Еремей Парнов, Леонид Самсоненко «Лунариум»

В детстве мне подарили эту книгу на день рождения. Я был в восторге. Столько всего интересного и так не похоже на однообразие брежневского застоя. Тот экземпляр по жизни куда-то затерялся, поэтому нашел у букинистов новый — чтобы был. Обязательно, чтобы был в моей библиотеке, как краеугольный камень в ее основании! Иногда возвращаюсь к нему с предвкушением удовольствия; с чувством ностальгии просто перелистываю пожелтевшие уже страницы, рассматриваю невероятные иллюстрации, вспоминаю имена авторов, в свое время произведшие фуррор, перечитываю на чем остановился взгляд. Я и сегодня считаю эту книгу одной из лучших отечественных антологий в области познания мира, лично мне — раскрывшей, нет, широко распахнувшей миры и тайны того, что может быть скрыто за столь, казалось бы, простым и обыденным явлением, как Луна на небе. Не столь само содержание сборника, сколь многообразие скрывающихся за обложкой имен и миров на всю жизнь заложило охоту к познанию нового, желание приоткрыть, как обложку завесу любой тайны и, более того, заложило привычку и навыки стремления заглянуть, что называется, «за границы листа А4».

Совершенно уникальная антология. Не могу вспомнить ни один её аналог.

С одной стороны — печатать довольно значительные отрывки и читать произведения кусками есть явный дурной тон.

Но, с другой стороны, с произведениями Андрэ Лори и Ле Фора+Графиньи советский читатель вообще не имел возможности ознакомиться (если только по дореволюционным изданиям). Я лично и Жулавского прочитал первый раз именно здесь. Но если «На серебряной планете» я несколько позднее прочитал в библиотеке целиком, то «Изгнанников Земли» переиздавали в начале 90-х, и мне это издание не попалось. А «Вокруг Солнца» — так и вообще издано единожды и совсем недавно. Так что относительно данных романов (которые сами по себе довольно средние) я мог очень долгое время только кусать локоть.

Издание, при этом, не является чисто научно-фантастической антологией, так как содержит в себе и значительный элемент научно популярного — вплоть до выдержек из писем Ньютона и переводов ассирийских клинописных табличек. При этом, оно богато иллюстрировано, причем не иллюстрациями из цитируемых произведений, а древними астрономическими рисунками, и современными — как астрономическими, так и космическими — фотографиями. Что лунная пыль имеет едкий запах пороха — я узнал именно отсюда, из воспоминаний Олдрина. А сочетание описаний Жулавского и Уэллса с реальными воспоминаниями Армстронга — в одном месте! — дает читателю уникальную возможность сравнить фантазию и реальность.

В советские времена, не колебаясь, поставил бы 10, но в эпоху пресыщения книжной продукцией любого рода и интернета поставлю только 8 — все-таки, прочитав антологию в начале 80-х годов, — я уже тогда понимал, что не имею никаких шансов ознакомиться с полными текстами цитируемых произведений. Это, надо сказать, напрягало изрядно.