Такая классная история и такой недобрый финал. Ужасно.

Только-только завязалась телепатическая дружба Маленького и БОЛЬШОГО и вдруг смерть, кишки, кровище... Какая-то бессмысленная бойня.

Колючие люди, колючий цветок.

Забыты надежды, потерян исток.

Кинжальные иглы холодного дня

Сменяют уколы ночного дождя.

Но есть где-то в мире Фонарь и Скамья,

Там свет, и тепло, и уют, и друзья.

Там дворник Петров с вот-такой бородой!

С огромной метлой и с добрейшей душой.

Там листик чернилами плачет не зря,

И ветер его отнесёт за моря,

Немного подсушит, подвесит на сук,

Чтоб кто-то прочёл, кому так недосуг.

Ведь так не бывает, чтоб много друзей.

В дороге избытка не видно скамей,

Не все фонари разгоняют нам тьму...

Колючки не прячь — я тебя обниму.

Вполне приличный сборник получился. Ожидаемо, но всё же. И довольно разнообразный.

Есть рассказы, обыгрывающие реальные события, есть картины «после катастрофы», есть притчи. Сатира, юмор — где-то более язвительные, чаще добродушные.

Самый «успенсковский» рассказ (на мой взгляд) — «Из сырой земли» Ольги Кузьминой.

В целом, приятно было оказаться в такой компании.

Очень интересная статья. Никогда иллюстрациями книг не увлекался и мало знаю имён, но теперь «открыл» для себя Виктора Бахтина. Невероятный художник.

Если требовать от бога слишком многого, если убивать его из прихоти посмотреть, как он воскресает, то в один прекрасный день бог может обидеться и уйти. И ему на смену придёт другой бог, совсем не такой смиренный.

Все, кто на этой кровати умер. Все, кто решил отказаться от жизни. Все, кому суждено быть навеки привязанным к технологическому чудо-устройству.

И один герой, выплывающий из комы, чтобы узнать себя.

Для спасения угасающих жителей Земли диггеры рыщут по всей Галактике, чтобы добыть из Ульев маток, из которых делают поддерживающую сыворотку. Вот только в один прекрасный день матка выходит с диггером на контакт.

Когда охотишься за кремневыми обезьянками в океане Венеры, будь готов к мести гигантского осьминога Тёмыча, у которого украли яйца для земного зоопарка.

Кто-то украл у сердитой дамы мобильный телефон. В кафе немного посетителей, но чтобы обыскать всех, героине приходится остановить время. Иначе Шерлок Холмс не подмигнёт с обложки.

Двое студентов сваяли простенькую программку-предсказателя. На экране молодая ведунья бормочет оккультные слова вперемешку со словами, услышанными от пользователя. Но вот незадача: если услуги предсказательницы оплатить, предсказанное сбывается. Но как?!

Кто превращает мужчин в окаменевшие статуи и почему? Эти вопросы предстоит решить единственному в отделе следователю-женщине. Все остальные, хоть и ходят теперь в солнцезащитных очках, опасаются браться за «дело Медузы». Следы преступника ведут в детский сад.

Мир уничтожен людскими руками. Не осталось ни животных, ни деревьев, ни воздуха. И с каждой грозой прилетают железноклювые птицы. Они ломают как картон стены бункеров, хватают виновных в исчезновении мира и уносят на Суд. Но если ты уже мёртв, птицы тебя не замечают.

Писатели собрались в пансионате в Горках. один из них — андроид. Кругом всё дышит историей, от древних вятичей до Ленина и ВОВ. И странные собеседники возникают в парке во время дождя.

Простая песенка. Чистая, светлая. Про жизнь, труд, детей, кино. Жаль, что в переводе.

Все вперед, полком единым

Большевистский строй идет.

Лётом сталинским, орлиным

Мудрый вождь страну ведет.

Лучезарными огнями

Жизнь сверкает нам сейчас...

Слово Сталина меж нами,

Воля сталинская в нас!

----------

Рой колдунов. Летучий шабаш. Сорокин завидует.

Кроме этого орлиного образа в стихах нет вообще ничего. Орёл родился, орёл взмахнул крылом, все тоже замахали крыльями и летят, летят, летят.

Как предполагается это петь, я не знаю. Но хоть откровенного бреда нет.

Это реально жутко. Это песнь рабов господину. Очень тягостное ощущение от всего лишь 18 строчек.

В отрывке хлеборобка Ксения рассказывает свой сон, где в поле, в Дубравке, в колхозе встретила Сталина.

Почему автора не расстреляли сразу, я не знаю. Может, потому, что и рассказчица вроде как простая женщина небольшого ума, да ещё и сон, но Сталин изображён карикатурно. Когда Сталин достаёт карандаш и блокнотик и как корреспондент газеты «Сельская новь» начинает записывать достижения колхоза — я бы за такое точно расстрелял.

Ещё есть такой смешной диалог:

«Я рад за ваших земляков».

И вдруг остановился.

«А как работает Дубков?—

спросил, —Остепенился?»

«Дубков, товарищ Сталин, —клад,

дела Дубка идут на лад.

Его мы сельским миром

избрали бригадиром.

То есть Сталин интересуется то ли своей креатурой на должность бригадира колхоза Дубравка, то ли своим кумом, кузеном, боевым товарищем, уж не знаю, кем ему этот Дубков приходится.

Смешно, да. В 1947 году — особенно.

— К чему б, девчата, сон такой?

— А это к счастью, Ксенья .

Конец отрывка подсказывает читателю, что сон можно толковать, то есть не понимать впрямую, а считывать и интерпретировать образы.

А что у нас есть? Есть Сталин в военном мундирчике, есть поле, есть угадываемый вдалеке агроном, сиречь Сеятель. Есть интерес Сталина к Дубкову — явно дубоватый персонаж, но поставлен главным Жнецом (?). В конце сна Сталин пешком уходит за Агрономом, оставив людям Бригадира дубового. А, видите? Не так-то сон и прост.

Очень неплохое стихотворение. И пафоса в меру, и мысль есть.

Это забавно.

Было бы дело сейчас, я бы подумал, что автор пользовался сервисом подбора рифм. Может, у него и тогда такой справочник был...

Баку, веку, наверху, строку, начеку, соку, языку, щеку, секунд, большевику.

Или вот: строк, срок, слог, строг, зажёг, порог.

Смысла ноль, конечно. Какая-то виноградная лоза, щекой к щеке с рабочими Баку...

«труд набухает из завязи в плод» — что эта ахинея значит? «пульс миллионов сердец»... Чатджипити нервно курит в сторонке.

Но поржать можно, за что и повысил оценку.

Хорошо написано. Не все слова понятны, всё-таки от советских реалий я далёк, но общая идея понятна. В кино — портрет Сталина, в детсаду — портрет Сталина, на собачьей будке, на трансформаторной — везде его портреты. Без этого ж могли и забыть. :)

Мир не так прост и понятен, если у вас в руке стаканчик с мультяшным Достоевским. Смешная вещица, хулиганская.

Да, это тот случай, когда важен не финал, а атмосфера. Которая задана картиной.

Специфический жанр, обычно картины пишут к сценам рассказа, а тут наоборот.

Мне оба героя понравились, и детектив, и подозреваемый. Что вообще-то быть не должно, но автор так беззлобно описал обоих, что как-то ни чью сторону не принимаю. Плюс некая безумная обстановка с летающими невестами и с в них влюблёнными поэтами, она сглаживает чудовищность людоедства.

Хороший рассказ.

Семейка Лобачевских как ячейка террористов, рассадник вольнодумия и угроза Математическим Законам антиутопии. Кто в детстве за гаражами не попересекал параллельные линии? Шалости, обычные шалости.

Типичный короткий рассказ начинающего автора. Одноходовая зарисовка с недомолвками и с отсылкой то ли к Фаусту, то ли к Дракуле, а то и к обоим вместе. Подкупает, что эта первая попытка писательства обращается не к теме межгалактической войны или к сюжету доминирования самца над гаремом самок, а к образам и темам, близким мирным взрослым людям: спасение ребёнка, выход на пенсию и т.п. С лёгким, подкупающим юмором. Неплохое начало, но, конечно, не шедевр. Не хватило образа ошарашенной жены пенсионера, которая планировала отдых на даче, а стала приёмной мамой. С женой рассказ получился бы существенно сильнее, имхо.

Не могу удержаться, чтобы не привести отзыв нейросети. Во многом он совпадает с моим мнением, но, конечно, глубже, точнее и словомудрее. :))

P.S. Верить нейросетям нельзя. Верить можно только мне.

Милая история про корабль на кошачьем приводе. И животное выбрано идеально. Ни собаки, ни лошади двигать космический корабль в одиннадцати измерениях, очевидно, не могут. Только независимые кошачьи.

Я с glupec согласен. Слабый, невнятный рассказ. Кому сопереживать? Грабитель толком не смог объяснить, почему хозяин дома ему задолжал. Больше похоже на расплывчатую обиду на более удачливого конкурента, чем реальное мошенничество. А с другом что? Тоже некий расплывчатый неудачник. У меня грабитель не вызвал большого сочувствия.

Герои Лондона — сильные, смелые люди. Да, могут ошибаться, могут идти на преступление, но они не занимаются жалобами-нытьём. Давайте вспомним другой рассказ Джека Лондона — «За тех, кто в пути!». Я напомню фабулу, кто не читал, не открывайте спойлер.

При этом историю героя рассказывает не он сам. Он только показывает медальон. Герой просит разбудить его через три часа, хотя смертельно устал. Герой покупает упряжку, герой несётся сквозь мрак и жутчайший холод в погоню (якобы). Понимаете? Даже если бы герой был полным мерзавцем, его настойчивость, его целеустремлённость уже вызывают капельку уважения и сопереживания. А уж когда выясняется, ради чего он так бежит и куда — тут полный катарсис.

Вот это реально сильный рассказ. И рассказ в духе Лондона.

А тут... растерялся перед женщиной?

Опять же, вспомним рассказ про коварную женщину. Великолепный рассказ. Называется «Дочь Северного сияния».

Всё прекрасно. В финале чуть жалеешь недотёпу, усмехаешься уловке женщины — никаких негативных эмоций. Вот это — Джек Лондон, которого я люблю.

А тут? Поначалу она вызывает уважение. Не испугалась, не убежала. Затем решительность она понемногу теряет и в конце уже не может нажать на спуск. Если уж она такую комбинацию провернула, если не поверила в историю грабителя, если ей так важно покрасоваться перед подругами, так чего ж не выстрелила? Уж много больше собрала бы лайков, ахов-охов и завистливых взглядов.

Опять же, вспомним ещё один рассказ Лондона, про бесчувственную тварь. Называется рассказ «Под палубным тентом».

Прекрасный рассказ. Яркий, точный, обличающий. В отличие от рассматриваемого.

Грабитель в дверях обзывает девушку плохим словом. Ой-ой. Отняли револьвер у маленького. Чего ж ты на работу не согласился? Ливрею носить тебе противно. Ага, конечно. Лучше вламываться в чужие дома и сквернословить.

В общем, никто из героев этого рассказа до уровня героев Джека Лондона не дотягивает. Ни в положительную, ни в отрицательную сторону. И сюжет невнятный.

UPD. Хотите сильный рассказ про неудачника, который решил стать грабителем? И такой есть у Джека Лондона. Называется «Finis».

История трагическая, но увы не единичная. Племена и народы, отставшие в техническом отношении (а для северных народов это всегда так, потому что все силы уходят на выживание), рано или поздно были сметены более развитыми. Уж сколько мирных народов было уничтожено в самой Европе, какие цивилизации каменного и бронзового века были растоптаны железными конями германцев и славян, как появились и исчезли прекрасноликие Народы Моря, как жесткосердечные дорийцы присвоили себе право называться греками, потеснив ахейцев, которые, за пару веков до этого, сами вторглись в Грецию с Балкан. А несчастная Англия, родина гостеприимных пиктов и древолюбивых кельтов? Сколько вторжений и переселений народов вытерпела эта земля, политая кровью завоевателей. Увы, римляне, затем юты, англы и саксы, затем франки и норманны полностью уничтожили коренное население Англии.

Я привожу эти примеры не из сарказма. Увы, но так происходило тысячелетиями. Можно ли это остановить? Есть единичные примеры у Индии и Бразилии, но в целом — нет. Пока есть на Земле хоть одна группа сильных и плодовитых, она будет теснить соседей, те ещё более слабых соседей своих и т.д. Не исключено, что скоро к потомкам северных индейцев придут не белые англосаксы, а темнокожие зулусы. Закон есть Закон.

Что касается самого рассказа, то особой жалости индеец у меня не вызвал. Прежде чем начинать охоту-войну, нужно изучить добычу-врага. А он даже не удосужился выучить язык. И когда понял масштабы бедствия, опустил руки.

Неоднозначный рассказ. Конечно, вставать на сторону человека, решившего грабежом поправить свои дела, никто не будет, но герой настолько жалок, настолько подробно автор описывает быт, порции еды, крошки чая, что чуть-чуть сочувствия появляется. Но главное чувство от рассказа — безысходность. Джек Лондон показывает не героический Север, а заледеневший. Когда холод одиночества заменяет душу, когда думать как человек человек уже не может. Герой мог бы попросить помощи у трактирщика, с которым встречается дважды. Но нет. И это уже не гордость, это неспособность поступать иначе, чем зверь. В другом климате, в другом обществе подобный герой нашёл бы себе работу или выпрашивал бы милостыню или пригрелся бы где-то в монастыре — неважно. Но все эти действия требуют взаимодействия с людьми, требуют понимания, что другой человек не враг, не только источник жизни, как это формулирует герой, а товарищ. К несчастью, герой рассказа в «белом безмолвии» деградировал до уровня животного, единственная цель которого — прожить ещё немного. Вдумайтесь! Два месяца, разлагаясь от цинги, с отмороженной рукой, теряя сознание в голодных обмороках, поджидать в засаде добычу по силам (постоянно убывающим). И это в пяти километрах от города.

Примечательно, чем в то время попрекали Гончарова и от чего он отбивался.

«Нередко слышишь упреки: зачем художник избирает такие сюжеты, как, например, болезни-страсти, их уродливости, безобразные явления, и такие лица, как Вера, Бабушка, с их падениями, и, наконец (о ужас (франц.)), жена Козлова и Марина?»

Марина — это дворовая замужняя женщина, ночами спавшая с кем попало в лесочке.

Мне-то казалось, что подобные вопросы устарели лет на сто, ан нет. В последней трети девятнадцатого века... хм.

Гончаров отвечает логично — это ряд женщин с разным отношением к «падению». Так и надо исследовать явление, тут я полностью согласен. От недотроги неведующей и недотроги боящейся до полной распутницы, не останавливающейся ни перед чем.

Прекрасно Гончаров описывает и цели литературы (тоже согласен с ним):

«Оно (искусство) так же, как наука, учит чему-нибудь, остерегает, убеждает, изображает истину, но только у него другие пути и приемы: эти пути — чувство и фантазия. Художник — тот же мыслитель, но он мыслит не посредственно, а образами. Верная сцена или удачный портрет действуют сильнее всякой морали, изложенной в сентенции.»

Потом Гончаров переходит к детальному описанию чувств Веры и возможности в жизни ситуации, описанной в романе, и это грустно. Грустно, что приходится автору расписывать такое. При том, что мне, читателю «Обрыва» спустя 150 лет, всё было понятно без объяснений.

Недавно подобное встретил у Джека Лондона. В предисловии к роману «Джерри-островитянин» автор приводит примеры каннибализма, чтобы доказать жизненность событий романа. Гончаров до примеров не дошёл, но близок к этому. :) Вот что значит писать реализм. Без пруфов обзовут очернителем. «Не может такого быть!», «Да как вы смели?!», «В СССР секса нет!». Ох, читатели-читатели.

Последний упрёк повеселил.

«За Бабушку меня особенно казнят: зачем я «не пощадил ее святые седины», как выразился один красноречивый критик.»

Гончаров отвечает:

«Пожалуй, для романа, как для картины, оно было бы трогательнее и эффектнее, если бы я обошел ее, но тогда не вполне была бы достигнута цель моего романа, которому я хотел придать более значения, нежели послужить развлечением на несколько часов.»

И это правда. Из-за этой бабушки я пять отзывов накатал, а мог бы пройти мимо.

Откровенно, но и попытка оправдаться. Признал, что о народе мало написал, но тут же Бабушку выставляет чуть ли не идеалом. Хотя, я уже много раз писал, она всего лишь рачительный управленец с двойной моралью — для своих и для подневольных. Она и не скрывает этого. Столбовая дворянка.

Гигантская часть предисловия отдана восхвалению неких реформ, дарованных верховной властью. Тут и отмена крепостного права (видимо), и отмена цензуры, и открытие женских учебных заведений, и ещё много в том же духе. Основной посыл — вот теперь заживём! теперь есть чем заняться, куда молодёжь пристроить. И тут же: больше реформ не надо, эти бы освоить за пятьдесят — сто лет.

У России особый путь, но надо брать из Европы лучшее... Научный прогресс бесконечен, а нравственный суть приближение к идеалу, данному в Евангелии... В общем, разумно, без парадоксов.

Сетования, что роман не так поняли, что роман немного устарел, но это правильно, потому что только издалека видится главное...

Нормальное предисловие, интересно было почитать.

Прим. У меня в издании 1972 года https://fantlab.ru/edition132559 указана дата написания этого предисловия, не знаю, почему тут, в карточке, этого нет:

Ноябрь

1869.

С.-Петербург.

---

в примечании указано также:

Впервые опубликовано в сборнике «И. А. Гончаров. Литературно-критические статьи и письма». Л., 1938.

Не так часто писатели оправдываются перед публикой, объясняются с критиками и раскрывают вложенные в произведения смыслы. Так что стоит сказать спасибо Гончарову уже за это. Тем более, что во многом с ним я согласен.

Действительно, три романа: «Обыкновенные люди», «Обломов» и «Обрыв» — суть три части, три картины, три стадии заката крепостной, старой России. И персонажи из этих романов суть развитие типов на протяжении лет, как мужских, так и женских. Но что же обижаться, если из этих переходных личностей по истечении времени, на дальнем расстоянии, остались различимы только несколько из них, наиболее цельные?

Наибольшая часть статьи посвящена «Обрыву». Это понятно: последнее всегда ближе.

Прекрасно, что сам автор в этой статье подтверждает то, что я высказал в отзыве на «Обрыв», а именно, что первая часть написана слабо и что персонажи из неё очерчены схематично. Вот что пишет Гончаров:

«Здесь я должен сознаться в полной своей несостоятельности в изображении фигуры Софьи Беловодовой. Я не знал тогда вовсе, и теперь мало знаю, круг, где она жила, и тут критика вполне права. Это скучное начало, из которого вовсе нехудожественно выглядывает замысел — показать, как отразилось развитие новых идей на замкнутом круге большого света. И ничего, кроме претензии, не вышло из этой затеи.»

Признал, и хорошо. Но Гончаров отстаивает Райского как центрального, важного героя «Обрыва». Что ж, автора можно понять: столько труда вложено, столько сил отдано. Но опять же, сам Гончаров (в этой статье) признаёт, что Райский — тип переходный, этакий полупроснувшийся Обломов, который вроде как и хочет к чему-то приложить руки, но не способен на долговременные усилия. Так ровно таков же сам Обломов под влиянием Ольги или рядом со Штольцем. Так что непонятно мне, как наблюдателю дальнему, какой в Райском смысл, когда уже написаны и Обломов, и его противоположность — Штольц. Отвечая критике, Гончаров заявляет, что век менялся так быстро, что все промежуточные типы устарели раньше, чем он их описал (ну да, если роман писать двадцать лет, так и будет), но! они нужны для полноты картины и художественной правды. Возможно. Не буду спорить. Но и помнить их тоже не буду. Что Райского, что Волохова, что уже-забыл-как-звали нищего учёного.

При этом Гончаров сетует, что образы положительных героев в русской литературе вообще не удаются (к этому я вернусь в конце).

Переходя к женщинам, автор справедливо выделяет в своём романе Бабушку, Веру и Марфеньку и раскрывает, что же он хотел донести до читателя этими персонажами. Вот только счастливый брак послушной Марфеньки как-то не вписывается в предложенную автором идею о необходимости движения «на свет, к новым и разумным благам». Как-то так выходит, что бабка виновата в грехопадении Веры. Мол, не смогла уберечь её от новых опасностей, потому что сама о них не знала.

«Бабушка берегла ее только от болезней, от явных и известных ей зол и бед и не приготовила ни к каким неведомым ей самой бедам.»

Ну, это... нет слов.

В своём довольно резком отзыве на роман «Обрыв» я удивился, насколько контрастирует жизнь помещиков с протекающей на их глазах жизнью дворни. Не буду повторять здесь. Но в очередной раз вижу, как трепетно русский писатель отслеживает малейшие душевные колебания тунеядцев-нахлебников, которые по большому счёту сводятся к тому, что им нечем заняться.

Неудивительно, что среди них трудно найти положительного героя. Не там ищешь, Гончаров. Вся эта биомасса способна только паразитировать на труде крестьян, более или менее успешно. Да, в «Обрыве» есть Тушин, и Гончаров его справедливо хвалит.

«Фигура Тушина обрисована у меня в двух-трех местах (II том, V глава, далее в главах XVI и XVIII того же тома).

Это бессознательный новый человек, как его выкроила сама жизнь. Он прост, потому что создан таким, он работает, потому что иначе жизни не понимает, как не понимает и того, как можно, узнав Веру, не любить ее. Он мудро, то есть просто, здравым смыслом, решает вопросы и своей и чужой жизни, между прочим, Бабушки и Веры, когда они обратились к нему, и идет по своему пути твердым, сознательным шагом.

Он весь сложился из природных своих здоровых элементов и из обстоятельств своей жизни и своего дела, то есть долга и труда. Он простой, честный, нормальный человек, понимает и любит свое дело, к которому поставила его жизнь. Природа дала ему талант быть человеком — и ему оставалось не портить этого, оставаться на своем месте.

«Почувствовать и удержать в себе красоту природной простоты» — по словам Райского, в этом и вся его заслуга. Верить в эту простоту, быть искренним, понимать прелесть правды и жить ею, то есть иметь сердце и дорожить им, «если не выше, то наравне с умом». Тут весь очерк его.»

Прекрасно. Вот только что же он в романе один такой? Ответ простой: Гончаров не видит в не-дворянах людей. Которым ровно так же «природа дала талант быть человеком» и которые удерживают в себе «красоту природной простоты». Бабушка, Вера, Марфенька, Райский управляют, но не выдвигают наверх способных, талантливых крестьян. Вся их забота сводится к раздаче мелких подарков. При этом не препятствуют разврату и скотству дворни.

В последней части статьи Гончаров отвечает любителям реализма.

«художественная правда и правда действительности — не одно и то же. Явление, перенесенное целиком из жизни в произведение искусства, потеряет истинность действительности и не станет художественною правдою.

... художник пишет не прямо с природы и с жизни, а создает правдоподобия их. В этом и заключается процесс творчества!

Пособием художника всегда будет фантазия, а целью его, хотя и несознательною, пассивною или замаскированною, стремление к тем или другим идеалам, хоть бы, например, к усовершенствованию наблюдаемых им явлений, к замене худшего лучшим.»

Вполне исчерпывающий ответ, как по мне.

Довольная интересная статья. И сам Гончаров раскрылся, и многие мои замечания подтвердил.

P.S.

вот это прекрасно:

«И русские Марфеньки и Викентьевы никогда не ослушаются бабушки!

Они всегда бодро, резво и послушно, под ее глазами, пойдут по пути, покоряясь переменам, одобренным бабушкою, не нуждаясь ни в каких идеалах «нового счастья», не думая о будущем, не скучая жизнью в своей среде!

Эта часть поколений, толпа, большинство, будет жить, плодиться и множиться, и населять Русь, посменно работая, веселясь, подчас горюнясь и никогда не терзаясь неведомыми ей мучительными вопросами!»

Я бы только добавил: «И русские Марины будут раздвигать ноги перед каждым прохожим, и русские Савелии будут дубасить Марин поленами, и жаловаться бабушке, а той будет пофиг, как пофиг на проделки Егора, повальное пьянство и другие беды российского народа».

Небесспорная, но познавательная статья о Белинском, которого Гончаров знал лично. Автор выделяет как главную такую черту публициста и критика как страстность. Это идёт несколько вразрез с моим поверхностным знанием о Белинском. Настолько поверхностным, что я не знал даже, что Белинский умер, чуть не дожив до 37 лет.

Было интересно прочитать.

Очень интересная статья. Основная мысль: мы совсем не знаем Грибоедова. На его устных рассказах выросло поколение литераторов, на его музыкальных импровизациях — толпа композиторов, а случайно брошенные стихи создали новое направление в поэзии. Прибавьте к этому пропажу всех личных бумаг после гибели в Тегеране и вы получите портрет титана, чьё наследие будет влиять на человечество многие тысячи лет, если, конечно, мы обнаружим грибоедовские бумаги в иранских архивах. Человек-колосс, человек-загадка.

Да, повесть о жителях одной деревни, об их отношении к чужой беде, о взаимовыручке и как деньги людей разобщают. Но разве в городе не так? Я помню несколько фильмов, где точно такие же вопросы поднимались на заводском собрании или в коммунальной квартире, и да, председатель прав: когда просят сразу у всех, людям стыдно отказаться, а когда наедине подходишь к каждому, всегда найдутся отговорки.

И всё ж таки председатель не решился собрать общеколхозное собрание (как виделось герою во сне). И можно догадаться, почему. Тюрьма, она немного инициативу приглушает.

Ничего про тяжёлую житуху колхозников я не увидел, а вот человеческие характеры показаны предельно откровенно и честно.

Деревенский магазин — тоже показательная штука. Сейчас рассказывают, что в СССР до Горбачёва не было дефицита, а вот поди ж ты, в 1967 году какую-то драную клеёнку получали только по особому случаю и раскупали до открытия магазина. Зато алкоголь тоннами завозился, видимо, если всегда был в наличии.

Кстати, в том общеколхозном сне средний взнос определён в пять рублей. Пять! У Василия отложено двадцать, но он их не даёт. Пойти к зажиточной соседке или за гробовыми к матери — пожалуйста, а свои двадцать — зачем? Собрал бы бригаду свою, скинулись бы по десять-двадцать — не-е-е-т, не пришло такое в голову.

Жизненные типажи. И неважно, деревня это или общежитие или автобаза или коммуналка или...

У меня повесть не пошла влёт. Долгие описания происходившего в душе дезертира утомляли. Обилие прилагательных подбешивало. Многократное использование тире возмущало. В общем, читалось средне. Но где-то с первомая, с эпизода с телёнком стало полегче. Как-то я уже приноровился, да и действие какое-никакое пошло.

Полностью соглашусь с предыдущим отзывом, повесть шикарная, и героиню безмерно жаль, и деревня выписана точно и вся, до последнего персонажа. Кстати, я почти не сомневался, что единственной кто поймёт Настёну будет Надька, это прям чувствовалось по характерам. Но финала, конечно, я не мог предугадать. Хотя автор, хитрец, буквально тыкал в него читателя носом, уж сколько подводок сделал, сколько намёков. Но нет, почему-то я думал про иное. Тоже, видимо, мастерство автора — дать читателю веру в лучшее, хотя ситуация и впрямь безвыходная. Но верилось, да. Что как-то всё устаканится, перебесится, найдёт понимание. Ага, нашло.

Повесть шикарная, но начало, имхо, тягомотное.

Никто не оказался в выигрыше, кроме официанта. Понравились фантазии героя, кроме первой. Не могли вымышленные викинги знать о кольце.

Оценку пока ставить не буду. Даю автору месяц на дополнение этого микрорассказа до полноценной повести о деятельности нового правительства. Выкладка так же, на автор.тудей. Первая прода не позже чем 12.06.

Если автор спасует, буду считать его цыплёнком.

Какие пугливые пятихвосты оказались. Но с традиционными ценностями Это важно. Раз НГ, то надо украсить ёлку. :)

Даже если ты на другой планете.

Не послушался Райский Обломова. А ведь тот говорил торопыге: не начинай, тогда и бросать не придётся. :)

То Райский художник, то музыкант, то писатель, под конец скульптор. Всё ему новые впечатления нужны, везде-то ему скучно. И при этом умудряется мозг выесть каждой встреченной девушке благородного сословия. «Развивать женщину» — да что это вообще значит? У меня сложилось впечатление (и по «Обломову» тоже), что у Гончарова какой-то пунктик на «развитие женского ума», какое-то странное представление о женских образовании, созревании и интеллектуальности.

Первая часть, в городе, — пустая трата бумаги. А вот жизнь в деревне мне очень понравилась. Все персонажи прекрасны, от бабушки до гулящей служанки. Скотство, повальный грех, Егорка-Казанова — и на этом фоне глупейшие терзания Веры, перепихнуться ли ей в овраге или нет. Да ты разуй глаза: у тебя в парке каждую ночь то лесник, то садовник, то ещё кто валяет девок по пять штук за раз, ты живёшь среди всеобщего блуда, где муж, дождавшись неверной жены домой, лупит её поленом, а та с хохотом (!!!) от него убегает.

Это чудесный роман. Гончаров легко перемежает сцены якобы «нравственных» раздумий барышень с реальной жизнью дворни. И есть ещё манерная дамочка, которая хочет иметь поклонников, но не готова задрать юбку. В отличие от жены друга-учителя-книголюба, та сразу Райского потащила в койку. И без всякого «развития женской ума» между прочим.

А история бабушки? Тайный «грех», из-за которого она не вышла за Тита Никоныча, который у неё сорок лет каждый день обедает. Бабушка, дорогая, ты посмотри на Акулину, Пегалею и Евдокию. Проще надо быть, проще.

Но нет, бабушка не может быть проще. Ведь это означало бы приравнять себя, столбовую дворянку, к простому народу, черни, мужикам и бабам. Поэтому бабушка будет лелеять свой «грех» (поцелуй Никоныча, как я понял, или попытку поцелуя), а Вера — переживать за потерянную девственность (ежедневно пользуясь услугами развратной Марины).

Конечно, другой читатель найдёт в романе другую центральную тему, от псевдопросветителя и революционера Марка до скучающего Райского, но меня поразил именно этот «обрыв» между барской жизнью и жизнью мещан и крестьян.

«Не откладывай дела на завтра, отложи на послезавтра» — вот один из жизненных принципов Обломова. Вкупе с другим принципом, глубоко русским, «Авось как-нибудь всё устроится», это позволяет не делать вообще ничего. Увы, знакомая ситуация. Даже любовь вызывает лишь дополнительные мечтания об откладываемом счастье-безделье вдвоём. Да, это результат крепостничества, где работник не заинтересован в результате, а хозяин обленился сверх меры, не видя смысла в увеличении эффективности производства. Но это же справедливо и для поздне-советской системы. С её «инициатива наказуема», «тебе что, больше всех надо?», «одобрям-с» и т.п. Болото. Сонное болото и господ и рабов. Захар выпрашивает милостыню в финале, потому что работать не способен.

Диалоги ужасны. Я не знаю, говорил ли кто таким образом в то время, но читать это было мучительно. Не припомню такой недосказанной тягомотины у других классиков. Самый, пожалуй, бессмысленный был диалог в парке и потом в лодке.

По поводу школьной программы. Гончарова надо переписать. В современных реалиях, чуть моложе героя, со всеми коллизиями — и будет понятно молодёжи. В классическом виде роман и устарел, и излишне раздут. Имхо.

Великолепная книга. О жизни молоденькой медсестры-акушерки с подомовой практикой в бедном портовом районе Лондона 1950-х. Написан роман полвека спустя описанных событий, по собственным воспоминаниям писательницы, и от этого книга только выиграла. И в художественном смысле, и в эмоциональном. Картины родов, рожениц, семей перемежаются рассказами о тех, кто эти роды принимает, и о тех, кто просто живёт поблизости. В итоге получилась мозаичная картина жизни этого района, со смешными и жуткими фрагментами, но по большей части — с кусочками самоотверженной работы монахинь и акушерок-мирянок. Чтобы эту картину сложить и чтобы её принять, конечно, должно было пройти какое-то время.

Что касается медицинской части, я не большой знаток родов, прилежаний и осложнений, но благодаря этой книге убедился, насколько непросто появиться на свет. И как нам всем повезло, что у нас есть медицина. Хоть какая-то.

И да, книга — бестселлер, снят сериал и всё такое.

Читать имеет смысл только Бетси. Продолжение сильно слабее, вторично и затянуто-скучно.

Сильнейшее разочарование. Читать это было в первую очередь скучно. Анджело Перрино, главный герой, трахает всех, кого видит, и занимает это не менее пятой части романа. Зачем, почему, что это даёт сюжету? нет ответа. Ещё пятую часть занимает скучный секс остальных персонажей: жены Анджело с галеристом, с художницей, с профессором искусств; БДСМ-игры Лорена Третьего с женой; перепихоны его дочки с парикмахером, виконтом и ещё с кем-то, уже забыл; правнука с дочкой Анджело; и даже технического консультанта по компьютерам с её лесбийской партнёршей. Абсолютно непонятна цель этих описаний. Они не возбуждают. Они не демонстрируют жизненную силу американского общества. Они не показывают деградацию элиты США. Они не делают ничего.

Мало этого. Интрига с постройкой нового автомобиля неоднократно проговаривается заранее. Никакой тайны. К собранию акционеров читатель точно знает, что там произойдёт и кто победит. А тогда зачем это?

В книге всего два интересных эпизода: столкновение на дороге и убийство шантажиста.

Что же случилось? Почему первый роман, «Бетси», мне понравился безоговорочно, а второй, вот этот, вызвал скуку и недоумение? У меня два предположения. Первое: автор сам не понял, что сделало первый роман увлекательным, и это непонимание продемонстрировал во втором. Либо, что более вероятно, учитывая многомиллионные тиражи и экранизации многих других его романов, двадцать пять дет спустя написал «чисто коммерческое» продолжение, не сильно задумываясь о смысле, динамике и стиле.

В любом случае, читать это — пустая трата времени.

Книга временами подбешивала, это правда. И я понимаю тех, кто в отзывах роман критикует. Всё так. И герои приторные, и нравоучений тонны, и сюжет так себе, и стиль не ахти...

Но Боже мой! Как в эту сказку не поверить! Кто в силах отказаться от четырёх девочек-подростков, их бесконечно понимающей мамы, доброго старика-соседа и его внука, тоже прекрасного мальчика, хоть и шалопая. Рождество, с которого начинается книга, оно же не заканчивается. Весь год у них сплошная рождественская сказка.

Да, бедность наигранная, со служанкой. И да, смерть девочки из по-настоящему бедной семьи проходит пунктиром в тех же примерно выражениях, что и смерть канарейки.

Но Боже мой! Как эта патока сладка. Как эти люди идеальны! Как умилительны их проблемы, как возвышенны их поступки, как искренны их раскаяния и примирения.

Даже сквернослов-попугай сквалыги-тётки, и тот под конец расчувствовался, назвав одну из сестёр «хорошей девочкой». Представьте только: двухсотлетнего пернатого матерщинника проняло! А вас, неужели нет? :)

Не самые высокие оценки, а мне роман понравился. По структуре он соткан из эпизодов, преимущественно диалогов, точных, ярких, сюжетных. Практически нет описаний: ни перестрелок, ни драк, ни гонок. Аннотация не врёт: сцен с сексом хватает. Но это не долгое возбуждающее описание любовных утех, это сцены, где ломаются судьбы. Жаль, что я не знаток автомашин, так что центральная интрига меня не увлекла, но финал прекрасен.

Ироничная вещица. Сомневаюсь, что мошенник смог набрать жертв для ежедневной работы, но даже если через день-два — тоже выгодно. Увы-увы, на что только не готовы женщины, чтобы устроить свою жизнь. Не очень понятно, зачем в качестве места действия выбрана Латвия, не самая чернозёмная республика СССР. Многовато обсуждения рекламы, на мой вкус. И это сильно снижает оценку. Был бы рассказ, читалось бы проще.

Какая прелесть! Какой размах! Раз пропал игрушечный медвежонок, то и Вселенную под нож. Не понял я, куда делись родители, которых он освободил от времени и материи, видимо, в эту аномалию улетели, да? Неважно. В итоге все там будем.:)) Грандиозный рассказ!

Каких-то только жутковатых болезней не бывает. Хорошо, что вылечился. Но зачем мне всё это пришлось читать? А-ха-ха.

Долго, подробно, но без ярких деталей, как тягучий кусок романа где-то в середине, когда читатель пойман и можно тащить его через километры страниц без цели и смысла. А потом финал, разочаровывающий полностью. Мало того, что вернулся назад, так ещё и всё забыл. Ну и? Так и будет по кругу бесконечно крутиться. В чём смысл?

Всё прекрасно, всё логично, в меру забавно, в меру фантастично. Не понравилось, что в рассказе управление человечеством ИИ преподнесено как благо.