Перед редакциями порой встает такая задача: срочно нужно издать книгу по той или иной тематике, чаще всего причиной этого является стороннее финансирование. Тогда главный редактор и издатель либо сами что-то быстро придумывают, либо начинают обзванивать знакомых авторов и спрашивать, есть ли у них рукопись по нужной теме или знают ли они кого-нибудь, у кого такая рукопись имеется. В тот день позвонили мне.

У меня не было подходящей рукописи, но я знал, у кого она есть. Эта книга выходила относительно небольшим тиражом один раз в 90-е, вещь была весьма приличная, главный редактор попросил принести бумажное издание посмотреть и, в случае одобрения, помочь связаться с автором, чей телефон у меня был.

Книга издателю и главному редактору понравилась, было принято решение опубликовать. Я созвонился с автором и сказал, что его просят приехать в такую-то редакцию. Издатель вызвал и меня, заявив, что в редактуру отдаст том мне, хотя я и не особо рвался браться за это – у меня и без того дел было много.

Итак, в условленный час пришел Непонятливый Писатель и принес рукопись. Он сказал, что ее немного доработал – по сравнению с изданием 90-х. С ним тут же заключили договор, но гонорар выплачивать повременили. Я забрал рукопись домой, и тут у меня волосы встали дыбом: по всему тексту были рассыпаны… как бы так выразиться?.. не очень сильные стихи, не имеющие никакого отношения к произведению. Я позвонил писателю.

— Видите ли, – смущаясь, промолвил он, – эти стихи написала дочка моего друга, когда ей было одиннадцать лет, он попросил меня их включить, я не мог ему отказать…

— Их нужно убрать либо все, либо почти все, – потребовал я.

Он пообещал подумать.

Через неделю Непонятливый Писатель прислал мне исправленную версию книги. Он сказал, что еще что-то в ней доделал. И я взялся перечитывать. И опять пришел в шок. Да, он убрал стихи, зато после каждой главы появились многостраничные панегирики тем или иным никому не известным людям.

Я снова позвонил писателю.

– Это еще что такое? – возмутился я.

– Друзья узнали, что меня хотят издать большим тиражом, на всю страну, и попросили их похвалить…

Я посоветовал вынести все благодарности в начало или в послесловие, дать кратко. Оставлять по несколько страниц восхвалений после каждой главы – это никуда не годится!

Время шло, сроки поджимали, я страшно злился, но вот Непонятливый Писатель все-таки прислал еще один исправленный вариант. И я вновь взялся за его книгу. Да, он убрал панегирики, сделал нормальное послесловие, зато… добавил главу, такую, к содержанию которой могли возникнуть вопросы, учитывая действующее законодательство.

Я набрал его номер.

– Вы издеваетесь?! – орал в трубку я, потеряв терпение.

– Ну, я думал, это актуально…

– Почему вы не можете позволить просто переиздать вариант 90-х годов?!!

Непонятливый Писатель сильно обиделся на меня. Он долго не давал о себе знать, месяца три, в итоге все-таки прислал изначальный вариант. Но к тому моменту по упомянутой теме уже успели подготовить и отправить в печать книгу другого автора.

А что же книга Непонятливого Писателя? Она тоже вышла, только спустя какое-то время и куда меньшим тиражом, чем могла бы…

Сергей Неграш, из цикла "Издательские байки"

Прочитал замечательную статью А.В. Васильевой, старшего научного сотрудника Государственного Дарвиновского музея, о "Приключениях доисторического мальчика" Эрнеста Д'Эрвильи. Собственно, в статье особое место уделено краткому разбору имеющихся переводов. Васильева пишет, что перевод А.В. Мезьер "наиболее близок оригиналу", что она "сохраняла литературный стиль Д'Эрвильи, французский колорит". Кому интересно, найдите статью Васильевой и перевод А.В. Мезьер, сравните с другими. Сам бы я охарактеризовал перевод Мезьер как "самый взрослый". Жалко, что его не переиздают.

За долгие годы я наслушался множества издательских баек. Часто те, кто мне их рассказывали, и сами не знали, о ком именно шла речь, да разве это важно? Главное: суть истории, а не имена героев. Вот и эту байку мне поведал знакомый редактор лет двадцать назад, а произошла она и того раньше, в 1990-е.

Тогда в стране было много малых издательств. И вот очередное малое издательство выпустило книгу конца XIX века – то ли перевод, то ли оригинальный роман, этого сейчас уже никто не вспомнит. Ну, будем считать, что оригинальный роман для красоты повествования.

Через полгода после выхода книги в редакцию пришла Старая Писательница и попросила выплатить ей гонорар за опубликованный томик. Главный редактор вытаращился на бабулю и воскликнул, что этого не может быть, мол, том XIX века, и она никак не может быть автором. Бабушка же принялась спорить, даже какие-то доказательства привела, дескать, это ее единственная книга, которую она сочинила еще в юности. Между тем было ей уже за сто лет...

Вышел директор издательства, вник в ситуацию, но порадовать бабушку ему было нечем. Как раз в то время в издательстве денег не было. Он при всем желании не мог с ней рассчитаться. Попросив ее зайти через полгода, директор торжественно пообещал заплатить.

И бабушка ушла.

А через неделю пришли из пожарной инспекции. С проверкой. Тщательной проверкой. Издатель бледнел, потел, обещал исправить… Когда проверяющий уходил, то загадочно сказал: «Зря вы так с бабушкой поступили…»

Еще через неделю пришли из налоговой. Уходя, налоговик тоже упомянул бабушку.

Еще через неделю пришли… ну, назовем их «спортсменами». И опять про ситуацию с бабушкой намекнули.

Короче, издатель срочно у кого-то занял денег и поехал домой к бабушке, благо она адрес оставила. Он лично заплатил весь гонорар Старой Писательнице.

Когда бабушка напоила его чаем, он полюбопытствовал, кто она такая, что за нее столько серьезных людей вписалось.

– Да я большую часть жизни учительницей в школе проработала, – убирая чашки, сообщила бабушка. – Недавно была встреча выпускников, там я про переиздание моей книги рассказала…

– Не зря говорят, что учителей уважать надо, – пробормотал директор издательства и, вежливо попрощавшись, ушел.

Больше издательство с внезапными проверками не тревожили.

Сергей Неграш, из цикла "Издательские байки"

Эту байку мне поведал знакомый главный редактор много лет назад. А дело было так. Однажды некая молодая писательница прислала в редакцию роман. Редактор ознакомился с романом и решил поставить в серию, книга была действительно весьма недурна, пусть и не гениальна. Позвонили писательнице, и она пришла.

Писательница оказалась очень красивой девушкой, покорившей всех мужчин-сотрудников редакции. С ней тут же заключили договор и сразу выплатили весь гонорар.

Спустя пару месяцев Прекрасная Писательница вновь явилась и попросила выдать гонорар. Будучи ею очарован, главный редактор, забыв проверить ведомость, повторно с ней рассчитался. Поблагодарив, она удалилась. И лишь спустя три часа главный редактор понял, какую ошибку допустил. Позже он попытался связаться с писательницей, но безуспешно.

Еще через два месяца книга наконец вышла, продажи были плохими, и вскоре было принято решение не продолжать сотрудничество с Прекрасной Писательницей. Однако именно в этот день она опять объявилась и потребовала выплатить ей гонорар.

– Позвольте! – возмутился главный редактор. – Вы его уже дважды получали!

– Неужели? – искренне удивилась она. – А я думала, что вы мне теперь регулярно будете роялти платить…

Ей объяснили, как начисляются роялти, и попросили вернуть ошибочно выданные ей деньги. Прекрасная Писательница заявила, что денег нет, но она готова пойти редакции навстречу и предоставить им на тех же условиях свой новый роман.

Посоветовавшись, издатель и главный редактор согласились. В конце концов, писала она действительно хорошо.

– Минимальный тираж всяко продадим… – буркнул издатель.

Но продали они отнюдь не минимальный тираж. Ее вторая книга неожиданно для всех оказалась востребована, отлично уходила. С этого и началась творческая карьера Прекрасной Писательницы, которая в итоге сложилась успешно…

Сергей Неграш, из цикла "Издательские байки"

Было это на некоем выездном мероприятии. Собрались писатели, художники, критики. Общаемся. Вдруг встал один молодой автор (ну как, молодой, лет на двадцать старше меня, но тогда всё еще числящийся в молодых, так как писать начал относительно недавно) с длинными, чуть ли не до пояса волосами и пафосно заявил:

— Я сейчас обреюсь наголо! Я специально для этого волосы долго отращивал!

— Не понял, – сказал я. – Это еще зачем?

— Чтобы вы все наконец меня запомнили! У меня даже книги выходят, пусть и небольшими тиражами, а никто, никто меня не знает, не обсуждает…

— Ну, я тебя знаю, — хмыкнул я.

— Так-то – ты, а у остальных спроси… большинство и имя-то мое не вспомнят… А я при всех наголо ножом обреюсь – и запомнят!

Сказано – сделано. Правда, при всех стричься он не стал — засмущался, наверное. Пошел на речку. В компании нескольких товарищей, включая меня, молодой автор на берегу подстриг себе волосы как можно короче. Он явно предвкушал, как его будут обсуждать остальные.

И вот он миг триумфа… как думал автор. Он явился народу, но… никому до него и дела нет, никто не заметил его новой стрижки, его перформанса… все были заняты поисками пропавшего деятеля культуры… Ну да, некий деятель культуры пошел на речку купаться – и исчез… То ли утонул, то ли заплутал где…

Короче, до темноты и всю ночь искали деятеля культуры, нашли под утро, он просто заглянул на огонек к некой поклоннице…

А Незаметный Писатель так тогда и остался незаметным. А заметным он стал спустя годы – исключительно благодаря своим качественным текстам, а не перформансам…

Сергей Неграш, из цикла "Издательские байки"