Мюнхаузен много раз встречался с медведями. Составил подборку эпизодов из разных частей книги.
Эпизод входит в полные ("взрослые") издания. В моих книжках взрослых изданий штуки три, но иллюстрация к эпизоду только одна (авторства Доре). Медведь, взорванный изнутри, разлетающийся на части. Как получился такой подрыв?
Раздумья о том, как глотка соединена с задним проходом, не оставляли автора (Бюргера) (первый эпизод был с ловлей вереницы уток на шнур с салом). В этом эпизоде при встрече с медведем (не в России, в Польше) у Мюнхаузена было при себе только два кремня, которыми, как известно, высекаются искры. Один кремень Мюнхаузен запустил в пасть медведя (что можно себе представить), а второй кремень — в задний проход медведя. Кремни встретились в утробе медведя, выбили искру, отчего медведь и взорвался.
Книжка оставляет простор для пытливых умов — мы понимаем, что взрыв произошёл не от самой искры, а от того вещества, которое искра воспламенила. В брюхе медведя скопились газы! До изобретения двигателя внутреннего сгорания оставалось полшага, но прошло больше ста лет, прежде чем догадались заменить медведя на металлический цилиндр.
В другой раз при встрече с другим медведем Мюнхаузен тоже выдал техническое решение. Сам он забрался на дерево, а нож выронил. Дело было зимой, Мюнхаузен пустил в рукоятку ножа струю мочи, которая замёрзла налету — нож удалось подтянуть, медведь был обречён.
Доре не рискнул воспроизвести в рисунке это техническое решение — барон к него пытается подцепить нож верёвочкой (но даже петли не видно).
Совершенно сказочный эпизод, который рассматриваю только для напоминания о лоскутности повествования.
Ничего оригинального. Попавши в плен к туркам, Мюнхаузен был поставлен сторожить султанских пчёл.
Два медведя напали на сказочную пчелу.
Мюнхаузен отогнал медведей, бросив в них топорик.
Топорик улетел на Луну, Мюнхаузен за ним полез и т.д.
И вновь автор размышляет, как через глотку попасть в зад. Этот эпизод Чуковский поместил в свой пересказ, с тех эпизод пор входит в канонический текст "детских изданий". Хотя в отличие от эпизода с уточками, у которых проглоченное сало тут же выскакивало из заднего прохода, здесь воспроизводится мучительная процедура.
1) Мюнхаузен, вернувшись с Луны, всё ещё в плену у султана. Медведи по-прежнему лезут за мёдом.
2) Мюнхаузен устроил ловушку: намазал мёдом оглоблю. Медведь, облизывая оглоблю, постепенно насадил себя на неё. Вышедший конец оглобли Мюнхаузен застопорил. Все художники разных времён и направлений с удовольствием рисуют попавшегося медведя.
3) Все рисуют, но не пацифистка Двоскина! У неё просто вид на медведя сзади. Наверное, хотела показать, как прекрасен задний проход, не разорванный оглоблей.
4) Воронцов домыслил продолжение, отталкиваясь от фразы, что султан наутро, увидев пойманного медведя, очень смеялся. Смешного медведя надо не убивать, а коммерциализировать — показывать в Стамбульском театре комедии.
В полном тексте книги во второй части есть "Восьмое приключение на море", в сокращённой переработке Чуковского для детей это эпизод "Среди белых медведей". Один из наиболее кровавых эпизодов. Но любимый художниками — все (кроме одного) отметились рисунками.
1) Мюнхаузен отправился в Арктику. Увидел с корабля ледяную гору с двумя белыми медведями.
Думал, что медведи дерутся, а они играли (излишняя деталь, которая, видимо, призвана придать достоверность рассказу).
2) Мюнхаузен высаживается, видит ледяное поле с белыми медведями.
3) Мюнхаузен подбирается к одному из медведей, вскидывает ружьё.
4) Мюнхаузен поскользнулся, упал, очнулся — над ним медведь.
Медведь потащил куда-то Мюнхаузена.
Сожрать хотел. Воронцов злорадствовать начал.
5) Но нет, не получилось покончить с надоевшим Мюнхаузеном. Напавшего медведя барон застрелил и залез в его шкуру. Этот момент, конечно, любимый у художников.
5.1) Элегантный запах только что снятой медвежьей шкуры у Майофиса.
5.2) Напряжённость Мюнхаузена: признают ли его медведи.
5.3) Одиночество: медведи-медведи-медведи. И маленький Мюнхаузен, если разложить лист-трансформер у Акатьевой.
6) Медведи поддались на уловку, признали Мюнхаузена за своего. Он стал жить в стае, а медведи даже почувствовали к нему симпатию. Этот фрагмент активно эксплуатирует Двоскина: очаровательные медвежатки...
...так трогательно доверились громадному Мюнхаузену.
Концепция Двоскиной направлена на то, чтобы не травмировать детскую психику жестокими байками. Но каково будет детишкам после таких рисунков узнать, чем всё закончилось? Современные мамочки, конечно, умеют обрывать канонические тексты в нужном месте, задолго до развязки. Но годам к тридцати деточка всё равно узнает правду.
7) Недолго продолжалась идиллия. Хищник в Мюнхаузене взял верх.
Показана техника забоя: Мюнхаузен в шкуре подкрадывается к медведю сзади и убивает его ударом кинжала в загривок.
8) Резня закончилась.
У Доре: было — стало.
Красота смерти у Майофиса...
...и у Алимова.
9) Мюнхаузен доставил шкуры и туши на корабль (из-за чего экспедиция так и не достигла Северного полюса).
Медвежьи шкуры Мюнхаузен отослал русской императрице (и это была ещё не Екатерина II).
В ответном письме, в благодарность за шкуры, императрица
цитатапредлагала мне разделить с ней ложе и корону
Самый-самый последний эпизод в "Приключениях Мюнхаузена". Откуда-то он куда-то вернулся — и надо же, опять медведь напал. Но Мюнхаузен схватил его за передние лапы (так что медведь взвыл) и держал его так, пока медведь не умер с голоду.
1) Композиция простая. Художники рисуют одну и ту же сцену, чтобы нам проще было сравнить их манеру.
2) Но есть и вдумчивые творцы. В детской версии Чуковский решил усилить момент смерти от голода и прибавил от себя, что Мюнхаузен держал медведя за лапы три дня и три ночи.
Двоскина рисует, как зрители заснули, пока Мюнхаузен вёл единоборство.
Воронцов показывает иссыхание медведя во времени.