FantLab ru

Все отзывы посетителя chupasov

Отзывы

Рейтинг отзыва


Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  13  ]  +

Кадзуо Исигуро «Не отпускай меня»

chupasov, 19 марта 2019 г. 08:21

Роман прекрасен до тошноты. Просто нужно понимать, что это никакая не фантастика, не антиутопия, а роман абсурда. Ни в психологическом, ни в социальном плане роман программно не претендует на достоверность.

Напротив, именно очевидная недостоверность и поддерживает ощущение немыслимости происходящего (из аналогий, навскидку — «Превращение» Кафки: автор дает невероятное происшествие как бытовуху, но в реальном мире такое событие ну никак не могло стать бытовухой). Задача Исигуро — не в том, чтобы, как в фантастике, читатель принял правила придуманного мира и жил в нем вместе с героями. Нет, читателя будет тошнить от этого донорства и на первой, и на двухсотой странице, мы не будем принимать происходящее как данность, но все же останемся с героями, отпустив их лишь на последней странице. С чудовищным мастерством выписанное столкновение человечности с абсурдом мироустройства — это и есть главная фишка романа. Автор расковырял плоть бытия и тыкает читателя в эту гноящуюся рану всякий раз, когда мы готовы съехать на предлагаемые автором же рельсы жанрового автоматизма (антиутопия, роман воспитания, психологический роман и т.п.)

Этот разрыв в ткани бытия — смерть, смертность человека. Эдем Хейлшема, где смерти нет, заканчивается во всех смыслах, начинается взрослая жизнь, которой ты в сущности добровольно будешь отдавать куски себя (здесь важно авторское donations, слово «выемки» совсем не туда уводит). Но может ли настоящая любовь хотя бы отсрочить смерть? А в чем смысл искусства? Или лучше, чтоб побыстрее? Важно ли помнить Эдем? Или, напротив, смерть приносит какое-то понимание (ты — не донор, тебе не понять)?

Роман беспримесного отчаяния — а что еще можно испытывать ежесекундно отчетливо осознавая собственную смертность? — превращается в развернутый дзенский коан: «Падая в пропасть, ты зацепился зубами за пучок травы. И тут тебе задают вопрос о сущности Будды».

Оценка: 9
–  [  6  ]  +

Анна Коростелёва «Школа в Кармартене»

chupasov, 25 августа 2013 г. 21:23

Русский ответ «Гарри Поттеру» — уже сложившийся жанр (скоро и рассказ о школьных годах Йозефа Кнехта будет восприниматься исключительно как швейцарский ответ «Гарри Поттеру»). Два таких «ответа» показались мне любопытнее оригинала (которого я, впрочем, не осилил). Любопытными прежде всего необыкновенной полнотой живой радости учебы и познания. Н. Горькавый создал настоящего «Гарри Поттера» для «технарей», а затейливое единство миниатюр А. Коростелевой — это очень правильный «Гарри Поттер» для «гуманитариев». Тех, кто хочет учиться, узнавать новое, расти, а не обзавестись волшебными предметами, помощными зверями и пикантными шрамиками.

Оценка: 9
–  [  3  ]  +

Карен Томпсон Уокер «Век чудес»

chupasov, 21 октября 2015 г. 15:29

Этот пронзительный роман оказался для меня еще и прекрасным образцом настоящей фантастики. Настоящей – т.е. не с изложенными топорным языком вымученными выдумками, а с попыткой говорить о реальности через призму фантастического, с помощью остранения.

Здесь и живой герой (он со своими проблемами, быть может, не всем интересен, но он – живой) в перспективе мироздания, и неостановимо меняющийся мир, и (положено ведь три составляющих?) демонтаж стереотипных форм социального поведения – как привычных, так и почитаемых «альтернативными». И грустное достоинство зацементированной на века финальной надписи.

Для меня роман Уокер стал в один ряд со «Спином» Уилсона.

Оценка: 9
–  [  2  ]  +

Лили Кинг «Эйфория»

chupasov, 6 января 14:41

«Эйфория» – хорошее название, хотя «Оргазм» тоже, наверное, подошло бы. Перед нами – не просто интеллектуальный прорыв героев-антропологов, совершенный в ситуации любовного треугольника. Это необыкновенный момент полноты человеческого бытия, соединяющего интеллектуальное и сексуальное, прошлое и настоящее, привычное и чуждое. Тот краткий миг, когда совместное чтение революционной монографии оказывается чувственней секса втроем.

А еще роман – отличное введение в философскую проблематику антропологии и, в особенности для русского читателя, – приглашение познакомиться с биографией и взглядами прототипа героини – Маргарет Мид. Кстати, «эйфория» переводится с греческого как «плодовитость». Однако обладание – знанием, славой, другим человеком – всегда мимолетно и в конечном итоге иллюзорно.

Оценка: 9
–  [  2  ]  +

Анна Козлова «Рюрик»

chupasov, 7 ноября 2019 г. 09:40

Каждый из нас не раз оказывался ночью в темном зловещем лесу – дрожа от холода, прислушиваясь к шорохам, обращаясь бог знает к кому с просьбой о том, чтобы тот ужас, что по хозяйски вольготно ходит совсем рядом, просто прошел мимо. Мы все это не раз переживали – вместе с хоббитами в Старом лесу, вместе с кинговской «Девочкой, которая любила Тома Гордона» – у каждого читателя, наверняка, наберется свой список.

Стоит ли еще раз окунутся в эту хтонически-психоделическую жуть вместе с Мартой – героиней популярной писательницы Анны Козловой? За это произведение я брался с некоторой опаской, ведь предыдущие ее романы у меня как-то не пошли. И этот я чуть было не бросил: рассказ вначале романа идет от лица забытой в вагоне книги, это она, взяв читателя за руку приведет его в место, откуда начнется действие. Хотя, что считать началом? Ведь путешествие Марты – это и путешествие в свое прошлое. Но и в реальном плане путешествие героини, затягивая в свою орбиту других людей, даст нам если не целую энциклопедию русской жизни, то по крайней мере, галерею мастерски изображенных современных типов (мне, правда, показалось, что изображая мужчин автор как-то слишком сгущает краски… но мы, впрочем, всякие бываем :). Ну, а книги-расказчика, если брать роман в целом, оказалось не так много, чтобы испортить впечатление. И потом, кому-то этот прием может и понравится (просто на мой взгляд он сегодня немного слишком литературный).

Из безусловных удач романа хочется назвать то, как по мере чтения меняется наше отношение к персонажам (не только к ГГ, меня вот в этом плане зацепила и мама Марты). Конечно эти изменения в нашем восприятии героев тщательно просчитаны автором, но здесь ведь одно дело – хотеть, а другое дело – уметь... И Анна Козлова умеет. Меняются и сами герои – и эти изменения не кажутся какими-то придуманными (авторы обычно считают, что перерождение героев само собой разумеется в пограничной ситуации; но здесь герои меняются и без нее – однажды перемены просто приходят).

Бросая прощальный взгляд на весь роман, нельзя не заметить, что история в целом очень хорошо выстроена: в ней нет ничего лишнего, флешбеки уместны, кусочки сюжетной мозаики, подобранные разными персонажами, органично собираются воедино. В общем, «Рюрик» – редкая удача на небосклоне прозы о современности. Однозначно рекомендую к прочтению!

Оценка: 9
–  [  2  ]  +

Ирина Богатырёва «Кадын»

chupasov, 1 июля 2017 г. 13:42

Обычно «Кадын» сравнивают с «Мэбетом» Григоренко (и сравнивают не в пользу романа Богатыревой). Меня же «Мэбет» совершенно не тронул. Главным достоинством «Кадын» кажется мастерское соединение эпоса, сказки, бытописания и романа о взрослении. Стилистическая монотонность, отмеченная критиками, — это как цемент, что скрепляет очень разные жанры, создавая удивительно цельный мир.

Оценка: 9
–  [  1  ]  +

Алексей Сальников «Отдел»

chupasov, 10 декабря 2018 г. 11:40

Что получится, если зарядить хорошо сделанный ТНТшный сериал (а вдруг?) идеями из «Банальности зла» Ханны Арендт? (И поздних Стругацких с люденами сюда же, до кучи). – Угу, получится роман Сальникова «Отдел».

Первое мне показалось на редкость удачным: фантастическое допущение, помещает сто раз описанные вещи в современность – с просто ошеломляющим эффектом.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Когда читаешь про нацистских или сталинских палачей, то всегда на фоне – «и вот так, просто делая свою работу, убили миллионы людей». И в контексте уничтоженных миллионов никак невозможно посмотреть на этого палача его же глазами. А герой вот, как твой сосед-полицейский, просто ходит на работу – надо же где-то работать – терзается терзаниями, пытается выступить даже как-то – правда, выходит по большей части истерика какая-то, а не Поступок… да и против кого выступать? Против тех, кто так же ходит на работу, и так же терзается терзаниями – против неплохих в сущности мужиков? И счет жертвам вовсе не на миллионы идет… И, может быть, это все как-то и осмысленно… Здесь не однозначный нацистский преступник, а какой-нибудь омоновец, что таскает демонстрантов в автозак (Думаете, прям вот легко им пацанов да девчонок винтить? У них ведь у многих дети того же возраста.). В общем, в основной линии — отличная идея и мастерское исполнение.

История с новым сверхразумным видом сюда, в принципе, очень хорошо встает (взгляд с точки зрения вечности), но только в теории. На деле получился какой-то довесок, мало чего меняющий в основной линии.

Но в целом – must read, разумеется.

Оценка: 9
–  [  15  ]  +

Тед Чан «История твоей жизни»

chupasov, 22 апреля 2011 г. 20:01

Очень правильная фантастика. Правильная – это когда в научно-занимательной форме автор умеет говорить о вещах, интересных не только энтузиастам науки.

Научная составляющая рассказа не нова для людей, интересующихся лингвистикой: здесь и гипотеза лингвистической относительности (вероятно, ошибочная в радикальных вариантах), и опыты по созданию идеографической письменности (ЛоКоС, например). Все это качественно сделано, и фантастическое допущение заставляет внимательно следить за перипетиями полевой лингвистической работы (чай, не язык каких-нить индейцев хопи изучаем)

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Придумку со вторым сюжетом просекаешь довольно быстро: «Эмму и Сфинкса» Дяченок и даже «Почерк Леонардо» Рубиной я прочел раньше повести Чана (к сожалению?).

История Кассандры стара, как мир, но Чан делает нечто особенное – показывает внутреннюю эволюцию человека, знающего будущее, причем показывает изнутри. И это все на уровне языка и лишенного всякой фантастики сюжета. Ключевой для меня эпизод – ‘воспоминание’ о том, как героиня читает дочке сто раз читанную сказку:

“Well if you already know how the story goes, why do you need me to read it to you?”

“Cause I wanna hear it!”

На этом месте многоноги для меня лично тихо отлетели, освободив место для простого, в сущности, вопроса: «А разве мы не знаем, как оно все кончится? Ну, без подробностей, зато совершенно точно?». Вот где писательское мастерство: показать не смирение, даже не приятие неотвратимого, а искреннее желание жить – прекрасно осознавая неизбежность малоприятного финала.

Причем сказать об этом автор ухитряется, рассматривая психологию обыкновенной, в сущности, женщины.

Оценка: 8
–  [  12  ]  +

Мария Галина «Малая Глуша»

chupasov, 28 января 2010 г. 21:08

Кажется, в последние годы отечественная фантастика приближается к скачку, по мощи сравнимому с американской «новой волной»: после провала конца 1990-х – начала 2000-х она вновь становится литературой.

Первая, самая большая, часть «Малой Глуши» есть, по сути, удачный стилевой эксперимент – попытка сращения производственного романа с хоррором (ну, или просто фэнтези для многих читателей). И это только самое заметное из соположений.

На выходе получаем умопомрачительный гротеск. Интересно, что вторая половина 2000-х вообще оказалась не скудна женскими текстами, организованными как стилевые эксперименты (начатые гораздо раньше «Звездные гусары» Хаецкой и «Шайтан-звезда» Трускиновской также ‘выстрелили’ сравнительно недавно). В этой литературной ориентации и кроется, возможно, путь к возрождению русской фантастики, что мечется сегодня между потугами на Идею (‘как нам обустроить Россию’) и мелкотравчатой жанровостью (‘мы, типа, без претензий: пиф-паф — трындец котенку, потому как время, значить, жестоких чудес’).

Но главная и самая замечательная ‘литературная’ характеристика произведения Галиной – это творческая свобода (об этом отчасти сказано в отзыве Дивова на обложке). Автор, разумеется, оглядывается на публику, но отнюдь не потакает ей (последнее стало, увы, нормой у большинства современных фантастов).

И еще удивительно приятно наблюдать, как автор растет от романа к роману (такая это редкость в русской фантастике). Когда авторские приемы, памятные по совершенно меня не тронувшим «Хомячкам», вдруг начинают работать на смысл, расцвечиваются новыми красками – писательница все яснее различает даль большого СВОБОДНОГО романа, который ей, надеюсь, только предстоит.

Оценка: 8
–  [  11  ]  +

Ярослава Кузнецова, Анастасия Воскресенская «Чудовы луга»

chupasov, 12 мая 2011 г. 13:49

Как уже отмечено, это хорошо написано. Более того, неплохо отредактировано (ну, или авторы просто так пишут – и то, и другое по нынешним временам большая редкость). Соавторы не потакают читательским ожиданиям (здесь плеснуть душераздирательности, там терзаний душевных, плохим выдать побольше мерзости, хорошим – отсыпать нерассуждающего благородства). Пусть и может творческая свобода отпугнуть осторожного издателя, но авторы предпочли работать в приглушенных, пастельных тонах, разделяя героев не на положительных и отрицательных, а на главных и второстепенных. Воспользуйся соавторы проверенными тиражами рецептами, получился бы у них совершенно дяченковский текст – чего очень бы не хотелось.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Ведь, к примеру, ничего не стоило авторам свести героев-антагонистов для последнего разговора, где слова звучат веско и просто, а в подтексте – чистейшая пронзительная грусть. Только все это мы уже мильен раз читали. И как изысканно решение авторов, у которых герои в образах ангелов сошлись навечно у входа в церковь.

Читая такие тексты, временами соглашаешься с тем очень спорным тезисом, что нет ни фантастики, ни мэйнстрима, а есть хорошо и плохо написанные книги. Это не фэнтези в доминирующем сегодня стиле – забористом, ярком, энергичном, это фэнтези в сторону, скажем, лорда Дансейни.

Оценка: 8
–  [  10  ]  +

Шамиль Шаукатович Идиатуллин «Бывшая Ленина»

chupasov, 21 сентября 2019 г. 21:56

Эмоционально некоторые вещи попадают очень четко. Интеллектуально тоже «заходит»: пассаж про «в сущности, нормальный город, клумбы там, фасады отремонтированы — но вот воняет!» — это вообще самое точное описание российской действительности, из мне встречавшихся.

Однако, на мой вкус, акцентированно современный сюжет здесь мало сочетается с разговором о главных вещах. Вышло, как если бы автор Ильи Ильича Обломова не только затеял бы перерождение героя – пусть его – но еще полромана описывал бы в деталях специфику предпринимательской деятельности в условиях раннего капитализма. А в финале быстренько закруглился бы, пришпорив безответную лошадку эншиент рашен блюза.

Быть может, это проблема художественного языка, как считает Г. Юзефович: о протестных движениях трудно говорить теми же средствами, что о кризисе семьи среднего возраста. А может быть, разбалансированность романа, выражает разбалансированность нашей жизни, где вещи экзистенциальные никак не связаны с политическими проявлениями.

Причем чтобы связать экзистенциальный и политический сюжеты автору пришлось придумать не очень убедительные трансформации героини из Фрэнка Андервуда в домохозяйки и обратно (мы со Станиславским в один голос воскликнули, ну, чего там полагается).

И все же читать роман обязательно – не только как голос, извините, поколения. Русской культуре отчаянно нужен современный роман, а русская литература не очень знает, как его делать. Не роман о современности, вроде пелевинских и сорокинских, а современные «Что делать?», «Мать»... «Что делать, мать?» – никто толком не знает, но «Бывшая Ленина» – это важный и профессионально сделанный опыт ответа.

Оценка: 8
–  [  10  ]  +

Мария Галина «Медведки»

chupasov, 6 апреля 2012 г. 15:41

По прочтении замечательного романа Галиной загрустил, укрепившись во мнении о том, что отечественная фантастика потихоньку отдает богу душу. «Книга года по версии Фантлаба» в этом отношении очень симптоматична: если у иностранцев лучшие книги за последние три года — жанровая литература, то в номинации «Лучший роман (авторский сборник) отечественного автора» первые позиции в 2009 — 2011 годах занимают романы, имеющие мало отношения к фантастике в традиционном ее понимании. И «Медведки» Галиной — тоже хрестоматийный в своем роде образчик того, что Цветан Тодоров назвал ‘фантастической литературой’ (сильно запутав любителей фантастики).

Здорово, что в литературе основного потока появляются такие хорошие произведения. И жаль, что обещанной конвергенции мэйнстрима и фантастики, к сожалению, нет как нет. Да, авторы мэйнстрима охотно используют элементы жанрового антуража фантастики. Однако встречного движения — повышения литературного качества, художественной эмансипации произведений фантастического жанра — что-то не видно (я только о ‘состоявшихся’ авторах первого ряда). Недотепы-симбионты последних лет просто не сопоставимы по уровню, скажем так, писательских амбиций с фантастическими произведениями Галиной, Петросян, Быкова, Елизарова (разве что «Райская машина» Успенского находится в той же ‘весовой категории’).

А «Медведки» показались мне удивительно сбалансированным, хорошо темперированным романом. Поначалу напрягся, решив, что сейчас автор вырулит на заезженный мотив превращения текста в реальность, но все оказалось глубже. Действительно, некоторые из мотивов можно было развернуть даже в отдельный текст – но мне кажется, что в итоге мы имели бы лишь вариации на чужие или свои фирменные темы. Первое скучно, второе… а зачем? Хочешь про ‘мир как текст’ – читай «Заплывая за буйки». Хочешь про ктулху, вылезающих, чтобы с бою взять Приморье – есть же «СЭС-2». Внутренней логикой своей «Медведки» напомнили мне «Хромую судьбу» (без Синей папки) – с ее подчеркнуто реалистической линией писателя, с нерешенностями, ‘работающими’ именно в балансировании (потому как, на выходе совершенно не важно, построен ли изпитал, действительно ли Феликсу Сорокину досталась партитура труб Страшного суда, помстился ли герою Булгаков и т.п., а важно – «хватит с меня псины!»).

Магистральный сюжет Галиной (она, как мне кажется, вновь и вновь пишет историю о силе вымысла) заиграл в романе новыми гранями: сама повседневность оказалась не только иллюзорной, но загадочно мощной. Люди, какими мы их знаем, — лишь тени и отражения, что, однако, не означает их эфемерности (в логике ‘если лиц много — значит, они все поддельные’), но указывает на что-то большее, стоящее за множественностью отражений.

Вообще, если вычленять в романе ‘художественно-философские идеи’, то в большинстве своем они нисколько не оригинальны, загадка обаяния романа – в той убедительности, с какой эти идеи воплощаются (помните, «все, что ты придумываешь, либо было придумано до тебя, либо происходит на самом деле»?). В последних романах Марии Галиной за техничной игрой в фантастику, постмодернистским переливанием из текста в мир и мастерством ‘объемного’ реалистического письма просвечивает неожиданный в наши дни, но удивительно органичный символизм.

Оценка: 8
–  [  9  ]  +

Вячеслав Рыбаков «Давние потери»

chupasov, 7 декабря 2007 г. 18:16

Потрясающий рассказ. Собственно, Рыбаков сам о нем все сказал: это было попыткой написать о том, каким бы был СССР, если бы пропаганда была правдой. И как же было бы все замечательно, если бы все так и было! И насколько острее на этом фоне осознается инаковость действительности.

Аналогичный ход используют Д. Быков и М. Чертанов в плутовском романе о Ленине «Правда».

Оценка: 8
–  [  5  ]  +

Александр Громов «Вычислитель»

chupasov, 24 января 2008 г. 18:12

Наверное, каждый настоящий писатель-фантаст (и тем более — автор твердой НФ) должен написать такой вот реквием рационализму.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Леонид Каганов «Лимонная планета»

chupasov, 3 января 2019 г. 17:53

Повесть в целом – это остроумное упражнение, выстроенное на оттенках биологического и культурного расизма. Начало – мастерский памфлет о мультикультурализме сразу в европейском и российском его изводах. В борьбе за дружбу и мирное сосуществование с пауками из «Эпоса хищника»... Но в отличие от прежних кагановских вещей «Лимонная планета», к сожалению, как-то не задевает. Наверное, из-за отсутствия симпатичных героев в центре повествования.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Джо Уолтон «Среди других»

chupasov, 22 ноября 2016 г. 23:12

Роман — образчик «фантастической литературы», как ее определял Ц. Тодоров (фабулы в ней балансируют между возможностью реалистического и волшебного истолкования). Получился занимательный, временами занудный, но в целом любопытный литературный эксперимент вокруг «ненадежного рассказчика».

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Так, начинается роман с перспективы «инвалида магической войны»: большая битва со Злом уже случилась, утрата невыносима, но нужно жить (см. начало семеновского «Ведьмака»). В какой-то момент повествование оборачивается рассказом девочки с тяжелой судьбой и бооольшими тараканами в голове; подростка, придумавшего всех этих фейри, сестру, мать-ведьму и психосоматические боли в ноге — до кучи. Еще один большой и скучноватый пласт — девичий дневник с бесконечными «он так посмотрел, а я такая сказала, а что он, интересно, подумал, когда он так посмотрел?» Все это склеено любовью к фантастике, красивыми встречами с ней и разговорами за нее же. А под конец — вступает, да, такой «магический реализм», снимающий противопоставление истинного и вымышленного: не важно, происходит нечто у нас в голове или в окружающем мире; и то, и другое — настоящее, если оно настоящее.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Андрей Лазарчук «Мумия»

chupasov, 26 августа 2011 г. 21:38

В 1989 г. В.М. Рыбаков опубликовал чудесный рассказ «Давние потери» — о добром Сталине. В 1991 г. у А.Г. Лазарчука вышла «Мумия» — о монструозном чучеле Ленина. Для меня эти рассказы стоят рядом – по общности фантастического приема (буквализация идеологического клише) и блеску исполнения. Просто квинтэссенция фантастики четвертой волны. Как удавались им короткая и средняя форма! Вообще об этом очень точно написал Д. Володихин в статье «Четвертая волна: анатомия творчества».

Временами мечтается о неком параллельном мире, в котором «Все способные держать оружие», «Посмотри в глаза чудовищ», «Штурмфогель» — такие же мастерские рассказы, а не занудные, в сущности, многосотнестраничные повествования.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Сергей Синякин «Полукровка»

chupasov, 26 октября 2010 г. 12:03

Фирменный синякинский прием: выдумывается занимательный альтернативный мир, однако, дальше автор ломает жанровую инерцию

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
– мы-то ждем, что герой вот сейчас вернется к корням, уйдет в подполье и … мочить, мочить гадов на земле, в небесах и на море, и сами знаете где. А дальше, с немецкими технологиями – Russland, Russland über alles. На романную дилогию вполне потянет. Даже выдумывать особо ничего не придется — достаточно, например, драматизировать любовную линию. И все это будет, в общем-то, правильно, хотя и очень тривиально. Но герой Синякина просто живет свою жизнь (пусть и богатую приключениями), не обращая внимания на жанровые клише. Перед читателем разворачивается человеческая драма, что создает эффект достоверности мира: если в нем можно жить всерьез, а не только динамично восстанавливать историческую справедливость, то и мир — настоящий, требующий вдумчивого отношения. В общем, в художественном отношении повесть выходит за рамки полемики с Переслегиным и камрадами.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Дмитрий Быков «Оправдание»

chupasov, 3 марта 2010 г. 19:47

Для меня это самый лучший роман Д. Быкова. Прозрачная идея, красивая реализация (хотя, парадоксальным образом, оправдание террора, действительно, получилось убедительнее, чем развенчание попыток понять/простить).

В последовавших вещах Быков («Эвакуатор», наверное, исключение), к сожалению, стремительно впадает в чудовищное многословие, забалтывая хорошие идеи.

«Избыточность – мой самый тяжкий грех», – рисуясь, признается автор в своем стихотворении. А гордиться тут особо нечем... В общем, первый блин оказался вполне ничего — тонкий, с дырочками; потом автор решил печь суперблины, наливая в сковородку того же теста, но едва ли не доверху. Жертвами мегаломании, как водится, становятся преданные читатели.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Владимир Савченко «Пятое измерение»

chupasov, 7 ноября 2009 г. 21:05

Просто классика. Савченко – один из немногих советских авторов, умевших совместить интеллектуальный размах идеи с гуманитарным измерением повествования. Т.е. и ‘научная’ тематика (вариативность в истории цивилизации, проблема вариантов и ноосфера), и человеческий сюжет (человек как совокупность выборов, определивших случившееся и несбывшееся), с одной стороны, вполне равноценны, а с другой – врастают друг в друга в ткани произведения.

Сегодня, как и в конце 1980-х, это большая редкость: непременно педалируется какой-то один аспект (в современной фантастике – преимущественно гуманитарный, с идеями как-то совсем худо, самое масштабное философское обобщение, как правило, сводится к чему-то вроде «Какую страну прогадили!»). Впрочем, повторюсь, дело не в каких-то сногсшибательных прорывах Савченко в интеллектуально-философском или художественно-психологическом плане, Владимир Иванович – король биатлона.

P.S. А вот популярные некогда афоризмы Козьмы Пруткова-инженера уже не производят былого впечатления. Оно и неудивительно – за 20 лет, что пронеслись со времени опубликования «Пятого измерения», читатель познакомился и с другими блестящими образцами современной афористики.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Алексей Шведов «Любовь в третьем секторе»

chupasov, 7 апреля 2008 г. 12:57

Брр-р. Романтический панк, если можно так выразиться. Сильно бьющая по мозгам повесть про любовь, совесть и понимание. Допускаю, что иным читателям как раз это нагнетание чернухи может не показаться. Дело вкуса. А мне по прочтении захотелось немедленно порадовать любимых.

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Сергей Кузнецов «Подобно тысяче громов»

chupasov, 15 января 14:24

Не так, чтобы очень понравилось – написано все же слабовато. Но впечатлил программный отказ привносить в прошлое какой-то смысл из дня сегодняшнего. Как писал товарищ Кузнецова по цеху: «Life… is tale told by an idiot, full of sound and fury, signifying nothing».

Обдолбанный пропагандист веществ – чудесный Посторонний, позволяющий расширить врата восприятия, столкнуть разные пласты ушедшей реальности в калейдоскопическом подобии сада расходящихся тропок. Однако никакого особого смысла ни в прошлом, ни в настоящем нет: мы живем со своими тараканами, ищем чего-то, врастаем в свое время, перерастаем его и вместе с ним попадаем в зубы лангольерам.

И все-таки хорошо, что тетрагидроканнабиол не вызывает привыкания.

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Владимир Медведев «Заххок»

chupasov, 20 ноября 2019 г. 11:28

Все, как и обещали многочисленные поклонники романа: сочная интересная фактура, мастерство рассказчика (и не постколониализм ни с какого боку). Но вот что, собственно, хотел сказать автор, осталось для меня не слишком понятным.

Может быть, это такой исламский реализм, ведь для какого-то осмысления происходящего можно использовать рассказанные в романе притчи о башне в огне и бурдюке с водой в пустыне. Исламский не в плане конфессиональном, а в смысле отношения к предопределению и человеческим попыткам понять происходящее. Множество воль, желаний разных людей, история и традиция – в ключевых событиях все это складывается в рисунок не закономерности, но предначертания. Однако автор, только что (слишком даже) убедительно показавший неизбежность произошедшего, программно отказывается от объяснения.

В результате мы наблюдаем за людьми, оказавшимися на вершине горящей башни – одни прыгают, разбиваясь, другие сгорают. Главными героями романа, помимо прекрасного Памира, оказываются Хаос и Абсурд. На вершине горящей башни тебя не ждет сатори – ты просто что-то делаешь и умираешь. Здесь невозможен поступок – только действия. Можно лишь попытаться сохранить достоинство.

В общем, отличный роман с непонятным тревожащим послевкусием.

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Дэн Симмонс «Террор»

chupasov, 27 апреля 2017 г. 09:08

Очень атмосферный рассказ про экспедицию Франклина. Пусть и несколько затянутый, на мой вкус. Правда, скрепляющая все идея не так чтобы впечатляет.

В романе не особо явлен тот драйв, который бросал пассионариев на север. Исходная ситуация: занесло нас в белое безмолвие, теперь главная задача – остаться в живых. Что в этом завораживающе жестоком краю получается не очень (несмотря на все британско-ирландское мужество и стойкость).

«Жизнь у человека одна, и она несчастна, убога, жестока, мерзка и коротка» (как бы из Гоббса) – когда жизнь зависит от сил, с которыми невозможно договориться. Альтернатива – принять Шрайка (ой!), опроститься, познать свой дар… Вроде, и стройненько, но как-то невнятно….

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Тед Чан «Ад — это отсутствие Бога»

chupasov, 24 марта 2017 г. 10:20

Не скажу, что повесть понравилась, но интересна она безусловно (как почти все у Чана). Для религиозного сознания необходимость веры составляет фундамент концепции человека: Бог не предоставляет людям неоспоримых свидетельств собственного существования, чтобы не лишить нас свободы выбора, которая реализуется в вере или неверии. Имей мы неоспоримые доказательства бытия Божьего – мы тут же кончимся как люди. Это положение, ставшее, в сущности, общим местом, и деконструирует Тэд Чан.

И надо сказать, получилось любопытное зеркало ветхозаветного мира: ангелы, режущие египетских младенцев, потоп, убивающий всех, Бог, издевающийся над Иовом, чтобы испытать его веру… Без Христа все, наверное, так и выглядит.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Карина Шаинян «С ключом на шее»

chupasov, 17 июля 11:20

Рецепт страшного романа, в сущности, давно известен – в реалистично-бытовой план проникает потусторонне-призрачное. Дальше – нюансы в пропорциях, месте психологизма и писательском мастерстве.

Роман К. Шаинян в эту схему не вписывается совершенно. Тебя сразу ныряют в яркий кошмарный сон или сюрреалистичный комикс, слабо поддающийся пересказу. В последовательности эпизодов есть, наверное, своя логика (по прочтении романа история более-менее складывается), но это – скорее логика композиции в музыке.

Сравнивать с кинговским «Оно» имеет смысл лишь для того, чтобы разобраться, что именно Шаинян делает иначе (простой ответ: все; ответ посложнее: автора больше интересует Генри Бауэрс и отчасти – Беверли Марш).

Я, честно говоря, с бОльшим удовольствием прочитал бы русское «Оно» – с бытовой фактурой города на пустынном краю мира, страшными байками про нефтяников-геологов и тщательно дозированным ужасом (в общем, чтобы вместо импортного Дерри – наш, до судорог родной, город Брежнев). Взаимоперетекание сломанных персонажей, длящееся «сейчас», калейдоскоп мерцающего сознания, поэзия на месте физики – это просто не мое.

Но если судить писателя по законам, им самим над собою признанным, то нельзя не увидеть, что текст написан мастерски, и своего читателя он, будем надеяться, найдет.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Герман Кох «Уважаемый господин М.»

chupasov, 28 ноября 2019 г. 09:55

Увлекательная, крепко сделанная книжка: темы героя и его писателя, жизни и литературы разрабатываются в логике фуги (пусть и немножко механически, на мой вкус, но на то она и фуга). Для начинающих писателей — вообще учебник мастерства (и жизни).

Однако временами очень раздражает перевод И. Бассиной. Нет, он, по большей части, без ляпов, но спотыкаешься, скажем, о стилистически старомодные вещи типа «они, конечно, могли донести на учителя» — вместо «они могли пожаловаться на него в полицию»; на остановках городского автобуса в Амстердаме «павильоны» (нет, я понимаю, что официально это называется «остановочный павильон», но люди-то так не говорят); нередки и корявые кальки в роде «кто-то претерпел развитие».

Это все можно, в общем-то, претерпеть, если б не пристрастие переводчика к диминутивчикам. Герой, писатель-интеллектуал, всегда просит «пивка», кофе — «с ликерчиком», отвязные лицеисты готовят пюре «с лучком». Вспоминается подмеченная Аксеновым «склонность советского населения к уменьшительным обозначениям продуктов». Но в тексте про Голландию эта склонность раздражает больше обычного.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Анатолий Алексин «Очень страшная история»

chupasov, 8 июля 2019 г. 12:33

Один из немногих читанных мною советских детских «детективов» про современность (а это еще и пародия на детектив). Почему-то запомнился (наверное, потому, что перед нами подросток не просто рассказывающий, но пишуший — всякими риторическими и жанровыми штампами). Повесть запомнилась больше, например, рыбаковской трилогии о Кроше. Да, герои Алексина живут в сугубо искусственном мире советской подростковой литературы, но все же не вызывали в свое время отторжения.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Станислав Востоков «Фрося Коровина»

chupasov, 5 февраля 2019 г. 09:58

Отлично написанная зарисовка из сказочной деревенской жизни. С архитектурным послесловием, наверное, небесполезным. Сочные персонажи, в меру сказочный мир (маг. реализм light), но детям показалось скучноватой за отсутствием внятного сюжета.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Алексей Гедеонов «Случайному гостю»

chupasov, 17 июня 2018 г. 22:57

Две очень интересные вещи в этом романе — язык бабушки и сознание ГГ. Речь бабушки — забавный суржик (не знаю, насколько он соответствуюет реальному диалекту, да это и не важно) — славная языковая фенька, вполне годная для атмосфэры небольшой повестушки. И все время ждешь, что автору вот-вот надоест играться — особенно, когда дело идет к появлению самизнаетекого. Но когда понимаешь, что автору не надоест, что для языка во многом все это и затеяно... В этот момент язык в целом вдруг становится чем-то живым, очень органично включаясь во всю эту кухню. --- Сознание и речь героя — никак не подходят советскому пятикласснику. Т.е. здесь тоже какой-то странный, неправильный даже, финт: тридцати-сорокалетний дядька погружается в прошлое, как бы становится мальчиком, припоминает (но не испытывает) тогдашние эмоции, сочиняет свои остроумные ответы. И это был бы совсем другой роман, если бы перед нами был живой пятиклассник, зацикленный на себе, не особо интересующийся этой сквозной кулинарией. Т.е. слабость романа — пятиклассник с реакциями тридцатилетнего (или скорее тридцатилетний, которому снится, что он пятиклассник) — оборачивается его силой в создании атмосферного повествования.

Еще впечатлила — из тех же бессмысленных, в сущности, избыточностей — концепция камерного романа. 90% времени мы проводим в одной квартире, в компании двух героев — и ведь не скучно же!

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Игорь Николаев «Железный ветер»

chupasov, 21 ноября 2017 г. 12:08

На первый взгляд – книжка ни о чем:

+ занимательная альтернативка, мир – где-то посередине между рыбаковским «Гравилетом» (все великие люди работали здесь лишь во благо) и лазарчуковским «Транквилиумом»

– без внятного сюжета: на Главного Героя ни один из персонажей, в сущности, не тянет;

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
ГГ не спасает мир, а преодолевают посттравматический синдром; мир он спасти и не может, поэтому вся операция по вытаскиванию ГГ – пшик какой-то без палочки с маловразумительным «главное – дать надежду».

Но при этом роман получился сбалансированным и даже гармоничным: эпизоды, которые не нужны для развития действия, раскрывают альтернативный мир; военная мясорубка – очень правдиво изображенная – не завязана жестко на действие (оборение черезмерно карикатурного Врага), но в переплетении судеб рождаются вдруг неожиданно поэтические ноты.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Владимир Аренев «Душница»

chupasov, 24 июня 2017 г. 20:48

Такой вот любопытный пандан к повести «Нежилец» Каганова.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Может быть, про эвтаназию: ждать, пока родной человек не превратится в агрессивный овощ или дать уйти?
Да много там всяких смыслов, позволяющих забыть о «натяжках», неизбежных в формате мысленного эксперимента как сюжетного допущения. Хотя немного жаль — идея ведь богатая: Каким был бы социум, твердо знающий о посмертном существовании души и возможности общения с нею? Но это была бы совсем другая история, в роде чановского рассказа «Ад — это отсутствие Бога».

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Дмитрий Биленкин «То, чего не было»

chupasov, 7 ноября 2009 г. 22:08

Прекрасный рассказ! Столкновение реального и возможного (в принципе) создает такое чудовищное напряжение, что собственно тема наркомании уходит на второй план, как-то даже провисает. А вот убери ее — и рассказ тут же утратит художественный баланс, уподобится произведениям тех 'жестких' молодых фантастов, которые эмоциональную 'забористость' полагают главной своей задачей.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Дмитрий Володихин «Четвёртая волна: анатомия творчества»

chupasov, 11 июня 2009 г. 15:54

Очень хорошая статья, позволяющая лучше понять творчество известных фантастов. Особенно глянулось мне указание на драматическое противоречие: ситуация в начале карьеры этих писателей (трудности с публикацией) приучила создавать тексты очень плотные в литературном и смысловом отношении. Плотные и короткие. А потом пришел рынок — потребовал романов. И вот, кто как может...

Положение осложняется еще и тем (Володихин не говорит об этом прямо), что начало этого поколения дало им понимание того, что такое настоящая фантастика, какой должна быть писательская 'планка'. Трагизм ситуации в том, что типичный русский Писатель никак не может признать себя ремесленником и делать просто качественную жанровую прозу (как Акунин, скажем). А русский выход из ситуации, к сожалению, типичен: в ожидании Великого проходят годы, а его все нет. В результате Писатель разражается какой-нибудь новелизацией или чем-то в «Секретных материалах». «Королем быть не могу, герцогом не желаю»… И уж лучше быть подёнщиком, чем хорошим ремесленником. Грустно!

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Алексей Шведов «Одиннадцать вольт для Феникс»

chupasov, 7 апреля 2008 г. 13:03

Весьма убедительное произведение, описывающее наркозависимость изнутри (а если шире — любую, наверное, зависимость). Фантастика — не более чем упаковка. Но благодаря этой упаковке текст может оказаться очень полезным подростковым чтением.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Леонид Каганов «Эпос хищника»

chupasov, 7 декабря 2007 г. 22:43

Чудесная вещь, но «Хомка» понравился больше. История про эпосы разных культур очень любопытна (вызывает сомнения, да, но это ж литература, а не научная работа), а рамочная история какая-то нескладная: не веришь в то, что человек, имеющий скафандр (и готовый путешествовать), сидел бы рядом с аварийной шлюпкой и слушал инопланетные байки.

Варианты ведь возможны разные. Скажем, на аварийной шлюпке должен бы быть скафандр (или еще где-то на корабле). За ним вполне можно было бы сходить. Впрочем, дело не в вариантах. Просто рамочная история сшита грубовато, не очень ей веришь.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Нил Гейман «Коралина»

chupasov, 7 декабря 2007 г. 16:39

Отличные пуговицы, отличные (иллюзорные) мама с папой, которым гораздо лучше без обременяющей их дочки. В общем, чудесно сделанная детская страшилка, как и было сказано. Кроме уже названных параллелей слышится эхо «Постояльца со второго этажа» Р. Брэдбери.

К сожалению, текст одноразовый (что, наверное, характерно для страшилок).

Оценка: 8
–  [  0  ]  +

Роман Афанасьев «Воин Добра»

chupasov, 7 апреля 2008 г. 12:47

Отвязный, безбашенный, ироничный — иными словами, очень хороший текст. Этакая современная жутковато-веселая гофманиана. Совсем не поклонник Макса Фрая, но за антологию «Книга врак» как-то даже зауважал (впрочем, быть может, имя «представителя» на обложке — просто рекламный трюк).

Оценка: 8
–  [  -1  ]  +

Мэтт Хейг «Быть котом»

chupasov, 23 октября 2017 г. 20:42

Надо сказать, что сильно круче великого предшественника — повести В. Медведева «Баранкин, будь человеком!» (1962). В отличие от половины примерно списка премированной англоязычной литературы — книжка о нормальном подростке для нормального подростка, со всем набором близких тем — от задерганных родителей до bullying и девочек, которым в известном возрасте внезапно хочется романтики.

Оценка: 8
–  [  13  ]  +

Николай Горькавый «Астровитянка»

chupasov, 7 июня 2009 г. 18:36

Вот ведь как интересно: ежли сравнивать книжку с опусами Роулинг – действительно, выходит глубоко вторично (тем более, что такое сравнение поддерживается многочисленными и ПРЯМЫМИ отсылками в «Астровитянке»). И тогда устранение из текста гравитационных энергий, двойных звезд и прочих сингулярностей, разумеется, много способствовало бы украшению текста. Однако перед нами – именно НАУЧНАЯ фантастика. Не в плане, наверное, самих идей (мне – гуманитарию – трудно судить), но в плане, так сказать, мировоззренческом (точнее было бы говорить о «научно-фантастической сказке»). Волшебная шляпа, определяющая факультет в «Поттере», и шляпа-фетиш у Горькавого мало отличаются в аспекте сюжетосложения. Разница между ними — это разница между скатертью-самобранкой и полевым синтезатором «Мидас».

Но по прочтении книги Роулинг (читал я только первую) в лучшем случае «долго ходят, разомлев от брожения, и тихо барахтается в тине сердца глупая вобла воображения». И в качестве дальнейшего чтения поклоннику Роулинг можно порекомендовать лишь очередную книжку серии или что-нибудь, извините, эзотерическое. А вот книжку Горькавого я непременно куплю для своих детей. И не по причине каких-то исключительных художественных достоинств. А потому что хочу, чтобы читали мои дети не эзотерику, а того же Перельмана (наверняка, есть что-то посовременнее, это просто пример из моего когдатошнего детского чтения).

Так называемая «четвертая волна» русской фантастики долго и остервенело топтала тезис о том, что «фантастика должна звать молодежь во ВТУЗы». Но отгремели баталии (у «четвертой волны» были, к сожалению, весьма серьезные резоны), и оказалось, что научно-фантастическая сказка – очень нужный и востребованный жанр в рамках фантастической литературы.

Что до возможных упреков в подражательстве… Неужели кто-то считает романы Роулинг оригинальными?

Оценка: 7
–  [  10  ]  +

Анастасия Парфёнова «Ярко-алое»

chupasov, 25 марта 2012 г. 15:58

Наверное, это плохой киберпанк и очень средняя, по гамбургскому счету, литература. Но вот как женская – не привычно девичья, а именно женская – фантастика получилась довольно интересно. ‘Психология’ в романе, действительно, ‘проседает’– слишком однообразны мотивации героев (протагонисту – маму жалко, жене-невольнице – за дочь страшно, даже у противника, и то нашлась любимая бабушка). С другой стороны, это однообразие, во-первых, вписывается в стереотипы японской художественной культуры, которую автор в романе утилизует, а во-вторых – вполне сочетается с центральными идеями произведения.

Любимая, кажется, мысль в этом романе – это мысль семейная (как у Льва Толстого в «Анне Карениной» :). И очень нетривиальна, к примеру, попытка осмысления взаимоотношений разумов разного, скажем так, масштаба в категориях семейных отношений. Интересна (хотя, быть может, и высказывалась уже) идея этического единства виртуального и реального существования – принцип, антагонистичный самому духу современного интернета с его ничем не ограниченной свободой.

Т.е. роман стоит, наверное, оценивать не в координатах, заданных киберпанком, но скорее как социальную фантастику. В конечном счете мир, построенный на информационных и биологических технологиях, кажется сегодня наиболее вероятным вариантом будущего, так что киберпанк неизбежно утрачивает эксклюзивные права на эксплуатацию этого варианта.

Оценка: 7
–  [  10  ]  +

Елена Чудинова «Мечеть Парижской Богоматери»

chupasov, 11 марта 2008 г. 21:45

Роман очень тенденциозный, но, кажется, искренний. Причем не на уровне «мочить их всех в сортире», а именно как роман-беспокойство. Потрясти, наверное, не потрясает (слишком плохо для этого написан), но впечатляет.

Хотелось, бы, конечно, прочесть роман с попыткой объективно подойти к обеим конкурирующим культурам. Но есть что-то и в односторонности — когда это подчеркнуто своя сторона. Что есть мусульмане для западной цивилизации – фрамлинги, раман или даже варелез – решать на основании пусть и с чувством, но средне написанного романа, наверное, не стоит. Как бесспорно и то, что сформировать свое мнение все-таки нужно, причем до того, как вновь взорвутся дома. И в этом смысле роман является неплохим толчком к собственному подумать.

В общем, прочесть, наверное, стоит — все-таки роман два года назад п(р)огремел.

Довольно занимательными, кстати, мне показались пассажи о католиках-традиционалистах, я мало что слышал об этом до прочтения романа.

Оценка: 7
–  [  9  ]  +

Андрей Столяров «Боги осенью»

chupasov, 10 сентября 2011 г. 01:22

В сюжетном отношении повесть Столярова местами буквально повторяет изданные несколькими годами раньше две первые повести из «Лорда с планеты Земля» С. Лукьяненко: здесь тоже есть невозможная любовь («Он был титулярный советник, / Она — генеральская дочь»), невозможная победа над искусным фехтовальщиком, дающая герою ничем иным не обеспеченный статус, не злая, но вынужденно — noblesse oblige — жестокая Принцесса, тяготящаяся неожиданным супругом, и т.п. Причем авантюрный сюжет у Лукьяненко как-то позаковыристей.

Но сравнивая два текста, вдруг понимаешь, что Лукьяненко пишет сказочку, а Столяров — про жизнь. Есть пропасти, которые не перепрыгнуть, есть жажда чуда и обреченность на повседневную жизнь, есть вера в чудо, которая каким-то образом дает силы жить, а не вгоняет в серую тоску (ах, почему я здесь?). Все это мы находим у Столярова, в то время как у Лукьяненко герой — сильный авторской фантазией — просто отряхивает с ног прах обыденности — для жизни в Приключении. У Столярова же именно зазор между фэнтезийными штампами и жизнью поднимает текст на некий уровень (именно жизнью, а не вульгарно понятой реальностью, как в самых разных образцах юмористической фэнтези). Реальна повседневность, несовместимая с Чудом, но реальна и человеческая жажда Чуда — и автору удается пройти между этими камнями, не отвергая ни повседневности, ни чуда.

И насколько текст Столярова лиричнее в сравнении с подростковыми повестями Лукьяненко (где вторая повесть в формате: «Ах так, я, значит, недостаточно хорош для вас? — Зачем топтать мою любовь? Ах-ах. — Ну ладно, вот я пойду, все увидят, да, увидят все, что я не абы кто с улицы, а царского роду... бабушка ... сенбернар»).

Я бы не сказал, что мне очень понравилась повесть Столярова, но это уровень — если не в масштабе затронутых проблем, то в глубине и объемности авторского восприятия мира. Получилась у автора чудесная акварель по мотивам осеннего Питера.

Оценка: 7
–  [  9  ]  +

Алексей Пехов, Елена Бычкова «Пересмешник»

chupasov, 3 сентября 2009 г. 14:37

Роман поначалу очень понравился нетривиальностью вымышленного мира. Т.е. большинство элементов оставляет впечатление чего-то давным-давно читанного, но из собранных по миру ниток соткался оригинальный гобелен, завораживающий подлинностью (днями я вдруг взялся перечитать «Джен Эйр» и переход от Бронте к Пехову получился на удивление ‘мягким’).

Однако по ходу чтения появилось стойкое ощущение диспропорции масштабов изображенного мира (по-прежнему, впечатляющего) и досадной тривиальности сюжета, построенного вокруг вполне избитой темы – спора архаистов и новаторов. Дело здесь, вероятно, в том, что вымышленный мир не несет ровно никакого смысла. При всей его очевидной вымышленности он просто есть – как вполне удачная среда для незатейливых приключений героев.

Рапгар не плох и не хорош – он оказывается не более, чем декорацией, пусть и сделанной исключительно «добротно» (очень точная характеристика книги и мира). Но декорация ради декорации – еще хуже, чем искусство для искусства :). Если вспомнить фантастические детективы ван Зайчика, то контраст разителен: мир Ордуси воплощает авторский взгляд на жизнь (в условной, разумеется, форме), в то время как Рапгар затейлив, любопытен, вызывает противоречивые эмоции – но и только. Я далек от обвинений автора в сатанизме, однако, сама природа придуманного им мира буквально требует этического измерения. А его нет. Ну, превращаются князья в чудовищных демонов – так и шут с ними, запрем, чтоб не бедокурили – вот и вся недолга. Какая-то выходит невообразимо унылая политкорректность – пусть цветут все цветы (зла).

У того же ван Зайчика (я мало прочел фантастических детективов) герои, распутывая разные дела, борются за свой мир – и это оправдано внутренней логикой мира, их породившего. А чем обусловлена борьба героя (пусть борьбой его действия становятся лишь в финале)?

Т.е. всякий на месте ГГ, вероятно, поступил бы так же – но в реальности. Только в литературе решение героя не может быть просто действием, оно должно нести какой-то смысл (например, вряд ли можно написать рассказ про то, как человек, заметивший пожар, вызвал 02 и даже сам принялся его тушить). Однако смысла я не углядел, вместо смысла читателю подсовывают заявку на сериал – ведь ни одна из по-настоящему серьезных проблем ГГ и мира не решена (такая экономия – вообще типичная для современной фантастики – привычно раздражает).

В общем, очень смешанные чувства – создан необыкновенно выпуклый мир, а все остальное заставляет вспомнить классика: «В первую минуту разговора с ним не можешь не сказать: «Какой приятный и добрый человек!» В следующую за тем минуту ничего не скажешь, а в третью скажешь: «Черт знает что такое!» – и отойдешь подальше; если ж не отойдешь, почувствуешь скуку смертельную».

Впрочем, продолжение, буде таковое появится, я все же куплю – уж больно хорош мир, да и с героем надо что-то решать :), пусть и не дотягивает он до буджолдовского Кэсерила, оказавшегося как-то в похожей ситуации.

Оценка: 7
–  [  9  ]  +

Леонид Каганов «Нежилец»

chupasov, 9 декабря 2007 г. 02:09

Хороший рассказ. Для меня он как-то сразу встал в один ряд со «Светом в окошке» Святослава Логинова (к сожалению, скорее не по уровню реализации, а по характеру идеи; избыточный инфантилизм и стилевые шероховатости этого рассказа несколько смазывают впечатление).

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Для меня (быть может, это индивидуальная реакция) рассказ получился об автоматизме нашего существования и о неумолимости времени. М.б., мне просто скучно было бы читать про то, что все гады и никто меня не любит по-настоящему. Разве родители не любили Аркадия? Да любили, конечно. Вот, в реале: человек потерял любимую, убивается... Через пару лет снова влюблен. Значит ли это, что его горе было неискренним? Разумеется, не значит. Просто все течет, а мы живем на автомате, воспринимая это течение как должное. Каганов же взламывает этот автоматизм, заставляя героя выпасть из времени. И, перестав танцевать общий танец, герой разбивается о чудовищную безжалостность нашего существания: «живая собака лучше мертвого льва», — это ведь придумали задолго до Каганова. Мы сегодняшние не равны себе завтрашним. Проблема не в том, что мы не любим, не привязаны по-настоящему и т.п. Прблема в том, что мы любим только так, и наши настоящие привязанности именно таковы — всегда вплетены в здесь-и-сейчас существование. У автора есть другой рассказ на ту же тему — «Реквием». И в обоих случаях
автор, как и положено писателю, ответов не дает. Большой плюс Каганова в том, что он и не собирается их давать.

Не могу также не отметить замечательного свойства лучших рассказов Каганова: его идеи настолько убедительны (не уверен, что слово удачно), что вопреки дурацкому подчас исполнению рассказы долго не отпускают, заставляют искать какие-то свои ответы. Текст оставляет ощущение подлинной истории, правда, не очень хорошо и не очень умно рассказанной. Но именно реальной истории.

Оценка: 7
–  [  8  ]  +

Михаил Успенский «Райская машина»

chupasov, 12 декабря 2010 г. 01:45

Как же невысок уровень читательских ожиданий, если такой текст мы готовы воспринимать как интеллектуальную фантастику. И беда даже не в избитости сюжета, не в унылом, в сущности, хохмачестве, а в мировоззренческой ТРИВИАЛЬНОСТИ романа. Нет, в сравнении с текстами в проекте «Этногенез» роман кажется шедевром социальной фантастики… А если сравнивать со Стругацкими, например? С тем напряженным вглядыванием в будущее, которое отличает их вещи? UPD: (Году этак в 1984 любому усталому интеллигенту было понятно, что совок будет долго и мучительно догнивать. А Стругацкие в этом году сделали «Волны гасят ветер». И вот их Большое откровение, футуршок и т.п. удивительным образом предвосхитили не сами перемены, на пороге которых стояла страна, но их РАДИКАЛЬНОСТЬ; когда же пугающая непонятность бездны упрощается до ж-пы, то ничего предвосхитить не получится, потому как сие — не реализм, а ограниченность).

В плане мировоззренческом роман сводится к трюизмам: ‘народ наш – ну, чисто дети’, ‘может, только простые люди (из частного сектора) и сохраняют еще здравый смысл’, ‘одна половина наших правителей – кретины, другая – мерзавцы’, ‘интеллигент, не готовый к махровому оппортунизму, никому сегодня не нужен’ и т.п. Автор, правда, шуточкой да прибауточкой дистанцируется несколько от этого набора банальностей. В результате мы имеем (или нас имеют?) общие места, сдобренные иронией.

При этом многие существенные моменты сюжета отмечены какой-то необязательностью, характерной для студенческого капустника (когда сценарий придумывается с тем, чтобы связать имеющиеся в наличии номера).

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Вот, скажем, главный герой – он очень, очень умный. И знаний у него – о-го-го сколько, и может он спланировать изощренно-жестокую операцию (в прошлом). А зачем он такой умный? Т.е. для чего он – такой интеллектуальный, эрудированный, с мозгами, прочищенными таежным уединением – нужен роману Успенского? Чтобы пацаны зауважали и дали на заимке пожить, мотивируя явление Рип ван Винкеля? Чтобы образованный герой втюхал легковерным согражданам Данте и Клюева под видам свидетельства о химэйских кущах? Или чтобы он с умным видом пересказал материалы с флэшки Лося? Наверное, все это безумно важно, коли выводят героя к людям отшельник-судьба и дьявол.

А, скажем, воин масаи, он к чему? Нет, прикольно, конечно, черный Санчо Панса, общий сюр, то да се, фольклорчик масайско-асегайский… Но можно было обойтись и без африканца – хотя с ним не хуже.

Действительно, выходит какой-то развернутый в роман анекдот. Можно читать, можно не читать (только зачем читать, если можно не читать: литература, чай, не водка). А что всем нам скоро полный Химэй настанет – это вам любой пенсионер на лавочке скажет… Забесплатно. В общем, умную фантастику сегодня, увы, лучше ‘брать’ не у фантастов.

Оценка: 7
–  [  8  ]  +

Дмитрий Быков «Списанные»

chupasov, 8 апреля 2010 г. 17:03

Странный получился роман. Как это сделано, вроде, совершенно понятно: берется скелетик кафкианского «Процесса» – в качестве затравки – и погружается в насыщенный раствор быковской публицистики. Постепенно скелетик обрастает интеллектуальными кристалликами, которые, если не приглядываться, могут сойти за сочное мясо реальности. Но реальность в романе отсутствует – есть только механически опредмеченные в ситуациях и персонажах мысли автора (порой очень любопытные) по поводу этой реальности.

Автор, как та лисица, знает много вещей и щедро делится своими познаниями с персонажами-марионетками. Получается этакая пластмассовая полифония, начисто лишенная диалогичности. Одновременно те же марионетки кто бочком, кто ползком пробираются на закрепленные за ними места в галерее типов современной России. А куда им болезным деваться? 186 персонажей в поисках автора… Хорош главный герой (Быкову вообще удаются параноики), но – здесь это уже отмечали – зачем было делать его двадцативосьмилетним? Сергей Свиридов представляет поколение, к которому принадлежит сам Дмитрий Львович (р. 1967); у людей 1980 года выпуска уже совершенно другое отношение к спискам, кровавой гэбне, поискам смысла… да и к тому, кто список санкционировал, наверное, тоже.

Однако прочитать роман, несомненно, стоит: не ради монотонно горестных замет сердца, но ради холодных наблюдений ума. В романе читатель найдет и хорошо сделанные эпизоды, и точные формулировки, и неглупый пафос. Авторов, способных к интересному анализу социальной действительности, в нынешней русской литературе слишком мало, чтобы пройти мимо нового цикла Дмитрия Быкова.

Оценка: 7
–  [  8  ]  +

Александр Громов «Феодал»

chupasov, 24 июня 2008 г. 16:06

Соглашусь с несколько разочарованными отзывами, спровоцированными «сдутием» конфликтов.

Если в романе и есть какой-то смысловой стержень, то он, увы, в бегстве, которое оказывается рецептом на все случаи жизни.

Герой в ужасе от того, кем мог бы стать (и, очевидно, стал) через несколько лет «взрослой» жизни в недетской стране – бегство в экзотический мир Плоскости (пусть и невольное). Как только появляется возможность наладить какую-то вменяемую жизнь на Плоскости (не без моральных потерь, разумеется), герой опять смывается, бросив тех, кто ему верил. Достучавшись до бога, герой не вспомнит об оставленных им людях, он начинает с того, что бросает работу…

Очень какой-то инфантильный подход к действительности, странный у Громова: бежать, если не устраивает окружающий мир. Писателю великолепно удаются миры, однако, в данном случае он взялся за сюжет, который не получается без авторской позиции, без попытки как-то порешать конфликты. Те же «Рыцари сорока островов» с их весьма тривиальными идеями оказываются как-то честнее что ли.

Оценка: 7
–  [  7  ]  +

Андрей Столяров «Телефон для глухих»

chupasov, 24 марта 2012 г. 15:39

Странно получилось: автор, кажется, никого не копирует, пишет о своем, используя подходящий сюжетный антураж. Но ведь просто невозможно не сравнивать с «Пикником», и сравнивание мешает. Это только у Борхеса второй «Дон Кихот» выходит вполне самостоятельным произведением, а на деле впечатление от замечательной повести безнадежно испорчено привкусом вторичности. Есть, правда, адекватная тексту стратегия чтения: «Пикник» можно считать описанием реальных событий, художественное осмысление которых вдохновило А. Столярова на создание «Телефона для глухих».

Оценка: 7
–  [  7  ]  +

Лев Вершинин «Первый год Республики»

chupasov, 19 августа 2008 г. 17:52

Безусловная классика альтернативной истории, правда, крайне редкой у нас «художественной» разновидности. Большой по нынешним временам минус — для адекватного восприятия требуется исторический багаж, несколько выходящий за рамки школьной программы. А если первой ассоциацией на «Трубецкой» выскакивает «Ляпис», то читать, правда, не стоит. Это не в обиду — просто рассказ писан для советского человека, volens nolens довольно много знавшего о декабристах: была куча научпопа, фильмы всякие, литература для юношества и пр. (в общем, «в прежнее время, лет сорок-пятьдесят назад, вишню сушили, мочили, мариновали, варенье варили ... И сушеная вишня тогда была мягкая, сочная, сладкая, душистая... Способ тогда знали...» :)

А ежли все же читать, то просто «вкусная» (Yazewa) проза, что редко в нашей фантастике, особенно в АИ, где шедевров вроде «Паваны» К. Робертса днем с огнем не сыщешь. И какая блестящая концовка! Прям хоть заучивай...

Оценка: 7
⇑ Наверх