Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «ХельгиИнгварссон» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы: [1] 2  3  4  5  6  7  8  9 ... 18  19  20

Статья написана 11 июня 16:32

Корабль во фьорде (цикл), Елизавета Дворецкая, 1997 — ...

https://fantlab.ru/work18318#response423452

В цикле «Корабль во фьорде» Елизаветы Дворецкой к настоящему времени вышло девятнадцать томов. Сколько их будет написано всего, может предполагать только сама автор. Повествование скомпоновано преимущественно по два тома в самостоятельные книги с законченным приключением. Каждая такая книга имеет своё название и место в хронологии общего сюжета, объединяется вокруг отдельной группы персонажей, действующих в ограниченном наборе локаций. Герои из разных книг могут слышать друг о друге слухи или предания, жить в разное время, находиться по разные стороны баррикад, посещать одни и те же места, но личные встречи между ними достаточно редки. Такой подход облегчает чтение, разделяя одну эпическую сагу на последовательную цепочку частных, а также позволяет оценить одни и те же события сериала с разных сторон.

Мир цикла вымышленный, основанный на географии и климате Северной Европы. Возможно, помимо условной Скандинавии сюда входят и соседние регионы, аналогичные Прибалтике, Исландии и Британским островам. В любом случае люди здесь знают о существовании далёких земель и народов разного цвета кожи. Мир сериала – гористые и поросшие лесом морские острова и полуострова, зима в которых длинна, а лето коротко. Пространство кажется огромным: ни у персонажей, ни у читателя не возникает ощущения тесноты, запертости на скудном клочке земли посреди ограниченно судоходного северного моря. Даже если местные конунги, ярлы и бонды ссорятся из-за границ и нехватки владений, всегда остаётся место для дикого леса, куда и заходить-то опасно.

Население похоже на древних скандинавов начала восьмого века, когда заряд пассионарности ещё только подводил их к началу Эпохи викингов. В цикле также есть указания на то, что набеги на отдалённые страны некоторыми ярлами уже проводились. Одновременно с этим существует множество примет более раннего – Вендельского периода – шведской Скандинавии: курганные захоронения, священные леса и горы, развитые торговые отношения с государствами Центральной Европы. Отсутствует ставший привычным до оскомины пафос «героического бандитизма» викингов: описываются нормальные люди, живущие по далеко разнесённым хуторам, охотящиеся, обрабатывающие землю и вольно торгующие друг с другом.

Мифология однозначно скандинавская, с Одином во главе. Но пантеон богов, героев и валькирий где-то высоко на небе, тогда как на земле вместе с людьми доживают свой век останцы троллей и великанов. Получается та же ситуация, что и в реальном мире с народным христианством. Есть каноническая государственная религия, покровительствующая высокородным, но все больше доверяют апокрифическим сказаниям и спокойно уживаются с местной нечистью. Вот на ветках куста сидят и болтают ногами мелкие Ореховые тролли – орешки щёлкают – заметили тебя и сами попрятались. А вон та осинка с грустными глазами на самом деле дева троллиного племени, которая замуж хочет, да не за кого бедняжке. А ещё бывает так, что тарелки и ложки на кухне вдруг оживут и начнут ползать с места на место и даже кидаться на перепуганных хозяев – так то духи шалят!

На общем скандинавском фоне выделяются некоторые моменты. К примеру, Вигмар Лисица. Странный персонаж, будто бы позаимствованный из анимэ: предпочитает древковое оружие, а в покровителях у него огненная лисица-великанша со множеством хвостов. Я не знаю, как родился образ Вигмара, но он удался. Почему? Рубящие копья и боевые косы не являются достоянием исключительно Китая и Японии. Сам рыжий Вигмар – воин, скальд, зубоскал и нарушитель запретов – сплавляет воедино скандинавского Локи и кельтского Финна Маккула, обладателя волшебного копья. Многохвостость лисицы говорит сама за себя, но Дворецкая органично совместила её с «нашей» мифологией, к примеру, с Огневушкой-поскакушкой. В итоге появилось гибридное, экзотическое, но при этом неуловимо родное волшебное существо. Такое же, как и духи-хранители Квиттинга по частям света.

Магия у Дворецкой суть часть и следствие мифологии её художественного мира. Принеси богу, великану или троллю жертву – и он будет обязан отблагодарить тебя, даровав волшебное оружие, покровительство или совет. Однако мёд поэзии не напрасно пролился на землю, и его можно использовать не только для восхваления конунгов на пирах. Скальды здесь отточенной висой способны менять реальность почти так, как земноморские маги Урсулы Ле Гуин Истинными Именами. Запрета и гонений на женскую магию нет. Как мужчина может убивать, защищать и мастерить с помощью поэзии, так и женщина исцеляет, проклинает и провидит будущее. Но всё-таки диких лесных ведьм и колдунов-отшельников здесь не любят и побаиваются. На всякий случай. Вдруг они в родстве не с богами, а с троллями или великанами? Вдруг они уже перестали быть людьми?

Основными движителями сюжета можно назвать три классические темы: войну, любовь и стремление к миру. Объединены они необычно для эпического фэнтези. Никакого Тёмного Властелина, Пророчества, Избранного и Конца Дней здесь нет. Тут вообще прописные буквы встречаются не чаще положенного. Всё проще, и благодаря этому эпичней: великое начинается с пустяков. Подумаешь, какая-то ершистая девка обхамила гребцов на проплывающем мимо корабле из-за того, что увидела там слишком красивого для себя ярла! Она же на высоком берегу сидит, а слова просто сотрясают воздух. Парни так всегда и везде подначивают один другого на слабо, понуждая залезть куда-нибудь, куда нельзя и не надо. Особенно если пьётся пиво, а со стороны за ними наблюдает пара-другая прекрасных девичьих глаз.

Война детально не расписывается. Читателю сообщают, что конунг пошёл на конунга, и того довольно. «Чёрного Отряда» Глена Кука и «Первого Закона» Джо Аберкромби здесь близко нет. Есть психологическая накачка «мы сделаем это», «кто не с нами, тот против нас» и добровольно-обязательный сбор недовольного ополчения в обоих королевствах. Есть сирые голодные беженцы с фронта и тыловые «понаехали тут, на всех не напасёшься». Есть попытки заключения союзов с третьими сторонами. Есть поиск стратегически важного ресурса – железа. Есть много всего, но только не баталий. В описаниях схваток один на один Дворецкая заметно уступает Марии Семёновой в правдоподобии и грамотной детализации. Было бы откровенно скучно, если бы не внешние блокбастерные эффекты «викинг-анимэ». Например, в массовые сражения могут вмешаться мифологические существа и волшебные силы, а чинный поединок в круге вдруг закончится перегрызенным горлом.

Любовь прописана от и до, недовольными останутся лишь любители «клубнички». Первая влюблённость, ухаживания, настоящее чувство, брак по расчёту, любовь-ненависть, любовь-дружба, детская любовь, любовь с первого взгляда, любовь как средство социальной мобильности… Женщина-автор описывает нюансы и полутона, которые мужчинам и не снились, но женской романтикой и сентиментализмом это назвать никак нельзя. Потому, что отношения показаны реалистично и – более того – приведены в соответствие с изображаемой эпохой и её укладом жизни. Проще говоря, безумная любовь – удел героев, а все прочие мыслят иными категориями, причём в зависимости от своей классовой принадлежности.

Спокойно и мирно жить у себя дома хотят все, даже суровые викинги. Но почему-то никак не получается. То за столом обнесли, то у чужой жены украшений больше, то единственную на всю округу красавицу выдают за другого. И рады бы стерпеть, да честь не позволяет, а это святое. И льётся кровь на пиру, и полыхают крыши, и погибают целые рода… Всё это знакомо. Непривычно и рановато для викингов появление скрытой оппозиции милитократии конунгов в среде бондов-землевладельцев и даже ярлов. Здесь имеется в виду и открыто высказываемое аргументированное недовольство политикой конунгов, и заключаемые за их спиной союзы и договорённости. Странно, конечно, но добавляет сюжету очередную надстройку.

Все герои живые – за исключением совсем уж эпизодических персонажей. Показаны со всех сторон, внутренне противоречивы, по-разному реагируют на раздражители окружающей среды и могут кардинально меняться со временем. Женщины тут весьма активные и деятельные, что неудивительно при поле автора. Удивляет как раз отсутствие амазонок в бронебикини. Активность проявляется сугубо женская, и при этом она намертво вписана в описываемый социум. Даже выдающимся личностям практически невозможно выйти за ограничивающие их рамки традиций. Мужские образы собраны проще. Дворецкая не стала глубоко залазить им в душу, а показала их внешность, статус и дала «одну, но пламенную страсть» и несколько стремлений помельче. Получилось неполное, внешнее, но всё-таки достаточно жизнеподобное изображение. Не типаж по принципу этот берсерк, а вот этот любовник, а именно взгляд со стороны. Мужские персонажи Дворецкой не вечные дети, не жалкие подкаблучники и не опасные животные — и спасибо ей за это.

Бытовая, материальная культура вписана в текст сериала ненавязчиво и всесторонне. Вместо грузовозов кратких энциклопедических статей на каждый чих или пространных лекций, посвящённых, к примеру, производству, ТТХ и стоимости в шкурках соболя воронёной кольчуги, – «всего лишь» повседневная жизнь и взаимодействие с этим самым загадочным «бытом». Одна одежда носится в будни, другая только по праздникам. Ткани щупаются, восхищённо и завистливо обсуждаются. Украшения из самых разных материалов одинаково бережно хранятся по сундукам и передаются по наследству. Едят не с ножа и не только мясо вепря. Из раззолоченных рогов животных пить неудобно. Пиво может получиться плохим и вовсе кончиться. Ходят до ветру не «в кустики» или «отхожее место», а в конкретный сортир. Моются, причём даже зимой! Аплодирую стоя.

Цикл «Корабль во фьорде» производит впечатление качественного и многоуровневого произведения эпического фэнтези. Это действительно эпос раннего Средневековья, внешне подобный «Махабхарате», но сделанный на базе скандинавской, кельтской и славянской мифологий с включениями из индийских, китайских и даже японских мифов. Конечно, здесь нет философских и религиозных постулатов местного аналога Кришны, но лично я не возьмусь перечислять все использованные Елизаветой Дворецкой первоисточники. Я просто желаю ей достойно закончить этот сериал, не теряя достигнутый уровень.

Опубликовано на странице цикла: https://fantlab.ru/work18318#response423452


Статья написана 8 июня 07:09

Реликвия (Relic), Австралия, 2020

***

Три женщины — представительницы разных поколений одной семьи — сталкиваются с неведомым. Страдающая деменцией бабушка исчезает, и мать с дочерью приезжают в её дом в небольшом городке. Стены покрываются черным налётом, женщины слышат гулкий стук и видят в этом жилище страшные сны, а когда бабушка внезапно находится, в доме начинают происходить ещё более странные вещи...

***


Простите за пересказ, странный тон и обилие спойлеров, но тут совершенно особый случай! Если вы не смотрели «Реликвию» Натали Эрики Джеймс и желаете дойти до всего самостоятельно, без моих наложенных схемы и трафаретов, то не читайте данное эссе ни в коем случае!

Ну, я вас предупредил. Если что, сами виноваты.

Фильм «Реликвия» не рассчитан на широкую аудиторию. Здесь мало событий, и обыграны они без всякого драматизма. «Всего лишь» пропала бабушка, и мать со взрослой дочерью бросают все свои дела и переезжают к ней с мыслями, что всё как-нибудь само собой образуется. Пожилая женщина, конечно, последнее время всё чаще и чаще забывала то одно, то другое, но она оставалась полностью дееспособной – даже для одинокой жизни в частном доме за городом. Причин беспокоиться нет. Это умение владеть собой, чёрствость или просто современное равнодушие?

Следов взлома, борьбы и прочего криминала не находят ни полиция, ни родственницы. Зато на каждом квадратном метре вертикальных поверхностей помещения налеплено по нескольку напоминалок. Старушка просто вышла погулять и задумалась? Кто бы другой паниковал даже из-за пропавшей кошки – но только не эти дамочки. Беспокойства в их глазах не видно ни на грош, тем более это странно для триллера. Опытная мать предполагает худшее, несколько наивная дочь верит в лучшее, но обеим по барабану. У меня сложилось впечатление, что их равно устроит любой исход. Пожалуй даже, что летальный предпочтительнее, и чем скорее, тем лучше.

Зрителю позволено знать больше, чем персонажам – в прологе нам показали сцену, условно подтверждающую вариант с деменцией. Некая голая попа под роскошной гривой серебряных волос вышла из ванной, спустилась на первый этаж и замерла напротив окна, вслушиваясь в звуки ночи. Незакрытый кран забыт, вода всё льётся и льётся, переливается через край на пол… Лёгкое недоумение вызывают лишь отличное состояние кожи и ягодиц для столь почтенного возраста и отсутствие всяких следов потопа.

Быть может, в замкнутом помещении у матери с выросшей дочкой обострится застарелый конфликт или возникнет свара из-за вполне возможного в скором будущем раздела имущества? Вскроются страшные семейные тайны, извращения и преступления? И снова мимо. «Ты до сих пор одна?» – «Ага». – «А я бросила учёбу и работаю официанткой в баре». – «Ну, ты же понимаешь, что это не очень хорошо?» – «Ну да». Никто никого не бил в детстве, не было общего любовника и трагически потерянных детей, всё ровно и без эмоций. Невероятно, но две женщины даже на кухне не поругались. Ни разу!

Возвращение грандмаман не обставлено фанфарами и «как же ж ты ж могла ж?!.» Нет, всё снова без огонька: «Чайку?..» Старушка не видит в своей отлучке ничего странного, не осознаёт прошедшего времени и ведёт себя с гостями так, будто они постоянно живут с ней. Всё-таки это деменция, и она прогрессировала от лёгкой до средней тяжести. Девушка старается не замечать у любимой бабушки забывчивость и резкие перепады настроения, а заматеревшая в науке выживания женщина примеряет на бюджет и совесть возможность устроить старушку в дом престарелых.

Кажется, намечается драма о неотвратимости старения и распаде личности? Конечно, это не так интересно, как драма криминальная, но психологическая тоже сойдёт.

Стоп. Кто там ворошкается у бабушки под кроватью и стучит в стенах? Мамадарагая, это же злые духи!.. Мистическая драма! Ужасти!

Ритм сюжета сразу становится побойчее. Бабуля чудит немилосердно, дочка с внучкой делают лицом маппет-шоу. Толкование происходящего колеблется между клишированной мистикой и суровым реализмом. Истерия заразна: всё-таки три женщины в одном старом доме. Ни электрика, ни сантехника, ни просто мужика. Барабашка, кошмарные сны, блуждания матки… Волосы дыбом встают по всему телу даже у зрителя. Кого как, а меня больше всего напугала бабушка. Не дай Бог дожить до такого!..

Фильм можно разделить на три части. Нудная первая, мерзопакостная вторая и последняя, ради которой и стоит смотреть «Реликвию». Перевод, кстати, так себе. «Relic» означает ещё и «реликт», «пережиток», «мощи», «отголосок» и даже «святыня». Решайте сами, что лучше подойдёт символической юнгианской фантасмагории. Оказывается, первые две трети картины несли характер предварительных ласк. Зато последующее плохо лишь тем, что чересчур быстро кончилось!

Дева, женщина и старуха. Юность, зрелость и старость. Рост, расцвет и увядание. Весна, лето и осень. Многочисленная визуализация водных, лунных, природно-циклических и трубопроходных символов. Это ожившие «Женские мистерии» Эстер Хардинг. Это женский мир, в котором мужчине отводятся роли вечного придурковатого дитяти, одноразового уходящего оплодотворителя или ритуальной жертвы. Это конфликт, который даже эмансипированной деве не получится решить мужскими методами.

Как поведут себя современные женщины трёх ключевых возрастов, неожиданно попавшие с троичной на четверичную систему координат? Способны ли они пройти полную инициацию, встретившись с неизбежным – с четвёртым аспектом? Зимой, смертью, уничтожением, Чёрной мадонной, Кали, тёмной луной, нигредо Юнга, архетипом Тени?

Мужская реакция понятна и проста: войти в раж, оскалиться и броситься берсерком навстречу, рыча и размахивая фалло… Простите, дубиной – хотя какая принципиальная разница? Желание одно – задрать. Новшество «Реликвии» именно в том, что женщины здесь постепенно избавляются от навязанных эпохой маскулинных моделей мышления и поведения, а после через потрясение, страх и боль мучительно возвращаются к своей истинной сути.

Мне никогда не принять ТАКОЙ концовки. Мне слишком страшно. Именно потому я и смеюсь!


Статья написана 6 июня 14:00

Проект "Психокуб" (том 1), Лев Вишня, 2020

В базе Лаборатории Фантастики отсутствует.

***

Несколько человек самых-самых разных оказываются в неизвестном месте. Вокруг них город, машины, дома… но нигде нет других людей. Мертвый город. Вырваться и уйти невозможно.

Внезапно все понимают, что являются участниками странного эксперимента, цель которого определить также невозможно. Те, кто попытался уйти – погибли.

Что это за место? Почему они здесь? Кто станет их лидером, что выведет всех из дьявольского замкнутого круга?

Последнее, что помнит каждый из них, это контакт с таинственными «Ведущими» и то, что это место, где не действуют привычные законы физики, называется «Психокуб».

***

Цикл «Проект ''Психокуб''» Льва Вишни подкупает необычностью названия. Чей проект? Что есть Куб? Почему «психо»? Вкупе с указанными жанровыми характеристиками научной фантастики, триллера и попаданцев выглядит кубиком Рубика. Хорошо, вызов принят – будем крутить. Читать в смысле.

Прочитан первый том. Первое, о чём стоит знать потенциальному читателю – цикл, похоже, рассматривается автором как цельное произведение. Прямо говоря, здесь от него только введение в курс дела и завязка. Связующее действие конкретно в этом фрагменте есть, но в процентном соотношении с экспозицией многотомного романа оно теряется. Выглядит, как стена из многотонных бетонных блоков, слегка оживлённая граффити.

Второй предваряющий момент: жанр. Классическая сай-фай отсутствует в первом томе и весьма сомнительна в цикле. Зато психологический аспект «эксперимента на бумаге» используется в полной мере. Фантастика здесь есть, но гуманитарная. Психомоделирование реакций в неизвестных и непредставимо меняющихся условиях на высоте: как поведут себя в группе незнакомые и очень разные личности, попавшие невесть куда и с нависшей над ними угрозой скорой гибели? До скромно подсказанного автором «квантового пространства Филипа Дика» далеко, но это действительно фантастика, триллер и попаданцы.

Что есть Куб? Пока остаётся загадкой. Предлагаются варианты матрицы мегакомпьютера, пространственно-временного кармана и даже чистилища. Заявлены два вектора: инопланетная инвазия и библейско-лавкрафтианский пафос. Фантдоп подан иронично, в духе Роберта Шекли: есть Заказчик, Исполнитель и Дело. После Сотворения Исполнитель вербует трёх помощников из аборигенов и удаляется почивать на лаврах. Помощники, получив сверхспособности и приступив к наполнению Куба подопытными, начинают изгаляться в стиле свиты Воланда и космических пиратов Кира Булычёва.

Сюжет подаётся блоками: процесс захвата персонажей, недоумение российских спецслужб и знакомых относительно пропавших, знакомство с прошлым героев, герои во взаимодействии друг с другом и реальностью Психокуба. Не обязательно в указанном порядке, но видно, что чередование запрограммировано композиционно. Пока взаимодействие персонажей и описания локаций Психокуба в меньшинстве. Помним, что это только начало многотомного произведения, не расстраиваемся и стараемся запомнить информацию. Она ещё пригодится!

Информации даётся действительно много. Она въезжает грузовыми железнодорожными составами в само произведение, цепляется сносками-ковбоями-индейцами со всех сторон и тащится на дрезине сзади целым «Глоссарием Психокуба». Это мини-статьи энциклопедического типа по истории, мировой и поп-культуре, науке, биографиям, промышленности, ремёслам, ТТХ и проч. из реального и вымышленного мира. Ритм сюжета из-за этого сбоит, у предпочитающего экшен читателя вообще может случиться дисфункция.

Качественно и многогранно собранные персонажи во многом уравновешивают громоздкость стиля. Пожалуй, роман стоит читать даже из-за них одних. Помимо того, что доставил золотовоз, достаточно правдоподобно (по учебникам психологии и психиатрии) и подробно прописаны их поведение и реакции. Герои меняются, имеют спады и пики активности и самочувствия. Совершают неожиданные для их амплуа поступки. Меняют стиль поведения и (частично) лексику общения. Одним словом, герои живые.

Команда в Психокубе уже сейчас подобралась разношёрстная: бандит, проститутка, студент, директор, инженер и писатель. Определения утрированы, но максимально точно передают суть. Помним о живости персонажей и энциклопедии из грузовоза. Каждый не так прост, как кажется, и способен стать не тем, чем является сейчас. Интриги, истерики, альянсы и возможность отбора самих экспериментаторов тоже никто не отменял. Авторская установка на то, что гибкость и реактивность психики, общая эрудиция личности важнее узкоспециальных навыков, прямолинейных и – особенно – силовых методов.

Уже в первом томе наблюдается задел на будущее, конкретно здесь приобретающий статус загадок. Ожившая статуэтка пантеры: на бред и хоррор не похоже, поскольку явно чего-то хочет. Возможно, что она является скрытым персонажем. Психолог из первой главы, следователь и девушка одного из пропавших логически напрашиваются в их тесную компанию. Открытый вызов помощников Психокуба спецслужбам России – для чего? Гипертрофированная клоунада этих помощников – остатки человечности плюс «вольствие» бывшего раба или попытка автора оживить повествование? Индивидуальный подход и свой стиль похищения для каждого конкретного персонажа – игра или необходимость? Для чего «сквозной мотив» текилы и виски со льдом? Чем так важно количество оставшихся патронов в обойме внутри – мы помним – квазиреального мира?

Встречаются проколы логики и падения ружей со стены.

Пример 1: инструкция к Психокубу есть у каждого похищенного (и даже служит порталом) а читатель узнаёт её содержание лишь в дополнениях.

Пример 2: индивидуальные задания даются каждому похищенному, но само их выполнение в сюжете отсутствует почти полностью.

Пример 3: обилие сравнений с франшизой «Куб» вынуждает заподозрить автора в споре с кем-то из реального мира.

Пример 4: почему люди действительно пропадают при фантдопе глобального копирования и управляемого быстрого сна?

Акцентировать внимание на всём этом не хочется, поскольку первый том лишь вводная часть составного произведения. Вероятно, большинство так называемых «недочётов» станут понятны при дальнейшем развитии сюжета.

Итого. Первый том цикла поначалу выглядит статичным, циклично повторяющимся и перегруженным лишней информацией, но в масштабах единого многотомного романа подобный подход полностью оправдан. Лично я во время чтения представлял себе запуск ракеты-носителя с космодрома Байконур. В сюжете из персонажей комплектуется «кучка могучих», а мне слышится: «первый двигатель функционирует нормально», «второй…», «третий…» и, наконец, финальное «пошёл!» Земное притяжение преодолено, герои вышли в «космос». Заинтересованные читатели прилипли к экранам слежения, суслики в степи сначала испугались и попрятались, а сейчас забыли страшный шум и занялись своими суслячьими делами. Каждому своё!


Статья написана 26 апреля 17:18

Впусти меня (Låt den rätte komma in), Юн Айвиде Линдквист, 2004 (роман)

https://fantlab.ru/work138089

Впусти меня (Låt den rätte komma in), Швеция, Томас Альфредсон, 2008 (фильм)

Поп-вампиризм

«Упырь-рутину ушлые борзописцы раскрашивали, кто во что горазд. Фантазия хлестала кровушкой из жил. Талант бил колом в грудину. Творчество благоухало чесноком. Благородные вампиры, мудрые вампиры, обаятельные, любвеобильные, остроумные, преданные, отважные, добрые, с тягой к прекрасному – барышни ночами мечтали о дивных женишках, смачивая подушку слезами», – писали Дмитрий Громов и Олег Ладыженский в повести «Снулль вампира Реджинальда». Ни добавить, ни отнять. Или всё-таки можно?

Метаморфоз кровососущей нежити в поп-культуре весьма забавен. Деревенское немёртвое человекоядное чудовище с трупными язвами и светобоязнью в городских условиях вдруг стало вечно молодым и вяло посасывающим рантье модельной внешности и (вот где истинный ужас!) крайне нестабильной сексуальной ориентации. Его заплесневелая полуберлога-полумогила трансформировалась следом за ним в дизайнерский особняк с кружевными занавесками и коллекционными предметами интерьера. Как же так?

Сейчас можно констатировать, что жернова сентиментализма и, следом за ним, романтизма перемололи фольклорного монстра в сверхчеловека, а его животные стремления пожрать и спрятаться во вполне человеческую потребность любви и понимания. Последние медийно-законодательные веяния добавили сначала желание быть как все, а после и модную установку «понять, простить» в отношении этих почти «людей с особенностями». Оставлю без комментариев.

То, что два наших соотечественника походя обсмеяли в юмористической повести, шведы Ю. А. Линдквист и Т. Альфредсон смогли развить в роман и сценарий под названием «Впусти меня». Не скажу, что получилось идеально. Затянуто, излишне натуралистично, местами пошло – но всё-таки очень своевременно. Достаточно оригинально и – в пику как слащавому гламуру, так и медийно-законодательным новшествам – даже с претензией на реалистичность.

Дуэт шведов буднично заостряет внимание на многочисленных неудобных моментах повседневной жизни клыкастых красавцев и красавиц, обычно застенчиво оставляемых за кадром в литературе и кинематографе. В частности, бесстыдно срывает сентиментальную простынку с особенностей межвидовой и вневозрастной любви в самом её разгаре. Подобное уже было, в частности у Энн Райс в цикле «Вампирские хроники», хотя и всё ещё в сильно романтизированном виде. Однако экранизации, как правило, тут же портили все реалистичные начинания.

К примеру, Клодия и Луи в фильме «Интервью с вампиром» 1994-го года, изжив со временем отношения «доча-папа», всё так же держатся за ручки, играют на фортепиано в четыре руки и даже «обращают» себе няню. Как-то это наиграно и по-детски, особенно после их ссоры над трупом креолки с на диво развитыми грудями. Это при том, что сама Энн Райс показала многое из терзаний взрослеющей, взрослой, а после и нечеловечески старой женщины в образе навечно запертой в детском теле Клодии. Шведский же дуплет ценен именно тем, что писатель и режиссёр не спорят и не противоречат друг другу, а действуют в паре согласованно.

Долой романтику

«Впусти меня» в обоих вариантах внешне оперирует клише, общими для городского фэнтези, криминальной прозы и хоррора: пригород, съёмные квартиры, странный новосёл с диковатой дочкой и мальчик-ровесник по соседству. Сюжет кажется привычным, но его подача выходит за устоявшиеся рамки. Завязка и все последующие действия героев стандартны для трёх указанных жанров одновременно – но вот их мотивация в исполнении шведского дуэта выглядит крайне отталкивающей. Высокими чувствами и даже простой детской дружбой тут и не пахнет.

Можно поморщиться и перетерпеть бытовуху ночной охоты Хокана, ведь дочке кушать хочется. Ах, бедный отец! На что ему приходится идти! Но вот расчётливая холодная истерика, которую Эли закатила своему кормильцу, уже настораживает. На такое способна прожжённая старая стерва, презирающая очередного ветвисторогатого супруга-подкаблучника. Никак не вечный ребёнок. Дальше – больше. Коротко, взглядами и оговорками в немногочисленных и потому особенно ценных диалогах, нам однозначно дают понять, что отношения Хокана и Эли совсем не платонические.

Ладно, ладно, ведь она – бессмертное и вечно юное создание, а человек, к несчастью, стареет. Любви все возрасты покорны! Постойте, но зачем тогда этой паре Оскар? Возможно, предыдущий возлюбленный понял, что время его вышло, и волевым усилием сначала уходит в тень, а после благородно жертвует собой, чтобы не мешать? Стоп-стоп-стоп – снова романтическая пошлятина затесалась. Что, самого Хокана нельзя было покусать, пока он ещё не состарился? А-а-а, душа у него, жаль портить. Ах, какая любовь! Нет, всё равно что-то не сходится. В рай Хокан точно не попадёт после всех убийств, так в чём же дело?

А дело в банальном выживании. Эли использовала и заездила одного партнёра, а после начала приручать следующего, причём задолго до смерти предыдущего. Не скрываясь, прямо у него на виду. Жестоко? Ну извините, как есть. Всё тут же встаёт на свои места. В современном развитом государстве вампир нуждается в прикрытии перед законом. Не только в защите днём, но и в добыче крови способом, не вызывающим подозрения о сверхъестественном. Всё это может обеспечить только живой и правильно выдрессированный гражданин с паспортом. Умно? Модернизированный интеллектом инстинкт «пожрал-спрятался» фольклорного упыря, и ничего больше.

Ловля моральных уродов на блесну

«Если у человека нет склонности к кровопийству, вампиром ему не стать. Хоть досуха его выхлебай, в клочья искусай, слюны ядовитой ему в жилы напусти – не встанет он кровососом. Умрет, а не встанет... Пока найдешь правильного человечка, с нужной червоточинкой в душе! – пока вопьешься в сердце, вызнаешь: он, не он…» Собственно, одной этой цитаты из того же «Снулля …» 2007-го года достаточно для освещения всей особенности вампирской тематики «Впусти меня» – романа 2004-го и фильма 2008-го годов.

Оскар и Хокан – жертвы, не первые и не последние у чудовища в детском обличье. Нужны ли Эли друзья и любовники, мыслит ли она этими категориями вообще? По-моему, нет. В романе 2005-го года «Блаженны мёртвые» Линдквист однозначно показывает, что человечество – не важно, любящее, изучающее или испуганное – не в состоянии понять ни оживших близких, ни, тем более, Бога и его замысел. Вампиры также вне всего человеческого.

Эли расчётливо выбирает себе в спутники отщепенцев с гнильцой. Прямо говоря – моральных уродов. Людей, способных полностью отколоться от общества, целиком перейти под её контроль и быть при этом довольными своим положением. Взять Оскара – это затюканный одноклассниками мальчишка, брошенный разведёнными родителями. Он не может ни постоять за себя, ни найти самовыражение хоть в чём-нибудь. Он труслив и агрессивен, и уже сейчас в своих детских фантазиях способен на убийство.

Эли заметила Оскара во время его ежевечерней «сценической постановки» с ножом и тут же застолбила в качестве подходящего кандидата. Началась охота, планомерное совращение обиженного ребёнка взрослым и опытным махинатором: привлечь необычностью, удивить волшебными способностями, соблазнить богатством и телесной доступностью, подсказать быстрое (и чреватое обострениями) решение проблем, позволить почувствовать себя героем, завести в безвыходное положение и неожиданно спасти. В итоге привязать к себе полностью и безвозвратно.

Взрослая женщина из той же художественной реальности Линдквиста – но без психических отклонений – предпочла мучительную смерть случайно открывшимся фантастическим возможностям вампирского существования. Малолетний Оскар поддался добровольно, причём попался на лучших своих чувствах. Хокан в литературном источнике вообще не вызывает симпатий – это педофил гомосексуального толка, оправдывающийся перед самим собой высшим образованием и способностью к «высокой любви» и состраданию. В фильме эта его «особенность» скрыта, но очень легко восстанавливается логически по некоторым сценам.

В поисках современного упыря

Олег Дивов в романе 2004-го года «Ночной смотрящий» также развенчивает моду на гламурных вампиров, используя натурализм и трэш как в бытовых описаниях, так и во взаимоотношениях персонажей. Но у него вампиризм криминализирован и сродни наркомании – страх, насилие, кратковременная эйфория и ломка, изменение личности с последующей её деградацией и неизбежным угасанием.

В фильме «Вампиры» Джона Карпентера 1998-го года всё нарочито грубо, примитивно и агрессивно, но тоже по-другому. Как-то «US Army» и даже «по-вьетнамски». У него нечисть образует ковены наподобие религиозных сект или осиных гнёзд, в которых есть хозяин-«матка» и множество потерявших свободу воли низших особей, подчинённых строгой иерархии и выполняющих функции охраны и обеспечения.

В дуплете «Впусти меня» Эли не требуется свита последователей, а её жертвы соединены с ней «любовью-ненавистью» по схеме семей хронических алкоголиков. Жена вольна уйти в любой момент от запойного мужа, но не уходит, и при этом даже получает моральное удовлетворение от собственной «жертвенности». У Линдквиста и Альфредсона жертва лишь приобщается к тайне, становится соучастником, но не приобретает сверхвозможностей и кардинально не меняется. Почему? Потому, что раб и не должен меняться, он должен выполнять свою функцию.

Я вижу в Эли подобие хищного насекомого-мирмекофила – частично паразита, частично симбионта человеческого общества. Из тех, что поселяется в муравейнике и даёт отдельным особям капельку сладкого наркотического секрета, вызывающего привыкание, но втайне пожирает яйца, личинок или самих муравьёв. Эли чужак, непознаваемое нечто, вневозрастное и бесполое оно. В результате своих умелых, продуманных и спланированных действий, а также оказания индивидуально подобранных экзотических услуг оно принимается некоторыми особями за своего. По сути, это иллюзия лучшего друга, спасителя, дарителя, возлюбленного или любовника одному – и хищник для всех.

Реальная жуть

В книжном первоисточнике Эли сам жертва, века назад изуродованный вампирами-аристократами красивый мальчик с полностью удалёнными половыми органами. В фильме эту сцену из прошлого и травму скрыли. Оставлены лишь словесное отрицание Эли своей принадлежности к женскому полу и секундный эпизод со страшным шрамом внизу лобка. Скрыли, но не убрали полностью – и тут я готов аплодировать режиссёру.

Альфредсон убрал шок-контент из кадра, но, в полном согласии с Линдквистом, оставил и подчеркнул искусственность и неестественность разыгрываемых отношений. Изменённый Эли больше не человек, и даже понятие пола к нему неприменимо. Вампир лишь даёт каждому то, в чём тот нуждается: Хокану запретный секс, Оскару – видимо, только пока и только за малостью лет – нежные чувства и «обнимашки».

О какой детской дружбе, о какой вечной любви тут допустимо фантазировать? Вампир может имитировать человека, но ничего человеческого в нём уже не осталось. Вспомните оживших из «Блаженны мёртвые». Эли даже в сравнении с ними полный кастрат, навсегда лишённый чего-то действительно важного. Члена с яйцами или души? Решайте сами.

Упырь безобразен по своей сути, и только «червоточинка в душе» очередной будущей жертвы желает оправдаться, найти во зле если не скрытое добро, то хотя бы опасную красоту. Даже дуэт Олди в конце «Снулля…» споткнулся и выдал-таки жизнеутверждающий финал под кавалерийские трубы. Обидно, хотя и понятно, что цели там преследовались совсем другие.

Шведы смогли выдержать стиль до конца: в их мире пощады не было, нет и не будет. Правильно переведённое название романа и фильма – «Впусти того, кого следует» – более чем красноречиво. Оно полностью соответствует фольклорной традиции. Сюжет органично вписывается в городские условия, культуру и современность. Это реальная жуть! Даже продолжение читать не хочется, чтобы ненароком впечатление не испортить.


Статья написана 5 апреля 07:55

Когда мир изменился, Ник Перумов, 2021

https://fantlab.ru/work1315643

-Нет писателя без ника, нет фэнтези без Перумова!

После того как Эвиал соединился с Мельином, Фесс очнулся. Только уже не Фессом из цикла «Хранитель Мечей» цикла «Летописи Разлома» цикла «Миры Упорядоченного» цикла «Слово Николая Данииловича». Наверное, он слишком долго спал. У изменённого мира появилась своя собственная тысячелетняя история, в истинности которой никто из аборигенов не сомневается. Ручки-ножки у героя постепенно раздвигались, а вот с головой совсем беда. Душно было спать там, на Дне Миров. Да и весь этот новый мир какой-то спёртый. Это кома, чистилище или персональный ад? Читателей, писателя или персонажей?

-Нет литературы без фэнтези, и лишь Перумов пишет его!

Вокруг всё то же, что и всегда в перумовском аниме-сериале, только проще, легче и само собой получается. Разупокоенные невесть кем неупокоенные упокаиваются направо и налево пачками, инквизиция бдит благосклонным отеческим оком, благодарный народ кормит, поит и в постель опытную бабёнку подкладывает, а прижимистый голова скрипит зубами, но платит по контракту исправно. Снаряжение без потерь переносится из предыдущего сезона сериала, хотя и с небольшим запозданием, но краше прежнего!

-Зачем сюжет верным читателям, уже однажды облагодетельствованным? Глухие, немые, слепые, мы без сомнений идём за Истиной во славу Перумова!

Вот честно, не узнаю я Фесса. Подростковый накал страстей и борьба одного против всех с возрастом ушли, но вместо взрослого мужика перед нами словно маньяк после отсидки и химической лоботомии. Директива 1: достать посох и глефу. Директива 2: дракон-дочка-нельзя-нельзя! Директива 3: тянуть лямку. Перегрев систем персонажа только при исполнении директивы за номером 2. Директивы 1 и 3 выполняются на автомате. В той же «Войне ангелов» клон Фесса почему-то был поживее. Наверное, вменяемость бога напрямую зависит от количества его аватар.

-Мудрый увидит зёрна истины в притче, расчистит, вспашет и засеет поле, терпеливый дождётся всходов, трудолюбивый пожнёт колосья, обмолотит и смелет в муку, умелый замесит тесто, испечёт хлеба, и тогда все голодные насытятся. Только глупец иссечёт ножом чрево курицы, чтобы поскорее достать яйцо понимания!

Есть Этлау, который не Этлау. Есть Сугутор, который не Сугутор. Есть Прадд, который не Прадд. Есть много тех, кто как тот, но другой, и всё же тот самый, но изменившийся. Есть квест в реальности, которая похожа на сон, и есть квест во сне, который неотличим от реальности. Есть мир основной, и есть мир изнаночный. Сплошные «есть», которых на самом деле нет. Жуёшь, глотаешь – а жрать почему-то всё так же хочется!

-Верующим в Перумова и жертвующим во Имя Его уготована награда в Книге и после Книги! Восхвалим же щедрость Его!

Свинья, загонявшая до потери пульса демона, которого вызвал варлок, которого едва завалили Фесс со товарищи. Рыцарь, благословляющий эту хавронью высоким слогом. Престарелый маг, помогающий личу уничтожить мир ради пузырька средства, временно восстанавливающего потенцию, дабы вкусить едва расцветших прелестей своей ученицы. Пополнение некробестиария (видимо, готовится к выходу отдельное подарочное издание). Дополнение в одну восьмую тома – отбракованная первоначальная версия начала истории, посвящённая кривляньям созревшей малолетки, которую нельзя по разным причинам (ждём отдельного многотомного издания черновиков, писем и мемуаров любимого автора, отдельно – серии 18+ с картинками, а также хентай).

-Неужели кто-то посмеет отвергать Продолжения, если прочёл Книги, и это было хорошо? Позор тем при жизни, а в День Окончания Цикла воскрешены те будут и насмерть забиты пропущенными Томами!

До сих пор покупаю и прочитываю каждую вышедшую книгу «Миров Упорядоченного». Нет, я не последний самурай, уже не пользуюсь телефоном Nokia 1100 и не пишу писем очинённым гусиным пером. Я не скандирую на форумах «Про-о-оду-у! Про-о-оду-у!» или «Доста-а-ал! Говно-о-о!» Я желаю знать, чем кончится основная история. Очень хочется, поскольку читаю её со школы, а через год мне стукнет сорок. Вместо этого сериал продолжает ветвиться и накидывать побочные сказки, воскрешать погибших и раскрывать давнопрошедшую личную жизнь старых героев и недавно появившихся персонажей. Последний шик – разбодяжить рассказ на четыре-пять сотен страниц и подшить в тот же переплёт отрывки черновика, от сцен которого уже было принято решение отказаться.

-Вы не цените то, что Явлено сейчас, хотя это подтверждает Истину того, что вы уже имеете? Как же вы могли хвалить то, что ругаете сейчас, и называться читателями Его?

Из сезона «Гибель богов – 2» уже было известно о падении и возвышении Ялини, трагической любви Клары Хюммель к Аветусу Стайну, Хагене в Долине Магов, Восстании Безумных Богов, двойной игре Игнациуса Коппера, пробуждении Фесса и Аэсоннэ и даже о том, что Иммельсторном завладеет Клара Хюммель. Это если не перечислять всего (не вижу в этом смысла). Что принципиально нового, интересного и сюжетно важного даётся в «Сказках Упорядоченного» и «Когда мир изменился»? Ни-че-го. Быть может, это самостоятельно ценные романы, которые позволяют пережить ещё одно Приключение с любимыми героями? Никак нет. Тогда для чего нужны все эти многотомные тома побочных ответвлений? Не могу знать! Стиль и темп повествования перестали зависеть от размера и сюжета произведения, всё стало одинаковым. Складывается впечатление, что автор всерьёз пишет Книгу Книг – единым стилем. Потому ждите, праведные: Продолжение следует!

-Нет писателя без ника, нет фэнтези без Перумова! Нет литературы без фэнтези, и лишь Перумов пишет его! Верующим в Перумова и жертвующим во Имя Его уготована награда в Книге и после Книги! Восхвалим же щедрость Его!..

Опубликовано на странице произведения: https://fantlab.ru/work1315643

Если кому интересно, то вот ещё:

- моя рецензия-фельетон на "Охотники. Пророчества Разрушения", Ник Перумов, 2017: https://fantlab.ru/blogarticle52208

- моя собственно рецензия на "Сказки Упорядоченного" (цикл, на тот момент "Войны Ангелов" не было), Ник Перумов, 2017: https://fantlab.ru/blogarticle55579


Страницы: [1] 2  3  4  5  6  7  8  9 ... 18  19  20




  Подписка

Количество подписчиков: 43

⇑ Наверх