Филип Фармер «Мир Реки»

Американская звезда кино Том Микс умер в 1940 году и ... воскрес в уже знакомом нам Мире Реки, где таинственные инопланетяне проводили свой странный эксперимент на людях Земли. Поскольку воскрешение состоялось среди совсем непонятного Тому народа, он решил вскорости покинуть его. Построив лодку, герой киноэкрана отправился вниз по Реке, надеясь встретить тех, кто хотя бы немного слышал о нем. После пяти лет скитаний он попадает в плен к средневековому инквизитору из Германии, Крамеру, сильно ненавидевшему евреев. Обычно их без сожаления сжигали на костре. А Том настолько сильно походил на одного из них, что казался почти что родным его братом. Поняв, что ничего хорошего в Деусволенсе ему не светит, он бежит из страны вместе с двумя евреями, Иешуа и Битниах. Крамер посылает вслед им погоню, которая настигает лодку беглецов в Новом Альбионе. Но Том подстраивает дело так, что все охотники за людьми погибают от рук местных жителей. Чтобы избежать новой мести со стороны Крамера, бывшему киноактеру нужно еще раз сыграть свою роль, чтобы подтолкнуть правителя Нового Альбиона к упредительным действиям против Деусволенса...

Судя по всему, данное произведение можно назвать прародителем всего цикла о Мире Реки. В нем изложены все основные факты невероятного по своему охвату эксперимента таукитян (или эриданидов), который возродил к жизни более 30 млрд человек, некогда проживавших на Земле. Но увлекательного сюжета из своей задумки автор составить не сумел, хотя и разбросал по тексту несколько интересных фактов. К примеру, кто конкретно скрывается под именем Иешуа, всячески избегающего чинить любое насилие над людьми. Думаю, опытный читатель догадается сразу же, как только услышит это имя. Ну а недогадливым придется дочитать до самого конца, где будут раскрыты все секреты. Большой динамики в повести нет — лишь небольшое оживление событий ближе к финалу. В основном герой рассказывает о своем прошлом, а правитель Нового Альбиона размышляет, как ему стоит воспользоваться разнообразными умениями киноактера. Военной кампании против Деусволенса посвящено всего три последние главы, поскольку главной «фишкой» повести являются вовсе не ее итоги, а раскрытие личности уже упоминавшегося выше Иешуа. Собственно, ради этого и был придуман сюжет данного произведения. Если вам глубоко наплевать на все библейские мифы, можете спокойно вернуть книжку на полку. Поскольку это не приключенческая, а социальная фантастика — точнее, фантастика Второго Шанса...

------------

РЕЗЮМЕ: рассказ о трех беглецах, которые ввергли в военный конфликт с Деусволенсом соседние с ним страны Мира Реки. В качестве некоего дополнения автор изложит вам свой вариант Священного Писания, сильно отличающийся от оригинала. В частности, как на самом деле происходил хорошо известный всем Исход евреев из Египта.

Отдельной частью является данная повесть, не вошедшая ,но примыкающая к основному циклу Мира Реки. Своеобразное путешествие во времени по берегам реки известного американского киноактера середины 20-го века Тома Микса в 17ый век. Похоже автор очень симпатизировал этому герою, коли решился еще раз выделить его в отдельном произведении. Напомню, что в основном цикле эта персона также фигурирует,но не так броско и ярко, как Фармер его расписывает здесь — типичный уверенный в себе мужчина средних лет, со знанием военного дела, хорошего тактика и.... обязательно,что ни мало важно,в ковбойской шляпе. Этот атрибут короче на нем везде...

Также мэтр Фармер успевает затронуть свои в этом коротком произведении излюбленные темы : вопросы любви и религии, так как герой наш в смятении параллельно пытается разрешить свои личностные и сексуальные проблемы, и наконец, понять историческую подоплеку происхождения Христа, ибо как таковая единица на страницах присутствует под несколько завуалированном именем, но истинная, полная драматизмом, догадка приходит только в самом конце, когда звучит изречение: — Отец, но они же ведают, что творят!....

Практическая иллюстрация к утверждению, неоднократно озвученному в разных источниках, что если бы Христос воскрес в Средние века (или даже сейчас), то немедленно был бы уничтожен официальной церковью.В повести достоверно переданы страдания и обида человека, который уже видел горние выси, но был низвергнут обратно во тьму.

Очевидно, что эта небольшая повесть — шедевр. А Фармер, такой разный, от порно к приключениям, от Тарзана к Иешуа, — великий писатель, достойный стоять

в пантеоне величайших писателей-фантастов 20 века. Для чего писалась эта повесть, показать отчаяние Иисуса, видящего, что даже Второй Шанс ( да какой угодно),

не изменил человеческую природу, и все было напрасно. И это философский вывод Фармера; интересно, на основании какого опыта он пришел к нему?

Мне кажется, мы очень недооцениваем значение научной фантастики 20 главным образом века, силу таланта и величие ее авторов. Очень жаль, что западную

фантастику последних лет охватило убогое стремление к «толерантности»; с нетерпением жду того момента, когда все это «творчество» черных лесбиянок и белых

феминисток ( цвет не важен,можно и местами поменять, конечно,значение имеет только суть ) смоет в унитаз, где среди потока экскрементов им самое место. Вива Фармер!

«МОЛОТ ХРИСТА», ИЛИ ИИСУС КОНТРА КРАМЕР

История разуверившегося Иисуса. Возможно ли такое? У Фармера возможно всё, а в Мире Реки и подавно. Иисус без Бога, без веры, без смысла. Наедине со своим одиночеством и пустотой, которая и есть бог неверия.

Но кто в таком случае Иисус, если Мир Реки без всяких постулатов доказал несостоятельность любого сверхъестественного? Кем тогда он был на Земле? Простым человеком? Лжепророком? Или сумасшедшим, уверовавшим в божественный свет настолько, что сам стал святым? Пытаться дать ответ — бессмысленное занятие, поскольку найти его не представляется возможным ни автору, ни читателю. В повести Иисус Христос предстаёт как аллегорический символ потерянной религии, символ умершей веры, как пустышка от некогда Великого Мессии, оболочка, лишённая своего содержания. Потому что увидеть, во что превратилось твоё учение в руках отцов церкви, тысячами сжигающих невинные жертвы на кострах инквизиции, к тому же зажжённых от твоего имени, во сто крат хуже, чем потерять веру в бога. Поэтому ничего не остаётся, как повторно умереть за людские грехи — лучший для Христа исход, как возможность оправдать себя, как возможность самовыражения и обретение своего «я». Но выход ли это?

По всей вероятности действующий в повести Крамер из Германии — не кто иной, как знаменитый иезуит 15 века, более известный как Генрих Инститорис, соавтор Якова Шпренгера и второй отец «Молота ведьм». Ревностный католик и воинствующий блюститель религиозной чистоты предстаёт перед нами как грязный сын христианского догматизма, анафема с крестом, как главный злодей и символ исступлённого фанатизма. Именно ему Фармер отвёл роль носителя тупого религиозного рвения, который в приступе догматической нетерпимости в борьбе за несуществующую веру губит последние её остатки в лице настоящего Христа.

Финал повести трагичен. Крамер со злостью сжигает Иисуса на костре. И последние слова вечного мученика как упрёк всей человеческой безнадёжности: «Но они же ведают, что творят...»

Предтеча цикла «Мир Реки», повесть , написанная за 5 лет до начала цикла. Уже тогда у Фармера сложилось представление о цели его цикла. Но в отдельности повесть заслуживает внимание как интерпретация мессии Иисуса Христа, оказавшегося воскрешенным в чужом для него мире Реки, но мире таком же жестоком как и его век. И философский вывод автора, столетия , тысячелетия идут , а человек не может в себе искоренить зверя.

ВОССТАНЬТЕ

...И глядят серафимы печальные,

Золотые прищурив глаза,

Как открыты им двери хрустальные

В трансцендентные небеса;

Как крича, напирая и гикая,

До волос в планетарной пыли,

Исчезает в них скорбью великая

Умудренная сволочь земли.

Домбровский «Амнистия»

«Мир Реки» воплощает самый масштабный социальный эксперимент, какой можно себе вообразить. Федоровская философия «Общего дела», доведенная до абсолютного логического завершения. Помните, в чем суть учения русского философа Н.Ф.Федорова? Победа над смертью и воскрешение предков. То есть, буквальное физическое воссоздание всех, когда-либо живших на Земле. Зачем? Ну, по замыслу Николая Федоровича, у объединенного человечества нашлось бы много полезных и приятных занятий. Например? Совместными усилиями преобразовывать Землю, а затем устремиться в космос, дабы распространить свет отечества нашего до Калифорнии и Сандвичевых островов — упс, это не оттуда, хотя созвучно.

В основу цикла романов «Мира Реки» Филипа Хосе Фармера положена та самая идея всеобщего воскрешения. В некотором смысле, американский фантаст идет дальше, возвращая даже и те угасшие эволюционные ветви, которые непосредственными предками человека не были, вроде неандертальцев или гигантопитеков. Не на Земле, а в некой далекой Галактике, на планете, терраформированной таким образом, что вся она представляет собой дельту гигантской Реки с одинаково мягким климатом, по берегам которой находят себя ожившими группы людей объединенных географической, временной, национальной общностью.

На самом деле, все несколько сложнее: самый многочисленный кластер из одного времени-места разбавлен группой из другого времени-места, меньшего числа, и совсем незначительными вкраплениями одиночек (большей частью наши современников). Важные особенности: воскрешенные не болеют, возвращены в золотой поре молодости, у них исправлены физические недостатки и уродства и, та-дамм! — каждый имеет при себе изобильник. Рог изобилия, дающий раз в сутки еду, одежду, одеяла и некоторые излишества, вроде алкоголя или легких наркотиков. Писалось в начале семидесятых: дети-цветы, любовь лучше войны и всякое такое. Окончательно умереть в Мире Реки невозможно: погибнув, воскресаешь на другом ее участке.

Казалось бы, живи и радуйся, но, вы же понимаете, люди не таковы. Конфликты и взаимное недовольство они притащат за собой даже в рай, а мир Реки, надо полагать, скорее чистилище. Потому имеем, что имеем: множество агрессивных местных царьков, убежденных в собственном праве карать и миловать, и подчиняющих себе инертное большинство. Впрочем, некоторое положительное влияние люди из более просвещенных формаций оказывают-таки на своих менее цивилизованных соседей. Гигиенические привычки, например. Но в сравнении с мерзостями, творимыми местными бонзами, это выглядит фиалкой, расцветшей посреди смрадной помойки.

В той книге, которую читала я — не нашла ее описания в статье Вики, посвященной пенталогии — главный герой, голливудская звезда Том Микс странствует в сопровождении спутников, один из которых Иешуа. Да-да, тот самый. Причем, они с артистом так похожи, что часто люди принимают одного за другого. Неунывающий бродяга авантюрист Микс фонтанирует идеями, одаривая встречных перлами житейской мудрости, вроде идеи запустить в отхожие ямы земляных червей для переработки дерьма в плодородную почву и всякого наподобие. Иисус мыслит о вечном, пытается жить воплощая идеалы непртивления , всепрощения, братской любви, и в целом предстает несколько более одухотворенным вариантом профессора Паганеля.

Ни к чему хорошему это, ожидаемо, не приводит. Местный правитель антисемит Крамер, ненавидящий евреев за то, что — правильно — распяли нашего Христа, захватывает спутников в плен с целью выпустить их на арену как участников гладиаторских боев. Принципы не позволяют Иешуа убивать, но и самоубийством, как предлагает генератор идей Микс, он покончить не согласен. Убить себя не меньший грех. в общем, ребята, коллизия.

И я понимаю, что «Мир Реки» великая штука. Но сама к чтению не вернусь. Ни под гипнозом, ни под наркозом. Ярчайшая идея, скучное, бестолковое и банальное.

воплощение.

...Мне снилось, что Христос воскрес, и жив, как я и ты,

Идёт, несёт незримый вес, а на руках бинты.

Идёт по вымершим дворам пустынных городов

И слово жаждет молвить нам, но не находит слов...

Это единственная книга Фармера которую я прочитал, и мне её хватило за глаза. Вероятно у меня какая то личная непереносимость Фармера, меня даже от аннотаций его книг воротит. Он — это пожалуй самое худшее, что мне приходилось читать. И мир реки это самый абсурдный и бессмысленный мир который только можно выдумать.