Жирным шрифтом выделены изменения и дополнения по сравнению с отзывом на страничке книги
Очередная книга серии «Попаданец», напомнила мне «Ретроград» Найтова — такая же простая, как палка и тоже крутится вокруг сборки самолёта (здесь его чаще называют планер) из подручных средств. Попаданство происходит тоже проще пареной репы: во время полёта на современном истребителе уже немолодого лётчика сбивают ракетой «земля-воздух» и его сознание вселяется в тело пацанёнка, наследника князя: тот полез на крышу чтобы покрасоваться перед девчонкой, упал, ударился, и в результате осуществился перенос сознания из будущего в начало прошлого века. Типа, душа лётчика отлетала то ли в рай, то ли в преисподнюю, но встретилась с душой княжича и вселилась в его тело. Куда девалась душа последнего, да и как они вообще встретились, не сообщается...
Поначалу читаешь книгу из-за лёгкого стиля и надеешься на какие-нибудь интересные события или интригу, но чем ближе к концу, тем отчётливее понимаешь, что ничего значимого в книге не произойдёт: талант и фантазия у автора напрочь отсутствуют, само сочинение не поднимается выше школьного уровня, а учитывая, что самому Малыгину уже давно за 60 с гаком, хорошим писателем он если и сможет стать, то лет эдак через 50-100, т.е. никогда.
Для примера приведу типичный отрывок – вся книга выдержана в таком незамысловатом стиле с обилием знаков препинания (особенно восклицательных):
цитата«А потом наступило утро. За окном сереть начало! А уж когда начало, так я всё и разглядел! И то самое окно, единственное на всю стену, и пока ещё непонятной конструкции мебелишку у той же стены и даже нависающий надо мной балдахин кровати. Глаза-то двигаются! А вот всё остальное нет! Плохо как!»
Сама история тоже донельзя простая и наивная – вдруг разом поумневший малец решает построить свой первый самолёт на деревне, для чего обращается за помощью к папеньке, дербанит ради мотора автокарету (у папеньки богатое хозяйство), в кузне (!) кузнец выковывает ему первые детали (сначала они выходят тяжёлыми и примитивными, но за пару дней кузнец освоил азы стандартизации и наловчился ковать с филигранной точностью, аки заводской станок), ну и пошла пьянка – вскорости планер уже в сборе и готов к полёту. При этом автор в лице пацанёнка постоянно трындит о никому не нужных технических подробностях, особо упирая на неизбежный перегруз – мол, в конструкции куча железных деталей, мотор слабый, корпус тяжёлый – вообще непонятно, как он взлетит… И тем не менее, самолёт взлетает, а после пацан ещё катает на нём папеньку и других лиц:
цитата«А хорошо ведь летим! Буквально на коленке состряпанная в рекордные по нынешним временам и возможностям штуковина очень неплохо управляется, отлично летает, плотно сидит в воздухе, не ёрзает, не валится и не подпрыгивает. Центровку прикидывал на глазок, на основании предыдущего опыта и знаний и угадал. Да какое там угадал! Рассчитал! В уме. Но я же никому этого не скажу? Да никому это сейчас и не интересно, не дошла ещё местная наука до таких точных подробностей. Не знают они наверняка ни про центр масс, ни про фокус с центром давления. Да и плоскости сейчас наверняка плоские, без выпукло-вогнутого профиля. Так что тут я определённо в плюсе.Что ещё? Планер немного тяжеловат, но это мелочь, к ней приноравливаешься на раз. Ну, на два, ладно. Просто взлетает тяжелее, снижается быстрее. На посадке это нужно будет учесть обязательно. А то придётся испытывать стойки на прочность. Как там говорили у нас, когда кто-то аппарат при приземлении о полосу шмякал? «Слава нашим сталеварам?» Тут скажут — слава нашему кузнецу! И я рассмеялся в голос!»
Периодически в поместье к отцу (а точнее, к самому пацану) наезжают в экипаже пара симпатичных девчонок на выданье, но пацан видит в них неискренность и желание завладеть богатым наследством, а потому всячески избегает, да и приглянулась ему горничная Сашенька, которую он очень легко заполучил (сама пришла) и вовсю пользует по ночам (без подробностей):
цитатаИз усадьбы вылетали ранним утром. Ну, не совсем ранним, сначала дождался, когда роса высохнет. Только тогда и выкатили на поле мой самолёт. Без меня там отец с адвокатом уже вовсю в ангаре распоряжались. Мне же дали возможность хорошенечко выспаться и позавтракать. Наивные, знали бы они, как мы с Сашенькой полночи на прощание зажигали!
Кстати, несмотря на постоянные опасения насчёт перегруза, под конец книги пацан организовывает НА ТОМ ЖЕ САМОЛЁТЕ грандиозный перелёт от поместья до столицы Империи (с кучей влиятельных гостей на лётном поле и освещением в прессе), для чего помимо экипажа из 2-х человек, на самолёт дополнительно грузятся:
-2 пятилитровые канистры с горючим,
-2 тюка со сменной летней одеждой (в небе-то в ней холодно, а в тяжёлой зимней по прилёту жарко),
-несколько бутылей клюквенного кваса от благодарных зрителей,
плюс ещё полёт проходит в самую жару, т.е. мотор работает на предельных нагрузках, и хоть бы хны — летит планер, аки волшебный!
В общем, непонятно – зачем нужно было вешать читателю столько словесной лапши про перегруз, если на деле оный абсолютно никаких сложностей не представляет. Наверное, автор хотел лишний раз подчеркнуть, что не профан в лётном деле — не зря ведь когда-то кончал авиационное училище (получается — зря), да и страницы надо чем-то заполнить.
Ну и под самый занавес, когда совершается тот самый перелёт до столицы, автор решил замутить хоть какое-то подобие интриги, но сразу раскрыл все карты:
скрытый текст (кликните по нему, чтобы увидеть)
Моя оценка 2 – абсолютно пустое чтиво, ориентированное на очень непритязательных читателей, я такое называю «бестолковщиной». Зато язык хоть и простой, но не совсем уж дворовый жаргон, без мата и дурацких слов-паразитов (и без юмора, к сожалению), которыми любят грешить некоторые более маститые графоманы (Злотников, например).
P.S.: На днях увидел в магазине, как вторую часть этого цикла покупает дедушка лет 70-ти, и когда я спросил, чем же ему приглянулась такая простота из попаданцев, дедок видимо перепутал слова с какими-то другими и поспешил ретироваться, будто его застукали за чем-то неприличным… Неофит, что тут скажешь. Зато бабушка аналогичного возраста, совершенно не стесняясь, так расхваливала мне «Бабника» некоего Дэорсе, что даже пришлось прикупить. Занятная, кстати, вещица оказалась…
Я думаю, современным пожилым людям становится недостаточно веры в загробную жизнь с раем и адом в их традиционном понимании, а всё больше хочется помечтать о таком вот возвращении в детство (своё или чужое, кому что), когда трава была зеленее, тела молодые, а всем накопленным багажом устаревших знаний можно выгодно поделиться с благодарными «индейцами». Вот только в роли «индейцев» зачастую выступаем мы сами, поощряя денежкой не талантливые произведения, а стеклянные бусы...