Нил Стивенсон «Лавина»

Надо сказать я не очень знаком с киберпанком и всеми его проявлениями в принципе и поэтому могу неправильно воспринимать те или иные допустимые огрехи жанра, которые мне встретились в этом произведении Стивенсона.

Мир не проработан от слова совсем. Как человечество дошло до такого? На чем зыждется пусть и хромающая,но экономика? Чем занимаются корпорации Мафии кроме продажи пиццы и подержанных автомобилей? Чем занимается корпорация мистера Ли, кроме продажи гражданства и отелей? Есть ли централизованное правительство, а если нет, то какое то соглашение между корпорациями? — какой то намек на список ограничений должен существовать, иначе франшизы,размеренная жизнь, Метавеленная не смогут существовать в полной анархии, которая неминуема при таком раскладе.

Кстати о Метавселенной. На момент прочтения идея подобного рода симулятора реальности обыденна — мы живем в веке,где ВР уже реальность. Но представляю эффект от такой фантазии в далеком 1992, когда обычный ПК был пределом мечтаний. И что же делает автор, вместо того чтобы красочно описать возможные локации Метавселенной, пошатать героя по различным 'зданиям', создать ему виртуальные приключения? Он скучнейше описывает Стрит,средство передвижения по нему и одно единственное здание. Ах да, в дальнейшем в повествовании появляется также автоматизированный 'Гугл' — что в принципе неплохо, нe веди с ним ГГ такой топорный диалог,что читать больно.

Прерывистый темп повествования; абсолютно рваная временная линия — между абзацами может пройти минута, а может две недели; ненужные детальные описания чего бы ни было; шаблонные герои,не особо вызывающие сочувствие или симпатию — все это черным ковром ложатся на единственное светлое пятно этого романа — идею лингвистического вируса,с ранних времен заразившего человечество.

Алмазный Век стоит на полке, и я не знаю браться за его чтение или нет.

Взялась читать, потому что в основу интриги положено фантастическое допущение из области лингвистики. Допущение — к чести книги — вполне здравое и научное. Современная лингвистика, действительно, не может дать подробного ответа на вопрос, как маленьким детям удается так быстро усвоить естественный язык, когда у взрослых людей на это уходит столько сил — а результат обычно более чем скромный. Поэтому естественно предполагать наличие некоторой врожденной языковой способности, каких-то «глубинных структур», которые срабатывают всего один раз. Пока остается без ответа и такой вопрос: как естественный язык развился до своего современного состояния. Так что второе предположение, согласно которому раньше язык сильнее обуславливал мышление и поведение, также правдоподобно. Другое дело, что если похожая ситуация и имела место, то гораздо раньше в истории человечества, чем в IV-III тысячелетиях до н.э. Шумер, с точки зрения эволюции, — это вчера, ну, в крайнем случае, позавчера. Но фантастическое допущение на то и фантастическое допущение.

А теперь про то, почему — несмотря на научные достоинства — не могу поставить больше 6. Композиция книги сразила меня наповал. Повествование собирается из текстов двух типов.

Первый тип — «движуха». Все куда-то бегут (или едут, или лезут, или стреляют. Или все одновременно). Подробно описываются интерьеры, на фоне которых происходит действие, и технические «примочки», а также звуковые, визуальные и деструктивные эффекты, которые они вызывают. Но ни фига не понятно, что же на самом деле происходит.

Второй тип — «пояснение». Это практически платоновские диалоги, в ходе которых постепенно выясняется, что происходит и в чем суть. Но по стилю это Википедия.

Куски первого и второго типа грубо склеиваются между собой. Единственный принцип — соблюсти баланс и вставить «пояснения» ровно тогда, когда читатель устает от необъяснимости «движухи» и вот-вот отложит книжку. А потом — вставить «движуху» ровно тогда, когда читатель заскучает над «пояснениями» и вот-вот отложит книжку.

Естественно, никакие сложные герои для этих типов повествований не нужны. От них требуется успевать за собственными девайсами, когда разворачивается движуха, и задавать «поощряющие» вопросы, когда разворачивается пояснение. GrandDuchess тут охарактеризовал ГГ как «апофеоз бродилок» и увидел в этом проявление авторской иронии и самоиронии. Я что-то не верю в подобную художественную изощренность Стивенсона. Думаю, оно само так получилось, потому что это не герои в полном смысле слова, а функции типов повествования.

Что же касается не-героев, второстепенно-условных помощников, то тут и вовсе развесистая клюква: добренькая мафия, последний оплот гуманизма, и кагэбэшники-сектанты на ядерной подлодке. Про байкера-алеута и пятнадцатилетнюю красотку, которую так и не изнасиловали, даже говорить не хочу.

И еще одно наблюдение, которого, кажется, никто еще не сделал. Вирусная концепция религий и передачи информации очень напоминает то, что Докинз пишет про мемы. У меня даже возникло предположение, что Стивенсон придумал всю книжку, обратив внимание на сходство термина «ме», обозначающего нечто невразумительное в шумерской религии, и термина «мем», введенного Докинзом в книге «Эгоистичный ген», однако подтверждения этой гипотезы мне сходу найти не удалось.

Вот так- читаешь отзывы и начинаешь сомневаться в качестве перевода! Или безумная привлекательность этой книги «потеряна при трансляции»?

Начну с подзатыльников в адрес профессионалов. Почему если снег (Snow) и рухнул (Crash) то сразу лавина? а где воображение? этоже фантастика в конце-концов?

Со слов самого Автора — (В Начале Была ... Командная линия) ранние Макинтоши при сбоях начинали выдавать в тарабарщину которая напоминала технический снег или помехи на экране поломанного телевизора. отсюда название-Snow Crash (Snow/СНЕГ, Помехи и Crash/Крах,Сбой,Грохот Снег- кроме всего прочего — кокаин или героин и -Crash- в таком случае полный отъезд мозгов от оных снегов.)

А что если вы можете воспринимать эту тарабарщину как информацию? как в «полтергейсте»-«читать» экран? и переводя в аналог компьютерных терминов — в двоичный код 0=белый, 1=чёрный это была бы способность особый людей считывать такие помехи с экрана в двоичном коде.

Стивенсон поражает своей непосредственностью, а что если читатель не «панкует», кибер-терминов не поймёт и специфический юмор не оценит? Как и Анафема, книга рассчитана на... если вам понравился Диптаун вам понравится и Метавёрс. если вы не знаете о Диптауне, но порой с ностальгией вспоминаете как в Солярисе травили демонов то эта книга для вас.

История в основном о Хиро «Герое»(H-i-ro «Protagonist» / Г-и-рой «Герой», очь смешно), хакере, секретном внештатном агенте доставляющим пиццу по вызову, и делящим жилплощадь (рентованное отделение хранилища) с культовой звездой рока Виталием Чернобылем. у Hiro есть диван-кровать, два коллекционных Японских меча, и компьютер, к которому он практически всё время подключён чтобы находиться в Метавёрсе (Метавселенной), и где он самый лучший в мире боец на мечах.

Когда-то Hiro был основоположником или основным программистом участвовавшим в создании Метавёрс, и часто этим пользуется дабы добывать и перепродавать оперативную информацию. Он становится свидетелем того как его старый приятель Давид, неверящий в собственную уязвимость, при прочтении текста закодированного в двоичном коде получает порцию вируса Snow Crash (Снежный улёт или все таки Лавина). Снег сжигает его мозг в реальном мире и делает из него «овощ». Старая и новая подружки Hiro помогают ему начать расследование, а мафия и независимые заинтересованные корпорации время от времени обеспечивают либо группы поддержки либо интересными программками, либо пулемётом с ядерными иглами. в результате крах цивилизации будет предотвращён

Другие главные действующие лица:

эмансипированная курьерша Y.T. (yours truly Y.T.= искренне ваша И.В.) И.В.а — язвительная, блондая, сногсшибательная и умная, прежде чем стать партнёром Hiro и талисманом удачи, становится причиной его аварии(что тоже сrash)

Raven (Ворон) — антагонист лучший в мире гарпунист алеут с подозрениями на мутации. Он отомстил бы Америке за ядерные испытания на Амчитке, взорвав в америке ядерную торпеду которую украл с русской подводной лодки и таскает с собой, но, как мне кажется если бы от хотел отомстить, то уже бы это сделал. бам и всё. Больше всего по описанию Ворон напомнил мне Лин-Чу из «охотников». Такой кровожадный симпатяга, разве что на спицах не вяжет. В конце книги раненый Ворон удирает от мафии на украденном пицце-мобиле пока медики-мафии оказывают своему «дядюшке» помощь

С первых страниц, понятно что книга написана с немалой долей юмора, сатиры и уморительных аллегорий. Hiro Протагонист не просто герой- это апофеоз всех бродилок сыгранных автором, ныряющий из реальности в виртуальность и обратно и рубящий аватары на своём пути. Мир близкого будущего где городские кварталы самоуправляются Хозяином, и где «мафия- друг человека, выбирайте мафию», где корпоративная полиция делает вид что не видит машины несущиеся с мигалками по запасной линии (а вдруг там мафия), и где в чужой район лучше не попадать если не на броневике (вам ничего не напоминает? посмотрите внимательно на год выпуска книги)

До слёз хохотала над войной Джиков(таджиков), Hiro и У.Т. (Зачем смеёся насяльника).

Ну, киберпанк, но очень весёлый и живой, порой даже слишком. Заслуживает приличного перевода и чтения. Интересная деталь — герой рисует свою метавёрс не где-нибудь, а в флатландии. а кто знает где у нас флатландия, получает зачёт

В старенькой, 1976 года выпуска, «молодогвардейской» антологии американского фантастического рассказа «И грянул гром», в предисловии к рассказу Роберта Шекли «Потолкуем малость» составитель заявил, что «лингвистическая традиция в американской научной фантастике стремится показать колоссальные возможности и силы, скрытые в языке, слове, знаке». Можно подумать, ну какие там возможности, какая там глубина у такой узкоспециализированной темы. Ан нет. Может быть, вершинами фантастического жанра как раз и являются произведения, так или иначе показывающие скрытые возможности языка: «Роза для Екклесиаста» Роджера Желязны, «Честность – лучшая политика» Джона Гордона, «Пассажиры с пурпурной карточкой» Филипа Фармера, «Вавилон-17» Сэмюэля Дилэни, «72 буквы» Теда Чана, «Декрет об отмене глагола» Евгения Лукина, «Бубен нижнего мира» Виктора Пелевина… [Кстати, в журнале «Если» (№ 5 за 2003 год) напечатана статья Надежды Маркаловой «Языки, что владеют людьми» – как раз о лингвистической НФ].

Не перестаю удивляться, как Стивенсону удается так ловко сочинить увлекательный сюжет, да еще и намешать в него всяческой технической-фантастической мишуры, и притом чтобы книга все равно читалась запоем?

Да, есть там еще виртуальная Метавселенная, сильно-сильно напоминающая так полюбившийся фэнам Диптаун производства Сергея Лукьяненко. Только вот «Лавина» лет на пять раньше написана была.

Недалёкое будущее. Главный герой — хакер и доставщик товара, работающий на мафию, — Хиро, потомок японки и афроамериканца, повсюду носивший с собой катану (весьма живописный, так и просящийся в фильм). Мир опутан компьютерами и метавселенной компьютеров. Есть уже и технобиологические твари, — животные с мозгом собак, но вооруженные до зубов гаджетами (типа Акселя). У людей тоже есть такие же примочки.

Не пожалел автор столь привычных приёмов для англоамериканской фантастики, — «черной краски», — чтоб «измазать» главного злодея и сделать его (естественно) беженцем из России/СССР...он, — тоже по шаблонам Голливуда, — обладал украденным ядерным оружием и даже подлодкой, угрожая всему миру, распространяя вирус компьютерщиков и пр. На фоне злодея из России/СССР весьма привлекательным был Виталий Чернобыль...Это сарказм?

Смешным здесь кажется то, что по видимому автора достали эмигранты — абхазы, украинцы, таджики (!)( откуда их столько!?!) из «советского, мать его союза», — цитата автора...неужто их больше чем мексиканцев? (именно этот момент меня заставил посмотреть дату написания книги)...1992...

Да и вообще проблема эмигрантов, бредущих в США со всего мира — здесь красной линией:

«Америка похожа на старый, стучащий, дымящий механизм, который грохочет по континенту, пожирая все, что видит.

Этим бедным шельмам на Плоту Америка, наверное, представляется чем-то, чем был Крит для жалких простофиль греков. Вот только тут нет принуждения. Сегодняшние люди с готовностью отдают своих детей. Миллионами посылают их в лабиринт на съедение. Индустрия их пожирает, а потом выплевывает образы, рассылает по моим сетям фильмы и телепрограммы..»

США, где якобы развалилось правительство (но на самом деле — возникло слияние ЦРУ и власти) по версии автора — разделилось и им управляют корпорации, бандитские кланы, мафия...

Итак, главный злодей из развалившегося СССР — Дмитрий Воронов, алеут по национальности, служа православным (!) пятидесятникам и некому Л.Боб Райфу стал распространять наркотик — «Лавина», увидя/услыша который, всякий компьютерщик терял связь с миром, переставал говорить на своём языке, многие съезжали с катушек. Наркотик, мгновенно обучающий языку Энке, — шумерского бога доВавилонского столпотворения.

»...Подожди-ка, Хуанита. Ты уж реши. Эта «Лавина», она что: наркотик, вирус или религия?

Хуанита пожимает плечами.

– А что, есть разница?

Так вот, раньше религии были, по сути, вирусными: информация воспроизводилась в человеческом разуме и переходила от одного человека к другому...»

Помощницей Хиро Протагониста здесь — молодая, несовершеннолетняя хакерша, доставщица товаров — И.В., эдакая МэриСью, мать которой работает на известные органы.

Мир — красочный, подробно описанный, (но Диптаун, кстати, у Лукьяненко вышел лучше, чем у Нила).

Что понравилось: идея НЛП, шумерские мифы, истоки религии, объяснение их воздействия на человека. Вряд ли это был «вирус разума», конечно, но как написано: «И первым было слово, и слово было — богом», то как знать...?

И еще одна мысль после прочтения засела в голове, — если допускать что «вирус разума» был, то не является ли человек эдаким...биологическим компьютером, раз его можно завирусить, запрограммировать, заставить делать что-то против его воли

Злодей хочет поработить человечество, используя особый вирус, который одновременно является компьютерным и биологическим. Действие происходит в типичном киберпанковском будущем: крах государств, анархия с корпорациями, крутые технологии, киберпространство и хакеры.

Что бы я отметил:

- первое упоминание термина «метавселенная»;

- интересное взаимодействие с ИИ-ассистентом-библиотекарем: он не может ничего сам придумать (даже саммари сделать), но и галлюцинаций у него нет — интересно сравнить с нынешними чат-ботами;

- интересные размышления о шумеро-аккадской мифологии и человеческом сознании.

Мне еще понравилось взаимодействие с местными группировками, сам мир интересный. Но, к сожалению, в нем нет каких-то мощных идей или образов, ради которых хочется роман перечитать. Получился крепкий киберпанк, но на один раз.

Сразу оговорю, что киберпанк — не совсем мой конек. В багаже есть две трилогии Гибсона и его же рассказы, да и все на этом. И загадочная приставка пост- весьма интриговала, настолько, что я не раздумывая взял дилогию, первой частью которой и является этот роман.

И знаете, основные различия между поджанрами я, кажется, уловил. Там, где Гибсон серьезен до зубовного скрежета, Стивенсон напропалую разбрасывается тем, что сейчас принято называть «стёбом». Вроде бы и там, и там соблюдено правило «high tech, low life», правят корпорации, легализованы (или почти) наркотики, и вообще царит высокотехнологичный декаданс, но в «Лавине» у нас сицилийская мафия доставляет (почти буквально) пиццу, официальное правительство США параноидально в своем бессилии, почти стереотипные русские (и алеут!) и — целая очередь фриков. Хиро, И.В., Ворон, Рыбий глаз, Энг... Виталий Чернобыль!!! Кого мы тут только не видим. Кстати, Хиро как главгерой с одной стороны обезличен, с другой — карикатурно «переапан», И.В. типичная малолетняя бунтарка, Ворон — сверхпафосный гиперперекачанный антагонист. Все они яркие, но по большей части пустые. В действительности, мне показался более-менее человечным крестный папа Дядюшка Энцо, вот, наверное, и все.

Мир, пожалуй, лучшая составляющая романа. Хоть он и типичен для жанра, именно «несерьезности» автора делают его несколько оригинальным и интересным.

Сюжет, напротив, скачет, летает, подныривает под текстом. Был целый ряд ходов, предпосылки к которым я не увидел, возможно, по рассеянности, но, боюсь, что это все-таки авторские недоработки. Проверить можно повторным прочтением, но желания такого нет, и пока не предвидится. Вообще, насколько я могу судить, жанр подразумевает в большей степени визионерство, чем художественность. Нас заливают неоном, заваливают грудами пластика, мы ощущаем на вкус синтетическую пищу... но описывается это обычно очень простым (речь не о терминологии), невыразительным языком. Читая «Лавину» или «Нейроманта», трудно найти некие эстетичные художественные эпизоды или хотя бы отрывки. На дворе 21 век, мир катится в кибернетические тартарары, и в нем нет места для «красивостей» — только грязь, мрак, безысходность... и едкая ирония, если речь идет о посткиберпанке.

Еще хотелось бы упомянуть некоторые эпизоды, по большей части в заключительных главах, когда волосы на голове встают дыбом. Плывете вы себе в море саркастических оборотов, и вдруг выплываете в какое-то чуждое течение, пафосное и чересчур серьезное. Чуждеродное. Ворон, влюбленными глазами провожающий выкинувшую фортель в стиле Джеки Чана И.В. — это перебор. Черт с ними, с его ностальгическими воспоминаниями, но это... А как вам эпизод мотопогони Ворона и Хиро, сопровождаемый душещипательным рассказом об их родителях, волею судьбы оказавшихся... причем этот момент до этого вообще нигде и никак не всплывал — это бесполезный, бессмысленный, безжалостный deus ex machina. Причем такой, от которого жутко смердит Болливудскими фильмами. Интересно, задавался ли Стивенсон вопросом — а мечтают ли кибертеррористы о киберслонах, которые в эпизоде погони назойливо исполняли в моем больном воображении танец живота? И этот глупый, ненужный, пафосный эпизод, у которого все равно не вышло быть душещипательным — о Фидо, налаявшем на все законы робототехники и устроившем себе бессмысленный «Париж-Дакар». Или И.В., уделывающая половину местного ФБР... список большой и причудливый.

Ах да, конспирологам должна нравиться шумеро-нейро-вирусно-религиозная подоплека, хоть и она закручена несколько противоречиво.

Как ни парадоксально, но при всем вышеперечисленном книга затягивала. И пусть по большей части это объяснялось желанием узнать, чем все закончится, она все же свою роль выполнила — заняла читателя на несколько дней.

Странная, неровная, неограненная, непроработанная, но оригинальная и захватывающая книга.

Книга-фрик.

Мир, как мы его знали, кончился. Теперь мира два. Дымящиеся руины государств и двунадесяти эллинов с иудеями разбились на жилые квартала с вооруженной охраной и сети франшиз, которые бьются за потребителей качеством продукции, скоростью доставки, отстрелом нерасторопных курьеров и ковровыми бомбардировками конкурентов. Выше руин царит виртуальная красота Метавселенной, куда при первой возможности юркают потребители, курьеры, менеджеры и хозяева франшиз. И эти два мира тоже кончатся вот-вот. Их снесет лавина, в виртуале выглядящая как экранчик с помехами, выжигающими мозги самым ушлым хакерам, а в реальности – как миллионы иммигрантов, впавших в довавилонскую простоту и целеустремленность, во главе с диким байкером-алеутом, в башку которого вживлен запал водородной бомбы. Спасти оба мира могут только два идейных лузера и по совместительству шустрых курьера в спецкостюмах – полунегр-полуяпонец-суперхакер с самурайскими мечами и белая нимфетка на скейте.

«Криптономикон» Стивенсона меня в свое время привел в буйный восторг. Дальше я решил проявить революционную выдержку: не бросаться на свежеизданного «Анафема» и прочую роскошь, а знакомиться с товарищем по порядку, с самых ранних книг. «Лавина» вышла в 92-м, вот и.

Я с юных лет люблю панк и с тех же примерно пор недолюбливаю киберпанк, который, как у нас, у дураков, принято, знал в основном в перепевах Рабиновичей типа Лукьяненко и Васильева. «Лавина» должна была эту нелюбовь укрепить. В пересказе она выглядит как возмутительный трэш, в большинстве извлеченных наугад фрагментов выглядит как совсем возмутительный трэш, гипернасыщенный к тому же сложносоставными телегами на тему мифологии, лингвистики и прочей психопатологии (которые я как раз обожаю, но в полемическом задоре обойду сей момент стороной). Герои тут архетипичны до издевательских пузырей: мафиозо сверкает ботинками, пробором и бритвой, американские федералы принимают душ в черных очках, таджики бегают толпой, из украинца сыплются соли стронция (тут я привираю, но совсем немножко), а главных героев зовут, соответственно, «Герой Протагонист» (это имя и фамилия) и «И.В.», что значит «Искренне Ваша» (это ник).

При этом написана «Лавина» преимущественно в настоящем времени («Он стреляет» вместо «Он выстрелил»), чего я вообще терпеть не могу.

В общем, чего тут круги нарезать. «Лавина» — роман невероятной насыщенности, крутизны и мастерского куража. Он здорово и ветвисто придуман, роскошно сделан, богемски точно раздут в необходимых местах и отрихтован брыльянтовым надфилем по всей поверхности.

Отдышусь – упаду в «Алмазный век».

Странное ощущение от чтения складывается: с одной стороны много интересных идей и необычных взглядов на развитие технологий, с другой — ощущение постоянного стёба над происходящим, хотя вроде бы все серьезно. Я так и не понял, как надо относиться к героям и событиям. Сопереживать им не хочется, какие-то они фальшивые, как плохие актеры на сцене провинциального театра (орут, глаза пучат, руки заламывают — сплошная показуха).

Слишком много описаний. Любое мало-мальски простое действие утопает в куче ненужных деталей, никак не относящихся к происходящему, начинаешь уставать и отвлекаться, чтение не затягивает. Все происходит медленно, как в воде, хочется вырваться на нормальный темп, но не получается.

А еще в книге почти нет диалогов, все подается простыми абзацами текста. В какой-то момент создается ощущение, что ты читаешь энциклопедию фантастического будущего: необычно, но слишком много оторванных описаний и мало реальных действий.

Мир будущего Америки, мир франшиз, гиперинфляции и Глубины (шучу, Метавселенной). Хиро Протагонист, Главный Герой, негрокитаец-программист мастер вледения мечами, а также искренне ваша И.В., молодая девушка-курьер, разъезжающая на продвинутом скейте и гарпунящая машины, чтобы передвигаться по городу составляют основу сего произведения.

В книге много забавных моментов, начиная от доставки пиццы в определенный срок (иначе сам Дядушка Энцо полетит извиняться перед клиентом, а он этого не любит) и мужика разъезжающего на мотоцикле с ядерной боеголовкой в коляске заканчивая Плотом из тысяч кораблей, плотов и яхт, который движется течением по миру как большая помойка, перемещая вместе с собой мигрантов, и фондом туалетной бумаги с тысячей условий для большей толерантности в органе госкорпорации. Но об этом забавно рассказывать, читать далеко не всегда.

Понравилось представление мира, программистская составляющая книги вовсе не так дурна, иногда можно улыбнаться, интересная идея Вавилонского столптворения и сочетание умных людей с полнейшим абсурдом, который их окружает. Понравился диалог Хиро с Библиотекарем (этот момент на самом деле очень вытягивает всю книгу, там вся суть). Класный и продуманный мир Метавселенной.

Не понравилось представление об угловатых безумных русских, но это нормально для 1992 года. Ну не воспринимают программисты бинарный код на подсознании, даже если всматриваться в него не воспринимают, даже разобрать его нельзя без моральных затрат, так что не уверен, что вирус можно было бы внедрить вот так, показав сочетание нулей и единиц. Не понравилась какая-то несформированность людей. Хиро то мастер клинков, то забывает выворачивать кисть во время удара. Не понравилась затянутость, порой все описывается очень подробно и нудно, становится скучно читать и даже забываешь о чем сейчас речь, да и порой кажется, что автор взял список самых абсурдный вещей до которых он мог дотянуться во время написания книги и вставлял их в текст не задумываясь об их связности.

Автор описывает мир, являющийся корпоративной олигархией, в котором все поделено между франшизами, и преступными синдикатами. Страны в географическом плане мало что означают, а правительства этих стран могут значить еще меньше. Механика мироустройства, быта и IT сферы описаны немного наивно, но нужно сделать скидку – произведение увидело свет в 1992 году. Хотя до творчества Уильяма Гибсона не дотягивает, а он основные хиты написал на восемь — десять лет раньше.

Понравилось:

1) Яркие и гротескные образы героев. Казалось бы, автор не утруждался проработкой каждого характера, но все персонажи получились объемными, каждый награжден особенными чертами.

2) Мироустройство, в котором бандиты и воротилы возлагают на себя функции поддержания порядка, создания рабочих мест, двигателя экономики и всего прочего… В то время, как все государственные структуры погрязли в бесполезной бюрократии и хорошо, если сами не занимаются чем-нибудь преступным. Нил Стивенсон, однозначно, через свое произведение высмеял действительность в которой сам жил на момент написания романа. Многие вещи считываются и в современных реалиях.

3) Идея программирования человека и способы реализации такого программирования.

Не понравилось:

1) Долгий псевдонаучный и псевдоисторический запил о природе возникновения вируса и о древнем программировании людей. Хотя, если основную идею оставить и немного подшлифовать логику, то будет мощная теория заговора. Эту часть можно было-бы прочитать с интересом, будь она покороче.

2) Ситуация с собакой-андройдом, как песик почувствовал, что хорошей девочке плохо и т.д… в этом месте расхотелось читать.

3) «Экшон» который как бы есть и нет одновременно. Местами в развитии ситуаций отсутствует острота, на мой взгляд Стивенсон мог накрутить, напрячь читателя но не стал этого делать.

Роман не боевик, не откровение для ITшника, не философский трактат о бытие — похоже, что автор просто стебался над местом и временем в котором жил.

Местами неплохо, но всё, что касается виртуальной реальности, не мог читать без смеха сквозь слезы. Начиная с неплохой завязки, к финалу скатывается в лютый, бешеный трэш.

Извините, что пнул вашу священную корову ;)

Истории про «крутых сукиных сынов» всегда были и будут в моде. И у каждого поколения они свои. Когда в конце 80-х — начале 90-х эпоха Шварценеггеров-Сталлоне стала понемногу перемещаться к своему закату, на сцену вышли другие герои. Полумифические хакеры, на которых переключилось внимание ФБР с наркобаронов и шпионов (тут я, конечно, утрирую, но трудно отказаться от такого сравнения), взламывающие все что можно и перегоняющие себе на счета миллионы — вот он, новый пример для подражания. Может и поэтому расцвет киберпанка пришелся именно на эти годы — кому не понравится герой, назовем его прямо — Хиро Протагонист, одной рукой создающий виртуальные вселенные, а другой — воюющий самурайскими мечами. Все это я написал к тому, что при всех недостатках романа Нила Стивенсона, его главный герой крут настолько, что не может не понравиться — к тому же, создать героя, на которого хочется быть похожим — это большая удача любого автора. А недостатков, при всей моей любви к Стивенсону, в этом романе куча — очень тягучий сюжет, затянутая теория информационного вируса, номотивированные, а попросту говоря, глупые поступки героев и так далее. По сути, для меня, этот роман держался только на противоборстве двух персонажей — Ворона и Хиро, все остальные, ну может за исключением И.В., лишь декорации, причем из дешевого театра. Если честно, это и главный вопрос романа — что сильнее — крутое добро или мегакрутое зло? Что бы это узнать надо всего лишь прочитать «Лавину» или посмотреть любой из американских боевиков двадцатилетней давности.

Роман категорически не рекомендуется. Наличествует полный набор глупых подростковых анимэ-штампов, как то: супергерои-нинзя, мочилово на мечах, крутая девочка-скейтерша, мафиозный босс (лапочка и милашка), виртуальная реальность и крутой хакинг.

Но убивает не это, а астрономические количество фактологических ляпов. Такое ощущение, что автор поленился даже открыть энциклопедию, и сочинял сведения о лингвистике, истории и религии на ходу, высасывая из пальца.

Возможно, я что-то не понимаю, и анимешный жанр намеренно подразумевает фактологическую нелепицу и тупость, но в таком случае нужно честно предупреждать на обложке, что это книга-мультфильм.

Чувствуется, что «Лавину» Нил Стивенсон писал примерно в том же расположении духа, что и «Вирус Reamde»: одинаковый градус безумия, вновь боевик с хорошим чувством юмора, опять безудержный экшн перемежается с научными лекциями. В «Вирусе», правда, был еще упор на технотриллер, в «Лавину» же завезли киберпанк. Много киберпанка.

В книге отмечается дисбаланс практически всего. Ураганное действие так резко переходит в научные лекции, что возникает ощущение, будто спотыкаешься на полном ходу. При этом описание перестрелок и погонь далеко не всегда четко можно вообразить. Лекции в свою очередь написаны суховатым языком, что создает сильный контраст.

При этом идея романа очень интересная: угроза всему миру посредством метавируса, созданного на основе шумерских технологий и поражающего не только компьютер, но пользователя. Тут вам и обилие исторических справок, и рассуждения о мифологии и библейских верованиях. Вот только на одной идее далеко не уедешь. От мировой угрозы не чувствуется напряжения, потому что с персонажами есть определенные проблемы.

Главный герой – Хиро Протагонист, имя которого сразу намекает на определенный уровень стебности персонажа. Хиро выглядит как лоскутное одеяло: он и крутой хакер, и боец на мечах номер один, и разносчик пиццы, и занимается музыкой, и много чего еще. Из всего этого цельный образ персонажа просто не складывается. Он словно герой компьютерной игры, аватар игрока, который сам по себе не особо впечатляет.

Чего нельзя сказать о его напарнице И.В. и об антагонисте Вороне. Первая очаровательна своей непосредственностью и безбашенностью. Второй вызывает интерес благодаря флеру безумия, его окружающего. Все-таки похождения гарпунщика-байкера-алеута, укравшего ядерную боеголовку у русских не каждый день увидишь.

Мне кажется, что «Лавина» более комфортно себя ощущала бы в формате аниме-сериала, там настоящее раздолье для всякого рода отвязных историй, а зрители видали и не такое. Между тем, отдельного упоминания заслуживает юмор романа: сцена разборок с джиками, а также момент с дентатой заставили посмеяться вслух.

В итоге роман увлекателен, но требует к себе особого подхода с особым настроением. Чувствуется, что автор еще только разогревался и решил немного похулиганить перед более серьезными работами.