Лоуренс Голдман
Временно свободен
Temporarily at Liberty, 1951
Ларри Голдмана мы знаем давненько – и как автора детективных романов («Ухватить тигра за хвост» прекрасен), и как сочинителя прелестных (хоть и не слишком цензурных), лимериков, и как (феноменальная многогранность!) разработчика теста на водительские права для штата Калифорния. Теперь мы рады представить его дебют в жанре лёгкой, но логичной фантастики, доказывающей, что даже с потерей работы можно справиться, если за дело возьмётся правильный человек... с правильной магией.
Конечно, всё лишь временно, но... Великий Карлайл начал впадать в уныние. Он старался не думать, сколь давно состоялось его последнее выступление. А уж о «Паласе» и вовсе только мечтать... Так, посмотрим; должно же было остаться хоть какое-нибудь завалящее агентство, куда он ещё не наведался за последний месяц.
Он только что вышел от Троттмана. Троттман занимался подбором артистов для клубов, обществ и мужских вечеринок.
— Ради всего святого! — не веря своим ушам, воскликнул Карлайл. — Неужели им не хочется разнообразия? Не могут же они всю ночь пялиться на голых девок!
Троттман тупо уставился на него.
— С чего бы это?
Он надеялся, что никто не видел, как он выходит от Троттмана. Великий Карлайл принял решение. Он откладывал его месяц за месяцем, на тот казавшийся маловероятным день, — день, когда он окажется на самом дне. Что ж, сей день настал.
Он распахнул тяжёлую дверь универмага «Уорфилдс» с таким видом, будто имел на это полное право. Для первого раза нужно взять что-то довольно громоздкое, но не слишком ценное. Если что-то пойдёт не так — ну это вряд ли, — то, возможно, последствия будут зависеть от стоимости. Возможно.
На четвёртом этаже он увидел одеяла. Подходяще. Задумчиво потрепал прекрасное синее четырёхполосное одеяло от «Hudson’s Bay».
— Вы не возражаете? — спросил он у девушки. — Я хотел бы его разглядеть при дневном свете.
— Нисколько, — она мило улыбнулась.
Сердце колотилось, как отбойный молоток. Один край одеяла выскользнул и волочился по полу. Карлайл неловко подхватил его. Постоял мгновение у окна, поглаживая мягкий ворс. Затем, крепко зажав в обеих руках скомканную добычу, направился к эскалатору. Напомнил себе, что нервничать не стоит. В конце концов, человек или маг, или нет.
Удивительно, но никто даже не взглянул на него, пока он проходил мимо отделов готового платья, нижнего белья, галантереи, спускаясь вниз. Он попробовал представить себе переполох наверху, экстренное совещание шёпотом.
На выходе его охватил иной страх — а вдруг его вообще не заметили?
Зря волновался. Не успел он шагнуть за порог, как на него набросились. Втроём.
— Куда это ты собрался с одеялом, приятель?
— Давай чек.
Третий лишь тяжело хлопнул Карлайла по плечу.
Карлайл выглядел совершенно озадаченным.
— Одеяло? Чек? Вы не ошиблись, джентльмены?
Первый что-то прорычал, второй хрипло заржал. Третий неприятно усилил хватку.
Затем и ржание, и рычание превратились в нечто среднее между сдавленным хрипом и клокотанием.
Трое детективов вытаращились на пустые руки Карлайла.
— Я правильно понимаю, что вы собираетесь меня арестовать? — мягко спросил Великий Карлайл.
Троица хлопала глазами.
— Вы меня арестовываете? — Карлайл повысил голос.
Тут они ожили. Сквозь невнятное бормотание слышалось что-то вроде «ошибка» и «сожалеем». Третий убрал руку с плеча Карлайла и сделал извиняющийся, бесполезный жест, будто стряхивая пыль с места её недолгого пребывания. Они отступили, многократно оглядываясь и громко перешёптываясь между собой. Великий Карлайл пожал плечами и зашагал по улице, свободно размахивая руками, его лёгкое пальто развевалось.
В ту ночь ему впервые с наступления холодов было тепло и уютно.
На следующий день он провёл добрый час в книжном отделе «Уорфилдса». Приятно наткнуться на прекрасное издание мемуаров Робер-Гудена.
Дверь имелась поблизости, но Карлайл прошёл через весь магазин к противоположному выходу. Книги оказались довольно тяжёлыми.
На этот раз детективы были осторожнее. Они не прикасались к нему, но остановили, стратегически заблокировав путь внушительными габаритами. Взгляды были прикованы к его перегруженным рукам.
Второй хитро спросил:
— Есть спичка, приятель?
— Конечно.
Карлайл шлёпнул обеими руками по карманам брюк и протянул коробок спичек. Книги не упали на тротуар. Они исчезли.
Челюсти детективов отвисли, издав забавные звуки.
— Послушайте, — воскликнул Карлайл. — Уж не вы ли меня вчера останавливали?
Они бормотали нечто невнятное, со слоновьей грация похлопывая и ощупывая его. Великий Карлайл не возражал.
Наконец он решил, что с них хватит и объявил:
— Это начинает надоедать. Я бы хотел, чтобы вы прекратили. Понимаете?
Они поняли. Их щёки побелели. Они исчезли почти так же эффектно, как и охапка книг.
В последующие ночи Великий Карлайл, развалясь в постели, читал мемуары удивительного Робер-Гудена. Иногда он опускал книгу, чтобы с удовлетворением взглянуть на небесно-голубое полотно из натуральной шерсти, или на прекрасный домик красного дерева для кролика Гудини, или на большую электропилу (наверняка пригодится, когда «Палас» снова откроется), или на сверкающую ромбовидную мясистость вяленой вирджинской ветчины из превосходной бакалеи «Уорфилдса».
Детективы больше не беспокоили, пока он тащил очередной громоздкий предмет через магазин, но он чувствовал их дыхание за спиной. День шёл за днём, и маленький запас наличности времён «Паласа» подходил к концу. Великий Карлайл забеспокоился. Следующий ход определённо за «Уорфилдсом».
Он пробирался по проходу с большим настольным радиоприёмником, когда это случилось. Похлопывание по плечу так поразило его, что он тут же испарил приёмник.
Гвоздика на лацкане обратившегося была так роскошна, усы так изысканно подкручены, что Карлайл мгновенно понял — перед ним уже не простой служащий. И когда его провели через дверь с табличкой «Управляющий», он с облегчением вздохнул и сел в предложенное кресло.
Управляющий сказал:
— Мы наблюдаем за вами уже некоторое время, мистер Карлайл. — Он дружелюбно улыбнулся. — Я как-то видел ваше выступление в «Паласе».
Сердце Карлайла оттаяло.
— Неужели?
— Да. Изумительно. — На этом церемонии были оставлены. — Мистер Карлайл, универмаг — огромная, сложная организация. Нужно продумать всё, предвидеть любую случайность. — Управляющий изящно удерживал карандаш между указательными пальцами. — Мы здесь, в «Уорфилдсе», обсуждали возможность того, что некто с вашими, мм, талантами, применит их для магазинных краж.
— Давайте не будем называть это магазинной кражей, — предложил Карлайл.
— Давайте будем, — твёрдо ответил управляющий. — Кража, возведённая в ранг искусства, если хотите, эстетически безупречная... но всё же кража.
Карлайл склонил голову.
— Мы обсудили это, как я и сказал, — и спланировали наши действия.
Сердце Карлайла пропустило удар.
— Мистер Карлайл, в смете расходов «Уорфилдса» есть вакансия специального полевого представителя, и я полагаю, она вам подойдёт.
— Специального полевого представителя?
— Обязанности специального полевого представителя, — объяснил управляющий, — состоят, в основном, в том, чтобы оставаться в поле — то есть, подальше от магазина. — Он выделил последние слова лёгкими постукиваниями карандаша.
Карлайл, казалось, обдумывал предложение.
— А, э-э?..
Опытный управляющий незамедлительно перешёл к сути.
— Оклад составляет сто пятьдесят долларов в неделю.
Великий Карлайл улыбнулся.
— В «Паласе» я получал двести пятьдесят.
Управляющий виновато пожал плечами.
— В смете указано сто пятьдесят.
— Что ж...
Управляющий встал.
— Чек будет высылаться вам по пятницам.
— ...Вещи, — заколебался Карлайл. — Я верну их. Большую часть, — поспешно добавил он, вспомнив о ветчине.
Он кое о чём ещё вспомнил.
— О... вот.
Управляющий почувствовал, как его руки сгибаются под тяжестью большого настольного радиоприёмника («Предложение недели! Всего девяносто семь пятьдесят!»).
У двери Великий Карлайл обернулся.
— Вы, конечно, понимаете, что это временно. — В его голосе проскользнули печальные нотки. — Пока «Палас» не призовёт меня вновь.