НАМ 30 ЛЕТ («Nowa Fantastyka» 268 (361) 10/2012). Часть 8
(СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ, РЕЛИГИОЗНАЯ, ИСТОРИЧЕСКАЯ? – окончание)
Начало статьи смотрите здесь:
https://fantlab.ru/blogarticle96838
https://fantlab.ru/blogarticle96839
https://fantlab.ru/blogarticle96840
https://fantlab.ru/blogarticle96841
https://fantlab.ru/blogarticle96876
Фантастика всё больше разливается на «поджанры» и «тренды», «мейнстримы» и «побочные течения». Козак (Kozak) сочетает триллер с модой на кровососов,
Павляк (Pawlak)
и Войтович (Wojtowicz) пробуют свои силы в более лёгких, зачастую юмористических, разновидностях фэнтези.
Узнаньский (Uznański) исследует очередные буйные миры футуризма и фантасмагории,
а Матушек (Matuszek) дебютирует типографически смелой книгой «Каменный мотылёк» (“Kamienna ćma”).
С другой стороны, роль журналов и литературной критики, задававших тон дискуссиям в предыдущие десятилетия, ослабевает. Некоторые из их функций берёт на себя Интернет – появляются тематические порталы, веб-сайты, блоги и форумы, – но, учитывая общий поток информации, такая деятельность теряет темп. В то же время постепенно отдаляются от фантастики «пограничные» писатели, которые ощущают все более тесное сковывание их корсетом условностей: Шостак (Szostak) -- «Хохолы» (“Chochoły”), «Думановский» (“Dumanowski”), «Фуга» (“Fuga”);
Твардох (Twardoch) -- «Так хорошо» (“Tak jest dobrze”), «Морфий» (“Morfina”);
Орбитовский (Orbitowski) -- «Призраки» (“Widma”), «Огонь» (“Ogień”);
Протасюк (Protasiuk) -- «Праздник революции» (“Święto rewolucji”).
Десятилетие заканчивается стагнацией издательств (“Runa”, “SuperNOWA”, “Wydawnictwo Dolnośląskie” и “Wydawnictwo Literackie” полностью или почти полностью отказываются от публикации польской фантастики) и кризисом журналов – за короткий период времени прекращают существование «Fantasy & Science Fiction» и «Science Fiction, Fantasy & Horror». На поле боя остается, отчасти как в 1990-е, но в то же время иначе, одинокий журнал «Nowa Fantastyka» в трех ипостасях: основной журнал,
«Czas Fantastyki»
и «Fantastyka. Wydanie Specjalne».
Будущие годы покажут, выживет ли недавно созданный журнал «Coś na progu» ("Нечто на пороге"), тяготеющий к ужасам, бицарро и детективам.
С другой стороны, хотя случившийся прежде выход из тени Лема оказался настолько эффективным, что привел к практически полной потере Мастером своих читателей, благодаря инициативе издательства “Agora” и переизданию его «Полного собрания сочинений» (“Dzieła wszystkie”),
этот писатель вновь появляется в книжном обращении и литературных дискуссиях, в том числе и за пределами фэндома.
В литературе, благодаря издательской инициативе Национального центра культуры, на первый план выходит тема фантастически преображенной истории Польши. Паровский (Parowski) пишет «Бурю» (“Burza”, 2010),
Твардох (Twardoch) – «Вечный Грюнвальд» (“Wieczny Grunwald”, 2010),
Войнаровский (Wojnarowski) – «Мираж» (“Miraż”, 2011),
которые вместе с «Призраками» (“Widma”, 2012) и более ранними «Льдом» (“Łod”) и «Черная ворона» (“Wroniec”) подкрепляют новую тенденцию и вписываются в нее. Оказывается, что Польша как тема снова может стать источником вдохновения для фантастов. В то же время укрепляют завоеванные ими позиции популярные писатели «развлекательной» литературы, уверенно работающие в рамках условностей -- читатели ждут новых произведений Пилипюка, Пекары, Гжендовича (который после «Книги о...» приступил к написанию бестселлерной серии «Властитель Ледяного Сада» [“Pan Lodowego Ogrodu”]),
Коссаковской, Комуды и Цьвека. С другой стороны, может сложиться впечатление, что эти же читатели, рассматриваемые в целом, склонны к ужесточению вкусов и с недоверием относятся к новому. Тревожно, что это может быть характерной чертой зрелых трендов, которые зачастую уже прошли свой творческий пик и оказались в состоянии неопределенности. Впрочем, в эпоху тесных связей между литературой и экономикой эта тенденция не ограничивается фантастикой, и издатели во времена кризиса также предпочитают инвестировать в то, что уже оправдало себя на практике.
Вероятно, на этом можно было бы и закончиться этот blitzkrieg последних тридцати лет польской фантастики. Но что это за статья о научной фантастике, в которой не предпринимается хотя бы попытка футурологии?
Читатели и что они станут читать в будущем
Размышления о будущем можно разделить на два потока: рыночные и художественные ожидания и предвидения.
Что касается рынка печатных книг, кризис на нем, вероятно, будет углубляться в ближайшие годы. Формируется замкнутый круг: читательская аудитория печатных текстов сокращается, возникают проблемы с денежными потоками от крупных книжных сетей к дистрибьюторам и издателям, проблемы издательств усугубляются, цены на книги растут, а читательская аудитория сокращается еще больше. Электронные книги — это попытка спасти ситуацию, но в их нынешнем виде (включая несправедливый НДС) они вряд ли в ближайшее время будут доминировать на польском рынке. Хотя это, вероятно, изменится, когда/если Amazon выйдет на польский рынок и цены на электронные книги упадут. Таким образом, золотой век для дебютантов «в печати» закончился (до недавнего времени можно было дебютировать сразу с книгой, даже не пройдя «стажировку» в журналах).
Вероятно, путь к преодолению этих трудностей будет заключаться в растущей популярности самостоятельной публикации электронных книг (self publishing), которая обходит издательства стороной и сокращает путь от автора к читателю. Подобные шаги уже предприняли Орлиньский (Orliński, проект “LEMologia”),
и Юрашек (Juraszek, “Cairen. Drapieżca”),
и если “Amazon” выйдет на польский рынок, эта тема, вероятно, станет еще более актуальной. Проблема будет заключаться в фрагментации похожих публикаций (много наименований с относительно небольшой читательской аудиторией), издательство до сих пор предоставляло не только бумагу и услугу редакционной обработки, но и маркетинг, а также дистрибьюторские каналы. Хотя некоторые имена, вероятно, завоюют более широкую известность (скорее всего, как «явление»), в ближайшем будущем мы, вероятно, можем ожидать появления «польской Аманды Хокинг», отечественного аналога этой американской писательницы, которая, предлагая свои электронные книги без посредничества издательства, только на Amazon и по минимальной цене, уже продала более миллиона экземпляров своих произведений.
Поэтому некоторые авторы, несомненно, найдут место для публикации своих литературных творений в интернете, но это поднимает вопрос отбора текстов: как убедить читателей прочитать именно то, что написал тот или иной писатель, учитывая поток похожих публикаций? Это проблема экономии свободного времени, самой мощной валюты в онлайн-пространстве: все большее значение обретает то, уделите ли вы хотя бы минуту, чтобы всего лишь взглянуть на ту или иную книгу. Это дает фору авторам с уже известным именем, читатели уже знают, что хотят читать продукты их творчества. Поэтому будет сложно продвигать литературные новинки (не только имена, но и тренды), если они не исходят от признанной звезды. Хотя вирусный маркетинг и группы поддержки в социальных сетях для авторов-дебютантов, безусловно, покажут, на что они способны, как это уже продемонстрировали номинации на премию Зайделя в последние годы.
Литературный разрыв между «настоящей фантастикой» и «мейнстримным пограничьем», вероятно, будет углубляться, что нанесет ущерб жанру фантастики, поскольку это может вытеснить из него некоторых авторов, пытающихся писать, не пуская в ход пакет авантюрно-приключенческих заготовок. С другой стороны, среди писателей, жалующих жанровые условности, нет недостатка в относительно молодых авторах (судя по количеству публикаций), которые преуспевают в фантастической литературе, не боятся оригинальных миксов и обещают показать в ближайшие годы то, на что они способны – Оркан (Orkan),
Пискорский (Piskorski),
Вельницкий (Welnicki),
Майка (Majka).
В «фантастическом мейнстриме» после стимпанковского наступления можно предсказать возрождение космической оперы (подобные заявления уже делаются). Появилась и польская «паранормальщина» -- Ядовская (Jadowska),
и хотя за рубежом главное течение такого рода произведений, похоже, постепенно слабеет, польские вампиры, оборотни и ведьмы в различных сочетаниях должны неплохо себя чувствовать, по крайней мере, ещё какое-то время.
Многие читатели, помня двести тысяч экземпляров первых номеров «Фантастики», проданных из-под прилавка, вспоминают 1980-е как мифический период, когда появлялись лучшие тексты, авторы были самыми выдающимися, а литература обладала самым сильным колоритом. Растущая группа читателей помоложе так же думает и о 1990-х, которые также уже прошли, — во многом золотом веке фэнтези в Польше. Что касается 2000-х, они еще здесь, еще рядом. Будет ли нынешнее десятилетие когда-нибудь и чем-нибудь похожим на прошедшие? Мы можем лишь смотреть с надеждой и интересом в будущее. Другими словами, делать то, чем уже многие годы занимается научная фантастика.