Это был интересный опыт. Посмотрим на особенности.

1. Перед нами утопия. Вы привыкли к антиутопиям, где будущее упорядочено государственной верхушкой, и такой подход критикуется автором, но здесь все наоборот – победил коммунизм, и он прям хорош для всех. Все предыдущие эпохи (с гнилым капитализмом и разобщенностью человечества по национальным государствам) критикуются.

2. Основной упор делается на описании человека этого будущего мира (кстати, и сам Ефремов об этом пишет в статье, которая содержится в книге). Ну и, кого мы видим? Статного, физически совершенного, красивого, умного, благородного, чистого помыслами, немногословного коммуниста. Люди будущего настолько высокоморальны, что обращаются друг к другу на «вы». Никаких «жен» и «мужей» нет, видимо, все находятся в достаточно свободных отношениях друг с другом, при рождении ребенка, его отдают на совместное воспитание в школу-пансионат. И всё ради формирования «правильной», «здоровой» психики.

3. Что меня удивило, так это отсутствие сюжета как такового. У персонажей (или человеческого сообщества) нет целей как таковых – перед нами зарисовка определенного временного периода – вот полет космического корабля, вот раскопки в пустыне, вот сцена в космической обсерватории… И так всё идет друг за другом. У книги нет четкого квеста, нет преодоления какой-то масштабной проблемы (как, например, в «Аве Марии»). Мы же помним, что у них там «у всех всё хорошо при развитом коммунизме», так что их проблемы – это как сделать еще лучше, когда и так всё неплохо. Но всё повествование – набор склеенных сцен, которые восхваляют твердый характер человека будущего.

4. Общение. О май гад! Общаются они как будто на сцене спектакль разыгрывают. Звучит это максимально искусственно, максимально пафосно, максимально похоже на чтение пространственных лекций по диалектическому марксизму-ленинизму. Морализаторства тут хоть отбавляй.

Думаете, я критикую книгу и отговариваю вас её читать? Нет. Это не так. Перелистнув последнюю страницу, я был полон светлой надежды этого позитивного будущего, которое понимает, что есть еще горизонты постижения и в науке, и в искусстве. Они достигли многого, но они понимают, что это не предел. Наоборот, преподносится это так, что эти коммунисты стоят только в самом начале пути освоения галактического (и межгалактического?) пространства. Становится явно, что они, почти идеальные люди, еще далеки от идеала, и им есть куда расти.

Теперь давайте проведем еще одну аналогию. Вот было у нас классическое фэнтези (высокое, классическое, героическое), и нам на потеху пришли всякие современные «тёмные», «азиатские», «дизельпанковские» и «бояр-анимешные» его варианты. Воспринимаются они пока свежо и оригинально. На лицо противопоставление «классики» и «модерна». «Туманность Андромеды» – априори «классика», но… она настолько уникальна, что становится похожа на «модерн», на некого фрика от мира научной, космической фантастики из-за своих нестандартных для современных читателей идей. Что удивительно, научная составляющая книги написана настолько крепко, что и по сей день воспринимается неплохо. Единственное, искусственный интеллект и роботизированные машины у Ефремова выполняют самые базовые виды работ и не блещут интеллектом.

Почему роман называется «Туманность Андромеды», вы не узнаете, пока не прочитаете последнюю главу. Я ждал этого объяснения всю книгу :) уже думал, что не дождусь. Добавляет глубины и предисловие Ефремова, и его статья в конце книги.

Вердикт: читать под настроение. Вообще начало мне тяжело далось, потом пошло интереснее. «Час Быка» читать определенно буду. Переключусь на несколько других книг и чуть позже вернусь в мир «Великого Кольца». Моя прелес-с-сть…

Итак, 8 бравых коммунистов из 10.

Читал первый раз давно, когда мне было 12 лет, ничего не понял. Сейчас 2026 год, март, мне 40 лет. Я, житель вполне реального Торманса, читаю это великолепное произведение второй раз.

Отличие лишь в том, что никакое Темное пламя с прекрасными героями не прилетит.

Древний мир, юноша из Северной Греции Пандион стоит перед выбором, кем ему стать воином или известным художником. Постепенно склоняясь к искусству, он оставляет любимую девушку Тессу и уплывает на остров Крит что бы изучить работы местных старинных мастеров. Через полгода он обещает вернутся. Но у судьбы свои планы и это приключение затянется на целых шесть долгих лет. Пандион познакомится с разными народами и культурами, попадёт в рабство в Египте, обретёт друзей и на пути к свободе пройдёт через всю Африку. Именно путешествие по чёрному континенту по мне самая сильная часть книги, было тут что то от Жозефа-Анри Рони старшего. Ефремов очень красиво описывает Африку, с её различными народами и такими разными ландшафтами, с её природой, флорой и фауной. Была даже встреча с таинственным и опасным зверем, которого местные зовут гишу, как оказалось это доисторическое животное — динокрокута, такая далёкая родственница гиены, только гораздо крупнее. Сама же история, как мне показалось больше про человека, про его стремления к самореализации и свободе, про дух товарищества, про родину, куда каждый из героев стремится вернутся.

Уникальная для меня фантастика — будущее где все хорошо. Никто на нас не нападает, люди живут в гармонии с собой и миром, даже с другой разумной жизнью дружим и обмениваемся знаниями. Если бы еще и дошли до этого эволюционно, а не через глобальное уничтожение человечества и темные века — было бы вообще утопически.

И если первая треть книги это глоток позитива, то потом персонажи начинают говорить, точнее ты начинаешь замечать как именно они говорят и что именно говорят, и читать становится сложнее. В книге дается объяснение что в светлом будущем люди стали немногословны, честны и прямолинейны и что следующий шаг это всеобщая телепатия, так как людям уже нечего скрывать. Но читать это неприятно. Да и сомневаюсь что говорить высоким штилем это высшая форма развития коммуникации. Диалоги нужны только для объяснению читателю что происходит и как что работает. По фантастической части все очень хорошо, если вспомнить про год написания.

Когда-то, ещё в школе, читал. И, по-моему, даже дважды. И фильм смотрел. Но, по каким-то причинам, запомнилось только, как Дарт Ветер завалил быка самопальным электрошокером и «железная звезда — ужас астролётчиков». Так что, вполне можно сказать — читал впервые, и это вообще для меня первая книга прославленного советского писателя.

Далее — сотни отзывов на странице произведения плюс форумная тема здесь, на фантлабе, вполне живая, с сотнями страниц. Специально не читал ничего, чтоб не замутиться чьим-то мнением, а высказать своё. С другой стороны — это наверняка окажется банальщина, повторенная и опровергнутая много раз. Что ж.

Итак, далёкое коммунистическое будущее. Сам автор в предисловии написал, что первоначально считал, что описанные в романе события происходят через три тысячи лет. Потом, глядя на темпы ускорения прогресса, сдвинул срок на тысячу лет, а затем и вовсе предоставил читателям самим решать, когда это всё будет (никогда, я считаю). Страна Планета победившего коммунизма отправляет межзвёздные экспедиции, участвует в радиопереговорах Великого Кольца и продолжает строить лучший мир.

Нужно совершенно чётко разделить форму и содержание романа. Содержание, идеи, за исключением некоторых моментов (поглядел бы я на биосферу океана по Ефремову, где уничтожены «вредные акулы, ядовитые рыбы и противные медузы«!) — высший класс! Немного идеализируя, но всё же реально глядя на вещи, да — очень бы хотелось именно такого будущего нашей цивилизации. Есть другие обитаемые звёздные системы, которые не хотят сразу же убить соседа, пока он не успел, а поголовно мечтают пообщаться. Открыта технология межзвёздных полётов, и вполне по Эйнштейну, не тысячи лет до соседних звёзд, а всего десятки. На Земле мир и процветание, все друг друга любят.

НО! НО! НО! Дальше вступает форма изложения этого содержания. И это невыносимо для разумного человека. Так получилось, что в последние года два я прочитал советской фантастики больше, чем за все тридцать после школы. И это, видимо, характерная черта, когда какие-то важные для сюжета вопросы поясняет умудрённый бородой начальник. Потому что это встречается и у Казанцева, и у Мартынова, и у Михайлова, и у Бердника. Подбегает младший научный сотрудник с горящими глазами, и «седой как лунь и глупый как колода» руководитель вещает, казалось бы, очевидные для того вещи. Ну вот КАК — последняя смена в качестве «заведующего внешними станциями Великого Кольца» — и Дар Ветер рассказывает своему преемнику, зачем за полчаса «до связи» по всей Земле гаснет свет и гудит фабричный гудок. А тот поддакивает и бормочет: «Ах, вот оно как, интересненько». Это что?!!! Командир экспедиции поясняет астронавигатору, что такое «железная звезда». Руководитель раскопок просветляет младшего сотрудника, как нужно проводить эти самые раскопки. Я понимаю, что это нужно объяснить мне, читателю, но, блин, сделай это элементарно по другому! А то выходит, что какую-то иногда очень ответственную работу собираются выполнять совершенные профаны. И отсюда вытекает очень жирный минус уже к содержанию романа. Автор несколько раз повторяет, что обязательная практика для всех — менять работу каждые пять-шесть лет. Абсолютно все так обязаны делать. И объясняется это принесением максимальной пользы обществу и сохранением физического и психического здоровья. Да. Точно. Гениальный математик, конечно, принесёт максимальную пользу, работая дворником. «Ведь насколько Ермолова играла бы лучше вечером, если бы она днём работала у шлифовального станка». Ну, тогда неудивительно, что приходится объяснять пилоту звездолёта, как им управлять и откуда течёт топливо. Беда настанет, когда этим самым мудрым командиром звёздной экспедиции вдруг назначат вчерашнего бухгалтера, но этот момент в книге не описан.

Второй кошмар, также вытекающий из первого — это вообще все разговоры героев. Читать это невозможно. Лозунги, бравурные речи, пафосные любовные излияния и просвещение младших сотрудников — кажется, все варианты перечислил. Даже углубляться не хочется, это сущий ужас.

Но, если отбросить эти несуразности, то остаётся отличная утопия. Конечно, такого не будет никогда, но как хочется верить. Чистая планета с доброжелательными людьми, Великое Кольцо, полёты к звёздам... Эх.

Первые личные контакты землян с инопланетной цивилизацией, совершенно отличной от нашей, но также и очень близкой.

Небольшая повесть из цикла о «Великом кольце», читается на одном дыхании.

Люблю ефремовские произведения и рекомендую всем любителям фантастики.

Это, несомненно, один из самых лучших рассказов Ефремова. Но он к тому же относится к тем редчайшим случаям в истории литературы, когда художественное произведение прямо повлияло на реальность. История, изложенная в рассказе, не во всем точна, хотя там все же упоминается, что «Катти Сарк» не была самым быстрым парусником в мире. Но она была самым красивым.

Я всегда жил вдали от морей и океанов и морским делом совсем не интересовался. Но когда я еще юношей прочитал «Катти Сарк», рассказ этот врезался в мою память и сердце. Даже не знаю почему.

В 2004 году я по делам оказался в Лондоне и поехал посмотреть Гринвичскую обсерваторию, взглянуть на главный меридиан. Уже после этого я сообразил, что «Катти Сарк» совсем рядом и зашагал к ней. Увидев корабль, я долго стоял около него. Пахло солью и смолой. Даже не помню, какие мысли тогда приходили мне в голову.

Спустя несколько лет я был просто ошарашен, узнав, что «Катти Сарк» сгорела. К счастью, ее смогли восстановить, насколько это было возможно. Но я рад, что видел ту самую, настоящую «Катти Сарк».

Этот рассказ будут еще долго читать и обсуждать. Даже если не все в нем соответствует действительности. Какая разница?

Как гласит старая поговорка:

«Se non e vero, ma ben trovato». «Если это и неправда, то хорошо рассказано».

Одно из любимейших фантастических произведений, впервые прочитал его много-много лет назад еще школьником и был поражен, как автор мастерски соединил цунами, глобальное горнообразование и атомную энергию, маленькую дырочку, динозавров и инопланетян. Потом долгое время мечтал, да и сейчас был бы рад, чтобы сняли фильм по сюжету повести.

Всем любителям твердой научной фантастики!

Действие романа развивается через сотню лет после событий, описанных в «Туманности Андромеды». Открытая экипажем «Тантры» Зирда уже давно заселена людьми, а вместо «внепространственных мостов» человечество вовсю использует ЗПЛ — звездолеты прямого луча, обладающие способностью путешествовать по геликоидам трехмерного пространства. Причем, не только нашего — светлого (или Шакти), но и темного (Тамас). Именно в темную Вселенную триста лет назад улетели три звездолета, несшие на своем борту группу беженцев-изгоев, не сумевших найти себе пристанища на Земле. Их новой родиной стала планета в созвездии Рыси, названная Тормансом в честь мифической страны искупления всех грехов. 250 лет назад ее случайно открыл один из разведывательных звездолетов с Цефея, обнаруживший поразительное сходство ее жителей с людьми. Так что визит последних на Торманс стал просто вопросом времени. Честь навести мосты со сбежавшими в Тамас родственниками была доверена экипажу ЗПЛ «Темное пламя», возглавляемому Фай Родис. Прибыв на планету, космолетчики обнаружили на ней людей монголоидного типа, живущих по давно устаревшим политическим традициям олигархического капитализма. Судьба Торманса (которую местные жители называли Ян-Ях) оказалась напрямую связана с будущим отчетом, который экипаж «Темного пламени» обязан был распространить по Великому Кольцу после возвращения на Землю. Судя по первоначальным впечатлениям, планету не ожидало ничего хорошего, ибо ее руководство нагнетало на Тормансе культ силы и невежества, позабыв о вечной ценности человеческой жизни. Правитель Ян-Ях никем не избирался и правил планетой как диктатор. Те, кто помогал ему в этом, носили знак змея на своей одежде и были одарены наибольшим правами — в том числе и правом прекращения чужой жизни. А весь остальной народ делился на просвещенных «джи» и необразованных «кжи», наилучшим будущим для которых являлась ранняя и легкая гибель в Храме Нежной Смерти. Поскольку планета оказалась сильно перенаселена, а нормальной социальной программы у ее руководства никогда и не было. Зато были весьма непомерные амбиции по поводу собственной значимости...

После успеха «Туманности Андромеды», где было описано «светлое коммунистическое будущее» людей, Ефремов решил в качестве «противовеса» создать произведение о «темной культуре» капиталистического общества. За образец было взято милитаристское и олигархическое общество маоистского Китая, находившегося в тот период времени в явной оппозиции СССР и другим странам социализма (за исключением Албании). То есть, после светлого и оптимистического романа писатель решил показать читателю его антагониста — темный и депрессивный роман о «демонах капитализма». Весьма рискованный шаг, сделанный в эпоху противостояния двух систем! Дело в том, что социализм в СССР был вовсе не идеален и страдал практически теми же недостатками, что были присущи описанному в романе Тормансу. В итоге идея фактически была «вывернута наизнанку» и роман стал обличать те недостатки социализма, о которых предпочитали особо не распространяться в прессе. Руководство СССР поняло это не сразу, а через 5 лет после первой публикации произведения в журнале «Техника — молодежи». В ход пошли репрессии: главный редактор журнала был снят с должности, а напечатанный тираж начали спешно изымать из библиотек и открытой продажи. Каким-то чудом в свет успело выйти и полноценное издание, напечатанное «Молодой гвардией» в 1970 году. Его тираж был 200 тыс экземпляров, а цена — 98 копеек, что делало книгу общедоступной. Попытка изъять ее из магазинов явно запоздала — к моменту принятия решения добрая половина книг была уже продана. Одну из таких книг я неожиданно обнаружил в деревенской библиотеке, где она спокойно пролежала на полках до 1985 года. Если б только кто-нибудь из работников знал ее настоящую ценность, он бы постарался запрятать издание в самый темный угол библиотеки. Ибо этот роман стал фактической причиной смерти великого писателя в 1972 году, не сумевшего пережить объявленного ему бойкота. Сегодня же роман воспринимается немного иначе, чем полвека назад. Поскольку социализм так и не развился в коммунизм, а «светлое будущее» оказалось такой же утопией, как и известный роман Томаса Мора. Советский Союз распался, а Россия вернулась к своим истокам (т.е. в лоно капитализма). Идеал оказался фикцией, а реальность не давала никакого повода к оптимизму. В итоге «Час Быка» превратился в полную свою противоположность и уже не вызывает у читателя тех чувств, на которые рассчитывал его создатель. Читать его крайне сложно, так что молодому любителю фантастики он явно противопоказан. Ну а опытный читатель найдет его слишком уж идеологизированным и потому невероятно скучным. Поскольку его социальная составляющая явно перевешивает приключенческую. А кого еще могут привлечь такие шедевры, утратившие свою былую значимость?

-------------

РЕЗЮМЕ: острая по своей значимости социальная фантастика, противопоставляющая реально существующий мир имперского капитализма еще не наступившему миру всеобщего коммунизма. Думаю, автор романа прожил бы на 10 лет больше, если б отложил его написание на более удачный период истории.

-------------

СТАТИСТИКА:

Сюжет — 8 баллов

Персонажи — 8 баллов

Стиль — 7,5 балла (острая социальная сатира)

Качество литературного стиля — 7 баллов (мало приключений)

Оригинальными в момент написания были вычислительные машины и роботы-самоходки СДФ, которые на сегодня уже сильно устарели

Космический корабль «Тантра», возвращающийся на Землю с далекой планеты Зирда, попадает в мощное поле тяготения «железной» звезды и расходует свое оставшееся топливо на посадку на единственной планете системы. На ней обнаруживается давно пропавший земной звездолет «Парус», а также весьма опасные представители местной жизни. Выбраться назад без определенных жертв явно не получится... А на Земле в это же время заведующий внешними станциями Великого Кольца Мвен Мас втайне от Совета Земли готовит уникальный эксперимент, который при удачном стечении сделает ненужными звездолеты. Только вот обстоятельства почему-то не желают складываться благоприятно...

Мое знакомство с этим произведением началось с известного фильма Евгения Шерстобитова, который впечатлил меня настолько, что я бросился в библиотеку, чтобы найти и прочитать оригинальный роман. Но это оказалось не так-то просто: в советское время хорошая литература была в большой цене и просто так на полках не простаивала — даже на библиотечных. К счастью, мне удалось достать журнальный вариант, опубликованный в «Технике — молодежи» еще в 1957 году! Он, конечно, удовлетворил мою потребность, но только до определенной степени: все журнальные варианты были сильно сокращенными и содержали не весь объем произведения. В этом я лично смог убедиться тогда, когда в мои руки наконец-то попала полноценная книга. Ее второе прочтение показало мне, насколько сильно изменяются со временем вкусы простого читателя. В детстве роман меня просто очаровал, и я считал его самым лучшим фантастическим произведением в истории литературы. Но с тех пор прошло почти что полвека, и мой арсенал пополнился другими мировыми шедеврами от иностранных писателей. Так что на фоне новых творений краски «Туманности Андромеды» довольно сильно поблекли. Во-первых, стиль Ефремова неожиданно показался мне сухим, почти что журналистским, что не давало повода для романтического полета фантазии. Во-вторых, приключенческая составляющая произведения фактически ограничивалась только полетом «Тантры» к «железной» звезде, а далее шел немного унылый и скучный текст о том, как живут и что творят на Земле ее жители. Из всех историй какой-то интерес сможет вызвать только попытка Мвен Маса и Рен Боза провести «контактный» сеанс связи с жителями планеты Эпсилон Тукана. Именно эти два эпизода и составили основу фильма 1967 года, который имел акцентированный подзаголовок «Пленники Железной звезды». То есть, у его создателей имелись планы на съемку второй серии, которые по какой-то причине не осуществились. А первый фильм кое в чем разошелся с текстом романа. В частности, ради вящей интриги режиссер придумал одну жертву в составе экипажа «Тантры», которая погибла от руки (точнее, щупальца) злобных инопланетян. В романе же жертвы появляются только в несанкционированном эксперименте Рен Боза.

Но в целом роман довольно оптимистичен и светел по-доброму. Все люди на Земле счастливы, поскольку объединились в одну общую семью под названием «человечество». Нет никаких границ и делений на «высшие» и «недоразвитые» расы. Гены настолько причудливо перепутались, что сложно определить, к какой расе принадлежит тот или иной персонаж. Об этом могут сказать только их имена, которые по стилю напоминают мне китайские. К примеру, Дар Ветер имеет славянские корни, а вот Мвен Мас чернокож, поскольку его предки родом из Африки. (Кстати, в фильме он имел и кавказские корни, поскольку его сыграл грузинский актер Ладо Цхвариашвили.) Все молодые люди проходят обучение в школах, которые больше похожи на обычные ВУЗы. А после окончания школы их ждут т.н. «подвиги Геракла» — своеобразный экзамен на взрослую жизнь. Чтобы человек не уставал от своей работы, через каждые 5 лет он может поменять место работы, а заодно — и свою профессию. Плохих людей на планете практически не осталось, но если таковые появляются, их осуждают на вечную ссылку на остров Забвения (под которым, скорей всего, подразумевается остров Цейлон). Денег нет, поскольку кругом — полноценный коммунизм, не оставляющий места для разного рода наживы. Никто не пилит тебе мозги, а все проблемы решаются быстро и цивилизованно. Словом, почти что библейский рай, только без бога! Жаль, что реальность оказалась куда мрачнее и пессимистичнее...

Напоследок — небольшой совет. Если хотите получить большой заряд бодрости и оптимизма, не читайте саму книгу, а СЛУШАЙТЕ ее в аудиоварианте. Но только ту версию, которая неплохо музифицирована (фамилию чтеца я к сожалению не знаю, но это мужчина). После прослушивания вы явно почувствуете себя лучше, как будто бы с вами провели 10-часовой сеанс целительной психотерапии.

----------

РЕЗЮМЕ: первая часть цикла о мире Великого Кольца, рассказывающая о путешествии экипажа звездолета «Тантра» к «железной» звезде и смелом эксперименте Рен Боза по установлению пространственно-временной связи с дальними планетами. Как дополнение, вы узнаете, чем живут и дышат обычные жители Земли, свободные от войн и всяческого порабощения.

----------

СТАТИСТИКА:

Сюжет — 7,5 балла

Персонажи — 7,5 балла

Стиль — 8 баллов (космоопера + социал)

Качество литературного языка — 7 баллов

Оригинальные находки — необычный мир «железной» звезды и внепространственный портал для путешествия на дальние планеты

«Туманность Андромеды» — первое серьезное фантастическое произведение, которое я прочитал в юности, прочитал и влюбился в него, конечно, в то время я скорее всего не всё понял, но очарование тайны «Железной звезды» осталось навсегда.

Всем любителям фантастики!

В основе романа лежат три истории о людях разных национальностей. Психотерапевт Иван Гирин приезжает из провинции в московский институт, чтобы занять пост директора лаборатории. Он намерен начать смелый эксперимент по глубокому зондированию человеческой памяти, имеющий своей целью активирование «генетической памяти», т.е. воспоминаний древних предков, записанных в структуре молекулы ДНК. Группа итальянских любителей приключений отправляется в Намибию (точнее, тогдашнюю Юго-Западную Африку), чтобы разжиться алмазами из заброшенных кимберлитовых рудников, но неожиданно для себя находит на дне бухты легендарный флот Александра Македонского, таинственно пропавший после его смерти. А бедный индийский скульптор Даярам Рамамурти, испытывающий кризис творчества, по рекомендации своего гуру отправляется в расположенный в предгорьях Тибета монастырь Чортен-Дзон, чтобы набраться сил и уверенности. Но неожиданно встречает там весьма талантливую танцовщицу Амриту Видьядеви, которая быстро завоевывает его сердце. Общаясь с девушкой, ваятель узнает, что та фактически является рабыней своего американского хозяина, который предпочитает снимать ее исключительно в порнографических фильмах...

Роман объявлен автором приключенческим, хотя к этому жанру можно условно отнести только похождения итальянцев в Африке. На самом же деле он чисто философский, ибо поднимает целый сонм вопросов и проблем, связанных с истинной целью искусства, а также отдельными нюансами человеческой морали — например, сути и содержания красоты (особенно, женской) и справедливости общественного мироустройства. В обсуждении указанных вопросов особенно отличается советский профессор Гирин, постоянно читающий лекции всем своим собеседникам. Его даже приглашают это сделать на «бис«! И не только в СССР, но и в Индию! Что весьма странно, учитывая высокую религиозно-философскую культуру этой восточной страны. Главная фишка в рассуждениях ученого — превалирование т.н. «коммунистической морали», которая в те годы считалась чуть ли не единственно-достойной в Советском Союзе. Но сегодня баланс сил изменился, и все утверждения автора (точнее, его героя) кажутся весьма странными и устаревшими — как, к примеру, утверждения автора об окончательной победе над религией, которая уже никогда не будет влиять на умы советских людей. Глядя на современную Россию, вновь кланяющуюся дубовому кресту, это кажется весьма и весьма сомнительным. Таким же сомнительным кажется мне и проводимый этим ученым эксперимент по «наследственной памяти». Хоть я и не генетик с физиологом, но всё же убежден, что в молекуле ДНК записана только информация, связанная с синтезом разнообразных химических соединений, необходимых организму во время жизни. Память явно не относится к числу значимых процессов, ибо ее часто отключают такие психофизиологические процессы, как стресс, депрессия и прочие проявления человеческой невротики. К тому же, в преклонном возрасте у отдельных персон развивается т.н. «болезнь Альцгеймера», практически начисто стирающая у человека все проявления индивидуальности. Если б память наследовалась так, как это описывает автор, она хоть как-то проявляла бы себя в процессе жизнедеятельности — например, во снах или видениях. Поскольку ничего этого не наблюдается на практике, все утверждения Ефремова по этому поводу — не более, чем авторская фантазия. Такой же фантазией является и придуманная писателем Черная корона, якобы отнимающая у человека эту самую память. Никакой природный кристалл, будь он хоть серый, хоть фиолетовый, не сможет напрямую повлиять на нейроны головного мозга, сбрасывая «на нуль» их электрический потенциал. Такое воздействие, как правило, осуществляют особые психотропные препараты, работающие по принципу «химического ножа» — т.н. ноотропы. А эманации «серого кристалла» — такая же ничем не подтвержденная фантазия, как и «генетическая память». Получается, что две ключевые идеи романа оказались полностью несостоятельными с точки зрения науки! Насчет коммунистической этики и морали я уже говорил. Что же ценного тогда осталось? Пожалуй, только вопросы о роли искусства в истории да еще связи красоты с оптимальностью человеческой физиологии. Что же касается исторических гипотез, то они могут как подтвердить авторскую правоту, так и опровергнуть ее. Я не исключаю, что флот Александра Великого мог и вообще не существовать, ибо все свои военные операции тот осуществлял исключительно на суше. Да и куда ему было плавать? Африка в то время считалась отсталой и неперспективной для морского похода, а про Америку и Австралию тогда никто и не догадывался. Вся Ойкумена заключалась в том пространстве, которое было хорошо известно всем грекам (а по наследству — и македонцам). Плавать можно было только по Средиземному морю, которое было исследовано вдоль и поперек. После покорения Крита, Египта и Палестины вся надобность во флоте начисто отпадала. А то, что строилось ассирийцами в эстуарии Персидского залива, скорее всего было связано с рыболовным промыслом и никакого отношения к дальним плаваниям не имело.

Получается, что от изложенных в романе идей практически ничего дельного не осталось. Думаю, что Ефремов написал его с одной целью — прославить коммунистическую идеологию, чтобы отвести от своей персоны всяческие подозрения в нелояльности. Правда, в 1968 году (т.е. через 5 лет после написания «Лезвия бритвы») он переусердствовал в своем стремлении, написав крайне сильный в социальном плане роман «Час Быка», который через 4 года попал в «запретный список» и был полностью изъят из продаж. Думаю, мало кто из читателей может похвастаться его первым изданием 1970 года! Даже в литературе следует строго соблюдать некую меру, чтобы твой труд случайно не посчитали экстремистским. «Лезвие бритвы» этому критерию не соответствует — впрочем, как и заявленной приключенческой тематике.

-----------

РЕЗЮМЕ: якобы приключенческий роман, рассказывающий о новой человеческой морали, которая должна прийти на смену старой, капиталистической. Если вы сможете дочитать его до конца, запомнив при этом все нюансы, то явно заслужите почетную медаль «За упорство в области литературы».

-----------

СТАТИСТИКА:

Сюжет — 6,5 балла

Персонажи — 6 баллов

Стиль — 6,5 балла (философский)

Оригинальные идеи в романе отсутствуют, а то, что есть, является обычной авторской фантазией

Произведение монументальное. 665 страниц в той редакции, что я читал. Жанр ближе к приключенческому роману. Фантастическая составляющая не имеет большого значения. Место действия — Советская Россия, Южно-Африканская республика, Индия. Время — 20 век (стационарные телефоны, отправка телеграмм, главный герой не имеет телевизора и собирается смотреть выступление спортсменов по Рубину у соседей). Несколько раз упоминаются коммунисты и комсомольцы, один раз товарищ Ленин Владимир Ильич (всё-таки роман написан в 1963 году). Не понравилось,что все персонажи постоянно курят (положительные и отрицательные, мужчины и женщины). Сюжет довольно интересный, но часть линий показались мне обрубленными, не получившими полного развития. Возникли у меня вопросы, на которые автор не дал ответа. Приключенческой составляющей маловато. Временами повествование напоминает лекцию по философии истории, физиологии, минералогии или психологии. Динамика развития сюжета неспешная. Язык написания неплохой, но, временами, тяжёлый для прочтения. За трагичную составляющую отвечают деревенская девушка Анна Столярова, индийская танцовщица Тиллоттама. Автор несколько раз высказывается негативно устами персонажей в сторону христианства. Ефремов поднимает темы сбалансированного воспитания человека, как в моральном, так и физическом плане. Большинство персонажей выглядят живыми. Главный герой Иван Гирин — врач, ученый, коммунист и просто хороший человек. Показаны отрицательные стороны жизни капиталистического общества. В романе «Таис Афинская» автор рассказал о тайне пропажи флота Александра Македонского, а в «Лезвии бритвы» он даёт читателю ответ на эту загадку.

Книга тяжела для прочтения, но один раз прочесть её стоит.

Когда-то в 90е я встретил такое определение творчеству Ивана Баркова ( видимо, в статье к его книге) — «здоровая порнография Баркова». Порнографию я не люблю. А Ефремову за литературу, сюжет, познавательность, опять же «для здоровья» — оценка 7.

Если бы моё знакомство начиналось с этой книги, то оно этой книгой и закончилось бы!

Предисловие довольно сухое, я бы даже сказал, деловитое. Всё четко, конкретно. Три группы рассказов, как три стадии творческого развития, но через них можно увидеть и стадии развития советской фантастики как таковой. Автор комментирует едва ли не каждый рассказ, в основном с научной точки зрения – акцентирует внимание на своих удачах и просчетах, а заодно рассказывает, как изменилась за это время научная мысль. Такой серьезный подход подкупает. Но главное, что тут, по-моему, раскрывается секрет его бьющей в цель научно-фантастической мысли:

И это всегда чувствовалось при чтении рассказов – Ефремов всегда на острие научных знаний своего времени. И это, подкреплённое художественным мастерством и авторской «интуицией» (как он это называет), позволяет ему заглядывать за горизонт и вызывать тем самым читательское доверие. Даже эта статья, в конце концов, тоже на него играет.

А ещё автор скромно умолчал, что наука наукой, но главное ещё и то, что в большей своей части его идеи заключены в напряженный и увлекательный приключенческий сюжет. И это тоже важно отметить.

Кстати, любопытный момент:

Так, из хорошего…

Я читал сразу после рассказа «Атолл Факаофо», и от этого чувствуется. как поменялось настроение за четыре года. В рассказе, написанном ещё во время Великой Отечественной войны, англосаксы воспринимаются как коллеги – такие же ученые, как и советские, такая же искренняя благодарность за помощь. А в рассказе, написанном в 1948-м, англосаксонские ученые – это такие типичные милитаристские мироеды, не уступающие по жестокости нацистам. Вот так меняется мир.

Во-вторых, из хорошего – автор прекрасно умеет нарисовать душную тяжесть невыносимой работы. Таким образом, она сама, и в переносном смысле весь капиталистический мир, – это ад, а атомная бомба, следовательно, лишь его вершина – адское пламя.

Но рассказ, по-моему, не получился. И, кажется, автор это понимал. И не столь известен этот рассказ, вероятно, по той же причине. Слишком уж перекручен политический подтекст. В конце концов, он настолько переигран, что выглядит даже смешно.

В начале меня смутило только то, что герои – студент индус и студент зулус, настоящее интернациональное братство умных и несправедливо обвиненных – говорят на языке агиток и лозунгов: «Затем показавшаяся чудом великая боевая мощь Советского Союза, растоптавшая чудовищную силу расистской коалиции…» – такое лишь с трибуны и можно услышать! Уже тогда мне казалось, что будь автор менее навязчив в своём пафосе, он выглядел бы солиднее, а его политические идеи доходили бы гораздо лучше. И уже сбитый этим пафосом, засомневавшись в одном, я начал сомневаться и во многом другом – от, казалось бы, незаметных мелочей

До смешного (и до обидного) нелогичный в своей перекрутке идеологического пафоса продукт. Так я считаю.

Сам по себе атолл Факаофо очень хороший символ, хоть и не совсем верный. Он символ борьбы человека с морем, а пафос рассказа не только в борьбе, но и в изучении, постижении его тайн. Для этого и первая часть, почти криптозоологическая (и лично для меня одним этим уже по-своему интересная) – как мало мы знаем о море. И пусть аппарат, придуманный героем, это из разряда «ближнего прицела», не вызывает удивления сейчас, а даже имеет флёр легкой наивности, и пусть ощущается, что автор подогнал ситуацию, в которой вопрос использования этого аппарата стоит остро, да ещё и подкреплено чувством дружбы народов и главенства советской науки – но читается всё с интересом. Автор скрепил всё твердым цементом напряжения – четкой торопливой работой наперегонки со временем, наперегонки со смертью. И от этого операция по спасению американского батискафа столь же тревожна, как и борьба против немецкой подлодки в самом начале истории. Плотность напряжения, по-моему, едва ли не лучшее, что есть в рассказе.

Время написания истории тоже придает некоторого очарования. Написанная во время войны, эта история уже предвосхищает мир, предвосхищает борьбу и исследования уже в других областях – областях природы, моря. И отношения между двумя нациями – американской и русской – отношения коллег, а не соперников, выглядит даже немного трогательно. Оптимизм, который, увы, не совсем оправдался.

Легендарный криптозоологический рассказ Ефремова.

Иван Ефремов в своей фантастике любил находиться на острие научных знаний, именно это позволяло ему опережать некоторые открытия и находки (в основном геологические). Он и здесь будто на острие, и здесь словно предвосхищает в совсем недалёком будущем поимку учеными таинственного монгольского червя. Но, как видите, пока никак… С другой стороны, кто бы знал сейчас так широко (относительно широко, конечно) такого криптида, если бы не этот рассказ и не авторитет Ефремова – писателя и ученого?

Кроме всего прочего, в рассказе здорово, до осязаемости, нарисована монгольская пустыня и тяжесть работы в ней – всё автору знакомо не понаслышке, и он умеет художественно перерабатывать свои впечатления так, что это ярко запоминается. В остальном же рассказ довольно прост. Он прост настолько, что видна его главная цель – привлечь внимание к возможному существованию в труднодоступных областях монгольской пустыни опасного, неизвестного науке существа. И уже по той живучести, что имеет эта теория, можно судить, что цель полностью достигнута.

Пессимизм и волчизм в научной фантастике.

(Не знаю, куда приткнуть текст, поэтому сюда, извините).

Здравствуйте. Напишу-ка я кое-что про пессимизм в научно-фантастической литературе. Этот текст возник из моих комментариев к ролику Андрея Озёрского про фантастику. Чтобы быть в курсе, посмотрите «Про две школы фантастики: Верна и Уэллса» у Андрея и прочитайте основную статью «Советская фантастика — наследница Жюля Верна. Западная — Уэллса». Теперь перейду к моему тексту.

Почему в современном развитом мире так популярны пессимизм, упадок гуманности, антиутопии, неверие в человека, разочарование в идеалах, максима «человек человеку — волк», — одним словом, уныние? А я вам скажу, что лично я думаю по данному вопросу. Уныние теперь стало слишком выгодным во всех сферах культуры, в том числе в литературе. И фантастическая литература (как жанр прогрессивный и набирающий популярность) здесь не исключение, а скорее наоборот: яркий представитель данной тенденции (в силу названных причин).

Посмотрите на книжные полки в магазинах, ознакомьтесь с лучшими подборками современной (да и классической) фантастики: антиутопии, постапокалипсис, смерть всего и вся, всё плохо, Контакт с врагами по разуму обязательно закончится охотой в тёмном лесу или сосанием крови (и прочих жидкостей), человек человеку — волк, а разумный разумному — враг! Волчизм — в массы, гуманизм — на мясо! Контакта не будет и быть не может, даёшь войну миров и грызню всех со всеми!..

Подобного чтива (или злобного, или жизнеунижающего, или мрачного и саркастичного) было, есть и ещё будет навалом. Оно печатается и пишется тоннами, оно бывает даже умным и подкованным (как, допустим, основная фантастика Лема, Дика, Стругацких), но в массе своей подобные книжки всë же однотипные и шаблонные. Это то самое «бульварное чтиво» (кроме указанных авторов; они хороши, но пессимистичны), которое заслуживает помойки (а то и вообще должно шуметь в лесу и нянчить гнёзда), однако оно почему-то лежит в магазинах, в красивых обложках за много сотен рубликов.

Тот же Станислав Лем называл западную научную фантастику продажной девкой и дерьмом, жанром, полным китча и банальщины (читайте лемовское эссе «Science fiction: безнадёжный случай — с исключениями»). Однако он почему-то не учитывал, что сам отличается только качеством и исполнением, но не общим направлением мысли; Лем тоже пессимист, и книгами своими он тоже поспособствовал разочарованию читателей в светлом будущем человечества, в том числе сильно повлияв и на меня.

Правда, этого польского фантаста можно хоть как-то оправдать, понять: у него жизнь была тяжёлая, войну пережил, Родину утратил, оккупацию испытал, Холодную войну наблюдал в её острых фазах... Профессионально-жизненная деформация, пусть так, но всё равно. Сюда же идут и Стругацкие, и Дик, и Воннегут, и многие другие классики жанра НФ. Можно понять их, чëрт бы с ними, век у них был страшный и насыщенный; и им на средних и поздних этапах литературной карьеры было трудно верить в счастливое будущее.

А вот как оправдать современных соевых писунов по типу Лю Цысиня или Питера Уоттса (и это сейчас одни из лучших, а есть же совсем жвачка и литературный фастфуд), у которых что ни книжка, — то смерть человечества, что ни рассказ, — то очередные злобные роботы/инопланетяне/киберпанки/натуралы уничтожили планету, что ни сценарий, — то ядерная война или анальное рабство под пятой технологий и корпораций, что ни освоение космоса, — то обязательно все со всеми грызутся за ресурсы?

Зачем они так пишут, когда самые мрачные слова о человеке сказаны фантастами прошлого века и пора бы уже начать работать с обозначенными ранее проблемами? Я, конечно, всё и сразу не читал, и могу ошибаться, но сейчас большая часть современной НФ мне видится именно так, и глупо отрицать существование сей тенденции.

Никак их не оправдать. Они пишут свои книжонки ради денег (конвертируя признание и хайп в те же деньги), потому что фантастическое уныние, повторюсь, продаётся теперь фантастически хорошо. А оптимизм давно не в моде, он чуть ли не под каким-то негласным запретом. Добавлю, что такие писатели навроде Уоттса и Лю — плоды нынешней паскудной эпохи.

Они, вероятно, и сами не осознают комплекса причин, но всё же творят строго в пессимистическом ключе: потому что так принято, потому что мир такой и просвета они не видят и не верят в лучшее будущее. Тут, впрочем, что ради денег, что ради идеи: всё едино, всё работает на усиление пессимизма в читательской среде.

Как говорится, в царстве горбатых прямая спина будет считаться уродством. Так и с современной фантастикой: напиши кто-нибудь о добром, вечном, человечном, найдись сейчас новый Иван Ефремов (Снегов, Громова, Войскунский и Лукодьянов, Беляев), скажи кто-то, что всем всегда надо дружить и только в единстве разумов вся сила, — так будьте уверены, назовут этого писателя глупым идеалистом, наивным романтиком, идиотом, инфантилом, простачком и дурачком.

Никто просто не поверит в утопию и обязательно будет искать в ней подводные камни, а не найдя их — разочаруется (мы же привыкли всё сводить к плохому и везде ждать подвоха). И кричать такое будет большинство: от тех, кто на волчизме зарабатывает деньги, до разочаровавшихся идеалистов, ставших циниками и мизантропами. Я подобную критику и про вышеуказанных авторов слышал, но они-то устоявшиеся глыбы классической НФ (и их всë-таки сложно низвергнуть), а вот новое имя наши современники обязательно заклеймят в стиле «так не бывает и быть не может». Мне так видится, хотя, опять же, я могу (и здесь даже бы и рад) ошибаться.

Как же я устал от засилья пессимизма в нашей культуре, жизни, мире. Такое ощущение, что уныние очень хорошо продаётся, потому что и сам мир ещё более жестокий и злобный, чем раньше. Вернее будет сказать так: прежний мир надломился и ожесточился в двадцатом веке, он оформился после двух мировых войн и множества локальных конфликтов, конца и края которым не видно до сих пор, а ведь прошла уже почти четверть и двадцать первого века... Но воз и ныне там, и мы всё глубже погружаемся во тьму, грязь и неверие в светлое будущее.

Мировые войны и концлагеря расчеловелили человека, швырнули его в дерьмо и грязь, разрушили романтический образ светлого, доброго и хорошего мира. Многие писатели сдались, и нельзя их за это судить. Хотя, опять же, Ефремову или Булычёву (и раннему Лему, и ранним Стругацким) войны не помешали написать свои лучшие, жизнеутверждающие вещи. От которых кто-то (как Лем от своих «Астронавтов» и «Магелланова Облака») позднее открещивался всеми силами.

Нужно сказать, что расчеловечить человека пытались и все предыдущие войны, только они не были такими масштабными и кровавыми, и у людей до двадцатого века не было настолько смертельных орудий уничтожения самих себя.

Ещë одно замечание. Либо пессимистичные авторы НФ действительно верят только в плохое и/или пишут ради денег, зарабатывая на плохом, либо это так намеренно преподносится и стимулируется сильными мира сего (мол, мир жесток и ты не изменишь ничего), лишь бы сохранить среди большинства людей статус-кво унылости и волчизма.

Подобное мироустройство выгодно власть имущим людям эпохи капитализма (по Ефремову это называется Эра Разобщённого Мира; полагаю, мы живём именно в ЭРМ). Либо и тот вариант, и другой одновременно. Они друг друга дополняют: одни сверху делают мир подлым, другие снизу пишут, какой же мир подлый, давайте все сложим лапки и умрём, — но сегодня ты, а завтра я.

Вообще, каждый раз, когда я внимательно читаю ефремовские «Туманность Андромеды» или «Сердце Змеи», мне потом так тоскливо становится, что хоть в петлю лезь. Просто тоска такая, чёрная-чёрная, нападает и держит несколько дней. Потому что читаешь великого классика, проникаешься его светлым миром и светлыми людьми далёкого будущего, а потом смотришь в окно, выходишь в мир, а там всё совсем наоборот, антиефремовское: падающего подтолкни, глупого обмани, сильного сломай. И понимаешь, что ты и сам такой же: «занятой и стандартный хмурый типаж… Таким не был я раньше!», как читал рэпер Влади из «Касты».

Есть на современной Земле, конечно, хорошие люди, идеалисты и романтики, но как же их мало, так мало, что они лишь ложка мёда в бочке дёгтя. А у Ефремова показаны красивые, умные, разумные и честные люди, и они у него в большинстве, и они строят прекрасное будущее, и летают в космос, и поддерживают дружбу миров, а на наше время смотрят с бесконечной жалостью и сочувствием. У нас же сейчас всё наоборот, потому что и мы такие, и жизнь такая, и пропаганда в культуре всеми силами закрепляет упомянутый статус-кво, внушает слабым, что борьба за лучшую долю бесполезна, опасна и трудна, а сильных заставляет опустить руки и повесить нос.

Кому сейчас нужна, например, антивоенная проза Виктора Астафьева или Далтона Трамбо? Кто напишет сейчас, и кому ещё нужна гуманистическая фантастика Ефремова, Беляева, Верна и других? Единицам нужна, единицы напишут, а значит, считай, никому и никто. Нынешний удел мало-мальски думающего, читающего, идущего и смотрящего человека прост: молчи и оставайся в несчастном меньшинстве, потому что волчизм — это выгодно и хорошо, а гуманизм следует засунуть поглубже в известное место. Подаваться (маскироваться) эта максима обязательно будет под нужными соусами. И приведёт она к смерти, разрушению и хаосу.

К итогам. Как говорил доктор Пушкарь в фильме «Пыль»: «Ведь это вы сделали мир подлым». Приведу эту цитату с некоторыми сокращениями из монолога доктора:

Это мы сделали мир подлым.

***

Послесловие вертелось на языке, но я не мог его сформулировать, пока немногочисленные читатели не дали мне «пинка», после которого картинка сложилась окончательно. Итак, мой текст действительно получился «пеной уэллсовской волны», потому что я и сам скорее пессимист и чаще не верю в светлое будущее. Но мы же сформированы этой эпохой (а она явно дерьмовая), и я тоже её продукт, значит, и сам нахожусь в русле пессимистического видения нашего будущего.

Однако современное состояние мира намекает мне, что когда-нибудь люди должны будут напиться крови друг друга, пережить ефремовское Инферно и начать, наконец, строить что-то доброе в рамках всей планеты, а не только в её редких закоулках.

Возможно, про рай какой-нибудь «Божественной комедии» читать нынешнему человеку скучно, потому что у Данте рай описан слишком слащаво. Не знаю точно, я не читал эту книгу и сужу по её краткому описанию, но скажу так: рай, где условные ангелы вечно поют оды условному богу, а условные люди вечно бегают голыми и играют в салочки — это худшая антиутопия, потому что здесь нет никакого движения и прогресса. Мне больше по душе «коммунистический рай» Ивана Ефремова, потому как он осуществим и прогрессивен, пускай и не скоро, а через сотни или тысячи лет.

Задача каждого из нас в том, чтобы приближать и ускорять наступление подобного мира. Я так считаю. Пусть человечество теперь зажравшееся, заплывшее жиром и эгоизмом, атомизированное и злобное, скучающее от собственной тупости и лени, пессимистичное и унылое, — но когда-то это же должно закончиться. Это обязано закончиться, иначе всё было зря. И в наших силах закончить это хоть на капельку быстрей. Спасибо за ваше внимание.

Произведение больше «производственное», чем приключенческое. Основное внимание уделено путешествию, но никаких ярких захватывающих событий не описано. Герои попадают в шторм, терпят жару, жажду, голод, борются с другими, но это показано как часть будничной жизни. Суровый быт первопроходцев, без чудес и приключений. Своего рода исторический соцреализм: труженики весла и паруса строят светлое будущее, ну, точнее открывают пути в новое. Но поскольку социализм в 3-м тысячелетии до н.э. еще не наступил, то соцреализм у нас тут переплетается с драмой резко-классового общества. Вообще, задумка Ефремова чем-то перекликается с традиционным советским образом декабристов. Декабристы сходили в заграничный поход 1813-1814 гг., пропитались воздухом «свободолюбивой» Европы и вернулись с намерением ввести в самодержавной России конституцию. Тут примерно та же схема, только вместо дворян-офицеров у нас царский казначей во главе экспедиции, которая переворачивает представления о свободе и рабстве. И вот у нас первые мятежники, египетский пролетариат берется за оружие, чтобы воплотить свои представления о справедливости и свободе — естественно, без успеха. Эта повесть не столько о первооткрывателях, сколько о революционерах. Видимо, для Ефремова это было важно, вряд ли это был только социальный заказ, хотя и его он тоже имел в голове, как же иначе. Написано весьма хорошо, в духе журнала «Вокруг света», чтобы читатели (в отсутствии цветных фотографий, видео и возможности путешествовать) могли составить зримое представление о земных и морских красотах, хотя подробные описания нынешнего читателя скорее утомляют. Историческая составляющая добротно проработана: автор постарался и материал собрать, и подать его очень талантливо. Особенно это чувствуется в диалогах.

И всё-таки, по-моему, в финале есть легкая наигранность – в чуть выпирающем пафосе, с которым английские офицеры отдают должное умению русских моряков и русскому духу в целом («Особые свойства русского народа… Русские всегда стремятся найти корень вещей, добраться до основания причин всякого явления…» и т.д. – такими словами русского может охарактеризовать – и справедливо охарактеризовать! – лишь он сам). И эта наигранность усиливается нарочитостью совпадения между настоящим и историей из прошлого, рассказанной Кеттерингом. Всё это и дает легкую, но ощущаемую наигранность. Тем более обидную, что и без этого – поданного концовкой почти в лоб – рассказ был бы понятен в своём уже более тонком пафосе. Ну да ладно, и так рассказ хорош, напряжен и интересен – а так всегда и бывает, когда авторы ставят своих героев в трудное положение. А здесь ещё Ефремов во всю использует морскую терминологию, но так, что она становится понятна без пояснений (благо для героев, моряков парохода, и она, и тонкости управления парусным судном не совсем знакома) – а с этим появляется и сильное доверие к тексту. Короче говоря, с удовольствием читается.

Он в каком-то смысле типичен для автора, этот рассказ, – и тут тоже тайна прошлого внезапно раскрывается в настоящем. На этот раз тайна загадочного растения, описанного в древних манускриптах, – растения жизни с чудодейственными целебными свойствами. Позже у автора ещё мелькнут фантастические свойства целебных растений – в африканском путешествии рабов на край Ойкумены, например, но там у этих растений, если не ошибаюсь, есть всё-таки известный прототип. И как обычно – и это хорошо – внезапное открытие приходит после хорошего приключенческого накала: воздушный бой и напряжение опасного полета на разбитом почти самолете ощущаются почти на нервном уровне, да и художественное мастерство в описаниях этому помогает. Единственное, что смущает в рассказе, так это некоторая легкомысленность финала.

Да, интересно было бы прочитать и первый вариант рассказа – насколько сильно он отличается от финального, нет, не в сюжетном даже плане, а в плане художественном, в плане тем и идей. Тут-то уже Ефремов в расцвете своих сил, в рассказе ощущаются знакомые мотивы: прошлое соседствует с будущим (особенно четко в сравнении старушки «Катти Сарк» и лайнера «Гималайя» в самом конце), прошлое уходит, но всё ещё вызывает заслуженное уважение с примесью гордости, и будущему, в его неоспоримой мощи, ещё многому стоит почерпнуть из природного мастерства прошлого – такой вот баланс и непрерывность эпох. А ещё тут возникает и тема красоты как высшей целесообразности – но на этот раз, что применительно, не к человеку, а к кораблю (шире – к творению рук человеческих); и я тут задумался, а не единственный ли это случай у автора?

Но кроме идей, это, конечно же, просто хорошее чтение, не лишенное ни информативности, ни приключенческого накала и духа соревнования, а главное, с этой вот тонкой атмосферой светлого уходящего, когда корабли были кораблями, а капитаны – капитанами, и море несло в себе тонкий налет вечной романтики – той самой, за которую мы и любим морские истории. Очаровательная вещь.

«Час быка» – одно из самых смелых и противоречивых произведений советской научной фантастики. Если «Туманность Андромеды» была светлым гимном коммунистическому будущему, то «Час быка» – это его мрачное и тревожное отражение, исследование «изнанки» прогресса. Перед нами философская антиутопия, которую мы видим глазами выходцев из утопии, социологический трактат, приключенческий роман и горькое предостережение.

В далеком будущем экипаж звездолета «Тёмное Пламя» с коммунистической Земли отправляется на планету Торманс, откуда тысячелетия назад ушли колонисты. Миссия – установить контакт. Однако вместо братьев по разуму они обнаруживают чудовищное общество, застывшее в состоянии «застойной цивилизации». Торманс – это анти-Земля, воплощение пути, который человечество могло бы избрать, следуя принципам насилия, социального неравенства и подавления духа.

Роман строится как исследование: земляне анализируют все сферы жизни Торманса: политику («Железная пята» олигархии и бюрократии), экономику (тотальная эксплуатация), социальную структуру (касты правящих «долгоживущих» и «короткоживущие» рабочие), науку (застряла в развитии и всецело служит капиталистам), культуру (деградировала до примитивных форм) и психологию населения (страх, апатия, потеря воли).

Ефремов с завидной прозорливостью описывает механизмы тоталитарного общества, которые не привязаны к одной идеологии. На Тормансе есть всё: и жесткая кастовая система, и тотальная слежка, и информационная изоляция, и манипуляция сознанием через «змеиные ритуалы», и экономическое рабство. Писатель изучает, как власть удерживается через страх, разобщённость и уничтожение духовных начал.

Роман насыщен идеями из палеонтологии, биологии, кибернетики и, главное, из учений восточной философии и йоги. Концепция «часа быка» (момента наивысшего страдания и мрака перед рассветом) – ключевая. Ефремов вводит понятие «Инферно» – поле страданий, создаваемое муками миллионов и тормозящее духовную эволюцию. Это этико-экологическая теория, где зло материально и обладает конкретными лицами.

Прозрачные параллели с современной Ефремову действительностью (бюрократизация, застой, социальное расслоение, карьеризм) были настолько очевидны, что роман был запрещен и изъят из библиотек после выхода. Это была критика не капитализма в чистом виде, а любого общества, исказившего гуманистические идеалы. Ефремов клеймит предательство «долгоживущей» интеллигенции, её трусость и приспособленчество.

На фоне мрака Торманса ещё ярче сияют идеалы Земли. Ефремов развивает свою «палеонтологическую» теорию истории: общество, как биологический вид, проходит через «узкие места» эволюции, где решается: деградировать или совершить скачок. Контакт с Тормансом становится испытанием и для самих землян, проверкой их идеалов на прочность.

Не зря в самом начале я писал о противоречивости романа. Вместе с блестящими идеями в нем присутствуют и некоторые шероховатости. Во-первых, дидактичность и схематичность. Персонажи с Земли часто выступают не как живые люди, а как носители определённых философских идей. Их диалоги порой превращаются в лекции. Злодеи с Торманса также предстают перед нами картонными воплощениями Порока. Во-вторых, утопические идеалы. Описание идеального коммунизма на Земле многим современным читателям может показаться наивным, сухим и излишне рационализированным (регулирование рождаемости, управление эмоциями, отсутствие семьи в привычном виде). Это мир прекрасный, но местами — бездушный. И, в-третьих, громоздкость. Роман перегружен научными и философскими отступлениями, что замедляет динамику. Это не быстрый приключенческий боевик, а книга для вдумчивого, медленного чтения.

«Час быка» сегодня читается как пророческий текст. Узнаваемы многие черты нашего мира: власть олигархии, общество потребления как опиум для народа, деградация культуры, экологический кризис, цифровая слежка, постправда и манипуляция информацией. Ефремов предвидел опасности, к которым ведёт отказ от духовного развития в пользу технократии и социального эгоизма.

Итог: «Час быка» – монументальное, сложное и необходимое произведение. Это масштабная попытка создать «теорию всего» для человеческого общества, соединив науку, этику и философию. Его сила в глубине мысли и гражданском мужестве автора. Читать эту книгу стоит не ради сюжета, а ради мощного интеллектуального вызова. Она заставляет думать, сравнивать, ужасаться и надеяться. «Час быка» предстает перед нами, как суровое напоминание о том, что самый страшный враг человечества – не инопланетяне, а оно само, и что путь к звёздам начинается с победы над «Инферно» внутри собственной социальной системы. Это главный антиутопический роман советской эпохи, стоящий в одном ряду с «Мы» Замятина, но решающий задачи уже иного, космического масштаба.

Книга посвящена будущему, которое навсегда осталось в прошлом вместе с Советским Союзом, его людьми и детьми, его сказками и верой в светлое будущее. Теперь, когда возвращаешься к чтению этой книги, всё чаще ищешь в ней какие-то ошибки в образе человечества и его пути, которые помешали, а это уже понятно, победить той стороне, которая победила у Ефремова. Вспоминаешь слова Фай Родис из другого романа: «После отлета ваших звездолетов было большое сражение...». Если бы всё было так просто! Люди так и не взлетели к звездам, ибо притяжение Земли оказалось слишком мощным, а человеческие силы слишком слабыми. Нет и не будет никогда мира Великого Кольца, дальних полетов и возвращения домой. Грандиозные и впечатляющие горизонты и небесные, по сути, силы человечества остались в прошлом, в нашей памяти, и умрут вместе с нами. Хладнокровные люди будущего станут бесстрастно препарировать творчество И.А. Ефремова, располагать его модель в каком-то перечне, находить ее слабой и наивной, и т.д. «Туманность Андромеды» живет только в своем времени, и невозможна ни в 1970-е, ни даже в 1960-е и другие годы.

«Трудный путь: почти сутки на морозе в шестьдесят градусов, в мокрой (!), тяжелой одежде, с грузом за плечами, нечеловеческое напряжение при спуске по ущелью, и при всём этом – невозможно дышать глубоко, так как лёгкие не принимали ледяного воздуха…». А чуть ране, при том же морозе «почти под шестьдесят градусов», у героев размокает обувь… Наверное, раньше, будь я моложе, я бы поверил. Но сейчас, да ещё прочитав перед тем прозу Федосеева, который бывал, кстати, где-то в тех же местах, я прекрасно понимаю, что всё это нереалистично. То, что описывает тут Ефремов – это смерть. Но герои его не то что обходятся без обморожений, но даже в таких условиях делают промывку на золото! Очень странно обвинять Ефремова в нереалистичности, да ещё в том самом вопросе, в котором он сам прекрасно разбирался, но, кажется, причина громоздить тут всю эту нереальность (ведь он вполне мог переправить своих героев в столь же суровую предзимнюю осень или столь же студеную раннюю весну) лишь одна –

Про персонально Ивана Ефремова и его выдающийся роман «Туманность Андромеды» написано очень много – критики, отзывов, исследований. Регулярно выходят статьи в тематических изданиях, в последнее время читателей радуют биографиями писателя, публикуется его обширная переписка, что, конечно же, само по себе замечательно. Но главное, такое пристальное внимание говорит само за себя. Будь Ефремов заурядным автором, о нем не стали бы так много и с жаром писать. Ergo, Ефремов – автор знаковый, а «Туманность Андромеды» — произведение важнейшее для советской и русской фантастики в целом.

Вообще Ефремов отличается монументальностью как личность. Это человек старого типа, гигант советской эпохи, настоящий прометей, в жилах которого будто текла магма. Даже беглое знакомство с его биографией подтверждает догадку: ученый, журналист, писатель, популяризатор науки с энциклопедическими познаниями и широчайшим кругом интересов. Человек был энергичный, деятельный, мотивирующий, экстраверт, оригинал, яркая интересная личность, нетипичная для своих современников. Пока страна строилась после страшной войны, он думал о далеком прошлом и отдаленном будущем, моделировал общество нового типа, проводил эксперимент по воплощению коммунистической идеи на бумаге. Любой исследователь скажет вам, что ефремовская концепция коммунизма заметно отличалась от официального канона партии, что еще раз подчеркивает индивидуальность автора.

Плодом усиленных размышлений и стал роман «Туманность Андромеды» — космическая утопия о далеком будущем человечества, которое последовательно прошло через несколько эр или эпох, от так называемой Эры разобщения к Эре сомкнутых рук. Ефремов рассказывает о космических экспедициях к дальним звездам, столкновении с внеземными цивилизациями и теми вызовами, на которые предстоит ответить единому человечеству. Люди будущего сильны духом, но остаются человеческими существами со своими слабостями, эмоциями, возможностью совершения ошибки. Одновременно внимание писателя привлекает Земля, где люди создали максимально комфортные условия для жизни. Здесь Ефремов показывает всю научно-техническую мощь, которой достигла цивилизация. Нарисованные картины впечатляют.

Но воссозданный мир будущего несовершенен. Даже здесь возникают конфликты и проблемы: человек и техника, человек и природа, человек и человек, наконец человек против самого себя. У ученых разные взгляды на проблемы общества, социальной инженерии, из-за чего возникают конфликты. Само по себе это неизбежно, поскольку является частью человеческой сущности. Однако Ефремов пытается рассказать о новом уровне решения конфликта, принятом в развитом обществе – с помощью диалога, разума, аргументации. Звучит странно, особенно в наше сумасшедшее время. Но факт состоит в том, что в обществе будущего людям делить нечего, все равны, а значит равноправны. Да, личность подчиняется коллективу, но тот имеет власть на основании компетенций и авторитета, а не произвола и грубой силы. И самое главное, управление построено на принципах ответственности. Власть в мире будущего у Ефремова несет весь тяжкий груз ответственности за человечество и относится к этому максимально серьезно. Люди этого светлого мира воспитаны на идее и живут идеалами совершенного справедливого мироустройства – почти по Платону.

Именно такие мотивы и позволяют определить «Туманность» как утопию. Ефремов вряд ли мог предвидеть, как сейчас будет выглядеть его творчество: человек не застал кончину советского проекта. Ефремов подходил к фантастике как инженер – конструктивно, скрупулезно, почти с циркулем. Для него будущее было не фантазией, а отложенной реальностью, которую надо построить ценой тяжелого благородного труда во имя грядущих поколений. Он был выдающийся социальный философ, поскольку смог представить и объяснить принципы работы нового мира, и даже наметил возможные (неприятные, но неизбежные) пути его достижения.

Но на фоне указанных достоинств следует выделить и недостатки. При сильных идеях и моделях, Ефремов слабый стилист и рассказчик. На фоне громоздких описаний и рассуждений следить за движением сюжета крайне тяжело. Персонажи картонные, диалоги у них пафосны в худшем стиле советского агитпропа, а оттого невыносимы. Текст читается как научный трактат, а не художественное произведение. Нет естественности, налета повседневности, что так выделяет живых людей с их маленькими изъянами, которым хочется сочувствовать, как это сделано у Стругацких. Герои Ефремова неестественно идеальны, словно покрыты глазурью; зацепиться не за что.

В сумме, «Туманность» — сильное социально-философское произведение со слабой собственно литературной составляющей. Лучшая утопия, не самая лучшая литература. Но однозначно веха в истории русской научной фантастики.

На самом деле, даже не глядя на год написания в конце истории, можно легко определить, что этот рассказ из более позднего творческого наследия автора, нежели основная масса его рассказов. Нет, он также, как и истории, написанные во время войны и замешанные на геологических исследованиях и идеях, пропитан смолистым духом тайги и холодом суровых испытаний. Он так же – о пути открытий (в случае с «жилкой» старого забойщика, пожалуй, особенно необычного), невозможных без определенного риска, вызова и устремленности, при этом являясь и символическим (и здесь это очень отчетливо) преодолением себя, ведущим и к неким внутренним переменам. Но этот рассказ близок уже и к идеям, выведенным автором в крупных своих произведениях. Даже его объём – объём рассказа, стремящегося к пухлости повести, – это будто бы мостик между авторскими рассказами и его же романами. Появляется тут тема красоты – красоты как величины общечеловеческой, как жизненного ориентира. Почти феминистическая тема женщины в новом, современном мире, символически выраженная в отчаянном восклицании-вопросе «Почему мало силы у нас, женщин?». И довольно своеобразно озвученная в больничном разговоре о феминитивах. И хотя «докториня» и «шофериня» звучат так же отвратительно, как и современная «авторка», но само по себе в этой речи угадывается уже герой больших романов автора, с его эрудицией и прогрессивным мышлением. И по крайней мере это гораздо лучше (и роднее, что ли), чем в рассказе «Афенеор, дочь Ахархеллена», отдающем политической агиткой. Тут тоже, конечно, прорывается временами социалистический пафос, но он с головой покрыт вот этим уже узнаваемым и любимым у автора духом поиска, испытания, и суровой чётко нарисованной красотой безлюдных мест – духом геологии. Но вот что я так и не мог понять –

В каком-то смысле многие произведения малой формы у автора (и это в том числе) можно отнести к фантастике ближнего прицела. Однако они качественно отличаются от общей серой массы подобного рода литературы. Как ни крути, большинство таких произведений, обсасывая научное открытие или приспособление близкого будущего (эдакую образную супер-пупер подводную лодку из неоткрытого ещё металла), чаще всего совершенно ненаучны и имеют свойство быстро устаревать.

Рассказы Ефремова не такие. Во-первых, автор всегда хорошо посвящён в тему (ну, ещё бы!) и превращает в истории гипотезы и идеи уже витающие в воздухе, почти осязаемые – поэтому редко ошибается и не выглядит из-за этого бледно. А во-вторых, даже если бы он и ошибся (в случае данного рассказа совсем упаси Бог!), это не умалило бы очарования истории. Ведь в нём есть главное – трудный, чуть романтичный поиск, с суровым очарованием дикой тайги, с особенностями работы геологов (в данном случае особенно интересно было узнать тонкости работы маятниковых исследований и геологические особенности алмазных месторождений), с множеством препятствий и испытаний на пути. Ведь все мы в конечном итоге знаем, что да, автор на десяток лет предвосхитил само фактическое открытие алмазных месторождений Сибири, но было оно, конечно же, не таким, ведь это не документальная вещь, а фантазия, но это нисколько не портит ощущения – того живого, насыщенного ощущения от хорошей приключенческой истории. Короче говоря, Ефремов, как всякий мудрый автор, ставит историю, хороший рассказ, выше той научной идеи или гипотезы, которую хочет показать в итоге – и поэтому он всегда остаётся в выигрыше; и поэтому его рассказы читаются всё с тем же интересом независимо от возраста и эпохи. Как и этот рассказ.

Есть какая-то магия у рассказов Ефремова. Магия, позволяющая им быть одинаково интересными в любом возрасте, в любую эпоху. Хотя, возможно, это и есть то самое художественное мастерство и неподдельная любовь к своему делу, которые всегда чувствуются и всегда действуют. Вот и здесь – очередная приключенческая (отчасти) история с геологическим дном, хорошим образным языком (особенно ощутимым в игре красок на полотне художника и в очаровании видов горного Алтая) и налётом почти мистической тайны, как всегда имеющей научную основу, и как часто у Ефремова, являющуюся светом на пути открытия – «путь разума через фантазию». Нет, казалось бы, ничего удивительного в простом сюжете, да и вообще, нет ничего удивительного – и, между, тем удивительное, чарующее и невероятно приятное произведение. По-моему, это и есть то художественное мастерство, которое в своём чистом виде и имеет отблеск настоящего волшебства.

Прочитав некоторое количество рассказов Ефремова (не все пока), начинаю видеть ещё одну художественную его особенность, наиболее ярко представленную именно в короткой прозе – обращение к прошлому. Вернее даже, неразрывность связи прошлого и будущего. И одно дело, когда героям приходится решать загадки, пришедшие из глубины веков – чаще в повестях: «Звездные корабли», Обсерватория Нур-и-Дешт» и т.д. И совсем другое, более тонкое, когда прошлое будто протягивает руку помощи, помогая решить проблему, возникшую в настоящим, и несет в себе что-то новое, само по себе превращающееся в открытие – таким образом становясь залогом некого будущего: открытия, свершения, идеи…

«Встреча над Тускаророй» тут особенно характерна. Столкновение с дрейфующими обломками старинного корабля неожиданно приоткрывают некую тайну, только намечающую возможность новых открытий – туманно, почти мистически, с возможностью лишь в будущим подтвердить или опровергнуть авторскую гипотезу (высказанную, конечно не автором, а одним из героев). И это особенно интригует (и отчасти защищает автора от возможной ошибки, как было, например, с четко выделенной идеей происхождения землетрясений в «Звёздных кораблях» – идеей не оправдавшейся, и потому чуть подтаивающей доверие ко всему произведению). И придает какой-то неуловимой романтичности. В добавок к зачаровывающему виду подводной аварии и старинного дрейфующего под водой корабля (надо сказать, что описания у Ефремова здесь не столь художественны в плане цветастых сравнений, но четкие, создающие запоминающуюся картинку и атмосферу происходящего) тут есть и почти гриновское чуть грустное ощущение несбывшегося – неподтвержденной гипотезы, не дошедшего до общества открытия и личной встречи, будто подготовленной самой судьбой, но не получившей судьбоносного продолжения… И это само по себе очень трогательно и запоминается по особому.

Очередной рассказ Ефремова о геологах. В чем-то простой, например, сюжетно – история внутри истории, рассказ старого горняка о событиях до отмены крепостного права, проста и совсем в духе времени, но при этом вероятна – когда я начал изучать краеведение, столкнулся с такими же простыми, но вполне реальными историями. Легкая приключенческая интрига путешествия в старых штольнях с попыткой выбраться наружу. Всё вроде бы просто. Но на выручку приходит какое-то мягкое очарование. Читать приятно и интересно. Язык хороший. И построен рассказ вот по-хорошему правильно, постоянно, но незаметно подогревая интерес. Особо хочется отметить, казалось бы, фоновую вещь – ностальгическую разницу между поколениями горняков, уходящую натур мастеров, чей опыт и умение точнее геологических приборов; хоть и жили эти люди в более тяжелых условиях ещё крепостного права. Такое вот противоречие, добавляющее истории своих эмоциональных красок. Да и само путешествие героев под землей – людей хоть и одного рабочего сплава, но разных поколений – в чем-то символично: сквозь забытые, заброшенные обширные разработки дореволюционной России, как сквозь близкое, но неизведанное и утерянное, до древних ордынских шахт бронзового века, и наружу, к небу современности, как символ того, что без опыта этого самого прошлого невозможно и будущее. И в этом тоже что-то есть, по-моему.

Круче гор могут быть только горы…

Приятный рассказ, хоть отчасти и предсказуемый.

Живая, сочная проза, которую приятно и интересно читать. Возможно, не самое грандиозное произведение на фоне других более именитых вещей автора, но крепкое и по-своему притягательное.

Исторический роман. Главная героиня — гетера Таис из города Афины. Как это не удивительно, но книга рассказывает о ее жизни со встречи с Александром Македонским и Птолемеем в молодом возрасте и до момента предполагаемой смерти. Динамика развития сюжета неравномерная, то скачет галопом, то заставляет зевать. Приключенческая составляющая не на высшем уровне. Любовная линия довольно странная. У героини завязываются отношения с Птолемеем, но внезапно оказывается, что она по уши влюбилась в Александра Македонского, любит его всю жизнь, но есть и другие мужчины. Язык написания тяжелый для прочтения. Персонажи живые, разнообразные и достоверные. Таис теряет подруг, что добавляет трагичности к повествованию. Рассказ о смерти Александра Македонского вызывает грусть и печаль. В книге много философии, рассуждение о цивилизациях и природе богов разных стран, не каждому читателю это понравится. Иногда возникает ощущение, что читаешь учебник. Главная героиня путешествует по разным локациям — Греция, Египет, Месопотамия, Персия, Кипр. Автор мастерски погружает читателя в атмосферу разных стран. Присутствуют яркие описания природы и городов Древнего мира. Текст перегружен древне-греческими понятиями, что не способствует легкому прочтению. Персонажи постоянно раздеваются догола, поэтому книгу нельзя давать читать несовершеннолетним гражданам. Финал получился скомканный.

В принципе, я не пожалел, что прочёл данный роман, но какого-то особого восторга не испытал.

Четверть века назад, в подростковом возрасте, я прочитал почти все художественные произведения Ивана Ефремова, кроме этого романа. Почему же я не стал читать «Таис Афинскую» тогда? Вроде бы я считал себя неготовым к этой книге. А может, просто не хотел читать ещё один исторический роман после «На краю Ойкумены». Всё-таки я ждал от автора в первую очередь фантастики, и «Туманность Андромеды», «Час Быка» и даже «Лезвие бритвы» я читал тогда не по одному разу.

В итоге уже несколько лет собирался прочитать «Таис Афинскую» и прочёл теперь, когда у меня закончилась основная масса наличного соцреализма среднего объёма. Читал по шеститомнику начал девяностых от издательства «Современный писатель». В этом издании текст романа вроде бы считается более полным, но при этом хуже отредактированным.

Пожалуй, теперь мне кажется, что я не зря пропустил эту книгу подростком. Я и сейчас-то не уверен, что вполне её понял. Нет, в целом понравилось, но, повторюсь, для меня Ефремов в первую очередь интересен книгами про будущее. Могу ли я советовать «Таис Афинскую»? В целом, да, но для категории 25+. Мне кажется, что неподготовленного читателя все эти описания тайных обрядов различных культов могут завести куда-то не туда.

Что касается «авторской вселенной», то роман кажется связанным и с «На краю Ойкумены» (Греция и Египет) и с «Лезвием бритвы» (Неарх, Индия). Главная героиня, разумеется, выше всяких похвал. С ней мы посещаем Грецию, Египет, Переднюю Азию. А вот насчёт Александра Македонского я ожидал, что его будет больше. И получается, что о его походах мы узнаём, в основном, из рассказов и писем второстепенных персонажей. Книга скорее приключенческая, поэтому описаний природы умеренное количество. Зато много рассуждений об искусстве, что опять же заставляет вспомнить «Лезвие бритвы».

Я не стану читать произведения в жанре хоррора — мне от этого сравнительно безобидного рассказа становится тревожно, особенно вечером. Описания монгольской природы напоминают мне ефремовскую же «Дорогу ветров». Но та была написана позже. А рассказ написан, если я правильно понимаю, ещё до того, как сам Ефремов побывал в Монголии. Вероятно, здесь сказался его опыт посещения Средней Азии. Рассказ захотелось перечитать именно из-за монгольской атмосферы (рассказы про Сибирь, к сожалению, закончились). И она всё ещё мне нравится. По-моему, так описано прекрасно. Сам криптид уже не особенно интересен, но работает на атмосферу экзотической страны. А «Дорогу ветров» я всё ещё надеюсь когда-нибудь перечитать.

Интересный факт: ключевой для сюжета метод размягчения слоновой кости (а заодно и просто кости) был переоткрыт через несколько лет после смерти Ефремова.

Замечательная ветка комментариев. Сколько интересного анализа и разумных оценок книги И. А.Ефремова «Час быка«! Жанр н. фантастики в огромной литературе человечества существует недолго, лет сто, не более (не буду плюсовать антиутопии времён Возрождения). Жанр этот есть дитя эпохи Просвещения, эпохи надежды и веры в величие человеческого разума, эпохи практического материализма. Ефремов, на мой взгляд, эталонный материалист, искренний. Нельзя не порадоваться научности его социальных прогнозов-моделей на 50 лет вперёд. Всё точно движется в описанные тупики: возрождение сословий, биполярка медицины, демография, культура-кжи и проч...Герои- модели будущего-«земляне» ходульны и беспомощны оттого, что неживые-без- душные. Зато тормансиане, вдохновенно списанные с современного фантасту человечества, вполне достоверны со всеми классическими пороками и религиозностью. Всё же, что-то есть в живом человечестве, что никак не формализуется в людских моделях фантастов. Книгу читать надо. Только подход должен быть не как к фантастическому сюжету, а будто берёшься за классический футурологический прогноз с точки зрения философии марксизма, иными словами, материализма.

Оценку книге поставить не могу, нет критериев.

Ещё один рассказ Ивана Ефремова, перечитанный мной после первого знакомства, происшедшего около четверти века назад в подростковом возрасте. И... рассказ всё ещё прекрасен. Получил огромное удовольствие от перечитывания. Ещё тайга, горы и геология и... человек в обществе.

Кстати, это один из самых длинных рассказов Ефремова, длиннее только «Афанеор, дочь Ахархеллена», возможно, являющийся небольшой повестью. Где-то, кажется, в книге Ерёминой и Смирнова, говорилось, что история про светлые жилки изначально планировалась отдельным рассказом. Тем не менее она стала гармоничной частью общей истории геолога Александрова. Кстати, кто такой инженер А. В. Селиванов, которому посвящён рассказ?

Хочу заметить, что за время, прошедшее между первым и вторым прочтением «Юрты Ворона», я успел забыть историю про светлые жилки, а водительница (!) в моей голове успела превратиться в мужчину. Но основной сюжет сохранился в памяти. И с «Как закалялась сталь» я успел познакомиться.

«Ежели ты себя в жизни так направил, чтобы вместе со всеми лучше жить, и на то ударяешь, тогда ты человек настоящий» — чем не девиз всего творчества Ивана Ефремова!

Это, конечно, интересное предисловие, да. Но дело в том, что оно – всего лишь сокращенное (где-то на треть) «От автора» Ивана Ефремова к его собранию сочинений 1975 года. Так вот редакторы (или кто там за это отвечает?), выкинув, по их мнению, ненужное из оригинального текста, подладив его под свой сборник «За пределами Ойкумены» (Санкт-Петербург, «Рамочка» «Лицея», 1993 год – спустя 21 год после смерти автора!) и поменяв название с «От автора» на «Предисловие» с припиской «Несколько замечаний автора об этом сборнике и не только о нём» (видимо, чтобы не вызывать лишних вопросов – почему это автор чаще говорит о рассказах, которых в этом сборнике нет?), создали «новое» произведение Ивана Ефремова. Просто фантастика!

Я, перед тем как взяться за эту повесть, уже в общих чертах знал, о чем она – палеокантакт, следы пришельцев, посетивших Землю во времена динозавров. Но, читая, я получил, однако, нечто более масштабное.

Да, монументальная вещь у Ефремова. И обширная по своей мысли. И так, зная заранее основную её идею, я увидел, что она не одна, что вокруг неё стянуты иные, что в повести есть и напряжение (напряжение опасности, например, от столкновения с цунами), в ней есть колоссальные масштабы космоса и прошлого (ведь это огромная удача так, через срез палеонтологии, связать масштабы вселенной и масштабы прошлого Земли – по сути, связать бесконечность прошлого и бесконечность будущего), спаянные с масштабами строек (не каких-то там космических, а вполне реальных) и масштабами постижения близкого, но ещё не исследованного. Здесь есть иллюстрации практической научной работы – палеонтологии, геологии, астрофизики. И есть тонкая работа мысли, соединяющая, казалось бы, очень отдаленные дисциплины и факты тонкой ниткой вероятности.

Для меня и вовсе в какой-то момент эта повесть перестала быть повестью о возможности короткого соприкосновения двух космических цивилизаций, а превратилась в историю о тонкой, почти исчезающей нити открытий. И в принципе о науке, о дерзости мысли и целеустремленности убеждений в почти безнадежном – безнадежнейшем! – деле поиска доказательств, безнадежном нащупывании истины. Да, именно так я ощущал повесть – битва с исходом сомнительным – и тонкие нотки отчаяния от хрупкости, игры случая, ведь всё в ней, этой повести, весит на волоске – сгори тетрадь в танке, не успей китайский друг отправить посылку (и вот, кстати, ещё одно удивительное соседство – космос, возвышенность открытий, и сосем близкая война – 1947 год!), не соединись одна теория с другой, не пройди шурф там, где надо – и всё, тайна, которой миллионы лет, грандиозное открытие, даже своим намеком не показалась бы наружу. Есть в этом что-то, по-моему, тревожное, нервно возбуждающее… А что если и более грандиозные открытия и находки попросту сгинули, ведь эта тонкая нить познания, нить случайности попросту оборвалась где-то?.. Наука – мощь человеческого разума и тонкая паутинка случайности…

Да, внушает уважение и год написания – 1947-й. И легкие огрехи повести я готов списать именно на год написания. В частности вторая (попутная) научная идея –

По-моему, сводить этот большой рассказ (или короткую повесть) к прообразу голографии как-то слишком узко. Как в рассказе «Автор рукописи на семенах акации» Ле Гуин, письмена на маленьком семени приходят в конце к большему, к циклопическим летописям самой Земли, запечатленным в горах и реках, так и тут возникает что-то колоссальное –

К тому же рассказ несет в себе столь оригинально и чисто познавательные вещи. Тут тебе и палеонтология во всей её наглядности полевых работ и реконструкции ископаемых скелетов. А ещё – и ещё более оригинальным способом показанная – теория и устройство фотографических аппаратов наверняка для современного юного поколения цифровых камер столь же диковинная и фантастичная.

Отличный рассказ, хоть и чувствуется, что он один из первых у автора. Видно это по иногда чуть костистому стилю, особенно в начале, когда на его худых ребрах проскакивает даже ненавязчивая тавтология. Да и романтическая линия выглядит скорее лишь как набросок, как необходимая дежурная для жанра вещь, но не до конца оформленная. Но, тем не менее, и образы временами густеют, и напряжение возникает – в пики опасности для героя. И важные для истории моменты – в эти возникающие тени прошлого и мучительны поиски их – захватывает и тревожит, а визуальные картинки их отчетливо рисуются в голове и надолго остаются в памяти. Прибавить ко всему то будоражащее ощущение от масштаба и значимости, таинственности ещё скрытых от нас свойств планеты – и вот этих легких огрехов почти уже и не видно, заслуженно перекрыто неоспоримыми и очень редкими достоинствами данной истории.

Поскольку практически всё о романе тут уже сказано в отзывах (правда, все я их не осилил, но, подозреваю, что сказано всё), выражу мысль, что в процессе чтения романа у меня закралось подозрение, что Ефремов, действительно, как-то слишком сильно пусть даже для топового советского писателя был связан с Западом. Трудно поверить в то, что он был шпионом, но нетрудно понять опасения известных органов, учинивших в его квартире обыск. Я, конечно, не жил в то время и не представляю степень открытости/закрытости советского общества, но даже зная кое-что, не могу не поражаться осведомлённости Ефремова о всяких мелких деталях западной жизни, а также о глубине его познания индийской философии (правда, тут, конечно, надо перепроверять, потому что одну неточность — с немецким художником — я обнаружил. Художник, который у него почему-то застрелился, насколько я понимаю, в реальности умер своей смертью).

Также создаётся ощущение, что, по сути, Ефремов и был единственным подлинно советским гражданином, а его персонажи — более советские люди, чем настоящие люди. Шёл ли реальный СССР к воспитанию Гириных в промышленных масштабах — не уверен до конца (пройти стране весь путь не дали), но точно уверен, что нынешняя РФ таких не воспитает — они если и родятся, то создадут себя сами и остаётся только надеяться, что такие люди не сопьются и не уйдут из жизни, сойдя с ума, видя дурдом вокруг.

К сожалению, всё-таки не могу не отметить, что христианство Ефремов понимает поверхностно — через якобы ненависть христианства к женщине / сексу и через Средневековье. Этому, конечно, есть свои объяснения, но всё-таки странно, что Ефремов ни разу не коснулся неких житейских принципов христианство, которые (и это давно уже общее место) имеют общее с коммунизмом (или наоборот). По Ефремову, христиане — это люди, которые ненавидели секс и сжигали женщин, христианское милосердие его как-то обошло стороной (что странно, учитывая, что привычку читать тексты он, по-видимому, всё-таки имел).

Что касается романа — повторю всё-таки то, что сказали другие: он тяжеловесный, многословный, герои тут на ровном месте проповедуют (тут пишут, что по Ефремову будут ставить кино — занятие это совершенно безнадёжное, поскольку никто в быту не говорит проповедями), и, как кем-то было верно подмечено, итальянцы типа Леа и Сандры говорят как и русские, разве что высказывания у них короче. Экшн тоже есть, но его мало — ровно столько, сколько нужно, чтобы двигать сюжет.

Надо ли читать роман? Если прочитаны ТА и ЧБ — то конечно, если нет — то начинать нужно с них, а потом переходить к ЛБ.

Единственное, с чем я не согласен в комментариях (из того, что уловил) — с тем, что Ефремов плохой писатель. Писатель он как раз отличный. Даже если диалоги, рассыпающиеся на монологи-проповеди — это стиль, в конце-концов за ним закрепилась репутация фантаста и он выдумывал не только технические штучки, но и людей, которые говорят проповедями. Как минимум, это интересно и оригинально и стоит внимания (если допустить, что Ефремов его вообще стоит).

При том, что лично я очень во многом с Ефремовым не согласен, я бесконечно рад, что такой писатель у нас был, и, хотя я почти не умею испытывать гордость как чувство, я немного горжусь, что выхожу с ним из одного народа. Замечу мимоходом, что вопреки националистическим тейкам с противопоставлением русских советским Ефремов употребляет эти прилагательные / субстантивы как синонимы, не отрицая, что есть и другие национальности (в частности, один из второстепенных героев ЛБ — как ни странно, чеченец).

В целом, обоснованно бесконечно радоваться, что такой роман в русской литературе (честно говоря, не могу его назвать фантастическим) у нас был в прошлом, и остаётся только грустить, что нет никаких предпосылок к появлению писателя такого масштаба в России в обозримом будущем. Наверное, появление такого писателя может служить сигналом к тому, что Россия действительно выздоравливает...

Прочитав этот рассказ, я только сильнее уверился в том, что центральное произведение у Ефремова всё-таки «Лезвие бритвы». Так как «Лезвие бритвы» впитала в себя и эту историю вмести с её идеей – и превратило её даже в нечто более красочное (ну, это на мой вкус, конечно).

Теперь, при перечитывании, рассказ показался мне квинтэссенцией ефремовских «Рассказов о необыкновенном». Здесь есть и поход по тайге (описанный сжато, но красочно), и искусство, и загадка, и её материалистическое объяснение, и ресурсы для Родины. Картина существует, пусть, кажется, и без описанных в рассказе подробностей. И в тридцатых годах двадцатого века на Алтае действительно было найдено ценное месторождение, хоть и не в таком экзотическом виде, как в этом рассказе. Читать его спустя четверть века всё так же увлекательно, а может быть даже увлекательнее, чем в первый раз. Повествование держит в напряжении и навевает пробирающую до дрожи «мистическую» атмосферу.

Последний роман Ефремова понравился мне меньше, чем остальные его крупные произведения.

Возможно, всё было бы иначе, если бы я не прочитал его последним, после тех самых остальных крупных его произведений. Повторения тем. Культура, красота, знание и прочее. Повторяясь из раза в раз во всех его больших историях, и даже практически повторяясь дословно, они не казались избитыми, не казались самоповторами так как: а) имели разное преломление (преломление будущего, настоящего и прошлого); б) были обернуты в крепкие увлекательные сюжеты (кроме цикла «Великое Кольцо», в которых технические и социальные идеи авторского будущего отчасти заменяли интригу сюжета).

Здесь же было, по-моему, повторение этих самых преломлений.

«Таис Афинскую» вполне можно считать продолжением цикла «Великая Дуга». Древний мир, Черный континент, тот же закоснелый Египет, античные времена – и Александр Македонский здесь как представитель идеологии поиска края Ойкумены, исследователь мира с мечем в руке и жаждой завоевания в сердце – путь, заранее обреченный на провал и противопоставленный пути Таис, пути познание мира через науки, общность и равность всех людей мира. И это уже было – почти в тех же, только более древних декорациях, в Египте времен Баурджеда, и в странствиях греческого скульптора, стремящегося домой через опасности Черного континента. Это было – и от этого тут впервые кажется, что автор действительно повторяется, а это само по себе слегка портит картину.

А ещё мне кажется, автор стал заложником своей героини.

Мне видится, что он долго искал живое воплощение своих идеалов – и нашел, наконец. Гетеру, сжегшую Персеполис. Фигуру, живущую в нужное время и в нужном месте – в любимой автором Элладе (не зря же эллинские образы и принципы есть даже в его авторском будущем) в времена интереснейшего Александра Македонского и его походов в Индию (а значит уже можно связать всё с близким для автора индийским мистицизмом). Гетеру – а значит и близкая тема эроса. К тому же носительницу красоты, знания и женской свободы. Физический и духовный идеал женщины, который всегда присутствовал в прозе Ефремова и вот, наконец, воплотился в реальном историческом лице.

Но у этого выбора, по-моему, оказалась и обратная сторона.

Так, например, она получилась (что естественно, ведь она не войн) не столько участником исторических событий своего времени, сколько свидетелем их и иногда очень отдаленным. Да, буря походов Александра тут присутствует постоянно, но где-то на задних планах и вторых ролях. Она передается чаще в виде сжатого пересказа её свидетелей главной героине – и пусть я лично достаточно почерпнул информации этого интересного периода истории (в этом он несомненно оправдывает титул исторического романа), да и драма Александра мной была прочувствована, но постоянно казалось, что всего этого мало, даже незаслуженно мало. Конечно, ведь у прекрасной Таис иная цель, иной сюжет. Тут тоже интригу сюжета во многом замещает информация. Иван Ефремов потрясающе эрудированный автор. Он умеет погрузить в воссозданный им мир не только знаниями мельчайших предметов и понятий этого мира, но и через психологию его жителей, через его густую метафизику. Боги этого мира, философия этого мира, его культура, учения, тайные знания – вот во что погружена героиня. И отчасти это действительно увлекает (и уж как минимум в очередной раз заставляет восхищаться эрудиции и умением автора живо передать это), даже холодит иногда от соприкосновения с некоторой подспудной мистикой и даже эзотерикой (меня, например, впечатлили те почти скрытие и древние знания, что оказались открыт заново спустя лишь тысячелетия в относительно недавнем нашем прошлом). Но – опять же – временами были ощутимыми повторения (например, с любимой автором мифологией и философией Индии, с темой эроса, красотой как природной целесообразностью форм, и так далее). Да и эта густота часто требовала разбавления в виде какого-то активного действий. А действия не было. Вместо действия – любование героиней…

О, как много здесь этого любования! Сколько восхищения её уму и физическому совершенству. От простого народа, слуг и служанок (последних она, конечно, ставит на одну ступень с собой), поэтов, скульпторов и жрецов, до власть имущих, включая самого Александра Македонского! Автор делает её такой идеальной во всех отношениях, что от этого бесконечного любования у меня начало появляться даже какое-то раздражение. Так что, когда героиню настигала (довольно редко, кстати) действительная опасность (не так, которую она выбирала сама, в качестве развлечений, как танец со змеёй или иные опасные забавы – ведь все ей достаётся «за красивые глаза», почему бы не потешится вызовом самой себе?) я чувствовал, что не могу ей сопереживать. Ни капли моего сопереживания. Идеальное не вызывает большого сопереживания. А автор сделал героиню именно такой – великолепной душой и телом, непогрешимой, будто носимой на руках богов, и по сути, не знающей жизненных трудностей. Чему ту сопереживать? Вот ещё одна сторона медали – быть заложником своей героини и её идеальности. А всё это в итоге превращало для меня нить напряжения романа в несомненно питательную, но лишь окрашенную розовой краской водицу, способную слегка поддерживать интерес, а не зажигать им.

В романе есть, конечно, и определённая дерзость. Условно его можно назвать эротическим (советский эротический роман – как вам?). В нём много – очень много – обнаженных натур. В нём сильна тема эроса и плотской любви. Не забывайте, что сама героиня – гетера. И как бы автор не пытался скрасить, даже возвеличить это понятие, оно остается тем же в своей сути – если не верите, вспомните как Таис «наставляла» няню своей дочери, так же решившую стать гетерой? – да и брак ради положения в обществе ей самой был далеко не чужд. Но всё это автор сотворил очень умело, не заходя за грань пошлости или откровенной эротики. И это, надо сказать, большое мастерство.

А ещё этот роман вполне можно назвать феминистическим. Даже яро феминистическим. И хоть чаще это скрыто под покрывалами других тем, но красной нитью проходит бунт против мужского владычества и даже самого мужского начала – по мнению героини, несущего в себе всю бесчеловечную жестокость мира, подавляющую в цивилизациях и народах начало женское, созидательное.

Не обошлось, впрочем, и без тонкой политической нотки в конце (возможно, самой тонкой во всех романах Ефремова). Так, Уранополис – город свободы и разума,

Но основное моё ощущение осталось прежним – повторы тем в повторах их преломлений и ловушка идеальной во всех отношениях герои, по-моему, достаточно сильно ослабляют этот роман.

Предисловие (или послесловие – можно читать и так, и так, благо, что никакого раскрытия сюжета в нём нет) в котором Иван Ефремов рассказывает о своем выборе Таис Афинской в качестве героини романа, передает сведения о ней из других, в том числе античных, источников. Коррелирует понятие «гетера», снимая с него налет вульгарности. И так далее. Вообще, эта статья – статья коротких пояснений. Но и в них проявляется эрудиция автора, и от этого её интересно читать и так – даже вне контекста самого романа. В ней очень много любопытного – от особенностей произношения эллинских имен и их календаря и мер расстояний и веса, до интригующих исторических находок и этнографических зарисовок. И всё это доступно и просто. Я лично получил большое удовольствие от чтения.

Кстати сказать, тот фильм, снятый в Бирме в тридцатых годах, на котором запечатлен обряд поцелуя Змеи, я тоже видел раньше, и он меня тоже впечатлил. Так что в самом романе эта сцена практически совпадала для меня с воспоминаниями о том коротком ролике.

«Туманность Андромеды» — на мой взгляд, ключевой роман всей советской фантастики, особенно «космической».

(тут даже Алексей Толстой с «Аэлитой» оказался на втором плане)

И в 50-тые, и в 60-тые — и далее, он всегда был интересен читателям (как видно по количеству рецензий здесь — ситуация ничуть не изменилась и в наше время :)

Более того, отрывки из романа в начале 70х были включены в школьный учебник для младшей школы (с интересными иллюстрациями)

(мои более старшие знакомые рассказывали, какого шороху наделала в 1957 году публикация этого романа в «Технике- Молодежи» (да еще и с отличными иллюстрациями Побединского).

Я же познакомился с этой книгой достаточно рано, в 1968 году (второй класс :) — благодаря экранизации Шерстобитова, конечно.

И надо сказать — фильм тогда произвел просто потрясающее впечатление (то что сохранилось сейчас — жалкое подобие оригинального изображения и звука). Вообще, что-то сравнимое по визуальным эффектам было только в «Волшебной лампе Аладдина» («Лампу» я тогда считал кинофантастикой, а не сказкой — и именно из-за не сказочных спецэффектов :)

Самым потрясающим местом в том фильме был «танец силуэтов» с комментарием: «мы видим тех, кто давно уже умер», это был пронзительный момент — запавший в воспоминания на всю жизнь (увы, перешло из фильма в реал — и мы действительно теперь видим в фильме силуэты тех, кто уже умер)

Про фильм я помнил всегда, а вот до самой книги Ефремова — добрался нескоро.

По счастью, конечно — читать я ее начал уже относительно взрослым человеком

(в 1979 году, и намного позже, чем был прочитан «Час Быка»)

Ну и как-то сразу стало понятно, что между фильмом и книгой из общего только отдельные события и частично ход сюжета.

Похоже, что автор был настроен вовсе не так оптимистично, как режиссер фильма — и написал книгу, которую утопией можно было бы назвать только при невнимательном чтении.

Итак, что тогда смутило меня.

Во первых — у автора явным образом исчезли целые народы и культуры (пара тысяч лет — это не так уж и много, христианство, например, и не думает исчезать, впрочем как и иудаизм и ислам (1,5 тыс. лет). Про Китай и речи нет — в Китае китайцы официально живут уже больше трех тысяч лет.

Кстати, приверженность своим религиозным взглядам — самая прочная на этом свете.

Роман был издан во времена, когда с религией в СССР боролись основательно (см. «Хрущевская антирелигиозная кампания») — тем не менее — удивительное дело, но мне так и не удалось за всю жизнь встретить в личном общении ни одного настоящего, убежденного атеиста (самое забавное тут то, что ни одного атеиста не оказалось и среди членов КПСС :)

Нет, в сети-то атеистов полно а вот в оффлайне я их так и не встретил...

Ну оно и понятно, так как:

Более того — и имена у людей как-то переживают тысячелетия. Александров вокруг полно. Марк так вообще был моим руководителем :) Да и Моисеи (в трех разных вариантах) то и дело попадаются.

А у Ефремова — сплошные Тулы Равии (см. творчество И. Варшавского :)

И один на всех — Дар Ветер, что однозначно указывает на весьма интересный ход мысли писателя...

И тут же появился вопрос — а по какой причине мы наблюдаем в романе весь этот катаклизм?

И автор таки дал, правда слегка замаскированный, ответ: мировая ядерная война, практически полная гибель человеческой цивилизации (ЭМВ — это вовсе не «эра мирового воссоединения», это «эпоха мировых войн» и именно тотальная война стерла не только границы между государствами — но и большую часть народов и культур целиком. Т.е. ТуА — это, по факту, книга про постап).

Во-вторых — я впервые читал роман в 1979, уже после события, известного как «Энергетический кризис на Западе».

Т.е. на тот момент практически все взрослое сознательное население Земли успело осознать в полной мере, что ресурсы на Земле ограничены в принципе, и что через пару тысяч ефремовских лет ничего больше не будет — ни нефти, ни угля, ни урана с железом... (да и телевидения тоже...:)

(характерный эпизод — радость персонажей романа по поводу найденной золотой заначки прошлых поколений)

Возникает вопрос — а откуда взялось все это богатство (по звездолеты включительно) в ТуА?

И у Ефремова есть ответ и на этот вопрос: «12 подвигов Геракла» (обязательный подневольный труд для всех)

Вот именно дочитав до этого места я все и понял (дело в том, что во времена моей молодости вокруг было достаточно много людей, в свое время успевших поработать на освоении целины — и вопреки пропаганде, попали они туда вовсе не добровольно. У Ефремова же это прямой намек).

Понял, что книга от начала и до конца имеет двойной смысл, причем во втором речь идет вовсе не о далеком будущем, а о весьма конкретном настоящем.

(если кому-то не нравится эта версия — то есть и другая: в мире ТуА на Земле царит жесточайший тоталитаризм, по сравнению с которым и реалии 1984 покажутся детской сказочкой, так как в ТуА обошлись без Большого брата и людей давит само общество, а не конкретная личность).

Кстати, о ББ

В сугубо фантастической части романа описано Братство кольца (зачеркнуто) Великое кольцо.

Не углубляясь в спойлеры, скажем — ну что-то типа ООН, причем разница там минимальная.

И как-то у Ефремова так получилось, что все члены этого ООН находятся на достаточно большом расстоянии друг от друга, что исключает какую-либо возможность проведения Звездных войн в любом виде.

(но поговорить, да, таки можно)

И похоже, что искусству строить звездолеты научили землян именно ББ из Кольца — на фоне постапа и нехватки ресурсов это наиболее вероятный вариант (дело в том, что построить звездолет в 400 метров длины примерно на три порядка сложнее, чем построить морское судно такого же размера. А еще все это требует колоссальных вложений всех видов ресурсов, и мозги (НИОКР) тут на первом месте).

А так, получили подсказку как сделать звездолет из простого г.. .и палок, по ВК — и алга...

(смутно помнится, что и указание слетать к Зирде и проверить как там дела — земляне получили по ВК. Хотя могу и ошибиться)

Ну и, наконец — четвертое: приключения экипажа «Тантры» (интересно, на что именно намекал писатель, давая такое своеобразное название недешевому звездолету (как раз в те времена, в реале, самый крутой корабль получил идеологически понятное название «Ленин») — неужели намекает на то, что буддизм таки уцелел и является на Земле доминирующей религией?

(ну, с «Альграбом» все проще — во первых, это название одной из звезд, а во вторых — в переводе оно значит «Ворон», что тоже символично для автора и абсолютно параллельно всем остальным героям романа).

Итак, «Тантра» и Черная звезда (на тот момент в научно-популярной литературе термин «черные дыры» нигде не упоминался, так был абсолютно неизвестен всем, кроме тех, кто это все придумал :)

Поэтому у Ефремова все обошлось без горизонтов событий и временных петель.

Просто встретились три одиночества в одной точке пространства и времени... что там теорвер говорит-то... ай, да ладно... :)

(вот тут было самое большое мое разочарование — кино оказалось на порядок интереснее)

И вот читая про всех этих медуз и живой крест — осенила меня догадка, что это наверняка местные типа овцы, мирно пасшиеся на родной лужайке.

А тут явились некие существа и начали вести себя не по местным понятиям, что привело, естественно, к скорому появлению разгневанного пастуха...

О, так там в конце романа что-то про новую экспедицию и танки высшей защиты... а вот и Звездные войны, начало...

В это время на Земле происходят события, сильно противоречащие описываемой автором ситуации свободной любви и как бы намекающие, напротив, на наличии в обществе строгой партийной дисциплины и необходимости соблюдения морального облика... и что там было дальше про Мадагаскар (эээ...Магадан? — да ну, не может быть там таких намеков :)

Да, и в результате кто-то таки отправляется на титановые рудники (по идее, прогресс, звездолеты бороздят просторы Вселенной — стало быть, на рудниках должны вкалывать роботы. А иначе это таки такой вариант наказания — впрочем, современникам, это в 1957-то, да — все было понятно и без роботов :)

Плюс, как довесок — история с Рен Бозом, которому захотелось ближе познакомится с инопланетными красавицами (с земными — см. выше :) и которого потянуло на безответственные опыты.

Все это поначалу читалось без каких -либо аллюзий на реал — но потом был Чернобыль и сразу стало понятно, кто есть ху в этом идеальном обществе будущего.

(тарзаниаду с тиграми пропустим, она была актуальной в 50-х и не прошла проверки временем :)

Ну и занавес — название должно соответствовать и на экране появились летающие тарелки _оттуда_. Назвать этот финал счастливым сложно, помня про то, что встреча с пришельцами не всегда закачивается как в Сердце Змеи и Первый контакт может привести с довольно трудным решениям.

Итог: ушлый по жизни и обладающий большим жизненным опытом писатель написал достаточно многоплановое произведение, которое можно трактовать совершенно по разному. С течением времени читатель таки может находить в книге что-то, не замеченное им ранее (а это верный признак хорошей книги :)

Первый уровень тут — фантастика и будущее, второй — современность и реалии середины 50х, с памятью о недавнем прошлом и предчувствием достаточно сложного будущего (как жаль, но Ефремов таки угадал).

Книгу я не читал, а слушал, и это было ошибкой. Книгу невозможно слушать, нагромождение исторических (псевдоисторических скорее) подробностей такое, что очень быстро начинаешь теряться. Сам же сюжет про то как барышня разъезжает по античному миру, ища приключения на свою невероятно красивую пятую точку, обязательно находит и её обязательно спасает какой-нибудь мужчина, жертвуя собой. Барышня не следит за языком, дерзит уважаемым людям, бездумно вступает в конфликты и при этом не имеет никакой ценности в описываемых исторических событиях, хотя автор своею волей решает данный вопрос, наделяя её невидимой властью над окружающими, поэтому иногда её слушаются просто потому что почему бы и нет. Когда тебе красивая женщина говорит сжечь город, как тут откажешь в самом деле. Я утрировал немножко конечно, но несильно. Слушать эту книгу было особенно тяжело и не потому что она плоха как художественное произведение, а потому что книга с одной стороны подталкивает интерес к дополнительному изучению описываемых событий и географии, но я же не полезу гуглить когда с собакой гуляю и книжку слушаю, а с другой главная героиня просто неинтересна как персонаж, она какая-то не особо умная, видимо потому что молодая, и через чур пафосная (хотя вся книга пафосная, что уж я), пошла надерзила Сократу, ученики за ней погнались побить её (нравы конечно так себе), чего дерзила? Чего добиться хотела? И так всю книгу. Потом по её пафосному наускиванию ещё и город сожгут и преподнесёт автор как будто это она сожгла, видимо мужчины ответственность за свои действия не несут и слепо слушаются взбалмошных барышень без учёта последствий. И не то, что Таис стихийно жизнь мотает, нет, по большей части виновницей она сама и является, а последствия разгребают окружающие, она как персонаж почти не меняется, из-за чего не получается сказать, что книга про становление героя. Само собой об исторической достоверности книги и речи идти не может, но как стимул к изучению данного промежутка истории она вполне работает и этого очень сильно не хватало при прослушивании. Было бы интересно послушать какой-нибудь исторический разбор книги в виде лекций часов эдак на 10-20. При этом автор возносит красоту женского тела (то же мы видим и в других произведениях и в «Лезвие бритвы», тоже надо бы рецензию набросать, и в «Час быка»), вплоть до его сакрализации, не знаю уместно ли это в рамках описываемой эпохи, но констатирую просто как факт.

В итоге, как вы понимаете, ощущения у меня двоякие получились. Если отойти на шаг назад и взглянуть на произведение в целом, то, да, можно сказать что это лучшая книга автора, выглядит очень круто, но при этом по смыслу это худшая его книга, потому что книга про Таис, но она лишь идеализированный образ красивой женщины, через которую автор проводит читателя по античному миру, она сама представляет собой небольшую ценность по сравнению с событиями, в которых участвует, слишком велики события по сравнению с её деяниями/словами. При этом все бегают вокруг неё, восхваляя её деяния (езду голышом на коне, например) и красоту иии всё, не так чтобы она что-то делать умеет лучше других (только танцевать, если правильно помню) или была невероятно умной (Сократ не оценил). Если вы красоту женского тела не сакрализуете и не дай боже у вас ум превалирует над телом, вся эта магия рушится вкупе со всем пафосом, с каким она преподнесена. К слову, у Таис есть рабы, но она добрый рабовладелец, откуда у неё ресурсы на это всё я уж не помню, но как бы это лицемерие со стороны автора, потому что скопление ресурсов при рабовладении происходит за счёт рабов, и появление единичных на тот момент людей, оторванных от реального производства, таких как Таис, возможно только за счёт рабов. Военные, поэты, философы и наша бестолковая барышня тоже, слоняющаяся по античности, — всё оплачено рабским трудом. То есть отношение Таис к рабам наивное или очень уж злостное лицемерие, когда человек живёт за счёт рабов, ценой их свободы и труда, и типа добр к ним. Это кстати ещё больше показывает романтизированность произведения.

Ефремова я сильно ценю как писателя, он действительно умеет в философию («Лезвие бритвы»), с ним интересно поспорить, он написал замечательный роман «На краю Ойкумены» и создал образ коммунистического будущего и человека будущего в «Туманность Андромеды» и «Час Быка». В его романах чувствуется ум, а иногда и его избыток. Достойный писатель на мой взгляд. И ругаю я его по стольку по скольку, любя, так сказать. Если вас романтизм данной книги захватит, то можете остаться под сильным впечатлением, я же свой романтизм начал терять ещё будучи подростком и к 22 годам уже был последовательным объективным материалистом, что сделало меня во многом брюзгой и вот я и брюзжу. За неисторичность ругать автора не буду, прочие рецензенты уже поругали, да и не специалист я, но историю люблю и поддерживаю их претензии. С художественной точки зрения произведение достойно внимания, по смыслу же через чур романтизировано получилось, исторически вообще никак, но книга при этом пробуждает интерес к эпохе. Оценку ставить не буду, в аудио формате с книгой знакомиться было плохой идеей + я одновременно восхищен ею и расстроен (может того? биполярочка настигла).

Это утопия. В чём достоинство утопии — нет катарсиса, в чём недостаток утопии — нет катарсиса. Когда живёшь в действительности погрязшей в социально-экономических противоречиях, которые человечество не стремится решить, в лучшем случае наблюдаем какие-то небольшие организации без реальной власти и ресурсов, которые могут себе позволить вести просветительскую деятельность и всё, иной раз задумываешься, а будет ли когда-нибудь такая жизнь у человечества, когда этих самых противоречий не будет. Вот такую утопию Ефремов и описал. Но, без противоречий у вас драматургия будет слабой, даже трагедии в книге человечество переживает спокойно, без надрыва и истерик, люди жертвуют собой полностью осознавая, что делают, люди взаимодействуют друг с другом предельно конструктивно, видя в других себя самого, вместо насилия и оскорблений. Читаешь книгу и радуешься, живут же люди, как будто катарсис уже был до этого, а ты его просто пропустил. Любителям утопий можно почитать, а кому надо более увлекательное чтиво — его тут нет, есть только образ будущего и человека будущего. Лично мне именно этого и не хватало.

К слову, к миру описанному Ефремовым можно очень сильно придраться. Как миниум, экономика мира не описана и космические дела всякие ненаучны. Но это всё и у множества других фантастов, когда надо законы физики перестают работать, а про экономические законы вообще забудьте, такое ощущение что фантасты не знают, что это такое. И без разницы «твёрдая» научная фантастика или жидкая, я уж настолько к этому привык, что перестал обращать внимание и даже «твёрдость» научнофантастичности не смотрю, когда чтиво выбираю. В общем, кому такое важно, имейте в виду.