В январском номере журнала начата публикация романа Теодора Старджона "Венера плюс Икс". О писателе имеется небольшая заметка редактора, а сама редакторская статья посвящена фильму про ... Вернера фон Брауна. После книги Роба Хансена "Гражданская оборона. Любители фантастики в Великобритании 1939-1945" удивительно как присутствующие фантасты на просмотре не освистали киноленту.
 |
|
Портреты писателей журнала "Новые миры": Теодор Старджон (Нью-Йорк)
Родился на Статен-Айленде, «заморском районе» Нью-Йорка (он расположен в пяти милях вниз по гавани от высоких башен, и даже сегодня там пасутся коровы). Родственники отца, по фамили Уолдо, приплыли туда около 1640 года, чтобы продолжить дело вальденсов, чье имя, как с радостью обнаружил Старджон, среди прочего, является этимологическим корнем слова «вуду». Семья его матери — канадско-английская, с тревожно высокой долей англиканских священников (его прадед был епископом Квебека, а недавно скончавшийся архиепископ Вест-Индии — двоюродный дед по материнской линии).
Образование Старджона весьма разрозненное, нежели глубокое, началось с престижной частной школы и продолжилось в полудюжине других, государственных и частных, в том числе в академии торгового флота. Отчим слыл видным педагогом в Филадельфии, и Старджон утверждает, что в домашней обстановке ему привили больше академической замшелости, чем в любой из школ. Самой большой мечтой мальчика было стать цирковым воздушным акробатом, но острый ревматизм положил этой мечте конец, и он сбежал в море, чтобы отомстить или что-то в этом роде.
Во время войны управлял отелем в Вест-Индии, а затем начал работать на тяжелой строительной технике, сначала в армии США, а потом и на флоте. Он занялся рекламой и некоторое время работал в крупном новостном журнале. Пишет с 1938 года, в промежутках между этим занимался самыми разными делами: от написания политических речей до прополки сорняков на нефтеперерабатывающем заводе; от приготовления еды на скорую руку до продажи холодильников, обходя дома как коммивояжер. Сейчас живет примерно в ста милях от Нью-Йорка, в который никогда не ездит, пишет весь день ставку в студии, в смешанном березово-сосновом лесу рядом со своим домом, где живут его прекрасная жена, четверо детей и несколько тропических рыбок. Никогда не отвечает на почту. И сожалеет об этом.
========================
Редакционная статья
Тед Карнелл "Звезды и фон Браун"
Фильм "Я стремлюсь к звёздам: история Вернера фон Брауна" (I Aim at the Stars: the Werner von Braun story, 1960, реж. J. Lee Thompson) не пользовался особой популярностью с момента своей мировой премьеры в Мюнхене несколько месяцев назад и последующего показа на Эдинбургском кинофестивале. Лондонская премьера в ноябре также не добавила блеска, и, похоже, компания Columbia Pictures, представлявшая эту постановку Morningside Production, посчитала, что держит тигра за хвост. Или ракету за фитиль.
Первоначально ко мне обратилось рекламное подразделение Columbia Pictures с идеей пригласить на лондонскую премьеру всех ведущих писателей-фантастов, но можно предположить, что, увидев список и не найдя там таких имен, как Герберт Уэллс, Жюль Верн и Олаф Стэплдон, они передумали и вместо этого прислали нам пресс-билеты на дневной сеанс. Несмотря на такое сокращение числа ныне живущих, некоторым из нас удалось посетить премьеру (Уиндем, Баллард, Селлингс, Темпл, Райт, Льюиса (Брайана, а не Синклера) Флуда и других.
Когда мы сели, фильм, по-видимому, уже начался, и нас застали врасплох типичные для научной фантастики темы путешествий во времени — смерть фон Брауна в будущем от падения с крыши. Десять минут спустя мы поняли, что смотрели концовку драмы под названием "Портрет в черных тонах" (Portrait in Black, 1960, реж Майкл Гордон). Это были лучшие десять минут за весь день.
Впечатления Уильяма Ф. Темпла были следующими: «Курт Юргенс, который, кажется, закрепил за собой роль неохотного нациста (не так давно он был капитаном подводной лодки), здесь играет фон Брауна, стремящегося к звездам и попадающего почти во все остальное. Без раскаяния. У него есть навязчивая идея – Вселенная. Его остальные идеи довольно запутанны. Он одновременно и нацист, и не нацист. Он патриот, который дезертирует из своей страны. Он оппортунист с высокими идеалами. Его бог – знание, но он не хочет знать о том, что его ракета Фау-2 упала на детскую больницу».
«Единственные красноречивые реплики в этом потоке голливудских диалогов — это те, что ему выдает бывший журналист, майор Таггарт (в исполнении Джеймса Дейли). Фон Браун, — говорит он, — бессовестный убийца, но меняет свое мнение, когда убийца выводит на орбиту американский спутник и тем самым становится американским героем».
«Таким образом, фильм не несёт в себе чёткого сознательного посыла. Однако косвенно он может помочь зрителю решить, являются ли аморальные учёные ценным активом для человечества. Он может задуматься над тем, что Вселенную нельзя покорить просто посетив её, так же как крыса не покоряет собор Святого Павла, взобравшись на него. Единственное истинное завоевание достигается путём понимания. В показанном фильме понимание фон Брауна сравнимо с пониманием десятилетнего мальчика, играющего с фейерверками».
Как отмечает Лен Райт, фильм делится на две части — техническую и идеологическую. Технические кадры ракет Фау-2 и ракет, несущих спутники, были подлинными, поэтому создают убедительную ауру правдивости и точности. «Но, — говорит Райт, — в идеологическом плане фильм создавал впечатление, что создатели пытались обелить фон Брауна. Я больше сочувствовал Таггерту, который преследовал фон Брауна во второй части фильма. Тем не менее, я не мог поверить, что армия США позволила бы такому человеку с его взглядами выступать в качестве офицера связи с группой захваченных немецких ученых».
Цитата Джима Балларда: «Ракетостроение, одна из главных ветвей прикладной научной фантастики (другая – психиатрия), похоже, привлекало фон Брауна не столько по технологическим причинам, сколько как средство для прекращения его навязчивого стремления в космос».
«Если бы фильм исследовал эту странную мотивацию, он мог бы стать интересной психологической феерией, но вместо этого он концентрируется на политико-моральных аспектах его работы над ракетами Фау-2 во время войны, которыми сам фон Браун никогда не интересовался. Большая часть действия происходит в Пенемюнде, а пантомимные эсэсовцы, бесконечные сцены в бункерах и приближающиеся русские орудия опасно приближают фильм к тому, чтобы стать "Историей Евы Браун"».
Последнее замечание перекликается со всеми нашими реакциями на типичную попытку показать человеческие судьбы, которая была привнесена в тему, чтобы придать ей хоть какую-то привлекательность для женщин в прокате (научная фантастика и космонавтика всегда были преимущественно мужской сферой). Второстепенная сюжетная линия Маты Хари, разворачивающаяся в бункерах и при взрывах, с прекрасной шпионкой, которую великолепно сыграла Джиа Скала.
В основном, фильм испорчен плохим сценарием, в котором разворачиваются любовные отношения между фон Брауном и его женой Марией (Виктория Шоу).
Артур Селлингс выражает общее мнение: «Я считаю, что это хорошо сделанная чепуха. Вопрос в том, должны ли моральные проблемы, в конце концов, быть предметом чепухи? Главная моральная проблема в этом фильме — социальная ответственность учёного».
«Многие возражали против обеления образа фон Брауна. Но обеление, или, скорее, искажение ценностей, распространяется почти на всё, к чему прикасается фильм. Например, он подразумевает, что американцы могли бы запустить «Спутник» на орбиту раньше русских, если бы фон Брауну отдали рукводство раньше. Я, например, в это не верю. Но о центральной проблеме этого фильма уже достаточно сказано. Мне кажется, всё зависит от того, на чьей стороне вы были. По поводу Хиросимы было слышно лишь несколько невнятных бормотаний совести».
Лично я считаю, что ответственность человека лежит перед этикой — перед принципами, а не перед страной или политической целесообразностью. Но в этом сложном мире принципы искажаются. Проблема фон Брауна касалась каждого учёного, каждого человека. Но фильм — да, я должен прийти к такому выводу — обманывает. Фау-2, возможно, проложила путь к высадке человека на Луну. Фау-1 же только разрушила её.
«В фильме ракета Фау-1 не упоминается».
В фильме на считанные 10 секунд появился персонаж по имени профессор Герман Оберт — интересно, зачем его вообще включили в кадр?
========================
======================
Мемуары и документы английского фэндома времён второй мировой войны. Среди знакомых нам персоналий Артур Кларк (фантаст номер два планеты Земля), Тед Карнелл (редактор журнала New Worlds с 1946 по 1963 годы, пока его не сменил Майкл Муркок с нововолнистами), Джон Бейнон Харрис (более известен под псевдонимом Джон Уиндем — «Отклонение от нормы», «День триффидов»), Эрик Фрэнк Рассел («Оса», «Аламагуса», «Зловещий барьер»). На обложке документальная фотография: остатки паба The Red Bull (Красный бык), разрушенного во время немецкого авианалета 16 апреля 1941 года. В этом пабе проходили встречи лондонских читателей фантастики, где они обсуждали книги и журналы.
цитировать
свернуть ветку