КОМИКСНЫЙ РОК-Н-РОЛЛ (Саймон БИСЛИ)

ВСЕ о МОИХ МАТЕРЯХ («Nowa Fantastyka» 258 (350) 12/2011). Часть 4

16. На страницах 6—7 печатается интервью, которое польский журналист Бартош Чарторыский (Bartosz Czartoryski) взял у британского художника-комиксиста САЙМОНА БИСЛИ (Simon Bisley). Интервью носит название:

САЙМОН БИСЛИ (Simon Bisley, род. 1962) – британский график. Его характерный стиль принес славу персонажам Лобо (космический наемник из вселенной DC) и Слэйна (ирландский воин). Создал также широко известный кроссовер «Бэтмен/Судья Дредд: Суд над Готэмом». В 1992 году стал лауреатом премии Эйснера. С 1997 года сотрудничает со знаменитым журналом “Heavy Metal”.

Бартош Чарторыский: Тебе, должно быть, понравилась Польша, раз уж ты приехал сюда второй раз в этом году?

Саймон Бисли: Да, Польша мне очень нравится! Несколько месяцев назад я был в Гданьске, сейчас вот – в Лодзи. Ты знаешь, мои прапрадеды были родом из Польши, кажется из Кракова. Дед, в свою очередь, сражался в рядах польского Сопротивления, участвовал в различных диверсионных операциях, воевал с русскими. Потом пошел в армию, вступил в польскую дивизию британской армии и сражался под Монте-Кассино. A мою бабушку, а также мать угнали на принудительные работы в Советский Союз, они работали в шахтах в Сибири. Но им удалось выжить. Однако, возвращаясь к твоему вопросу, конечно же, мне нравится Польша, отсюда родом мои предки, отсюда же и мои братья и сестры.

Бартош Чарторыский: В общем, я вижу -- мой вопрос был излишним, ты здесь неплохо веселишься.

Саймон Бисли: Да? И с чего ты это взял?

Бартош Чарторыский: Ты только что открыл бутылку с пивом.

Саймон Бисли: Ой, да я вообще не пью. Сижу себе вот тут с бутылкой. Вчера было весело. Дешево здесь все, ребята. Я, наверное, начинаю пороть чушь собачью?

Бартош Чарторыский: Нет, совсем нет.

Саймон Бисли: Потому что сам знаешь, как оно бывает. Ты куда-то едешь, хорошо проводишь время, а потом люди смеются над тобой.

Бартош Чарторыский: Наверное в этом и заключается риск этой работы. Разве художник-комиксист не похож на рок-звезду? В конце концов, оба гастролируют.

Саймон Бисли: Ну-у, не знаю. Мне кажется, что и то, и другое -- способ заработать несколько пенни, чтобы заплатить за аренду или построить собственный дом. Но это интересная аналогия, в конце концов мы оба нечто созидаем, оба художники, только у меня вместо гитары карандаш и кисть. Я также считаю, что художник не несет полной ответственности за свою работу, за то, что он делает; это его привилегия. Раз уж он что-то сделал, то сделал, как считал нужным, а уже как ты это воспримешь, решать тебе, зрителю. И никогда не знаешь, кто стоит за комиксом или пластинкой – может быть, какой-то придурок. Никто не бог и не кумир. Каждый художник -- обычный человек, ничем не отличающийся от других людей. Мне трудно ответить на этот вопрос, потому что я должен говорить о себе и о том, как я воспринимаю свою работу. А для меня это просто образ жизни, так я зарабатываю себе на эту самую жизнь, так я себя поддерживаю. А когда-нибудь я умру, и все на этом. Чему бывать, того не миновать. А если кто-то видит во мне рок-звезду... ну, это его дело.

Бартош Чарторыский: Мой вопрос не был случайным, потому что часто твой стиль называют рок-н-ролльным.

Саймон Бисли: Потому что я люблю рок, люблю хэви-метал, часто слушаю такую музыку и она, конечно, оказывает какое-то влияние на то, что я делаю. Интересно, что слушали РЕМБРАНДТ и МИКЕЛАНДЖЕЛО? Какими они были? Кто знает. Наверное, просто дурачились, пили пиво, и все такое. Так же, как и мы. Потому что они такие же люди, как и мы. К тому же я не думаю, что способность что-то создавать была подарком. У тебя есть талант, ты должен его использовать, другого пути нет. Это проклятие. Иногда мне кажется, что я бы предпочел иметь обычную работу.

Бартош Чарторыский: Как Гленн Данциг?

Саймон Бисли: О да, Гленн это тот самый парень. Теперь я понимаю, к чему ты клонишь. Гленн -- действительно большая звезда. Я всегда был его поклонником, затем работал над обложками для нескольких его пластинок. Ну да, в этом смысле, если посмотреть на нашу маленькую компанию, то и я тоже какое-то мгновение был рок-звездой. Черт побери, ты натолкнул меня на очень интересную мысль. Это надо будет обдумать. Саймон Бисли и рок-н-ролл. Звучит неплохо.

Бартош Чарторыский: Расскажи мне о Лобо и Слейне – героях твоих комиксов. Ты, наверное, уже сто раз отвечал на этот вопрос, но я все равно должен его тебе задать. Кого из этих парней тебе больше всего нравилось рисовать?

Саймон Бисли: Честно? Мне плевать -- кого, заказ есть заказ. Более важно, когда, в какое время я рисовал эти истории с их участием, потому что то, что тогда я испытывал в жизни, так или иначе отражалось в комиксах. Когда я думаю о Лобо сейчас, я вижу себя, но со всеми зубами и длинными волосами.

Судьба тогда ужасно меня потрепала. Что касается Слейна… ну, нельзя не любить этого парня. Он ходит, ржет и трахает все, что движется.

Он был для меня достаточно важен, потому что это одна из тех работ, которые сделали меня узнаваемым. В какой-то момент эти комиксы оказали мне большую услугу; они помогли мне прорваться, дали мне шанс. Лобо -- это другая история, это безумная... я тебя не утомляю? Что-то тебя вроде бы в сон клонит.

Бартош Чарторыский: Не волнуйся, я смогу продержаться еще несколько минут.

Саймон Бисли: Хорошо. Мне было просто в кайф работать над Лобо, потому что он лучше, чем Слейн, отражает мою личность.

Бартош Чарторыский: Ты согласился бы рисовать что-то, что тебе совершенно не по нраву, что идет душе поперек?

Саймон Бисли: Черт, даже не знаю. Честно говоря, мне и самому интересно, занялся ли бы я вообще рисованием, если бы я мог каким-то другим, разумным способом зарабатывать себе на жизнь. А пожалуй что занялся бы; в конце концов это ведь работа, черт возьми, работа. Впрочем, если говорить о моих художественных предпочтениях, я бы с удовольствием посвятил себя живописи. Однозначно. Это более личностной, приносящий большее удовлетворение способ самовыражения. Это как строить башню из кирпича -- кладешь один кирпич на другой, пока, наконец, не построишь нечто грандиозное. Я понятно объясняю? Тебе пригодится эта моя болтовня?

Бартош Чарторыский: Конечно.

Саймон Бисли: Ты мне что-то хочешь сказать, я вижу это по твоим глазам. Эй, да у тебя такие же глаза, как и у меня! Видишь? Той же формы!

Бартош Чарторыский: Ничего удивительного, в конце концов, мы ведь оба поляки.

Саймон Бисли: Точно!

Бартош Чарторыский: А ты не опоздаешь на встречу?

Саймон Бисли: Черт, а который сейчас час? Ты тоже идешь?

Бартош Чарторыский: К сожалению, нет, у меня еще одно интервью.

Саймон Бисли: С кем?

Бартош Чарторыский: С ГЖЕГОЖЕМ РОСИНЬСКИМ.

Саймон Бисли: А-а, я его знаю! Шучу. Это ваш президент?

Бартош Чарторыский: Не совсем.

Саймон Бисли: Погоди, погоди... Лех Валенса?

Бартош Чарторыский: Тоже мимо.

Саймон Бисли: Да, точно -- он был президентом какое-то время назад. У него были такие зае…стые усы. Polish power!