М. Р. Джеймс «Книга призраков»

Попавшийся мне сборник «Плачущий колодец» — это практически все, что М.Р. Джеймс, собственно, написал из художественной литературы (помимо этого он написал еще кучу научных работ по Средневековью), и совсем все, что переведено у него на русский язык. Сборник представляет собой, собственно, классический образчик готического рассказа конца 19 — начала 20 века. Он очень-очень ровный и за счет этого несколько занудный. Когда читаешь первые пять, они кажутся необычными (хотя и не скажу, чтобы захватывающими), но если сходу прочитать все подряд, становится очень понятно, как именно Джеймс конструирует свои рассказы. Мне кажется, это в равной степени примета эпохи и черта авторского стиля. Прежде всего, большая часть историй подана через третьи руки: то герою рассказывают свои приключения случайные знакомые, то он наткнулся на чьи-то доисторически дневники в букинистике, то это местная легенда. С самим повествователем, как правило, не происходит ничего удивительного, в лучшем случае он становится спокойным, не подвергающемся опасности наблюдателем. Поскольку читатель по привычке встает на точку зрения повествователя, а не кого-нибудь, уже не страшно, скажем так.

Далее, значительная часть всего страшного произошла в 16 веке, да и то по неподтвержденным слухам (но в народе говоря, понятно). Учитывая, что в 16 веке и без того ужасов происходило, тоже не страшно.

Что забавно, изрядная часть всякой жути в рассказах связана с церковью, скрывающимися в ней неупокоенными душами, одержимыми священнослужителями и таинственными черномагическими ритуалами. Я предположила сходу, что вот оно, прорывающееся сквозь англиканскую благопристойность язычество, тянется к официальной религии как подобное к подобному. Впрочем, любое иное объяснение (включая то, что не здоровые нуждаются во враче, но больные) тоже сгодится. Не то чтобы я имею что-то против мистики подобного толка — напротив, это придает дополнительный художественный эффект, особенно в кино. Просто обилие разнообразных церквей и соборов, в которых что-то не так, начинает несколько утомлять.

Еще одно свойство Джеймсовской прозы — эрудиция ученого, которую он даже не пытается спрятать. Тексты изобилуют латинскими цитатами (местами с очень ржачным неправильным переводом, над «свиными одеяниями» уже без меня посмеялись), отсылками к различным историческим личностям, реалиям и тд. Впрочем, это не мешает читать совершенно и обычно носит исключительно декоративный характер.

В целом — Джеймс очень мягкая, качественная и интересная в своем роде проза. Не занудная, но и ни капли не страшная.