Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «ХельгиИнгварссон» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

11/22/63, 1922, 28 дней спустя, 28 недель спустя, DarkAndrew2020, DarkAndrew2020Заданнаякнига, DarkAndrew2020Рецензия, De nærmeste, Game of Thrones, The Mighty, The Walking Dead, Westender, author.today, creator заинтересовался, Аватар, Аз Бога Ведаю, Алекс Гарленд, Александр Громов, Александр Домогаров младший, Александр Мазин, Алексей Атеев, Алексей Холодный, Альберт Мкртчян, Альфа, Алёна Званцова, Андрей Буревой, Анне Севитски, Аннигиляция, Безмолвная земля, Бернард Корнуэлл, Ближайший, Босиком по мостовой, Брендан Глисон, Брок Морс, Брэдбери, Брюс Уиллис, Будущее, В память о прошлом Земли, Вадим Николаевич Громов, Ведьма, Великан, Вендари, Вечная жизнь Смерти, Викинг, Вильям Ирвин Томпсон, Виталий Вавикин, Виталий Зыков, Владимир Брагин, Владимир Калашников, Владимир Набоков, Возвращая тебя, Возрождение, Волкодав, Впусти меня, Вычислитель, Вячеслав Рыбаков, Голгофа, Гоминиды, Грэй, Грэм Джойс, Даррен Аронофски, Девятая жизнь нечисти, ДемоНтиваторы, Десятая жертва, Детективное агентство Лунный свет, Джеймс Кэмерон, Джек Вэнс, Джек Лондон, Джефф Вандермеер, Джефф Ховард, Джефферсон О. С. Брассфилд, Джон Карпентер, Джон Майкл Макдонах, Джузеппе Торнаторе, Дмитрий Глуховский, Дмитрий Фёдоров, Дорога домой, Другая Земля, Евгений Керов, Елена Малиновская, Елена Щетинина, Жёлтая линия, Задача трёх тел, Звёздочка, Зденек Буриан, Зона Икс, Игра Джералда, Игра престолов, Игры с богами, Империя Джи, История Лизи, Исчезнувший мир, Йозеф Аугуста, Йоханнес Робертс, Константин Лопушанский, Кукла, Кэррол Бэллард, Кёртис Армстронг, Лев Вишня, Легенда о рыцаре, Легенда о святом пропойце, Лепила, Лига выдающихся декадентов, Линдквист, Лолита, Лю Цысинь, Люди-кошки, Люми, Майк Флэнеган, Малена, Марика Становой, Марина и Сергей Дяченко, Мария Семёнова, Михаил Тырин, Моя вторая половина, Настоящие люди, Не кричи "Волки!", Неандертальский параллакс, Небесный суд, Ник Перумов, Ной, Одержимый, Оксана Ветловская, Олег Верещагин, Ольга Подпалова, Он - дракон, Острова вне времени: Память о последних днях Атлантиды, Охотник, Охотники, Ошибки политиков, Павел К. Диброва, Письма мёртвого человека, Питер Челсом, По ту сторону двери, Пол Шредер, Помутнение, Предложение по улучшению ресурса, Премия за риск, Приключения Молли Блэкуотер, Прикосновение, Пустите детей, Путь домой, Рим, Ритуал, Роберт Сойер, Роберт Шекли, Роберт Эггерс, Рождение экзекутора, Руперт Уэйнрайт, Рэй Брэдбери, Самая страшная книга 2019, Сделка наёмников, Седьмая жертва, Семь дней на земле, Сергей Алексеев, Сибилл Шепард, Сказки Упорядоченного, Смерть экзекутора, Стейси Мениа, Стивен Кинг, Стивен Шифф, Таисс Эринкайт, Такса, Тамара Крюкова, Тиль Швайгер, Тихая, Тодд Солондз, Туман 1980, Туман 2005, Тёмный лес, Узкая полоса, Уильям Брент Белл, Фарли Моуэт, Филип Дик, Ходячие мертвецы, Цена риска, Чучело-мяучело, Чёрный Град, Шарль Перро, Шаровая молния, Э. А. По, Эдриан Лайн, Эллис Бисли, Энн Райс, Эрманно Ольми, Ю. А. Линдквист, Я - начало, абсурд, антиутопия, артуриана, вампиры, героическое фэнтези, городское фэнтези, гусь рвётся в облака - а лебедь раком щуку., детектив, детский фильм, драма, женский роман, закидали валенками, классика, клонирование, князь Владимир, комедия, конфликт поколений, крещение Руси, криптоистория, магический реализм, мальчик-идеалист, мелодрама, мистика, оборотни, пародия, помесь собственно рецензии с рецензией-эссе, попаданцы, попаданческое фэнтези, попаданчество, постапокалипсис, постапокалиптика, приключения, примитивизм, притча, псевдохристианство, психология, реализм, религия, рецензия - эссе, рецензия-заметка, рецензия-очерк, рецензия-фельетон, рецензия-эссе, романтизм, романтика, романтическое фэнтези, рубрика Рецензии, сериал, сказ, сказка, славянское фэнтези, собственно рецензия, социальная фантастика, спор креационистов с эволюционистами, сюрреализм, театр Рэя Брэдбери, трагикомедия, триллер, тёмное фэнтези, ужасы, фантасмагория, фантастика, фарс, фэнтези, христианство, чёрная комедия, чёрный юмор, эзотерика, эпатаж, эротика, юмор, юмористическое фэнтези
либо поиск по названию статьи или автору: 


Страницы: [1] 2

Статья написана 23 июля 06:50

История Лизи (Lisey's Story), Стивен Кинг, 2006

https://fantlab.ru/work24833?sort=date#re...

«История Лизи» наделена всеми особенностями позднего периода творчества Стивена Кинга, и потому вряд ли будет интересна широкому кругу читателей. Стилизация под мемуары, смешанная хронология сюжета, более чем неспешный темп повествования и огромное количество автоцитат на всех уровнях организации художественного текста. Это «фирменные» выражения, авторский юмор, персонажи, декорации, основные события и способы выхода из конфликтных ситуаций. Новичкам будет тяжело воспринять произведение именно из-за его формальных характеристик, а фанатам придётся читать узнаваемый процентов на восемьдесят текст.

Роман состоит из трёх самостоятельных историй, вольно порезанных, перемешанных и смонтированных автором в единое целое. Основная – собственно о Лизи, скоро пятидесятилетней вдове популярного писателя, у которой пытаются «отжать» неопубликованные рукописи. Вторая и самая объёмная – её воспоминания о жизни с мужем с момента их знакомства до его гибели. Третья – чрезвычайно трудно дающаяся мужу исповедь о своём детстве, которую он смог завершить лишь после смерти. Первые две приземлённы и обыкновенны у С. Кинга до клишированности, а последнюю можно назвать мистической и редкой для этого автора.

Сначала о настоящем Лизи. Несмотря на возраст, женщина выглядит, чувствует и ведёт себя лет на тридцать пять. Отдельно упомянул об этом для тех, кто ожидал очередных сцен из дома престарелых. Вдова справилась с личной трагедией, и её достаточно обеспеченная жизнь только стала налаживаться, как пришло сразу несколько «вдруг». И без того всегда странная старшая сестра окончательно сошла с ума, а отчаявшийся получить «на дурачка» черновики мужа литератор нанял в баре случайного знакомого, чтобы тот «повлиял» на сговорчивость Лизи. Надо ли говорить, что сей самопровозглашённый «коллектор» оказался психом и садистом, а полиция не способна на превентивные меры?

В четвертьвековой семейной жизни Лизи и Скотта всё вертелось вокруг мужа. Писатель должен писать, встречаться с издателями и поклонниками. Жена писателя должна обеспечивать уют, соглашаться со всеми его предложениями и не мешаться под ногами. Финансово благополучный и в целом счастливый, но бездетный брак со странностями. Ещё на помолвке возлюбленный заявил, что не хочет заводить детей, потому что у него «дурная кровь». Действительно, с ним случаются припадки едва сдерживаемой агрессии, во время которых он часто ранит себя и разрушает предметы обстановки. Это ещё можно как-то объяснить, но только не его кратковременные исчезновения и фантастическую регенерацию.

Наконец, детство Скотта. Сельская глубинка, деспот-отец и любимый старший брат, без которого всё было бы иначе. Этот рассказ мог стать ещё одной бытовой «чернушкой» про маньяка, истязающего и тиранящего своих малолетних детей в замкнутом помещении, если бы не одно «но». Связь с Неверлендом и Питером Пэном Джеймса Барри. Маленький мальчик, спустя много лет завоевавший лавры писателя, действительно оказался вечным чудесным ребёнком. Он на самом деле способен перемещаться в другой мир и брать с собой немногих избранных. Но Стивен Кинг не был бы самим собой, не добавь в сказку монстров и проклятие, влияющих на реальность и во взрослой жизни.

В «Истории Лизи» обычные для С. Кинга натурализм и пошлость не смогли победить окончательно. Пусть с некоторой натяжкой, но роман можно назвать мистическим триллером. Великое Приключение Венди закончено в духе злоключений всех остальных героинь автора, лишив её мужа и душевного спокойствия, не дав даже материнства. А Питер Пэн смог сорваться с пиратского крюка Короля Ужасов и улететь куда-то в неведомые дали, вновь предпочтя реальной женщине фею-колокольчик. И лишь неразборчиво ругается и грозит кому-то Рэндольф Картер, починяя вскрытые лопатой Врата Серебряного Ключа.

Опубликовано на странице произведения: https://fantlab.ru/work24833?sort=date#re...


Статья написана 10 июля 07:04

Помутнение (A Scanner Darkly), Филип Дик, 1977 (1975)

https://fantlab.ru/work5363?sort=date#res...

***

Роман «A Scanner Darkly» Филипа Дика на русском получил два названия: «Помутнение» и «Скользя во тьме». Я не переводчик, но меня не устраивают оба. Первое учитывает только сознание главного героя, искажая вложенные библейские смыслы. Второе формально заигрывает с «Бегущим по лезвию», облегчая и романтизируя авторский посыл. Учитывая специфику романа, его содержание и некролог погибших от наркомании знакомых Ф. Дика в конце, я бы предложил третье – «Взгляд во тьму».

Наркомания – скользкая тема. Ею эпатируют либо не говорят о ней вовсе. Ф. Дик смог погрузить читателя в состояние изменённого сознания, провести его сквозь распад личности главного героя и привести в чувство, ударив лицом о реальность. Когда действительность ужаснее «глюков» и «ломки», искусственный эпатаж не нужен. Психоделика и сюрреализм кажутся перформансом в сравнении с тем, как некоторые живут на самом деле.

С наркотиками знакома небольшая часть читателей. Однако описанные в романе симптомы испытывал на себе каждый. Опьянение, похмелье, наркоз, отравление и длительный недосып. Вам случалось после вынужденного лишения сна мучительно или, наоборот, совершенно незаметно забыть что-нибудь простое и важное? Ощущать себя как нечто отдельное от себя в больничной палате? Чудом выбраться из погреба, незаметно надышавшись угарным газом? Про алкоголь же и его последствия знает гораздо больше людей, чем сознаётся.

Общеизвестно, что Ф. Дик страдал амфетаминовой зависимостью. Проще говоря, «сидел» на стимуляторах чуть больше, чем каждый второй американец. Тем не менее, даже в США амфетамин называют «кокаином для бедных». В сравнении с кофеином это гораздо более сильнодействующее и долгоиграющее вещество. Не только бодрящее, но способное вызвать эйфорию и галлюцинации. Если кофеин подавляет активность центральных аденозиновых рецепторов, то амфетамин увеличивает выброс дофамина и норадреналина.

Для здоровых людей все наркоманы на одно лицо. В романе «Помутнение» дан взгляд изнутри: чётко прописана многоуровневая градация в зависимости от препарата и тяжести поражения. Каждый «торчок», в принципе понимая свою судьбу, не осознаёт её, отодвигает в неопределённо далёкое будущее. Каждый из персонажей последним узнаёт о том, что он наркоман, и что его время вышло. Сам Ф. Дик даёт такой образ: «Они всего лишь хотели повеселиться, словно дети, играющие на проезжей части. Одного за другим их давило, калечило, убивало – на глазах у всех, – но они продолжали играть».


***

Условное будущее смешного в настоящем 1994-го года. Америка, Калифорния. В группу наркоманов вживлён специальный агент – один из многих и многих – для того, чтобы определить производителя новейшего «препарата». Фокус в том, что ему самому приходится стать зависимым по долгу службы. В центре повествования именно его постепенно разрушающееся сознание.

Фантастический элемент в романе только один – форменный костюм сотрудников федерального отдела по борьбе с наркотиками. Своего рода кольчужный скафандр, составленный из множества призм-экранов. Изнутри прозрачный, наружу выдаёт изменённый голос и миллиарды вариантов черт внешности в хаотичных и постоянно сменяющихся комбинациях.

Реальная польза от подобной униформы минимальна. В толпе не замаскироваться из-за «плывущего» внешнего вида. Рост и объём остаются исходными. Формальное объяснение Ф. Дика – психологическая атака и необходимость быть инкогнито в деловом общении с другими сотрудниками, СМИ и руководством. Как по мне, безликие маски любого цвета выполняли бы эти функции ничуть не хуже.

Действительное назначение спецодежды в создании библейской аллюзии на так называемое «мутное стекло». Апостол Павел говорит о том, что взрослые видят мир не напрямую, а опосредованно. Интересно, что «стекло» может в зависимости от перевода стать «призмой» и «зеркалом». Что же, главному герою приходится воспринимать происходящее в состоянии наркотического опьянения, сквозь костюм и в записи камер слежения.

Ф. Дик не романтизирует наркоманов, не давит на жалость и не смеётся над ними. Жутко становится от повседневных диалогов и монологов персонажей. Знания и остаточная логика ещё есть, а соображения всё меньше и меньше. Длиннейшие безупречные логические построения на деле оказываются полным бредом даже из-за одного нарушенного звена в цепи. Чем дальше, тем «битых файлов» больше, но самому наркоману это невдомёк.

Библейская аллюзия усложняется, когда персонажи один за другим «впадают в детство». Оказывается, младенцы стоят лицом к лицу с истиной. Но нужна ли «братьям» и «сёстрам» Чарли Гордона из «Цветов для Элджернона» истина? Нет, ведь они уже говорят и мыслят иначе. Явление из серии доказательств существования жизни после смерти. Знание с «той стороны» нужно только живым и взрослым. Мёртвым и детям оно без надобности.

«Взрослые» и «дети» становятся у Ф. Дика «умом» и «сердцем». Он иллюстрирует их противопоставление двумя вводными «притчами». В одной наркоманы бросили «мультики» ради застрявшего в разбитом окне орущего бродячего кота. Доза потрачена зря и руки изрезаны, зато животное спасено и накормлено. В другой они в ужасе убежали от девушки, нанявшей их выдворить влетевшее в квартиру крупное насекомое. Узнав, что стрекоза не опасна, красотка всего лишь посетовала, что не убила её.

В финале карты раскрываются. Вроде бы и не ново, что наркобизнес объединил законодательную и исполнительную власти, врачей, науку и благотворительность. Не удивительно, что наркоманы и сотрудники правоохранительных органов одинаково безличные и бесправные пешки в большой игре и личной жизни. Старо и пошло, но от этого ещё страшнее.

Опубликовано на странице произведения: https://fantlab.ru/work5363?sort=date#res...


Статья написана 31 марта 2019 г. 16:27

Ной (Noah), США, 2014

***

«Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жёны, какую кто избрал. И сказал Господь: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками, потому что они плоть; пусть будут дни их сто двадцать лет. В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это сильные, издревле славные люди. И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время; и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем. И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их. Ной же обрел благодать пред очами Господа». //Библия, Книга Бытие, 6:1-8.

***

Библейские сюжеты давно и прочно вошли в нашу жизнь. Вряд ли есть человек, не слышавший о «запретном плоде» или «первородном грехе». Одним из наиболее известных мотивов, имеющих аналоги практически в любой религии и в мифологии разных народов, является история о Великом потопе — глобальном бедствии, которым Бог наказал человечество за его многочисленные грехи.

Единственным праведником накануне библейского Потопа был Ной — набожный отец семейства, которого начали посещать ужасные видения. Поняв, что всех ждет неминуемая гибель, Ной принялся за строительство ковчега — гигантского судна, которое должно было спасти его и близких от бушующих волн. Однако Ною пришлось бороться не только со стихией и собственными страхами, но и с вполне осязаемым злом: остальные люди, осознав истинность угрозы своей жизни, тоже захотели спастись. Только вот для них места в ковчеге не было…

***

Версия Всемирного потопа от Даррена Аронофски напомнила мне своей смелостью и размахом древнегреческие постановки. Чем? Использованием того же метода переосмысления широко известных публике мифологических сюжетов, в переигрывании которых уже тогда, в античности, каждый раз старались заострить внимание на чём-то новом, осветить всё те же факты с неожиданной стороны. Конкретно в этом фильме получилась довольно сильная по воздействию современная сценическая драма, использующая приёмы и декорации уровня и стиля кинематографической вселенной Marvel, но вместе с тем задающая целый ряд неудобных – как ни поверни – вопросов.

Отчего запил Ной, ведь он праведник? Чего лично ему, Ною, стоило отделение «чистых» людей от «нечистых», видение множества трупов на поверхности воды и внимание воплям и стукам гибнущих снаружи? Какова личная мера ответственности Ноя, насколько тяжело его бремя, как могла отреагировать на случившееся его, праведника, совесть?

Из-за чего вдруг Хам стал так недобр к своему отцу? Неужели только из-за того, что «в любой семье не без урода»? Как он смог стать самостоятельным? Почему, для чего и куда ушёл он в новом мире? Всё ли в мире допотопном заслуживало безоговорочной гибели без надежды на возрождение и преемственность?

Наконец, каково это – продолжать род людской, чувствуя себя грешным не менее всех тех, кто остался вне ковчега и утонул?

***

Фильм Аронофски я не могу назвать антирелигиозным или оскорбляющим чувства верующих. Почему? Для него эта картина отнюдь не глумление над христианством, а чистая работа с общекультурным мифом, мотивом, образом. В библейском мифе человек – объект действия и пешка в руке всемогущего Бога. Здесь, в кинематографической драме, тот же человек в том же сюжете становится уже субъектом действия, личностью, способной хотя бы внутри себя оспорить божественную волю и роковую предопределённость всего. В этом ключе можно сравнить «Ноя» Аронофски только с трагедией «Прометей прикованный» Эсхила – почти те же глубина и накал чувств при внешнем фактическом послушании.

Что хотел сказать Даррен Аронофски зрителю, что он показал в своём фильме? Всмотритесь, вдумайтесь: конец света уже был, и Надежда на спасение действительно оказалась Истиной. В этом, возможно, и заключена суть картины. Режиссёр нисколько не погрешил ни против самой ветхозаветной истории, ни против её религиозных смыслов.

Всегда, слышите, всегда есть надежда на спасение. Не только данью современной мифологии комиксов явлены в фильме несуразные каменные монстры, а ещё и как символ освобождения, прощения любой души, как бы низко она ни пала и как бы глубоко она ни оказалась заключённой в материальное. Даже на выжженной — так и просится сказать «радиоактивной» — пустоши из ничего благою вестью падают цветы, взрывается из одного-единственного сохранённого зерна необходимый для строительства лес, пробивается из сухой скалы источник, не оставивший поиски слепой старик находит ягоду за мгновение до конца света, и рожает двойню искалеченная, ставшая бесплодной женщина.

Конец света уже был. Жизнь продолжается!



Статья написана 24 марта 2019 г. 17:37

Голгофа (Calvary), Ирландия, Великобритания, 2013.

***

Отец Джеймс — католический священник в небольшом провинциальном городке Ирландии — слушает покаяние, на котором невидимый в кабинке исповедальни прихожанин сообщает ему, что в течение многих лет подвергался сексуальному насилию со стороны ныне покойного священнослужителя. Прихожанин делится с Джеймсом своими размышлениями о том, что на гибель плохого священника никто не обратит внимания, тогда как убийство хорошего может заставить общество задуматься. С этими словами он даёт святому отцу неделю на то, чтобы привести в порядок дела, после чего Джеймс будет убит. Однако вместо того, чтобы начинать готовиться к смерти или обратиться в полицию, в отпущенный ему срок священник занимается обычными повседневными делами, стараясь изменить жизнь своих прихожан к лучшему…

***

Очень жестокая и страшная, одновременно с этим смешная и, к сожалению, нужная драма, смотреть которую так же тяжело, больно и неприятно, как разрабатывать конечность после перелома или восстанавливаться и набирать былую спортивную форму после затяжной тяжёлой болезни. Пока находишься в стенах больницы или у себя дома, ещё терпимо – ведь ты среди таких же, как ты, в окружении врачей и родственников, пусть даже остаёшься ночами один на один с собой или вообще одинок – но стоит выйти к людям на улицу, в магазин, на спортивную площадку к подъезду, в тренажёрный зал или на стадион со своей хворобой… Только чувство юмора поможет пережить это и не озлобиться.

"Чёрная трагикомедия" на общечеловеческие вечные темы в декорациях религиозности максимально доходчива именно сейчас, когда интеллигентные люди знают христианство преимущественно по Википедии или другим опосредованным источникам и не читают собственно библейские книги даже как часть общей культурологии, когда большинство забыло не только догматы и положения, но и явное значение основных символов, образов и ритуалов этого вероучения. Именно сейчас, когда при всём внешне соблюдённом гуманизме и толерантности только ленивый не плюнет походя в сторону христианства при малейшем упоминании о нём, неосознанно следуя правилам «хорошего тона», этот фильм особенно актуален.

Что мы чаще всего видим, слышим и читаем в интернете, мессенджерах и средствах массовой информации в связи с христианством? В основном там идёт примитивный и откровенный репост нелицеприятных сообщений, задавливающий одним своим количеством любое инакомыслие: педофилия и гомосексуализм, коммерциализация ритуалов и крохоборство, стяжательство и гедонизм, заигрывания с политикой и фарисейство в среде церковно- и священнослужителей… На тематических церковных теле- и радиоканалах всё остаётся гладко, сладко, специализированно, зачастую оторвано от мирской (так и тянет сказать «реальной») действительности и тоже далеко не так хорошо, как могло бы быть. «Голгофа» ирландского режиссёра Джона Майкла Макдонаха оказалась способной учить смеясь, раздавая тумаки направо и налево, но не обличать и не поучать при этом.

Что мы видим в фильме? Насквозь порочное, привычное и устоявшееся общество в миниатюре, противное не столько верующему, сколько просто нормальному – да и любому другому – человеку со стороны. Общество, прекрасно знающее о своих недостатках и бравирующее ими. Безлично-агрессивную толпу, вседозволенностью и безнаказанностью приученную свободно проявлять эту агрессию любой из своих ложноножек против каждого, кто сделал попытку приподняться над уровнем её среднего представителя или кому не повезло выделяться от природы, кто не желает «мазаться общей грязью» или всего лишь не хочет выпивать вместе со всеми по пятницам. Общество нетерпимой до экстремизма извращённой навязанной толерантности – и христианского священнослужителя в нём.

Священника не образцового, но пришедшего к принятию священного сана по доброй воле, полностью осознанно и в зрелом возрасте. Редкого в наше время специалиста, пытающегося добросовестно исполнять свои обязанности в заведомо невыполнимых и невыгодных для него лично условиях. Человека далеко не идеального, но пытающегося стать лучше и одновременно стремящегося помочь другим. Человека, остающегося человеком в любых условиях и при любых обстоятельствах.

«Вы хороший священник, и я Вас убью, но не сейчас, а через неделю, в воскресенье", – так обыкновенное ирландское захолустье становится Голгофой для одного хорошего и действительно толерантного человека…




Статья написана 3 июля 2018 г. 16:59

Небесный суд, Россия, 2011 (мини-сериал)

Небесный суд. Продолжение, Россия, 2014 (мини-сериал)

Банальное совращение вдовы пронырливым товарищем мужа? Такая простая и пошлая история – и сама жизнь – вдруг сворачиваются свитком и с треском исчезают, а сомнительное посмертное судилище неожиданно обретает пугающую реальность. В рай или ад? Точнее, в «сектор покоя» или «сектор раздумий»? И никаких звонков другу. Ты ещё не успел осознать, что умер, а уже стоишь в длиннющей очереди таких же ничего не понимающих испуганных покойников, неотвратимо несомых к усталому клерку, который приветствует каждого избитыми, но до жути рабочими формулировками о незнании закона и ответственности. Штамп в паспорт. Следующий! Проходите, не задерживайте!

Чертовщина, в которой органично уживаются образы постсоветской, советской, царской и гоголевской России. Театр абсурда, но только внешне. Трагизм и серьёзность происходящего подчёркивают метания датского принца, рефреном встречающие каждого новопреставившегося на входе. Поражающее, невообразимое для произведения кинематографа количество литературных аллюзий преподнесено играючи, в шутливой и весёлой пикировке персонажей – как между собой, так и с первоисточниками. Только на виду дурачатся и дразнят соображение зрителей, считающих себя образованными и начитанными, «Гамлет» Уильяма Шекспира, «Мёртвые души», «Петербургские повести», «Миргород» и «Ревизор» Николая Гоголя. Искромётный бурлеск, в котором шут-прокурор и клоун-адвокат рассказывают о вечных истинах. Дуэт Константина Хабенского, который «худощав и высокого роста», и Михаила Пореченкова, который «ниже, но зато распространяется в ширину», здесь вполне удачен, а их диалоги без малого великолепны.

Суд небесный может показаться мелочным (чего стоит одно только обвинение в убийстве анекдота!), но он ждёт каждого. «Если бы вы истинно и так, как следует, были наставлены в христианстве, то вы бы все знали, что память смертная — это первая вещь, которую человек должен ежеминутно носить в мыслях своих … тот, кто помнит ежеминутно конец свой, никогда не согрешит», — так писал Н. В. Гоголь своим сёстрам. Нам, обыкновенно даже не задумывающимся о религии до очередных похорон современным людям, сложно понять сам смысл этого высказывания. Мы и наедине с самими собой христианами назвать себя не можем. Стыдимся? Даже крестившись и нося на теле крест, мы не воцерковлены. Соблюдена лишь внешняя часть обряда. Но каково это – жить, неустанно помня о Боге? Быть уверенным в смерти и воздаянии? Надеясь и молясь о спасении? Соразмеряя все свои поступки и сами мысли с библейскими канонами? Регулярно приобщаясь церковным таинствам и окормляясь? Как это – жить, доверяя Церкви? Николай Васильевич, случайно или специально, выделил общую для всех и на все времена проблему: «…тот, кто помнит ежеминутно конец свой, никогда не согрешит». Тот, кто помнит. А кто способен на это? Слаб, слаб человек, и лишь молиться может о спасении. Или всё-таки одних молитв недостаточно, как мы видим в творчестве самого Гоголя и в этих современных фильмах?

Лёгкость и глубина. Этими двумя короткими словами можно полностью охарактеризовать мини-сериалы «Небесный суд» и «Небесный суд. Продолжение». Простота восприятия, знакомые всем жизненные ситуации, правильная оценка поступков и естественная реакция на них. Простота, правда и естественность. Чистота, но не святость. Духовность, но отнюдь не бестелесность. Религия, понятная человеку земному, а не одному лишь священнику: неотвратимость наказания, пробуждение совести (пусть и «с толкача»), мучительное осознание греха в себе, исправление этого греха и его последствий и – только после этого – возрождение. Проще говоря, нагадил — приберись. Каждый сам за собой, и никак иначе.


Страницы: [1] 2




  Подписка

Количество подписчиков: 43

⇑ Наверх