Когда за плечами есть некоторый читательский опыт, невольно сравниваешь новых для себя авторов с уже знакомыми. Так вот Чижков, пожалуй, ни на кого и не похож. Да, у него в текстах много отсылок на признанных и не очень классиков, но сам он обладает своим индивидуальным стилем, в отличии от многих наших фантастов, явно вышедших, например, из «шинели» Стругацких.

«Саймон говорит» это вторая книга автора (после романа «Каисса»). А две книги — это уже библиография, а значит можно говорить о характерных чертах Чижкова.

И там и там — киберпанк (точнее дейтапанк) — в «Каиссе» была смесь с мистикой, в «Саймоне» — чистая фантастика. И там и там — сочетание мрачной атмосферы с комическими моментами. В отзыве на «Каиссу» я писал, что многое мне оказалось не близко, а юмор хоть и считывался, но своей цели, как правило, не достигал. К «Саймону» же я оказался более восприимчив — отсылки, ирония и юмор чаще попадали в цель. То ли книга пришлась под настроение, то ли автор в целом стал писать доходчивее.

Надо сказать, что пишет Чижков жёстко, на грани фола, а иногда и за гранью. Убийства, секс, кровь, мозги... Всё это замешано с не всегда приличным юмором. За такие моменты лично я обычно снижаю оценку. Но в данном случае это работает на атмосферу (как в «Панктауне» у Джеффри Томаса) и сочетается с настоящей неплохой фантастикой. К примеру, сцена, где главный герой, квантовый физик, выступает в дурдоме на вечере самодеятельности со стендапом — за это хочется аплодировать.

Кроме иногда излишнего «трэша и угара» к минусам романа можно отнести и некоторую избыточность событий. На долю героя выпадает столько квестов, перемещений, шокирующих открытий и невероятных встреч, что у читателя в голове всё это с трудом укладывается. Ощущение, что в один роман впихнули сюжет минимум трёх романов. Нет, слава Богу, что Чижков пишет единичные романы, а не циклы, но за всеми этими приключениями местами теряется психологизм и идейная составляющая. В прочем, к концу этот клубок всё-таки благополучно распутывается.

И плюсы в общем перевешивают. «Саймон говорит» из тех редких произведений, где герой и с ним читатель, пытаясь найти объяснение происходящему, отбрасывают одну версию за другой. Кажется, что всё становится понятным, но потом появляются новые обстоятельства, которые полностью меняют всю картину. И так несколько раз.

Участниками этой безумной истории становятся учёные-физики, сотрудники спецслужб, террористы-фанатики, террористы-сектанты, биороботы, искусственный разум... И многочисленные двойники главного героя Семёна Сеткина. Понять откуда они взялись Семёну будет очень непросто.

Любопытная статья, в которой Уэллс сравнивает похожих внешне, но таких разных во всём прочем Ивана Павлова и Бернарда Шоу. Уэллс интересовался наукой, несколько раз приезжал в Россию, встречался и общался с Павловым, читал его труды. Поводом же для статьи послужила критика Бернардом Шоу «вивисекторских» научных методов, в том числе и в работе Павлова. Уэллс размышляет о том, кто своей деятельностью внёс больший вклад в развитие человечества, кто ценнее для потомков — Павлов или Шоу. Объективно сравнивать этих великих деятелей конечно невозможно, так как они и работали в совершенно разных сферах. Но, тем не менее, симпатии автора статьи на стороне советского учёного.

Раньше Леонида Каганова (возможно самого переоценённого отечественного фантаста) не читал, но мимо этой книги пройти не смог. До этого попадались отзывы на его произведения на Фантлабе и информация о его наградах, но по настоящему он обратил на себя моё внимание после скандала с рассказом «Пикалка». Был ли это рассчитанный пиар-ход ради хайпа или нет, но, по крайней мере в моём случае, это сработало. Потом появилась информация о выходе нового сборника, оживлённо обсуждалась обложка новой книги (оммаж или плагиат другой известной обложки?). Стали писать «приобретайте скорей, пока не запретили» (а ведь могут). Но и объективно говоря, книга в библиографии автора самая крупная по объёму — 36 как известных так и новых рассказов и повестей — и выходит после большого перерыва в других изданиях Каганова. А значит, сборник отлично подходит для знакомства с автором.

Кто же такой Лео Каганов? Возмутитель спокойствия, сотрясатель устоев, идущий по краю, раскачиватель лодки, трикстер, тролль... Всё это о нём. А если серьёзно, то смелый, талантливый, оригинальный и интеллектуальный автор.

Я опасался, что в этих произведениях на первом плане будет сатира и юмор, а фантастика будет лишь для фона и антуража. Да, некоторые рассказы именно такие — фельетоны и постмодернизм, но в основном Каганов пишет как раз таки настоящую научную фантастику с элементами сатиры и юмора. Это фантастика, какой она должна быть, и какой была всегда в лучших своих проявлениях — злободневная и актуальная, но в то же время освещающая и вечные вопросы. Иногда я с автором не стопроцентно соглашался, но мысленно с автором поспорить — это тоже бывает полезно. В аннотации книги сказано, что это «не всегда расслабляющее чтение». В общем, так и есть, не всем оно может понравиться. Рекомендовать можно тем, кого не устраивает происходящее вокруг. Вернее, кого оно и раньше не устраивало, теперь то довольных ещё поискать.

Некоторые рассказы для себя оценил на невысокие 5-7 баллов. Многие — на твёрдую 8 из 10-ти (перечислять такие было бы слишком длинно.)

Почти на высший балл 9/10 оценил «DNR», «Всё дело в усах», «Пикалка», «Гамлет на дне» и «Мы люди».

На 10/10 оценил повесть «Лимонная планета» и рассказ «Эпос хищника». Оба произведения на тему ксенофантастики. (Если при нашей жизни состоится Первый Контакт, стоит подумать о том, чтобы включить Каганова в комиссию по контакту.)

Новый сборник Каганова «Моя космонавтика» завершается двумя новыми рассказами — «Тяжёлый бульон» и данный рассказ, «Скотос». Это не единственные новые рассказы сборника, но эти два производят впечатление нестандартных для Каганова в сравнении с прочими. Может быть, сейчас мы видим начало некого нового направление в творчестве автора.

В частности, в данном рассказе нет того количества характерных сатиры и ироничности, и действие происходит в древнем мире, в Атлантиде, где мы наблюдаем события совсем не весёлые. Но, конечно, злободневные аллюзии на окружающее заметны — автор изобразил сходящее с ума общество, массовый психоз, неадекватных правителей и междоусобную войну на уничтожение.

Рассказ получил награду «Рваная грелка», победил в конкурсе с анонимным авторством. И действительно, об этом рассказе можно сказать, что манера нетипичная для Каганова, автора узнать непросто.

Это история о необычном средневековом монахе-«алхимике». В кавычках, потому что он не алхимик как таковой. Он проводит исследования на стыке кулинарии и математики и находит свой «философский камень» — тот самый тяжёлый бульон.

Забавная и лёгкая история о том, что жизнь стремится к равновесию, а белые полосы сменяются чёрными. У героя повести после невероятной удачи следует откат в большое невезение. Я бы предпочёл обратный вариант — чтобы беды и напасти можно было пережить, зная, что они сменятся успехами.

Мы и в реальности постоянно видим подобное. Есть много примеров, когда люди, получив богатство, известность, любовь миллионов, после страдают депрессией и не хотят жить. Большие достижения связаны со столь же большими проблемами. Поэтому лучший выход — добиваться всего трудом и усердием, тогда по тому же закону равновесия можно рассчитывать на справедливое вознаграждение.

В будущем люди и роботы имеют равные права в обществе. С главным героем, роботом Гамлетом, происходит несчастный случай, в результате которого он получает расстройство психики и логики, «коротушку». Подобное происходит с очень многими роботами, и это лечится, но для этого нужно твёрдое желание самого больного. Однако, лишь немногие больные роботы имеют волю лечиться правильно, вот и Гамлет сворачивает на неверную дорожку.

Остроумная повесть, а среди отечественной фантастики о роботах её и вовсе можно отнести к числу лучших образцов. По юмору и смыслам напомнило некоторые произведения Лема. Может и неидеальное воплощение получилось, но за развязку и концовку нельзя не прибавить балл к оценке.

Совсем короткий рассказ об опасностях, которые могут исходить от ИИ (нейросетей). Действие происходит в настолько близком будущем, что оно уже практически наступило. Идея примерно та же, что и в рассказе Каганова «Опасити». В расширенном варианте к этому рассказу примыкают другие части (судя по информации на сайте), которые вместе, скорее всего, имеют какой-то дополнительный смысл. А так — просто ещё одна типичная для автора ироничная зарисовка.

Рассказ понравился, в целом согласен с прочими положительными отзывами.

История о контакте с инопланетным разумом в условиях России в ставшие уже историей двухтысячные годы, с несколько неожиданной концовкой.

Могу лишь добавить, что в процессе чтения казалось, что сам мем «чоза грибы», использованный в рассказе, был

Калейдоскоп нашего человеческого общества с его разнообразными пороками, в котором из рук в руки передаётся опасный артефакт, созданный Высшими Силами.

Этот рассказ более в духе Пелевина и далёк от традиционной фантастики. Оценка невысокая, по моему субъективному мнению. Всё-таки Пелевин в своём стиле пишет лучше. Но местами забавно и иронично (особенно в моменте про питерские косяки).

Сколько существует научная фантастика, столько же существуют в ней и сюжеты о сложном контакте с необычными инопланетянами. (См., например, «Первые люди на Луне» Герберта Уэллса). Для меня это один из любимых сюжетов, ради которых я и читаю фантастику. Хорошо, когда автор описывает действительно непохожих на нас «чужих», отличающихся от нас не только внешне, но и психологически. В данном случае у Каганова всё обстоит именно так.

Кажется у Лема (который тоже много написал на эту тему) была мысль, что мы так сильно хотим найти братьев по разуму, потому что на самом деле в глубине души мы ищем только самих себя. Внеземной (или искусственный) разум нужен нам для того, чтобы его глазами посмотреть на себя со стороны и лучше понять себя.

Повесть читается залпом от завязки до концовки и эпилога, минусов в ней для себя не обнаружил.

Фантастики в этом рассказе нет, это реализм с некоторой примесью сюрреализма. Или, можно сказать, фельетон на тему нейросетей, ставших уже привычным элементом современной жизни.

На эту же тему у Каганова есть куда более сильный, интересный и глубокий рассказ — «DNR». Там нейросети рассматриваются под иным углом, и присутствует много другой информации к размышлению.

Рассказ представляет собой нескольких бытовых зарисовок из жизни трёх 40-летних друзей. Они люди самые обычные, можно даже сказать, что отрицательных черт у них больше, чем положительных. Один из них — писатель-фантаст. В качестве прототипа этого персонажа автор, скорее всего, самокритично использовал самого себя. На фоне дружеских посиделок и разговоров этих приятелей развиваются масштабные исторические события — контакт человечества с внеземным разумом, вернее даже со сверхразумом из глубин космоса.

Как оказывается, у сверхразумных богоподобных существ жизнь не сильно отличается от нашей, только масштабы деятельности по меньшей мере планетарные.

Лазарь Лагин — создатель «Старика Хоттабыча», написал он и много что ещё. Данный же рассказ — из самого первого его сборника, составленного, в свою очередь, из рассказов, печатавшихся в журнале «Крокодил». Все знают журнал «Крокодил», он прочно ассоциируется с советской эпохой, хоть и пережил эту эпоху на какое-то время.

Рассказ как раз и есть типичный «крокодиловский» фельетон. Но забавно, что он и сейчас актуален; кто сталкивался с почтой России — согласится. Хоть Лагин и высмеивает не самого Шерлока Холмса (как некоторые другие авторы, «потоптавшиеся» на наследии Конан Дойла), а окружающую действительность, всё таки немного обидно, что автор вынудил героя задуматься об окончании карьеры.

В оригинальности Марку Твену не откажешь. В этой повести есть ирония, абсурдность, неожиданные повороты сюжета. Но ничего эту повесть не спасает в итоге от того, что её можно спокойно отнести к разряду посредственных произведений.

Твен изобразил Холмса карикатурным клоуном, это один из многих примеров того, как один автор использует популярного персонажа другого автора, чтобы добавить немного популярности себе. Зачем подобное понадобилось Марку Твену? Будем считать, что с его стороны это просто добрая шутка и ироничная подколка Конан Дойлу.

Никогда раньше не читал Мориса Леблана и имею смутное представление об Арсене Люпене, а этот рассказ попался мне в сборнике произведений о Шерлоке Холмсе.

В целом, пишет Леблан легко и иронично, его герой Арсен Люпен являет собой пример благородного преступника. Как яркий герой столетней давности он и сейчас представляет интерес.

Но вот использование образа Шерлока Холмса кажется сомнительным. У Холмса, каким его изобразил Леблан, такие же сильные мыслительные способности, к каким привыкли читатели Конан Дойла, но зато характер получился совсем не такой. Образ Холмса тут используется только для того, чтобы на его фоне Арсен Люпен выглядел более выигрышно. Он оказался столь же умным и благородным, как Холмс, смог на равных с ним потягаться, а в чём-то даже превзойти. Использовать чужого персонажа чтобы на его фоне твой персонаж смотрелся лучше — это как-то немного против правил.

Холмс, кстати, фигурирует и ещё в нескольких произведениях Леблана, но там его имя из-за недовольства Конан Дойла изменено на Херлок Шолмс.

«Его прощальный поклон» — сборник рассказов о Шерлоке Холмсе 1917 года. Рассказы написаны в период с 1908 по 1917 год, кроме ранее неопубликованного рассказа «Картонная коробка».

Этот сборник не снижает планку в сравнении с предыдущими произведениями о Холмсе. Хотя, конечно, и заметно, что почти везде встречаются сюжетные элементы уже хорошо знакомые читателям. Отличает этот сборник то обстоятельство, что в данных делах Холмс как правило расследует особенно жестокие убийства (нас ожидают размозжённая голова, отрезанные уши, двойные убийства, заражения, отравления и т.п.) либо спасает Англию в шпионских операциях. И если в ранних произведениях рассказчик Ватсон более подробно излагает суть дела, то здесь рассказы часто начинаются без предисловий, с прямой речи одного из персонажей.

Больше всего мне понравились рассказы «Шерлок Холмс при смерти» и «Дьяволова нога».

В рассказе «Шерлок Холмс при смерти» мы видим только развязку, где Холмс заманивает преступника в ловушку. Холмс часто использует актёрскую игру, но в данном случае он в своём деле заходит дальше, чем обычно. Было бы интересно более подробно увидеть ход этого дела с самого начала. Собственно, в британском сериале «Шерлок» этот сюжет был расширен до полноценной серии.

В рассказе «Дьяволова нога» расследование Холмса хоть и не сильно выделяется на фоне многих других его дел, но дополнительную окраску ему придаёт таинственная атмосфера корнуэльской глубинки с её неолитическими мегалитами, что заставляет вспомнить «Собаку Баскервилей».

Выделяются в сборнике также первый и последний рассказы, а также один из самых известных и экранизируемых «Чертежи Брюса-Партингтона», один из немногих рассказов, где мы встречаемся с братом Шерлока Майкрофтом.

В первом рассказе — «В Сиреневой Сторожке» — Холмс разоблачает ни много ни мало бывшего латиноамериканского диктатора, скрывающегося под вымышленным именем. Этот рассказ сразу захватывает интерес читателя и удачно задаёт тон всему сборнику.

Во всех рассказах действие происходит условно в то же время, что и в предыдущих произведениях после «воскрешения» Холмса, когда Ватсон либо живёт с Холмсом на Бейкер-стрит 221 б, либо часто его навещает. И только действие финального рассказа «Его прощальный поклон» происходит спустя долгое время. Холмс и Ватсон воссоединяются после долгой разлуки для последнего серьёзного дела. И снова мы видим только развязку этого дела. Этот рассказ уникален тем, что в нём Ватсон не является рассказчиком от первого лица. И этот рассказ превосходно завершает историю расследований великого сыщика. Да, есть ещё сборник «Архив Шерлока Холмса», но «Его прощальный поклон» это последний по хронологии эпизод.

Действие рассказа происходит в том же мире, что и в рассказах цикла «Петли памяти». Альтернативные 50-е, в которых после 1938 года наука и технологии совершили огромный скачок вперёд и превосходят наши нынешние. Хотя, действие можно было бы перенести и в условное будущее, на сюжет это мало влияет.

В НФ есть много такого рода произведений о роботах и о том, насколько важное значение они могут иметь для человека; а также о том, какие опасности они могут представлять. Данный рассказ — новая вариация старой темы от Нэйлера: любовь, смерть и роботы.

Первый научно-фантастический рассказ автора (хотя, он ещё с 90-х писал реалистические произведения). Заметно, что рассказ не строго жанровый; напомнил, как ни странно, Борхеса.

Есть в этой истории какое-то декаданство, но я бы пожалуй сказал, что мечтаю жить в таком мире

Альтернативная история с точкой бифуркации в 1938 году.

Получился своеобразный дизельпанк/атомпанк (без дизеля и атома, но примерно с такой эстетикой), где в 20-м веке существуют фантастические летательные аппараты и технологии считывания информации с нейронов мозга. Повесть понравилась больше, чем предыдущий рассказ цикла — «Мёртвые петли». Главная героиня — военная лётчица и специалист по работе в других «мёртвых петлях» — так называют петли памяти, считываемые из мозга мёртвого человека.

В основе сюжета рассказов этого цикла — технология переноса сознания. Причём это не копирование, как во многих фантастических произведениях (например, в «Эре бивня» самого Нэйлера), а именно перенос — из тела в другую живую или искусственную оболочку. Хотя позже выясняется, что и с этим обстоятельством не всё так однозначно.

В цикл входит шесть рассказов и, в общем-то, тема раскрыта, не считая разве что использования переноса сознания к другим звёздным системам, что упоминается без особых подробностей.

Время действия рассказов варьируется от близкого будущего, где технология коннектома только изучается, до далёкого, где она стала привычной частью жизни. Рассказы сюжетно никак не связаны, кроме двух — «Океан среди листьев» и «Починщик воробьёв», — где есть общие второстепенные персонажи. И эти же два рассказа мне понравились больше остальных.

Объединяет эти рассказы мир будущего, как и в прочих произведениях Нэйлера, — не благополучный, но и не безнадёжный. Место действия, за некоторым исключением, — Стамбул, который у автора получился живым, атмосферным, меланхоличным и зачастую серым и промозглым.

Роман «Гора в море» Нэйлера стал для меня лучшим романом прошлого года, поэтому я не мог пройти мимо нового издания этого автора.

Для тех, кому это важно, стоит упомянуть, что в повести «Эра бивня» есть моменты, которые могут не понравиться одной части читательской аудитории и понравиться другой части. Действие происходит в России, автор хорошо знает нашу страну и местами... нет, не очерняет, но рубит правду. Я из тех, кто подобное отнесёт к плюсам автору. Также присутствует называемое «повесткой» — феминизм (сильная главная героиня) и однополые отношения (без подробностей). Но это не портит впечатление, поскольку не в этом суть данного произведения.

Повесть получилась эмоциональной — все герои испытывают сильные эмоции, и большей частью совсем не положительные. Нэйлер здесь смоделировал даже нечеловеческую психологию мамонтов. История получилась частично грустная, частично жестокая, но не лишённая и светлых моментов. В целом — изобретательно, доходчиво. «Хьюго» получена заслуженно.

Для ценителей Вернора Винджа — обязательный сборник. В него входят все его произведения малой формы, написанные по 2001 год включительно, кроме повести «Подлинные имена». Кроме того, произведения сборника сопровождаются авторскими предисловиями, а многие и послесловиями.

Есть ощущение, что Виндж любил писать подробно и обстоятельно, поэтому романы ему удавались лучше, чем рассказы. Краткость — не его сестра, и рассказы у него получались несколько затянутыми, будто он в них вкладывал много ненужного. Да и виртуозом слога Винджа не назвать, но он берёт другим — идеями и оригинальностью мысли, своеобразием подачи. Поэтому совсем уж низко его рассказы и повести оценивать не за что, но и на высшие баллы многие из них не тянут.

Так я думал, пока не добрался до рассказа «Драгоценность». Этот рассказ достоин войти в условный сборник лучших произведений малой формы — от Герберта Уэллса через Рэя Брэдбери до Тэда Чана.

Также повесть «Болтунья» («Болтушка») одно из любимых для меня произведений Винджа. В рамках сборника прочитал её, кажется, уже в третий раз.

Из прочих понравились «Ученик торговца», «Завоевание по умолчанию», «Ярмарка науки», «Первородный грех», «Принцесса варваров». Ну и «Фэрмаунт» ценен атмосферностью.

Ещё хочется сказать об издании этой книги. Конечно, спасибо издательству АСТ, что оно в безвозвратном 2007 году издало этот сборник. Но сделало оно это безобразно. Бог с ней, с ворованной обложкой. Но в тексте огромное количество опечаток, особенно в первой половине книги: пропали некоторые союзы и предлоги (а где-то и слова побольше), многие слова оказались не согласованы в падежах. Всё-таки это уже не 90-е годы, а ощущение, что текст набирали в программе Т9. Читать можно, конечно, но глаз то и дело запинается об эти опечатки.

Не самое лучшее произведение Винджа, но его можно отнести к числу показательных — тут есть все типичные плюсы и минусы этого автора. Как всегда у Винджа, — интеллектуальная и интеллигентная научная (именно научная) фантастика, оптимистичная и своеобразная. (Пожалуй, может понравиться поклонникам Энди Вейера.) Из минусов — местами затянуто, местами не очень понимаешь, что вообще происходит. В случае данной повести — ещё и не очень понимаешь в конце, к чему всё это было. Мне, как поклоннику Винджа, повесть понравилась фирменным «вайбом» Винджа вопреки минусам.

Это повесть о 13-летних детях, но для взрослых. Детям и подросткам, скорее всего, будет попросту неинтересно. Чуть позже на основе этой повести Виндж написал занятный роман «Конец радуг».

В качестве одного из первых рассказов автора из 60-х — неплохо. Уже чувствуется своеобразная манера Винджа. Заметно, что автор очень эрудированный.

Речь идёт о соединении природного интеллекта с искусственным — эта тема в наши дни только набирает актуальность. Можно сказать, что данный рассказ — один из камней фундамента жанра киберпанк. (Виндж позже внесёт вклад и в настоящий киберпанк.) Конечно, киберпанк появился не на пустом месте, прежде были подобного рода произведения о перспективах развития только что появившихся компьютерных технологий; ещё раньше, в 40-е, рассказы о роботах.

Сам рассказ немного затянутый, больше понравились мысли и диалоги героев и комментарии самого автора к рассказу, нежели сюжет.

Не знаю, как так получилось, что киберпанк, который ещё вчера считался самой современной и передовой фантастикой, перешёл в разряд ретро-жанра.

Не так уж много произведений этого жанра я читал и не являюсь его большим ценителем, потому что от фантастики обычно хочется чего-то большего. На сегодняшний день темы сращивания биологического и технического, виртуальная реальность и искусственный интеллект уже выглядят темами совсем близкого прицела, а во многом и просто повседневной действительностью. И из всего киберпанка, который я читал, этот цикл Стерлинга мне понравился больше всего как раз по причине того, что он не сдерживает фантазию близкими горизонтами, и тут хватает всего. Помимо привычных киберпанковских элементов, в цикле идёт речь об освоении Солнечной системы, о всевозможных генетических манипуляциях, о вопросах экологии и о контактах с инопланетными расами.

Кроме того, произведения Стерлинга — это умная фантастика. Есть множество произведений, в которых авторы пытаются произвести умное впечатление, но Стерлингу (хоть его и можно упрекнуть за некоторую невыразительность слога) явно не нужно производить впечатление — ему хватает настоящих оригинальных идей. И он сильно повлиял на многих лучших представителей последующей фантастики.

Про коллективные насекомоподобные расы кто только не писал — Герберт Уэллс («Первые люди на Луне»), Роберт Хайнлайн («Звёздный десант»), Орсон Скотт Кард (цикл «Эндер Виггин»)... Вот и Стерлинг не стал слишком уж фантазировать и придумывать совершенно иную расу, а просто изобразил разумных термитов. Впрочем, разумных ли?

Ещё читая роман «Схизматрица» я подумал, что Стерлинг заметно повлиял на жанр фантастики. Если говорить о самой передовой современной научной фантастике (первой четверти 21 века, скажем так), то её для многих воплощает, например, Питер Уоттс. Так вот, прочитав «Рой» я ещё больше убедился в том, что Уоттс явно многое почерпнул у Стерлинга. Одна из главных идей «Ложной слепоты» Уоттса (2006) — для высокоразвитой космической цивилизации разум не обязателен, и даже может быть помехой, ошибкой и исключением. И в «Рое» Стерлинг писал ровно об этом ещё в 1982 году.

Абеляр Линсдей — дипломат, спецагент, театральный постановщик, общественный и политический деятель, иногда просто бродяга. Роман «Схизматрица» — это история его жизни, не отдельный сюжет, а череда эпизодов на фоне истории человечества в Солнечной системе. Лично мне подобное построение по принципу «роман в рассказах» даже нравится. Ещё понравилось, что у Стерлинга киберпанк сочетается с темой освоения космоса. Типичный киберпанк обычно наоборот стоит в стороне от космической фантастики — человечество осваивает либо космические пространства (как в старой фантастике), либо виртуальные (что уже ближе к нашему пути развития). Здесь же одно другому не мешает.

Стерлинг из тех писателей, которые не выдают читателю всего, что знают. Когда начинаешь читать, то сразу оказываешься в детально проработанном мире Схизматрицы, но плохо понимаешь, что вообще происходит. Тем более в те моменты, когда речь идёт об экономике, акциях и тому подобном.

Человечество в мире Схизматрицы необычное — люди в чём-то деградировали, а в чём-то достигли уровня сверх- и пост-людей — кто-то с помощью генной инженерии (шейперы), кто-то с помощью технических средств (механисты). Шейперы и механисты — две самые крупные враждующие группировки, но есть и множество других мелких сообществ, использующих достижения как тех, так и других в разных пропорциях. Люди в этом будущем разучились жить на планетах, предпочитая астероиды и искусственные сооружения в космосе. Есть и инопланетяне, которые давно наблюдали за людьми, и решили, что те уже готовы к сотрудничеству.

Читая «Схизматрицу» я находил в ней элементы как более ранней фантастики новой волны 60-70-х годов, так и фантастики 21 века. В этом и состоит вклад автора в жанр. Условно это «мостик» от Роджера Желязны к Питеру Уоттсу (выбрал в качестве примера наиболее любимых и знакомых писателей). Как и у Желязны — детальный мир; яркий герой с неоднозначной моралью, но твёрдыми принципами; сложные взаимоотношения с сильным противником; образы роковых женщин; немного сюрреализма. И как у Уоттса — правдоподобие и реалистичность, некоторая безэмоциональность, большая твёрдость фантастики с упором на научные теории.

Китай, а тем более Древний Китай, это «другая планета». Страны Европы или Ближнего Востока развивались в условиях взаимного влияния, обмениваясь идеями и культурой. Китай же, хоть и был окружён другими народами, в основном оказывал влияние на них, но меньше подвергался влиянию сам. Поэтому для нас Китай, менталитет и мировоззрение китайцев, их мифология и культура — нечто совершенно необычное и часто очень странное.

Данная книга — это альбом, основанный на «Каталоге гор и морей», древнекитайском тексте, сборнике сведений о землях, реках, горах, островах, морях и о существах, их населяющих. В нём представлен невероятный калейдоскоп фантастических животных, растений, народов, демонов и божеств. Не все, но самые яркие и интересные по мнению составителей примеры, вошли в данное издание, так как изначальный «Каталог» слишком обширен.

Этот альбом можно считать коллективной работой автора текста Сунь Цзянькуня и художницы Чэнь Сыюй. Иллюстрации в альбоме очень стильные и красивые, современные, но основанные на традиционной китайской манере, они столь же важны, как и текст. В случае русского издания не менее важен и труд переводчика Кирилла Батыгина, который опирался на хрестоматийный перевод «Каталога» Э. М. Яншиной и помощь консультанта-китаиста А. Чигадаева.

Некоторые существа из бестиария реально существуют. Например, человеко-рыба жэньюй — это исполинская саламандра, а бык-сы — носорог. В основном же представленные в книге существа, духи, народы и божества выглядят фантастическими и максимально странными и непривычными с точки зрения незнакомых с китайской мифологией жителей Запада. Многим писателям-фантастам можно посоветовать обращаться за вдохновением к такого рода источникам, если они хотят изобразить действительно иные миры, непохожие на наш.

Цикл о рыжем демоне это, конечно, халтура. Причём в обоих смыслах этого слова: недобросовестная работа и заработок на стороне.

Решили два мэтра фантастики совместно подзаработать денег и заодно развлечь читателей. Получился не более чем капустник — забавный, ироничный, не претендующий на что-то серьёзное, с кучей несуразностей и не сходящихся логических концов с концами. Хорошо бы было, если б в своё время с этими романами авторам помог хороший редактор. А с другой стороны — так ли уж это было нужно?

Тем не менее, цикл о демоне Аззи оставляет хорошее впечатление. Авторам удалось создать фэнтези на религиозные темы о бюрократии «того света» и о борьбе Добра и Зла. И, что ценно, история получилась добрая. Демоны тут не злые, хоть и любят всячески искушать людей. Ангелы могут иногда совершать неоднозначные поступки, например, украсть волшебного коня. Есть тут и множество персонажей разных религий и мифологий, показывающих свои неожиданные стороны. Бог в этом мультиверсуме давно ушёл, оставив материальных и нематериальных созданий разве что под присмотр богини неизбежности Ананке. Но добро (в общем-то невозможное без своей противоположности — зла) осталось. И рыжий демон Аззи смог найти настоящих друзей среди людей, ангелов и прочих существ.

В третьем романе цикла меньше каких-то больших нелогичностей, чем в предыдущих частях, по крайней мере поначалу. Ну, не такой уж это существенный ляп, например, что герои едят картофель в средневековой Европе. Однако, потом всяческие нелогичности всё-таки накапливаются. Завязка романа сильная, но она затягивается и сюжет сворачивает куда-то в другую сторону.

Но когда в конце концов главный герой, рыжий демон Аззи, в гибнущей Венеции вопреки запретам и катастрофам по просьбе своих актёров решает всё-таки сыграть задуманную им пьесу... Когда понимаешь, что это практически последний роман Роджера Желязны, изданный в год его смерти, этот эпизод кажется особенно сильным.

В первом романе было больше от Шекли, а Желязны будто-бы добавил в него немного своей атмосферы. Второй производит впечатление черновиков Желязны, которые Шекли помог соединить в единую историю и сделать частью цикла. О третьем романе трудно однозначно сказать, от кого из соавторов в нём больше. И это, наверное, идёт ему только в плюс.

Начав читать вторую часть трилогии о рыжем демоне, я понял, что читаю совершенно другую книгу. Она написана в другой манере, в ней больше логики и меньше абсурда и присутствует какая-никакая философия. Но, поскольку логики всё-таки недостаточно, получается дисбаланс. В первой часть была сказочная условность, которая неплохо сочетается с абсурдом. Здесь же абсурд бросается в глаза и часто кажется неуместным. Возникает много вопросов, на которые нет ответа.

Если в первом романе Силы Света и Тьмы устроили состязание в честь 1000-го года, то почему во втором романе — во времена Фауста, в 16-ом веке — они снова устраивают Тысячелетнюю войну, чтобы решить, кто будет править человечеством в следующую тысячу лет?

Почему Мака (лже-Фауста) в этой войне сопровождает только представитель сил зла Мефистофель?

Разве в Кракове 16-го века картофель уже мог быть обычным блюдом?

Откуда при дворе Кубла-хана оцелот?

Почему доктор Фауст и демон Аззи знакомятся друг с другом дважды, с разницей в несколько десятков страниц?

Почему в первом романе возлюбленного Илит звали Бабриель, а во втором он уже Гавриил?

Откуда у Фауста в одном из эпизодов взялся украденный Маком жезл Кубла-хана и куда он потом делся?

И много других подобных вопросов... Это всё огрехи авторов, переводчиков или плохая редактура?

Искать какую-либо логику поведения и поступков героев тоже не стоит. Сюжет скачет «галопом по европам» (практически в прямом смысле этих слов, не считая эпизода в Пекине). И хоть этот роман входит в трилогию о рыжем демоне Аззи, сам Аззи тут даже не второстепенный, а почти эпизодический герой.

Могу предположить, почему роман получился именно таким. Похоже, что у Желязны (по стилю больше похоже на него), были неиспользованные черновики романа про доктора Фауста, который он когда-то задумывал написать. И соавторы решили использовать эти материалы в качестве продолжения романа «Принеси мне голову прекрасного принца», кое-как соединив куски с Фаустом и лже-Фаустом эпизодами с участием Аззи, Илит и гнома Рогни. Получился роман по объёму самый большой в трилогии, который лично я дочитывал уже с трудом.

Когда две такие легенды, как Желязны и Шекли, пишут совместный роман, это как если бы две рок-звезды записали совместный альбом.

Если разобраться, то Желязны и Шекли авторы совершенно разные. Шекли всего на 9 лет старше Желязны, но это писатели двух разных эпох.

Шекли сформировался как писатель в 50-е и является автором традиционной мягкой научной фантастики, мастером короткой формы (но не только, что доказывает первый же его роман «Корпорация «Бессмертие»»), которого выделяют на фоне прочих его остроумные идеи, юмор и ирония.

Желязны перевернул жанр фантастики в 60-е, став одним из создателей и ярчайшим представителем новой волны, изменившей и поднявшей фантастику на новый уровень.

Таким образом, 50-е и 60-е — это два разных мира, а Шекли и Желязны — авторы с соответственно разным мировоззрением. Роберту Шекли гораздо ближе его ровесник Филип Дик, но стать соавторами им, пожалуй, помешало бы то обстоятельство, что Дик, в отличии от Шекли, к своему творчеству относился слишком серьёзно, вкладывал в него свою философию. (Зато у Желязны есть совместный роман и с Диком.)

В 60-е и позже Шекли не раз обращался к жанру сюрреализма. Но сюрреализм Шекли или Дика — это совсем не тот же сюрреализм, что у Желязны.

Шекли — человек 50-х, эпохи битников и джаза. Желязны — человек 60-х, эпохи хиппи, психоделического рока и восточного мистицизма. И таковыми они оставались на протяжении всего своего творчества.

И вот их совместный роман — «Принеси мне голову прекрасного принца». К сожалению, не удалось найти никакой информации об истории создания трилогии, которая начинается с этого романа. В случае соавторства (тем более такого, как этот) это всегда интересно.

Кто только не писал юмористические и сатирические рассказы на тему религии, контакта людей со сверхъестественными существами (демонами, ангелами, духами, джиннами) и о бюрократии загробного мира. У самого Шекли целый ряд таких рассказов: «Битва», «Бухгалтер», «Предел желаний», «Привет из преисподней» и т.д.. Собственно, это единственный вид фэнтези, который писал Шекли. У Желязны, напротив, есть фэнтези самого широкого спектра — от традиционного «меча и магии» до совсем нестандартного. Получается, что тема данного романа характерна именно для Шекли.

Мне такие произведения не очень нравятся. Сатира с религиозными мотивами — не то, что я обычно ожидаю от чтения писателей-фантастов. А тут не рассказ, а роман, вернее целая трилогия. Поэтому я к этому произведению подходил с некоторыми опасениями. И хоть уважаемые авторы решили совместно создать не серьёзное, а чисто развлекательное произведение, можно сказать, что они с задачей справились. В отдельных эпизодах угадывается манера то одного, то другого соавтора. В целом же они друг друга уравновешивают. Я люблю традиционную фантастику Шекли, но его мистика и сюрреализм мне не близки; и думаю, что Желязны в данном случае немного обогатил роман своей атмосферой. Юмористическим бы я этот роман не назвал, скорее он ироничный. Но главное, что он абсурдный (в хорошем или плохом смысле — зависит от конкретного читателя). Роман наполнен абсурдом, логику в нём искать не стоит, соответственно невозможно предугадать, что произойдёт в следующем эпизоде. Но читается он легко.

Это роман относительно большой, с несколькими сюжетными линиями, немалым количеством локаций и действием, протянувшимся на годы. В основе сюжета — столкновение мира волшебных существ и людей-христиан. Волшебство забывается и уходит в прошлое, а на смену ему приходит новый мир, где место живых мифов занимает религия.

Причём, в мире романа христианство это не просто вера, а реально действующая сила сродни волшебству. Чудеса божьи в этом мире не являются чем-то невероятным и редким. Например, бессмертные от природы существа (водяные) могут принять христианство и в тот же миг они перестают быть бессмертными в материальном смысле, но обретают бессмертную душу, при этом полностью меняется их мировоззрение и психология. И это столкновение волшебного и христианского выражается вовсе не активной борьбой или войной. Просто мир меняется, и в нём остаётся всё меньше места для волшебства.

Взаимоотношение водяных (лири) и людей — это по своей сути пример контакта двух разумных рас. Пол Андерсон в данном случае использует сеттинг фэнтези, но те же идеи могли бы быть воплощены средствами и научной фантастики. В фантастике всё это тоже было и есть — сюжеты о том, как одна цивилизация вытесняет другую; о том, как инопланетянин живёт или воспитывается среди людей или наоборот; о том, что собой могут представлять гибриды двух разных разумных видов. В этом романе иная раса представлена волшебными существами из мифов. Но будь это НФ сюжетными ходами числились бы контакт и ксенофантастика.

Нельзя не отметить, что автор здесь много внимания уделяет теме свободной любви. Для героев не-людей не существует никаких табу, а одна из главных героинь-людей — профессиональная жрица любви, для которой не является проблемой переспать с командой корабля. Многие персонажи просто имеют интимную близость со всеми представителями противоположного пола, которые есть вокруг в тот или иной эпизод их истории. (Если что, эти интимные контакты сугубо гетеросексуальные и автор не описывает их подробно, а чаще просто упоминает факт таковых.) Не обошлось и без влечения между братом и сестрой. Подобный сюжет был у Андерсона и в романе «Сломанный меч». Является ли этот момент оправданным для авторской задачи или же психологи-фрейдисты могли бы найти оправдание ему в психологии автора — вопрос отдельный.

География романа широка. Это и типичная для Андерсона Дания, и Гренландия — тоже в общем часть Дании (хоть на момент действия романа ещё не была таковой). И, что необычно, часть истории происходит в Хорватии — нечасто представленным в литературе регионе. Читая хорватские главы романа временами доводилось ловить восточноевропейские (тут скорее южноевропейские) «флюиды» Сапковского. Неожиданным оказалось увидеть в творчестве Пола Андерсона балканское фэнтези.

Выбор пал на эту книгу, так как она рассказывает о землях и морях, находящихся максимально далеко от нас, на противоположной стороне земного шара. Это максимальная экзотика. Интересно узнать что-то новое о людях совершенно далёких от нас, живущих и сформированных в совершенно других условиях, с совершенно другим мировоззрением. Впрочем, где бы не жили люди, везде у них будет и что-то общее. И разобраться в отличиях и сходствах между нами и ими конечно же помогут мифы, как основа любого человеческого сообщества.

Книга рассказывает о мифологии Австралии, Новой Зеландии, островов Океании, острова Пасхи и Гавайских островов. Она не даёт чёткой картины мифологических систем этого региона. Да такую картину и невозможно составить, тем более, что это пожалуй единственный регион Земли, где мифология жива и продолжает видоизменяться и формироваться. (Например, гавайская богиня Пеле, говорят, и в наше время любит путешествовать автостопом.) Задача этой книги просто дать представление о том, во что верили и верят жители этих далёких земель, островов и морей. И с этой задачей книга отлично справляется.

Пол Андерсон — датчанин по происхождению, и в творчестве он часто обращался к своему национальному наследию, в том числе и в этом романе. Действие романа «Сломанный меч» происходит в Средние века в Северной и Западной Европе, в эпоху викингов. Нравы того времени были суровыми и жестокими, и это в полной мере отражено в данном произведении. Поступки многих героев (даже положительных в рамках сюжета) неоднозначны с точки зрения современной морали — они отправляются в походы, где грабят и убивают ради наживы. Но такие были времена, а данный роман стилизован под реальные скандинавские саги. Эту суровость сюжета Андерсону удалось совместить с поэтичностью слога и яркими описаниями как реальных так и волшебных образов.

В основе сюжета — Волшебная страна эльфов, троллей и многих других невероятных существ. Эта страна находится рядом с миром людей, оставаясь незримой для них. Это два взаимопроникающих мира, существующих в одном пространстве, но редко взаимодействующих друг с другом. Замок эльфов кажется людям обычным холмом, замок троллей — пещерой. А охватившая часть Европы война эльфов и троллей остаётся невидимой для людей.

«Сломанный меч» в первой редакции был издан в 1954 году, ровно тогда же, когда и «Властелин колец» Толкина (хоть и создававшийся намного раньше). Так что это фэнтези тех времён, когда влияние Толкина на жанр ещё не было таким основополагающим, как в последующие годы.

Пола Андерсона я читал не так уж много, и в основном его научную фантастику. Но то, что читал, создало впечатление о нём, как об авторе выдающейся фантастики. Поэтому решил оценить и его фэнтези, и начал со «Сломанного меча». Что ж, фэнтези писать Пол Андерсон тоже умел.

Отдельно стоит сказать о переводе. Читал в переводе В. Дымшица (в легендарном издательстве «Северо-запад»). Судя по странице на Фантлабе, у Дымшица совсем немного переводов, но к тексту особых претензий не возникло, хотя произведение явно непростое для перевода из-за обилия имён и терминов из скандинавской и кельтской мифологии. При этом переводчик смог сохранить лёгкость и поэтичность слога.

Цикл о пилоте Пирксе делится на две сильно разные части: первая — это повести и рассказы, вторая — роман «Фиаско».

«Рассказы о пилоте Пирксе» можно порекомендовать тем, кто хочет окунуться в социалистическую твёрдую научную фантастику из середины 20-го века. Действие рассказов происходит в теперь уже несостоявшемся будущем в конце 20-го — начале 21-го века. (В повести «Ананке» упоминается, что «Титаник» затонул сто лет назад.) Тогда делались оптимистичные прогнозы, что к нашему настоящему времени мы уже доберёмся минимум до спутников Юпитера (как и в «Предполуденном цикле» братьев Стругацких). (Рассказ «Несчастный случай» выбивается из прочих. Действие в нём почему-то происходит на планете другой звёздной системы. По сути и стилю этот рассказ точно соответствует циклу, но всё же искусственно к нему отнесён.) Мне больше всего понравился «Рассказ Пиркса» и повесть «Дознание». Остальное (даже считающийся культовым «Терминус») кажется местами скучным, перегруженным ненужными техническими подробностями. Хотя, плохими эти новеллы не назвать, их уровень конечно выше среднего даже в сравнении с современной фантастикой.

«Фиаско» это уже совсем другая история, написанная в другое время, и действие её происходит уже в далёком будущем, хоть и в той же вселенной. Если рассказы это психологическая фантастика, то «Фиаско» — философская, почти что трактат.

Сборник новых рассказов Евгения Филенко (написаны в 2017-2023 годах).

Впечатления от сборника для меня идут по нарастающей. Цикл «Гаманец и Морока» на любителя — юмористический хоррор. В рассказах про Маргулиса главный персонаж решает проблемы вселенского масштаба не покидая собственного офиса. Герои цикла «Картографы рая» в своей работе оказываются вовлечены в самые фантастические приключения на разных планетах.

Эти рассказы не претендуют на роль высокой литературы, но являют собой нечастый пример лёгкой, развлекательной в общем-то, ироничной и при этом неглупой и незлой фантастики. Нельзя сказать, что этот сборник — какое-то новое слово в фантастике. Слово старое, но сказанное автором по своему.

(И ещё один момент: герои всех рассказов любят немного выпить в разумных пределах. А мы знаем, что чрезмерное употребление опасно для нашего здоровья.)

Цикл рассказов о команде картографов, которые в далёком будущем занимаются созданием карт поверхности разных, зачастую обитаемых, планет. Казалось бы, что в этом может быть так уж интересного? Но герои постоянно оказываются вовлечёнными в невероятные происшествия, а иногда и сталкиваются с непостижимыми на первый взгляд загадками вселенной. Персонажи автору удались, под конец цикла уже начинаешь к ним относиться как к родным людям.

Леон Маргулис — человек, специализирующийся на решении серьёзных проблем. Собственно, в первых трёх рассказах он предотвращает апокалипсис. Если честно, всё решается как-будто бы само собой, без его заслуги, но главное результат. В последнем рассказе, «Потусторонние», проблема менее глобальная, но разрешается именно благодаря советам Маргулиса. Действие всего цикла не выходит за пределы офиса главного героя.

Первый рассказ, «Кто не успел», понравился меньше, очень уж натянутое там фантастическое допущение. Остальные рассказы зашли лучше. В общем, цикл забавный, ироничный, остроумный.

Главный герой в каком-то смысле характерный для Филенко — уникальный специалист в своём деле. Так в других произведениях автора есть, например, галактический консул Константин Кратов, ксенолог, решающий проблемы, связанные с инопланетными цивилизациями; и есть Маша Тимофеева, энигмастер, специалист по раскрытию тайн и загадок. Вот и Маргулис такой один, вот бы нам такого.

Цикл из трёх рассказов (может автор напишет и ещё) о приключениях двоих русских туристов в США, причём не в городской среде, а в американской глубинке (в одном рассказе действие происходит в маленьком городке, в двух других — в диких лесах). Жанр можно определить как ироничный хоррор. Не могу сказать, что именно в данном исполнении этот жанр мне близок; но чего у этих рассказов не отнять, так это того, что читаются они легко, а повествование не лишено остроумия.

Издатели приплетают эту повесть к циклу «Звёздные короли», хотя в ней практически нет связи с этим циклом. В повести лишь упоминается, что Галактика в прошлом была единой Империей, которая потом ушла в прошлое и теперь миры Галактики образуют некую федерацию. Герои повести ищут Прародину человечества. (Причём это не Земля — Земля и Солнце в этом мире существуют, они известны, но все уже забыли, что люди произошли оттуда.) Под Прародиной подразумевается столица бывшей Империи. Если относить повесть к циклу, то это тот самый Троон в системе Канопуса из романов о Джоне Гордоне. Но и Канопус вообще-то в повести тоже упомянут как всем известная звезда, которую не надо искать. В общем, привязка к циклу искусственна. И это претензия не к автору, а к современным издателям.

Но сама по себе повесть неплохая, в ней присутствует то, за что читатели любят творчество Эдмонда Гамильтона — романтика космических приключений.

Обычная космическая опера из 50-х со шпионажем, поисками, расследованием, фантастическим изобретением, драками, перестрелками и космической битвой. Чего-то выдающегося в этой повести нет, до романов о Джоне Гордоне не дотягивает.

Один из героев повести мечтает объединить Внешние Миры галактики (анархический регион, пристанище пиратов и бандитов) в единое Королевство Внешних Миров, по примеру прочих звёздных королевств. В конце это вроде как удаётся осуществить, но из романов о звёздных королях мы знаем, что Внешними Мирами правят различные графы, так что в далёкой перспективе из этого региона пока так и не получилось единого государства.

Другие произведения про Старка не читал, поэтому с этим персонажем познакомился впервые, а вот мир звёздных королей мне по романам Гамильтона знаком. Но здесь он почему-то выглядит каким-то непривычным.

Действие происходит после событий романа «Возвращение к звёздам» — Джал Арн тут уже император Средне-Галактической Империи, а Шорр Кан после победы людей над х'харнами — король на одном из Внешних Миров. Рядом с его вотчиной появляется какая-то космическая аномалия, которая высасывает энергию из звёзд и губит подлетающие к ней корабли. Эта угроза влияет не только на пространство, но и на время, её влияние ощущается даже в Солнечной системе в далёком прошлом. И вот некий марсианский чародей отправляет Старка в будущее, чтобы он надоумил Шорра Кана решить данную проблему.

Шорр Кан — самый интересный и любимый читателями персонаж цикла «Звёздные короли» — умный, хитрый и обаятельный злодей. Гамильтон мог бы написать целый цикл произведений о Шорре Кане, и такой цикл точно был бы популярным.

Что оказалось непривычным — в этом рассказе в мире звёздных королей никто не знает, где находится Солнечная система, хотя в романах принц и учёный Зарт Арн работает на Земле, и Солнце — хоть и не центр Империи, но всем известная звезда. Это можно объяснить тем, что действие происходит в параллельном мире, где то самое энергетическое существо уничтожило Солнечную систему в прошлом. Может быть поэтому в этом мире, где всё несколько иначе, и не применили Разрушитель. Также необычной кажется ситуация, когда Шорр Кан руководит военной операцией, а Джал Арн отправляет ему в помощь огромный флот.

Так получилось, что «Возвращение к звёздам» я прочитал раньше, чем «Звёздных королей». И с тех пор «Звёздных королей» перечитал только один раз, а сколько раз перечитывал «Возвращение к звёздам» уже и не вспомню. Первый раз прочитал в подборках тех самых журналов «Техника — молодёжи» (первого журнала не было, но это не остановило от прочтения) с великолепными рисунками Роберта Авотина. Потом читал в букинистическом первом книжном российском издании с ужасной обложкой и такими же иллюстрациями. И вот прочитал ещё в новом недавнем переводе.

И может быть потому, что прочитал этот роман я в нужном периоде жизни, он до сих пор мне нравится; и нравится больше, чем первый роман. (Многие в отзывах наоборот утверждают, что первый роман лучше.) Хотя, и «Звёздным королям» я ставлю оценку не меньше, воспринимая оба произведения частями единой истории, где без первой части не было бы и второй. Прочитав впервые «Возвращение к звёздам» я был буквально поражён концентрацией космической романтики, хотелось бросить всё и перенестись туда же, куда и Джон Гордон, на 200 тысяч лет в будущее, в мир звёздных королевств. В моём случае произошло лучшее, что могло произойти с чтением фантастики — хотелось верить в существование придуманного автором мира. Пожалуй, такое бывает только в определённом для читателя возрасте.

Но, мне кажется, данный роман и объективно превосходит первый. В «Звёздных королях» всё предельно просто, разделено на белое и чёрное: есть Империя и её союзники, и есть Лига Тёмных миров со злодеем Шорром Каном во главе. Война хороших против плохих, герой спасает мир, получает принцессу и побеждает злодея. Всё-таки заметно, что это фантастика написанная ещё в 40-е годы. Иные цивилизации в этом романе упоминаются, но не играют большой роли в повествовании.

В «Возвращении к звёздам» мы видим большое количество негуманоидных рас. Правда, Гамильтон, как фантаст старой формации, остаётся антропоцентричен — люди у него доминирующая раса в галактике, а все прочие в лучшем случае мелкие союзники, в основном же — звероподобные варвары и дикари, которым только предстоит развиться до человеческого уровня. И интрига в этом романе заметно сложнее, чем в предыдущем.

«Звёздные короли» Гамильтона — классика из классики.

Джон Гордон, в недавнем прошлом лётчик Второй Мировой войны, а теперь простой офисный работник, переносится (вернее, его разум переносится) на 200 тысяч лет в будущее в мир звёздных королевств в тот самый момент, когда всё человечество оказывается на пороге войны, а существующее оружие разрушительной силы оказавшись не в тех руках может уничтожить галактику.

На сегодняшний день произведение максимально наивное и ненаучное: здесь звездолёты преодолевают всю галактику за считанные дни без каких-либо релятивистских эффектов (хотя, ещё Беляев в 30-е годы их учитывал), а видеосвязь в реальном времени на любые расстояния не является проблемой (вспомним ансибл Ле Гуин). Но, с другой стороны, за 200 тысяч лет ещё и не такие технологии могли бы развиться.

Огромное количество подобного попаданства с похожей фабулой было написано с тех пор. И всё же Эдмонд Гамильтон такой один, истинный звёздный король фантастики.

И поэтому даже наивность и ненаучность идёт в плюс этой ретро-космической опере. Джон Гордон, как пример настоящего героя, внёс вклад в формирование личности многих читателей, по крайней мере многие навсегда остались верны фантастике под впечатлением от его приключений.

Если сравнивать сборник с романом «Монстросити» из этого же цикла, то в романе весь сюжет основывался на образах из Лавкрафта, а этот сборник даёт понять, что Панктаун органично существует и без тех самых образов. Кроме того, «Монстросити» — преимущественно приключенческая история, а каждый из рассказов данного сборника — психологическая фантастика.

Действие рассказов происходит в городе Пакстон (он же Панктаун), колонии землян на планете Оазис. Но помимо землян в этом мегаполисе живут представители многих других инопланетных рас, и даже народы из иных измерений. По сути, Панктаун — модель любого сообщества людей хоть в настоящем, хоть в прошлом, хоть в будущем — мрачное, опасное и непростое место, где постоянно происходят убийства, рушатся судьбы, ломаются жизни, царят всевозможные пороки и извращения и находятся поводы для страданий. Кажется, что в таком городе нет места для человечности, но и хорошие люди (и не только люди) там есть, они в основном и становятся героями рассказов.

Для меня сборник по впечатлениям несколько «провисает» в середине — рассказы с 8 по 12 (среди них одно стихотворение) показались слабее остальных (имею ввиду полное издание из 18 рассказов). В их числе — самый ранний рассказ «Сёстры немилосердия» 1992 года, один из тех, с которых и начался Панктаун. Этот рассказ, в отличии от более поздних, ещё совсем лишён светлых моментов, чистый сплаттерпанк.

Больше всего понравился рассказ «Вакидзаси», где рассматривается психология представителей разных разумных рас и их представление о правильном и неправильном. Близко к нему по уровню также сильные рассказы «Безграничный солнечный свет» и «Псевдоним».

Самыми лучшими как раз кажутся те рассказы, где есть фантастика и фантастические элементы влияют на сюжет; эти истории можно ставить в один ряд с классиками НФ. Но есть в сборнике и такие рассказы, где из фантастического только место действия, а сюжет можно было бы легко перенести в наш мир. Такие рассказы кажутся менее интересными.

На мой субъективный эстетический вкус иногда Томас перегибает с чернушностью и лишним натурализмом в отдельных деталях, которые даже не влияют на сюжет, поэтому оценки за некоторые рассказы могли бы быть и выше. Нельзя сказать, что чего-то не хватает, скорее наоборот — кое-где чего-то даже слишком.

А в целом — отвратительно! Как можно такое издавать?! Продолжение будет?

Джеффри Томас соединил лавкрафтианский хоррор со сплаттерпанком в рамках научной фантастики.

В общем-то, и Лавкрафта вполне можно считать научным фантастом, хоть и нестандартным. Во многих произведениях он писал о пришельцах из космоса, мутантах, древних цивилизациях и древних культах. То есть о вещах, возможных с материалистической точки зрения (и потому особенно пугающих).

Томас использует образы и идеи Лавкрафта, хотя и не читавшим Лавкрафта всё будет понятно. Но если характерным приёмом Лавкрафта часто является недосказанность, и ему действительно удаётся заставить почувствовать страх тех, кто может им проникнуться, то Томас, обращаясь к наследию ГФЛ, не пугает, а развлекает читателя. «Монстросити» — это приключенческая атмосферная история в декорациях мрачного инопланетного мегаполиса.

В этой истории нас ждёт: внутривидовой и межвидовой секс за деньги и по желанию, убийства и расчленения с обилием кровавых подробностей, проститутки и сектанты, инопланетяне, мутанты и демонические существа. Главный герой становится свидетелем и участником тошнотворных сцен, от которых порой не сдерживает рвоту.

Вся подобного рода «трэшанина» в литературе имеет право на существование в том случае, если автор обладает талантом умело подобное описать, и если у читателя есть соответствующий настрой. В данном случае для меня оказалось именно так. (Иногда есть желание читать, к примеру, Ефремова, а иногда и такое.) «Монстросити» при чтении погружает в себя ровно настолько, чтобы оставаться увлекательным не вызывая отторжения — как будто смотришь сюрреалистичный мультфильм.

В лице Ричарда Пауэрса я нашёл своего автора, хотя и сужу пока по трём книгам. Любители чтения поймут — у каждого читателя не так уж много «своих» авторов, у которых интересным и близким оказывается всё творчество.

Кратко завязка этого романа: главный герой, Марк, в результате аварии получает серьёзную травму головы, после чего постепенно выходит из комы, учится говорить и ходить, более-менее приходит в себя, но у него развивается психическое расстройство — он считает, что его сестра на самом деле не сестра, а двойник, который зачем-то выдаёт себя за сестру. Сестра главного героя — единственный родной ему человек — бросает работу и прежнюю жизнь и приезжает ухаживать за братом. Для неё становится трагедией, что брат не воспринимает её. Она пишет всемирно известному учёному-нейрологу и тот приезжает, чтобы изучить данный случай.

Прибавьте к этому анонимную записку, которая непонятно как оказывается в больничной палате Марка; прибавьте тот факт, что в сюжете есть персонажи, которые явно знают что-то об обстоятельствах аварии, но скрывают это; а кто-то явно не тот, за кого себя выдаёт; а с кем-то у главных героев есть тайны из прошлого.

Готовы все ингредиенты для захватывающего триллера, но те, кто будут читать, получат (как и я) не то, что ожидали. Это не триллер, а драма. Читая, постоянно ждёшь, что вот сейчас то всё завертится, события начнут стремительно развиваться, но нет. Автор периодически дозированно подкидывает интригующие детали, которые не очень то приближают кульминацию, основное внимание уделяя внутренним переживаниям и личности героев. Конечно, все тайны будут раскрыты, а ответы на все вопросы получены, но это только в самом конце. А в целом, книга не об этом.

Эта книга о природе. О природе в широком смысле, которую мы должны попытаться сохранить. И о природе человека, человеческого разума, человеческой личности.

В книгах Пауэрса присутствует сильный и однозначный экологический посыл. Его типичные герои — экоактивисты, «зелёные», защитники природы. Мы привыкли, что таких людей изображают нелепыми чудаками. У Пауэрса же они — «соль земли», единственные, кто понимают, что происходит; те, чья точка зрения верна. До тех пор, пока нам кажется, что есть дела поважнее, чем думать о защите животных и растений, наше общество не может считаться взрослым.

Последний роман Вернора Винджа. В нём описываются события, происходящие после событий романа «Пламя над бездной», который был написан лет за 20 до «Детей неба».

(«Пламя над бездной» читал уже давно, поэтому события романа помнил лишь в общих чертах. В том романе было две сюжетные линии. Мне больше нравилась линия, которая описывала происходящее в космосе зоны Запределья. А линия Мира Стальных Когтей нравилась меньше (хотя, роман в целом оцениваю на высшую оценку), поэтому и «Дети неба» тогда отложил в долгий ящик, так как действие романа полностью происходит на планете Когтей.)

Судя по отзывам, многие читатели остались недовольны тем, что в данном романе Виндж почти не продолжил сюжет борьбы с Погибелью, сосредоточившись на менее масштабных событиях. Но Виндж не из тех авторов, которые пишут продолжения только ради продолжения сюжета. Если Виндж написал новый роман, то для того, чтобы сказать что-то новое.

К слову, о Погибели. Погибель — это не просто злой ИИ, а постсингулярное существо. На протяжении всей писательской деятельности Виндж так и этак подступал к теме Сингулярности, но останавливался в шаге от того, чтобы её подробно описать. И это логично, потому что то, что произойдёт после прохождения точки сингулярности, по определению практически невозможно представить с наших позиций. Например, в романе «Брошенные в реальном времени» (1986) герои переносятся в далёкое будущее и упоминается, что основная часть человечества к тому времени давно ушла в Сингулярность. Как именно это произошло и как это выглядело, не описывается. Из романа «Пламя над бездной» мы знаем, что край галактики является Зоной Трансцендентности, цивилизации Запределья совершают Переход в эту зону, становясь богоподобными Силами. Но что собой представляют эти Силы, Виндж нам не объясняет. У Льюиса Кэрролла (который, как и Виндж, был и писателем и математиком) тоже есть такой персонаж — Снарк из поэмы «Охота на Снарка». Кэрролл был против того, чтобы иллюстраторы поэмы пытались изображать Снарка, потому что по его задумке Снарк непредставим. Так вот Погибель это тот же Снарк. Впрочем, некоторые авторы в своих произведениях пытаются изобразить постсингулярное общество — «Квантовый вор» Райяниеми, «Идеальное несовершенство» Яцека Дукая — но эти попытки кажутся довольно неуклюжими.

Что же тогда нового говорит Виндж в романе «Дети неба»? В основном — иллюстрирует ещё одну свою фирменную идею — оптимистичный постапокалипсис. По мнению Винджа, если даже высокотехнологическая цивилизация переживёт глобальную катастрофу, она не скатится в каменный век, так как какие-то остатки знаний и технологий неизбежно уцелеют и позволят цивилизации вновь развиваться. О подобных событиях, но происходящих на Земле в близком будущем, он писал ещё в романе «Война с «Миром»» (1984). Но в «Детях неба» Виндж сочетает эту идею с темой прогрессорства и симбиоза двух разумных рас (потом оказывается, что даже трёх). Люди в этом романе — это всё, что уцелело от человеческой цивилизации после встречи с Погибелью — и они оказываются на планете Стальных Когтей, где развитие находится на уровне Средневековья. Но у людей остался звездолёт «Внеполосный», который уже не может летать, но обладает возможностями и базами данных, о которых в примитивном обществе не смели бы и мечтать. А если бы он находился не в Медленной зоне, то его возможности были бы и вовсе волшебными с нашей точки зрения. Задача главной героини Равны Бергсндот — запустить на Мире Когтей техническую революцию, чтобы подготовиться к битве с Погибелью. Но поскольку Погибель далека во времени и пространстве, не все поддерживают Равну в её решимости, ведь психология homo sapiens устроена так, что насущные проблемы всегда кажутся важнее отдалённых, хоть и более серьёзных. (Для подтверждения этой мысли достаточно посмотреть, например, на то, что мы делаем с нашей экологией.)

Также в этом романе автор продолжает с новыми подробностями изображать идею стайных разумов. Коллективных разумов в фантастике было много, но вот стайные разумы теперь прочно ассоциируются именно с Вернором Винджем.