Александр Громов «Мягкая посадка»

Рецензия на повесть Александра Громова «Мягкая посадка» (1992-1994)

Вступление

На признанных мэтров фантастики достаточно сложно писать отзывы, но эту книгу я хотела бы выделить из всего творчества автора. Считается, что «Вычислитель» — это его лучшая работа, но мне кажется, что «Мягкая посадка» намного более пронзительная и впечатляющая история потому, что она является не просто абстрактной игрой отточенного ума, но она ещё и очень личная, куда автор вложил свой опыт и свою душу.

Сюжет

Действие происходит в альтернативной Москве, переживающей климатическую и социальную катастрофу. Наступил ледниковый период, город обезлюдел. Главный герой, Сергей, преподаватель, пытается выжить в мире, где значительная часть населения под воздействием неизвестного фактора превращается в «адаптантов» — агрессивных отупевших существ, утративших всё человеческое, но сохранивших внешний облик и некоторые навыки.

Сюжет строится вокруг попыток главного героя понять природу катастрофы, защитить близких и сохранить остатки человечности в условиях, когда люди уже сейчас в среднем ниже по уровню интеллекта, чем были еще сотню лет назад. После трагических семейных событий, он присоединяется к отрядам, зачищающим город от выродков и мутантов.

Мир

Александр Николаевич Громов конструирует мир тотального социального коллапса. Это не классическая постапокалиптика с ядерными руинами, а медленная деградация, замерзание цивилизации: «Самолет, на котором летело человечество, совершил мягкую посадку». Метафора мягкой посадки — ключевая для понимания романа: не катастрофический взрыв, а постепенное скольжение в небытие. И этим оно бесконечно ужасает.

Город превращается в военную зону. Институты обучают сотрудников самообороне «подручными средствами». На улицах рыщут стаи адаптантов. Инфраструктура рушится: отопление отключено, трассы не чистятся, снегоуборочная техника превратилась в бесполезную рухлядь.

Это мир инерции умирающей системы, где бюрократические процедуры сохраняются при полном распаде смысла.

Персонажи

Сергей Самойло — типичный интеллигент, заброшенный в нечеловеческие обстоятельства. Громов не идеализирует его: герой циничен, устал, допускает моральные компромиссы.

Александр (Сашка) — руководитель зачистных отрядов, прагматик без иллюзий.

Второстепенные персонажи прописаны широкими, но очень чёткими штрихами: измученные бойцы, готовые линчевать пленного адаптанта, параноик дядя Коля, обучающий самообороне в ледяном подвале, несчастная Дарья, у которой медленно угасает разум…

Язык

Громов пишет резко, без лишних сантиментов. Яркий авторский стиль: короткие рубленые фразы, сухие описания насилия и язвительные авторские отступления. Это создаёт эффект отчуждённой объективности, хроники выживания.

Символика

Эта повесть — прямая метафора 90-х.

«Мягкая посадка» — это не столько фантастика о климатической катастрофе, сколько метафорическое высказывание о распаде СССР и кризисе 1990-х. Громов писал роман в 1991–1994 годах, в эпицентре социального хаоса, и текст насквозь пропитан травмой коллапса.

Дебилизация населения. Превращение людей в адаптантов — прозрачная метафора деградации общества. Адаптанты сохраняют внешность, некоторые навыки (стрельба, тактика), но утрачивают речь, мышление, человечность. Это образ массовой примитивизации, утраты культурных кодов.

Чудовищная агрессия. Насилие становится нормой. Бойцы линчуют пленных, герой с трудом сдерживает желание «врезать по ребрам, поближе к сердцу». Город делится на зоны контроля, улицы простреливаются снайперами. Громов фиксирует атомизацию общества, войну всех против всех.

Ужасное падение уровня жизни. Это почти документальное описание деиндустриализации, коммунального коллапса, архаизации быта.

Потеря всего. Герой вспоминает прошлое — байдарочные походы, грибы, лыжные прогулки — как утраченный рай. «Теперь она сгнила, эта байдарка». Прошлое не вернуть, будущего нет и не будет. Остаётся только выживание в моменте.

Ощущение апокалипсиса. Не ядерного, а бытового, медленного и неотвратимого. Снег сыплется неделями, «у него впереди весь ледниковый период».

Потеря человечности при сохранении человеческого облика.

Ледниковый период — не метеорологический факт, а состояние общества. «Полет человечества прервется, но это будет не как взрыв… Это будет как мягкая посадка». Громов точно передаёт специфику российской катастрофы 90-х: не эффектный крах, а вязкое погружение в хаос, которое можно не заметить, пока не окажешься на дне.

Возможные минусы

Роман местами перегружен техническими деталями боевых действий — описания зачисток, перестрелок, тактических манёвров могут показаться избыточными. Мотивация превращения людей в адаптантов остаётся туманной. Громов намеренно не проясняет механику катастрофы, что может разочаровать читателей, ожидающих научно-фантастических объяснений.

Женские персонажи схематичны. Дарья существует в основном через воспоминания героя и сцену гибели, другие женщины появляются эпизодически. Это можно объяснить спецификой жанра (военная проза) и фокусом на мужском опыте выживания, но баланс персонажей от этого не улучшается.

Концовка обрывиста. «Иногда я чувствую злорадство, когда думаю, что-то, иное человечество, возможно, пытается справиться с теми же проблемами, что и мы». Открытый финал работает на атмосферу безысходности, но может оставить ощущение недосказанности.

Итог

«Мягкая посадка» — крепкая социальная фантастика, но этим определением роман не исчерпывается. Это метафорическое свидетельство о травме поколения, пережившего распад системы координат. Громов не морализирует и не предлагает решений. Он сухо фиксирует: «Как получилось, что мы… довели себя до состояния, при котором лютая борьба за выживание обыденна, а проигрыш начальной фазы борьбы очевиден? Как же вы не заметили, спросят дети».

Книга написана человеком, который видел, как «святые девяностые» выглядели изнутри, и ничего святого в них не было.

«Мягкая посадка» написана бойко, хорошим литературным языком, без истерики и корявости, сопутствовавших в 1995 году российской фантастике, но, в общем, это всё, что можно сказать в одобрение романа Александра Громова.

В этом романе очень ярко проявлены тенденции, выделенные Норманом Спинредом в «Железной Мечте» как характерные особенности фантаста по имени Адольф Гитлер. Например, таинственные адаптанты в начале романа описываются как предельно некоммуникативные существа, которые даже говорить не умеют. Однако впоследствии оказывается, что адаптанты не только прекрасно говорят, вступают в диалог с людьми и даже переигрывают людей в диалогах. Адаптанты, поданные как неудержимо агрессивные чудовища-людоеды, преспокойно сосуществуют с людьми, «притворяясь» обычными человеками. К середине романа выясняется, что адаптанты не только умеют говорить, мыслить и планировать свои действия, они попросту превосходят «нормальных» людей. Но ситуация сосуществования двух рас уже неинтересна для автора, потому что стрельба, беготня и выявление «засланных казачков» занимают всё его внимание. Адаптанты, оказывается, всего лишь другое имя для коварных евреев (масонов, коммунистов, американцев и прочих рептилоидов), которых надо уничтожить просто потому что они — евреи (масоны, коммунисты, американцы и прочие рептилоиды), притворяющиеся русскими людьми, чтобы в решающий момент нанести предательский (вероломный) удар в русскую спину.

Да и вообще, по ходу сюжета Александр Громов забывает о картине, широкими мазками набросанной на первых страницах, и меняет правила игры, подстраиваясь под динамичные интересы главного героя, сурового мачо, этакого Мэри Сью для безработного интеллигента, пострадавшего в результате «рыночных реформ» Ельцина и потому яростно вращающего белками при звуке слова «демократия».

В общем, нормальная фашизоидная книжка середины 90-х, отличающаяся от общего уровня «русских боевиков» только несомненной грамотностью автора.

С прискорбием сознаю, что поклонники русфантастики будут недовольны моей рецензией — «фашист» в российской коннтотации является априори нехорошим человеком, и потому всякий русский фашист очень не любит, когда ему указывают на то, что его воззрения являются фашистскими (каждый, естественно, считает себя хорошим человеком, и потому «фашист» это всегда другой, нехороший, не он). Поэтому для поклонника Александра Громова невозможно признать себя и своего любимого автора сторонниками фашистских, расистских и вообще ксенофобских идей — «фашисты» всегда те, кто с нами не согласны. Тем не менее, считаю свою рецензию уместной: кто-то должен сказать то, что я сказал, на фоне неуёмных восторженных излияний любителей русфантастики, просто пересказывающих шаткий сюжет романа.

вместо эпиграфа:

«А сколько ваших знакомых с ходу поделят 111 на 3 в уме?» — (популярная шутка)

«К началу 21 века эволюция человека достигла своей максимальной точки...» (к/ф Идиократия)

К чему я это написал? — да просто, мне кажется, мягкая посадка уже идёт. Почему? Да потому что выгоднее замерзать, а не таять, ломать а не строить) Достаточно посмотреть с каким упоением трейдеры на бирже играют на понижение, как мир раздавил ЮАР, которая могла под своим началом создать сильную Африку...

В этой книге автор прекрасно показал антиутопию сингулярности, в которой исчезает человечество. Цепляясь за свои города люди проигрывают мутантам, более приспособленным к жизни на изменившейся земле. Роман о том, что люди опоздали. Перемены шли медленно подтачивая силы человечества, дураками проще управлять, и селекция действует быстрее эволюции. Дубоцефалы и адаптанты, возможно, мы и есть их предки. Мир мягкой посадки окутал холод, и неизбежный хаос медленно, но неотвратимо приближается. Руководство учебных заведений больше всего волнует, чтобы преподавателей убивали пореже... Очень, грамотно построенный сюжет, нареканий (так этот герой бы не поступил) почти нет. На страницах разворачивается личная трагедия главного героя и трагедия всего мира. «Закат земной цивилизации произошел быстро, но не сразу, и без ненужных катаклизмов.» Когда лавина губительных изменений набрала критическую массу.

Роман на меня произвёл очень большое впечатление и очень хочется надеяться, что он окажется антиутопией, а не «реалистичной прозой»...

В одном интервью А.Громов написал:

«Обычно бывает так: я пишу книгу и с интересом жду, когда придет умный критик и объяснит мне, о чем она. Это даже не совсем шутка.»

Вот и ладушки. Сейчас я расскажу тебе, Саша... :wink:

Мягкая посадка — это очень слабенькая повесть про сплошные гадства и несчастья, безысходно и неотвратимо преследующие главного героя и человечество вцелом. Начинается всё муторно, заканчивается кровавым безобразием. Ну да, да, согласен, есть такие моменты в истории, есть всякие язвы общества, которые надо обличать и искоренять. Глаголом жечь, так сказать, сердца людей. Но не надо путать литературу с учебником по медицинским патологиям.

И до чего надоели непременные козни спецслужб (которые и есть враги всем нам!). И до чего неуместен буквально притянутый за уши мимопланетянин. И до чего устал я от писателей-язвенников. Пусть бы пили тихонько свой маалокс, а не совали мне под нос все свои обиды, болячки и любимые мозоли. Да я ведь и сам знаю, где живу, и чего можно ожидать от окружающей действительности. Неужели автор рассчитывает, что он вызовет у меня своим смакованием всяких гадостей некий катарсис? А вот фигушки.

Читается всё это с большой натугой и после у Громова читать ничего не хочется, а зря.

Ведь есть еще «Феодал», где всё о том же, но совсем по-другому. Вот ведь умеет же писать, когда на него находит. Жаль, что так редко.

Блестящий роман. Из тех дебютов, которые поднимают автора на такую высоту, что падать потом оттуда он может очень и очень долго. Чем Александр Громов и пользуется до их пор. С каждым текстом все хуже и хуже, но до дна еще очень большое расстояние.

А роман перечитывал неоднократно и с удовольствием.

«Есть упоение в бою и бездны мрачной на краю» (с). Вот и «Мягкая посадка» завораживает (или замораживает? :lol:) — тягуче и неотвратимо на мир наползает Апокалипсис, а люди до последнего надеются, что всё обойдётся, что всё рассосётся само... Наверное, это самый страшный вариант финала — «ни всхлипом, ни стоном, ни взрывом», а медленно и незаметно. Но для тех, кто всё же замечает, и даже барахтается по мере сил, пытаясь отсрочить гибель своего мира, такая пытка и вовсе, казалось бы, невыносима. Но ко всему человек-подлец привыкает...

Избыточность фант.допущений на самом деле работает на авторский замысел — показать нам, что не такие уж мы и многозадачные и в массе своей не способны дать быстрый ответ на внезапный вызов природы. Тем более, что его ещё и разглядеть-то надо вовремя. «Год лемминга», конечно, надо читать первым — тогда история «Мягкой посадки» становится ещё более объёмной. И не такой гнетущей — есть там свет в конце тоннеля, есть!

А Бойль очень даже пригодился, и вовсе не в качестве «рояля в кустах». Для торопливого читателя его появление служит прекрасным отвлекающим манёвром! Разумеется, мало приятного в том, чтобы ощущать себя отнюдь не умнее главгероя, и уж тем более, не умнее автора. Зато потом не раз поймаешь себя на мысли: а не превращаешься ли ты постепенно в дубоцефала, не в адаптанты ли подался ненароком?

В общем, достойный роман. Для мозгов, а не от.

Впервые прочитал роман в хроносовском сборнике «До света», собственно из всего сборника наиболее ярко он и запомнился. Забыл и автора, и название, но сама книга периодически напоминала о себе, не так давно нашёл её и решил перечитать.

Вместо одной из универсальных страшилок последних лет — глобального потепления, в мире всё пошло наоборот и внезапно глобально похолодало. С севера надвигается ледник, в городах с трудом контролируемый хаос и раздрай, часть людей стало стремительно тупеть, а в качестве вишенки на торт появился некий получеловеческий вид — адаптанты. Главный герой работает в университете, каким-то чудом ещё не закрывшемся, держит, так сказать, оборону от надвигающегося варварства.

Весьма неплохой постапокалипсис, с яркой картинкой окружающего мира, главгероем с активной жизненной позицией, динамичным сюжетом и рассуждениями о смысле жизни. На улице холод, снег и беспредел (книга то писалась в 90-е, хе-хе). Человечество заняло круговую оборону и держится как может, но так не хочется признавать себя исчезающим видом и попытаться сотрудничать с этими самыми загадочными адаптантами, так не хочется... В общем надо их истреблять и точка.

Автор явно выплеснул в иносказательном виде на страницы свои фобии, порождённые рухнувшим СССР — тут и безвластие, и преступность, и ксенофобия, и отторжение неуправляемой демократии. Но всё это видно исключительно между строк, а книга безусловно хороша сама по себе. Не без роялей и нестыковок, но хороша.

Читала давно, но в отличие от всех остальных произведений автора, это в памяти осталось надолго и «просило» его перечитать.

Итак: Апокалипсис, вызванный неизвестно чем (может просто таянием ледников Антарктиды, но в книге об этом не говорится). На фоне глобального оледенения наблюдается появление новой разновидности человечества: дубоцефалы и адаптанты. Казалось бы — ирония — отупение и агрессивность оных никак не позволяют причислять их к другому виду (и тех, и других полным полно сейчас вокруг нас и без апокалипсиса), однако автору потребовалось видимо ввести их в произведение, чтобы полностью раскрыть способы уничтожения человека.

Думаю, что в случае апокалипсиса не надо будет никакого добавочного противника. В борьбе за еду и жильё, мы поубиваем друг друга и без адаптантов... Впрочем, это моё мнение.

ВУЗовский преподаватель на фоне вымирающего мира, пытается выжить, сохранить человеческое общество, сплотить вокруг себя остатки «умников» и противостоять разрастающейся разновидности адаптантов.

Не знаю, как другим, но мне хотелось продолжения. Ведь адаптанты не вымерли. А значит две ветви человечества будут опять воевать.

А ведь уже известно, что неандертальцы не были агрессивными, в отличии от кроманьонцев. Поэтому и вымерли.

Ещё понравилось в эпилоге как главный герой произведения подыскивает себе замену (устраивая ему проверки). Вполне в духе Громова. С иронией.

Итак что мы имеем — у человечества две проблемы :

1)Наступление нового ледникового периода

2)Резкое снижение интеллекта у людей , в следствии чего появление двух ветвей развития человечества — дубоцефалы и адаптанты.Дубоцефалы это люди с очень низким IQ и в следствии этого годные только для самой простой работы.Адаптанты — это полу животные которые получаются из 60% процентов дубоцефалов , у них сильно развит стайный инстинкт , общаются без слов с помощью воя и рычания .Они умеют только убивать но похоже с интеллектом у них все в порядке , это видно из хитрых засад и организаванных больших стай.

Книга является продолжением Года Лемингов и начинается где то лет через 100 после ее окончания.Главный герой доцент Самойлов работая на разведку пытается разоблачить скрытого адаптанта в среде его университета.

+отлично проработанные персонажи , за дядю Колю и Бойля отдельное спасибо.

- на некоторые вопросы не дается прямых ответов , но это субьективный минус и многие это поставят только в плюс.

Я эту книгу вижу в двух планах. Первый – то, что в ней, собственно говоря, происходит. Человечество погибает и пытается выжить: в руководстве один дракон сменяет другого, постепенно сживаясь с образом мыслей предшественника и повторяя его поступки, т.к. цель оправдывает средства. Цель ведь высокая (см. «Эпилог»). А другой план – сам автор, который на все это смотрит и со скепсисом говорит: да, ребята, вы безусловно молодцы, надо выжить – кто бы спорил. Но если у вас ничего не получится, и вы исчезнете, то Вселенная станет только чище.

У человечества в МП, спасись оно, шанс через какое-то время наступить на собственные грабли неизмеримо выше, чем не наступить. Во время очередного оледенения или иного природного катаклизма оно снова произведет мутантов/начнет стремительно загибаться по другой причине и, возможно, опять выживет, чтобы двинуться вперед – не по спирали, а по кругу. Рукописи ведь горят (опять-таки см. «Эпилог»), выводы не делаются, опыт не передается. Угроза всегда ищется вовне. Люди от животного состояния удаляются на длину веревки и не собираются ее удлинять. Хотя, казалось бы, есть пример обратного: у собратьев по геному на другой планете получилось.

Чем-то мне это роман напомнил «День триффидов», но Уиндем – он весь с выживающими, он серьезен до невозможности, а Громов как бы задает вопрос: «Выживем – и зачем, и что дальше?».

Очень сильное произведение. «Неклассическая» (в том смысле, что не клон «1984» и «Дивного нового мира») антиутопия. Стержневые идеи романа — противоборство человечества и внешних агрессивных сил, зыбкость и неоднозначность понятий «человек» и «человечность». Динамичный, хотя и рваный сюжет, многогранные личности героев, красочные и наводящиие жуть описания вымирающей Москвы делают прочтение книги неотрывным и местами ошеломляющим. Из минусов (но это субъективное мнение) — большое количество «обрубленных концов» — незавершенных сюжетных линий, а также странная, не вписывающаяся в канву сюжета, кажущаяся искусственно вставленной в текст, фигура Бойля. Коротко: читать всем, кто не боится заглянуть в мрачное будущее нового Ледника.

Очень жесткий и мрачный роман. Нет, здесь не сыпятся из за каждой строчки дымящиеся кишки и оторванные конечности, хотя и имеют место неплохо описанные боевые сцены. В этом апокалиптичном произведении царит смерть, но не от пули, а от неумолимой болезни, что делает его прочтение гораздо более тяжелым, но всё равно увлекательным процессом, увлекательности способствует тщательная проработка этого страшного мира, а знания автора в научной области, позволяет предать этому миру достоверности. Тема с адаптантами вообще отдельная песня, принимая во внимание год написания, думается не обошлось и без некоторых отсылок на сегодняшний день. Не обошлось и без минусов, на мой взляд тема со Святославом совершенно лишняя в данном романе, ну это наверное единственное к чему можно придраться, не считая невероятно гнетущего общего фона, поэтому понравится-не понравится, но зарубку в памяти эта книга оставит точно. И ещё. Это конечно индивидуально, но несмотря на всё, по прочтении произведения не возникает чувства чёрной безысходности, а лишь светлая грусть за человечество и его мягкую посадку. Как по мне, для автора это высший пилотаж.

Роман написан складно, добротно. Затрагивая по большей части социальную проблематику, для многих искателей боевой фантастики покажется скучным. Хотя есть и боевые действия и трогательная( почти трагическая) история любви и своя «вселенная», мне показалось, что все линии не оконченны, не завершены, не показывают полную картину. «Вселенная» развертывается , но не втягивает.Сюжет начинает скакать, не дает погрузится в происходящее «здесь-и-сейчас». При этом всем «попсы» почти не наблюдается, затрагивается вечная проблематика «врага внутри нас». Повысило качество восприятия аудио-версия романа с весьма атмосферным музыкальным ( ambient) фоновым сопровождением.

Автор для меня новый и чего душой кривить, я купился на обложку, фантастический боевичек для отдыха мозга.

Книжка изобилует штампами, главный герой, прямо капитан пронин, работает не покладая сил, тренируется, обучает образин-деградантов, педагог-Скала-Джонсон...хе-хе.

В это время, планета терпит что-то вроде апокалипсиса, вокруг снег, глупеющие, не по дням, а по часам люди, вьюга заносит цивилизацию снегом. Но тут оказывается, что среди образин-деградантов (в прошлом людей) начинают появляться, супер-образины которые, как водится, объединяют соплеменников желая поставить человечество на колени.

В это время наш Пронин меланхолично пьет водку, гуляет грудастую подружку, которая к его горю начинает глупеть, и смотрит телек.

Что дальше? Конечно активная фаза. Заговор прочь, все карты на стол, вперед на войну против зла. Наши побеждают? Кто его знает мир все больше сужается и... вжик книжка закончилась.

Хотите немного морозного апокалипсиса, героя который всегда сможет выкрутится, немного перестрелок, драк — пожалуйста «Мягкая посадка», читается легко.

А за одно расскажите, что там делает дедок-иномирянин, утирает сопли герою? Я как-то не понял этой оборванной сюжетной линии.

5/10 Александр Громов «Мягкая посадка» -- фантастический боевик. Недочитан 31.01.2002. Начало довольно слабое -- на всей Земле наступил ледниковый период, появились мутанты-убийцы, мир стремительно деградирует. Кладбищенский циничный юмор на фоне антиутопии. В общем, не впечатляет, потому бросил на половине.

Резюме: роман не дочитан, т.к. наскучил мне