Уильям Тенн «Я, снова я и ещё раз я»

Существует ли в мировой фантастике произведение малой формы боее глупое, чем это? Таков был первый вопрос, который пришёл мне в голову, когда я отложил книгу в сторону. Пожалуй, нет, не существует. Ахинея, по гамбургскому счёту, стопроцентная. Можете не срглашаться, это всего лишь моё мнение. Концовка вообще ниже плинтуса. Что они увидели на пляже? — ясно, что увидели троих Маккарти (и их стало шестеро), а машин — четыре. Тенн даже постеснялся заявить такое прямым текстом. Юмор, проглядывающий кое-где по соседству с квазинаучной болтовнёй профессора, положения не спасает. Интересно, что автор сознательно пишет заведомую чушь. Вот что я имею в виду. Из первого путешествия в пршлое машина времени вернулась в лабораторию с Маккарти внутри и на ней Маккарти отправился назад. И увидел в прошлом самого себя, с которым подрался, и машину времени, на которой прибыл он сам в первый раз. Опять вернулся в лабораторию и снова был отправлен в прошлое, где увидел этих самых двоих дравшихся «самсебя». Теперь их в прошлом стало трое. Но и машин времени оказалось на пляже три штуки! Парадоксы здесь зашкаливают, выходя за любые мыслимые пределы. и ведь трудно придраться. Путешествующий в прошлое может там встретить себя, это уже давно никого не удивляет (кстати, невозможность путешествий в прошлое вытекает уже из этого простого факта — происходит нарушение закона сохранения материи — откуда взяться двойнику? неоткуда!), но чтобы машина времени размножалась таким образом — это «блестящая» идея Уильяма Тенна, и с тех пор никто в фантастике эту идею не использовал. Мне кажется, по той причине, что любому человеку она (идея) представляется полнейшей, неверистичнейшей, как выразился бы Лем, глупостью. Потому что закон сохранения материи должен действовать всегда и при любых обстоятельствах. И при появлении на пляже второй машины (и третьей) они должны сливаться в одну. Как? Вопрос к физикам-теоретикам. Мы же до сих пор не знаем, почему свойства пространственно-временного континуума таковы, каковы они есть. И, скорее всего, ответов на эти вопросы человечество никогда не получит.

И вот что хотелось бы добавить. Идея красивая (последствия перемещения камня в далёком пршлом), бредовая, конечно, но красивая. Опередил автор Брэдбери. Но, при всём уважении, у Брэдбери ничего не сказано о том, что в прошлом существовал некий маршрут, дорожка, по которой ходили туристы. То есть, уточняю, не сказанл ничего о том, сколько бабочек, жучков и многоножек было раздавлено при постройке этой дорожки. И что? Да ничего, фирма процветает. Вывод каждый может сделать самостоятельно.

Это однозначно самый весёлый и забавный тайм-парадакс, который мне доводилось прочитать. Если бы не год написания, то был бы уверен — это пародия на «И грянул гром», очень уж забавно оказываются обыграны такие же временные превратности. Можно, конечно, докопаться до того, что учёный нанял для важного опыта какого-то ненадёжного и тупого бомжа, но, признаем прямо, гениальный изобретатель тоже показан не то, чтобы умным).

Когда читаешь этот рассказ — возникает ассоциация сразу с двумя другими рассказами: «И грянул гром» Рэя Брэдбери и «Седьмое путешествие Йона Тихого» Станислава Лема... Но вот только на самом деле хронологически по написанию — всё оказывается совершенно наоборот: «Я, снова я и ещё раз я» написан Уильямом Тенном в 1947 году. В то время как Рэй Брэдбери написал «И грянул гром» (введя в широкий оборот выражение «Эффект бабочки») лишь в 1954 году, а Станислав Лем уморительную историю «Седьмое путешествие Йона Тихого» (с целой толпой дублей г.г. из разных дней недели) — лишь в 1967. Таким образом, что с чем должно ассоциироваться и какие аллюзии из чего следовать — это ещё бабушка надвое сказала.

Кстати, когда мы говорим «Бабочка Бредбери», не нужно забывать, что (при всей устойчивости и красоте этого, ставшего воистину народным понятия): авторство термина «эффект бабочки», которая взмахивая крыльями где-то в Айове, может в отдалённом будущем вызвать лавину эффектов, достигающих высшей точки в дождливый сезон где-то в Индонезии, — принадлежит вовсе не Рэю Бредбери, а математику и метеорологу Эдварду Лоренцу.

Веселенький, запутанный хроно-рассказ. У меня всегда возникает много вопросов к историям о перемещениях во времени, ко всем – хоть к серьёзным, хоть к шуточным, но к последним меньше. К этому, допустим, я вопрошаю: если Маккарти-2 встретил в прошлом Маккарти-1 и дрался с ним, почему тогда Маккарти-1 никого не встретил и ни с кем не дрался, а преспокойно передвинул камень? Но это мелочи, ведь парадоксы времени пока что существуют лишь в теории (как сказал Майкл Флинн примерно по этому же поводу – «вините в этом Эйнштейна»), поэтому доказывать что-то читателю или автору бессмысленно.

А сам рассказ живой, с искринкой, такой это, «тенновский». Ладно скроен, крепко сшит, в меру серьёзен, в меру смешон. И уж, конечно, первичен по отношению к более знаменитым вещам — наверняка многие поминают «И грянул гром…». Тенн обыграл будущие штампы и обыграл тонко, с юмором. Наверное, с такой тематикой так и надо поступать: либо шутить и смеяться над ней, как он, либо преподносить всё с толстым налётом серьёзности, как Брэдбери. Третьего не дано, или не нужно.

Чем больше читаю коротких юмористических рассказов о хронопутешествиях, тем больше утверждаюсь во мнении, что истории о хронопутешествиях имеют право на существование только в виде коротких юмористических рассказов.))

Если уж автор решил потягаться с принципом самосогласованности Новикова, то ни к чему ,кроме умножения дурной бесконечности на ноль, это не приведет. Что с блеском и продемонстрировал в своем остроумном рассказе мастер Тенн.

Да еще и типажи у него вышли очень колоритные. Что безумный прохвессор, что прохвост-бродяга чудо как хороши, прямиком из народного фольклора и иллюстрированных журналов начала столетия взяты и вброшены в жестокую проблематику «атомного века».

Веселый рассказ на серьезную тему. Появилось это произведение через 2 года после Хиросимы, и, очевидно, Тенн хотел поговорить об ответственности ученых перед миром. И грош цена изобретению машины времени, если ее создатель профессор Раддл на самом деле не видит дальше своего носа. «Эффект бабочки» для него не новость, однако именно его ученый и намерен испытать на прочность. С таким же успехом можно, например, ткнуть палкой в осиное гнездо. В то же время автор ситуацию без нужды не драматизирует, а другой персонаж рассказа — маргинал по кличке Гусиная Шея, уверен, очень вас позабавит.

Не уверен, что мне лично хочется оценивать новаторство рассказа по хронологии. Независимо от того, что было раньше, это очередная (и ненаихудшая вариация на тему). Юмора в рассказе заметно больше, чем в остальных известных мне вариациях (за исключением одной из шеклевских). Но концовка никакая, и необходимость напрягать мозг, сопоставляя происходящее со здравым рассудком и научным подходом, здорово действует на нервы.

Яркий смешной рассказ. Профессор (профессора) как живой (-ые). И колоритный бродяга. И конечно, как всякий хороший образный рассказ, этот несёт в себе много смыслов. И по теории перемещений во времени, и по поводу ответственности учёных за свои действия

Отличный рассказ на тему парадокса времени. Под личиной юмора могла умеситься серьёзная проблема отношения человечества к окружающей действительости.

Великолепно остроумная юмористическая миниатюра о временных парадоксах и встречах с самим собой. По этому рассказу у меня запомнился этот автор, после чего я купил все его сборники. Браво, Филипп Класс (Уильям Тенн)!

Теперь «Трижды я» — для меня это его визитная карточка. Как и «Берни по прозвищу Фауст» и, конечно, «Срок авансом».

Рассказ, кстати, написан на несколько лет раньше брэдбериевского «...и грянул гром». В художественном плане он, конечно, уступает, но тема временных парадоксов раскрыта лучше.

Стандартный рассказ на стандартную тему. Оказывается, в прошлом вредно не только давить бабочек. Передвижение камней тоже чревато последствиями.

Отличный рассказ о путешествиях во времени. Весело и абсурдно — один из лучших рассказов Тенна, на мой взгляд.

Автор в юмористическом ключе пытается рассказать (вполне возможно в числе самого первого) о парадоксах путешествий во времени. Честно говоря, не очень уважаю этот поджанр фантастики, ибо в отличии от первой «Машины времени», авторы, в абсолютном своём большинстве, описывают лишь парадоксы, совсем забыв о литературе, приключениях, психологии и уважении к читателю. Так и в данном случае поулыбаться можно тексту, а в остальном пусть сам автор с самим собой себя и разбирает.

Смешной рассказ. Классические парадоксы времени. Намного понятней, чем аналогичная тема у Брэдбери. За юмор ставлю восемь!