Начало и продолжение цикла смотрите:
https://fantlab.ru/blogarticle95342
https://fantlab.ru/blogarticle95343
https://fantlab.ru/blogarticle95352
https://fantlab.ru/blogarticle95350
https://fantlab.ru/blogarticle95434
https://fantlab.ru/blogarticle95449
Восьмидесятые годы были, как это ни удивительно, периодом чрезвычайно бурного развития польского фэндома научной фантастики, что проявлялось, среди прочего, в количестве организованных конвентов. Власти сначала пытались навести порядок в фэндоме старым методом, навязывая ему основанную на PSMF структуру, содержательно-идеологические рамки которой должна была очертить редакционная коллегия недавно созданного журнала “Fantastyka”, но, вероятно, слишком уж опоздали. Уже существовали как независимый клуб “SFan”, так и Силезский клуб любителей фантастики (ŚKF), с которым мои пути пересеклись в Сташуве (Staszów) на конвенте, для отвода глаз проводившемся под названием «Дни фантастики» (“Dni Fantastyki”).
«Дни фантастики» были, конечно, организованы редакторами журнала “Fantastyka” — как мы бы сказали сегодня — в рекламных целях. Новый журнал хотел познакомиться с тесным кругом потенциальных читателей, ну и представить себя в качестве своеобразного Верховного совета польского фэндома.
Эти амбиции не удивительны, если глянуть на состав редакционной коллегии, мы увидим в списке Анджея Вуйцика (Andrzej Wójcik),
Яцека Родека (Jacek Rodek)
и, прежде всего, главного редактора — Адама Холлянека (Adam Hollanek). Тем не менее, реакция участников конвента на эти ухаживания была довольно-таки холодной; Адам Холлянек лишь с натяжкой годился на роль корифея, и незадолго для сташувских «Дней» опубликованный сборник его стихов, листавшийся любопытными за кулисами, не принес ему особой славы.
Неудивительно, что во время его выступления на конференции в зале слышались смех, злобные комментарии и все такое прочее.
Участвовавший в первый и последний раз в НФ-конвенте директор «Альфы» Ежи Высокиньский довольно резко отозвался о докладчике, а затем ушёл, а я вступил в разговор с тремя соседями, узнав, к своему удивлению, что каждого из них зовут Пётр и что все они представляют Силезский клуб любителей фантастики. Это были Пётр «Раку» Рак (Piotr “Raku” Rak),
Пётр В. Холева (Piotr W. Cholewa) он же PWC
и сам OŻW, то есть Пётр Каспровский (Piotr Kasprowski).
Мы мило побеседовали, не в последний, впрочем, раз. Я рассказывал им о планах нашего издательства. И узнал много интересного о ŚKF, его деятельности и планах на будущее. Конечно, о «Силконах» тогда и речи не шло; «Дни фантастики» стали первой ласточкой подобных встреч в Польше после отмены военного положения. Но в будущем...
Тем временем, однако, мне нужно немного вернуться в прошлое, потому что я забыл рассказать об одной зарубежной конференции, в которой участвовал чуть раньше. Тогда существовала и, думаю, существует до сих пор организация профессионалов научной фантастики (так называемая “World SF”), то есть объединение профессиональных писателей, художников-графиков, издателей — но не любителей и фэнов. Это показалось мне довольно странным, потому что научная фантастика без фэндома — это нечто вроде рыбы без воды; однако, когда в 1983 году я посетил такую, проводившуюся в Загребе конференцию по приглашению тогдашнего руководителя организации Брайана Олдисса (Brian Aldiss),
то увидел, как это работает.
Десятки знакомых друг другу людей собираются каждый год в каком-нибудь экзотическом месте, чтобы обсудить свои планы, выпить пару бутылок пива или чего-то покрепче и посетить по случаю интересные места — и всё это вдали от суеты крупных конвентов.
Кстати, благодаря «Альфе» мне удалось решить проблему с паспортом; попросту директор Высокиньский, хотя я ещё не был официальным сотрудником издательства, подал заявку на служебный паспорт, который я получил без особых проблем. Мне пришлось самостоятельно оплачивать и эту, и все последующие поездки, но каким-то образом удалось это сделать, хотя, конечно, я не мог позволить себе слишком многое. Но тут уж ничего не поделаешь...
Поездка в Загреб
предоставила мне возможность познакомиться и подружиться с очередными людьми из круга авторов и издателей — Гарри Гаррисоном (Harry Harrison),
Элизабет Энн Халл (Elizabeth Anne Hull, ученой-филологом, впоследствии женой Фредерика Пола),
Джанфранко Вивиани (Gianfranko Viviani, издатель из Милана);
также присутствовали представители «нардемов»: Петер Кучка (Peter Kuczka), из Венгрии,
Йозеф Несвадба (Jozef Nesvadba), из Чехословакии,
Еремей Парнов из Советского Союза,
из Польши помимо нижеподписавшегося -- делегация журнала “Fantastyka”. Парни поначалу косились на меня с опаской, но потом решили, что я не представляю угрозы для них как представителей единственного правильного течения в польском фэндоме, потому что даже начали предпринимать попытки подружиться, но без особого энтузиазма с моей стороны.
Тем более, что презентация нового польского журнала о фантастике чуть было не закончилась скандалом. Представители редакции раздавали экземпляры номеров журнала направо и налево, так что в итоге неизбежно созрел вопрос — с кем вы подписывали контракты на публикацию наших рассказов, повестей и романов? Писателей как-то не особо убеждали разъяснения о том, что наши законы об авторских правах позволяют (а они действительно позволяли!) публиковать рассказы в журналах и антологиях без разрешения автора при условии, что публикаторы отправляют гонорар в ZAiKS (о чем автор обычно не знал, поэтому гонорар лежал на неопроцентованном счету и с той или иной скоростью терял свою стоимость). В итоге “Fantastyka” согласилась отправить в секретариат “World SF” список произведений, напечатанных и планируемых к печати в журнале, а также урегулировать вопрос по контрактам. Я не знаю, полностью ли она это сделала.
На этой конференции членов “World SF” был также инициирован проект издания антологии рассказов авторов из разных стран на одну тему — как может выглядеть контакт между жителем родной для автора страны и пришельцем. Фред Пол, намеченный составителем антологии,
воспользовался моим присутствием и попросил меня помочь ему связаться с кем-либо из польских авторов научной фантастики на предмет возможного вклада в сборник. Он робко назвал имя Станислава Лема,
но я объяснил ему, что Станислав Лем уже отказался от «обычной» фантастики и вряд ли согласится; поэтому я предложил ему обратиться с этим предложением к Янушу Зайделю.
Януш уже был тяжело болен в то время, но взялся за выполнение заказа и выполнил его; вероятно, это был его последний текст, написанный перед смертью. Рассказ «Исключительно трудная местность» (“Wyjątkowo trudny teren”) был опубликован после его смерти в сборнике «Сказания с планеты Земля» (“Tales from the Planet Earth”) в 1986 году.
Следующая конференция членов “World SF” состоялась год спустя на итальянском курорте Фанано (Fanano).
Я привез туда свой перевод рассказа Януша для упомянутого выше тома, а также, как официальный делегат от Польши, представил отчёт о том, что произошло в польской фантастике за прошедший год. Однако самым важным событием для меня, как оказалось, стала встреча с Форрестом Дж. Акерманом и его женой Уэндейн (Wendayne).
Возможно, некоторые читатели до сих пор помнят приезд Форри на «Силкон» в 1985 году; тем, кто помоложе, я поясню, что он величайший фэн научной фантастики всех времён, а кроме того, издатель, литературный агент, критик, журналист, но прежде всего коллекционер книжных и журнальных изданий, а также сувениров sci-fi (именно он придумал этот термин – sci-fi -- почти полвека назад). В ноябре прошлого года Форри отметил своё 85-летие, и хотя по понятным причинам он не особо любит «Матрицу» и киберпанк (считает «Метрополис» Фрица Ланга лучшим фильмом всех времён), но ценит возможности, созданные современными технологиями, в чем можно убедиться, виртуально посетив его дом-музей.
Форри будет неоднократно всплывать в этих воспоминаниях, поэтому я лишь упомяну, что наша первая встреча была в основном посвящена планам по публикации в издательстве «Alfa» произведений А. Э. ван Вогта (A.E. van Vogt), которого он тогда представлял. Мы предварительно договорились опубликовать в Польше два тома произведений этого автора — мою подборку его рассказов под названием «Склеп зверя» (“Krypta bestii”) и роман «Слэн» (“Slan”).
В планы закладывалось также напечатание антологии классической американской фантастики, составленной самим Форри, но этот замысел так и не был реализован.
В завершение я упомяну “Eurocon 1984”, прошедший в Брайтоне (как и “Worldcon” в 1979 году) благодаря усилиям Джона Браннера, который был его главным организатором. Немногого недоставало, чтобы на этом нашей с Джоном дружбе пришел конец. В биографии одного из почётных гостей, французского писателя, имени которого я уже сейчас не вспомню, содержавшейся в выпущенном перед конвентом бюллетене, упоминалось, что он получил польскую литературную премию в 1982 году. В письме в один из фэнзинов я написал, что это, должно быть, была какая-то ошибка, потому что во время военного положения не было мероприятий, где можно было бы присуждать такую награду; и Джон, разозлившись, обвинил меня в том, что я навожу поклеп на доброе имя почётного гостя. В конце концов выяснилось, что один из высших функционеров Польского союза писателей действительно наделил француза какой-то премией, но на каком основании — никто не мог сказать. В любом случае, этот несчастный писатель никогда ничего не публиковал в нашей стране.
Приближался 1985 год, чрезвычайно насыщенный событиями...
(Продолжение следует)