Аркадий и Борис Стругацкие «Отель «У Погибшего Альпиниста»»

Подумал-подумал я, да и решил написать кое-что о замечательной повести братьев Стругацких «Отель «У Погибшего Альпиниста»». Но это только года два назад она стала для меня замечательной. До той поры я её читать особо так не хотел. А всё потому, что имел о ней совсем превратное мнение. Где-то я прочитал о том, что сами братья Стругацкие эту повесть не любят, считают неудачной, попытались написать детектив, он у них не получился и всё такое. Однако, сила творческого наследия братьев Стругацких имеет одно поразительное свойство. Оно всё равно настигает своего читателя, даже если для этого понадобятся десятилетия. В моем случае — два десятилетия. И вот, основательно её прочитав (и перечитав), прослушав в аудиоверсии (и переслушав), я прихожу к выводу, что своё мнение в отношении этой повести надо как-то изложить в письменном виде. Тем более, что «Отель «У Погибшего Альпиниста»» для меня является необычной, в некотором роде, книгой. Эта повесть из разряда тех книг, которые прикидываются одним жанром, чтобы в решающий момент оказаться совсем другим. Повесть надевает маску детектива, как в античной трагедии, которая начиналась заурядной и банальной семейной драмой. Читателей приманили преступлением. Он, вот, приходит за разгадкой преступления, но вместо этого получает расследование собственной совести. Есть в этой повести одно неприятное открытие. Оно заключается в том, что зло в ней не носит демонического лика. Это зло аккуратно застёгнуто на все пуговицы, это зло предъявляет удостоверение и пытается действовать строго по инструкции. Главный герой инспектор Глебски не жесток, не глуп и не труслив. Он — обычный рядовой человек, рядовой потребитель, рядовой обыватель. И поэтому он просто не умеет представить, что жизнь может оказаться сложнее тех правил, которыми его снабдило государство. И вот тут он оказывается идеальным исполнителем трагедии. Если внимательно читать Стругацких, можно увидеть, что эти авторы вообще редко интересовались чудовищами. Братьев всегда больше занимали хорошие люди, которые попали в какие-либо плохие обстоятельства. А почему? А по одному парадоксальному факту. Этот факт состоит в том, что именно хороший человек, убеждённый в собственной правоте, оказывается, способен причинить миру наибольший вред. Нет, не ненависти. Вовсе нет. А из добросовестности! Вот мы подобрались и к главному вопросу повести. Где проходит граница между долгом и нравственностью? Да, закон необходим. Но что же делать, если этот закон перестаёт видеть живое? Ведь иногда важно следовать не букве, а духу. Как всегда, авторы не навязывают ответа. Авторы оставляют читателя наедине с ощущением, самая страшная ошибка — это не плохой выбор. Самая страшная ошибка — это отказ от выбора. Притом тогда, когда инструкция уже перестала быть достаточной.

Мне думается, что фантастика в этой повести никогда не была разговором о пришельцах. Зачем? Она была разговором о нас. Почему? Потому что пришелец в этой повести — это всего лишь увеличительное стекло, через которое особенно отчётливо виден человек. А если он не виден читателю, то это значит одно. Этот читатель не способен пользоваться увеличительным стеклом. Вот отсюда я хочу разделить своё повествование на две части, на два русла. На это меня толкает (вернее, подбивает) самая простая причина. Повесть состоит из детектива и из фантастики. Поэтому для начала я попытаюсь взглянуть на эту повесть:

1) как на детектив. Можно ли считать её детективом и сколько в ней всего детективного?

Вот, я задаю себе вопрос: является ли 'Отель «У Погибшего Альпиниста»» детективом? Мне хочется ответить парадоксом. А парадокс в том, что эта повесть — это детектив, который совершает убийство собственного жанра. И как же он это делает? Он это делает с редкой вежливостью. Вот, давайте, представим мысленную картину, некую такую метафору. Сначала он (детектив, то есть) заботливо расставляет всю мебель. Он знакомит нас с подозреваемыми. Потом запирает героев в заснеженном отеле. Присылает инспектора полиции. И даже — о, ужас! — предъявляет труп. Что это обозначает? Это обозначает то, что он выполняет все формальности, каких читатель вправе ожидать от классического детектива. А потом начинается сюжет. Потом вдруг выясняется, что преступление произошло вовсе не там, где мы его искали. Вот, если подходить формально, то перед нами безупречный детективный набор. Первое — есть замкнутое пространство (непременное условие со времён великой Агаты Кристи). Второе — есть ограниченный круг подозреваемых. Третье — есть загадочные происшествия, ложные версии, странные улики, какие-то ощущения, что каждый знает больше, чем говорит. И последнее, четвёртое — есть сыщик, в обязанность которого входит восстановление нарушенного порядка. Но именно здесь, с этого вот пункта, с этой точки, Стругацкие начинают играть против правил. Это очень замечательно. Мне очень это нравится. Ведь что получается? Классический детектив строится на убеждении, что мир рационален. Это как правило. Любая тайна имеет разгадку. Любое преступление совершает человек, которым двигали вполне земные мотивы, а вовсе не высокие идеи — деньги, ревность, месть и честолюбие. Работа же сыщика состоит в том, чтобы вернуть хаосу смысл. Что делают Стругацкие? Можно сказать, что Стругацкие совершают (с точки зрения канонического детектива) просто кощунственный поступок. Они подменяют сам предмет расследования. В ходе этого расследования выясняется, что преступление — не главное. А главное — ограниченность метода, которым его пытаются раскрыть. Что делает инспектор Глебски, этот главный герой в этой повести? Инспектор Глебски пытается вести себя как идеальный герой детективного жанра. Он сопоставляет факты. Проверяет алиби. Строит версии. Пытается исключать невозможное. И он терпит поражение вовсе не потому, что недостаточно умен. Совсем нет. Напротив, он слишком последователен. Ведь он расследует преступление тогда, когда всё вокруг давно превратилось в философскую задачу. Он расследует преступление, которое испарилось. Которое оказалось не преступлением.

Также я отказываюсь называть «Отель...» пародией на детектив. Ведь пародия смеётся над жанром. А здесь не так. На мой взгляд, Стругацкие относятся к нему слишком серьезно. Может быть, они проводят мысленный эксперимент. Скорее всего, они задали себе такой вопрос и попытались на него ответить: что случится, если безупречного полицейского, воспитанного в традициях рационального европейского детектива, столкнуть с обстоятельствами, которые принципиально не укладываются в его картину мира. И ответ последовал незамедлительно. Потому что ответ оказался страшным. А почему страшным? А потому что хороший сыщик способен стать причиной катастрофы именно по той причине, что остаётся хорошим сыщиком! Вот здесь обнаруживается весьма поразительная вещь. Настоящая загадка повести вовсе не в том, кто виновен. Отнюдь. Главная загадка, главная фишка: способен ли человек отказаться от собственной правоты ради более высокой истины? И вот эту загадку наш инспектор решить не смог. Я считаю, что детективного в этой замечательной повести, в этом шедевре, одновременно очень много и одновременно очень мало. Что значит для меня «много»? Почему я решил что — «много»? Потому что вся архитектура текста построена по законам детектива. Почему же я решил что — «мало»? Потому что детектив оказывается лишь строительными лесами вокруг совсем другого здания. И как только работа над зданием была окончена, леса становятся ненужными. Если и называть эту повесть детективом, то только так: метадетективом. Не произведением о преступлении, а произведением о пределах самого детективного мышления. В повести исследуется не тайна убийства. В повести исследуется тайна человеческой уверенности. Которая заключается в том, что любую загадку, оказывается, можно решить при помощи здравого смысла. Но вот какой ответ на решение этой загадки? Оказывается, здравый смысл великолепен. Это всё хорошо. Это всё замечательно. Это всё здорово. Но только тогда, пока мир не оказывается шире самого здравого смысла.

2) А теперь я попытаюсь взглянуть на эту повесть, как на образец фантастической литературы на тему контакта с представителями развитой внеземной цивилизации.

Итак, вперёд. Часто я сталкиваюсь с таким человеческим мнением, которое считает, что фантастика о контакте отвечает на один вопрос: что произойдёт, когда человечество встретится с иным разумом? Но вот лучшие примеры этого жанра (то есть, литературные произведения в жанре фантастики) быстро обнаруживают, что вопрос поставлен-то неверно. Что такое «встреча с инопланетянами»? Это только лишь внешнее событие. Ведь настоящий контакт, как мне кажется, происходит не между цивилизациями, а между человеком и пределами его человеческого понимания. И мне кажется, именно так устроена эта замечательная повесть. «Да, во мне нет космического размаха,« — словно говорит нам, читателям, эта повесть. — « Нет звездных флотов и триумфальных деклараций о братстве миров. Не прочитаете вы это всё на моих страницах». Однако, контакт здесь предельно тесен и почти клаустрофобичен. Вот только посмотрите на этот контакт. В этой повести что он из себя представляет? Несколько существ, скрывающих свою природу, несколько людей, запертых снегом в старом отеле, и один полицейский, который обязан во всем разобраться. Создаётся впечатление, что масштаб уменьшен до минимума. Но именно по этой причине этот эксперимент стал просто потрясающим, с моей точки зрения. Вот ведь какая штука. Мне кажется, большинство произведений о контакте пытаются проверить техническую зрелость человечества. А вот Стругацкие пытаются проверить иную зрелость. Зрелость нравственную. И их пришельцы совсем не похожи на классических завоевателей и поработителей с далёких планет. Они не стремятся подчинить человечество. Они не проповедуют своё превосходство и не превращают людей в лабораторных животных. Более того, они почти беззащитные. Им не нужна победа. Им нужна возможность остаться незамеченными. И вот это принципиально меняет всю конструкцию сюжета. Какая тут опасность? И от кого она исходит? Она исходит уже не от космоса. Она исходит от человека, который не способен признать существование того, что выходит за пределы его опыта. И вот это очень редкая для фантастического жанра инверсия. Ведь обычно контакты изображают как испытание человеческой науки. А в повести Стругацких контакт становится испытанием человеческого милосердия. Любопытен тот факт, что Стругацкие почти не выставляют устройство внеземной цивилизации. Мы узнаём о ней удивительно мало. Нам, как читателям, не объясняют её историю. Не знакомят с политическим устройством и не рассказывают о технологиях. По всем канонам научной фантастики это выглядит странной скупостью. Однако, именно эта недоговорённость оказывается художественной необходимостью. Ведь книга написана совсем не о пришельцах, книга написана о нас, людях.

Если подумать, можно прийти к выводу, что пришелец в фантастической литературе часто выполняет вот такую функцию: он приходит не за тем, чтобы рассказать о себе, а затем, чтобы вытащить наши собственные качества наружу. В «Отеле...» пришельцы становятся своеобразным нравственным реактивом, если выражаться так вот образно. Они проявляют скрытые свойства окружающих людей, как химический раствор проявляет невидимое изображение. И особенно важно иметь в виду, что трагедия возникает не из ненавести. Если бы люди сознательно уничтожали чужую цивилизаци, это была бы совсем другая история. Довольно грубая история. И, по существу, довольно банальная история. Нет, всё получилось гораздо страшнее. Контакт терпит крах, потому что обе стороны принадлежат к разным системам понимание мира. Можно сказать, одна сторона исходит из доверия, другая — из процедуры. Одна рассчитывает на сочувствие, другая — на инструкцию. И между ними нет никакого злого умысла. Просто между ними есть несовпадение представлений о норме. На меня финал всей повести этой производит определённое тяжёлое впечатление. Я прочитал книгу не о поражении землян и не о победе пришельцев. Я понимаю, что прочитал книгу о том, что цивилизация (настоящая цивилизация!) определяется не количеством знаний и не совершенством техники. Цивилизация, оказывается, определяется способностью признать существование другого сознания, не пытаясь в то же время немедленно подчинить его собственным правилам. Вот, что такое на самом деле настоящая цивилизация. Исходя из всего этого повесть «Отель «У Погибшего Альпиниста»» моих любимых писателей братьев Стругацких остаётся для меня одной из самых необычных книг о контакте. Да, согласен, она не обещает счастливого будущего и не рисует космических катастроф. Она делает больше. Для меня она мне предлагает гораздо более тревожную мысль. А именно: величайшая опасность для первого контакта заключается не в различии биологии, языка или технологии. Она (вот представьте себе, как представил я себе) заключается в нашей человеческой убеждённости, что мы уже знаем, как устроен мир и поэтому заранее готовы объявить невозможным всё то, что выходит за пределы привычного нашего опыта. В этой повести фантастика настолько сдержанная и настолько беспощадная одновременно. Стругацкие убедительно рассказали, что расстояние между Землёй и другой обитаемой планетой измеряется не световыми годами, а человеческой способностью понимать тех, кто не похож на нас.

3) А вот здесь два русла опять сливаются в одно русло, так сказать, в финальное русло. Понял ли я, как читатель, жанровую природу этой книги? Как я её для себя определил?

Да, это действительно детектив. Но детектив необычный. Необычный потому, что он расследует не преступление, а ограниченность самого детективного мышления. И показывает, что существуют ситуации, в которых правильная логика приводит к неправильному результату. Да, эта повесть — это тоже фантастика. Но не фантастика о космосе. А фантастика о человеке. И как здесь изображён контакт? Не так, как обычно думают — встреча двух цивилизаций. Нет, не так. Контакт начинается значительно раньше. Он начинается в ту минуту, когда человек допускает возможность существования иной правды. Эта правда не обязательно должна быть внеземной, инопланетной. Вообще какой-либо иной. И пока этой готовности нет, никакие звездолёты не помогут, никакие космические перелёты. Ведь можно долететь до другой галактики и остаться нравственного запертым в собственной комнате. Вот этом отношении для меня братья Стругацкие являются удивительно трезвыми писателями. Они убедительно мне доказывают, что технический прогресс не делает автоматически человека лучше. АБС вовсе не считают, что космические путешествия решат моральные проблемы всего человеческого рода. И они совершенно правы, как мне думается. Читатель этой книги закрывает её не с ощущением разгаданной тайны. Он закрывает её с ощущением несданного экзамена, с ощущением экзамена позорного и провального. Но экзамен этот сдавали не пришельцы. Его сдавали люди. И они получили неудовлетворительную отметку.

За историю человечества написаны миллионы, если не миллиарды книг. Придумать что-то действительно новое практически невозможно. Сюжеты так или иначе повторяются.

Отрезанное от всего мира место действия. Ограниченное количество героев. Цепь необъяснимых событий. «Убийца среди нас!»

Мне кажется, я встречала этот сюжет не меньше десятка раз.

Но в том-то и гений братьев Стругацких. Положив в основу своей повести ряд банальностей, они сумели так перекроить и так преподнести эти, казалось бы, избитые штампы, что даже не возникает мысли о вторичности. Напротив: именно это повесть кажется образцовым оригиналом, а всё, написанное до, – так, жалкой копией.

На мой вкус чуть затянулось появление интриги, хотя и в этой неторопливости был свой шарм. Дальше была самая лёгкая часть – цепь таинственных событий. Нагнать тайну ведь не так и сложно, сложно (это уже следующий этап) красиво её разрешить. Получилось великолепно. А на десерт – тема общечеловеческой морали.

И, как всегда у Стругацких, приятное послевкусие. Чёрт побери, какие же они каждый раз разные! И всё-таки это они, единственные и неповторимые.

Прочитал я эту историю и честно говоря, остался в смешанных чувствах. С одной стороны это детектив в закрытом отеле, где снег, горы и куча странных персонажей. Читается легко, юмор у Стругацких отличный, а загадок столько, что голова пухнет.

Но вот главный герой, инспектор Глебски, под конец начинает просто бесить. Вроде взрослый мужик, полицейский, а ведет себя как робот с заглючившей программой.

Это не просто детектив, а рассказ о том, как человеческая серость и страх перед неизвестным могут погубить что-то по-настоящему великое

По началу атмосфера реально интригует. Есть что-то от «Волшебной горы» Манна — не сюжетом, конечно, а самой моделью пространства: отель как изолированный “карман” вне нормальной жизни, где время течёт иначе, люди застревают в вынужденном соседстве, и напряжение растёт не от действий, а от накопления намёков и разговоров. Плюс ощущение, что место само по себе влияет на поведение и высвечивает в людях скрытое.

Параллель с «Нечто» тоже напрашивается — клаустрофобия, замкнутая группа, снег/изоляция, нарастающее недоверие и мысль “среди нас может быть не тот, кем кажется”. Там, как и здесь, страшнее не внешний враг, а распад доверия внутри маленького сообщества.

И при всём этом — да, по-стругацки всё подано проще: без тяжеловесной философской мантии, с бытовой интонацией, с лёгким юмором и ощущением “несерьёзности”, которая только усиливает тревогу, потому что опасность подкрадывается будто бы через обычные разговоры.

Чего мне не хватило — раскрытия инопланетных гостей. Чтобы за них хоть как-то переживать, нужно увидеть в них не функцию, а личность. А здесь они ощущаются как существа в масках, которые имитируют людей. Поэтому я, как и герой, первым делом думал бы про разведчиков: слишком уж рационально это выглядит, слишком “по задаче”, без человеческой (или нечеловеческой) уязвимости.

И ещё один момент: трудно поверить, что существа с технологиями, радикально превышающими человеческие, так легко поддаются манипуляциям земных гангстеров. Сюжетно это двигает историю, но на уровне правдоподобия у меня скрипело.

Тем не менее читать было интересно. За атмосферу, необычную смесь жанров и уникальный стиль — 7/10.

Книга-настроение, книга-эксперимент.

В жизни каждого писателя бывает трудный период, когда старые книги печатаются мало, а новые издатель не принимает по разным причинам или их не пропускает цензура. Начало 70-х – период острых противоречий Стругацких с официальной советской цензурой, которая «давила и не пущала» умные свободолюбивые книги, отчего авторы впадали в болезненную депрессию. Но поскольку надо было как-то зарабатывать на жизнь, братья решили обратиться к более простым и популярным жанрам литературы, а именно – к детективу.

Так в 1970 году появилась знаменитая повесть «Отель «У погибшего альпиниста», где Стругацкие решили поиграть на поле классических детективных авторов и использовать художественный прием «убийства в закрытой комнате». Таким фокусом баловался еще Конан Дойль с его самым знаменитым в мире сыщиком, но одна из лучших вещей здесь – это «Десять негритят» Агаты Кристи.

Сходство один в один. Герои Агаты Кристи оказались на острове, отрезанном от мира морем в шторм, герои Стругацких – в высокогорном отеле, единственную дорогу к которому перекрыла лавина. У Кристи в особняке собирается разношерстная компания людей, на первый взгляд, друг с другом не связанных, и у братьев тот же расклад, только в обойме имеется полицейский инспектор. И там и здесь действие начинается с убийства постояльца, за которым следует цепочка странных событий. Стругацкие умело имитировали жанр, как всегда, сделав умный, увлекательный, особенный текст.

Но вот дальше жанровые векторы расходятся; в классическом детективе история заканчивается на раскрытии преступления, т. е. изобличении убийцы («убийца – дворецкий!»), а у братьев в «Альпинисте» с этой узловой точки все наоборот… начинается. Сделав детективную форму, они снабдили ее фантастическим содержанием с элементами шпионского триллера. И тогда все становится на свои места, сразу становится понятным поведение персонажей. Уж не знаем, как остальным, а автору этих строк больше всего запомнился господин Мозес, исправно прихлебывающий что-то из кружки. Плюс воссоздана мифология, атмосфера места, отель производит очень уютное впечатление, такая зимняя сказка с открытки. Текст здорово вестернизирован, если бы не имена авторов, можно было бы уверенно сказать, это написал кто-то из зарубежных.

Иными словами, детектив в повести – камуфляж, за которым открывается история визита на Землю инопланетных разумных гостей. Стругацкие посчитали книжку не совсем удачной, но то что «так себе» у этих гениев – недостижимая высота для остальных авторов. «Альпинист» читабелен, смело берите эту книгу и знакомьтесь с Глебски, Сневаром, Мозесом и другими персонажами.

Детектив фантастике не товарищ

Интерес к этой вещи Стругацких подогрет информацией, что фильм по ней снимает Александр Домогаров-младший, хотя релиз еще нескоро — в прокат обещают выпустить через полтора года. Станем наблюдать, приготовив ладошки для оваций или фейспалма. А в ожидании, повесть можно перечитать или переслушать, как это сделала я, в исполнении Владимира Левашева, очень недурном.

В горный отель, расположенный в некоей европейской стране, приезжает полицейский инспектор, дабы побыть в одиночестве, отключиться от всего, побегать на лыжах, именно «бегать» он употребляет, будто речь не о горных лыжах. Гостиничка небольшая и уютная, владелец радует гостей, желающих, и в особенности не желающих слушать, историей погибшего альпиниста, в честь которого место названо.

Кроме хозяина, служанки Кайсы и инспектора Глебски здесь: богач Мозес с красавицей женой Ольгой; физик Симонэ; невзрачный тип Хинкус в примечательной шубе; нордический красавец Олаф Андварофорс; фокусник дю Барнстокр с андрогинным чадом своего покойного брата, не разберешь — юношей или девушкой. Брюн — довольно неудачный анахронизм этой истории, которая писалась накануне 70-х, когда стильная молодежь культивировала образ унисекс: все в джинсах и обуви на платформе, у мальчиков и девочек одинаково длинные волосы, карикатурами на неопределенного пола людей радовал читателей журнал «Крокодил», но в книге неумение полицейского определить, что перед ним девушка, внушает сомнение в его профессионализме.

После ужина постояльцы проводят время в приятном обществе друг друга, немного пьют, немного играют на бильярде,немного танцуют, немного флиртуют. Ночью Глебски, как и весь отель, разбужен грохотом — сошедшая лавина завалила единственный путь к отелю. До времени, пока завал расчистят, гости отеля стали его пленниками. Немыслимо, но в двери стучится путник, явно контуженный и умирающий от холода, и требует немедленной встречи с Олафом, которого находят в его запертом изнутри номере, совершенно мертвым. Позже пришелец представится Луарвиком, а в истории смешаются гангстеры, шальные деньги, шантаж и подкуп, роботы и пришельцы.

Всего этого будет слишком много, чтобы получилась интересная, логически непротиворечивая, история, и если есть у Стругацких то, чего я не ценю — то это «Отель «У погибшего альпиниста». Не полюбила, когда читала в первый раз, не удалось и сейчас.

И вновь классика советской фантастики – повесть братьев Стругацких «Отель «У Погибшего Альпиниста». Стоит сразу отметить, что это довольно необычное произведение для писателей. Эта необычность связана с историей написания. Дело в том, что в конце 60-х братья-фантасты находились под пристальным вниманием советской цензуры – о публикации чего-то серьезного не могло быть и речи. Вот Стругацкие и решили написать детектив, но не обычный, а резко переходящий в их любимую фантастику. Сложно рассказать о сути повести без некоторых спойлеров, но самый главный спойлер уже сделала обложка книги… Сами авторы оказались недовольны результатом, а вот мне понравилось.

Инспектор Петер Глебски приезжает в небольшой горный отель на отдых по рекомендации своего коллеги. Правда отель этот довольно необычный. Несколько лет назад один из постояльцев ушел в горы и не вернулся. В честь его, Погибшего Альпиниста, и был назван отель. Хозяин, Алекс Сневар, свято чтит память о нем. Настолько, что превратил бывший номер Альпиниста в музей. В отеле периодически творится всякая чертовщина: то вещи пропадают, то появляются непонятные послания, то трубка Альпиниста курится сама по себе. Одним словом, весь отель кажется наполненным его присутствием.

Постояльцы отеля также весьма необычны. Симон Симонэ – физик, от скуки лазающий по стенам. Известный иллюзионист Дю Барнстокр с Чадом покойного брата (молодым человеком или девушкой, сразу и не поймёшь). Семейная чета Мозесов: муж – странноватый господин с замашками миллионера и манией величия, жена – ослепительно красива, но глуповата. Олаф Андварафорс – мужчина с внешностью викинга. Хинкус – невзрачный человечек, приехавший в горы лечить туберкулёз свежим воздухом. Можно добавить к этой пестрой компании и постоянных жителей отеля. Хозяин отеля, Алекс Сневар, увлекается механикой и утверждает, что изобрел вечный двигатель. Кайса – горничная, «этакая кубышка лет двадцати пяти», очень глупа и смешлива. Ну и конечно же, Лель – сенбернар Погибшего Альпиниста, очень умен и понятлив.

Роман начинается с неспешного знакомства с персонажами. Затем один из постояльцев оказывается убит, а из-за обвала отель оказывается отрезан от остального мира. Инспектор хотел отдохнуть, но получается так, что только он может разобраться во всем происходящем. На первый взгляд, все происходящее напоминает типичный герметичный детектив в духе Агаты Кристи. Однако по мере расследования Глебски находит все больше и больше фактов, которые не укладываются в обычную логику. Хозяин намекает на мистическую составляющую происходящего, но прагматичный ум инспектора отказывается это принимать. Шаг за шагом инспектор раскручивает это дело, но кажется, что логического объяснения попросту нет. Перед Глебски встаёт нелегкий выбор: Поверить в невозможное или и дальше цепляться за привычное? Поступить по инструкции или по совести? И как потом жить с этим выбором? Внутренняя борьба главного героя показана очень реалистично.

Хотелось бы поговорить о плюсах повести. Это история, в которую проваливаешься буквально с первых страниц. Интрига просто не даёт отложить книгу. «Отель» приятно читать и благодаря лёгкому юмору авторов, который именно в этой повести помог раскрыть для меня Стругацких с новой стороны. Не обошлось без интересной философской дилеммы. Инспектор все-таки сделал свой выбор, и теперь расплачивается за него. Это прекрасно раскрывается в эпилоге. Что ж, Глебски можно только посочувствовать. Заметно, что авторы не пощадили своего главного героя.

Итог: «Отель «У Погибшего Альпиниста» раскрыл для меня Стругацких с новой стороны. Это очень интересная повесть, в которую погружаешься с головой. Сюжет интригует, а НФ-элементы, добавляют в классический детектив эффект новизны. Персонажи тоже не подкачали – они очень яркие и запоминающиеся. Смело могу рекомендовать всем любителям хорошей литературы.

Я была знакома с историей по фильму, но это было давно. В общих чертах я помнила о чём пойдёт речь – кто, как, зачем и почему – поэтому при чтении мне было интересно наблюдение за развитем событий и за поведением героев. Ведь оценить это удивительное происшествие с точки зрения человека довольно трудно, а для обитателей отеля ситауция сложилась совсем необыденная.

Несмотря на то, что повесть короткая, развитие событий не бросается с места, хотя глядя на всех персонажей понятно, что в отеле скучно не будет – обязательно что–то да произойдёт. Герои выглядят не серьёзно, а немного карикатурно, да и большая часть повести читалась мною с долей иронии. Инспектор Глебски вроде и полицейский, но не настоящий сыщик – он просто оказался не в то время и не в том месте – его логическое ведение дела здесь явно не срабатывает, его разрывает от обилия информации, нестыковок, несоответствия и порою безумных выводов. Да в таком сложном деле и опытному сыщику было бы невероятно сложно. Обитатели отеля обсолютно необычны, их поведение зачастую не укладывается в рамки поведения обычных посетитетлей отелей, некоторые и вовсе кажутся сумасшедшими. Они заполняют будни отеля своими причудливыми фантазиями, различными розыгрышами, вовсе несмешными шутками, которые кажутся необъяснимыми и придают отелю мистическую атмосферу, но в результате всё оказывается проще, чем есть на самом деле.

Преступление выглядит, как настоящее с массой необъяснимых причин, загадок и нелогичных выводов, некоторое развитие кажется и вовсе немыслимым – допросы дают почву для бредовых умозаключений. И в итоге, если не знать сюжета, события делают кувырок: все сводится к ,,контакту'' и ,,пациент скорее жив, чем мёртв'' и развязка с пришельцами и бандитами выглядит довольно прямолинейно.

Идеи в повести затронуты важные: конфликт долга и человечности, духовная незрелость людской расы, проблемы нравственного выбора и проблемы нашего мира, неспособность к диалогу на всех уровнях и т.д. Вот только на фоне общей несуразности истории вечные темы обозначены поверхностно и я ими не прониклась. Я не поверила Глебски, когда ему стало жаль Мозеса.

Но всё же повесть обладает безупречным стилем, мягким и качественным слогом, забавными персонажами с их ,,выкрутасами'' – самый забавный здесь пёс Лель – пронизывающей события иронией. Приятно окунуться в чуднУю, курортную атмосферу заснеженного отеля с его лёгкой аристократичностью, с его завуалированной реальностью и посочувствовать Глебски и всем посетителям отетля ,,У погибшего альпиниста''.

Горный курорт с развлечением в виде горных лыж, прогулок по свежему воздуху, уютный отель, окутанный тайной исчезновения альпиниста, группа веселых отдыхающих. Но вдруг выясняется, что проживающие в отеле скованы снегом, взяты в кольцо снежной стихией и являются отрезанными от внешнего мира до тех пор, пока не приедут спасатели. Остается только наслаждаться отчужденностью от цивилизации, познакомиться с другими приезжими, покутить, завести, быть может, курортный роман и поиграть в карты у камина. Прекрасная атмосфера, созданная братьями Стругацкими.

М-да, это же идеальная сцена для того, чтобы прозвучал выстрел и кого-то ткнули в бок отравленным шурупом. Да и наличие в числе отдыхающих инспектора полиции не просто так. Нас уже приучили, что милиционер на отдыхе сталкивается с преступностью в два-три раза чаще, чем во время непосредственной работы.

И вдруг, кто бы мог подумать, в одной из комнат обнаруживается труп. Убийство без каких-либо следов и минимумом улик. В дело вступает инспектор Глебски с нюхом, как у собаки, и глазом, как у орла. Ему-то и предстоит вычислить преступника.

Собственно, перед нами оказался классический неостросюжетный детектив с фантастическими элементами в качестве разгадки. Действие до убийства подзатянуто, хотя это можно оправдать тем, что авторы хотели больше познакомить с действующими героями, некоторые из которых оказались весьма харизматичными. Подозрения, типичные детективные вопросы (где вы были с 8 до 9? Кого видели по дороге?), впрочем, без изысков, хотя дань классике Стругацкие отдали.

В конце-концов я настолько втянулся в реализм происходящего, что концовка в виде фантдопа оказалась для меня худшей, что можно было вообразить, не к месту, не совсем понятной, с какими-то новыми неизвестными, что рушит привлекательность всего уравнения с, казалось бы, одним неизвестным. В итоге, вместо закрученного сюжета, напряженной кульминации и поимки особо опасного преступника Стругацкие повернули повествование в сторону психологизма и подвели под глубокую мысль: что важнее — долг или чувства?

Жаль, но у меня осталось чувство, что все могло бы быть по-другому. Произведение, в целом, весьма неплохое, а любителям фантастики, ностальгирующим по книгам Агаты Кристи – это будет в самый раз. Прочитать стоит хотя бы ради атмосферы в отеле.

Могу перечитывать бесконечно. Никогда не надоедает!!!

Я прям представляю как Борис Натанович говорит Аркадию Натановичу (или Аркадий Борису, не важно), озорно так, «А давай напишем детектив?» а тот ему отвечает «Точно! Классический! Чтоб место действия такое, куда кроме героев никому не попасть, герои сочные, самобытные и с неочевидными связями.» А первый перебивает «И надо непременно опытного сыщика ввести! И ещё малозаметный персонаж, кухарка например. Ученый и артист обязательно, в лучших традициях жанра». Второй соглашается «Может даже артист цирка, это так подозрительно! Толстосума с женой юной и загадочной, молодых людей, что б было к сем пофлиртовать, или к кому приревновать, и, может ещё, мафиози.» «Отлично! Пишем!»

И стали они вдыхать жизнь в персонажей. Здесь у Стругацких всегда всё очень круто. Какими бы невероятными не были истории, персонажи Стругацких всегда живые и при этом неординарные. Одно «чадо» чего стоит. Это ж надо было удержать интригу до самого конца и не поддаться искушению расставить точки над Ё. Или взять «унылого шалуна» Симоне, или озорного Дю Барнстокра? Ну это же гениально, детектив у нас специализируется на экономических преступлениях, к тому же стар и устал, а его ко всему ещё и мистифицируют.

В общем написали. Посмотрели — не получилось. И не могло!!! Просто потому что этим двум мозгам было тесно в рамках классического детектива. Получилась великолепная, насыщенная невероятная история, которую я готова уже снова перечитать.

Хочется ещё обратить внимание на то, что отель «У погибшего альпиниста» появился на 7 лет раньше, чем отель «Оверлук», так же как Жук в муравейнике написан на 6 лет раньше, чем ОНО. Интересно, у Стивена Кинга в библиотеке есть книги Стругацких?

Чем больше я читаю Стругацких, тем больше я понимаю, как сильно я их оказывается люблю. Потому что это уже вторая книга, рецензия на которую должна выглядеть так: «ЫЫЫЫЫЫ!!!!». После того, как прочитываешь последнюю строчку, так себя и чувствуешь — выдать можешь только восторженное мычание, а ощущения как будто тебя полным собранием сочинений Стругацких по голове и отфигачили.

«Отель «У погибшего альпиниста» не похож на другие произведения Стругацких. И в то же время там осталось все то, что я так обожаю в их книгах. Во-первых здесь есть просто неподражаемые персонажи. Чего стоит Брюн — неопределенного полу чадо, обладающее шикарным мотоциклом и невыносимыми манерами. Или гениальный физик Симон Симонэ, скачущий по стенам и потолку? А великий мистификатор Дю Барнстокр? Сам господин Мозес с его неизменной кружкой. Прелесть, просто прелесть. Не говоря уже о том что даже Лель, хозяйский сенбернар — и тот сапиенс.

Во-вторых прекрасный язык АБС. Будь моя воля, я бы всю книгу от начала до конца в цитаты и запихнула. И наизусть бы выучила, так на всякий случай. Только по описанию перед глазами как живые вырастают все герои, и трясутся брыли у Дю Барнстокра, и слышишь хриплый бас чада, и пустой безжизненный рукав Лаурвика, и доносится с открытых страниц замогильный хохот Симонэ.

А юмор? А стиль? А диалоги? Чего стоит все то, что говорит Луарвик:

[q]— Хорошо, оставим это, — поспешно сказал я. — Вы иностранец?

— Очень, — сказал он. — В большой степени.

— Вероятно, швед?

— Вероятно. В большой степени швед.[/q]

Возможно, сам сюжет не очень изящен, а финал бьет по голове тяжелым кованым сундуком господина Мозеса. Но за ширмой прямолинейной как шпала НФ, детективной составляющей и прелестной вязи слов все равно АБС поднимают очередную социальную проблему — проблему выбора. Поступить по правилам или поступить по совести? И что потом будет мучить сильнее?

Есть книги, к которым хочется возвращаться, которые словно бы отдельные комнаты в твоей квартире, всегда готовые к посещению, нужен лишь ключ. Простой ключ, который называется «настроение». У Стругацких долгое время такой книгой для меня была «Понедельник начинается в субботу». Теперь рядом с ней будет стоять «Отель «У погибшего Альпиниста».

История, которая начинается как классический детектив, а к концу превращается в научную фантастику. Даже настроения в ней меняются: от безмятежности к ироничному подтруниванию, от напряженного расследования к неоднозначному финалу. Итак, инспектор Глебски приезжает в отель «У погибшего Альпиниста», чтобы отдохнуть от четырех лет непрерывной службы и укрепить здоровье. Вскоре, правда, мирному отдыху приходит конец, т.к. сход лавины блокирует всех постояльцев в отеле на неопределенный срок. Но на этом несчастья не кончаются, и в ту же ночь происходит необъяснимое убийство в запертой изнутри комнате. Покой инспектору даже и не снится теперь, а видится где-то в далеких мечтах. Да, сюжет очень в духе Агаты Кристи, вот только Глебски не Эркюль Пуаро и вообще специалист он по экономическим преступлениям, а не убийствам. История привлекательна еще и тем, что поначалу, читая ее, отдыхаешь душой: все эти ироничные ситуации и детали, шутки про кружку Мозеса, пол чада и прочее. Концовка же преподносит целый букет моральных проблем, о которых задумывается инспектор, а значит и мы тоже.

Нельзя не упомянуть и о персонажах повести. В детективах, где дело происходит в замкнутом пространстве, во главу угла ставятся именно персонажи, а значит они должны быть яркими и запоминающимися. Агата Кристи поступала просто: экспериментировала с вариациями национальностей, профессий и т.д. Братья Стругацкие пошли дальше: каждый персонаж здесь личность, которая выделяется не только внешностью и характером, но и привычками, а также образом жизни. Мы познакомимся с унылым шалуном и блистательным, но немного сумасшедшим физиком Симонэ, старым фокусником и слегка мистификатором дю Барнстокром, племянницей... нет, племянником... или все-таки племянницей? Ладно, не важно, с чадом покойного брата фокусника, которое обладает страстью к мотоциклам, легкому хамству и сигареткам. Увидим богатея Мозеса, способного отхлебнуть из своей кружки раз 200, ни разу не долив в нее, с его женой, которая является воплощенной мечтой всех мужчин, да много еще с кем. И поверьте, каждый персонаж запоминается и с каждым из них приятно иметь дело (за небольшим исключением).

Главный недостаток книги, который меня больше всего покоробил, – ее аннотация, раскрывающая главный финт ушами всей повести. Возможно, если бы я ожидал от книги только детектива, читать было бы интереснее (возможно, конечно, что и нет, но теперь-то не узнаешь). Несмотря на это (а еще – на тягу книги к оборотничеству), свое удовольствие я от книги получил, причем немалое.

Рекомендую всем любителям детективов, неспешного повествования, творчества А. и Б. Стругацких, а также

Как-то ранее не довелось прочесть это произведение авторов. А потому получил особенное удовольствие от прочтения — и в первую очередь от языка и манеры повествования. Написано так легко, образно и захватывающе, что даже смущающая поначалу своей неожиданностью атмосфера классического детектива с элементами таинственно-мистических «зомбизмов-момбизмов» абсолютно не портила впечатление от предвзятого (в связи со знакомством с другими произведениями авторов) настроя на НФ.

Но приблизительно к моменту появления в отеле Луарвика (хотя устойчивые подозрения существовали изначально;)) все становится на свои места — и авторы вновь оправдывают свое заслуженное звание Мэтров НФ — знатоков человеческих душ и умельцев в контексте фантастических событий показать нам человечество и его характерные достоинства, недостатки.

Окончание повести не открывает полностью завесу тайны — но намекает на трагедию и раскрывает ее влияние на умы и сердца участников описанных событий.

Рекомендую к прочтению всем, кто хочет получить удовольствие от старой-доброй НФ (с уклоном в «мягкую», гуманитарную), где фантастический элемент абсолютно не мешает видеть ироничные, с легкой грустью мысли авторов о свойствах человеческой натуры.

P.S. Концовкой (а именно — влиянием описываемых событий на дальнейшие судьбы и осмысление произошедшего Симонэ и Глебски) повесть чем-то напомнила «Солярис» Лема и фильм «Контакт» Роберта Земекиса.

Классический «герметичный» детектив, изящно смешанный с отличный юмором. И, совершенно неожиданно, в финале превратившийся в серьезную научную фантастику.

Ничего нового написать в своем отзыве на такое знаковое произведение Стругацких, наверное, я не смогу — всё уже повторялось не раз в других рецензиях: и про ярких колоритных героев, и, про стандартную для этих авторов вечную попытку выбора правильного решения из таких вариантов, в которых его нет... Про некоторые нестыковки сюжета и, кое-какие, моменты «притянутые за уши». Про великолепную атмосферность. И, конечно, про «теплые» и уютные сцены распития глинтвейна у камина...

Да, наверное, я, прежде всего, перечитываю эту повесть из-за почти реального ощущения своего присутствия в заснеженной горной долине, отрезанной обвалом от остального мира. Запахов табачного дыма и свежего морозного воздуха. За вкус горячего портвейна со специями. И, возможность почувствовать себя сидящим в кресле у горящего камина...

Особенно, всё это заметно в зимние вечера.

Конечно, юмор у Стругацких, как всегда, хорош.

Интересен резкий и неожиданный переход от некого лёгкого и ироничного повествования к трагической развязке в финале.

И, как всегда в книгах у этих писателей, есть много вещей, над которыми нужно задуматься, поставив себя на место главного героя.

Отличная повесть.

Мне повесть не понравилась, хотя оценка довольно высока — за сцены с камином и бокалом портвейна )))

Прежде всего, на мой взгляд идея скрещивания детектива и фантастики довольно ущербна. В детективе вы пытаетесь вместе с героем расследовать преступление и разгадать подсказки, разбросанные по тексту. Но когда внезапно какие-то моменты находят сверхъестественное объяснение, в корне меняются правила этой своеобразной «игры». Ну, сел ты играть в шашки, и тут твой оппонент начал играть в чапаева... Вот обидно.

Персонажи все весьма и весьма странные. Какой-то цирк с конями, ей богу. И акробаты, и фокусники, и гендерно неопределившиеся. Множество моментов вообще не важны для сюжета. К примеру, Брюн. Зачем?

Далее у меня сложилось впечатление, что финал и предыдущие 14 глав текста как бы живут отдельно. Выбор, который встал перед героем, очень гипотетический, условный. Инопланетяне статичны, ничего кроме уговоров и вялых попыток подкупа для собственного спасения не предпринимают. Глебски изначально оказывается в сверхстрессовой ситуации — последствия травм, хронический недосып, угроза со стороны бандитов. Мало? Инопланетяне прибегают к следующим доводам: Луарвик — калека, как можно над ним издеваться? Где твоя совесть, Глебски?! И — «это меня убъет, но я это сделаю«!

В общем, мне по-настоящему было жаль именно Петера Глебски. Человек оказывается под колоссальным психологическим давлением просто за то, что старается выполнять свои профессиональные обязанности. И вот есть у нас инспектор, расследующий дела с финансовыми махинациями и растратами. Который каждый день сталкивается с рыдающими и уверяющими в своем благородстве Робин Гудами, которые да, украли, но с самыми благими намерениями! В общем, финал как бы предсказуем.

На мой взгляд, эпилог романа вырван из контекста и сильно драматизирован.