Книжные аннотации посетителя «Masyama»
| Страницы:123 | ||
| 1. | Василий Авченко, Алексей Коровашко «Олег Куваев: повесть о нерегламентированном человеке» | |
Биография большого советского писателя Олега Михайловича Куваева, написанная в соавторстве публицистом и учёным, позволяет проникнуть в творческий мир автора «Территории», увидеть его профессиональное развитие в исторической перспективе, а также узнать подробности быта и привычек этого неординарного человека. События жизни Куваева излагаются соавторами подробно, но деликатно, без акцента на некоторых не самых приглядных сторонах, зачастую свойственных образу жизни талантливого человека. Особую ценность книге придаёт содержательный литературный разбор произведений Олега Куваева, дающий возможность читателю расширить кругозор в части основ писательского труда. | ||
| 2. | Александр Амфитеатров «Отравленная совесть» | |
Роман «Отравленная совесть» изучает феномен, когда якобы виновный в чём-либо человек, избегнув наказания, бессознательно совершает возмездие в отношении себя самого. При этом, считает Александр Валентинович Амфитеатров, не важно, существует ли вина объективно или так сложившуюся ситуацию интерпретирует лишь психика персонажа, страдающего от чувства вины. Для главного действующего лица произведения это явно не имеет никакого значения: отравление совести фатально для её личности. Трагическая история героини романа рассказана в лучших традициях русской психологической прозы конца XIX века. | ||
| 3. | Луи Арагон «Лоно Ирены» | |
Ранняя повесть Луи Арагона «Лоно Ирены», при жизни автора никогда не выходившая с его именем на обложке, рассматривает природу эротической притягательности и манипулятивные возможности, имеющиеся у объектов сексуального влечения. Повесть относится к периоду увлечения Арагона сюрреализмом, но, несмотря на это, имеет понятный и связный сюжет. Герой «Лона Ирены» наблюдает за жизнью странной семьи, испытывая нездоровое любопытство к её членам, замешанное на чувственности и порочности. В его собственном положении не просматривается каких-либо жизненных перспектив, поэтому у него нет ни сил, ни желания вырваться из болезненной атмосферы бесплодного вуайеризма. | ||
| 4. | Михаил Арцыбашев «Тени утра» | |
Действие короткой повести «Тени утра» происходит в предреволюционной России накануне Первой революции. Главные герои произведения — молодые люди, которые из стремления воплотить в жизнь свои общественно-социальные идеалы становятся террористами. Михаил Арцыбашев выводит целый ряд ярких персонажей, ради идеи готовых пожертвовать любым человеком, которому не посчастливилось оказаться у них на пути. Однако для писателя очевидно, что фраза «Революция пожирает собственных детей» со времени своего возникновения в XVIII веке нисколько не утратила своей безжалостной злободневности. | ||
| 5. | Жорж Батай «История глаза» | |
Порнографический рассказ французского философа-«левака» и теоретика литературы Жоржа Батая «История глаза», впервые опубликованный автором под псевдонимом, предлагает читателю жёсткий до экстремальности графический ряд. За откровенно шокирующим действием Жорж Батай замаскировал различные полемические утверждения и тезисы, касающиеся гендерных взаимоотношений, этики пола, природы и истоков девиаций и их возможного скрытого тождества с социально приемлемым. «История глаза» предложила простор для интерпретаций как литературоведам, так и философам, культурологам, психологам и представителям многих других дисциплин. | ||
| 6. | Тонино Бенаквиста «Комедия неудачников» | |
«Комедия неудачников» — это детектив, в котором криминальная составляющая по значимости и занимаемой доле текста находится далеко не на первом месте. Гораздо более значимую роль в этом романе играют вопросы социального характера — самоидентификация человека, как члена того или иного общества, взаимоотношения мужчины и женщины и даже исторические корни европейского общества конца XX века. «Комедия неудачников» не вызовет гомерического хохота, но несколько раз улыбнуться читателя непременно заставит. | ||
| 7. | Сергей Буданцев «Писательница» | |
Роман, написанный в 30-е годы XX века, помещает на авансцену нового героя — строителя коммунизма. Автор рассказывает, как страдания, перенесённые протагонистом во время революции и гражданской войны, превратили его в человека, отгородившегося от почти всех эмоциональных переживаний, одержимого интересами производства и воспитательными аспектами общественной жизни. Тем не менее, считает Сергей Фёдорович Буданцев, будущее действительно за такими людьми, и рядом с главным героем оказывается немолодая писательница, и она в силах увлечься тем энтузиазмом, которым проникнуто всё советское общество. | ||
| 8. | Андрей Буровский «Необъяснимые явления. Это было на самом деле» | |
Сборник коротких рассказов о непознанном предлагает широкий спектр таинственных историй: от по-научному сухих до «страшилок» и городских баек. Автор преимущественно основывается на собственном опыте, вспоминая случаи, произошедшие с ним во время полевой исследовательской работы. Книга отличается стилевой разнородностью, когда от серьёзного, основательного тона временами Андрей Михайлович Буровский отказывается в пользу насмешливо-саркастического изложения. «Необъяснимые явления» не предлагают истолкования предложенного читателю материала, и могут рассматриваться, как небольшая развлекательная антология в области загадочного и даже мистического. | ||
| 9. | Александр Вельтман «Кощей бессмертный (Былина старого времени)» | |
В «Кощее бессмертном» А.Ф. Вельтман оформил переход от традиционного исторического романа к новому жанру, тогда ещё неизвестному в отечественной словесности. «Кощея» Александра Фомича можно считать предтечей или даже первым образцом славянского фэнтези. Легко написанный, предлагающий новаторское композиционное построение, он привлёк внимание современников Вельтмана и вплоть до сегодняшнего дня не устарел, не превратился в памятник, интересный лишь профессиональным литературоведам. Важно также и то, что, впечатлённые «Кощеем бессмертным», писатели более позднего времени продолжили разработку этого жанра, подарив российской литературе немало качественных, самобытных произведений. | ||
| 10. | Александр Вельтман «Райна, королевна Болгарская» | |
Повесть Александра Фомича Вельтмана «Райна, королевна Болгарская» в отличие от более ранних произведений писателя, входящих в условный цикл «Трилогия о древней Руси», является традиционной исторической прозой и не содержит элементов сказки, былины или предания. Тем не менее, с прочими книгами Александра Фомича «Райну» роднит драматический накал, высокий уровень трагического пафоса и многочисленные напряжённые, динамичные сцены. Несмотря на небольшой объём, работа потребовала от Александра Фомича тщательного и трудозатратного изучения исторических источников, чтобы добиться исторической достоверности повести. | ||
| 11. | Василий Вонлярлярский «Большая барыня» | |
В трагикомедии Василия Вонлярлярского «Большая барыня» ярко представлены быт и нравы помещичества и дворянства провинциальной России первой половины XIX века. Благодаря зоркому писательском глазу и умению подмечать детали, Василий Александрович создал целый ряд живых персонажей, которые раз за разом попадают в неловкие и неожиданные положения. Пускай период популярности Василия Вонлярлярского в российской литературе был короток, а его книги на долгое время исчезли из фокуса зрения отечественного читателя, познакомиться с его творчеством сегодня и любопытно, и познавательно. Не будучи писателем выдающегося дарования, он, тем не менее, заслуживает интереса и доброй памяти. | ||
| 12. | Василий Вонлярлярский «Ночь на 28-е сентября» | |
В повести «Ночь на 28-е сентября» Василий Александрович Вонлярлярский использует эпистолярный жанр. От лица молодой столичной барышни он рассказывает о быте и обычаях малороссийской глубинки Российской империи. Повесть имеет юмористический характер, в ней широко используется ирония. Автору удалось создать несколько ярких типажей, характерных для описываемой им современности. Не претендуя на психологизм или на значительную обстоятельность раскрытия героев, Вонлярлярский за счёт своего мастерства в создании комических положений даёт читателю возможность развлечься и получить удовольствие от классического русского языка. | ||
| 13. | Фердинанд Врангель «Путешествие по Сибири и Ледовитому морю» | |
Рассказ барона Фердинанда Петровича Врангеля о длительной экспедиции в Колымский край для уточнения карт и установления связей с местными народностями представляет ценность не только с географической или этнографической точки зрения, но и, вероятно, в первую очередь как захватывающее повествование о путешествии в тяжелейших условиях, потребовавших напряжения всех духовных и физических сил русских офицеров, которым была доверена задача государственной важности. Обладая замечательным слогом, Фердинанд Петрович достоверно и убедительно описывает жизнь в этих высоких широтах. Часть книги представляет собою записи помощника барона — мичмана Фёдора Фёдоровича Матюшкина. | ||
| 14. | Александр Григоренко «Потерял слепой дуду» | |
Написанная профессиональным красноярским журналистом, великолепно владеющим русским языком, повесть «Потерял слепой дуду» рассказывает о том, как трудно, хлопотно и часто больно быть человеком. Трудно — не в смысле подвигов, совершения каких-то поступков, требующих напряжения всех человеческих сил, а трудно в постоянном сопротивлении бытию, повседневной готовности встречать повороты судьбы. Произведение, охватывающее более 40 лет истории СССР и России, учит принимать испытания с открытым лицом и не ропща. | ||
| 15. | Маркиз де Сад «Аделаида Брауншвейгская, принцесса Саксонская» | |
Одно из последних произведений в библиографии скандального маркиза де Сада демонстрирует эволюцию его мировоззрения. От отрицания нравственности и морали в других произведениях, французский философ и мыслитель приходит к мнению о неизбежности торжества добродетели. В небольшом романе, написанном маркизом на закате его дней, нравственность и душевное благородство превозмогают козни порока. Роман не отличается высокой исторической достоверностью и вниманием к деталям, но, тем не менее, представляет интерес как с точки зрения личной трансформации, так и в контексте французской литературы начала XIX века. | ||
| 16. | Карина Добротворская, Юлия Яковлева «Мужчина апреля» | |
В антиутопии Карины Добротворской и Юлии Яковлевой рассматривается модель устройства человеческого общества, в котором социальные и биологические потрясения привели к тому, что привычные гендерные роли перевернулись кверху ногами. В будущем, где женщинам удалось отменить культуру массового потребления, разворачивается детективная история, изменившая некоторые взгляды главных героинь на жизнь и друг на друга. Соавторы с сожалением констатируют, что придуманный ими мир, по мере развития событий, становится всё страшнее и более чуждым. | ||
| 17. | Олег Ермаков «Радуга и Вереск» | |
Роман рассказывает о двух исторических эпохах, XVII веке и XXI веке, объединённых общим местом действия — Смоленском. Этот город можно считать полноправным героем произведения Олега Ермакова. И если в прошлом Смоленск предстаёт местом военного столкновения Руси и Польши в борьбе за право стать империей, то в настоящем коллизии переходят на уровень личных проблем и интересов. «Радуге и вереску» присуще динамичное действие с постоянным перемещением между сюжетными линиями, легко удерживающее внимание читателя. | ||
| 18. | Михаил Загоскин «Аскольдова могила» | |
Авантюрный исторический роман Михаила Загоскина «Аскольдова могила» рассказывает об установлении христианства на Руси и связанных с этим религиозных и политических конфликтах. На фоне трагических, сотрясающих устои государства событий писатель раскрывает любовную линию своих персонажей. Язык произведения отличается яркостью и образностью, свойственными российской романтической литературе XIX века. | ||
| 19. | Михаил Загоскин «Искуситель» | |
В романе «Искуситель» Михаил Николаевич Загоскин, в первую очередь известный как мастер исторической прозы, обращается к более злободневным, политически острым вопросам, обсуждавшимся в Российской империи на стыке XVIII и XIX веков. Михаил Николаевич в «Искусителе» даёт понять, что в споре славянофилов и западников он принадлежит к первому лагерю. Коллизия «Искусителя» заключается в моральном выборе, который должен сделать главный герой, чтобы не потерять себя и не превратиться в орудие в чужих руках. Любовная линия и лёгкий мистический элемент придают произведению дополнительное очарование. | ||
| 20. | Паскаль Киньяр «Американская оккупация» | |
В одном из самых известных своих романов знаменитый французский писатель затрагивает сразу несколько сложных и зачастую болезненных этических проблем. Среди них подверженность молодых людей влиянию незнакомых и чуждых ценностно-моральных систем из других культур, трудность взросления в условиях неясности жизненных перспектив, влияние на формирование характера подростков со стороны холодных, не желающих слышать собственных детей, родителей. «Американская оккупация» Паскаля Киньяра за десятилетия, прошедшие с её публикации, не утратила актуальности и по-прежнему может быть универсально приложима к ситуациям и коллизиям сегодняшнего дня. | ||
| Страницы:123 | ||