Переводя бонусы журнала «Captain Future» в одном из читательских писем увидел:
«Лунные паразиты» — один из лучших прочитанных мною рассказов Галлуна.
Что ж это за рассказ такой, задумался я. Нашёл, прочитал, перевёл.
Теперь вы тоже знаете...
Раймонд З. Галлун
Лунные паразиты
Lunar Parasites, 1940 год
Перевод — А. Лапудев, 2022
РЫЖЫЙ Дэн Рэдленд закусил губу и мрачно кивнул.
— Ладно, начальник, — тихо произнёс он. — Я признаю, что те парни погибли из-за меня. Но у меня тогда последняя просьба — даже три. Номер один — могилу себе я выкопаю сам, недалёко, в полумиле отсюда. Под охраной, конечно. Второе — казните меня как можно скорее. Третье — убейте меня мощным разрядом сварочного аппарата. Договорились?
Могучий старик Стэн Сушард озадаченно нахмурился и посмотрел на молодого преступника. Ему всегда нравился Дэнни Рэдленд. Дэнни был безрассудным и весёлым. К тому же умным. И загадочным. Загадочным, как тайна лунных пустынь, давно интересующая их обоих. Ничто в мире не могло бы обрадовать старого Стэна больше, чем доказательство невиновности Дэнни. Но этого просто не было в материалах дела.
Зато там был пробитый кристаллический купол, что должен был положить начало городу внутри древнего Коперника, самого большого кратера на Луне.
Зато там был длинный ряд шестифутовых холмиков в вулканическом пепле — могил, отмеченных грубыми металлическими крестами. Могил людей, задохнувшихся в лунном безвоздушье, когда Дэнни Рэдленд намеренно подорвал купол. Своими собственными глазами старый Стэн видел, как Рэдланд убил этих людей, пробив кристаллическую стенку.
Пожилой руководитель Восстановительной лунной компании задавался вопросом, что скрывается за странным желанием Дэнни самому выкопать могилу, за необычным выбором способа казни. Смерть от положительно заряженного электрода сварщика вместо установленной порции яда внутривенно? Коварство? Архаичный романтизм? На электрическом стуле уже давно никого не казнят. Старый Стэн не стал спрашивать, время удивительных историй прошло. Да и какой мог быть тут коварный заговор? Усталый, тревожный, больной вид Дэнни вызывал только жалость. Впрочем, юноша был в здравом уме. Его спокойный тон подтверждал это.
— Договорились, Рэдланд, — хмуро сказал Сушард. — Начнёшь копать прямо сейчас. Как только закончишь, мы сделаем всё остальное.
Позади стоянки больших космических кораблей, рядом с грудой вулканической породы на дне кратера, Дэнни Рэдленд, взяв кирку и лопату, начал и лопатой рыть могилу. Он был одет в старомодный освинцованный скафандр. За ним мрачно следила вооружённая охрана из шести человек.
Рэдленд и близко не был столь хладнокровным или беззаботным, каким казался. Только он один знал, что произошло на самом деле! Да, всё верно, он подорвал купол. Но на то была веская причина! Да, он убил. Должен был убить, потому что они уже были обречены на смерть чем-то пугающим и зыбким, как был обречён и он — помимо вынесенного смертного приговора! Пока они были живы, то угрожали всей команде. Их необходимо было похоронить в лунной пыли, и чем глубже, тем лучше!
А ТЕПЕРЬ Рэдланд намеревался доказать это ценой своей жизни! Он всё равно был практически мёртв, даже без трибунала.
Потому что он испытывал странную боль, ощущал взрывы огненных шаров в голове, чувствовал холод в крови. Да, он точно знал, что с ним происходит, но Стэну Сушарду и остальным было недостаточно слов. Эти канюки могли верить только собственным глазам!
А заразились Дэнни и убитые им люди отнюдь не какими-то местными микробами. Никакие твари не смогли бы выжить под воздействием ультрафиолетовых лучей Солнца, падающих на лунную поверхность, полностью лишённую атмосферы. Это была совсем другая жизнь — электрическая, примитивная, дикая, бессмысленная и беспощадная. Будучи просто сгустком чистой, почти невидимой энергии, она и питалась только энергией — лучевой, электрической, а при случае — жизненной, человека или любого другого живого существа.
В своё время Дэнни Рэдленд много путешествовал по поверхности Луны. Вероятно, он был ныне единственным человеком, видевшим энергетических паразитов в действии, от начала до конца.
Жертвой стал его приятель Арт Дэнтри. Спустя сто часов после заражения всё было кончено. Арт превратился в иссохший, холодный труп. А ещё Дэнни Рэдленд подумал о руинах, разбросанных по Луне. Древние селениты, вырезавшие гротескные изображения и барельефы в подземных храмах и жилищах, возможно, вымерли не только потому, что их мир состарился и стал непригодным для жизни. Возможно, эта электрическая жизнь, просочившаяся сквозь прореху в свинцовой подкладке скафандра Арта Дэнтри, добралась и до них тоже!
Таким размышлениям предавался Дэнни в течение полугода, пока не вернулся на Луну с командой Сушарда. А когда увидел необычное лавандовое свечение вокруг нарушенной изоляции генератора под куполом, то пришёл в ужас. Лунный паразитизм был в действии — поглощал тепло, электроэнергию, всё, что угодно, дабы поддерживать свою омерзительную жизненную силу!
Люди, работавшие под куполом, жаловались на болезненное состояние. Во время вылазок за пределы лагеря все были одеты не в старомодную свинцовую броню, а в новые алюминиевые костюмы, обшитые изолирующей подкладкой, предположительно более эффективной для защиты от опасных космических лучей.
Но с этой новой защитой что-то было не так. Рэдланд убил этих людей не из сострадания. Он убил их, потому что так было необходимо. А потом обнаружил, что болезнь проникла и в его собственное тело — возможно, пока он стоял рядом с тем генератором!
Могила, которую он копал для себя, была необычной формы. В затвердевшем вулканическом пепле он сделал что-то вроде усечённого конуса — узкое отверстие вверху и широкое дно. Он хотел защитить своих палачей от того, что, по его мнению, должно было произойти, и поэтому был осторожен.
Рэдланд спешил, как мог. С момента инфицирования прошло уже больше двадцати часов. Он спрашивал себя, был ли заражён ещё кто-нибудь из его товарищей. Он не был уверен, но, по крайней мере, рассчитывал показать им, что вообще происходит.
Для начала он проверил себя положительно заряженным пробковым шариком. Шарик с силой притянулся к пальцам. И тогда к нему пришла спасительная идея. Итак, с могилой было покончено и Рэдланд послал одного из угрюмых охранников за Стэном Сушардом и Клайвом Хармоном, собиравшимся выступить в роли палача.
Дэнни Рэдленд не вылезал из ямы. Он просто передал старому Стэну запечатанный конверт.
— Прочтите это после моей казни, начальник, — тихо объяснил он через коммуникатор. — Особенно, если что-то пойдёт не так или будет выглядеть забавно. Хармон должен убить меня, пока я стою здесь, внизу...
Больше ничего не было сказано. Рэдланд видел круг лиц, смотрящих на него сверху вниз. Лиц, на которых читались презрение, ненависть и жалость к массовому убийце. Внезапно он со смутной надеждой задался вопросом, принесёт ли его мученичество хоть какую-нибудь пользу. Почти с любопытством он наблюдал, как Хармон направил похожий на бочонок сварочный электрод вниз, к его голове. Щёлкнул выключатель и Дэнни Рэдленд потерял всякое ощущение бытия.
НО для наблюдавших всё выглядело весьма странно. Вначале привычное резкое шипение электросварки. Затем из могильной ямы вырвался мощный поток энергии. Электрические разряды пронзили пространство. Почувствовав покалывание в мышцах, мужчины отступили назад. Когда всё снова стихло, они заглянули внутрь.
Чудесным образом тело и скафандр Дэнни Рэдленда не превратились, как ожидалось, в пепел и расплавленный металл. Он просто лежал, скрючившись, на дне ямы, и на нём не было видимых повреждений. Судя по всему, он не был мёртв — просто без сознания! И ведь он подвергся воздействию страшной разрушительной силы. Это было абсолютно невозможно!
Пока двое помощников поднимали тело из ямы, Сушард вскрыл конверт с запиской Дэнни. Люди столпились, заглядывая старому учёному через плечо.
Понравилось увиденное, начальник? Зараза, или как там её ещё назвать, поразившая меня и тех парней в куполе, несёт в себе, насколько я могу судить, отрицательный заряд потрясающей мощности. Электрический, по крайней мере, в одном из его проявлений. Я проверил себя с помощью положительно заряженного пробкового шарика на верёвочке. Пробковый шарик с силой притягивался к кончикам моих пальцев, показывая, что я несу отрицательный заряд. Поскольку сварочный аппарат выдаёт мощный положительный заряд, вы должны были увидеть весьма эффектную нейтрализацию.
Да, оно живёт, начальник. И чертовски опасно при этом. Может быть, теперь вы разберётесь с ним. Лучше использовать сварку и на телах погибших. Безопаснее для всех. И выбросьте эти новые алюминиевые скафандры. Они вообще не защищают от этой дряни. Но вот свинец каким-то образом спасает...
Мохнатые брови старого Стэна Сушарда дрогнули, когда он, в страхе и благоговении, начал понимать.
— Нечисть с отрицательной электрической энергией! Должно быть, положительная энергия сварочного аппарата смогла её нейтрализовать! — пробормотал он, заикаясь. — Вот потому Дэнни и не был уничтожен взрывом!
Ещё через пару минут мужчины раскапывали ряд могил в сотне ярдов от места казни. Каждое тело, захороненное двадцать часов назад, было извлечено, всё ещё в скафандре, служившем гробом. К каждому из тел был подключён сварочный агрегат, использованный для казни Дэнни Рэдленда. Били электрические разряды, свидетельствующие о смерти чего-то невидимого — но сами тела остались совершенно неповреждёнными!
Тем временем Дэнни Рэдленд пришёл в себя. Его мышцы и нервы сильно болели, как будто из них выжгли нечто смертоносное, но постоянная головная боль, вызванная ужасными лунными паразитами, прошла — лунная зараза была нейтрализована положительным разрядом и захлебнулась от передозировки служившей пищей энергией.
Старый Стэн бежал к Рэдлэнду от раскопанных могил.
— Они оживают, Дэнни! — взволнованно кричал он. — Все те люди, погибшие в куполе, когда ты выпустил воздух!
Юный Рэдланд с трудом поднялся на колени. Настал и ему черёд удивляться. Но немного подумав, он понял, что всё было логично.
— Точно, начальник, — сказал он взъерошенному старику. — Это, ну, должно быть чем-то вроде каталепсии. Парни были просто задохнулись — без повреждений. Скафандры защитили их от воздействия лунной среды. А паразитизм был электрическим. Должно быть, это поддерживало в людях маленькую искру жизни, превратив смерть в анабиоз. Должно быть, это также предотвратило любое разложение тканей — даже малейшее. В конце концов, наша собственная жизнь тоже отчасти электрическая. В любом случае, я чертовски рад, начальник, что всё обернулось к лучшему...
Стэн Сушард помог своему молодому товарищу подняться на ноги. Это выглядела как извинение. Они посмотрели на угрюмую стену Коперника вокруг них, задумчиво греющуюся на солнце. Теперь они оба лучше понимали Луну — её древнюю, загадочную историю, её тревоги и её будущее, что строилось ими. Богатые разработки минералов и город...
Но больше всего они, этот безрассудный юноша и этот мрачный старый учёный, радовались, что теперь понимали и ценили друг друга гораздо лучше.