно для себя обнаружил стенд на Франкфуртской книжной ярмарке, посвященный помощи функционально неграмотным.

Чтобы привлечь внимание к этой проблеме, он сделал главного героя книги функционально неграмотным и поставил, казалось бы, в неразрешимую для него ситуацию.

Тот самый Милан Берг, функционально неграмотный 28-летний мужчина, видит на заднем сиденье автомобиля девочку с испуганным лицом. Она прижимает к стеклу записку. Милан может только предположить, что это призыв о помощи. Но он не в состоянии прочитать текст записки, не может распознать ни номер машины, ни название улицы, ни номера ближайших домов, ни названия магазинов — то есть ничего, что могло бы дать хоть какие-то ориентиры. Он даже не способен набрать номер телефона полиции.

Что делать в такой ситуации? Автор решает эту задачу вместе с героем. К счастью, ока оказывается разрешимой. Как сказал Себастьян Фитцек на презентации своей книги, «Безграмотные люди перерастают сами себя. И они настоящие мастера по выживанию».

«Однажды он Андре чуть не признался. Когда на свою годовщину они сидели в японском ресторане на Кантштрассе, и Андра попросила его выбрать для нее что-нибудь из экзотического меню. На этот раз он не хотел прибегать к своей стандартной лжи с очками. Время от времени Милан носил уродливые неуклюжие очки без диоптрий, чтобы «забыть» их именно тогда, когда обстоятельства могли столкнуть его с чем-то написанным.

«Прости, с моим плохим зрением я, к сожалению, не могу это разобрать».

Но в тот вечер он не хотел придумывать отговорки. Он почти готов был сказать ей правду. Но пока Милан собирался с духом, Андра стала рассказывать ему про неприятного мачо, которого ей пришлось обслуживать несколько дней назад, и тот пытался к ней подкатывать. «При этом он оказался полным идиотом. Представляешь, он спросил меня, не пользуюсь ли я духами „Бе Ве Эль Гари“».

«Что это означает?»

«До меня тоже не сразу дошло. Но он имел в виду „Булгари“. Этот кретин просто прочитал буквы логотипа: BVLGARI».

Значит, полный идиот, подумал Милан и натужно рассмеялся. Кретин. И даже этот кретин умеет читать лучше его.

В тот день Милан не стал ни признаваться, ни есть, за исключением «таблетки на крайний случай». Пенициллин, пятьсот миллиграмм. У Милана была сильная аллергия, уже спустя две минуты после приема он начинал задыхаться. Поэтому всегда носил таблетку в кармане брюк. Однажды он услышал о подобной уловке от одной неграмотной женщины, которую на свадьбе попросили прочитать по бумажке поздравительную речь. Дабы избежать «каминг-аута» перед всеми гостями, она отлучилась в туалет, вставила руку в дверной проем и со всей силы захлопнула дверь. Милану не пришлось ломать себе пальцы. Для того чтобы избежать позора, в тот день ему хватило анафилактического шока».

«Жена сказала: «Тебя не было в лавке, и ты не видел, как меня опозорили! Сначала Самад — продавец — сказал мне: “Я больше не могу отпускать вам в долг. Пора вам рассчитаться”. Потом жена царского гадальщика взяла и оттолкнула меня, а сама прошла вперёд так, словно она жена падишаха! Всё потому, что у неё есть деньги! Она может сразу заплатить. Она ещё и чаевые даёт! Видно же — и продавец на её стороне. Гнёт перед ней спину. Корзину с её покупками несёт до самого дворца!». Дядюшка Рамзун сказал: «Не будь неблагодарной, жена! Мы тоже не бедствуем». Но жена упёрла руки в боки: «И слушать не хочу! Завтра же пойдёшь и станешь гадальщиком! Будешь предсказывать людям судьбу и разбогатеешь!». Сколько ни охал и ни стонал дядюшка Рамзун, что не умеет гадать, жена была непреклонна».

Ягане Моради Лаке. Гадальщик простой и гадальщик падишаха

Сказка современного автора, продолжающая традицию плутовских историй и назидательных притч, повествует о вымышленном городе Шекарестан, столице одноименного государства. Люди обитают в нем самые разные, честные и не очень, трудолюбивые и откровенные лентяи. Вот как раз скромный дядюшка Рамзун, главный герой этой сказки, был весьма трудолюбив. Он зарабатывал на жизнь тем, что собирал в окрестностях города хворост и продавал его на базаре. Доход от такого ремесла был невелик, но на все необходимое хватало. При этом дядюшка Рамзун славился добродушием и веселым характером. Но однажды его жена отправилась за покупками и вернулась в дурном настроении.

Оказывается, вместе с ней в лавку зашла жена царского гадальщика, и торговец отнесся к ней с огромным почтением. И теперь женщина потребовала, чтобы муж немедленно стал гадальщиком. Честный дровосек всегда считал гадание разновидностью обмана. Но переспорить жену не сумел.

«Гадальщик падишаха толковал сны, предсказывал судьбу и находил потерянные вещи. Падишах был им доволен, пока однажды воры не выкопали туннель под стеной дворца прямо в сокровищницу. Они обчистили сокровищницу: забрали все деньги, золото и драгоценности, которые там были. Падишах закричал: «Скорее сообщите об этом гадальщику!». Гадальщик пришёл. Сначала он произнёс заклинания: «Аджи-маджи-ла-тараджи…!» Потом посмотрел в свой волшебный шар. В конце концов сказал, что вор — толстый низкорослый мужчина с густыми усами, во рту которого остался всего один зуб. Все повернулись и посмотрели на падишаха, потому что единственным, кто полностью соответствовал этому описанию, был сам правитель».

«Питер О’Дир был самым ленивым человеком в графстве Керри. Ему невыносима была даже мысль о работе, и он избегал ее как чумы!

Питер слышал множество историй о лепреконах, искусных сапожниках-волшебниках, знающих, где спрятаны все богатство мира. у каждого из них есть волшебный кошелек с волшебным шиллингом. Шиллинг один, но кошелек никогда не остается пустым, сколько раз ни вытаскивай оттуда монету.

Питер искал маленького волшебника, который принес бы ему удачу, избавив от работы и вдоволь обеспечив богатством, чтобы он смог остаток своих дней прожить счастливо и беззаботно.

В один прекрасный день, неторопливо прогуливаясь вдоль озера Караг, он заметил маленького человека, сидящего на камне. На мальчике была зеленая куртка, а на голове – красная шапочка с длинным белым пером.

Он запустил удочку в озеро и не слышал, как к нему подошли. Крошечные инструменты сапожника торчали из сумки рядом человечком и Питер не сомневался, что встретил лепрекона».

Байбра Маккарти. Хранитель горшочка с золотом. Ирландские сказки о лепреконах

Кто из людей не хотел бы повстречать лепрекона? Того самого волшебного персонажа, маленького человечка в зеленом плаще и высокой зеленой шапочке. В Ирландии верят, что лепреконы способны исполнить три любых желания человека, помочь найти горшочек с золотом или подарить волшебный шиллинг, который всегда возвращается в кошелек. Этому шиллингу посвящена одна из сказок. В основу своих сказок Байбра Маккарти взяла самые известные легенды о лепреконах, а Олдридж Йелен создала к ним яркие иллюстрации.

«Давным-давно в Ирландии жил-был фермер по имени Патрик МакМейхон. Слыл он в округе самым жизнерадостным человеком, а жена его по имени Мэри трудилась, не покладая рук. Это была благочестивая и добрая пара, они видели в людях только хорошее. Семья проживала в маленьком домике, имела одну корову, курицу, а также старую тощую мышь по имени Анрэй, жившую под домом. На их каменистом клочке земли лучше всего рос картофель, и выращенного урожая хватало, чтобы накормить себя, поделиться с соседями, а излишки продать на рынке. Так они держались до следующего года…»





1789
просмотры





  Комментарии


Ссылка на сообщение22 декабря 2021 г. 11:34
Оса Эриксдоттер «Бойня» — наверное самая главная антиутопия года.


Ссылка на сообщение23 декабря 2021 г. 16:13
Спасибо! Евгения Матонина нашел и заказал.


⇑ Наверх