Хороший дом, любящая жена, сын-подросток, плюс на горизонте маячит появление четвертого члена семьи. Свой преуспевающий бизнес, позволяющий скорбящим получить «прощальный портрет» -- пережить последние часы жизни близкого человека.
Бизнес, возможный в первую очередь благодаря крайне нетривиальному дару Эда, способному, попробовав что угодно на вкус, получить информацию о предмете или человеке.
Бизнес, из-за которого к Бексу обратились из полиции, застрявшей в расследовании странного убийства молодой женщины. Убийства, похоже, лишь первого в череде смертей от рук маньяка.
Каких только изысков не придумывают создатели новых детективных историй. Расследование поручают самым непривычным для зрителя типажам. Тасуются времена, обстоятельства, причины злодеяний. А когда в очередной раз исчерпывается число умных людей, способных пользоваться «серыми клеточками», постановщики вручают героям необъяснимые и мистические умения.
Итак, встречайте! Менейр (уважительное обращение к мужчинам в Бенилюксе) Бекс, ищущий преступников на вкус.
Все в сериале крутится вокруг кулинарии (сразу вспомнились «Меню» и «Шеф») и вегетарианских подходов к еде, бурлящих в сытой, избалованной Европе. Постановщики положительно относятся к веганам, не любят мясоедов, но также порицают радикализм. Мол, к тому, что: «жизнь животных важна», каждый европеец должен прийти самостоятельно. Без воздействия экотеррористов, готовых, защищая младших братьев меньших, отправить на тот свет немало братьев старших. Лишь под влиянием морального осуждения от адекватных вегетарианцев и глубинного принятия необходимости исключительно растительной пищи.
Пускай веганская еда несъедобна. Пускай кулинары, готовящие блюда без плоти зверей, не сильно отличаются снобизмом и неадекватностью от своих мясоедных коллег. Пускай уже имеются люди, готовые с пеной у рта защищать права на жизнь пшеницы и бобов. Пускай. У самурая нет цели, только путь.
Постановщики пройдутся по выбрыкам поваров, «каждый из которых психопат». Наглых, безапелляционных, «знающих как надо». По культу еды, неизбежно настигающему граждан держав, находящихся в кризисе или в состоянии упадка. По лицемерным трендовым тенденциям современного западного общества, таким как непременная экологичность продукта («Тунец выловлен экологичным способом с помощью специальных лесок и крючков, снижающих стресс». Спойлер: нет).
Дополнят социальную составляющую сериала проблемами одиночества в толпе (изрядная часть героев именно из таких). Детскими психотравмами, кардинально влияющими на дальнейшую жизнь. Отношением к потере близких. Попытками отдать прощание в руки профессионалов, справиться с горем с помощью специально обученных людей.
Персонажи хороши.
Львиная доля внимания достается нашему «детективу поневоле» менейру Бексу (ден Бегин). 50-летний «фриковатый» мужчина, застигнутый кризисом среднего возраста. Не знающий своих биологических родителей (несмотря на приходящие раз в год письма от матери), усыновленный как подкидыш. Опасающийся трамваев (не зря). Склонный к депрессии. Неловко-нескладный, закомплексованный мямля и подкаблучник с застенчивой улыбкой. Счастливый супруг глубоко беременной жены и сына-подростка, связавшегося с дурной компанией. Любитель старого кино, показываемого в маленьких полупустых кинозалах. Не переносящий вида трупов, несмотря на свою профессию. Добрый человек, неспособный эгоистично устраниться от попыток отыскать злодея, невзирая на анонимные угрозы и неодобрение жены. Некогда окончивший детективные онлайн-курсы. Разрывающийся между семьей и расследованием, понимающий, что возможно только он может отыскать негодяя, и спасти чьи-то жизни.
Суперсила героя работает не на все 100. Показывая ему лишь кусочки и обрывки информации, связанные со съеденным/облизанным предметом, или частью тела (нет-нет, никаких Ганнибалов!). Вдобавок для его способностей имеется свой криптонит в виде помидоров.
Что встречается нечасто, подтанцовка у главного героя на уровне.
Анна (Шаап). Одна из клиенток, оказавшаяся полицейским судмедэкспертом. Ехидная, недоверчивая, колючая, «горячая штучка», замужем за работой. Ставшая ГГ практически другом, а заодно конкретным поводом для серьезной ссоры с супругой.
Клео (де Роо) – жена Бекса. Дама на седьмом месяце, крепкой рукой ведущая семейный корабль подальше от бурных вод. Хотя приближение родов сказывается – и сын кони мочит, и благоверный глупостями занялся.
Старший детектив Адамс (Керреманс) – глуповатый молодой самодовольный тип, махровый карьерист с не слишком большим детективным талантом. В нагрузку – птичья психотравма и душеспасительные беседы с психологом.
Лесли (де Шуттер), арендодательница офиса ГГ, хозяйка кулинарной лавки. Эмоциональная, слезливая, бодипозитивная девица, полная комплексов и стремления к счастью.
Отдельно стоит отметить саркастичный юморок проекта, частенько заглядывающий на темную сторону. Герои шутят о смерти, каннибализме, возрасте, поле, ожирении. О многих запретных для современного толерантного социума темах. Шокируют зрителя малоаппетитными кулинарными исследованиями Эда под приглядом Анны. А кончина бабушки одного из клиентов Бекса и вовсе претендует на премию Дарвина. Х-м, а на вас в суд за такое веселье не подадут?
Детективная линия не самое сильное место проекта. Слишком много подсказок дадут постановщики – личность главгада читается. Да и второй сезон, на который жирно намекают постановщики, откровенно лишний.
Эрго. Еще одна версия «детектива поневоле» -- обладателя нестандартных умений. Расследование, сосредоточенное на кулинарии, включая ее довольно тошнотворные проявления. Проект полностью лишен экшена, любит специфические шутки, порой становится скучноватым, не всегда дружит с темпоритмом. Но при всем этом, смотрится не без интереса.
Режиссер: Малин-Сара Гозин, Ханс Веркотер
В ролях: Питер Ван ден Бегин, Элиз Шаап, Эмили Де Роо, Джин Бервоетс, Саид Бумазоуг, Уорд Керреманс, Ману Керстинг, Изабель ван Хекке, Син Эггерс, Том Ауденарт, Кателийне Вербеке, Лорен Мюллер, Кристин Ван Пелликом, Зузу Бен Чика, Джеф Моэланс
Мелодрама в условном хроноантураже, или Борьба за дочу
Cпецагент Бюро темпоральной деформации Кин Стюарт аж никак не ожидал от рутинного в сущности задания такого вот конца.
Застрять в прошлом на долгие годы, тщетно ожидать эвакуации, терзаться головными болями и терять воспоминания о своей жизни в будущем. Такого даже врагу не пожелаешь.
Разве что встреча с прекрасной Хизер и рождение дочери Миранды (в нарушение всех правил и процедур бюро) смогли как-то скрасить жизнь Кина.
Но оказалось в будущем о Стюарте не забыли. Спустя 18 (!) лет на его пороге появляется агент БТД с известием о скором возвращении Кина домой. Туда, где его ждет невеста и настоящая жизнь.
Перед нами натуральная семейная мелодрама с легкой фант-присыпкой элементов общества будущего и нюансов работы БТД. Мелодрама, милая, душевная, оптимистичная, полная психологических и семейных зарисовок, но к фантастическому жанру имеющая весьма опосредованное отношение.
Главный герой активно страдает, сожалея о потерянном, в упор не замечает того, что у него имеется сейчас. Открывает в себе бездны отцовского инстинкта (куда там материнскому), и пытается исправить неисправимое, позабыв о том, куда ведут вымощенные благими намерениями пути.
Дополнительная беда в том, что долгое время читательского сопереживания у Кина с гулькин нос.
Хотя автор наделил протагониста парой интересных черт характера, вроде искренней любви к футболу, знакомства с тактикой/стратегией этой игры, использования приемов ногомяча в реальной жизни. Досконального знания кулинарии. Позволил ему регулярно рефлексировать, делиться с нами своими мыслями, тревогами, сомнениями. Сделал ближе к читателю, убрав из разряда агентов-суперменов, крайне изредка позволяя проявить навыки оперативника: подрастерял, дескать, за годы сытой жизни. Наделили нажористым чувством вины, сам, мол, виноват в бедах своих близких, неча правила нарушать. И прочими психологическими этюдами для чайников.
Но при всех этих достаточно колоритных прелестях ГГ, большую часть книги он оставляет равнодушным.
Взрослый мужик, мечется туда-сюда, разрываясь меж прошлым и будущим, головой постоянно страдает. Хороших людей обижает (Маркусу с Пенни достается). Фи, боярин.
Может дело в языке, который шедевром не назовешь даже под дулом пистолета. Суховатый, корявый, рваный, неинтересный. Переводчика тоже не помешало бы поспрошать с пристрастием. Частенько бывает, что не только автор в языковых косяках виновен.
И только к третьей части романа отношение к Кину налаживается. Человек, ради своей кровинушки готовый сотворить невозможное, напрочь позабыв о себе, начинает вызывать уважение. Уже хлеб.
Будущее 2142 года в книге выглядит невнятно и скупо. Летающие машины, препарат, продлевающий жизнь, люди на Марсе да неимоверной высоты здания. Не густо.
Воспользовался Чен излюбленной нынче теорией Мультиверсума, когда любой выбор порождает новую вселенную. Хотя с какого перепугу при таких вводных руководство БТД вообще занимается гонками за хронозлодеями, неясно. Если каждое действие порождает иную вселенную – расслабьтесь и получайте удовольствие. Ведь после хронопреступления (как и любого иного деяния) начинается ветвление, и к старому миру эта линия уже не имеет никакого отношения. Или вы по примеру бравых парней из Локи хотите влиять на все ответвления? В общем, всем гомо сапиенсам по отдельной вселенной, меняющейся каждую миллисекунду!
Без парадокса, имеющего тут название «дедов», не обошлось. Не обижайте собственного деда при прыжке в прошлое – боком выйдет. Или по другому: прожитое объектом в прошлом время безнаказанно «откатить/изменить» нельзя – ведь появляется угроза самому «пространственно-временному континууму»! Вот так, не больше и не меньше.
Особенно мило смотрятся утверждения руководства Бюро о том, что: «мы тут, чтобы искоренять темпоральную деформацию». Ту, которую сами же и вызываете, сигая в прошлое, как козлики на покрытую вкусной травой лужайку. На кой пресловутый ускоритель темпоральных прыжков изобретали? Вдобавок не сумев ограничить распространение технологии? Да и влияние одной единственной видеоигры на будущее, как меня чрезмерно преувеличено. Мало тех игр/фильм/книг было (и будет) создано? Много из обрывков отрывков информации из нее извлекут? Даже если начнут копать? Так отож.
Будней сверхсекретного Бюро, о котором не знает почти никто на планете (что не мешает куче народу пользоваться услугами темпоральных наемников), автор также пожалел. Немного теории, да финальная эскапада. Жадина.
И то правда, разве до нюансов работы Бюро, когда главному герою нужно всласть пострадать и порефлексировать.
Эрго. Милая семейная мелодрама, зачем-то завернутая в едва намеченный, условный флер хронофантастики.
Пасторское расследование, или Суровые будни шведской глубинки
Середина 19 века. Швеция.
Новый пастор Лассе, приехавший в деревушку Кенгис, приютившуюся меж обширных болот и бескрайних лесов, был полон энтузиазма. Избавить души обитателей поселения от греха, уберечь их от пьянства, показать дорогу к Господу.
Но все оказалось не так радужно, как хотелось. Местные власть имущие, особенно хозяйка фабрики, восприняли приезд священника в штыки. Народ не сильно стремится вести трезвый образ жизни. Приемный сын пастора, Юси, переживает явно обреченную влюбленность и не может найти себе место среди здешней молодежи.
Вдобавок, посреди бела дня в лесу пропадает девушка-пастушка, в исчезновении которой обвиняют медведя-людоеда.
Пастор не слишком верит в вину косолапого и принимается за собственное расследование. В процессе выясняя, что нападение на местных красавиц имеет все шансы повториться.
Скандинавские детективы («Мост», «Пришельцы», «Код 100») время от времени позволяют зрителю отвлечься от привычных американских расследований, погружая нас в тягучие, аутентичные, северные реалии.
Создатели Koka björn решили прибавить перчика, перенеся зрителя из надоевшей современности в середину 19 столетия.
Вышло атмосферно и довольно увлекательно.
В первую очередь привлекает внимание шикарная природа и особенности жизни глухой шведской деревушки.
Восхитительные панорамы безмятежных холмов, поросших лесом. Эпичные болота, кое-где открывающиеся небу глазками чистой воды. Завораживающие закаты и рассветы, хоть сейчас на картинку «рабочего стола». Облака, укрывающие горы и доводящие эти картины в совершенства. Равнины, усыпанные фактурными камнями. Журчащие меж булыжников ручьи и речушки. Богатейшая флора и фауна, от миниатюрных редких цветочков до огромных медведей. Вездесущие комары, от которых здешние жители давно придумали разные естественные способы защиты. Не Untamed, будто снятый лучшими операторами NGO, но тоже впечатляет.
Аборигены Кенгиса интересны не меньше окружающего их мира.
Поразительная веснушчатость (с головы до пят) девушек. Обязательный платок для дам, чтобы покрыть волосы. Женская и мужская половина в церкви — рядом представители разных полов не сидят. Мужик с палкой, будящий закемаривших прихожан во время длинной проповеди. Ранцы из бересты. Непременная сауна, как без нее в тех холодных краях. Обувка с загнутыми вверх носами и «воскресные сапоги». Небольшие ножики у всех, включая баб. Субботние танцы в амбаре без музыки под протяжные, ритмичные напевы и хлопки рук, отбивающие такт. Хмурые хижины. Грязные руки и не очень чистые лица. Обручение и похороны. Непременные монеты на глаза покойникам (мы конечно, христиане, но платить-то перевозчику надо). Вскрытие и вываривание черепов добычи.
Социальное напряжение между богачами/средним классом и нищей беднотой. Барское презрение к пейзанам со стороны чистой публики деревни, смешанное с нутряным испугом ожидания мужицкого бунта. Тягучая как патока и унылая жизнь, которую скрашивает лишь возможность набухаться вечером до нестями. Тяжелая женская доля. Глубоко пренебрежительное отношение шведских поселенцев к саамам – местному коренному народу (взаимное). Все эти конфликты напрямую повлияют на суровую развязку.
Следующим стоит отметить главную актерскую работу.
Пастор (Скарсгард) – хорош. «Агитатор в рясе, когда он говорит — у людей появляются мысли». Энергичный, деятельный, строгий, истово верующий (но без излишнего фанатизма, разве что к алкоголю – «бренди — жидкие экскременты дьявола» и добрачному сексу нетерпим). Не лишенный амбиций и тщеславия («никто не безгрешен»). Жгущий глаголом и заводящий народ во время проповедей.
Любопытно. Общение нашего ГГ с детьми проходит аж никак не по привычному нам христианскому церковному канону. Как вам рассказ о Небесах, где верующих ждут: «горы масла, ломти оленины и свежий хлеб».
В церкви носящий забавный «профессиональный» наряд (прикид – огонь!) с гофрированным воротником – «горгерой» в стиле советских сказок «про ливонцев» и многолучевой звездой (феаноринг? не, лучей многовато) на груди. Заботящийся о бедняках своего прихода, готовый даже делиться с ними церковной десятиной.
Гордый обладатель пары трубок – одной домашней с длиннющим мундштуком (Холмс обзавидуется), второй – небольшой для курения на ходу. И непослушной, залихватской пряди волос. Он образован, умен, всерьез увлекается изучением флоры, собирает гербарий, должный прославить его в среде натуралистов – собрание растений, которому «не будет равных в мире». Не боится замарать руки. Готов с открытым сердцем воспринимать мир и его обитателей.
Пережил потерю ребенка, взял в семью приемным сыном мальчишку-саама. Вырастил пацана как наследника и потенциального служителя церкви, активно занимается его образованием и развитием талантов.
Как детектив герой почти не уступает своей пасторской версии. Он азартен, с головой погружается в расследование. Наблюдателен, внимателен, подмечает мелочи и детали. Тщательно изучает место преступления, используя зрение, обоняние, логику и тела жертв. Осознает, что всего этого может быть недостаточно.
Ватсоном нашего великого шведского детектива трудится уже упомянутый приемный сын Юси (Карлсен), прозванный злыми языками: «шаманенком». Всюду сопровождающий отца во время его расследований, прилежно заносящий в тетрадь его наблюдения. Порой даже подкидывающий неглупые мысли.
Но Юси не только спутник и молчаливая тень героя.
Юноша возрастом до 20 годочков, скромный, стеснительный, держащий глаза долу. Полный пубертатных страстей, зажатых и загнобленных благодаря религиозному воспитанию. Служащий нам примером одновременно и расовых конфликтов, и эмоциональных качелей, и ошибок в отношениях отцов и детей. Ищущий свой дом. Проходящий интересную арку попытки возвращения к истокам. Переживающий сомнения и чертовски болезненные испытания. Вставший перед выбором между верой и активным действием. Показавший другой, отличный от религиозно-пасторского, вариант взаимодействия со злым социумом.
Также можно отметить:
-Хозяйку фабрики, солидную «городскую» даму, чувствующую себя в этом медвежьем углу не в своей тарелке, держащую всех в ежовых рукавицах, ополчившуюся на нашего ГГ: «угрожающего самому существованию нашего общества».
-Обширного телом и любящего выпивку исправника – представителя местной полицейской ветви власти. Туповатого, подлого, но внушительного.
-Его помощника молодого констебля с беременной супругой.
-Хтивого хозяина лавки.
-Приезжего художника – стильного красавчика (разве что зубы…), модника и похотливого бабского угодника, готового обольстить любую даму, блистать на местных танцах и в приличных домах.
-Да романтический интерес Юси – юную Марию.
Детективная линия не идеальна, но каши не портит. Как полагается, в наличии головоломки, как-то загадка запертой изнутри комнаты, или таинственного маньяка. Имеется с полдесятка подозреваемых, постепенно отсеивающихся в ходе расследования. Впрочем, главгад читался уже к завершению второй трети сериала. Вдобавок постановщики решили подбросить эдакий макгафин: наградив злодея раной – спорный ход, будем честными. Рояль в кустах, право слово.
Эрго. Исторический скандинавский детектив, интересный атмосферой отношений в шведской глубинке середины 19 века, картинами природы и главной актерской работой. Жаль, расследование до антуража не дотягивает, но не все же коту масленица.
Никакой игры престолов, или Локальная сторона Вестероса
Далеко позади остались схватки Пляски драконов. Далеко впереди Игра престолов и появление Бурерожденной.
Нынче в Вестеросе относительное затишье. Королевства приходят в себя после очередной непростой Зимы, а на Эшфордском лугу готовятся к большому рыцарскому турниру. Мероприятию, который должен почтить своим присутствием самолично наследник Железного трона с родней.
А оруженосец рыцаря сира Арлана, нескладный и простоватый верзила Дунк, после смерти господина оказывается на распутье.
В наследство от умершего рыцаря Дунку достается тройка коней, добрый меч и горсть монет, которой ну никак не хватит на долгое время. Идеализированные представления о чести и долге рыцаря. А также желание проявить себя на будущем турнире.
По дороге в спутники к Дунку навязывается лысый мальчишка по имени Эгг, крайне неохотно рассказывающий о своем прошлом.
Никто и догадываться не мог на тот момент, как причудливо сложится судьба этих двух людей.
Мир, созданный пером Джорджа Мартина, продолжает покорять малый экран. В ожидании следующего сезона Дома дракона, зрителя решили посвятить в перипетии цикла «Повести о Дунке и Эгге».
Вышло недурно.
В отличие от судьбоносных для всего Вестероса событий ИП и Дома, A Knight создан как локальная, скромная история двух людей (эдаких Пата и Паташона). В результате, чего уж скрывать, все равно непосредственно влияющая на историю самых что ни на есть Великих домов. Причем начинающая это делать еще до завершения первого сезона.
Действие всех шести получасовых серий (не считая небольшого вступления) первого сезона происходит на том самом рыцарском турнире. В атмосферу этого незаурядного мероприятия мы с вами окунемся с головой.
Рыцарские шатры ввиду крепкостенного замка. Готовящееся ристалище. «Шум, пальба и дикие крики». Уйма хаотично перемещающегося народу, пьющего, галдящего, закусывающего, горланящего песни (очень ролевой фестиваль напомнило). Братающегося, хватающего друг друга за грудки, пристающего к не сильно сопротивляющимся дамам. Танцы до упаду. Фокусники, театральные и кукольные представления. Напоказ работающие кузнецы. Тренировки ждущих начала участников. Местный фастфуд. Забавы типа перетягивания каната. Таверны, забитые жаждущими промочить горло. И так много дней подряд. И это все еще задолго до начала самого турнира.
Потихоньку доходит до дела. Ритуал вызова с приставанием к щиту претендентов, ожидающих у своих шатров. Сумбурные (кто кого хрен поймешь), но впечатляющие конные сшибки. Разлетающиеся в щепу копья. Валящиеся под копыта рыцари. Завораживающий азарт наблюдения за схватками. Беснующая толпа, активно болеющая за своих фаворитов. Паршивое отношения народа к правящему дому Таргариенов. Судебный поединок – божий суд в любопытном формате «семь на семь».
В антуражности не откажешь.
Из актеров пальма первенства у Дунка (Клэффи). Высоченный мужик («полумуж-полувеликан»), полный наивных взглядов на рыцарство. Родившийся в Блошином конце в семье вора, закончившего жизнь на виселице. Сирота, попавший в услужение к рыцарю. Туповатый (скорее тормознутый) тугодум, чья тяжелая мыслительная деятельность полностью отражается на лице. Всегда голодный, стеснительный, неуклюжий амбал, не способный от смущения войти в двери, не пересчитав головой балки притолоки. Любящий поговорить с лошадьми. Хороший, добрый парень, искренне считающий долгом рыцаря защиту невинных. Взахлеб рассказывающий о покойном сире Арлане – исключительно хорошее (и лишь видеоряд флешей позволяет увидеть, что все было не так благостно).
Перед нами эдакое воплощение идеализированного рыцаря – персонажа баллад трубадуров. Явления, никогда не существовавшего в реальности. За редчайшими исключениями.
Хороший образ – естественный, милый и вызывающий обильное сопереживание.
Эгг (Анселл) на фоне старшего товарища смотрится блекло. Да, пацан гораздо умнее, чем великан Дунк, что видно с первых слов. Да, временами Эгг активно напоминает о том, что перед нами ребенок, ведя себя по-мальчишечьи, полностью отдаваясь играм или азарту боления на турнире. Да, он вполне адекватно передает состояние человека, желающего изменить свою жизнь. Мило учится шитью и внимает речам Дунка о рыцарстве.
Все вроде неплохо, но не оставляет ощущение, что можно было лучше.
Из второстепенных персонажей можно выделить разве что Таграриенов. Тут вам и думающий о стране взрослый наследник (Карвел) – потенциальный великий король и светоч рыцарства. И его циничный братишка (Спруэлл ). И обязательный для этой семейки двинутый принц (Беннетт).
Да Лионеля Баратеона (Ингс), совмещающего нелегкую долю комедийного персонажа с рыцарским отношением к драке, которую ну никак нельзя пропустить.
Но, будем честными, подтанцовка у главных героев слабовата.
Юморок, которого тут хватает, на фоне пафосных ИП и Дома смотрится мило, вот только фекальными мотивами постановщики увлеклись (ладно-ладно, действия Дунка после отголосков патетичной мелодии из ИП смотрелись забавно).
Из боевки нас порадуют копейными рыцарскими турнирными схваткам. Жаль, параллельно идущим сшибкам, как я уже сказал, откровенно не хватает акцентированности.
Да «семерным поединком» – он чертовски недурен. Тут вам и паника перед началом боя (глаза «по пять копеек»). Тут вам и вид из глаз сквозь прорезь забрала (хреново видно, доложу я вам). И сумбур общей свалки, когда может прилететь по голове откуда угодно, тем паче если ты настолько сконцентрирован на противнике. И потеря ориентации. И удары, проникающие даже через доспехи. И раны, и вяжущая ноги усталость. Впечатляет.
Вот только туман можно было бы менее густым делать. Да врезка из молодости протагониста смотрится не слишком уместно.
Без косяков не обошлось. К примеру, пьяные посиделки рогатого Баратеона, конечно, колоритны, но слишком уж затянуты. У вас серии по 30 минут, из которых вы 10 (!) тратите на одну не особо важную для сюжета сцену. А уж географические подвиги ГГ, который не зная пути, едучи в произвольном направлении, безошибочно добирается до места турнира (выяснив лишь время необходимое на дорогу), заставляют заподозрить у его кобылы наличие ДЖПС под хвостом. Странновато смотрится привычка ГГ оставлять дорогущих лошадей без присмотра где-то в поле неподалеку замка. При том количестве криминального элемента, который привлекают мероприятия типа турнира, коней у парня увели бы в первый же день. А сцена с визитом распорядителя и вовсе оставила в недоумении – победивший рыцарь и так должен забирать шмотки и коня побежденного, зачем об этом напоминать? Или он пытался направить Дунка на конкретного соперника? Если так – диалог надо было строить яснее.
Эрго. Приятное возвращение в мир Вестероса. Никакой патетики и глобальных разборок Великих домов, лишь скромная история в колоритном антураже рыцарского турнира.
Режиссер: Оуэн Харрис, Сара Адина
В ролях: Питер Клэффи, Декстер Сол Анселл, Сэм Спруэлл, Дэниэл Ингс, Финн Беннетт, Берти Карвел, Генри Эштон, Шон Томас, Эдвард Эшли (II), Дэниэл Монкс, Дэниэл Уэбб, Том Вон-Лолор, Вэйд Бриггс, Росс Андерсон, Юссеф Керкур
Птенцы на вылете под разрядами молний, или Поговорим о реальности/Мисс панмерность и ее Мать
Мона Брайт откровенно потерялась в жизни. Неудачный брак, с которым связана жуткая трагедия. Отставка с полицейской службы. Ни кола, ни двора, только старенький убитый грузовичок и полное непонимание, что делать дальше.
До той поры, пока отправившийся на небеса папаня, не оставил Моне наследство. В виде машины и дома, некогда принадлежавшего ее давно покойной матери.
Дома, находящегося в городке, которого нет на картах, неподалеку заброшенной научной лаборатории.
Городке, в окружении вековечных лесов, напоминающем пасторальную открытку со счастливыми и довольными жизнью обитателями. Вот только ночью гулять не советуют. Да с каждым днем пребывания у Моны крепнет ощущение, что со здешним поселением что-то крепко не так.
Похоже, кроме людей в здешних краях гнездится что-то нездешнее. Да и сама реальность уже не кажется столь незыблемой, как ранее.
Любопытный роман, чей антураж навевает ассоциации с дядькой Кингом, де Линтом, умеренно-ранним Кеем.
По классике: городок в глуши, в окружении пасторальной природы, где творится нечто странное.
Не ожидайте банальностей, типа кровосисей, Беннетт, позднее прославившийся шикарной "городской" трилогией («Город Лестниц», «Город клинков», «Город чудес»), подошел к вопросу нестандартно. Нас ждет смесь смелых научных теорий (мультиверсум, еще до того как это стало мейнстримом), размышлений о времени, реальности, с оммажем Кукловодам и Лавкарфту, мистической линией потусторонних сущностей, их взаимодействия с гомо сапиенсами.
Первым привлекает внимание городок Винк. Идеальный по своей замкнутости и самодостаточности провинциальный город, где время остановилось. Благолепное поселение, неожиданно симпатичное и чертовски милое. Выглядящее исключительно приятным, тихим, улыбчивым местечком (превосходные эпитеты не заканчиваются), с довольными жизнью, счастливыми обитателями. Тут даже на ваше расовую принадлежность внимание не обращают! Красивейшие пейзажи, с горой, лесами, узким каньоном на окраине. Днем – прям натуральное благолепие. Ночью ситуация меняется. Настолько, что аборигены предпочитают в темное время и вовсе носа не казать из домов. Чревато. А уж когда выясняются некоторые нюансы, Винк и вовсе начинает напоминать филиал Преисподней под розовой луной.
Перед нами несколько линий, одна — основная, другие, дополнительные – раскрашивают и подсвечивают сюжет включениями из историй жителей Винка.
Главной героиней, которой автор посвящает львиную долю времени, становится Мона Брайт.
Экс-коп латиноамериканских кровей. Отлично сохранившаяся женщина, которой никто не даст ее 40 лет. Пережившая сперва детскую психотравму, связанную с матерью. Затем еще одну трагедию, разрушившую уже ее взрослую жизнь. Будто мироздание осознанно обрывает все нити и связи, позволяющие Моне жить как нормальный человек. Готовя протагонистку ко встрече с позитивным (днем) городком.
Мона всеми силами пытается отыскать информацию о матери, 30 лет назад работавшей в давшей жизнь городку научной лаборатории (как вы догадываетесь, лаборатория возникла в романе не просто так). Искренне наслаждается первыми днями пребывания в Винке. Знакомится со старожилами, получает обрывки информации, все глубже влазит в происходящее.
Время от времени автор ведает нам истории некоторых обитателей Винка. Все из которых, включая пубертатных подростков и детей, знают, что вокруг их обиталища творится непривычное и неладное. Уживаться с этим непривычным каждый пробует по-своему. Либо просто соблюдая нехитрые правила и стараясь не обращать внимания на мистику. Либо взаимодействуя различными способами. Добавляют перчику в блюдо парни, заправляющие кабаком/борделем для шоферюг неподалеку Винка. Не самые законопослушные ребята, активно сотрудничающие с одной их сверхъестественных сил. Да, вы же еще не в курсе! Здешняя мистическая составляющая неоднородна. Среди представляющих ее товарищей наблюдается натуральное напряженное противостояние со смертельными исходами. Эти конфликты между разными группировками добавляют в роман изрядно остроты. Да и в целом представители потусторонней линии хороши. Обладают чертовски длинным «шлейфом роли». Стремятся к разным целям, выбирая не слишком торные пути. По-разному и нетипично для нас подходят к общению с людьми. Позволяют по-другому взглянуть на привычную реальность. Жаль, особо оригинальных разработок в сфере мышления (думают они слишком уж по-человечьи), как у того же Уоттса, здешним алиенам не досталось, чужаки выступают скорее зеркалом людских особенностей.
Интрига открывает по чуть-чуть, неторопливо. Мы постепенно узнаем некоторые особенности создавшейся ситуации, о том, что живет в городке и рядом, точнее, откуда оно взялось, и кто может составлять другие стороны мистического конфликта нездешних (тут читателя ждет любопытный поворот, обманывающий ожидания). Получаем информацию о том, как вообще могла сложиться столь безумная обстановка, и парочку-другую флеш-беков в нагрузку. Побываем в пресловутой лаборатории, узнав много нового. А вот что делать со всем этим праздником жизни, остается неясным до самого финала.
Да, все вместе выходит чуток растянуто, не спорю, тем паче, некоторые моменты предсказуемы, а активного действия в романе не сады (до финала, когда движуха начинается еще та) -- напряжение создается неопределенностью, непредставимостью гостей, невозможностью сопротивления (до определенного момента). Но со временем к плавности повествования привыкаешь.
Беннет предлагает вместе с ним поразмыслить над природой времени. Его полной и беспрекословной линейностью, или потенциальной возможностью взгляда в прошлое и прочих альтернатив. О многообразии вселенных, разных гранях реальности, возможности их совмещения, существования чего-нибудь в нескольких аспектах реальности, нашем восприятии этой самой реальности. Темных и стремноватых углах мультиверсума (о! здравствуй Темный лес). Опасности безоглядных научных изысканий и спорности высоколобого, безудержного стремления к познанию.
Познакомиться с еще одним вариантом (панмерным) чужого разума, связанном правилами и условиями (или нет?). Его отношением к социуму, людям, их образу жизни и мечте. Задуматься о понятии счастья, его восприятии человеком и нечеловеком (по этому поводу автор подарит нам пару-тройку красивенных этюдов), о стремлении к этому самому счастью и совершенству, а также цене, которую приходится платить за такие стремления. Побывать вне пределов земной реальности и попробовать принять присутствие рядом с нашим иных пластов бытия. Криво усмехнуться напыщенным, но сильным фразам типа «Для познания и понимания себя нет лучшего времени, нежели миг, когда расчлененное Я рушится во тьму». Устрашиться возможной смерти привычного мира.
Скромно, но со вкусом.
Эрго. Приятный фентези-хоррор в классическом стиле, объединивший мистическую линию, научные разработки и психологические этюды.
облако тэгов
