Век XX был горазд на выдумки. Причём – настолько разнообразные и разнонаправленные, что несчастному неофиту очень просто в них потеряться, а «настоящий интеллигент», скорее всего, и вовсе останется пребывать в позе «заламывания ручек», либо горестно вздыхая о «потерянной духовности» (прости, Господи), либо пребывая в немом восхищении перед развернувшейся палитрой.
Одному странному пучку течений дали мало значащее название «постмодернизм». Чёткого определения того, что же это такое, попросту не существует. Это такое размытое, монструозное образование, схожее с химерой, любое понятие о котором можно опровергнуть. Пожалуй, единственная объединяющая черта постмодернизма – свободное движение мысли, так или иначе направленное на деконструкцию общих схем историософии и исторической эпистемологии.
В конце 90-х гг. вышло две книги, которые были направлены на анализ постмодерна – «Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм» (1996), и «Постмодернизм от истоков до конца столетия» (1998). Их автором является известный в научных кругах, по крайней мере, в среде культурологов, филолог Илья Ильин (1940-2013), в этих работах он пытался обобщить свой немалый опыт изучения этих жутких переплетений потоков мысли. Нас интересует, по большей части, вторая работа, поскольку первую я прочитать не удосужился. Что нас ждёт?
Должен отдать должное господину Ильину за отвагу. Профессиональные филологи зачастую с большой неохотой выходят за рамки своих профессиональных штудий, здесь же мы видим яркий пример междисциплинарности – помимо литературоведения, здесь охватывается философия, психология, отчасти – история.
Однако…
Во первых – монография явно немного запоздала, по крайней мере, в своих широком смысле. Уже подоспели переводы Жака Деррида и Мишеля Фуко, появились на русском языке монографии Юлии Кристевой и Жака Лакана, давно был известен Умберто Эко… И тут Ильин со своей книжкой. Впрочем, нельзя сказать, чтобы исследователь ставил задачи объяснения этих неясных и непонятных течений мысли. Возможно, это никому не под силу. Главная особенность книги – я бы прямо назвал её недостатком – это то, что автор беседует по большей части не с читателем, а сам с собой. По сути, монография – это сборник очерков, в которых Ильин размышляет о природе постмодернистской мысли, пытаясь как-то структурировать подходы различных философов и других деятелей искусства и науки под известную классификацию. Однако чёткой структуры в его размышлениях нет – Ильин как бы рассуждает о потоках мысли постмодернистов, во многом уподобляясь им. «Принадлежит Деррида к структуралистам? Возможно, давайте подумаем… Или нет, давайте поразмышляем над Мишелем Фуко… А ведь есть ещё Лакан и Барт… Это уже поструктурализм… Тогда поговорим о Кристевой…»
В этом стиле написана вся книга. Конечно, ряд очерков Ильина очень ценен – по крайней мере, это касается отдельных учёных. Автор старательно пытается отследить основные черты эволюции философии виднейших деятелей постмодерна, хотя делает это местами эклектично и малопонятно. Ильину удалось показать влияние фредизма на европейскую философию, подробно рассмотрено своеобразное понимание текста вне герменевтических штудий, характерное для структурализма и поструктурализма. Очень подробно он рассматривает появление «феминисткой историографии», появление пресловутой «гендерной» науки и литературы. Литературоведению автор тоже уделяет немало внимания, и, кроме того, изучает модные веяния в театральном искусстве.
В общем и целом, я бы не стал эту книгу рекомендовать к прочтению. Она ориентируется на читателя, знакомого с постмодернизмом. Для человека, поверхностно знакомого с этим явлением, каким являюсь я, она слишком расплывчата и слабо структурирована, для того, кто занимается всерьёз – попросту не нужна. Эта книга – просто итог размышлений учёного-филолога над своеобразными путями мышления западных философов, и направлена скорее на его собственное мышление, нежели на мышление читателя.