Этот материал очень долго лежал у меня на жестком диске, иногда я его доставал оттуда, бегло просматривал и со вздохом прятал обратно, иногда он и вовсе пропадал вместе с этим самым жестким диском, но восстанавливался… о, да! восставал из пепла подобно пресловутому фениксу. В нем шла речь о книгах, большинство из которых я если не хранил после внимательного прочтения на полках своей библиотеки, то хотя бы листал, о людях, многих из которых я знал если не лично, то хотя бы по переписке (или из оной -- было некогда такое время, когда мы очень много переписывались друг с другом -- или друзьями -- по почте, используя шариковую ручку и не всегда хорошую белую бумагу). А потом я вдруг понял, что пройдет еще пара-другая лет, уйду я, уйдут еще несколько действующих в этом «мемуаре» лиц, и станет он «делами давно минувших дней, преданьем старины глубокой». И решился-таки выставить его на обозрение русскоязычной части фэндома (по крайней мере той, которой это хоть в какой-то степени интересно). Его выкладка продлится довольно долго, поэтому заинтересовавшимся стоит запастись терпением (и попкорном, то бишь воздушной кукурузой). И пока что последнее в этом вступительном слове -- я, к сожалению, не дал переводу отлежаться, поэтому если заметите шероховатости, а тем более ляпы -- буду очень благодарен за замечания.
Эти воспоминания покойного уже, увы (умер в июле 2021 года), некогда очень активного деятеля польского и международного НФ-фэндома, замечательного переводчика, прекрасного редактора и опытного издателя ВИКТОРА БУКАТО (Wiktor Bukato) – своего рода памятник эпохе – были напечатаны по принципу «продолжение следует» в 2001—2004 годах в паре с лишним десятков номеров бюллетеня Силезского клуба любителей фантастики (ŚKF), немудрено называвшегося «Ежемесячником» (“MIESIĘCZNIK” — Biuletyn Śląskiego Klubu Fantastyki — nr 140-164). Оттуда «мемуар» разлетелся по многим польским сайтам. Для данного перевода использован текст, почерпнутый отсюда:
http://niniwa22.cba.pl/sceny_z_zycia_smok...
А исходный, напоминаю, здесь:
В сегодняшнем номере ежемесячника “Miesięcznik” мы начинаем публиковать воспоминания одного из самых опытных польских фэнов, редактора и переводчика ВИКТОРА БУКАТО (Wiktor Bukato). Виктор занимался фэновской деятельностью уже в 1970-х годах, участвовал в проведении первого польского конвента — "Еврокон «Орбиты дружбы»" (“Eurocon «Orbity przyjaźni»”, Познань, 1976), и в те же времена завязал знакомства со многими писателями и прочими творческими личностями Востока и Запада. Он трижды становился лауреатом нашей премии “SLĄKFA” как издатель года (1985, 1986 и 1988). Недавно он отошел от фэновской деятельности, но все же выступил в качестве почётного гостя на конвенте “Polcon 97” в Катовице.
Я нянчился с этим замыслом уже несколько лет, но, думаю, именно события последних месяцев, жестоко напомнившие нам, как легко мы уходим и сколь мало от нас остается, придали ему окончательный импульс. Я решил, воспользовавшись гостеприимством журнала “Miesięcznik”, рассказать на его страницах о своём приключении с фэндомом, пока память меня не подводит. Многие воспримут этот рассказ как побасенку из тех времён без компьютеров, видеомагнитофонов и свободного доступа к зарубежным паспортам; однако я постараюсь показать, что в фэндоме было и есть нечто большее, чем с одной стороны лазеры-базеры, а с другой — соревнования по количеству выпитой водки и соответствующим этому подвигам (а такое впечатление может сложиться после прочтения нескольких недавних выпусков одного из научно-фантастических журналов). Ну и наконец... прошло уже четверть века с момента начала этого самого моего приключения с фэндомом.
У меня дома на стене висит небольшой коврик, украшенный несколькими десятками значков фантастических мероприятий, в которых я участвовал. Среди них — невзрачный круглый значок с золотой надписью на красном фоне: «EUROCON III — POZNAŃ 1976».
В те времена проведение известного нам ныне конвента было ну прям-таки немыслимой затеей. Начиная с организации — всё должно было быть официальным, согласованным, одобренным, совершаться под патронажем и так далее – вплоть до подбора участников. В так называемом культурном обмене, например, был установленный лимит: три четверти иностранных гостей из социалистических стран, остальные в большинстве из неустанно социализирующейся Франции или Италии, и только где-то в конце списка -- из Западной Германии или Великобритании. И, конечно, мероприятие нужно было называть серьёзно, то есть не какой-то там конвент или даже съезд, а не иначе как «Европейский конгресс научной фантастики».
Познаньский «Еврокон» был организован местным отделением Польского союза писателей, которым руководил Чеслав Хрущевский (Czesław Chruszczewski), довольно известный, хоть и не слишком высоко ценимый писатель.
Тем не менее, он оказался хорошим организатором, потому что участники «конгресса», с которыми я разговаривал, хвалили мероприятие. Может, они считали, что обязаны были его хвалить?
Польский фэндом фактически не участвовал в «Евроконе», потому что тогда его практически не было. Позже я узнал, что среди участников «конгресса» были несколько человек из тех, что позже стали организаторами «Общепольского клуба любителей фантастики и научной фантастики» (“Ogólnopolski Klub Milosników Fantastyki i Science Fiction”), но в то время это всё равно ничего бы мне не дало — слово «фэндом» для меня ничего не значило.
Что касается иностранных гостей, их, без сомнения, было много, но меня заинтересовал в основном один: Брайан Олдисс (Brian Aldiss). Во-первых, потому что он говорил на языке, который я знал; во-вторых, как автор романа “Non Stop” («Без остановки»), который я только что закончил читать и который мне очень понравился; в-третьих, я должен был записать интервью с ним для англоязычной редакции Польского Радио, где я тогда работал.
Брайан приехал в Познань что называется с шиком: он арендовал автодом, в котором привез жену Маргарет и трех тогда несовершеннолетних детей, чтобы потратить деньги из польской части гонорара за “Non Stop”. Я расскажу об этом подробнее позже, поэтому здесь поясню только, что это были времена, когда иностранный автор обычно получал в качестве гонорара от Министерства культуры и искусства тысячу долларов, а остальное — польскими неконвертируемыми злотыми, которые не разрешали перевозить за границу — их было довольно много, но их нужно было потратить на месте. Ну и Брайан, недолго думая, воспользовался для этого «Евроконом» на полную катушку.
Не будет большим преувеличением, если я скажу, что именно Брайану обязан своим дальнейшим интересом к фэндому. Именно Брайан, когда мы завершили запись интервью, рассказал мне о десятках крупных, с многотысячными участниками, мероприятиях в Америке, и о чуть меньших по количеству участников, но почти столь же многочисленных конвентах, съездах и конференциях в Европе. Это также пробудило во мне желание изучать англоязычную фантастику в масштабе, выходящем за рамки тех немногих наименований в год, которые могли мне предложить польские издатели, связанные по рукам и ногам теми же ограничениями, что и организаторы «конгрессов». Итак, у меня уже был необходимый инструмент — знание языка — и была также мотивация. Однако не хватало самого важного -- самих книг.
Я в очередной раз вспомнил те годы несколько дней назад, когда зашёл в книжный магазин “Co-Liber” на Банковой площади в Варшаве, чтобы купить “The Truth” («Правда») Терри Пратчетта — на месте, за сумму, не превышающую цены польских книг. Ну а в те времена книгу на английском можно было, конечно, привезти из-за границы, но купить на родине -- только в рамках продажи экспонатов Международной книжной ярмарки в Варшаве (в завершение ее проведения) или в одном из трёх антикварных магазинов. Конечно, фантастики там было немного, преобладали детективы, да и то классические — ни один из Бондов не имел права проскользнуть сквозь цензурную сеть...
Ну вот, пожалуйста, чуть не забыл: многие книги на английском, иногда прекрасно изданные, можно было купить за бесценок в магазине «Советские книги» (“Książka Radziecka”) в Новом Святе, потому что великий Советский Союз не заботился о таких мелочах, как авторское право. Действительно, он подписал Женевскую (но не Бернскую) конвенцию об авторском праве примерно в то время, но, как мне объяснили весьма серьёзные люди, защита распространялась только на произведения, опубликованные после даты подписания. А более ранние? Ну, с ними по-старому... Так я стал гордым владельцем нескольких антологий англоязычной фантастики, изданных CCCP в качестве пособий для лиц, изучающих английский язык. Но всего этого, конечно, было недостаточно...
Поэтому, когда я прочитал в прессе о выставке англоязычной художественной литературы в сочетании с её распродажей, организованной официальным польским импортером книг — агентством «Ars Polona», то поспешил занять очередь в магазин на улице Мазовецкой и, проскучав полчаса, оказался в ярком мире книг в мягких обложках...
Именно в мягких обложках. На Книжных ярмарках выставляли в основном научные книги, и если появлялась художественная литература, то в более прочных твёрдых переплётах, тогда ещё не таких разноцветных, как сегодня. Советские издания были столь же мрачными, как и социалистическая реальность. Искушали только эти пестрые мягкие обложки, а я не знал, какие мне ухватить, а тут еще другие люди сзади напирали... Уверен, я упустил тогда многое интересное.
И я взялся за дело более осознанно. В то время газета “Życie Warszawy” вела колонку под названием “Mały Antykwariat”, где размещались запросы людей, ищущих конкретные книги или книги из определённой области знаний. Я написал в запросе, что ищу фантастику на английском языке.
Пришли несколько ответов; большинство откликнувшихся предлагали одну или несколько книг, но попалось и настоящее сокровище: пожилой мужчина из варшавского района Жолибож готов был выставить на продажу несколько десятков томов, большинство из которых я купил, в том числе трилогию «Основание» Айзека Азимова.
Но в ходе завершения сделки выяснилось кое-что ещё. Этот человек оказался любителем самых разных предсказаний, пророчеств и подобных вещей. И он с тревогой рассказал мне, что, кажется, в 1982 году состоится так называемый «небесный парад», когда все девять планет (ага, тогда их было девять) соберутся по одну сторону от Солнца, развязав невиданные силы, которые, скорее всего, вызовут катастрофу космического масштаба. Вскоре этой катастрофе исполнится двадцать лет...
Думаю, что я, хоть и поверхностно, однако довольно точно изложил трудности, с которыми сталкивался любитель фантастики в дофэндомовские годы. Поэтому нет ничего удивительного в том, что, найдя в тогдашнем салоне издательства «Искра» на Иерусалимских аллеях в Варшаве листовку, в которой сообщалось об открытии Клуба любителей фантастики и организуемых им книжных базарах, я немедленно этим заинтересовался…
(Продолжение следует)