27 июля 1880 года. Шестьдесят шестой гвардейский полк и другие боевые подразделения армии Ее Величества вступают в неравный бой с афганцами под предводительством Айюб-Хана.
1984 год. Советский прапорщик Павел Леварт приезжает на службу на заставу "Соловей". Духи готовят серьезный отряд, способный сравнять укрепление ненавистных шурави с землей.
Наши дни. Новые неверные оскверняют своим присутствием склоны великого Гиндукуша. Это не американцы и не полосатые советские десантники, а какие-то другие, неизвестные ранее посланцы шайтана, да покарает их аллах!
Связующей нитью, объединяющей воедино эпохи и различных героев, оказывается таинственная золотая змея, являющаяся только избранным воинам и за которой ни в коем случае нельзя следовать. Но что делать, если зов загадочной рептилии становится слишком сильным, а существующая реальность — чересчур грязной для того, чтобы противиться воле вечности?
"Змея" — довольно необычная вещь для Сапковского. "Ведьмаком" и "Сагой о Рейневане" пан Анджей приучил нас к тому, что для донесения своего замысла до читателей ему обычно требуется как минимум несколько внушительных по объему томов. "Змея" же уложилась всего в три сотни страниц, причем по эмоциональному воздействию эта повесть далеко опережает все остальные произведения писателя.
Тема афганской войны необычайно близка и болезненна для отечественного читателя, однако одним лишь этим фактом нельзя объяснить все те эмоции, которые начинаешь испытывать при прочтении книги. Пан Анджей проделал огромный объем работы и настолько достоверно описал происходящие события, что буквально вживаешься в шкуру главного героя книги, советского прапорщика Павла Леварта, и начинаешь чувствовать все то же, что и он. Текст повести изобилует множеством мельчайших подробностей, солдатским жаргоном, для объяснения которого потребовался специальный словарик, и родным русским матом. Порой сложно поверить, что автором книги является поляк — настолько точно переданы особенности советского менталитета.
В центре внимания находится несколько воинов, живших в разные эпохи, но разделивших одну судьбу на всех. Война вошла в их жизнь, исковеркала души и стала единственным смыслом существования, поскольку после всех ужасов, увиденных в бою, очень сложно, если вообще возможно, вернуться к мирному существованию. Горький, печальный, местами ироничный текст насквозь пропитан антивоенной тематикой — Сапковский, описывая будни советских солдат в Афганистане, не приукрашивает подробности их службы, стремясь донести до сознания читателей, насколько это неправильно — решать мировые проблемы на поле брани.
Цитата: "Если бы, ах если бы, все в этом мире можно было решать на хоккейной площадке, в трех периодах, клюшкой и шайбой, то не только канадских профессионалов из НХЛ, не только вероломных антисоциалистических чехов, но и весь мир, да что там, даже душманов из Панджшира, Герата и Кандагара крепко и сокрушительно поимела бы хоккейная сборная СССР, а в ее составе Рагулин, Фетисов, Касатонов, а также мать их, Капустин, Голиков и Мальцев".
Пан Анджей держит читателей в напряжении на протяжении практически всей повести. Разве что ближе к концу линия Леварта слегка провисает, однако затем Сапковский дает настолько меткую и убойную характеристику советскому обществу конца восьмидесятых годов, что несколькими абзацами заставляет забыть обо всех огрехах предыдущих страниц.
Цитата: "Общество, к которому солдаты вернулись, повело себя, интересное дело, почти так же, как и жены. Общество, как и жены, надменно и гордо не признало, что это оно само скурвилось. Общество с обаянием попугая повторило за женами слоган "Никогда-бы-тебя-не-предала-если-бы-ты..." Общество глубоко уверовало, что это именно его оскорбили. И общество обиделось. Обиделось смертельно".
"Змея" в полной мере дает возможность оценить эрудированность автора. Пан Анджей прекрасно ориентируется во всех периодах мировой истории, мельком описывает множество деталей каждой эпохи и при этом зарождает желание узнать больше о том, о чем сам Сапковский говорит между делом. А уж тем, с какой точностью автор изучил детали быта советских солдат в Афганистане, можно только восхищаться. Если бы текст повести показали какому-нибудь неподготовленному читателю, не знающему личность и национальность автора, он вполне мог бы подумать, что книгу написал русский писатель, действительно воевавший за речкой.
В "Змее" практически отсутствует фантастический элемент, сведенный, к этой самой змее, золотистой лентой связавшей все эпохи в единый узел. Однако именно необычное пресмыкающееся помогло пану Анджею рассказать три истории вместо одной. С другой стороны, повесть производила бы хорошее впечатление и если бы Сапковский решил остаться в рамках суровой реальности.
Напоследок хочется сказать пару слов об отечественной локализации. Здесь можно было бы привести множество примеров из текста, которые следовало бы перевести гораздо лучше, но ведь магия Сапковского в том и заключается, что с первых страниц повествование с головой поглощает читателей, и на ошибки перевода быстро прекращаешь обращать внимание.
Резюме: Очень сильная и глубокая военная проза без каких-либо оглядок на жанровую принадлежность.
Автор рецензии выражает благодарность издательству "АСТ" и лично PR-менеджеру по интернет-проектам Мариам Алавердашвили за предоставленный текст.