Е. Лукин: Ну я имею в виду палеолит, скорее всего, неолит... где-то граница.

Там несколько служебно-коррумпированная атмосфера на этой самой станции, с которой они иногда спускаются на Землю — вернее, на землю спускается один только преобразователь, который то знакомит первобытных людей с колесом, копьём, прочим, то попадает во времена Жанны д'Арк, причём это один и тот же человек. Я так и не понял, то ли они вроде бы в анабиоз не ложились, стало быть, у них безумно долгий срок жизни. Вещь мне показалась даже, пожалуй, слабее первого рассказа, потому что первый, мне показалось, не безнадёжен, что его можно вытащить, потому что эта тема богоискательства и мерзости тех, кого нечаянно приняли за ангелов или за богов, — по-моему, что-то можно покрутить, что-то из этого любопытное выжать... то здесь я был совершенно разочарован. И примитивно как-то это всё происходит: ну появился человек, что-то там принёс... как-то это немножко кустарно.

Ну и язык там: "при виде кровавых жёлто-зелёных огоньков глаз, рыщущих в поисках добычи..." Ну, глаза, рыщущие в поисках добычи, кровавые и одновременно жёлто-зелёные...

С. Логинов: Это у меня тоже подчёркнуто. Ты уж читай всё предложение. (Читает размеренно и монотонно: ) "Сначала под палящими лучами Маа на просторах бескрайней земли, иссушённой таким зноем, что передвигаться можно было только ночью, когда стыли жилы при виде кровавых жёлто-зелёных огоньков глаз, рыщущих в поисках добычи, а леденящий душу рёв ирсу сообщал об ещё одной жертве как о дани остальных, тех, кто переживёт эту ночь".

(Пять секунд полной тишины.)

Все поняли? (Смех в аудитории.) Это одно предложение.

Е. Лукин: Собственно, требование это уже было высказано, и к нему возвращаться, может быть, даже и не надо. Но нужно точно проверять слова. У древка или у копья может быть навершие, но не "навершение". (...) Больше внимания языку и меньше пощады себе, когда идёт работа. Вот.

Что меня в самом построении не удовлетворило... Да, кстати, вот ещё: с чего бы это инопланетянам давать названия мест с помощью латинской аббревиатуры?

С. Логинов: "TRA/4".

Е. Лукин: (...) Что мне показалось сомнительным с самой мысли, самой системы прогрессорства, которое инопланетяне собираются провести. Для меня, например, это крайне сомнительно, что неандертальцы были вытеснены только потому, что (цитирую) "тупиковая ветвь человечества, у них слишком высоко расположена гортань и поэтому она неспособна к членораздельным звукам". Насколько я знаю, это совершенно не соответствует действительности. Что-что, а уж болтал неандерталец, судя по строению...

С. Логинов: ...подъязычной кости...

Е. Лукин: ...речевого аппарата, очень хорошо. Дальше: упоминается Франция — в то время, когда ещё Каменный век — и когда (неразборчиво — имя персонажа?) не понимает, о чём идёт речь, следует такое объяснение: "преобразователи используют языки и диалекты только прошлого или будущего этого мира". (...) То есть что же это получается? — вот Каменный век — и какая-то там история Франции, которая мелькнула — и нет её. То, что она сейчас существует, так это... как кто-то в удивительной книге говорил: четыре миллиона лет ДО НАШЕЙ ЭРЫ. Какая разница, если по сравнению с этими четырьмя миллионами наша эра и незаметна!

С. Логинов: Кандыба говорил.

Е. Лукин: Это Кандыба, да. И вот здесь происходит то же самое: дело происходит в Каменном веке, а мы говорим о Франции. Почему о Франции? Почему не о каких-то древних более... ну не важно. Понятно, потому что потом происходит история с Жанной д'Арк.

"Если в ближайшие 25 лет кроманьонцы не вытеснят более многочисленных неандертальцев с этой территории, то впоследствии могут сложиться неблагоприятные условия для развития цивилизации на Земле". Но позвольте: если кроманьонцы их не вытеснили, то остались неандертальцы, а история что же, происходит точно так же, но уже с неандертальцами — там, значит, Пелопоннес, Сократ и прочее?

С. Логинов: У неандертальцев были очень большие головы, ты представляешь, какой у них был бы Сократ? (Смеётся.)

Е. Лукин: А Сократ и был неандертальцем, судя по профилю. (Смех в аудитории.)

Ну... вот. Как-то это звучит даже несерьёзно: "если кроманьонцы в ближайшее время не освоят всю Францию, то в Европе и на Ближнем Востоке гораздо позже произойдёт Греко-персидская война, а Пелопоннесской войны не будет и вовсе".

Я что заподозрил: события изложены — а вот зачем они изложены, мне кажется, было не совсем понятно для самого автора. Может быть, вы скажете, ради чего это? Потому что с первой я вроде как кое-что понял, а вот вторая...

В.С.: Что я хотел показать: ну, во-первых, я тщательно изучал историю, и дело в том, что именно на территории Франции были найдены захоронения...

Е. Лукин: Ну да, Кро-Маньон и Неандерталь.

В.С.: ...то есть, в принципе, я из-за этого... вот. А что касается остального — по моему замыслу (...) эти саамы преобразователи, которые занимаются насаждением чего-либо и которые сидят и корректируют развитие истории (...) и начинается правка.

Е. Лукин: А альтернативная-то история не возникает у вас в повествовании.

В.С.: Значит, я плохо раскрыл.

Е. Лукин: И финал: хорошо, понятно, всё выстроено... — а Ирак откуда возникает в конце? Почему Франция-Франция-Франция-Франция — и в конце Ирак?

В.С.: Ну, видимо... то есть не "видимо", а я должен сказать, что во Франции (...) есть некие события, которые происходят (...) не только во Франции...

Е. Лукин: ...но ещё и в Ираке?

В.С.: Да. Почему бы нет?

Е. Лукин: Ну, эта вещь показалась мне более рыхлой. (...)

С. Логинов: "Его большая залысина на голове покрылась испарЕнной, а непривычно большие уши розово вспыхнули". Большая залысина, большие уши... Кстати: "залысина НА ГОЛОВЕ". А где она ещё бывает? Поделитесь. (В аудитории поднялся шум, обсуждают, где у неандертальцев могут быть залысины.)

Ну, в общем, написано крайне — крайне! — плохо. Тут дальше можно до бесконечности... "Вы должны до мельчайших подробностей растолковать мне о сложившейся ситуации". Что тут у меня ещё было подчёркнуто?.. "После того, когда..." (...) Нет, я не выдержал. "Он недооценил знаний преобразователя своих обязанностей". Вот кто-нибудь может сказать, что обозначает эта фраза?

А. Кубатиев: А повторить можно ещё раз?

С. Логинов: "Он недооценил знаний преобразователя своих обязанностей". (Аудитория обсуждает.) Это оказывается — если сесть и понять — имеется некий магистр, у которого есть некие обязанности, а преобразователь (его подчинённый) под него копает и эти обязанности магистра знает — и вот подловил его на невыполнении обязанностей и начинает шантажировать.

В общем, ладно.

Е. Лукин: К языку нужно более тщательно относиться.

 

 

(Продолжение следует.)

1. На конкурс принимаются фантастические рассказы от 2000 до 20000 знаков (на внеконкурс — от 1 до 40000 знаков), по одному рассказу от автора, соответствующие заданной теме и написанные специально для этого конкурса; сроки приёма работ — до 5 июля включительно (на внеконкурс — до 9 июля).

2. Участие во внеконкурсном состязании добровольное, принимаются от 1 до 4 рассказов от каждого автора — чуть дольше, чем на основной конкурс, и рамки допустимого объёма чуть шире, остальные условия такие же, как на основном конкурсе (т.е. условия внеконкурса жёстче, чем на прошлой фантЛабораторной работе). При достаточном количестве рассказов один или несколько рассказов внеконкурса, набравшие максимальные баллы, проходят в финальный тур основного конкурса.

3. Конкурс анонимный, авторам-участникам запрещается раскрывать своё авторство публично или в приватном порядке, а также до завершения конкурса публиковать свой рассказ в бумажных изданиях или сети Интернет. Все рассказы подаются только с основной учётной записи автора на сайте "Лаборатория фантастики".

4. В первом туре конкурса авторы оценивают авторов, следующим образом: рассказы разбиваются на группы, группы нумеруются, каждый автор должен прочесть все рассказы в группе, следующей за той, в которой находится его рассказ, и выбрать пятёрку лучших на его вкус. Из первого тура во второй проходит равное количество рассказов из каждой группы за исключением случаев с равными баллами.

5. Во втором туре прошедшие рассказы оценивают читатели — зарегистрированные пользователи Фантлаба (кроме собственно авторов второго тура), при этом оргкомитет будет пресекать любые случаи накрутки оценок или попытки целенаправленно "утопить" какие-либо работы. Для второго тура на каждый рассказ будет заведена страница-карточка, где можно будет поставить оценку и при желании написать отзыв (увеличивающий "вес" оценки); оценки и число проголосовавших читателей будут скрыты до конца тура.

6. В третий (финальный) тур проходит 10 рассказов из основного конкурса (в случае равных баллов их может быть больше), плюс при достаточной активности внеконкурса — один или несколько рассказов ещё и оттуда. В финальном туре тройку победителей определяет наше компетентное жюри.

7. Победители конкурса получают книги с автографом Марии Семёновой (автора нынешней темы для конкурса), кроме того, их рассказы организаторы отправляют в журнал "Мир фантастики" (при этом решение о публикации остаётся за редакцией).

8. Из второго тура с согласия авторов будут отобраны несколько рассказов для участия в мастер-классе Андрея Балабухи, который будет проводиться во время IV Российской встречи Фантлаба / Петербургской фантастической ассамблеи.

В.М.: Добрый вы человек. (Смех в аудитории.)

Е. Лукин: Первый рассказ (***) сильно смахивает, конечно, на капустник. И дело даже не в том, что Лев Вершинин под псевдонимом *** вмешивается в действие...

С. Логинов: Я решил, что это Эльтеррус.

В.М.: Я его с Эльтеррусом смешивал, то есть Вершинина и Эльтерруса действительно...

Е. Лукин: Эх. Беда в том, что если уж брать прототип, то брать его, так сказать, во всём объёме, а не только как... Нет, ну так какие-то черты характера да, сохранились, узнаваемы. Насколько я помню, автор и себя тоже ввёл в рассказ, причём довольно скромно так представил...

Ну да, в чём суть? — являются к писателю-фантасту два ангела, очень странные, с перепончатыми крыльями и рожками на голове, и говорят, что сейчас вот будет Армагеддон, а Землю нужно срочно восстанавливать, а вы вот, значит, фантаст, и в числе других тринадцати фантастов сидите и пишИте светлое будущее. Будет тринадцать материков на земле, и давайте...

С. Логинов: Играйте в "Цивилизацию".

Е. Лукин: Вот, ага. А оно так вот и будет — как вы напишете. За окнами там гром, треск, мир рушится, они оказываются где-то там в каком-то круглом помещении — и начинают работать.

С. Логинов: Где им дают что угодно, от ананасового сока до водки.

Е. Лукин: Ну, это не суть важно, а суть важно то, что будучи, так сказать, профессионалами, фантастами, они опять тут же быстренько загубили Землю, устроили между собой какую-то войну, все эти материки погорели к лешему... После чего выясняется, что никакого конца света не было, а эти черти, так странно прикинувшиеся ангелами, вот это вот всё им и подстроили.

К сожалению, должен сказать, что написан рассказ крайне небрежно. Я никак не могу открыть своё (имеется в виду, по-видимому, файл на ноутбуке Лукина), поэтому я передам пока слово...

В.М.: (Говорит что-то громко, но запись неразборчивая.)

Е. Лукин: То есть рассказ написан за час?

В.М.: Да.

Е. Лукин: Но это хулиганство. Это хулиганство! Вот нельзя так делать (смеётся).

Нет, в хорошем смысле это тоже хулиганство — но и в плохом. Так. (Обращаясь к С. Логинову) Добавишь что-нибудь?

С. Логинов: Ну что я здесь могу сказать... Конечно, очень странно: какой ты ни будь "молодой талантливый автор" и килобайтник, но если ты соображаешь, что ты пишешь не ради очередного гонорара... (ехидно) щедрых гонораров своих издателей... — а ради того, чтобы реальная жизнь была, то... Там девица какая-то продолжает анимешки, грудястые девицы у неё там чего-то шлёпают...

В.М.: Да?

С. Логинов: Там одна из ваших героинь... Кто-то продолжает рисовать вторжение Чужих...Нет уж! Когда надо встать и понять: так, я буду сейчас писать благорастворение воздухов.

Так что, психологически, вообще говоря, вещь абсолютно не состоявшаяся. Ну не могут быть люди до такой степени дураками — раз. Во-вторых, они же здесь общаются, и так просто сказать: "Слушай, парень, мы же сожжём Землю! Ничего у нас не получится!" Они должны друг с другом находить какой-то свой консенсус. Вместо этого каждый, простите, кружкой из своей лоханки зачерпывает водяру, и каждый молотит... — играют вовсю в "Цивилизацию", причём в "Цивилизацию" агрессивного типа, не столько развивая цивилизацию, сколько развивая воинскую силу и надеясь, что ща мы тут всех победим.

Ну и о том, как это написано. ""Я! Не! Шучу!" — отрезал Лёва". Так, пожалуйста, как отрезать такую фразу?

В.М.: Ну, как бы коротко, рывком ответить...

С. Логинов: "Я! Не! Шучу!" — три слова, причём в одном два слога. "Отрезать" — значит коротким: "Нет!" — вот это отрезал. "Вон!" — это отрезал. Так же как рявкнуть можно: "Гад!", "Пшёл!" А "о, ты, негодяй, я сейчас сокрушу твою челюсть мощью ударов своего кулака!.." — рявкнуть эту фразу нельзя. (Смех в аудитории.) Сейчас он скажет, что "ни в коем случае" можно только нивкоемслучкнуть (смеётся).

Дальше. Простите, товарищ пьёт кофе — а на зубах хрустит заварка. (Смех в аудитории.)

Из аудитории: Гуща.

С. Логинов: Гуща, конечно. И таких вот вещей много.

Ну вот, одна хорошая фраза, которая мне понравилась: "что-то доказывал с пеной у бороды".

Но в целом, в целом... "Кричащие коттеджи частного сектора". Коттеджи кричащими не бывают. Они трёхметровый забор заводят, и хрен ты там что увидишь. "Просто лежал себе РАДОМ на толстой столешнице из черного гранита". "Остальным явно закатилось за сорок". "Писклявый, но звучный голос". (Некоторое время изображает, как звучит писклявый голос и как — звучный, поставленный.) Много таких вещей. Рявкнул: "К чему ты клонишь?" — ну-ка, как это рявкнуть?

Ну и, конечно, мне этот рассказ не понравился из-за вот этой самой психологической недостоверности, несерьёзности.

 

 

9

Е. Лукин: Была когда-то такая повесть, не помню, какого автора: там группа лиц куда-то идёт, в какой-то трудный поход куда-то... и все они с усами, и все этими усами шевелят. На второй странице я догадался, что это тараканы. Значит, читал-читал-читал-читал, уже и сам заинтригован: что же будет в конце-то, чёрт возьми? — и вдруг на предпоследней странице выясняется, что — можете себе представить! — это, оказывается, тараканы! Автор в этом — потому что тема похожая — избежал, он всё-таки меня в конце удивил...

С. Логинов: Я догадался об этом на второй странице.

Е. Лукин: Ну вот, видите, просто разница, так сказать, в соображалке.

С. Логинов: Как только сказали, что женщина... Во-первых, свет в конце туннеля — и там ждёт женщина! — ну кто идёт? — вопрос (смех в аудитории).

Е. Лукин: Они оказались сперматозоидами.

Нет, я, видимо, торопливо читал, поэтому вот так вот получилось. Но — какой ценой подстерёг меня автор: он дал в руки сперматозоидам сабли, он заставил их жить в вигвамах, пить спиртное из бутылок, и прочее, и прочее — то есть действительно...

С. Логинов: Но на слове "псевдоноги"...

Е. Лукин: Как только замелькало, что "всё у нас псевдо-, и только хвост настоящий". Как-то тут всё...

В.М.: Ненастоящее?

Е. Лукин: Да нет, нет. Да, читателя нужно, так сказать, подстеречь неожиданностью, но не такой ценой; всё-таки надо было... тогда уж и "псевдовигвамы", и "псевдобутылки".

С. Логинов: А алкоголь настоящий.

(...)

Е Лукин: Вот такая у меня одна претензия. Потому что я очень люблю, когда начинается какой-то цикл, какой-то общий замысел, и меня вот так малость купило то, что у вас обе *** басни — они построены по одному канону и являются совершенно разными, объединены только обер-демоном ***. Кстати, почему он прибалт?

В.М.: (Что-то отвечает, но не слышно из-за смеха в аудитории.)

(...)

С. Логинов: "Меня послали, и я воспользовался".

Е. Лукин: "Меня послали..." — и он, собственно говоря, пробив резиновую стену презерватива, видимо, совершил зло.

(...)

Е. Лукин: В***, вот ещё что я хотел спросить: что это за ядовито-жёлтые скорпионы там?

В.М.: Спермициды.

Е. Лукин: Кто это?

В.М.: Спермициды.

С. Логинов: Но они же не представляют собой скорпионов! Это обычная химическая атака!

В.М.: Я их не хотел кристаллами... потому что воевать с кристаллами, для примера, — это было бы, конечно (неразборчиво)... Если бы я их сделал максимально противными...

С. Логинов: Мне было неприятно это читать, поскольку я как химик чётко представлял, что на них химическая атака идёт, а тут вдруг — скорпионы.

Е. Лукин: То есть неожиданный поворот, может быть, получился — со мной, не со Славой, но цена слишком велика: вы настолько замаскировали, что получилось не совсем честно.

Из аудитории: Зато по-хитренькому.

Е. Лукин: Зато по-хитренькому... но вот перечитывать уже как-то...

С. Логинов: Написано достаточно небрежно, масса лишних мусорных слов — но автор сам уже признался, что писал быстро-быстро-быстро. ""Бежите вперёд", — науськивает командир".

В.М.: Ну это прямая речь, может, командир неграмотный.

С. Логинов: "Бегу, перепрыгивая через горы трупов" — вот я представляю себе гору трупов, и как я через неё буду — с шестом, что ли? — прыгать.

Если уж писать такой рассказ, то надо было продумать хорошенько все преграды, которые встречаются.

Ну, в общем, наверное, и всё. Человек написал в меру забавный анекдот с довольно большим количеством ошибок и очень небрежно. Всё, что можно сказать.

 

 

(Продолжение следует.)