Давайте так — сложно выжать что-то новое, из такой затасканной тематики, как вампиры. Особенно в наши дни. Особенно после того, во что их превратили "Сумерки". Работая с такой темой нужно аккуратно балансировать на тоненькой ниточке читательского интереса, удерживая равновесия с помощью огромных чемоданов багажа, доставшегося жанру от корифеев. Забегая вперёд хочется сказать, что у Хендрикса получилось.

Классика жанра — в маленький городок, где "все приглядывают друг за другом" приезжает таинственный незнакомец. И после этого мирная тихая жизнь городка медленно сползает в адок. Знакомо? Ещё как знакомо. Было тысячу раз. Однако на этом, пожалуй, классика и заканчивается. Хендрикс не заваливает городок горами трупов. Да, смертей будет немало, но чтобы связать их вот прям с вампиром — тут придётся постараться.

Чем и занимается главная героиня, член книжного "не клуба" таких же домохозяек, вся жизнь которых посвящена детям, мужу и дому. У каждой в своём порядке. Автор не зря посвятил книгу своей матери. Повзрослев, он (как и мы все), осознал сколь многое делали и делают для нас наши родители, и сколь равнодушно маленькие мы к этому относимся. И получилась настоящая неравная битва древнего неуязвимого существа, и самых обычных женщин, любящих под винишко пообсуждать трукрайм книги.

Вот эту уязвимость, слабость, которая перерастает в дикую силу, в готовность идти до конца, когда дело касается детей, автор ухватил просто великолепно. На протяжении всей книги героини будут совершать глупости, трусить, стыдиться, закрывать глаза, но при этом раз за разом переступать через себя, чтобы встать на пути настоящего зла. Ни один из планов не пойдёт, как задумано. Ни одна ловушка не сработает, как хотелось. Ни одной ожидаемой реакции не случится. И даже понимая, чем всё должно закончится, ты переворачиваешь страницу за страницей, чтобы узнать, живы ли ещё эти безумные мамашки? Ну, куда им тягаться с этим вот!

Отдельный плюс — автор выжимает весь возможный саспенс из привычных сцен "забытая улика", "хищник рядом", вплоть до финального боя. Который, конечно же, тоже пойдёт через задницу. И ещё один — автор умудрился не скатиться в повесточную хрень, и рассказал о женщинах, как о женщинах. Да, мужикам на их собраниях достаётся, но давайте честно — заслужили. Недоверием, неумением любить, отношением, как к прислуге, манипуляциями, равнодушием. Но это тот случай, когда ты вспоминаешь, что женщины — не слабый пол. Просто они дают нам возможность чувствовать себя сильными.

Пожалуй, слоупок порекомендует и любителям хоррора, и любителям вампиров, и просто любителям книг. А к Хендриксу теперь пригляжусь, да.

Предхелавинский хоррор-запой продолжается. Сегодня пьём текилу. А что вы хотели? Готика-то, мексиканская! Давайте начитаемся по-мексикански! Ваше здоровье.

Роман погремел в западных премиях. Учитывая некрасивую тенденцию последних лет выдавать оные не за качество книги, а за расово-верную идеологию, доверия им нет, но отчего бы не попробовать? У нас тут полный премиальный набор — автор НЕ белый (ох, слава богу, вот она, справедливость!) и без члена. Авторка, в смысле. Ну и пишет, само собой, про мексиканцев, что тоже хорошо и правильно

Однако облом поджидает нас уже в самом названии, т.к. мексиканского тут только оно само и имя-фамилия авторессы. Да, герои мексиканцы, и дело происходит в солнечной (зачёркнуто) Мексике, но, по чесноку, заменить имена и топонимы на европейские, и не изменится ровным счётом ничего. Ну, кроме неоправдавшихся ожиданий читателя, пришедшего за Мексикой, а получившего Англию в мексиканской обёртке. Серьёзно, вполне себе русский автор Олег Савощик умудрился написать куда более мексиканскую "Санта Муэрте", чем этническая Сильвия Морено-Гарсиа. Впрочем, авторка почти двадцать лет живёт в Канаде, так что удивляться тут нечему. Наверное.

Пройдёмся по сюжету. По велению левой пятки писателя, главная героиня отправляется разбираться с возможным безумием своей кузины. Почему по велению левой пятки? Ну, просто я не могу представить реальную ситуацию, в которой могучий бизнесмен, построивший красильную империю (об этом, кстати, говорится в течение всей книги, но это никак не стреляет) отправил свою взбалмошную (!) восемнадцатилетнюю (!) дочь, с ответственной (!) миссией, без поддержки (!), в чужом (!) доме, во времена, когда жена была фактически собственностью мужа (!), разруливать проблемы чужой (!) семьи.

(выбегает Станиславский и кричит: Верю, верю! А, нет, другое слово. Не печатное.)

Однако, если не обращать внимания на то, что авторка не потрудилась придумать нормальную объяснялку этой поездке, и забыть про свои ожидания, связанные со словом "мексиканская", остальной текст будет заходить вполне себе нормально. Первое слово, в данном случае, не дороже второго, потому что "готика" тут тащит за двоих, и даже справляется.

То есть, вы же понимаете, да? Готика — это медленный тягучий кошмар. Дурные сны, семейные тайны, ползучее древнее зло, жутковатые намёки, старинный особняк, странные персонажи. И вот всего этого тут в избытке. Правда, как и во всякой готике, ключевое слово здесь "тягучий". Повествование разматывается неторопливо, диалоги, зачастую, пусты (как ваши дела? норм, а вы как? да тож норм, пасиб), кошмары повторяются, и только к финалу наметится какой-никакой движ.

Все второстепенные герои, которые в хорроре уже залили бы своей кровушкой вторую треть романа, тут

. Да и вообще смертей, словно в хорошем русском романе, много будет лишь под самый занавес, когда узел, который накрутил автор, останется только разрубить. Идея древнего родового проклятия в "Мексиканской Готике" вывернута под более современным углом, и смотрится прилично. Тут, разве что, посетовать, что авторка интригу не вытянула, и считывается всё на раз. Или же это я такой дохрена умный.

Подведём итог. Роман нагло обманывает нас в первой части названия, и максимально полно отвечает за базар во второй. Мексики нет. Готика в наличии. Если любите неторопливые, почти бескровные романы про плохие дома с историей, то это ваш вариант. Если нет — то тут и Мексика не поможет. Мне скорее понравилось, чем нет. Или даже так, несмотря на "не моё", сильного отторжения не вызвало. Но вот что касательно премий... В общем, если в западном хорроре не нашлось ничего лучше, то у меня для него плохие новости. Извините.

Я начну с минусов, чтобы побыстрее заесть эту ложку дёгтя бочкой отменного мёда, собранного чёрными пчёлами на кладбищенской пасеке. Дело в том, что историй, которых я не читал до того, как открыл этот толстый томик, в нём оказалось ровно три. Причём одну из них я не читал лишь чудом, потому что до сих пор не добрался до того ежегодника #ССК.

С другой стороны, может оно и к лучшему, что производительность Уманского такая, какая есть? Без сиюминутных попыток подогреть внимание подписоты сляпаным на коленке рассказом. И получается зрелая проза, одновременно и канонам жанра отвечающая, и просто как литература хорошая.

Открывающий рассказ, с этим улыбчивым воздушным змеем, сеющим вокруг хаос и разрушения, такой насквозь брэдбериевский, что поневоле ожидаешь и дальше чего-то подобного. Но быстро понимаешь, что это лишь дань мастерам прошлого, на которых и вырос Уманский, как писатель, как читатель, и, вероятно, как человек. И дальше голос автора крепнет, звучит увереннее и самостоятельнее. А истории приобретают необходимый градус злобы и жести.

Да, кто-то скажет, что местами градус этот зашкаливает. И да, этот кто-то вероятно будет прав. В своих историях Уманский не щадит ни героев, ни читателя. Не ждите добрых финалов. Автор не забывает подчёркивать, что плохие вещи случаются с хорошими людьми. И тем они страшнее, что заметнее на фоне их хорошести. Когда у плохих всё становится ещё хуже, в этом видится закономерность. Впрочем, и плохим Уманский раздаёт неиллюзорных, кровавых и смертоносных щедрыми горстями.

Отдельно стоит отметить работу с сеттингами. В заповеднике русского хоррора давно в ходу стёб над рязанскими Джонами и Мэри из Оклахомщины, но в последние годы он начал принимать формы какого-то религиозного табу. И как-то забывается, что если автор пишет о других странах умело, со знанием матчасти, то за текстом читатель и не увидит уроженца Екатеринбурга. А Уманский пишет умело. В его рассказах Япония вполне себе Японская, а американский полковник не напоминает капитана Пронина. И даже некоторая стереотипность не идёт в минус, потому как играет скорее не со стереотипами, а с архетипами. Разницу, я думаю, объяснять не нужно.

Поэтому цепляйтесь за хвост воздушного змея и летите, летите, летите. В Грецию. В Японию. На оторванные от мира южные острова. Потому что у страха нет границ. Потому что ни одна ПВО в мире не заметит этот улыбчивый ромб, медленно проплывающий в небесах. И потому что Уманский написал десяток отличных историй, в которые ныряешь с головой, а потом выныриваешь, весь в кровище и требухе, и восхищённо выдыхаешь — блин, а ведь это не только, и не столько про кровищу и требуху! Так что давайте сметём остатки тиража с прилавка, и порадуем дебютанта. Он это заслужил.

PS: А ещё в этой книге одной из лучших авторских предисловий, что я читал. Серьёзно.

За сим всё! Приятного чтения всем, кто ещё читает.

Коротко: главный герой — документальщик. Снял несколько культовых в узких кругах околомистических фильмов, и сел на финансовую мель. Чудес, вроде как, не бывает, но герой получает чудесное предложение — снять документалку о секте "Судные дни", чья история закончилась кровавым массовым убийством в пустыне Сонора. В перспективе маячит не только решение всех проблем с долгами, но и возможность снять что-то действительно крутое. Ну и, само собой, все легенды о секте оказываются правдой.

Две трети книги построены, как серия интервью, которые герой берёт для новой документалки. Выжившие члены секты, очевидцы, следователи. Локации, где секта проживала по несколько лет. Нэвилл изучил немало источников о закрытых псевдорелигиозных сообществах, и это заметно. По крайней мере ваш попкорный слоупок не заметил расхождений с теми свидетельствами бывших сектантов, что читал сам. Подавление воли. Расчеловечивание. Физическое и сексуальное насилие. Мифологизация лидера. И всё это с толикой мистики, первое время неясной, зыбкой. Такую вполне можно списать на наркотики и психологическое давление, которому подвергались сектанты.

Нэвилл чётко следует завету дедушки Кинга — не показывай монстра столько, сколько это возможно. Всё это время читателя пугают гнетущей атмосферой, тенями, рисунками и характерным звукорядом. Иногда что-то неясное запечатлеют камеры, но по факту впервые "кровавый друг" появляется во плоти лишь ближе к финалу. К сожалению, приём этот имеет обратную сторону. Стоит монстру, которого долго скрывали, появиться, как он тут же перестаёт быть страшным, от слова совсем. Не избежали этой участи и "кровавые друзья". Первое появление — да, эффектно и бодро. Все последующие — а, снова они? Эммм... нуштош...

Тем не менее, сюжет заскучать не даёт, несмотря на то, что построен он, как документалка. Герои не выглядят клиническими идиотами — они прекрасно видят, к чему всё идёт, но бросить не могут из любви к искусству. Да и, чёрт возьми, тайна манит! Они прикоснулись к чему-то за пределами человеческого понимания. Как тут отступиться, не выяснив до конца. А потом наступает момент, когда отступить тебе уже не дают.

На этом фоне странноватым выглядит финал. Из тягучей атмосферы читатель резко ныряет в очередную часть франшизы "Doom", и приподняв бровь следит за коридорными пострелушками. Такой подход многим может показаться избыточно резким, но лично я вижу в нём попытку Нэвилла как-то оживить стандартную, в общем-то, историю о проклятом культе, и несколько расширить рамки хоррор-архетипов. Удачно, нет ли — каждый решит для себя сам. Скажу так, мне понравилась сама попытка.

К сожалению, в этом моменте кровавые друзья окончательно перестают быть жуткими, и превращаются в расходную монстроту из компьютерной игры. Однако автор доводит таки историю до логического завершения, и даже провешивает более-менее оптимистичный финал. Да, можно попенять на безразличие к судьбе некоторых второстепенных героев. Да, можно устало вздохнуть от очередного (!) внезапного (!) пространного (и к тому же нахрен ненужного) сравнения Сталина с Гитлером. Но в целом получился неплохой образчик страшной литературы. Крепкий и лёгкий. Который напомнил мне, за что же я, когда-то давным-давно, влюбился в этот жанр.

За сим всё. Приятного чтения всем, кто ещё читает!

САМАЯ СТРАШНАЯ КНИГА 2024 Коллектив авторов

Алексей Искров. Фрагменты 7/10

Открывашка сборника неоднозначная. Сумбурная (хотя этому есть объяснение), во многом вторичная (что не есть прям плохо), и чертовски похожая на "Судные дни" некоего А. Нэвилла. Я далёк от того, чтобы обвинять кого-либо в плагиате, потому как сам нередко сталкивался с проделками ноосферы. Однако "Судные дни" я прочёл прямо перед этим сборником, и всю дорогу не мог отделаться от мысли, что читаю продолжение, этакий приквел про детство Кайла и Шона. В целом же — понравилась триада петух-собака-свинья, и сама идея любительского фильма. Да и рассказ, в общем, выше среднего. Пшеничный вайсбир от малознакомой пивоварни. В этот раз вполне съедобный.

Дмитрий Тихонов. Волчья сыть 8/10

Во-первых, Тихонов, ёпть, я сам хотел написать такой рассказ. У меня даже название было — "Волчье лето". Во-вторых, ну здорово же! Оборотни — тема настолько затасканная, что нужно не просто хорошо рассказывать историю, но и придумывать локации, сеттинг, героев. Или антигероев — как ведьмачий кинокефал, царев человек, изничтожающий нечисть. Рассказ достаточно простой, и вывозит только сеттингом, но он и не пытается прикидываться чем-то большим. Просто даёт задорного хоррор-боевика в декорациях Руси. Вот такое тёмное фэнтези мне по нутру. Как мягкий молочный стаут — тёмный, словно грех.

Елена Щетинина. Вы поедете на бал? 7/10

Это мы читали ещё на "Чёртовой дюжине". Авторства, помнится, не угадал, а рассказ — запомнил. Правда, есть ощущение, что финал был доработан, и появилась этакая закольцовка. Но, возможно, память меня подводит. В остальном же мнение не поменялось. Крепкая уверенная работа от человека, который не первый день в профессии. Мальчишеский хоррор, играющий на струнках ностальгии, но не сильно впечатляющий. Как хорошее безалкогольное пиво. Да-да, такое бывает.

Сергей Возный. Ab ovo 7/10

Я максимально не люблю пространные объяснялки от второстепенных героев и сам стараюсь их не использовать. Здесь же кондовых объяснялок аж две, причём один из объясняющих — герой довольно хрестоматийный. И, к сожалению, весь рассказ тоже несколько вторичным вышел, несмотря на то, что легко читается. С одной стороны — бодрый боевичок в декорациях Великой отечественной, а с другой — сюжетные повороты, которые мы читали тысячу раз. Хоррор составляющая занятна, но, к сожалению, не делает рассказ чем-то большим, чем он есть. Однако в целом заходит. Как дункель — жиденький, но всё же тёмный и освежающий.

Яна Демидович. Сказки старой шишиги 6/10

Постапокал в стиле русских сказок. Заявка интересная, а вот реализация не вывозит. Автор вроде бы рисует конец света, но выглядит это, как конец какого-то одного городка. Провинциального. А то и отдельного района. За всё время так и не возникло у меня ощущения опасности, грозящей героине. Словно стрим компьютерной стрелялки посмотрел. В целом средне, несмотря на занятную героиню. Базовый светлый лагер, из тех, что берёшь с собой на дачу.

Дмитрий Карманов. Луноход 8/10

Какая интересная получилась перекличка с рассказом Щетининой. Но этот понравился больше. Исполнение, задумка, герои, и чОрт — очень даже. Да, классическая сказочная тройственность действия не привносит в рассказ вотэтоповорота, и ты получаешь ровно то, что ожидаешь, но не разочаровываешься. В конце концов, кто-то должен был буквализировать расхожую фразу "в детстве я бы за эту игрушку душу продал!". Отменный портер, с мягкой ноткой советской кофейной жвачки.

Всеволод Болдырев. Пустая невеста 6/10

То ли истхоррор, то ли фэнтези на берёзовых бруньках. Героиня получилась приятная, селяне в меру отталкивающие, а вот всё остальное как-то скомкано вышло. И даже несмотря на то, что заканчивается всеобщей массакрой — как-то без огоньку. Но потенциал виден, читалось не без удовольствия. Немецкий пилснер средней руки. Вроде и пенная шапка густая, а с остальным — как повезёт.

Дмитрий Лопухов. Сай-фай 9/10

Понравилось ещё на ЧД, хвалил, брал в топ, все дела. Тем удивительнее оказался средний балл рассказа, ну, на Фантлабе, например. Есть ощущение, что люди недопоняли. Или не с тем настроением читали. Я же перепрочёл с удовольствием, и оценку не изменил. Классные герои, в меру таинственный сюжет, интересный подход к бессмертию, отличная литературная игра — ну замечательный же рассказ! Пусть будет гозе, с каким-нибудь странным вкусом. С красной икрой, например, от "Аляски". Такая, видимо, штука не для всех.

Дмитрий Лазарев, Павел Давыденко. Визаран 7/10

Всякий раз, когда я видел название этого рассказа, я думал, что это или имя, или географическое название. Есть в нём что-то магическое. И каково было моё разочарование, когда слово оказалось банальным англицизмом. Впрочем, разочарование оказалось куда глубже, когда я понял, что уже читал этот рассказ. Не, не прям этот, но фабула — один в один. Лет этак пять назад мне кидал его сам Вадим Громов. Это сейчас исключительно кивок в сторону ноосферы. Но я реально понял что будет дальше, ровно с того момента, когда герои повторно увидели арку. Ещё плюс авторам, их версия написана злее и реалистичнее Громовской. Ну и вьетнамский колорит, сколь бы малым он ни был, идёт плюсом. Вообще, по моему скромному мнению, азиаты не умеют в пиво. Но пусть это будет "Сайгон Спешл" — самое приличное вьетнамское пиво, что я пил.

Александр Матюхин. Несколько счастливых детей 7/10

Классический Матюхин — умело описывающий детей, семейные отношения и шизоидов. Тут совпало, что все три темы сплелись, и автор не просто на коне, а тройку запряг. История берёт искренним переживанием героини, вынужденной тянуть на себе сына-инвалида, призрачными детишками и авторской интерпретацией "клатбища дамашних жывотных". Нет, мертвецы не восстанут, всё гораздо интереснее. Однако в целом получился Матюхин-лайт. Хорошо, крепко, уверено, но ты читал у него вещи куда круче. Ипа-сессионка, короч. Вкусно, умеренно горько, на каждый день.

Герман Шендеров. Папа 7/10

Тот странный момент, когда одновременно хочется похвалить и поругать. Похвалить за образ Гендоса — ровного пацана, который даже со Слендермэном готов выскочить раз на раз, и за неплохой язык, не перегруженный метафорами, но и не скатывающийся в сетературный примитив. Поругать — за неопределённость со стилем повествования, перетекающего из былинно-сказочного ох-ты-гой-еси, в нормальный-современный, и за чудовищную вторичность буквально всего. Город без мужиков, сделка со злом, злобные детишки, и, самое мне ненавистное — вовремя подоспевший объяснятель того, что же здесь, нахрен, происходит, как будто ещё, нахрен, не ясно. В целом, пусть будет "стронг", а там уж каждый выберет для себя — кому "бельгиец", кому "балтика девятка".

Оксана Заугольная. Охота на мавок 6/10

Начиналось забавно. Псевдославянское псевдофэнтези, с потрахушками живых мертвецов. Навскидку такого и не упомню. Дальше начался сумбур — бескуды, мавки, провалы памяти, мёртвые кузнецовы дочки, кто кого где трахал, за межой, на меже, я чёт поплыл во всём этом. В итоге, вроде, понял, что хотел сказать автор, но к тому моменту так устал, что даже не обрадовался. Как заявка от новичка, даже норм. Но в самой антологистой антологии года хочется чего-то поярче. По стилю — куйт, историческое пиво с ароматом овса, но уж больно лёгкое. Ещё немного, и будет квас.

Владимир Сулимов. Сырое мясо 6/10

К несчастью, историю начисто губит предсказуемость. Вот тот самый случай, когда было уже тысячу раз, и каждый следующий поворот тебе знаком до боли. Персонаж раскрыт поверхностно, хотя, казалось бы, объёму для этого хватало. Язык оставляет желать некоторых улучшений. Поменьше метафор на квадратный сантиметр текста, например. Тем не менее, некоторое удовольствие от прочтения словить можно. Как от повседневного келлера-нефильтровочки из ближайшей разливайки.

Лин Яровой. Последний раз 7/10

Время накладывает отпечаток на творчество. Вот и кладмены становятся героями хоррора. Не в первый раз уже сталкиваюсь, к слову. Я не люблю истории про преступников с золотым сердцем, но конкретно здесь мне мешало другое. И это даже не назойливое напоминание читателю, что главный герой — парень. Сказочность купальной ночи не слишком удачно легла на поиски запрятанной наркоты, хотя тема с цветом папоротника, помогающим, в том числе, искать клады, обыграна занятно. Чутка большего ощущения опасности бы, и оценка была бы выше. Но и так — вполне удачная заявка от новичка. Базовая ипа, со вкусом еловой ветки из красноярской тайги.

Ирина Хромова. Чёрная Мадонна 7/10

Лайтовая мистика, нагоняющая жути за счёт видений главного героя. Стилизация в духе Булгаков встречает Стокера. Автор увязал и бытовое насилие, и призрачную месть духа-заступника. Только привязку к, непосредственно, цыганской Чёрной Мадонне я не понял или не считал. Но и без того приятный рассказ. Без открытий, но и без провалов. Прочёл с удовольствием. Словно браун эль — неплохой, но не самый любимый мною сорт.

Дмитрий Карманов. Зимний крест 6/10

Тот случай, когда захотелось спросить, что делает фантастика с социальным высказыванием в сборнике хоррора? Наличие в рассказе богини смерти не делает его автоматически хоррором, как вампиры не делают хоррором "Сумерки". При всей моей любви к славянской нечисти, при всём уважении к интересной задумке автора, не могу принять ни грубую объяснялку, ни не менее грубые аллюзии на злобу дня, ни невнятной концовки. Травяной эль. Зимний, да, на травках, да, но понравится далеко не всем.

Станислав Миллер. Багряноголовый 7/10

Стандартный заход на паразитов, которых, при всём развитии современных технологий, так до сих пор никто не поймал. Написано складно, но читать скучновато. Однако общую узнаваемость и даже клишированность искупает ударный финал. Если бы не он, оценка была бы куда ниже. А так — томатный гозе с щепоткой кайенского перца, играющего на послевкусии.

Яна Демидович. Голодный хлеб 6/10

Не сильно зашёл на "Чёртовой дюжине", и при перепрочтении мнение не поменялось. Задумка интересная, в хорроре выезжать на голоде вообще правило хорошего тона. Но больно много уж роялей и рояльчиков по кустам раскидала автор. Чем дальше читаешь, тем сильнее нарастающий скептицизм рушит магию. Пока не разрушит совсем. Средней руки вайсбир — самое оно, чтобы утолить го... жажду, но специально второй раз брать не тянет.

Елена Щетинина. Аппетит приходит во время еды 8/10

У меня аппетит пришёл во время чтения. Ловил себя на мысли, что несколько раз сглатывал голодную слюну. Автор поработала с материалом, и создала маленькое кулинарное чудо. Сварила из стандартного супнабора классическую историю, которая, тем не менее, читается свежо и с удовольствием. Русский имперский стаут. С мороженкой. Сибаритствовать, так сибаритствовать.

Максим Кабир. Межгалактические наёмники. Сага 8/10

Читал на "Чёртовой дюжине", не зная авторства (но, впрочем, догадываясь). Мнение не изменилось — отличная история о детской вере в чудеса и взрослом предательстве былых идеалов. Грустно, но такое взросление — естественный процесс для всех нас. Хорошая история. Классический лежак, чешский лагер, так любимый автором.

Дмитрий Лопухов. Лучшая жвачка в мире 7/10

И ещё один финалист "Чёртовой дюжины", которую я то ли судил, то ли играл. Это славная история, умело дёргающая крючочки ностальгии, под которую хочется пропеть "И в моём детстве точно было не до детских книжек. Я в некотором роде сам мальчик, который выжил" (С) Но показалось, что где-то автору чувство меры изменило, и валятся, валятся, валятся маркеры десятилетия, а ты уже устал, и сладость жвачки давно исчезла. Тем не менее, читать было ностальгически приятно. Пастри, со вкусом баблгам (да-да, и это тоже пиво).

Подведём итоги дегустации. ССК всё ещё остаётся знаком качества, без вопросов. Но... не обошлось без "но" . На мой вкус (да и не только на мой, если смотреть отзывы/оценки на других сайтах) на отлично справились только старички, и ещё два Дмитрия, Лопухов и Карманов, которых тоже новичками уже не назовёшь. Остальные вещи — крайне усреднённый хоррор, без изюминки. Читать — да, можно. А вот перелистнуть последнюю страницу и выдохнуть — ну, автор, ну, выдал! — не очень получается. Общая оценка 7/10. Тем не менее, следующий том буду ждать с нетерпением. И, возможно, доберусь до него так же быстро.

За сим всё. Приятного чтения всем, кто ещё читает!