Мигель де Сервантес Сааведра ««Если б жить я прошлым мог...»»

Сонет из романа «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский. Часть 2».

Сонет является глоссой (стихотворение, написанное на тему стихотворного отрывка, помещённого в эпиграфе, причём каждый стих этого отрывка (обычно называемого «мотто») вплетается в соответствующую строфу: в конце первой строфы повторяется его первый стих, в конце второй— второй и т. п.).

У Сервантеса дон Лоренсо декламирует «заданные стихи» и свою «глоссу» на них, последовательно раскрывающую содержание стихов заданного четверостишия («Если б “было” стало “есть”, / Не меняясь никогда, / Иль свершилось навсегда / То, что смерть должна принесть»). Приведя «заданные стихи» (1-я строфа), Флориан тоже создает стихотворение в форме глоссы, последовательно заканчивая каждую последующую строфу стихом из заданного четверостишия и выделяя его графически. Однако содержание глоссы у Флориана практически никак не перекликается с сервантесовской. Она выстроена на оппозиции преходящих ценностей, к каковым отнесены величие и богатство (Grandeuts, trésors que l’on envie), и вечных (La vertu, l’amour, et la paix — добродетель, любовь, мир). Жуковский повторяет в своем переводе форму флориановского стихотворения. В содержании же сделаны дополнительные акценты. Так, в систему преходящего включены «богатства, слава, честь», этому противопоставлены «любовь, сердечный мир и безмятежный кров», центральные понятия философии и творчества Жуковского. В стихотворение вводится и еще одно понятие — очень важное для раскрытия концепции образа Дон Кишота, как его понимал русский переводчик, — понятие безумца, ценящего сиюминутные удовольствия и видящего в них счастье. До нас дошел автограф — набело переписанные первые три строфы и с исправлениями — последние две. Автограф размещен в подборке «Том IV», пронумерован слева сверху, карандашом, цифрой «10». Приведем строфы 4, 5 с поправками: «Делить с тобою жизнь, <Темира> Эльвира, друг бесценный; / Судьбу и радости в глазах твоих читать, — / Быв счастливым вчера, на утро счастья ждать, — / “Вот все сокровища душе моей священны!” / Как <светлый> чистый ручеек <бежит среди> сокрытый меж цветов, / Так жизнь моя <в кругу природы> пускай безвестно протекает! / <Тот знает счастие> Чего желать тому, кто вами обладает». 5-я строфа, как видно, здесь не закончена, но существует еще один, законченный вариант строфы 5 — он зачеркнут: «Со мною всё моё: <Темира> Эльвира и любовь! / Могу ль желать еще, могу ли чем <пеняться> пленяться? / Тот счастлив, для кого навек соединятся / Любовь, сердечный мир и безмятежный кров!».