Владимир Григорьев

Владимир Васильевич Григорьев родился в 1934 году в Москве. Окончил МВТУ им. Баумана и по своей основной специальности был инженером-конструктором. Вместе с тем, он был одержим самыми причудливыми литературными идеями. Их он и начал воплощать в жизнь в научно-технических журналах, где опубликовал ряд статей, а в перерывах между творческими исканиями куда-то исчезал. Например, в экспедицию к месту падения Тунгусского метеорита или на сибирское озеро Лабынкыр, где, по слухам, водилось некое чудовище наподобие шотландской Несси. Подкараулить ящера Григорьеву так и не удалось, зато он обнаружил его следы в местном фольклоре, а это уже факт, а не простое предположение.

В течение десяти лет писатель издал три книги своих рассказов, и все они в условиях тогдашней цензуры пробивались к читателю чрезвычайно тяжело: цензоров не устраивал острый язык Григорьева, а главное — его необыкновенная способность из обычного факта сделать чрезвычайное событие, довести его до шаржа, гротеска, когда вдруг становилась очевидной подлинная суть тех или иных вещей. И в эту орбиту нередко попадали понятия, которые охраняло идеологическое табу.

Насколько трудно пробивались к свету произведения писателя на родине, настолько же быстро и легко публиковали их в США, ФРГ, Японии. Без всяких преувеличесний можно сказать, что имя Владимира Григорьева в 60-х — 70-х годах котировалось за рубежом наряду с именами Азимова, Каттнера, Брэдбери.

Походы и экспедиции молодости подорвали здоровье писателя. Последние годы жизни он вынужден был проводить в четырех стенах. Умер писатель в 1999 году. Похоронен в Москве на Ваганьковском кладбище (Закрытый клумбарий).

Всё творчество Владимира Григорьева вошло в сборник «Колокол колоколов» (2005).

Владимир Григорьев о себе:

«Я родился в середине тридцатых годов, когда наша страна вдруг (для внешнего мира) осуществила ряд удивительно смелых научных экспериментов и экспедиций, цикл грандиозных строек. Дух тех лет живет в моем поколении. И, смею надеяться, движет фантастикой наших дней...

Научная фантастика... Студентом МВТУ имени Баумана я и не помышлял, что однажды войду в списки авторского актива жанра, испытавшего на своем веку немало взлетов, падений, и наконец, обретшего свободное парение под пристальным и отчасти тревожным взглядом читателей эпохи нагрянувшей мировой научно-технической революции, частично передавшей прогнозирование будущего из рук писателей-фантастов в производственные программы НИИ, что, собственно, только усилило обаяние магии предсказаний чисто литературного толка.

Драма идей, движущая наукой, всегда будет откликаться драмой сердца. Однако фантастика, по-моему, обладает повышенными привилегиями на жизнерадостность. Она живет не только в сфере эмоций, естественно подверженных частым приливам и отливам; она неотделима от жизни обостренного разума, во все века напряженно, непрерывно развивающегося. Здесь всегда прилив, всегда наступление, и пусть, как во всяком наступлении, солдаты его гибнут, но гибнут на дорогах победы, а не поражения. Поэтому-то фантастика является одним из самых оптимистических жанров литературы».