Станислав Лем «Терминус»

Очень сильный психологический рассказ! В мозгу старого робота идет своя жизнь, в которой души (?) погибших космонавтов ведут переговоры между собой, обсуждая катастрофу, постигшую их корабль и повлекшую за собой гибель космонавтов. Испытываешь при чтении целую гамму чувств: шок, сожаление, тревогу и абсолютную беспомощность: как помочь этим — душам. существам? — заключенным в кибернетическом пространстве — мозгу старого робота? Ведь когда произошло вмешательство извне, то эти — существа, души? -сразу же отреагировали. Значит, они понимают, чувствуют? Или же это просто таким причудливым образом перепутались логические связи в мозгу старого робота, который побывал в катастрофе? Прямого и однозначного ответа писатель не дает. Думайте сами. И мы думаем...

Очень интересный, хотя и жутковатый рассказ. Прочитан в год выхода сборника «Охота на Сэтавра», в 1965 г, а ярко помнится до сих пор.

Это произведение представляет собой скорее повесть,чем рассказ.Впечатляет все:описание старого корабля,подготовка к перелету,пестрый состав экипажа,присутствие старого робота и мн.др.Особенно цепляют философские размышления самого Пиркса.Забавен случай,когда Терминус поил и рассаживал по местам белых мышей.Черному коту,присутствующему на борту мной в начале чтения конечно отводилась большая роль,но далее он оказался третьестепенным героем.Морзянка мертвых при чтении скребла за душу и я думал,что Пиркс все-таки возьмется за расследование,но автор посчитал иначе и оказался прав.Респект одному из великих фантастов.Лем,как всегда на высоте и затрагивает высшие материи человеческой души.Конец немного печальный,но этого и стоило ожидать.Первый раз читал в 80-х.И с огромным удовольствием перечитал сейчас.

Кошмарный, если вдуматься, рассказ. В роботе, из-за какого-то невероятного стечения обстоятельств оказались «погребены» умирающие люди — и они продолжают умирать в нем, проявляясь лишь в постукивании его ладоней при цементировании утечек.

Жанр рассказа можно определить как «космическая готика», где вместо старинного замка — обшарпанный космический корабль.

Этот рассказ принято хвалить, но я по мере чтения только и делал, что повторял про себя: «Не верю! Не верю» Не верю!»

Не верю, что ракету сходу доверили человеку, вообще не знакомому с этой моделью и никогда на ней не летавшему. Даже с летчиком такое невозможно, а тут космический корабль! Привели за несколько часов до старта, ткнули носом, не дав ничего изучить, и сказали: «Лети!»

Не верю, что командир, ведущий ракету аж на Марс, практически до самого старта знать не знал, с кем ему предстоит лететь.

Не верю, что фирма, желающая заработать на космических перевозках, взяла такую разваливающуся рухлядь, да еще с протекающим реактором. Как следует из текста, первый же ее рейс под командованием Пиркса легко мог стать последним, и тогда плакали вложенные денежки!

Не верю, что ракета, три года назад прощедшая ремонт, оказалась в таком жутком состоянии.

Не верю, что рабочие, три года назад проводившие ремонт, не выкинули из ракеты сбрендившего и ни на что не годного робота. А выкинутый, он ни за что не попал бы обратно, поскольку у него был единственый путь — в утилизацию.

Не верю, что на борту пустующего корабля преспокойно жили кот и мыши. Чем они питались, если сбрендивший робот даже напоить их как следует не мог?

Не верю, что робот мог отстукивать морзянку, с помощью шлепков цемента на стенку реактора. Стуча молотком по трубе — мог, а шлепками — абсурд. Кроме того, передавая морзянкой такой объем текста, он бы еще до его окончания превратил реактор в сплошную цементную глыбу.

Не говоря о том, что подобный «высокотехнологичный» способ починки реактора в мире будущего вызывает оторопь.

Не верю, что в эпоху активного освоения Солнечной системы космонавты заполняли бортовой журнал от руки, возили с собой целые шкафы бумажных справочников, вырисовывали маршрут на кальке, общались морзянкой и понятия не имели ни о каких компьютерах. Даже не верится, что Лем, известный не только как фантаст, но и как блестящий футуролог (достаточно вспомнить «Сумму технологии»), попал в такое «молоко»...

Самые смешные моменты — использование мышей как индикаторов радиации (ну конечно, это куда надежнее, чем какие-то дерьмовые приборы!), а также покупку неощипанных кур на обед страдающему желудком корабельному доктору. Блин, я за всю жизнь (а годочков мне немало!) не видел в магазине неощипанных кур. Оказывается, они появятся на прилавках в достаточно отдаленном будущем...

Кстати, для чего вообще было описывать желудочно-кишечные проблемы доктора, который совершенно никакой роли в сюжете не играет?

В общем, получилась невероятно отставшая даже от нынешней жизни слезодавилка, герой которой повел себя крайне некрасиво, не по-мужицки. Не захотел травмировать свою нежную душу напоминаниями о трагической истории и решил проблему самым простым способом: нет напоминальщика — нет дискомфорта!

Отличный рассказ. Наверное, самый лучший, из цикла произведений про пилота Пиркса.

Правда, в технологическом аспекте, рассказ устарел, как и космический корабль, на котором произошла эта трагедия. Но это не главное. Очень сильная психологически и полная драматизма история. Наверное, одна из первых, про роботов, способных на эмоции, имеющих нечто вроде души. Рассказ ведь написан в 1961 году.

Тайна этой истории так и не раскрыта. Почему робот ( автор называет его автоматом) сохранил воспоминания о произошедшей много лет трагедии? Но не это главное. Почему эти воспоминания «живые», способные взаимодействовать и разговаривать с другими людьми?

Герой не стал в этом разбираться и ворошить прошлое. Может быть Пиркс был и не прав. А может , и правда, не стоило отдавать Терминуса ученым, все равно, прошлое не вернуть, погибших давным давно астронавтов не воскресить.

Рассказ, хоть и грустный, но отличный.

Рассказ произвёл на меня жуткое впечатление, брр... мурашки по коже бегут! На этот раз Пиркс выкупает старый грузовой корабль, для того чтобы использовать его в своих целях. Но когда он его покупал, ему было сказано что корабль с историей. Но вот с какой жуткой историей Пиркс даже не догадывался! Продали этот корабль под названием «Голубая звезда», на самом же деле, это оказался старый потерянный корабль Коррилан, найденный 16 лет назад, без экипажа. Был лишь один свидетель последних минут жизни экипажа — старый проржавевший робот Терминус. Терминус машинально воспроизводил последние минуты жизни экипажа, сводя при этом с ума Командора Пиркса. Сам робот этого не понимал, и это наводило на меня ужас, какой-то первобытный. Будто бы эхо катастрофы давно минувших дней пытается вырваться в настоящем! И поведать страшную историю смерти экипажа! Робот оказался призраком из прошлого.

Сам же корабль вроде бы и проржавевший, и работал наладан, всё-таки благополучно выполнил свою миссию. Поступок капитана Пиркса считаю гуманным по отношению к старому роботу, ибо очень было похоже, что робот сошёл с ума! неужели машины могут быть живыми и обладать теми функциями, которые в них не были первоначально заложены? Может ли робот быть личностью? Этот рассказ очень яркое тому подтверждение!

Весьма неплохой, хотя и несколько затянутый рассказ.

Робот, неосознанно выстукивающий переговоры умирающего экипажа — это крайне неожиданный ход.

А кульминация — обнаружение возможности «переговариваться» с членами умершего экипажа — вообще прекрасна.

Жаль только что Пиркс отказался от дальнейшего проведения «переговоров» — думаю, что это проявление слабости, а не силы.

Впрочем, проблема добровольного отказа от проведения сомнительных исследований — вообще весьма неоднозначна.

Мистический, немного страшный текст... Машина, робот Терминус, наделенный интелектом. И где-то в глубинах электронного мозга произошел сбой. Еще до первой морзянки робот страшен одним своим присутствием, железяка пережила гибель первого экипажа и теперь в строю, беззаботно заляпывает цементом трещины. С появлением морзянки ситуация становится жуткой, особенно когда Пиркс получает «ответ». Решение сдать андроида на лом возможно самое верное. Даже если робот и хранит в памяти подробности гибели предыдущего экипажа, ворошить эту память не хочется ни Пирксу, ни читателю.

Старый добрый пилот Пиркс... начинающий пока. Старый корабль — ржавчина, пыль, текущая гидравлика, все системы, дышащие на ладан. Его выпускают в рейс с огромными нарушениями, стремясь выжать из него «последние жалкие экю», пока первый встречный инспектор не поставит его на прикол. Старый скрежещущий ремонтный робот и старый корабельный кот. Экипаж, собранный кое-как.

И вдруг — морзянка! Переговариваются люди, которые давно и трагично погибли в катастрофе. Которых не может быть на корабле, и вообще нигде. Что же это такое?...

Нет, никакой мистики. И Пиркс вовсе не испугался, хотя и был шокирован поначалу. И он вовсе не поступил, подобно завхозу, как тут кто-то написал, не подумав. Просто надо уважать память погибших, и не заниматься вивисекцией «призраков» прошлого.

Коллекционный рассказ. Браво, Лем!

И опять меня сумел удивить великий поляк. На этот раз — со знаком плюс. Вот уж чего я не ожидал встретить у Лема, так это хоррора. А ведь «Терминус» (название-то какое!) — хоррор и есть. По огромной, пережившей катастрофу с человеческими жертвами, космической барже бродит единственный уцелевший в той катастрофе — робот — и сам того не осознавая, выстукивает морзянкой послания погибших. Причём, послания эти не лежат в нём мертвым грузом, а каким-то образом преобразовались в программы, с которыми можно вести общение. Фактически, разговаривать с призраками. Ну кому ещё, кроме Лема, могло такое прийти в голову? А уж дополнительные штрихи — поиски кота, сцена с рыбками — придают рассказу такой жути, что мороз по коже.

Жутковатый рассказ. Несколько портит впечатление обычная вещица из «золотого века» — как я это называю: ржавый меч и бластер на одном поясе. Сильное несоответствие — старая, трещащая по швам посудина и обслуживающий её реактор такой же древний автомат, НО — с искусственным интеллектом, до которого ещё расти и расти нынешним суперкомпьютерам. Он понимает любые задаваемые ему вопросы и отвечает, используя лексикон, совершенно излишний для робота-ремонтника. Ну, иначе ничего не срослось бы...

Наверное, лучший рассказ о Пирксе. Потому что совсем не такой, как остальные. В коридорах легендарного корабля веет лавкрафтовской жутью, робот Терминус, ухаживающий за мышами и стучащий по трубам морзянку от давно умерших космонавтов — бр-рр... Очень впечатляет. И Пиркс, так жестко поступивший с ожившей памятью погибших, представляется уже совсем не таким, как раньше — не мечтательным юношей с монетками в карманах, а мрачным командором, легко жертвующим чем-то «эфемерным» (но таким человечным!) ради практической цели.

Очень печальный рассказ с темным флером мистики. Физически чувствуется ощущение медленного удушья подобно нагнетаемому саспенсу. Не удивительно, что Пиркса охватило паническое состояние перешедшее в брезгливость, когда он «утилизировал» старого робота, вместо того, что бы сдать его в музей Жертв Беспощадного Космоса. Хотел ли он так прекратить мучения давно погибших коллег-космонавтов, которых он знал лично? Прекратить столь отчаянный вызов на жуткий диалог (черт его дернул выстучать морзянку и получить о т к л и к из потустороннего мира). Хотел ли он любой ценой «заткнуть рот» роботу-инвалиду? Терминус (имя латинское) предстает перед читателем старым античным рабом-калекой, который слишком много знал о страшной судьбе своих повелителей, но стал слишком старым для эффективной работы и подлежал замене как треснувшая лопата. И единственной наградой за долгие годы его верной службы людям стала сдача его в металлолом, которую впечатлительные читатели воспринимают как убийство немощного старика. Возможно этого и хотел Станислав Лем? Люди, задумайтесь, кому вы нужны будете в старости...

Страшноватый психологический рассказ. Невольно возникает образ космического «Летучего Голландца» экипаж которого, непонятно мертв или жив. Ведь Пиркс переговаривается с записанными в памяти робота душами погибшего экипажа. А что бы они не тревожили живых подобно призрачному кораблю отправляет робота в утиль. Один из сильных рассказов цикла.

Тема проработана, по моему некомпетентному мнению достоверно. Несколько идей, уже известных, но есть и обновлённые. В развязке, по-моему, проглядывает сверхзадача произведения. Интеллектуальная составляющая на высоте. Эстетическое наполнение не моё, ибо времени с момента написания прошло порядочно. Эмоциональная составляющей выше всяких похвал. Произведение вызывает сопереживание, сочувствие, без явных авторских «просьб». Сюжет стройный, с интересной завязкой, интригующим развитием действия, неожиданной кульминацией. Вот развязка, как уже упоминали выше, прочитавшие ранее, могла бы быть менее координальной. Ещё понравилось, как чётко отделены второстепенные герои и выделена сюжетная линия главного, причём темп, иногда еле различим. Интрига увлекает аж до развязки, включительно. Думаю перечитать в ближайшее время, посмотрю, какие идеи пропустил и как изменится ощущение от прочитанного.

Бесспорно лучший из рассказов цикла. И, в первую очередь, из-за своей роскошной эмоциональной составляющей: каково это — на корабле, одиноко несущемся в космическом пространстве, вдруг услышать людей, погибших более девятнадцати лет назад. А потом ещё и понять, что с ними можно общаться....

Кроме этого, в «Терминусе», пожалуй, лучше всего передана атмосфера космических будней, какими они представлялись людям в далёких 50 — 60-х. И пусть то, что описывает Станислав Лем, уже порядком не совпадает с нашими, современными представлениями о полётах в Солнечной системе, космосу пилота Пиркса, так талантливо нарисованному паном Станиславом, веришь гораздо больше, чем своим нынешним представлениям о полётах в космос.

Ну и, наконец, ещё одно, что нельзя не заметить: если предыдущие четыре рассказа цикла были написаны, как совершенно серьёзный вещи, то в «Терминусе» нет да нет, да и проскальзывают отдельные иронические нотки: здесь и бардак при загрузке корабля и оформлении полётных документов, и диспетчера, всеми правдами и неправдами собирающие штрафы со стартующих кораблей, и радиомеханик-кок, не способный приготовить хоть что-нибудь съедобное... :). И это делает рассказ ещё более привлекательным.