Начало и продолжение цикла смотрите:
https://fantlab.ru/blogarticle95342
https://fantlab.ru/blogarticle95343
https://fantlab.ru/blogarticle95352
https://fantlab.ru/blogarticle95350
https://fantlab.ru/blogarticle95434
https://fantlab.ru/blogarticle95449
https://fantlab.ru/blogarticle95451
Этот год для меня был особенным – чрезвычайно насыщенным конвентами, в первую очередь национальными, но не только ими. Однако начнём с отечественных конвентов, так как с ними были связаны первые приезды иностранных гостей, тративших в Польше деньги, полученные по контрактам с издательством «Альфа». Я уже упоминал эту проблему раньше, но теперь пора внимательнее рассмотреть, как она выглядела.
А выглядела она весьма занятной. Здесь следует отметить, что, вопреки распространённому мнению, в ПНР-овском денежном обращении участвовали несколько видов злотого (о долларах и марках разговор особый). Польский злотый, валютный злотый, обязательный обменный злотый, товарные боны Банка Пекао... и так далее. Каждый из них накладывал какие-то обязательства или предоставлял определённые привилегии; например, иностранец должен был платить за отель только злотыми, полученными в результате обязательного обмена по так называемому официальному курсу, который был в три раза ниже курса... нет, пока еще не свободного, а так называемого чёрного рынка. Такие «обмененные» злотые также требовались для покупки авиабилета в «Польских авиалиниях LOT» — но, скажем, стоимость железнодорожного билета уже можно было оплатить злотыми, полученными от подпольного валютчика. Такие вот гримасы социализма.
Так вот злотые, выплачивавшиеся польскими фирмами иностранцам за предоставляемые ими услуги (а значит и за передачу авторских прав), по крайней мере теоретически были равны по привилегиям (и обязанностям) злотым от обмена, то есть автор мог использовать эти деньги для покупки авиабилета в Польшу и обратно и оплаты проживания в отеле, при условии, что работодатель переводил эти деньги на так называемый заблокированный счёт («Z») в одном из двух валютных банков, то есть NBP или Bank Handlowy, и писатель, приехав в Польшу, снимал со счета эти деньги, после чего, например, предъявлял соответствующую квитанцию в отеле. Так это теоретически выглядело, но только теоретически, потому что... потому что почти в каждом отеле, включая «Орбис», требовалась «валютная квитанция» (т.е. удостоверение об обмене валюты на злотые), а теоретически эквивалентная ей квитанция о снятии злотых со счёта «Z» в банке Bank Handlowy во внимание не принималась. Дошло до того, что даже указания на соответствующее постановление в «Monitor Polski» бывало недостаточно для решения проблемы, потому что для кассира отеля самым важным было мнение её директора, а не какое-то там государственное регулирование.
Купить билет на самолёт тоже было непросто. В игру входил только «LОТ», который, конечно же, имел в США свою контору. В Нью-Йорке. А что делать жителю Лос-Анджелеса (Форри Акерман) или околицы Сан-Франциско (Пол Андерсон), которым сама такая процедура казалась невозможной, было совершенно непонятно. Ибо это выглядело так: предположим, что американец, знающий, что у него есть на счету некоторое количество привилегированного варианта польских злотых, поручает своему польскому банку покупку билета на самолёт. Банк, вполне даже охотно (комиссионные), обращается в «ЛOT» с запросом, сколько стоит билет. Письмом. Через несколько дней он получает письмо с ответом, что билет стоит столько-то долларов, а после конвертации в злотые, столько-то злотых. Банк отправляет соответствующую сумму (тоже по почте) и получает ее обратно несколько дней спустя (по почте) с пометкой -- извините, но сумма была правильной на прошлой неделе, а тем временем курс доллара изменился, поэтому денег недостаточно (или слишком много). И так da kapo al fine.
Так как обходились все эти рогатки? Нужно было иметь представителя в Польше, то есть меня. Такой представитель должен был иметь доверенность от писателя/владельца счёта на распоряжение его счетом в Bank Handlowy. Нужно отдать должное моим друзьям — они мне доверяли, хотя на кону стояли значительные суммы. Но тут ничего не попишешь, иначе сделать это было невозможно. Поэтому я в точно рассчитанное время приходил в контору предприятия «LOT» с вежливым вопросом о том, сколько стоит билет на маршрут Нью-Йорк — Варшава — Нью-Йорк на этой неделе. Мне протягивали специальную карточку с записанной на ней суммой, и я мчался в Bank Handlowy, где снимал со счета нужную сумму И НИ ГРОШЕМ БОЛЬШЕ или МЕНЬШЕ!
Затем я мчался обратно в «ЛOT», где оплачивал билет с дрожью в коленях, потому что если бы, не дай Бог, что-то где-то не сошлось, это была бы катастрофа — банк не возьмет деньги обратно, да и новую сумму на удовлетворение той же потребности не выдаст. Однако кассир «ЛOT»-а брал деньги и... нет, не протягивал мне билет; билет посылался телексом в офис в Нью-Йорке, откуда путешественник мог его забрать. К счастью, это можно было сделать с помощью почтового ведомства или через его туристическое агентство. И таки да: билет, конечно, был только из — и в — Нью-Йорк; остальную часть маршрута путешественник должен был оплачивать сам.
То же самое было и с деньгами, затрачиваемыми на пребывание в Польше. Иногда случалось, что кто-то уезжал к месту назначения прямо из аэропорта и ему явно не с руки была необходимость идти в банк за деньгами, особенно учитывая, что банк работал только до 14:00. Итак, как видите, мои поездки с большим количеством наличных в кармане раньше были довольно частыми... Я был тогда молод и глуп; сегодня я бы не стал так рисковать...
Стоила ли овчинка выделки? Думаю, что да, стоила, что подтверждает история (не уверен, что она полностью правдивая) публикации в Польше романа Филипа К. Дика «Убик» (Philip K. Dick «Ubik»).
По просьбе Станислава Лема этот американский писатель согласился подписать контракт на продажу прав на эту книгу за злотые, после чего захотел узнать, сколько же он получит на руки. Издательство “Wydawnictwo Literackie” назвало сумму, не комментируя соответствующие расчёты. Дик, в свою очередь, спросил у своего банка, сколько это в долларах, и когда банк произвел расчет по курсу чёрного рынка, оказалось, что этого хватит, чтобы прилететь в Варшаву, выпить пива в аэропорту и улететь обратно. Поэтому Дик ужасно разозлился и поклялся, что ничего не продаст полякам за злотые вплоть до конца своей жизни. И сдержал клятву. Возможно, это слегка приукрашенная версия, но фактом остается, что долгое время в нашей стране не публиковалось ничего из написанного Диком.
Таким образом, нижеподписавшийся выступал перед зарубежными гостями в роли туристического агента, кассира и амортизатора в неизбежном культурном шоке. Я помню панику, которую вызвала у меня, казалось бы, невинная просьба Джеймса Ганна купить салфетки...
Сценарий был почти всегда один и тот же: прилет в Варшаву, короткое пребывание в Варшаве, встреча с членами клуба “SFan”, а затем поездка на один из конвентов, чаще всего на “Силкон”. После завершения конвента — ещё день-два пребывания в Варшаве, иногда короткая поездка в Краков или другой город (Андерсоны ездили в Освенцим) и обратно. В начале пребывания я передавал гостю заранее снятые со счета деньги и, что очень важно, квитанцию из банка, подтверждающую, что такую-то сумму можно использовать для оплаты проживания в отеле. Позже, по моей просьбе, милые банковские работницы вписывали в квитанции соответствующее предложение, но всё равно были отели, где это мало помогало. К счастью, мне удавалось переубедить их персонал.
Таким образом, мы сумели пригласить в Польшу несколько действительно известных писателей (я перечислил их в предыдущем фрагменте "мемуара"), и благодаря описаниям их впечатлений (а также моим сообщениям), опубликованным в двух американских фэнзинах (или, точнее, полупрозинах, то есть полупрофессиональных журналах) “Locus” и “SF Chronicle” интерес к Польше в мире вырос, в результате чего начали появляться и гости вне «сферы злотого», такие как Чарльз Н. Браун (Charles N. Brown), главный редактор полупрозина “Locus”,
или Лесли Флуд (Leslie Flood), известный литературный агент,
и польский фандом становился всё более известным в мире.
Тем не менее, когда Чарльз Н. Браун спросил меня в письме, что я думаю о “Polcon”-е, организуемом PSMF в Варшаве, на который организаторы собираются пригласить в качестве почетных гостей Рэя Брэдбери, Айзека Азимова, Арнольда Шварценеггера и Стивена Спилберга, я ответил, что, на мой взгляд, у PSMF довольно слабый организационный потенциал, и согласие на участие гостей столь высокого ранга (не говоря уже о том, что Рэй Брэдбери вообще не летал самолетом в то время) должно выясниться гораздо раньше, чем за несколько месяцев до события. Чарльз распечатал письмо, и разгорелся скандал. PSMF выразило своё разочарование на страницах журнала “Fantastyka”, заявив, что у него были замечательные намерения, а я уничтожил их на корню. А оно и правда, если бы это было возможно тогда, я бы заказал футболку с соответствующим изображением и надписью «Я был тем, кто остановил Шварценеггера» — для использования на конвентах...
Ну вот и да – речь должна была идти о конвентах, а я все про деньги да о деньгах. Но конвенты будут -- в следующем фрагменте.
(Продолжение следует)