Сергей Лукьяненко «Новый Дозор»

Жил был на свете Антон Городецкий…

Вот она, которая уже по счету книга из цикла Дозоров. У нее есть один большой плюс и много минусов.

Плюс я отмечу сразу – это очень крепко сбитое, занимательное чтение. Время пролетает незаметно.

Теперь перейдем к недостаткам. У книги, к сожалению, отсутствует сколь-нибудь выраженная идея. Если не заниматься поисками скрытого смысла, то становится очевидно, что перед нами чисто коммерческий продукт рассчитанный на максимальную занимательность.

Не то чтобы это было плохо. Профессионалов в этой области у нас ох как мало, но от Сергея Лукьяненко мы традиционно ждем большего.

Продолжается замеченная еще во второй книге тенденция – автор на ходу меняет базовые структуры своего мира. Сумрак, Договор, отношения между Светлыми и Темными… все подверглось неоднократным изменениям в угоду сюжету. Читая книги цикла одну за другой можно легко заметить, что в начале не только герой (что понятно), но и сам автор представлял себе мир несколько по-другому. Можно сказать, что первый Дозор и последний описывают совершенно разные реальности.

Из мелочей неприятно резанула какая-то сиюминутность. Обилие пасхалок из культуры ЖЖ, которые уже через год будут никому не понятны. Шутки про телеведущую которая объясняла процесс обрезания с помощью свитера… Разъяснения что Антон Городецкий (чей образ, видимо, слишком тесно слился с образом Константина Хабенского) отнюдь не еврей… Если по хорошему зачем все это?

Раздражает обилие скрытой и не очень скрытой рекламы. Рекламируются напитки, магазины, банки… Одна из сюжетных веток приводит героев на

Но, повторюсь, если отбросить минусы останется очень крепкая развлекательная книга.

Оценивать творчество Сергея Лукьяненко мне очень тяжело. Я читал его книги в школе, потом на первых курсах института. Для меня они такая же часть жизни как для моих родителей старые кинофильмы или музыка. От этого никуда не денешься. С точки зрения «плохие-хорошие» или «попса-непопса» оценивать книги куда проще. Почти все книги Лукьяненко – добротная развлекательная художественная литература. Подходить к ней нужно соответственно. Кто-то идет на фильм «Мстители» ожидая философских глубин? «Дозоры» — это вполне себе наши, отечественные мстители. И это очень здорово, что в нашей фантастике появилась такая серия. Поднимаемые в ней проблемы не могут заходить выше определенной планки, иначе придется менять структуру и ритм повествования.

Честно говоря, ничего от «Нового дозора» я не ждал, кроме продолжения похождений знакомых героев. Но книга меня приятно удивила. На ее фоне «Сумрачный дозор» и «Последний дозор» выглядят фанфиками. Сюжет НД напрямую связан с окончанием «Дневного» и раскрывает тайны мира дозоров, которые должны были заинтересовать читателей еще в первой книге. Что такое Сумрак? В чем смысл рождения Нади Городецкой, если прямое влияние на мир людей неприемлимо? Почему Темные не пытаются изменить ситуацию с балансом в Москве в свою сторону (или хотя бы восстановить равновесие)? Чем Светлые принципиально отличаются от Темных в отношении к людям?

Ответы Сергей дает не сказать, чтобы всегда элегантные, но из общей картины мира и его правил, заложенных в первой книге, они не выбиваются (чего нельзя сказать о предыдущих двух книгах с их суперартефактами и дополнительными слоями Сумрака). Написана книга очень гладко, традиционным для Лукьяненко стилем.

Из недостатков следует отметить стандартные для сериала проблемы. Герои уже слишком «накачаны», чтобы ординарные проблемы их волновали. Мне куда интереснее было читать про слабого мага и рядового оперативника Антона, чем про высшего светлого мага Городецкого. Разумеется, вызывает вопросы почему Тигр не был упомянут в первой книге в связи с пророчеством о рождении Нади, но это закономерный недостаток сериала «со свободной концовкой». Кого-то, конечно же, покоробит концовка, но что вы ждали, ребята? Это книга Лукьяненко. Давно пора понять, что общего у практически всех его персонажей и в чем автор видит решение проблем. Это даже не «непротивление злу насилием» Толстого, а «не трогай, пока работает» сисадмина с бубном. С такой позицией можно не соглашаться, но она имеет право на существование. Благо книг про «добро побеждает зло» и «зло не злое» и так хватает.

Хорошая, интересная книга. Наверное, не лучшая у Лукьяненко. Но точно не худшая даже из «Дозоров».

Выбирая меньшее зло, ты никогда не должен забывать, что всё-таки выбрал зло.

Город, как много в этом слове для человечества сплелось... Ещё на заре становления человеческой цивилизации люди озаботились защитой своего жилища от хищных зверей и не менее хищных сородичей. В пещерах всем места не хватало, да и с возникновением земледелия селиться стало выгоднее в местах равнинных, характерной особенностью которых было практически полное отсутствие пещер. А беззащитным чувствовать себя всё же никак не хотелось. Так поселения начали обзаводиться защитными стенами. Со временем поселения росли, количество жителей в них увеличивалось, как увеличивалось и количество различных ценностей, аккумулированных в ограниченном пространстве поселения, что очень часто становилось необоримым искусом для менее успешных или более воинственных соседей. Для защиты своей собственности жители строили всё более и более прочные стены, возводили целые крепости, так и возникли города — огороженные пространства. Со временем в каждом из них формировался свой особый уклад взаимоотношений жителей, а так же, зачастую, своя мифология. В современных мегаполисах место мифов прочно заняли городские легенды, став ещё одним пластом народного фольклора. Дальнейшая мифологизация городского пространства, что не удивительно, поставила себе на службу такой мощнейший источник мифов как литературу. В фантастике это выразилось в появлении такого направления, как городское фэнтези, осуществившее прямой сплав современной городской действительности, вполне знакомой каждому, с различными мистико-фэнтезийными субъектами. Большую популярность жанру обеспечил банальный эффект узнаваемости, когда читатель легко мог представить себя на месте героев произведения, потому как реалии, показанные в тексте были ему до боли знакомы — достаточно было просто выглянуть в окно. Ещё большего реализма добавляло то, что многие авторы местом действия своих историй выбирали конкретные города с их конкретными улицами, переулками, домами и дворами. Именно таким путем и пошел Сергей Лукьяненко, создавая свой популярный цикл о Дозорах.

Жил-был на свете Антон Городецкий, бросила жена, он грустил не по-детски... Э-э-э, это немного из другой оперы, но всё же первое, что приходит в голову, когда вспоминаешь про этого заслуженного Иного всея Руси. За свою пятнадцатилетнюю работу в Ночном Дозоре он во многое ввязывался и многого достиг. После полосы штормов насупил штиль, всё наконец-то устаканилось, жизнь вошла в привычную колею и теперь Антон более-менее спокойно нёс службу в Дозоре и на пару с супругой Светланой растил дочку Наденьку. Но это спокойствие было недолгим. Всё началось как всегда весьма безобидно, а вылилось в такой кошмар, что и представить страшно. И дернул же черт Гесера попросить Антона приютить у себя на несколько дней прилетевшего по делам из Нью-Йорка в Москву господина Уорнса, который, как на беду, оказался большим любителем выпить, да не в одиночку, а в компании. Четырехдневный запой организм принимающей стороны перенес стоически, однако стал требовать утреннего опохмела. Если бы не Уорнс, если бы он не пил и не спаивал Антона, то все последующие события могли бы или вообще не произойти, или начали бы развиваться по совершенно другому сценарию. Но всё совпало так, что именно Антон оказался в нужное время в нужном месте, а точнее, проводив наконец-то гостя-алкоголика, он засел в аэропортном баре дабы живительным пивом подлечить исстрадавшийся организм. Организм принял пиво как лекарство, но облегчение от него наступить не успело и виной всему оказался десятилетний жирдяй Кеша, которого мать насильно тащила через здание аэропорта к стойке регистрации. «Если дети — цветы жизни, то этот ребенок был цветущим кактусом». Кеша идти не хотел и выражал своё несогласие с матерью громким истошным ором. Но не сами громкие звуки, что так тягостно переносятся всеми похмельными гражданами, были причиной того беспокойства, что охватило Городецкого, а то, что именно орал пацан. А орал он, надо признать, интересные вещи: «Не хочу! Не хочу! Не хочу лететь! Мамочка, не надо! Мамочка, не хочу! Мамочка, самолет упадет!» Такая паника сама по себе слабо заинтересовала Антона, но просканировав ауру паренька он обнаружил, что тот довольно сильный неинициированный Иной, а самолет и вправду не должен долететь до места назначения. Из всего этого он сделал выводы, что перед ним не просто Иной, а Предсказатель или даже Пророк.

Наибольшую популярность цикл о Дозорах обрел с выходом в свет экранизации Тимуром Бекмамбетовым первой части первого романа. Через некоторое время, дабы закрепить успех, на экраны вышло продолжение, а книги про Дозоры стали сметать с полок как горячие пирожки. Хабенский бегал на экране с лампой дневного света и орал: «Всем выйти из Сумрака», а «УмаТурман» с хрипотцой пела про «треснул мир напополам». И даже я поддался на рекламные завлекухи и, до того времени практически не смотревший российские фильмы, сходил на него в кино, а затем, хотя российскую фантастику почти не употреблял, купил себе все три вышедших на тот момент романа цикла. Мои худшие ожидания не оправдались и книги оказались вполне интересными, увлекательными и, что не удивительно, гораздо более качественными, чем их киновоплощение. Последовавшая вскоре на волне успеха четвертая часть показалась мне самой слабой из всех, но и она не отбила желание при случае вернуться в мир Дозоров.

Со времени выхода «Последнего дозора» наш мир несколько изменился и, как его отражение, изменился и мир Дозоров: «В наше время даже добрые волшебники стараются выглядеть злыми». Сам Антон утратил многие иллюзии и повзрослел, как говорит бывшая ведьма Арина: «Ты... заматерел, Антон». Он порастерял былой оптимизм и укротил альтруизм, приобрел более прагматичный взгляд на мир, своё отношение к нему и своё место в нём: «Мы бюрократы, следящие за соблюдением законов, которые не нравятся нам самим. Мы собаки, которые берегут стадо от волков, но не кусают пастухов, которые делают вечерком шашлык». «Ты — не человек. Ты — Иной. Это не лучше и не хуже... это иначе. Беды и проблемы людей тебя отныне не касаются, а ты — не касаешься их». Но в месте с тем он стал больше задумываться о роли Иных в обществе, об их влиянии на развитие человеческой цивилизации и о том, что бы было, если бы магия ушла из мира и возможность черпать силу из Сумрака пропала: «Те люди, что отказываются от возможной инициации и остаются людьми, поступают, наверное, мудро. Глупо, но мудро...» Главный герой изменился, но сложившиеся обстоятельства требуют от него постоянно переступать через самого себя и решать сложные нравственные дилеммы: «Высокие чувства, благородные порывы, бесшабашная смелость, отчаянная жертвенность — это всё прекрасно. Но должна быть причина. Настоящая. Иначе все твои светлые устремления — не больше чем глупость». При чтении текста у меня постоянно возникало ощущение, что де-факто являясь главным героем, Антон в романе отнюдь не главный — уж очень похоже всё, что делал Гесер на попытки манипулирования, ведь не даром он признался в том, что дочь Ворона Надя стала Абсолютной Иной совсем не случайно и её появление часть большого плана по защите всех Иных на планете: и Светлых, и Темных. Его роль, как и роль Завулона — находиться в тени и подталкивать события в нужную для них сторону, и цель у них обоих явно одна. Причем в самом начале Гесер утверждает одно:

»- Борис Игнатьевич, вы, как я вижу, поняли, что происходит...

- Ни черта я не понял, Антон, — ответил Гесер. — Ни черта. Я даже не слышал ни о чём подобном. И это... — Он пожевал губами, подбирая подходящие слова. — Это меня пугает».

А дальнейшие события выявляют несколько другое. И не удивительно, что однажды Городецкий не выдерживает давления: «Жизнь всегда сложнее, чем мы её себе представляем. Хватит! Мне надоело, понимаешь? Надоело решать за других! Надоело защищать Ночной Дозор! Надоело сражаться за добро! Всё надоело!» Тревога за близких помноженная на ответственность принятия решения и выбора меньшего из зол превращают его жизнь в ад, ведь «так уж в жизни устроено, что чья-то жизнь — это всегда чья-то смерть», и он постоянно задает себе вопрос: «Ты готов умереть за незнакомого тебе паренька?»

Тема Пророчеств сказанных, услышанных и осуществленных является стержнем, скрепляющим воедино весь сюжет романа. Как они влияют на возможность развития будущих событий? Отсекают ли они возможные вероятности или всего лишь увеличивают энергии отдельных веток развития событий? Как влияют Пророчества на Пророка и почему Тигр ведет на них охоту? Кстати, о Тигре. По мнению автора «Тигр — это шпоры, это плеть, подстегивающая пророка. Тигр торопит, вынуждает побыстрее произнести главное пророчество». Но он, с одной стороны обладая самосознанием, с другой является персонификацией стихийной силы, этаким инструментом саморегуляции системы, коим являлись и Зеркала, восстанавливающие пошатнувшийся баланс сил между Ночным и Дневным Дозорами. Отношения Тигра и Пророка не так однозначны, как может показаться на первый взгляд, первый преследует свои неявные цели, а второй, как правило, является заложником собственного дара: «Пророчество — это прорвавшийся нарыв».

Создавая своё произведение, автор постарался сделать, с одной стороны, текст легко читаемым, а с другой — насытить его различными моральными проблемами, важнейшей из которых является проблема выбора. В первой части истории упор сделан на приключенческо-драйвовую составляющую, в остальных же частях немало места уделено на анализ моральных аспектов деятельности Иных ( «- Всех не пожалеешь. Если ради слезинки одного ребенка должны пролить кровь десятки Иных — пусть ревет» )и на различные общечеловеческие вопросы: «Что же должно с нами случиться, чтобы мы поняли — надо беречь то, что мы имеем, каждое дерево в бескрайнем лесу, каждую речушку, что и на карту-то не наносят, каждое село в пять дворов, каждого солдата, призванного в армию, каждого обывателя, уныло тянущего свою лямку... Что нас должно изменить?» По тексту разбросано много остылок к нашей действительности: здесь есть и Павел Глоба (он же прорицатель Сергей Глыба, Высший Светлый), Роулинг пишет «Гарри Поттера» по заказу лондонского отделения Дозоров, ведьма Арина учит молодого Ивана Ефремова: «Я как-то спорила об этом с одним питерским студентом, смышленый был парень. Обьясняла ему, что общество — оно балансирует на лезвии бритвы». Гесер осваивает «Мак» и ездит на «BMW», который на самом деле двадцать первая «Волга», которая как бы «Роллс-Ройс Фантом», на втором уровне Сумрака, а супруга Антона сравнивает его с небезызвестным доктором Хаусом.

Итог: на мой взгляд роман таки получился. Начав его читать, я проглотил текст меньше чем за сутки, выкраивая для чтения любое свободное время. Интрига закручена весьма умело, и, хотя общее развитие событий начинает просчитываться весьма рано, напряжение всё равно держится, ведь хочется узнать, как именно Антон выкрутится из создавшейся ситуации. Огорчает лишь самый финал, жаль, что господин Лукьяненко свел всё к несколько банальному хэппи-энду, на мой взгляд финальное вмешательство Тигра было явно лишним, но что получилось, то получилось. Тем не менее я могу с легкой совестью рекомендовать роман для ознакомления — он дает возможность и развлечься и посопереживать героям, что весьма неплохо. Надеюсь, продолжение следует, ведь «герои всегда выпутываются, если автор их любит... и если не устал от них».

Очень поверхностное произведение. Нету глубины. Все мысли или наивные из разряда «мойте руки перед едой», или глупые. Например (цитата):

«Мне невольно вспомнились шумные кампании протеста, которые бурлили в Санкт-Петербурге, когда там задумали построить небоскреб. Все эти истеричные вопли о порушенной культурной среде, об искажении чудесной линии горизонта, о том, что под небоскребом могут быть похоронены уникальные руины семнадцатого века, а может быть, даже стоянки первобытных людей…

Нет, конечно, питерский менталитет – он особенный, взращенный болотами и сырым, пронизывающим ветром. Но я бы с удовольствием отправлял всех митингующих пожить месяц-другой в старой питерской коммуналке с заплесневелыми стенами и узенькими оконцами. А уже потом предлагал им проголосовать – надо ли и можно ли строить в старинном городе современные здания.»

Как это можно оценивать? Троллинг какой-то. Я 24 года прожил в коммуналке в центре города, однако город свой любить не перестал. И не хочу чтобы его изуродовали как Москву, где в метре от исторической застройкой соседствует современное убожество.

Это частности. А в целом, непонятно для чего это было написанно? Ни идей, ни сюжета. Очень похоже на блог, но похоже Лукьяненко забыл, что блог и художественное произведение — разные вещи.

Местами происходящие события противоречат не только предыдущим томам, но и самому себе, да и вообще, здравому смыслу. Разочарован!

Написано скверно. Не настолько скверно, как предполагалось после предыдущего дозора, но вполне скверно, чтобы от текста коробило. В плане идей Дозоры становятся все более плоскими, и автор всерьез не пытается ничего углубить. Напротив, в этой серии он окончательно угробил возможность обитания Сумрака и тем самым лишил дальнейшие сюжеты очевидного источника развития. Жаль. Мне бы хотелось, чтобы однажды кто-то постучал в дверь с той стороны. Потому что внезапное появление из ниоткуда суперменов и супервумэнов или всплытие из небытия древних артефактов выглядят не очень убедительно. Продолжают огорчать лирические отступления. Мысли автора о жизни, вселенной и всем остальном местами диаметрально противоположны тому, что он писал чуть раньше. Похоже, они не являются плодами мучительных раздумий, а пишутся путем сплетения слов, не несут смысловой нагрузки и призваны лишь заполнить необходимый объем. Я не рискнул бы употребить слово «деградация», но «небрежность» и «поверхностность» явно напрашиваются.

Честно говоря, не дочитал. Сломался уже после фразы «Опять эти еврейские штучки» (иной вроде бы и обидно пошутит на семитскую тему — а вот как-то нутром чувствуешь, что это все просто глупый стеб, и всерьез принимать не надо. А тут — обратный случай; вроде бы С. Л. ничего такого и не написал... но почему-то противно\досадно).

Когда дошел до того места, где утверждается, что Роулинг — агент лондонского Дозора, понял окончательно: «нэ нада». Не моё. Терпеть не могу, когда люди пытаются примазаться к чужим творческим находкам. Выехать, т. ск., на горбу у других. (И нет, я не о фанфиках. Я о наглом КОСПЛЕЕ). Помнится, Трикс во второй книге тоже «рядился» в Поттера... Обожемой. И это — Лукьяненко? Которого я помню по началу нулевых как талантливого и (еще раз — обожемой) самобытного автора? Да вы шутите, товарищи.

Надя, Светлана, Арина *вот уж кто мне надоел так надоел* плюс очередной «одаренный мальчик» (Кеша, Егор, Макар... какая к черту разница?) Вечное хождение по кругу, невозможность отделаться от изживших себя персонажей. Нуфф сказал. И да, пардон за эмоции... но что-то мне кажется, что на «Последнем Дозоре» (т.е., вот именно на фразе «Ты думаешь, он и вправду ПОСЛЕДНИЙ?») лучше было закончить. Вышло бы по-своему остроумно прикольно и хлестко.

(Пардон за эмоции еще раз :tired: )

В силу того, что однажды я проиграл пари хорошему писателю, теперь я должен читать ВСЕ книги Лукьяненко о «Дозорах», а также и не только Лукьяненко — вполне по доброй воле я даже кое-какой интернетный кошмар (трилогию г-на Мишина) прочел от строки до строки. Надо мной нет заклятия (и нельзя его на меня по неким причинам наложить) — я читаю добровольно. «Вселенная Дозоров» для меня — отчасти вселенная Шерлока Холмса. Бывает хуже, бывает лучше, но идея-то весьма плодородная. Был бы автор талантлив, умен и образован.

Этот роман меня основательно удивил. В него вписана такая двуслойность, что поклон Нилу Гейману с его «Американскими богами». Почти никто не заметит тонкую разницу, которую вводит автор между «предсказанием» и «пророчеством». Я, правда, знаю, где и когда это было раньше — но то, что истинно, обречено повторяться. О «пророках» (к счастью, не в библейском понимании) автор знает действительно много, только диву даешься — отчего эту реально существующую силу мы не находили в прежних романах. Ибо в «инквизицию» верить трудно... а вот пророки-то (они же предикторы и прогносты) — штука реальная. И портретные лица (вроде «Сергея Глыбы») роману только на пользу.

Если исключить само создание «Вселенной Дозоров» (которое я склонен оценить весьма высоко: «свой мир» — штука в русскоязычной фантастике остро дефицитная), т.е. первые два романа + неплохие по ним фильмы — этот роман представляет собой шаг на новый уровень. Откуда и оценка. Плюньте, Сергей Васильевич, на тех, кто обзовет Вас предателем дела фантастики. Обзовет перебежчикам к мейнстимщикам.

Потому как их, — как любил говорить отец героя сериала Хендерсона о ван Хельсинге,- «не бывает». Бывает только литература и все остальное. Нет мейнстима, давно его нет. И даже — не будет.

Роман оцениваю так, как совесть велит. И оставляю у себя на полке.

Ошибка большинства писателей-европейцев и их азиатских клонов в том, что логика добро-зло якобы двоична и они равны между собой (а это, экскиз май клатч, вовсе не так). Один разговор в «Новом дозоре» указывает на то, что автор книги, кажется, это осознал. Понять такое – все равно, что слепорожденному свет увидеть.

Кажется, я правильно сделал, проиграв давнишнее пари.

Все последние недели я читал переводное... Тем, которые считают, что не бывает пророков (пардон за невольный каламбур) в своём отечестве, трудно будет объяснить, насколько лучше читается своё. Насколько легче. Насколько проще. Не знаю точно, хорошо это или плохо, но роман прочитывается за часы. Конечно, он уступает дозору Сумеречному, но безмерно превосходит Последний. Это точно не халтура. Язык точный и лёгкий, драматургия выверена. Единственное, что мне не понравилось — уже даже не скрываемая автором фишка застолий и запивий. Важные разговоры происходят в пивной, причём не нашей. Может быть, стоит поискать нечто новое? Ну и нерва слегка не хватает. Вроде страшные дела творятся, ответственное дело перед Антоном, страшное и неприятное нужно принять решение, — но цепляет это несильно. Это противоречие между драматургической выверенностью и слабоватым сопереживанием — следствие, наверняка, серийности романа. Понятно, что не случится ничего ни с миром, ни с героями , по крайней мере, основными. Вбок бы уйти, вширь мир поисследовать. Мировоззренческие вопросы нельзя задавать в каждой книге цикла. Хотя бы через раз.

Но не стоит обращать внимания на эти придирки. Роман весьма хорош.

Пятая история об Антоне Городецком, и я уже устал. Усталость или снижение качества чтива всему виной, или и то и другое, но удовольствия от книги я почти не получил. Разделение на три части совсем условно, перед нами, как и в «Последнем Дозоре», единый цельный роман.

В плане сюжета все печально. Городецкий обнаруживает мальчика-пророка, который скоро сделает свое главное пророчество, которое не должно быть услышано, ибо уничтожит Сумрак. И вот за пацаном охотится Тигр – воплощение Сумрака, чтобы предсказание не было произнесено.

Читается легко, но уже без огонька и не цепляет. Нет в книге чего-то особенного. Персонажи не развиваются (даже по уровням), мир не расширяется, лишь плодятся лишние сущности. Лично я так и не смог адекватно воспринимать этого Тигра: ну не вписывается он в этот выдуманный мир, не вписывается. Пришит белыми нитками на живое.

Если «Дневной Дозор» я считал почти филлером, то «Новый Дозор» – филлер полноценный. Продолжение, которое не нужно, и если бы не существовал «Шестой Дозор», то я бы сказал, что чтение цикла стоит останавливать на четвертом томе. А так – впереди еще одна книга, которую я открываю без предвкушения, а лишь с тоской уставшего человека.

Вот и дошли мои руки до «Нового Дозора».

Скажу сразу, что особых ожиданий по поводу текста у меня не было: первые книги серии хорошо раскрыли мир, дали пару намеков и создали завершенность. Продолжать истории в мире Иных можно бесконечно долго, но нужно ли? Проблема в том, что в мире должен сохраняться баланс и не возникать ощущения надуманности. Из-за сложности продолжения, получилось как получилось.

Очень приятно было снова оказаться в московском отделении Ночного Дозора, рассмотреть персонажей, про которых читала несколько лет назад с большим удовольствием. Только почему-то кажется, что все эти годы развитие героев происходило как-то очень вяло, как будто их отложили в коробку до следующей книги.

Антон — посуровел, стал старше и продуманнее, но как-то внешне. В действительности же его поступки и размышления о мире какие-то несостоятельные, все больше заметно за ним образ мыслей какого-то жлоба, не в обиду ему будет сказано. Размышления с ленцой о загранице и судьбе России очень, очень, очень прямо и откровенно выдают нам самого автора. Этот момент меня раздражал еще в «Диптауне». Все-таки такая нарочитость больше подходит для школьного сочинения и писателя не красит.

Светлана — фактически, говорящий робот-жена. Непонятны изменения, характер, отношения с Антоном. Можно возразить, что и в жизни бывают женщины, которым вполне хватает домашнего хозяйства, и была она показана «в бытовом жанре». Но в прошлых книгах стояла за ней какая-то личность, сейчас уже нет... Может, места не хватило? Книга, к слову, получилась короткая.

Гесер, Ольга, другие дозорные — просто декорации... Гесер бытовой, обжитый, уютный, как неопасная знакомая часть мира.

Ход с полицейски Пастуховым понравился — выцепить старую историю интересней, чем создавать новую на пустом месте. Несколько занимательных наблюдений от Пастухова понравились.

О мире в целом: ждала более важных событий, наверное. Например, развитие потенциала Нади — козалось бы, ключевой момент для истории Светлых. Или тема инквизиции, посмертия (ведь открытие фальши седьмого слоя не может не повлиять на сознание Высшего Иного). Вместо этого — трудовые будни, размышлизмы русского человека, погони и схватки вполсилы с новыми существами. Пророки и Тигр оказались не то чтобы чужеродными, но какими-то слишком несоразмерно сильными по величине... Эпичность зашкаливает.

Рояли в кустах огромны:

»-Мы с трудом узнали косвенными путями о Тигре.

-Ой, а у нас как раз была женщина, занимающаяся занятными байками о Сумраке, она и дальнейшее развитие сюжета укажет, и к кому надо отправит...»

И в то же время меня не оставляет надежда, что после некоторого времени новый Дозор в голове ляжет как надо. А в целом, не понравилось только из-за одного: слишком явно выдается позиция автора и слишком мало чувства меры.

Грешным делом я очень люблю всю Дозорную эпопею — по большому счету, это вообще одна из немногих вещей в современной российской фантастике, которая мне до такой степени нравится. Как ни крути, а это мир, в котором хочется оказаться — максимально приближенной к нашему миру и времени, но в то же время очень ясно показывающей, как выйти за его грань. Это кажется наиболее реальным по сравнению с чисто фантастическими мирами — и потому более привлекательным. В общем, сама идея Дозоров и Иных, на мой вкус, очень хороша.

Правда, первые две книги все же были прекрасны, а последующие — на порядок хуже, причем чем дальше, тем одна хуже другой, увы. Даже Васильевский «Лик Черной Пальмиры» мне пошел как-то лучше, чем третий-четвертый Дозоры. Предпоследний, тот, который, пардон за каламбур, «Последний» казался просто апофигеем понятия «слив». Не ожидала, что Лукьяненко еще вернется к этой теме, но по большому счету, рада. Мне нравится это мир и эти герои, хоть режьте. Потому что в кои-то веки — а я читала Лукьяненко довольно много — он создал персонажей, немного выходящих за рамки «тупой ничем не примечательный главный герой, внезапно обретающий силу и спасающий мир» и «прекрасная малолетка, введенная в кадр только чтобы отдаться главному герою см.выше». Я говорю не про Городецкого, конечно — он-то в п.1 вписывается идеально. Но те же Гесер и Завулон, а также темные герои «Дневного дозора», да и некоторые из «Ночного» — очень живые и интересные сами по себе. Про них хочется читать. Жаль, что Антона, как всегда, много, а остальных героев и вообще действия — мало.

Про этот роман по большому счету не могу сказать ничего хорошего и ничего плохого. Это качественная ремесленная поделка на заданную тему в рамках заданного в первых двух романах шаблона. Берем некую интригу (новую таинственную силу, нового игрока на сцене) и занимается им весь сюжет, пока не исчерпаем до конца. На базе этого шаблона можно сделать и изумительную вещь, и совсем никакую — вопрос качества. У Лукьяненко получилось скорее ближе к никакой, спасает разве что сам шаблон, наработанное ранее. Складывается впечатление не то чтобы очень низкой проработки текста — а полного ее отсутствия скорее. И даже намеренного растягивания, будто автор пытался дотянуть до заданного объема, прилагая при этом минимум усилий. Возможно, так оно и есть. Иначе объяснить пятистраничные кухонные разговоры о судьбах нашей родины в стиле «Васисуалий Лоханкин и трагедия русского либерализма» я просто не могу. Хотя их можно пролистывать, конечно. В остальном — история вроде бы есть, и даже некая интрига тоже, но нет какого-то драматического накала, который был в первых двух книгах и заставлял остро сопереживать героям. В данном случае и так понятно, что все будет хорошо, Великий Антон вместе со своей Супервеликой дочерью всех спасут и настоящей опасности нет. Боюсь, что ой зря автор поторопился сделать всех подряд героев круче вареных яиц — если нет риска, то нет и интереса, увы.

Толкиен вытащил «Властелина колец» за кольцо, а Лукьяненко свой «Новый дозор» — за двух пьяных полисменов. Вот и результаты несравнимы, конечно, потому что книга о Городецком все же скорее ностальгическая, взывающая к опыту «дозорного» читателя, нежели книга новаторская и выводящая серию на новый уровень. Все та же поездка в экзотическую страну, все те же странные отношения Городецкого с Завулоном, которые сразу же акцентируются автором. Читатель улыбается, вновь погружаясь в знакомую атмосферу, — но и только. Потому что дальше эти узнаваемости начинают напоминать нечто иное. Был в «Последнем...» сюжетный ход с переводом текста и его нюансами — и вот он есть здесь. Раздумывал герой над судьбой России? Да, и вот она — публицистика, лоснится и играет всеми цветами.

Вообще, очень спорная композиция получилась, в которой собственно публицистики едва ли не столько же, сколько и сюжета. Немотивированные пространные диалоги «в никуда», которые не работают на конфликт, на сквозное действие (Семен и Антон о семейной жизни — потрясающий набор банальностей как для писателя с таким опытом и такими книгами в прошлом). Походы Высшего Светлого с целью познать жизнь простого человека откровенно филлерны: ну не в этой книге должен умный и светлый Антон пережить такие банальности, не в этой, это же азы, которым место хотя бы в «Сумеречном...». Нет, конечно, понятно, что сюжетно нужно было лишить Светлого магических сил, но зачем так грубо?

Ровно два момента, над которыми мне захотелось остановиться: характеристика Кеши («зато он добрый и умный» — очень жизненное и тонкое наблюдение) и сценка на стадионе со сбрендившим Светлым. Собственно, все.

«Ну, еще один дозор», «Честно-честно самый последний дозор», «Вот теперь, ей-богу, последний дозор...».

Все же «читабельно» и «так себе» — это не то, что хотелось бы запомнить о новой книге приятной в общем серии.

«Можно Лермонтова знать

Плохо,

Можно Фета пролистать

Вкратце,

Можно вовсе не читать

Блока,

Но... всему же есть предел,

Братцы!»

(Филатов пародирует Рождественского)

С чего бы начать… Скажем так, я не большой поклонник данного писателя. На мой взгляд, он пишет просто легкую развлекательную литературу (пардон, немного забегая вперед – писал). Как по мне, у него полно проходных вещей, есть парочка неплохих, ничего шедеврального нет, но и на совсем уж отвратные произведения из серии «страх, ужас, отрежьте ему пальцы, выколите мне глаза» я пока у данного автора не натыкался. Ровно до этого момента.

Знаете, мне тоже порой хочется просто расслабиться за чтением какой-нибудь макулатуры, не грузя себя сложными перипетиями сюжета или изучением нравов очередной исторической эпохи. Такие моменты слабости достаточно редки, но бывают. И тогда я предпочитаю взять какого-нибудь более-менее знакомого автора вместо того, чтобы нырять в пучину неизведанного. Берясь за прочтение данного опуса, я от него вообще ничего не ждал. Хотел просто расслабиться часок-другой. Но книга не дала мне сделать даже этого. Вообще не понятно, зачем она была написана. Нет, конечно понятно («Money, boy»), скорее неясно, неужели товарищ Лукьяненко вот настолько нуждался в средствах. Ведь деньги растратятся, а позор, он останется…

Сказать, что книга плоха – все равно как обмолвиться, что мол на Плутоне немного холодно. За предыдущие четыре книги автор выжал из своего простенького мира и его неказистых обитателей все, что мог. Герои раскачались для максимального уровня, зло повержено, все простенькие загадки разгаданы, и делать по большому счету тут больше нечего, поэтому автор не нашел ничего лучшего чем удариться в самоповторы и банальщину. Вот вам мальчик, который всем нужен, прямо как в первой книге. Вот вам уже набившие оскомину герои. Вот шутки и подколки, актуальные на момент выхода книги (я их уже не совсем понимаю). А вот – новый неведомый враг, который просто только что выдуманная неведома чучундра с крайне высокими параметрами. Повествование настолько лениво, что герой узнает о сути неизвестного врага, взяв просто почитать детскую книжку у дочери… На этом моменте я закрыл книгу и минут десять пытался представить, как же автор дошел до столь «гениального» сюжетного хода. Представил. Еще представил, что при таких необычайных поворотах истории будет ждать меня в ней в дальнейшем. Книгу больше открывать не стал…

В общем, будь книги самураями, у сего опуса оставался бы один достойный выход – харакири. Впрочем, из ознакомления с ним я вынес важный урок – к позднему творчеству данного писателя прикасаться, наверное, ну вот вообще уже не стоит.

Я немного в печали. Лукьяненко — это один из моих любимых авторов. А «Дозоры» — одна из любимых серий. Я, конечно, понимаю, что пятая книга серии по определению должна быть по качеству хуже предыдущих, но чтобы на столько...

Отмечу сразу: книгу прочла за два вечера, и как развлекательное чтиво (особенно тем, кто не читал «Спектр», например и не знает, как хорош может быть Лукьяненко, когда не ленится) вполне себе она хороша, но...

Половина книги — это пережевывание содеражания «предыдущих трехсот двадцати пяти серий», а вторая — объяснения, даже так: объясниловки, данные нам прямо и в лоб.

Или вот объяснение сути вампиров. не в каждой книге про вампиров нам даются такие пояснения, чаще всего под вамирами подразумеваются вампиры. И всё. Дозорный Антон решил расскзаать нам о сути вампиризма неожиданно в пятой книге. Я так и не поняла а) зачем? б) где логика в них?

Некоторые фрагменты повествования кажутся вообще неуместными и ни с чем не вяжутся. Малышеву щачем приплели? Это юмор? Или в следующей книге она окажется Иной?