Платов привёз Левшу в Петербург. На сцене вновь появляется царь Николай I. Левша пока спрятан про запас.
Схема развивающегося сюжета двух глав такова:
1) Платов, считая что тульские мастера ничего с блохой не сделали, боится показаться на глаза императору.
2) Николай I сам вспоминает о блохе и не верит Платову, что мастера его — царя — обманули.
3) Дочь императора (у неё персты тонкие) заводит блоху — и блоха не движется.
4) Платов Левшу за волосья таскает — и тот, наконец, сообщает, что на блоху надо смотреть "в самый сильный мелкоскоп".
5) Платов бежит с этой новостью к государю.
Посмотрим, как это развитие событий раскрывают разные иллюстраторы, как строят макет 11-й и 12-й главы.
Кузьмин — мастер старой элегантной школы. Всё психологическое напряжение двух глав он подаёт через портреты действующих лиц на полях.
1) Платов — озабоченный, сам себя не поймёт: с предыдущим государем на равной ноге был, а этого — робеет. Видать, и впрямь Николай Павлович строг ("ничего не забывает").
2) Строгость царя, Кузьмин, конечно, усиливает — Николай маньяком выглядит. К такой трактовке образа Николая I советскими художниками мы уже привыкли в предыдущих главах.
3) Хрупкость любимой младшей дочери императора призвана уравновесить строгость папаши.
4) Платов в конце главы — совсем расстроенный. Вот вам и всё свободомыслие — можно им кичиться, пока начальник потакает.
5) Единственная на две главы крупная иллюстрация в тексте посвящена избиению Левши.
Эппле, как уже понятно, трагедию из повести устраивать не собирался. Тёмные силы у художника никого не гнетут — и Платова царь Николай тоже не гнетёт. Одна заставка, один иллюстрированный разворот на главу.
1) Царь благожелательно интересуется, что там с блохой. Но Платов на вытяжку стоит.
2) Следующая глава. Опять одна заставка, один разворот. Но здесь уже на контрасте: идиллия в царской семье и безобразная сцена за пределами царского кабинета.
Кукрыниксы оторвались. Есть где сатирический дар проявить.
1) Уморительный казачий атаман. На заставке 11-й главы — это Платов шкатулку с блохой за печку прячет, в надежде, что царь про неё не вспомнит.
цитатаИ вот он хоть никакого в свете неприятеля не пугался, а тут струсил: вошел во дворец со шкатулочкою да потихонечку ее в зале за печкой и поставил.
2) Концовка главы — Платов отправляется за спрятанной шкатулкой. Платов-царедворец, действительно, комичен. И строгий император тут ни при чём. Это сам Платов лебезит перед сильной властью.
3) Первый осмотр царём блохи. Царь и Платов — потешные. Цесаревну художники тоже не пощадили — окарикатурили.
4) Совет Левши смотреть в самый крупный мелкоскоп. Казаки вновь обрели форму, сообразную описываемому времени (впрочем, наряды придворных — прошлого века).
Тюрин строит макет по иному: он не идёт вслед за событиями буквально. К каждой главе у него перед текстом страничная иллюстрация типа фронтисписа — там он заявляет нечто вроде эпиграфа. И страничная иллюстрация внутри главы — там уж он выбирает ключевую тему. Из всех персонажей — один только Платов.
1) Фронтиспис к 11-й главе: взгляд на Дворцовую площадь через арку — ага, мы снова при дворе.
2) Внутренняя иллюстрация: Платов трусливо прячет шкатулку с блохой. Но лица его не видно — художник является фанатом Платова, позорить он его не хочет.
3) Фронтиспис к 12-й главе: блоха. Никаких тонких пальчиков русской принцессы.
4) Внутренняя иллюстрация: После избиения Левши (это художник, понятно, не показывает) Платов возвращается по лестнице к государю. Передано полное одиночество Платова. Притом, что лестница полна придворных.
цитатаА царедворцы, которые на ступенях стоят, все от него отворачиваются, думают: попался Платов и сейчас его из дворца вон погонят, — потому они его терпеть не могли за храбрость.
Удивительно, но пламенные обличители самодержавия — Юдин и Петров — прохладно отнеслись к материалу этих двух глав. Вот ведь, вроде, снова царь появился — давай его, язви. Ан нет, наверное, художники решили, что тогда им придётся и невинную цесаревну фурией изображать, но она того не заслужила, да и так помрёт скоро.
1) Юдин всё свое негодование на Платове выместил — отвратительный персонаж получился.
2) А Петров вообще цветных страничных иллюстраций не сделал. Вот только заставки, которые я в начале каждого обзора обзора помещаю, чтобы не терять эскизы мастера. Ну вот они — крупно. Персонаж — Платов. Мотив лестницы — как символ отчуждения — вновь звучит.
Избиение Левши — само собой.
Ну, раз уж решили посмотреть таинства макета художников, посмотрим макет и у Коуровой.
1) Заставка к 11-й главе чересчур символична: какая-то свеча догорела и чадит — это, видать, карьера Платова угасает. Хорошо символистам — кто-нибудь посторонний как-нибудь истолкует.
2) Одинокий Платов на лестнице. Что этим хотела сказать художница?
3) Без принцессы-цесаревны эта сюита обойтись не могла.
4) Оригинально подан избитый Левша. Держат его двое городовых а форме начала XX века. Яркий символ угнетения рабочего человека. В принципе, допустимо — я тоже в детстве мечтал облегчить жизнь персонажа машиной времени. В начале XX века Левше на помощь могут придти хотя бы красные дружины с эсерами-бомбометателями.
цитировать
свернуть ветку