ФЕЛИКС, НЕТ и НИКА («Nowa Fantastyka» 259 (351) 1/2012). Часть 7
15. На стр. 12—13 напечатана небольшая статья польского журналиста Бартоша Чарторыского (Bartosz Czartoryski), которая носит название:
Эстетика стимпанка стала полноправным направлением попкультуры. Даже те, которые не имеют о ней понятия, уже с ней столкнулись.
Стимпанк (steampunk) это направление спекулятивной фантастики, якобы ищущее ответы на вопросы типа «что было бы, если?», но на самом деле вовсе не пытающееся их решить. Действие историй такого рода обычно разворачивается в зеркально отражающем наш альтернативном мире, где действуют те же законы химии, биологии и физики, но с одним фундаментальным отличием, которое подчёркивает их самобытность и уникальность. А именно: крышесносные научные теории викторианских изобретателей оказались здесь эффективными и были воплощены в жизнь, и во вселенной стимпанка, как и сегодня, существуют различные устройства и приспособления, позволяющие, например, путешествовать по воздуху.
Оглядываясь в прошлое
И не случайно события подобных историй часто происходят в обстановке, напоминающей Великобританию XIX века или её буквальную альтернативную версию (хотя это не всегда так). В конце концов, это времена промышленной революции и зарождения литературного жанра научной фантастики. Сила эстетики стимпанка заключается в её гетерогенности и значительной адаптивности — её удивительно легко перенести в любой литературный или киножанр, как показывают недавние выходки Голливуда. В настоящее время в классику стимпанк-кинематографического искусства иногда включают ранние постановки, основанные на произведениях авторов, ныне считающихся пионерами научной фантастики, таких как, например, Жюль Верн, Герберт Джордж Уэллс или Мэри Шелли. Это можно счесть ошибкой, вызванной сильным и настойчивым желанием классифицировать и систематизировать имеющиеся произведения. Ни «Франкенштейн» (1931), ни «20 000 лье под водой» (1954), ни «Машину времени» (1960) нельзя назвать стимпанком по простой и очевидной причине – их исходный материал заглядывал в будущее, а стимпанк меняет прошлое. Облик представляемого мира должен определяться знаниями автора, способного включать в свои прозаические или кинематографические произведения изобретения, базирующиеся на современных ему действующих механизмах. Стимпанк — это притворство, а не предвидение, поэтому пророческий аспект научной фантастики в нем практически полностью отсутствует за ненадобностью. Стимпанк характеризуется отсутствием целесообразности — он для смотрения, а не для думания, хотя, конечно, предоставляет авторам множество полезных для повествования инструментов, к тому же инструментов чрезвычайно привлекательных, свежих, новых, способных изменить наше представление об американской ковбойской мифологии («Дикий, дикий Запад»), классических приключенческих романах («Три мушкетера») или викторианских детективах («Шерлок Холмс»). Неужели этим по духу своему кинематографическим историям действительно нужна подобная подтяжка лица?
Чудеса из книг
Кажется, в эпоху безудержного распространения спецэффектов, когда невообразимое можно воплотить на экране с помощью компьютеров, стимпанк свалился на кинематографистов как снег на голову – эстетика, где всё дозволено, поистине новый мир, доселе неизведанный. Изначально стимпанк называли “научной фантастикой викторианской эпохи”, но сегодня он представляет собой невероятно увлекательное ответвление основного жанра фантастики, которое обрело собственное, совершенно независимое и автономное развитие, и не только, конечно, в кинематографе. Этот ретрофутуризм позволяет вести интертекстуальную игру с историей и литературой, сплетая альтернативные, но стилистически связные видения прошлого, а не будущего, что является своеобразным новаторством. Показательно, что кинематограф, пытаясь освоить стимпанк, часто заглядывает в соответствующую фантастическую прозу. Это, конечно, не обедняет само произведение; это лишь иллюстрирует увлечение эстетикой, почерпнутой из литературы, с которой кино лишь сейчас начинает более серьёзный флирт. Интересный пример – фильм Кристофера Нолана «Престиж» по роману Кристофера Приста, в котором есть лишь намёк на стимпанк, но этот намек таков, что без него обойтись невозможно.
На заднем плане появляется Никола Тесла, знаменитый изобретатель и инженер (в исполнении Дэвида Боуи), проводящий эксперименты, конечно же, с электричеством. В «Престиже» Лондон, освещённый газовыми фонарями, противопоставляется мечтам о телепортационной машине, которая сыграет ключевую роль в сюжете. И хотя элементы стимпанка не создают целостного образа мира в фильме Нолана, они его поддерживают. Не исключение и «Звёздная пыль» (по роману Нила Геймана)
или «Ван Хельсинг» Стивена Соммерса, вдохновлённые викторианским искусством и достижениями американского кино ужасов.
В обоих фильмах присутствуют явные стимпанковские акценты, которые служат своего рода каркасом, связывая сюжетные линии, становясь инструментами повествования, доказывая, что стимпанк одинаково хорошо работает и в фэнтези, и в боевиках (не будем касаться критической оценки этих жанров в целом). Стимпанк со всем своим арсеналом использовался в не совсем удачной, сумбурной экранизации блестящего романа Филипа Пулмана «Золотой компас», снятой Крисом Вельцем.
Здесь весь представленный мир кричит о СТИМПАНКЕ — видение Пулмана невероятно связное, но при этом многогранное, однако, к сожалению, фильму не удалось передать это богатство. В этом свете интересен также случай экранизации романа Герберта Джорджа Уэллса «Машина времени» 2002 года: фильм был снят с полным пониманием эстетики стимпанка, в отличие от своего предшественника, вышедшего четырьмя десятилетиями ранее.
Таким образом, роман, только возвещающий о приходе стимпанка, был поглощен этими самыми предсказанными переменами.
Современное ретрокино
Стимпанк (вероятно, по бюджетным причинам) является вотчиной американского кинематографа. Это не значит, что другие кинематографы не пытаются воспользоваться его преимуществами — французский фильм «Город потерянных детей» уже считается классикой европейского кино.
Более поздние попытки французских режиссёров, например, «Видок»
и недавние «Необычайные приключения Адель Блан-Сек»,
не имели такого успеха, хотя и не из-за меньшей тщательности передачи реалий стимпанка или поверхностности сценария.
Чтобы немного оживить Париж, потребовались... американцы. Именно в Голливуде была поставлена новая, вдохновлённая стимпанком версия «Трёх мушкетеров» Александра Дюма, позволяющая поместить старых персонажей в совершенно иной, чем прежний, контекст.
«Шерлок Холмс» Гая Ричи также опирается на сходную идею.
В данном случае стимпанк расширяет мифологию поп-культуры, обогащая её новой главой, возвращаясь к размышлениям на тему канонического для фантастики вопроса «что было бы, если?..», но помещая в центр персонажей, известных из поп-культуры, а не из истории, что позволяет их переосмыслить. Тесно связанный с прошлым, стимпанк становится неотъемлемой частью будущего развлекательного кино.
Стимпанк на экране:
«Лапута — Замок в облаках» (аниме, реж. Хаяо Миядзаки, 1986)
«Город потерянных детей» (реж. Марк Каро, Жан-Пьер Жене, 1995)
«Дикий, дикий Запад» (реж. Барри Зонненфейд, 1999)
«Сонная Лощина» (реж. Тим Бёртон, 1999)
«Мастер на все руки» (Jack Of All Trades, serial, сериал, реж. Эрик Моррис, 2000)
«Таинственные приключения Жюля Верна» (сериал, Гэвин Скотт, 2000)
«Видок» (реж. Питол, 2001)
«Машина времени» (реж. Саймон Уэллис, 2002)
«Планета сокровищ» (анимационный, реж. Рон Клементс, Джон Маскер, 2002)
«Лига выдающихся джентльменов» (реж. Стивен Норрингтон, 2003)
«Стимбой» (аниме, реж. Кацухиро Отомо, 2004)
«Ван Хельсинг» (реж. Стивен Соммерс, 2004)
«Ходячий замок Хаула» (аниме, реж. Хаяо Миядзаки, 2004)
«Престиж» (реж. Кристофер Нолан, 2006)
«Звёздная пыль» (реж. Мэттью Вон, 2007)
«Золотой компас» (реж. Крис Вайц, 2007)
«Шерлок Холмс» (реж. Гай Ричи, 2009)
«Необычайные приключения Адель Блан-Сек» (реж. Люк Бессон, 2010)
«Три мушкетера 3D» (реж. Пол У. С. Андерсон, 2011)
«Шерлок Холмс: Игра теней (реж. Гай Ричи, 2012)
P.S. О стимпанке см. также https://fantlab.ru/blogarticle87724
цитировать