FantLab ru

Алексей Иванов «Ненастье»

Ненастье

Роман, год

Жанровый классификатор:

Всего проголосовало: 22

 Рейтинг
Средняя оценка:8.32
Голосов:136
Моя оценка:
-
подробнее

Аннотация:


Действие происходит в 2008 году. Простой водитель, бывший солдат Афганской войны, в одиночку устраивает дерзкое ограбление спецфургона, который перевозит деньги большого торгового центра. Так в миллионном, но захолустном городе Батуеве завершается долгая история дерзкого и могучего союза ветеранов Афганистана — то ли общественной организации, то ли бизнес-альянса, то ли криминальной группировки: в «лихие девяностые», когда этот союз образовался и набрал силу, сложно было отличить одно от другого.

Но роман не про деньги и не про криминал, а про ненастье в душе. Про отчаянные поиски причины, по которой человек должен доверять человеку в мире, где торжествуют только хищники, — но без доверия жить невозможно. Роман о том, что величие и отчаянье имеют одни и те же корни. О том, что каждый из нас рискует ненароком попасть в ненастье и уже не вырваться оттуда никогда, потому что ненастье — это убежище и ловушка, спасение и погибель, великое утешение и вечная боль жизни.

© Алексей Иванов

Номинации на премии:


номинант
Большая Книга, 2016

Похожие произведения:

 

 


Издания: ВСЕ (1)
/языки:
русский (1)
/тип:
книги (1)

Ненастье
2015 г.




Доступность в электронном виде:

 

Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  17  ]  +

Ссылка на сообщение , 11 июня 2015 г.

Алексей Иванов начинает свой роман с лихого криминального замеса, как бы настраивая читателя на бандитский боевик, но это «обманка». Дальше будет по-другому. Я тоже начну с противоположного, с того, что мне не понравилось, чтобы больше к этому не возвращаться.

Так получилось, что незадолго до Ненастья я прочитал роман Шаргунова 1993. Срез жизни семьи и срез эпохи. Самым потрясающим в романе были люди. Они не были персонажами, они были абсолютно живыми: перед тобой просто сидел мужик, устало рассказывая свою жизнь. В Ненастье Иванов замахнулся на большее, чем срез одного года – он практически разбирает эволюцию постперестроечной России. Но об этом чуть позже, сейчас же я хочу сказать о героях. Нет, они отнюдь не шаблонные, не картонные, не плоские. Характеры проработаны, они глубокие и запоминающиеся. Но в каждом своем герое Иванов выделил какую-то черту и усилено акцентирует ее, я бы даже сказал – педалирует. И сердце отказывается сопереживать, воспринимает их все-таки персонажами, собирательными образами, архетипами. И все эти архитипы неприятны – либо сволочи, либо слюнтяи. Ни с кем из них не хочется иметь отношений.

Совсем другое дело, когда эти персонажи начинают взаимодействовать – вот здесь уже мастерство на высоте. Сцены психологически достоверны, наполнены живыми эмоциями, драматизмом и зрелищностью. Книгу и читаешь от сцены к сцене, упиваясь не людьми, а их танцем.

И второе – та самая динамика эпохи, живой, дышащей, зримой. Иванов чудесно показал именно эволюцию социального дискурса. До прочтения этой книги я даже не задумывался, насколько динамичной была смена общественных отношений и общественного самосознания, окон Овертона, если хотите.

Уважаемый Ank привел пример встречи двух поколений, я же хочу привести другую цитату, с середины 90-х.

«Серёга очутился в другой эпохе, где даже деньги были другие — дойчмарки и баксы, а не купюры СССР. Серёга никогда не видел супермаркет, не умел пользоваться банкоматом, не играл в компьютерные игры, даже йогурт не пробовал. Сняв проститутку, он не понял, что за тесёмочки на ней надеты.

(…) Охренеть: круче всех стала братва — отряды бандюков на огромных и чёрных импортных тачках! Бандюки для Серёги всегда были злыми тварями, не способными к умственной деятельности, а сейчас они овладели навыками, которыми Серёга не владел, и ориентировались в жизни лучше Серёги. Им завидовали. У них был стиль, была организация; они определяли понты. И деньги сейчас зарабатывали совсем не так, как думал Серёга. Точнее, не зарабатывали, а добывали.

(…) Раньше Серёга надеялся, что слава афганской войны будет крепчать, но шиш: страна получила новую ненавистную войну в горах, и животный страх перед Чечнёй не позволял уважать Афган. «Афганцы» стали выглядеть как то двусмысленно; им завидовали, типа как они отвоевали влёгкую — при нормальной власти и в нормальной армии; короче, везунчики. Лихолетов не ожидал, что Афган окажется неважной темой. Афган — он уже в прошлом, он далеко, и зацепил он не каждого. А здесь и сейчас все ненавидят чеченов.

В Чечне (censured) всю республику. Бородатые боевики (а ведь когда то они были советскими пионерами!) отрезали головы русским парням — так же, как в Панджшере это делали моджахеды, которые в жизни знали только опиум и Коран. Город Грозный напоминал Сталинград. Генерал Дудаев — кстати, «афганец» — озверел, и его грохнули. Россия боялась террористов.»

Очень тонко показана лавина и глубина изменений, и насколько кукольным и заботливым кажется общество, где самым страшным был Афган – партизанская войнушка в маленькой периферийной средневековой стране. Добро пожаловать в капитализм. Воодушевление и братства начала девяностых сменяются бандитским беспределом, осознанием перспектив «честной» экономики и, в конце концов, безусловным лидерством одиночек. И это показано не только на примере города, но и конкретно в динамике развития афганского Коминтерна. Разумеется, расчетливые своекорыстные подонки были во все времена, но даже в начале 90-х им приходилось мимикрировать, ибо советское наследие (окно Овертона «человек человеку друг, товарищ и брат») еще доминировало в сознании общества, и по-другому было стыдно, но уже в нулевых они не только не скрываются, но презрительно демонстрируют свое эволюционное превосходство. Социал-дарвинизм во всей красе.

В 80-х Лихолет высказывает идею, что война – это соперничество среди своих. Но еще даже в начале 90-х это соперничество какое-то спортивно-соревновательное, братское, а в нулевых — это схватка бойцовых собак, ни на жизнь, а насмерть. И проигрывает в ней тот, кто еще не перестроится, кто бьется по старым правилам, кто еще верит в какое-то «братство», в каких-то «своих».

Иванов в аннотации пишет, что роман о поиске причин, почему один человек может доверять другому, мне же показалось, что роман о том, как этих причин не остается. Это больно, печально и это настоящая трагедия.

Оценка: 9
–  [  13  ]  +

Ссылка на сообщение , 9 мая 2015 г.

Роман основан на реальных событиях. Прототип Германа в 2009 году действительно ограбил банк на 250 миллионов рублей, только случилось это в Перми. В романе же вымышленный Батуев Пермь почти не напоминает. Автор придал множество узнаваемых черт реального Ебурга: тот же миллионник, за несколько лет превратившийся из бандитской столицы в богатый мегаполис. Как и в реальном Ёбурге, жители Батуева предпочитают забыть о недавнем прошлом, о всех этих криминальных войнах, захватах Дома Пионеров и убийствах ни за что пассажиров на трамвайной остановке. Уже целое поколение выросло в другом городе и вряд ли они полностью осознают, кем были не так давно окружающие их люди.

В романе есть интересный эпизод, когда Щебетовский беседует с капитаном Дибичем. Один из них в глазах другого – молодой выскочка, рисуется и даже не желает понимать, что для афганцев дружба и взаимовыручка были важнее успеха и личного обогащения, тогда как Щебетовский для Дибича – это некая недовымершая рептилия из эпохи динозавров, и вообще непонятно, что он делает в современном мире. Эта сцена – ключ сразу ко двум аудиториям романа: первая все это вспомнит, а вторая впервые узнает. Остальные читатели, как и автор предыдущего отзыва, придут в некое недоумение: для кого это вообще написано?

Оценка: 9
–  [  11  ]  +

Ссылка на сообщение , 28 августа 2015 г.

2008 год. Водила инкассаторской машины, ветеран-афганец, решил взять у судьбы долг… и грабанул коллег, взяв дневную выручку крупного рынка… Впрочем, это только современная завязка сюжета… практически вся книга посвящена тому пути, который прошел главный герой и другие герои, жители провинциального «миллионника», за последние 20-30 лет…

Социальная проза или криминальное чтиво о рождении и развитии организации, объединяющей бывших солдат, участников войны в Афганистане. Приготовьтесь, в повествовании много грубости и жёстокости, крови и унижений, геройства и разнузданности, разговорного мата и неромантичного траха. Но, несмотря на ненастье человеческих отношений, Иванов пытается пробить луч света – идеи братства, долга, толерантности.

Я люблю читать Иванова, со всеми его гиперболами и «тараканами». Наверное, мне нравится его умение создать атмосферу, в которой мне, как читателю, уже не так важна реалистичность и обоснованность поступков героев. Вот и в этом романе я погрузился в сумрак ненастья, который окутал нашу страну в эпоху перемен. Это время прошло перед моими глазами, и я рад, что мне не хватило 5-7 лет, чтобы стать таким персонажем, как «афганцы» у Иванова.

Кому читать? Книга не для массового читателя. Рекомендую тем, кто хочет покопаться в анатомии рождения новой России и кого не смущает бурелом поломанных судеб в лихое время масштабных перемен. Скорее всего, стоит попробовать почитать любителям Захара Прилепина. Крайне интересно мнение читателей-«афганцев» (пошёл гуглить).

Оценка: 9
–  [  11  ]  +

Ссылка на сообщение , 13 июня 2015 г.

С большим уважением отношусь к романам Иванова и, не колеблясь, включу его в десятку лучших русскоязычных современных авторов — при полном равнодушии к его патриотической публицистике. «Ненастье» получилось романом душным, предельно разъяснительным не без той же публицистичности. По существу — совершенно жанровый криминальный роман о конкретной преступной группировке, которая проделала общую эволюцию от девяностых в двухтысячные. Название романа так или иначе заставляет вспомнить название романа Эренбурга, который определял характеристику поколения. «Ненастье» — это, понятно, не только название деревньки, но и черта как девяностых, так и после.

Иванов — большой умелец писать драматургию микросцен. В «Ненастье» есть впечатляющие сцены, в том числе и прописанные массовые действа ( которых ранее не было), но коли уж автор честно взялся писать роман о криминалитете девяностых, то у него ожидаемо получилась портретная галерея быдла, о чем сказано совершенно открыто с определением характеристик этого стиля жизни. Представлены разные вариации и сорта быдлованов: от условного «героя», до условного «негодяя» ( с брутальностью Басукова и его негодяйством автор, как мне кажется, переборщил). Мне следить за войной криминалов и авторскими честными бытописаниями было как никогда скучно. В «Ненастье» совершенно нет юмора, столь оживлявщего и «Географа» и «Блудо», центральный герой — совершенно человек без свойств за исключением сентиментальности не самого высокого пошиба. Вечная невеста — жертвенный и символический тип березоньки — взята из романа Д. Быкова «Остромов». В этом романе Иванов вообще сыграл на территории Прилепина ( ну и его сотоварища Рубанова) — а уж афганские главы, покажи кому без подписи автора, не отличишь. Но Прилепин в последнем романе сыграл на повышение — условно взял планку автора большего калибра и масштаба, а Иванов выбором тематики в том числе очень сузил угол зрения и возможность художественных находок. В «Ненастье» все проговорено до буквализма — каждому из персонажей дана исчерпывающая авторская характеристика, именно не через детали и диалоги, а в описательной по форме школьного сочинения форме. Общий фон — безнадежный, иллюзорность выхода в эмиграцию автор тоже не скрывает. С концовкой и хэппи-эндом не сказать, чтобы уж прямо здорово получилось. В общем, куда не кинь взгляд, что по общему впечатлению, что по составным — обстоятельный, неудачный, неинтересный роман большого автора.

Оценка: 6
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение , 7 мая 2016 г.

Эта история о многом, но прежде всего, это анализ жизни в России за период с начала 90-х и практически до наших дней. Конечно, за прошедшие двадцать лет после развала СССР и последовавшие за этим времена первичного накопления капитала, изменилось очень многое, но реально особых изменений не произошло. Автор попытается дать ответ, почему была сломана жизнь у целого поколения.

Книга правдивая, жестокая, но именно этим и подкупает автор, потому что описанное в его романе, это небольшой эпизод из жизни людей, которые не смогли найти себя в обычной жизни. А сколько подобных историй было на самом деле? Сотни, тысячи? Вся страна ощутила на себе последствия Афганской войны. У кого-то погиб родственник, у кого-то сосед или одноклассник, а сколько инвалидов мы могли видеть по подземным переходам и в метро. Страна бросила их на произвол судьбы и они искали свое применение в обычной жизни, используя опыт войны и выживания там. Можно ли этим оправдать их желание жить «красиво»? Автор дает возможность увидеть их жизнь в разных ситуациях, ни в коем случае не пытается хоть как-то ее приукрасить или сделать всех ответственными за их судьбу. В каждом городе были свои ОПГ, в которых не последнюю роль играли участники военных действий в Афгане. Алкоголь, наркотики, тюрьма, эти неприятные вещи стали для многих «афганцев» очень близкими и заменили собой все остальное.

Сергей Иванов не стесняется показывать всю грязь и изнанку жизни в криминальном мире, он не героизирует никого из своих персонажей, так как ни один из героев не может быть объектом для подражания. В книге есть место и мату, и сексу, и другим вещам, которые написаны исключительно для взрослой аудитории. Вообще, это произведение можно рассматривать, как своеобразный тест на здравомыслие и взрослость, потому что некоторые аспекты можно расценивать по-разному.

Это своеобразное чтение, которое подойдет далеко не каждому. Подкупает честность писателя, его стремление описать все правдоподобно и понятно, чтобы у читателя сложилась полная картина происходящего в это время. Особенно интересно будет читать тем, кому пришлось жить в эти времена и на себе ощутить все прелести жизни в то время.

Оценка: 9
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение , 16 октября 2015 г.

То, что начинается как боевик или триллер, на самом деле разворачивается многомерным романом о жизни, дружбе, вражде, нелюбви и любви. Корни происшедшего уходят в Афган, древо получившегося проросло в России и зацепило и тех, кто в общем-то прямого отношения не имел к афганской войне.

Сложно оценить кто тут положительный или отрицательный персонаж, но так и в жизни — не всегда ведь поймёшь кто рядом в разных ситуациях. И укравший миллионы Немец оказывается не просто злодеем, желающим денег, а человеком, ищущим выхода из неудавшейся жизни. Выхода не только и не столько для себя, но и для тех чувств, что снедают его который год. И толчком к этому послужило не только участие в войне, но и вся последующая жизнь в городе и стране, где всё стало рушится и переделываться, и не обязательно в лучшую сторону. Нужно было за что-то держаться, а жизненные опоры падали одна за другой: воинское братство, дружба, любовь, справедливость...

Оценка: 9
–  [  9  ]  +

Ссылка на сообщение , 20 августа 2015 г.

Книга начинается с того, что водитель-инкассатор грабит свой собственный фургон, неожиданно получая в качестве приза свыше 100 миллионов рублей. Он рассчитывал на сумму в три раза меньшую и это ломает его планы, вынуждая осесть в Ненастье — загородном поселке, предназначенном под снос. Теперь его ищут милиция, разгневанные сослуживцы, любящая жена, кто-то еще, а он, пережидая шухер, получает возможность поразмыслить о былых днях. О годах войны в Афганистане, где он приобрел знакомых, определивших всю его судьбу. О «бесславных 90-х», которые насытили его жизнь приключениями, но не принесли ни богатства, ни положения в обществе, а одни лишь горькие воспоминания.

Вообще структура сюжета мне понравилась: все довольно остро и занимательно. Повествование идет по разным планам: то о прошлом, то о настоящем, то от лица героя, то от лица других персонажей. Немного наивно выглядит это «влезание в голову» другим людям, в том числе и главному злодею, мыслящему в духе «как хорошо, что я подлец и мерзавец», но на безрыбье современной литературы... Главное, что это не идет в ущерб интриге и атмосферности. И если интрига вполне непритязательна, хоть до конца не вполне и ясно, чем все кончится, то атмосфера передана первоклассно. Прямо ощущаешь себя там, в провинциальном городе 94-го, где открылся первый супермаркет, где криминальных боссов отстреливают в их же вотчинах, а менты заняты скорее отжатием бандитских бизнесов, чем расследованием преступлений. Чувствуется, что автор сформировался в эту эпоху, и, несмотря на весь негатив, она ему дорога, и он может рассказывать о ней часами.

И вот эмоционально это работает на растормаживание нехороших воспоминаний, причем не только из 90-х, но и из всей жизни, заставляя остро чувствовать моральное состояние героя, находящегося в полном душевном раздрае. Мне слишком знакомо ощущение, когда в кризисной ситуации слепящая темнота тоски и бессмысленности происходящего засасывает в себя, лишая воли к сопротивлению. И только на каких-то бойцовских рефлексах (если они есть, конечно) можно попытаться как-то вырулить из этого мрака. Эта писательская задача Иванову безусловно удалась. Равно как и общий выбор манеры письма. Уныло-тревожный стиль повествования в тональности «от плохого к худшему» способен индуцировать депрессию и у оптимистичного человека. Чтобы расстроенный читатель не захлопнул книгу раньше времени, автор периодически подбрасывает дровишек в топку «духоподъемности»: совсем уж омерзительных гадов тут валят и это приятно.

С другими моментами — хуже. Во-первых, «афганская тема». Все в романе заключается в ее рамки. Главный герой приезжает в незнакомый город, чтобы получить работу от своих парней, объединившихся в ветеранскую организацию, последовательно прошедшую через стадии волонтерской ассоциации, бандитской шайки и акционерного общества, попавшего под контроль бывшего чекиста, а ныне олигарха (это его деньги похищает герой). Но даже когда память об Афганской войне оказывается заслонена более масштабными событиями и вытеснена из ментальности населения, она остается тем паролем, который позволяет даже незнакомым людям мгновенно принимать решение — кому можно довериться без оглядки. Приблизительно это писатель и хотел выразить, но свою идейную конструкцию не подкрепил достаточной обоснованностью. Мысль о том, что те, «кто выжил в Афгане, свою честь не изгадив» и на гражданке окажутся достойными людьми, а другие, в мясорубку не попавшие или даже вовсе в тылах отсидевшиеся станут кадровым резервом для армии скотов и ублюдков настолько не нова и избита, что даже и не знаю, как Иванову хватило совести писать об этом на полном серьезе.

Другая проблема — Иванов не любит людей. И это видно не только по описаниям внешности и характера, больше напоминающим полицейские ориентировки, но и по беспомощным и искаженным мотивациям, придуманным для них автором. Чтобы женщина — не проститутка! — раздвинула перед посторонним человеком ноги, достаточно наобум пригрозить ей неприятностями для любимого человека. Заказать охраннику собственного босса? — легко, нужно только намекнуть, что ему придется отвечать за преступление, содеянное, но незамеченное несколько лет назад. Никто не будет ничего проверять и, тем более давать «обратку», а послушно выполнит все указания шантажиста, даже и не задумываясь, что такое «доение» может продолжаться бесконечно.

Проза Иванова поражала глухотой к русскому слову с самого начала: «Сердце Пармы» и «Золото бунта» можно было цитировать страницами для разбора студентами филфака на семинарах по стилистике. Однако 20 лет литературной карьеры сделали свое дело и писатель постепенно научился выдерживать некий баланс между разбегом мысли и внятностью текста. Но просто технично и гладко писать Иванову недостаточно, ему хочется то ли изысканности, то ли изощренности, поэтому в ход идут странно напыщенные метафоры: «старики с лицами недогоревших на костре фанатиков», «лес вокруг поляны от снега был толстолапым и толстопалым, как перебинтованный», «бледно покраснела», а лично мне больше всего нравится фееричное «Она состояла из округлостей, которые бесстыже выпукло отсвечивали в полумраке. Герман загребал их в ладони, словно собирал горячие плоды на тучных райских плантациях, словно отрясал отягощённые ветви сказочных яблонь, словно снимал фрукты в оранжерее, переполненной урожаем» — последний раз что-то такое читал то ли у А.Рыбакова, то ли у В.Астафьева, то ли у еще какого-то умученного спермотоксикозом советского динозавра, которому давали в последний раз еще при Хрущеве.

Примечательно, что эти завихрения рассудка соседствуют с литературными клише типа «летела в распахнутой шубке, будто всполошённая птица », «метала гневные взгляды», «с видом превосходства откинулся на спинку кресла», тоже, как будто позаимствованными из социалистических производственных романов. Диалоги, которые всегда были слабым местом Иванова, здесь значительно поправлены в сторону улучшения, но все равно нет-нет, да и проскользнет то канцелярит бухгалтерский (не бухгалтером совсем изреченный), то какая-то псевдо-феня из милицейских словарей 70-х годов.

Вообще, конечно, это спекулятивное чтиво. Когда щекастый лысоватый «ботаник» пишет от лица педагогических работников — это нормально и даже очень круто, но когда он начинает писать от лица солдат и бандитов, включить suspension of disbelief много сложнее. Как бы достоверно и убедительно все не было изображено, ясно, что эту фактуру он черпал где-то со стороны. И тут не избавиться от мысли, что можно с нею и самостоятельно ознакомиться, без чьего-то посредничества, без этой игры в «испорченный телефон».

И вот, даже не знаю, как суммировать мои впечатления. С одной стороны, я благодарен автору за пережитые мной в процессе чтения чувства. Пусть даже это была беспросветная ледяная печаль, все равно достучаться до меня в принципе непросто. С другой стороны, я слишком четко вижу многочисленные стилистические огрехи, небрежность в прорисовке персонажей и ситуаций, явно издевательский финал... Как бы и понятно, почему Алексей Иванов стабильно входит в Топ-5 самых продаваемых авторов, и что его книги, в отличие от макулатуры русофобской вонючки Акунина, действительно несут в себе некое здравое зерно. Но... если задуматься, становится немного грустно за общество, где такая проза определяет стандарты.

Оценка: 7
–  [  9  ]  +

Ссылка на сообщение , 27 июня 2015 г.

Огромное удовольствие от прочтения романа. У меня стойкие аллюзии с Золотом Бунта, история происходящая в наши дни, но люди остались прежними с теми же мотивами и жаждой жизни самой разной. Отдельно тема золота и влияния на разных людей опять раскрыта — это и блага и что ты готов потерять.

Скорее всего герой (герои) описание того, что чувствует сам автор, и все архетипы сохраняются — ощущения чтения Золота, но в другом контексте.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Роман издан в 2015 — как если бы Герман в наши дни вышел
Отдельные отступления в воспоминаниях героя — можно развернуть в отдельные повести, но они важны для понимания развития героя с прошедшими годами. Очень хорошо дан контекст и 80-х и 90-х и даже недавних 2000-х, описаны судьбы поколений, иногда просто мазками — но картинка получается объемной. Трудно читателю ассоциировать себя в водителем и его окружением — разные социальные классы и установки — но в этом и есть мастерство автора, что становится интересна эт история. Рекомендую к прочтению.

Оценка: 9
–  [  6  ]  +

Ссылка на сообщение , 21 июля 2016 г.

Алексей Иванов сделал роман в духе русской классики XIX столетия. Рецензия на эту книгу сама могла бы выйти в виде книги. Каждый образ значим, каждая сюжетная линия значима.

Кратко же хотел бы отметить: во-первых, это на голову выше халтурной вещи того же Иванова «Комьюнити» и на полголовы -- его же какого-то уплощенного, спрямленного романа «Псоглавцы». Думаю, «Ненастье» надо ставить на один уровень с «Сердцем Пармы» и «Золотом бунта», если не выше. Новый творческий взлет после некоторого застоя. Во-вторых, порадовался тому, что Иванов в финале выдал читателю пусть скупое, холодноватое, но все-таки ободрение, а не безнадегу, который ныне море разливанное повсюду и везде.

Оценка: 10
–  [  3  ]  +

Ссылка на сообщение , 1 октября 2016 г.

Сильная вещь, но далеко не на уровне лучших книг автора. Речь здесь о трагедии целого поколения. Тех, кто прошёл Афган, вернулся домой и угодил как раз в перестройку. И всё-таки обобщать историю «Коминтерна», наверное, не стоит. Сам я не воевал, но из моих знакомых, которые попали в Афган, ни один не примкнул к бандитам. Но спорить на эту тему не буду. Не имею права. И не та это тема, на которую можно спорить.

Девяностые годы и их текущее продолжение поломали жизнь почти всем героям «Ненастья». Почти всех жалко, даже откровенных бандитов. А вот Герману не очень сочувствуешь. Человек очень хороший, добрый, но какой-то прилагательный. Все им распоряжаются, все его используют, кроме несчастной Татьяны, обещают и не исполняют, отбирают и ничего не дают взамен. А он всех слушается. Сказали воевать — воюет, сказали работать — работает, сказали пить — пьёт, сказали бандитствовать — бандитствует, сказали работать — снова работает. Хотят с ним переспать — спит, хотят женить — женится, хотят развести — разводится. Слушается, в том числе и тех, с кем и разговаривать не стоит. Идеальный добровольный раб. И взбунтовался он как раб.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Ссылка на сообщение , 31 января 2016 г.

Развёрнутый отзыв напишу чуть погодя, если дочитаю. Возможно, таки дочитаю из чистого любопытства. Пока только взялся и уже крепко остаканился, дошед до замечательной фразы:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«Обычно транзакции такого уровня осуществлялись по безналу, но сейчас экономику душил кризис, ликвидность сама по себе стала капиталом, и простая наличка вздорожала выше себестоимости...»

Вот сижу, понимаете, и думаю: а бывает ли наличка ниже себестоимости? Вот держу я, допустим, в руках купюру в 1000 р., а производство этой самой купюры обошлось государству, скажем, в 1200 р.? Может ли такое быть? И причём здесь кризис? И вообще, не пора ли выдвинуть автора на Нобелевку по экономике?

Оценка: 6


Ваш отзыв:

— делает невидимым текст, преждевременно раскрывающий сюжет, разрушающий интригу

  




⇑ Наверх