Книга на все времена Выпуск


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Рубрика «Наш выбор!» > Книга на все времена. Выпуск #73. Русскоязычная фантастика
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

Книга на все времена. Выпуск #73. Русскоязычная фантастика

Статья написана 11 августа 14:34
Размещена в рубрике «Наш выбор!»

  



Очередная рекомендация Фантлаба в рубрике "Книга на все времена" посвящена теме Русскоязычная фантастика.
---
В статье даётся одно произведение крупной формы. Для объективной оценки мы стараемся привести четыре отзыва на книгу — три положительных и один негативно-критический.
Помимо крупной формы, в статье предложены произведения средней и малой формы, заслуживающие по нашему мнению места в данной рубрике рекомендаций.
---
Напоминаем, что рекомендация "Книга на все времена" служит для выбора популярных, известных фантастических книг различных направлений. Здесь мы стараемся показать признанные шедевры и эталоны фантастической литературы, которые заслуживают прочтения в первую очередь. Рубрика ориентированна преимущественно на начинающего читателя с небольшим "стажем" или на тех, кто желает "изучить" новые для себя направления в фантастике.
Выбор произведений происходит по специальной методике и осуществятся не только администраторами, но и некоторыми посетителями сайта. Новая статья появляется примерно раз в месяц.
---
Все рекомендации общим списком можно посмотреть здесь:
Сводный список рекомендаций в данной рубрике





Аннотация:
Мышь — она всему голова. Ведь, казалось бы, что это такое — мышь? Маленький серый комочек? Пищит под полом, а ловишь её — она только вжик хвостом, и нету её? Ан нет. Ведь мышь — она основа жизни. Всё она даёт человеку. И мясо для похлёбки, и шкурку, да и хвостикам сушёным применение есть всегда. Мышь — и валюта самая крепкая. За связку мышей на торжище много чего можно выменять. Даже книги. И тогда, когда завьюжит, и кричит тёмными ночами в лесу страшная кысь, принесёшь в избу уголёк, затопишь печь, нальёшь похлёбки мышиной, и читаешь книги, Фёдор Кузьмичём, Слава ему, написаные. И забываешь на время о мамане, от огнецов помершей, о Васюке Ушастом, у которого ушей видимо-невидимо, о Варваре Лукинишне, у которой сотня гребней петушиных, и даже об Оленьке-красавице тоже забываешь. Одна печаль — мало книг хороших. А читать — страх как охота...

---
Рейтинг Фантлаба (оценка/количество оценивших):




Дополнительная информация:

  1. В контексте фантастической литературы "Кысь" принадлежит к постапокалиптическим антиутопиям, однако интерес к произведению изначально распространился широко за его рамками. Как и большинство произведений постсоветских постмодернистских авторов, он синтезировал в себе черты массовой и «высокой» литературы, и не оказался изолирован в границах жанровой литературы.
  2. Роман (будучи дебютным) писался 14 лет, с 1986 по 2000 год. Из этих 14 лет, по словам Толстой, четыре года она не писала ни строчки.
  3. О романе многое сказано и многое написано, — это одно из наиболее одаренных вниманием критики постсоветских русскоязычных произведений, а что ещё более весомо, — и научно-исследовательской работой. Роману и творчеству Татьяны Толстой в целом посвящен ряд литературных исследований, монографий и диссертаций. Например, монография Ольги Богдановой и Екатерины Аверьяновой «Кысь» Татьяны Толстой: герой и его «корни», монография Елены Гощило «Взрывоопасный мир Татьяны Толстой», некоторые статьи были опубликованы антологией «Роман Татьяны Толстой «Кысь» под редакцией Ольги Богдановой.  
  4. Некоторые театры адаптировали «Кысь» для сцены и поставили спектакли, а в 2001 году в эфире государственной радиостанции «Радио России», под руководством Ольги Хмелёвой, был осуществлён проект литературного сериала.
  5. «Кысь» переведена на английский, французский, немецкий, польский, шведский, румынский, венгерский, сербский и хорватский языки.


---
Награды:
Мраморный фавн (роман), 2000
Студенческий Букер десятилетия (роман), 2010
---

Отзывы посетителей сайта:

wolobuev:
Кин-дза-дза постапокалиптики. Деревенская проза в фантастическом антураже. Лубок и социальная фантастика в одном флаконе. И — язык. Уникальный, неповторимый, никогда прежде не бывший. Со времён замятинского «Мы» не было в нашей литературе такого удивительного, сочного, специально изобретённого языка. Через язык мы входим в головы героев и видим их действительность — уродливую, ущербную, однобокую. Действительность, где зайцы прыгают по деревьям, а в хвойных лесах растут радиоактивные финики. Действительность, где мерой всего является мышиная шкурка, а котом именуют гигантскую мутировавшую крысу. Действительность, где червь считается лакомством, а людей запрягают в сани. Действительность, где нет памяти, нет знаний, нет морали, зато есть чтение, ставшее всеобщей потребностью. Действительность, где искусство — это лозунг власти (сбылась мечта древних философов!), где распоследний обыватель говорит цитатами из классиков, а посреди города стоит памятник Пушкину. Но как же душно в этом мире! И дело даже не в санитарах, рыщущих по городу в поисках спрятанных книг, не в мурзах, наслаждающихся своей вседозволенностью, не в Болезни и её Последствиях. Дело в людях — убогих, эгоистичных, полных суеверий. Лишённых даже минимального чувства солидарности. Не ведающих, что такое — человеческое достоинство. Сбегающихся на казнь как на праздник. Боящихся чеченцев, санитаров, Болезни, Кыси, собственных соседей — всего на свете. Потому что они — одиноки, и случись что, никто им не поможет. Наоборот даже, прибегут и весь дом растащат. Средневековье во плоти, но без сдерживающих оков религии. Общество, поражённое коллективной амнезией. Человечество, охваченное массовым инфантилизмом. С понятиями о добре и зле на уровне пятилетнего ребёнка. Объединение людей, так и не ставшее народом. Каждый сам за себя, и лишь Кысь одна на всех.
оценка 10

Night Owl:
«Кысь» — роман-антиутопия о жизни в России через пару сотен лет после некого Взрыва. Будущее обрисовано так: захолустная деревня без связи с миром и культурного наследия; население и природа — сплошь мутанты; новый фольклор в отголосках старого; особый диалект; о прошлом — слухи, догадки, домыслы.
В центре сюжета — Бенедикт, переписчик книг для их продажи в пользу государства. Ведёт ничем не примечательное существование, и на первых парах роман строится на введении читателя в реалии художественного мира: политический строй, досуг, кулинарные предпочтения людей нового времени. Постепенно, ближе к середине, когда обрисовывается основной пласт героев и мотивов произведения, бытописание перемежается промежуточными целями, сперва простыми — подготовка к празднику, любовная интрижка; позже серьёзней — свадьба, знакомство с тёстем и тёщей; а ближе к концу проявляется основная фабула. О ней подробней.
Роман затрагивает множество тем, но одна из ведущих — государство довлеет над индивидуум, даже не столько над самим человеком, сколько над его духовностью, культурными интересами, мировоззрением — словом: что можно царю, червю не полагается. Хотя формулировка эта универсальная, она, тем не менее, описывает не абстрактную, а конкретную ситуацию, имевшуюся в СССР — и трудно не заметить в красных одеждах и образе Генерального Санитара знакомую атрибутику. Тут и выходит на первый план сатира, коей в романе предостаточно, причём юмор отличный, действительно способный смешить, и зиждется он вовсе не на банальном желании «осмеять», а на по-настоящему качественных авторских находках.
Тем не менее, «Кысь» не скатывается в пародию, сохраняет самобытность и независимость фабулы, способной не подвергнуться вторичности по отношению к прототипу. То есть, перед читателем — именно роман; увлекательный, яркий, необычный. А уже потом, довеском для желающих — аллюзия, сатира, иллюстрация. Исходя из этого, затрагивать дальнейший сюжет не стоит, дабы не раскрывать неожиданных поворотов. Он есть, оправдан желаниями героя, ведёт к кульминации, развязке, сохраняет художественную целостность — и достаточно.
Антураж произведения выписан с необычайным талантом. Жизнь деревушки наполнена колоритными деталями, зачастую неожиданными, но всегда уместными, оправданными, сообразными созданному мироустройству. По началу может отдалённо напомнить «100 лет одиночества» Маркеса — так же всё необычно, присутствуют долгожители, общий контекст первых частей будто бы не предвещает внятного сюжета, но ситуация меняется — «Кысь» даёт сотни ярких побегов, всерьёз задавая новый тон повествованию. Немаловажно, атмосфера — пусть это и звучит коряво — очень русская, знакомая отечественному читателю по всему, что окружает в течение жизни. Тот же досуг, те же взгляды, то же отношение к власти, и конечно, духовность, мистицизм лесов, красота природы — куда без этого.
Словарь произведения ошеломляет. Толстая — мастер литературного разговорного стиля, но здесь он не просто разговорный, а ещё насыщен диалектизмами, благодаря чему выходит стройный, уникальный в своём роде язык, коим изложен весь роман. Причём, важно понимать — дело не только в нашпигованности текста красочными словами с деревенским уклоном, а, что важнее — строение предложений, их смысловое наполнение, синонимические решения — всё это, как нельзя точнее передаёт образ мышления героев «Кыси».
Персонажи разнообразны. Проработаны интересы, взгляды, поведение и даже особенности речи — это притом, что текст заключён в узкие рамки диалектной стилизации. Особенно любопытен внутренний мир протагониста, не смотря на скудоумие героя. Тут уместно вспомнить «ружья» — если в обычном романе эти самые «ружья» — детали повествования, вроде предмета, коим затем воспользуются, то в «Кыси» — это брошенные вскользь слова и фраза, чьи неверные интерпретации имеют катастрофические последствия в формировании мировоззрения Бенедикта, а стало быть — влияют на внешние события.
Особо стоит отметить, что «Кысь» — то редкое произведение, которое не восхваляет книги, не создаёт лишнего пафоса вокруг людей читающих, а разделяет простую истину — плохому уму и мудрая книга — во вред. Идея не уникальная, но в смуте всеобщей истерии и благоговения перед чтением, слепой вере в его безусловную пользу, по сей день свежая.
К слову, если возник вопрос, что же такое Кысь, — это легендарный зверь, якобы тоскливо воющий в лесах и наводящий ужас на округу. В романе всплывает редко, почти всегда в ассоциациях протагониста. Символизм тут глубже, нежели просто созвучие «рысь — брысь — кыш — кис». В описании Кыси регулярно присутствует «вытянув шею», иногда действие сопровождается прижатыми ушами. Те же ужимки приписываются и герою, а так же тестю когда те лишают народ книг (иначе говоря, «рвут жилку»), ту единственную, что соединяет тело с головой. Кысь — вымышленное обобщение Санитаров, прерывающих культурную жилу, что ведёт общество к безумию. Их крюки — когти, не спроста же ощущаются как части тела! Однако даже как часть суеверий среди жителей деревни — картина живописная, если не сказать, сильная.
Из достоинств романа: стиль, герои, проработка мира, юмор, здоровые мысли, яркая образность, приятная подача и увлекательный сюжет.
Недостатки так же имеются. Среди прочих — отдельные места, где с сатирой явный перегиб, и художественная ткань рвётся, обнажая едва ли не назидательное авторское: вот тут я ругаю этих, а здесь — вот тех. И вроде как уже не книгу читаешь, а проповедь.Концовка, точнее последние несколько абзацев, начиная с «воспарим», роман так же не красят: нет почвы для трактовок, нет предпосылок для заключительной сцены.
Таким образом, «Кысь» — роман с множеством достоинств: автор явно дружит и с языком и с головой. Можно смело сказать, что не только в русской, но и вообще в литературе не легко найти соответствующие по качеству работы: чтобы и стиль хороший, и развитие героев, да при этом смешно, да ещё и с хорошими мыслями. Если опять говорить о параллелях, то фабульно напоминает «Скотный двор», по подаче с идеей — «Собачьей сердце», но всё не то; всё по-своему. Тем не менее, читать или не читать? — советовать сложно, всё-таки история специфичная: не всем по нутру книга, где ядовитые чёрные зайцы гнездятся на дереве; варят суп из мышей; запрягают в сани гопников. Да и юмор — вещь тоже, сугубо индивидуальная: у кого-то данное произведение может вызвать недоумение. И всё же — это литература, причём, в лучшем своём проявлении, ибо талант Толстой очевиден. Но если начинать знакомство с автором, то лучше предпочесть рассказы.
оценка 9

evegraph:
Прочитал как-то за один вечер, не без сложностей конечно, но в принципе и не без удовольствия. Складывается навязчивое ощущение, что роман этот писался с таким тщанием и бесконечным доведением слога до блеска, лишь для одной цели — войти в программу обязательного чтения для школьников. Комично неправильный взгляд на мир, которым смотрит главный герой, в первой половине книги, заставляет смеяться до слез. Но уже и там, сквозь смех, в душу пробивается что-то неотвратимо черное, какая-то мерзкая, скользкая дрянь, слепленная из страха. Ко второй части книги, она разворачивает крылья и уже, честно говоря, совсем не до смеха. Эта как бы русская, как бы неизбывная тоска по черт знает чему, впивается в главного героя крепко и сосет кровь, пока он сам не превращается в нее, в эту самую исконную русскую Кысь.

Это, если можно так сказать, история любви одного простого и тёмного но впечатлительного неврастеника к литературе. Она спасает тебя от страха, она дает тебе волшебные миры, но с каждой прочитанной буквой, отбирает у тебя твой покой, лишает наслаждения этой обычной жизнью, от способности сносить страшную черную мглу спокойно, без принятия собственной вины в случившемся с миром и людьми его населяющими, пусть даже и подспудного принятия. Я воспринимаю эту книгу, как признание в любви и ненависти к литературе от самой Татьяны Никитичны, сложное, виртуозное и совсем уже кажется, окончательное.

Читая этот роман, нельзя не вспомнить 451 по фаренгейту, по сути та же самая идея, но вывернута она на единственный возможный для русского человека лад. Если там книги сжигали потому, что боялись духовности как таковой, то здесь эту «болезнь» отнимают просто так, не отдавая себе никаких отчетов ни в чем, кроме того, что подход этот несомненно «государственный», а потому совершенно точно, правильный.

Рабская и холопская сущность русского человека, которому от свободы неспокойно на душе, это чуть ли не самый главный для уважающего себя русского интеллигента, вопрос. Так было всегда, так есть и так пребудет во веки веков. Стремление к свободе, для нашего человека, это вредная болезнь, которую все окружающие воспринимают в лучшем случае как безумие, а кто подальновиднее, те справедливо считаю безумие заразным. Сколько не тревож эти вопросы, не добьешься ничего, кроме отчаяния в сердце. Достоевский бился, Чехов бился, Толстой конечно, тоже бился, но замучавшись, прильнул к корням и воспарил. Так и Татьяна Никитична, открывает все тот же гнойник, смотрит на него и дает посмотреть нам, мы ужасаемся, нервно смеемся и спешим побыстрее отвести взгляд, потому что признак этот, болезни вечной и неизлечимой.

Книга очень хорошая, рекомендую всем людям.
оценка 10

Критический отзыв:

ahenobarbus:
Очень обычный, обыденный даже роман. Авторский слог действительно неплох. Избранная манера изложения самобытна, глаз не режет, смотрится, я бы сказал, мило. Сюжет несколько невнятен, но тут главное не сюжет, главное — нарисовавшаяся в авторском мозгу картинка. На бумагу она перенесена довольно увлекательно, местами забавно, пару раз даже смешно. Тихая грусть и сентиментальное сочувствие к отдельным персонажам в отдельные моменты также присутствуют, то есть авторская палитра довольно разнообразна. Над некоторыми страницами при желании можно задуматься. А можно и не задумываться. В общем, ничего чрезмерного. Бури восторга, которую «Кысь» вызвала при появлении, я не понимаю, но прочитал неожиданно для самого себя не без приятности. Неожиданно, потому что обычно всё вызывающее одобрение у «прогрессивной общественности» нехорошо весьма. А тут — вполне приличная книга. Не выдающаяся, не блестящая и не восхитительная, но и не плохая и даже не посредственная. На полбалла, может, даже на целый балл возвышающаяся над добротным середнячком. К тому же, мне как книгочею всё же импонирует та пламенная страсть к литературе, которую питают герои Толстой, вне зависимости от того, каковы эти герои и куда их эта страсть приводит. И еще два момента хотелось бы отметить. Во-первых, особой антиутопии в «Кыси» я не заметил. Да, описываемое общество неблагополучно, но его неблагополучие весьма далеко от антиутопической завершенности и безвыходности. Львиная доля проблем голубчиков — от того, что живут они в мире, разрушенном глобальной катастрофой, и весьма бедном. Тем, кто видит антиутопию в том, что герои червей за лакомство почитают, хочется напомнить, что современном мире кое-где за лакомство почитают лягушатину, собачатину, термитов и гусениц. Да и что на людях ездят не беда — рикшу разве никто никогда не видел? В общем, по мере развития производительных сил и иной транспорт появится, и, может, даже парламент, хе-хе... А антиутопия — это когда жизнь беспросветна не от того, что где-то там бабахнуло и электричество, телефон и канализация кончились, а от того, что она такой специально задумана, сконструирована, выстроена и никакой другой быть не может во веки веков, аминь. Второе касается времени написания. Несмотря на проставленные автором на последней странице даты, мне кажется, что «Кысь» целиком написана никак не позже Перестройки. Например, непоименованная в романе глобальная катастрофа, породившая мир голубчиков — это явно атомная война. Как раз для позднесоветского общества эта тема была актуальна, а ельцинская Россия жила другими проблемами. Или вот хромированный смеситель, о котором один из героев вспоминает. Ну кто стал бы смесителем хвастаться после пережитого в 90-е потребительского бума? И еще какие-то детали, которые, может, я и не помню уже, но ощущение было однозначное — написан роман лет за десять до публикации, а потом может быть лишь немного отредактирован.
оценка 7

Средняя и малая форма



1. Вячеслав Рыбаков «Доверие»

Аннотация:
Стремительное перерождение гуманного общества светлого будущего в тоталитарную диктатуру вследствие того, что, руководствуясь поначалу самыми благими намерениями — скрыть от людей угрозу скорой глобальной катастрофы и спасти, кого можно успеть — правительство Земли начинает лгать; ложь тянет за собой другую ложь, и вскоре объем закрытой информации возрастает настолько, что даже открытие, которое могло бы предотвратить катастрофу, остается незамеченным правительством; справиться с порожденным дезорганизацией хаосом не может и диктатура, но возникает она в этих условиях неизбежно.

Награды:
Премия Бориса Стругацкого (литературное произведение, повесть), 1991

2. Сергей Лукьяненко «Атомный сон»

Аннотация:
Земля после ядерной войны, цивилизация угасает, кругом банды, много мутантов. Чтобы выжить в этих условиях мальчишки объединились вокруг жестокого человека по имени Элдхауз. За несколько лет он сделал из них Драконов — сильных, выносливых, максимально приспособленных и самых бесчеловечных. Именно безжалостность и одиночество должны стать визитными карточками Драконов, жестоких, бесстрашных и непобедимых.

И вдруг одному из них — Драго встречается Майк — человек из подземного центра управления, хорошо вооруженный, но совершенно не приспособленный к жизни на поверхности. В обмен на оружие и боеприпасы Драго согласен проводить Майка к Скалистым горам, а это сто миль по враждебному обоим лесу. У них разные цели и взгляды на жизнь, но идти навстречу смерти теперь им придется вместе.

2. Леонид Каганов «До рассвета»

Аннотация:
Настал день Катастрофы — день, когда звезда встретится с Землей и всё человечество погибнет.
Последние часы жизни человечества перед катастрофой показаны глазами екатеринбуржца Николая, который приехал в Москву, но не успел выбраться...


---
Если вы что-то хотите добавить к материалам статьи, предложить или посоветовать, то пишите в комментариях или непосредственно автору статьи.




3570
просмотры





  Комментарии
darkseed 


Ссылка на сообщение11 августа 16:43 цитировать
Можно упомянуть в шапке, что это рекомендации по постапокалиптике
Pavinc 


Ссылка на сообщение11 августа 16:48 цитировать
Как по мне, Сорокинская «Метель» на порядок круче.
слОГ 


Ссылка на сообщение11 августа 18:28 цитировать
Кысь, конечно роман громкий. Но мне было интересно, а с кем он соревновался в данной номинации? Я, когда его читал — почти сразу после выхода,  сравнивал с текущей фантастикой и понимал, что он либо вторичен либо просто хуже, просто реклама была как у Роулинг. Ну и конечно к постапокалиптике он имеет весьма опосредованное отношение:-)
свернуть ветку
 
arhitecter 


Ссылка на сообщение12 августа 00:01 цитировать
В отечественной фантастике, особенно крупной форме, не так уж много хорошей постапокалиптики, а известной ещё меньше. Поэтому как авторы, так и произведения, составившие роману конкуренцию, самые что ни на есть очевидные. Впрочем, изначально победы Кыси лично я не ожидал.

P.S. Когда-то я был весьма приятно удивлен Саломатовым, хочется что-то в этом духе (и на таком уровне), тем более если апокалиптичненькое, но я даже примерно не представляю где такое можно найти.
 
слОГ 


Ссылка на сообщение12 августа 06:56 цитировать
Ну можно хоть в точку написать?. Для меня Кысь в первую очередь сатира, а не фантастика, поэтому у меня некий дискомфорт — неужели не было ничего более фантастического?
 
Ny 


Ссылка на сообщение14 августа 06:57 цитировать
Мы решили не рассказывать о результатах и раскладах выбора произведений. Кроме того, выбор делался в творческом ключе — мы задали себе узкую подтему в пределах отечественной фантастики. Отнеситесь к этому как к штучному эксперименту. Да и «Кысь» выиграла с большим перевесом.
Но можно в целом сказать, что чистая фантастика была. Советского мало, преимущественно постсоветское. Имена хорошо известные — Булычев, Стругацкие, Дяченко, Громов, Буркин. Были и отдельные малоизвестные книги.
С рассказами несколько иначе. Там всего поровну, и победители малой формы примерно отражают пропорцию большого списка претендентов.
 
слОГ 


Ссылка на сообщение14 августа 08:58 цитировать
Спасибо. Про рассказы у меня никаких вопросов нет. Вопрос был именно в том, как можно считать Кысь постапокалиптическим романом:-). Но с другой стороны то, что я не люблю фантастические произведения авторов мэйнстрима — это мои проблемы:-)
 
С.Соболев 


Ссылка на сообщение25 августа 12:00 цитировать
Не вы один. Когда автор из мейнстрима пишет фантастику, такое ощущение что он будто бы включает режим «работа для младших школьников».
 
слОГ 


Ссылка на сообщение25 августа 12:41 цитировать
И получается хуже чем у «мастеров гетто». По поводу Кыси, я помню, что Лукин в одном из своих эссе (вроде бы в Если) очень метко прошелся. И у меня, когда я в 2000 Кысь читал, первое впечатление было — что написано неплохо, но дико вторично.
 
С.Соболев 


Ссылка на сообщение25 августа 12:47 цитировать
Да, было такое. Ну, мир боллитры и дальше будет свысока посматривать на НФ, чего уж.
hellsing 


Ссылка на сообщение18 августа 12:06 цитировать
Не совсем понял термин «русскоязычная». Вот когда Амнуэль живет в Израиле, а пишет на русском — это «русскоязычная». Но его произведения советского периода — «советская». И мне абсолютно непонятно, почему здесь уделяется внимание Каганову или Рыбакову, когда должно шикарным (и титулованным) произведениям как раз Амнуэля.
С Толстой ситуация дурацкая. «Дорога ложка к обеду». Вот мне повезло — я вовремя прочитал. А кого-то здесь она серьезно не устраивает.
Однако можно прямо сказать — «Кысь» рядом с «Людьми Кода», «Игрой в домино» и многими другими произведениями того же Амнуэля проигрывает абсолютно. «Атомный сон» или «До рассвета» — рядом не валялись. Или у нас том «Апокалиптика»? Опять же — не самые сильные произведения.
Гм... Толстая — это интересная игра слов, красивая виньетка. Приятночитабельная и мозгонезабивательная. Но ее великолепные заметки против кретинизма толерантности в США — в разы сильнее. Как она опустила по полной программе америкосовского редактора с фразой «Потомок негров безобразный». Исправить они Пушкина хотели — ха! «От царизма страдал! В России угетали! Теперь здесь!». Напечатали без изменений:-))) Вот такая Толстая нам нужна!
свернуть ветку
 
arhitecter 


Ссылка на сообщение18 августа 18:58 цитировать
Термин «русскоязычная» ничем не отличается от термина «франкоязычная», например. Советская фантастика тоже русскоязычная, как и эмигрантская, и дореволюционная.
 
hellsing 


Ссылка на сообщение19 августа 12:27 цитировать
Однако существует некая традиция. Вот если печатается сборник именно французского автора, то так и говорят «французская фантастика». А вот если это сборник, где рядом с ним канадец, гвинеец и представитель острова Мартиника, то это сборник «франкоязычной» фантастики. И не путайте — фантастика Франции — «французская». Фантастика франкоязычных стран или пишущих на французском, но в Канаде — «франкоязычная».
Амнуэль в СССР — «советский» фантаст, Амнуэль в Израиле — «русскоязычный». Почему это разное? А из-за государственного языка. И Лукьяненко в НЕЗАВИСИМОМ Казахстане — был бы «русскоязычным», то бишь представителем ЧУЖОГО все же языка, не основного.
И только советская фантастика именно СОВЕТСКАЯ! Нечто уникально-ненормальное — ибо все писатели не зависят от языка! И писали «советский армянский писатель», «советский узбекский»... И никто не называл русского писателя в Узбекистане, который писал исключительно на русском «русскоязычным» никогда. Он все равно был «советским узбекским писателем». Я веду подробные библиографии с середины 70х (то есть отмечаю все, что писалось с конца 19 века, а до этого только то, что издавалось с конца 19). Сталкивался с кучей терминов. Кстати, никто эмигрантскую литературу «русскоязычной» не называл. Так и была «русская эмигрантская».
И не напоминайте старый анекдот про еврея в Риге. Нетолерантный. «Сара, я 70 лет был жидовской мордой! А теперь стал «русскоязычной«!
 
arhitecter 


Ссылка на сообщение19 августа 13:20 цитировать
Таки к чему вы ведете? Предлагаете выпускать отдельно рубрику советской фантастики, отдельно русской эмигрантской, отдельно русской дореволюционной, и отдельно русскоязычной?
 
hellsing 


Ссылка на сообщение20 августа 08:24 цитировать
:-)
Не так и не эдак. Если в сборнике только американцы, то так и писали — «сборник американской» фантастики, ибо там и так пишут на английском. Так что у нас это был бы сборник «российской» фантастики. Из-за того, что современных хороших авторов много — за десятки лет, конечно — отдельный сборник естественен.
А вот теперь к «русскоязычной». Это не эмигрант в США, нет. А вот рижанка Далия Трускиновская (отличные были книги!), минчанин (бывший москвич) Александр Силецкий и такие же писатели из постсоветского пространства, а также Даниэль Клугер или Павел (пусть будет Павел:-)) Амнуэль из Израиля- вот это сборник РУССКОЯЗЫЧНОЙ фантастики. И на сборник наберется!
А «эмигрантская» — это кто? Ясен пень, что Толстой «Аэлиту» вроде как ТАМ изначально писал. Но как-то не тянет писать «эмигрант». Набоков и «Приглашение на казнь»? Но Набоков не писал по русски. Все основные произведения — это перевод.
А вот русская дореволюционная — только и исключительно отдельно. Надо их уважать, как французы Верна, а британцы Уэллса.
А советская... Это отдельная тема.
Что касается Толстой, то в легендарной «Библиотеке современной фантастики» МГ был спецсборник — «нефантасты» в фантастике. То бишь просто прозаики. Был там Тендряков, Шефнер, а нынче вот Толстая вписалась бы. Да — это отдельный том.
И все это отдельные рубрики в огромной теме — «русскоязычная фантастика». Ибо в ней, например должны быть Олди с Украины. А вот Олесь Бердник — это «украинская фантастика». И хотя писатели владели двумя языками, но превалирующее число книг и текстов пока относит Олди больше к «русскоязычным», а Олеся Бердника все же к «украинским».
 
Ny 


Ссылка на сообщение21 августа 13:08 цитировать
«Русскоязычная фантастика» в данном случае — собирательное название для произведений, опубликованных на русском языке в пределах СССР и России с 1860 по 2016 годы. Вне зависимости от национальности автора и места его настоящего пребывания (которое может постоянно меняться).
Так сделано для отграничения зарубежной фантастики, одинаково «зарубежной» всем, кто читает на русском как на основном языке. Т.е. просто для удобства и краткости.

Если Вы дадите  более удачное название раздела, то мы его применим.
---

Что касается «Кыси», то на вкус и цвет... Участники рекомендации выбрали именно этот роман. Остальные произведения показались им не столь подходящими к теме «Апокалипсис» и не столь популярными. Амнуэль? Мне, например, он и в советских сборниках казался вторичным, а последние его вещи вообще ни уму, ни сердцу — сухие, какие-то почти академические. В списке малой формы он был, но особой поддержки не получил.
Чтобы восстановить справедливость, достаточно открыть в своей авторской колонке раздел с рекомендациями и представлять там нужные книги. Функционал сайта позволяет сделать это каждому.
 
hellsing 


Ссылка на сообщение25 августа 08:10 цитировать
Нет. Здесь нужна малюсенькая поправка. После названия «Русскоязычная фантастика» идут скобки, а в них даты (1860-2016). Вроде бы мелочь, но это именно понятие объединения огромной массы писателей за огромный период. И тут уж точно есть и те, кто в эмиграции, и те, кто был и вернулся (как Толстой), и прочие и прочие... Тогда список Рыбаков-Лукьяненко-Каганов («советские писатели» или «русские» ) автоматически попадает в общий.
А вообще это работа в школе и с молодыми поэтами так на меня влияет. Все-таки в школе два с лишним десятилетия. Да еще библиографии веду эдак с 75. Привык к разделам, темам, направлениям...
И — да, Амнуэль — это направление Днепров-Емцев-Парнов — иногда очень сухое и наукообразное. И это другой край от Толстой и приключенческой фантастики.
 
Ny 


Ссылка на сообщение25 августа 10:04 цитировать

цитата hellsing

Нет. Здесь нужна малюсенькая поправка. После названия «Русскоязычная фантастика» идут скобки, а в них даты (1860-2016). Вроде бы мелочь, но это именно понятие объединения огромной массы писателей за огромный период.
Сектор фантастики с текущем названием выделяется у читателей колонки интуитивно, без подсказок — всё достаточно понятно по перечню книг в сводном списке КнВВ. По крайней мере, до Вашего вопроса никто разъяснений не просил. Поправка не нужна.
На любые возникающие вопросы кураторы рекомендаций всегда готовы ответить в комментариях и личной переписке.
слОГ 


Ссылка на сообщение22 августа 14:01 цитировать
Я мог в свое время пропустить информацию о том, как какое-либо произведение оказывается в рубрике «Книга на все времена». Есть ли какой-нибудь алгоритм, принимается ли во внимание рейтинг Фантлаба по жанрам, кто и сколько человек голосует по какому количеству номинантов и тд. Заранее признателен, если мне скинут ссылку, где я мог бы прочитать об этом.
свернуть ветку
 
Ny 


Ссылка на сообщение22 августа 14:20 цитировать
Нет, такая информация нигде не размещалась.
Долгое время рекомендация КнВВ считалась внутренним делом администрации сайта, поэтому посетителей о подробностях не извещали.

цитата слОГ

Есть ли какой-нибудь алгоритм,
Среди участников, выбирающих рекомендацию, проводится открытое голосование по определённым правилам.

цитата слОГ

принимается ли во внимание рейтинг Фантлаба по жанрам
Нет.

цитата слОГ

кто и сколько человек голосует по какому количеству номинантов
Голосуют администраторы и группа посетителей, которых специально пригласили для придания рекомендациям большей репрезентативности (по сайту). Число участников колеблется в интервале от 30 до 50 (в зависимости от темы). Возраст, пол, степень «начитанности» и отношение к произведениям различны. Список номинантов различается по каждой теме (темы перечислены в сводном списке рекомендаций, ссылка в начале любой статьи) и колеблется в зависимости от размера произведения. Максимально списки романов могут достигать примерно 100 названий, рассказов — до примерно 170 номинантов.
Если нужны подробности, то лучше обсудить их в личной переписке.
 
слОГ 


Ссылка на сообщение22 августа 17:33 цитировать
Спасибо. Для меня основным было понять, что рейтинг не учитывается, что делает определение номинантов для меня весьма субъективным. Я просто неоднократно — для себя — видел сомнительные  произведения, учитывая ретроспективный анализ голосования — это вполне объяснимо. Еще раз спасибо.
 
Ny 


Ссылка на сообщение22 августа 18:39 цитировать

цитата слОГ

рейтинг не учитывается, что делает определение номинантов для меня весьма субъективным.
Сам рейтинг на сайте считается необъективным, т.к нет единого стандарта шкалы оценок.
Кроме того, произведения-победители и не должны обязательно нравиться читателю. В начале каждой статьи даётся короткая вводная о назначении рекомендации. Возможно, КнВВ просто не предназначена для Вас.
 
слОГ 


Ссылка на сообщение23 августа 09:18 цитировать
Ок. Скорее всего не предназначены:). Позволю себе две ремарки, первая — я не говорил о критерии нравится/не нравится. Я говорил о сомнительном для меня качестве. Вторая по поводу рейтинга. Давным-давно на основании рейтинга присуждалась премия на сайте русская фантастика. И оценки первого тура — для меня на 90% являлись ориентиром для прочтения. Но, там оценочная система -для меня — была более продуманной, чем здесь.
 
Ny 


Ссылка на сообщение23 августа 09:47 цитировать

цитата слОГ

Я говорил о сомнительном для меня качестве.
Тут мы ничего сделать не в силах... Некоторые книги, относящиеся к классике или слагающие жанр, не отличаются высоким литературным качеством (допустим, Верн, Беляев).

цитата слОГ

Давным-давно на основании рейтинга присуждалась премия на сайте русская фантастика. И оценки первого тура — для меня на 90% являлись ориентиром для прочтения.
В сети существуют, вероятно, сотни списков mast reed по фантастике, рассчитанных на искушённого читателя и составленных более совершенными способами. Вам лучше обратиться к ним.
 
слОГ 


Ссылка на сообщение23 августа 12:10 цитировать
Мне кажется, что Вы зря все время переходите на личности. Мне был просто интересен алгоритм данной рубрики и я позволил себе несколько ремарок, с моей точки зрения, никак не дискредитирующих работу составителей рубрики. Более того, все время подчеркивал свою точку зрения. Я прекрасно знаю, где посмотреть что почитать пользуясь инструментами Фантлаба. Еще раз — спасибо за ответы.


⇑ Наверх