Ожившая летопись, или «Іду на вы!»
Середина 10 века. Киевская Русь.
В государстве неспокойно. Родовой строй, на котором росла и поднималась киевская держава, в упадке. Все больше власти берут в свои руки княжьи мужи, отбирая у родовичей очищенные от леса поля, борти и охотничьи угодья. Все больше появляется на свете алчных людей, думающих лишь о собственной наживе.
На границах также проблем хватает. Бесконечные набеги печенегов, терзающих окраины, а порой норовящих пограбить и центральные земли. На Итиле угнездился хазарский каганат, уже не первый год собирающий дань с Руси. А на Понте Эвксинском царит Византия, не дающая свободно дышать киевским торговым людям. Натравливающая соседей на ее рубежи. Считающая славян варварами, не желающая признавать в Киеве равноправного партнера.
На великокняжеском престоле Ольга. Княгиня уже в возрасте и не хочет воевать, предпочитая решить миром неурядицы с Византией.
Но далеко не все в Граде Кия согласны с властительницей. Они считают, что с врагом надо бороться «не словом, а силой».
И, похоже, этих людей найдется кому возглавить. Ведь наследник великокняжеского стола юный Святослав жаждет броситься в рать, добывая себе честь и славу.
Один из лучших романов , погружающий нас в эпоху Киевской Руси. Наравне со «Щитами» дающий возможность прочувствовать и понять жизнь славян того времени. Книга, где буквально оживают знакомые с детства скупые строки летописей.
Атмосфера в работе Скляренко на пять баллов. С огромным плюсом.
Уроженец Черкащины Семен Дмитриевич Скляренко планировал создать трилогию о выдающихся киевских князьях 10-11 веков. Второй роман – «Владимир» вышел в 1962 году. Написать книгу о Ярославе, к огромному сожалению, помешала смерть писателя. Своего Сандерсона у Скляренко не нашлось.
Мы погостим в Граде Кия. На Горе, где обустроились князья с дружиной, а заодно их ближние мужи. Заглянем в княжий терем. Неоднократно побываем на княжеском завтраке в «стравнице» — накормить этих властительных оглоедов с приближенными, целая история для большого штата «дворян» (не в смысле «помещиков», а в значении дворни, дворовых слуг). В Золотой палате, где вершат суд, а на посетителей угрюмо смотрят мечи и брони предыдущих князей, начиная от Кия. Пройдемся стенами, ограждающими Гору. Посетим Предгорье, с жилищами бояр рангом пониже, купцов и мастеровых. Подол, где бьется торговое сердце Города – Торг, увенчанный огромной фигурой Волоса. Реку Почайну, куда пристают суда, спешащие в Киев. Оболонь – место для княжеских садов и огородов.
Узнаем особенности жизни Киева, к примеру, полный запрет на ночное разжигание огня (пожары, знаете ли, не тетка). Или нюансы отношений между князем и Горой – окружением властителя и прочими влиятельными товарищами, которые имели гораздо больше влияния на ход событий, чем могло показаться на первый взгляд.
Насладимся описаниями великолепной природы, расположенной к людям той эпохи вплотную.
Склоним голову на похоронах и подымем чашу во время тризны. Приобщимся к богатым и разнообразным языческим традициям. Почувствуем мистический склад славянского ума. Немудрено, когда домовые, навы и прочие дивы возятся прямо за порогом, а под очагом обитают чуры -- души предков. Вместе с киевлянами повеселимся на Купала и прогоним прочь зиму, прославляя Коляду. Узнаем, что колядки с их знаменитым: «Добрий вечір тобі, пане господарю» изобретение отнюдь не христианских времен, а очень даже очередной пережиток язычества. Кстати, язычники тоже не чурались термина «поганые», которым поклонники Христа позднее называли ценителей старых богов. Вот только «погаными» для язычников были как раз христиане.
Киев станет не единственным местом, куда автор перенесет читателя. Кроме стольного града нас позовут посетить пару небольших городищ, как тот же Будутин или Любеч (не слишком частый ход в исторической литературе – описание бытия провинциальных жителей). Место обитания рода, живущего по старинному укладу. В земляных хижинах, построенных дедами-прадедами. Нам покажут обустройство таких жилищ. Охоту, отношения, быт, выжигание леса под посевы, немудреную снедь, типа супа с вяленой рыбой и пресных коржей. Отношение к кузнецам. Обычаи славян, с обязательной жертвой душам предков перед едой.
Рода, жизнь которого серьезно меняется. Ведь все больше власти берут в свои руки княжьи мужи, отбирающие у родовичей их природные богатства. Метящие землю своими знаменами, жаждущие содрать со смердов все больше налогов.
Упадок родового строя станет для нас не просто строками в учебнике, а пережитой вместе с героями болезненной и шокирующей данностью.
Отдельное спасибо автору за главы, посвященные потомству старейшины Анта. Эти истории третьестепенных героев ощутимо добавляют миру романа осязаемости и глубины. Что уж говорить об отце Малуши Микуле, который постепенно становится натуральным гласом народа.
Совершим долгое путешествие в Византию. Увидим стены Царьграда и бухту Золотой Рог. Блеск и нищету Большого дворца. Магнавру – Золотую (к названиям мест, где властителя мостили свой тухес, в те времена подходили без особой изобретательности) палату с механическими птицами, львами и летающим троном. Гордые боевые дромоны. Заглянем на прием к императору. На своей шкуре почувствуем хитрость и коварство ромеев, их отношение к нашим людям. Приобщимся к внутренним теркам и интригам среди имперской знати, частым сменам императоров. О! Глянь, какие люди! Цимисхий! Феофано! Заглянем в Болгарию и поживем среди угров. Познаем тяготы зимнего пути домой.
Побываем на войне, познаем тщательность подготовки, тяготы дальнего пути ратников, суровость днепровских порогов и кровавый водоворот сечи. Встанем плечом к плечу с гриднями на забороле киевской Горы, отбивая кривую печенежскую саблю. Вынесем обессиливающую осаду, заставляющую жаждать хоть глотка воды. Впрочем, тактическим аспектам сражений автор уделяет немного внимания. А вот эмоциональным – напротив.
Увидим, какими разными путями люди меняют веру (вечное ожидание, что новые боги дадут больше, чем прежние), и как происходит постепенная смена религий в государстве. Покручинимся засилию алчности и сребролюбию нового поколения. Непременному подношению от обличенного малой властью вышестоящему, а тот, в свою очередь, дает на лапу стоящему над ним (коррупция у нас нынче буяет, говорите? Ню-ню. Откуда ж она взялась!). По мнению автора, государство чертовски сильно портит людей. И вы знаете, даже спорить не хочется.
Без описаний социальной несправедливости также не обойдется. Не забываем, год написания романа – 1959. Но даже если оставить советскую действительность за скобками, уж чего-чего, а этой самой несправедливости было полным-полно во все времена. Включая благостную Киевскую Русь.
Отдельно стоит отметить на диво богатый, «вкусный» и наполненный украинский язык романа. Когда слова и фразы можно наслаждаться каждым вторым словом, перекатывать их на языке, кайфовать от их построения, структуры, ритма, колорита (из современных авторов таким подходом к языку и стилю радуют Олдя). Добавляет перчику в блюдо частое и уместное использование архаизмов, отлично рисующих эпоху 10 века и порой означающих совсем не то, что нынче. Как вам «піду поникаю» в смысле поищу добычу.
По возможности читайте в оригинале, переводы «не тянут» (впрочем, это касается не только «Святослава»).
Неординарно смотрится используемый автором слом 4 стены и обращение к читателям. Х-м, а можно было бы и почаще.
Первая половина книги более личная и лирическая, благодаря истории любви, юному возрасту протагонистов и истории семьи Анта. Вторая выходит на междержавный уровень, в основном посвящена противоборству с Византией, полыхает огнем походов и сражений, дает возможность персонажам повзрослеть и сполна познать жизненные невзгоды.
Роман полон эмоций, дум о судьбе Руси и ее соседей, рефлексий героев, негативного отношения к Восточной римской империи и ее лидерам (было за что).
Из героев первой половины романа выделяется Малуша. Девушка из Любеча, попавшая в Киев неоперившимся подростком. Въехавшая на Гору под щитом брата Добрыни. Ставшая ключницей княгини Ольги. Познавшая ответственность хранительницы ключей от княжеских богатств. Работу, которая начинается задолго до рассвета и заканчивается после заката. Несправедливость и высокомерное превосходство княгини.
Но вместе с тем и большую любовь, давшую миру одного из наиболее значимых персонажей киевской истории. Любовь короткую, но такую яркую.
Как я уже говорил, хорошо описана ее родня, от деда Анта – последнего старейшины рода, до отца и его жадоб-братьев.
Что там с власть имущими?
Ольга. Перед нами уже не та фурия мести, жгущая Искоростень. А женщина в возрасте, убежденная христианка, старающаяся лишить внешнеполитические дела без крови. Сокрушающаяся о ссорах и конфликтах меж сребролюбивыми боярами и князьями.
Прижимистая, не слишком добрая, хитрая, холодная и жестокая, но не окончательная стерва. Весьма умная, способная правительница, подчинившая свою жизнь обустройству Руси. Одинокая женщина, давно научившаяся обходиться без поддержки и помощи. Скляренко не сильно любит княгиню, но старается отдать ей должное.
Святослав. Восторженный парубок (которому вуйко объясняет общеизвестные вещи, понятное дело, скорее не для Святослава, а для читателя, прием нередко используемый в исторической литературе, вспомним того же «Императора» или «Мальчика») на наших глазах превращающийся в мужчину, готового к большим свершениям. Переживший потерю любимой. Познающий несправедливость, скрытые под спудом факторы, влияющие на его жизнь. Проводящий большую часть недолгой жизни за пределами Руси в боях и походах.
Когда харизматичный лидер, готовый не щадя живота биться за свою страну. Когда муж, непреклонный, как дуб дерево хвойное, ценящий честь превыше всего на свете. Когда князь, наивный, как эльфийский воин, даже для того доверчивого времени (об итальянцах речь не идет). Как стратег и политик Святослав показал себя средне. Да и к его тактике есть вопросы – Куря подтвердит. Как и доростольское сидение.
О некоторых непонятных моментах.
— Вино, которым провожают умершего на тризне в Любече. Небольшом надднепрянском городище, стоящем в стороне от Киева и его торговых операций. А ведь вино в то время было вполне себе предметом роскоши, везущимся издалека, которое могли позволить лишь обеспеченные люди. Беднота алкогольничала хмельным медом и прочими настойками/наливками. И без пива не обходилось.
-Монтаж в десяток лет, оставляющий за кадром подчинение вятичей, уничтожение хазарского каганата. Мягко говоря, небезынтересное и судьбоносное десятилетие, с которым нас не познакомят. Жаль.
-Повсеместное использование героями из Любеча слова «раб», по отношению к себе любимым. В дохристианский период на славянской территории этим словом так легко не разбрасывались, и значение его было четко определено: люди могли быть бедными, но свободными смердами-крестьянами, а могли быть холопами. Холоп/раб – это одна категория населения, свободные родовичи, платящие дань или налог князю – абсолютно другая. Семья Анта принадлежала к свободным, и с какого перепугу отец Малуши через слово называл себя рабом, неясно. Касабельно самой Малуши вопросов нет. Ключница по Правде Ярослава, действительно, определялась в разряд холопов. Как и прочие дворовые люди и челядь.
Эрго. Чертовски атмосферное путешествие в эпоху Киевской Руси, будто летопись перед глазами оживает.