FantLab ru

Сэмюэл Дилэни «Дальгрен»

Рейтинг
Средняя оценка:
7.35
Голосов:
39
Моя оценка:
-

подробнее

Дальгрен

Dhalgren

Роман, год (год написания: 1973)

Аннотация:

Далгрен — подросток-маргинал с зачатками художественного таланта и склонностью к насилию; его неожиданное появление в городе Беллона, оплоте беззакония, преступности и прочих пороков (хотя над городом и встают две луны, облик США близкого будущего легко узнаваем), борьба с соперниками, сексуальные приключения и работа над собственным романом под названием «Далгрен» составляют сюжет, хотя фактически таковым является бесконечный поток сознания героя — выразителя настроений современной молодежной контркультуры.

© Владимир Гаков

Входит в:

— антологию «Yesterday’s Tomorrows», 1982 г.


Номинации на премии:


номинант
Небьюла / Nebula Award, 1975 // Роман

номинант
Премия Сэйун / 星雲賞 / Seiunshō, 第43回 (2012) // Переводной роман

Похожие произведения:

 

 


Издания: ВСЕ (3)

Дальгрен
2020 г.

Издания на иностранных языках:

Dhalgren
1975 г.
(английский)
Yesterday's Tomorrows
1982 г.
(английский)





Доступность в электронном виде:

 




Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  64  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Думается, что «Далгрен» будет пользоваться определенным успехом у русского читателя, вскормленного пеплом Зон и грибами Метро, потому что это трудноклассифицируемое психоделико-мифологическое изделие — по сути интеллектуальный постапокалипсис, едва ли не лучший его образец в фантастике вообще, а в «серьезном» постмодернизме уж так точно.

В комплекте также почти кинговский по стилистике сеттинг, с той разницей, что Дилени собрал полное лукошко премий в 1960-е и первой половине 1970-х, когда Стивен еще пешком под стол ходил и подрабатывал в прачечной.

С выходом этой книги, структурированной как лента Мёбиуса, куб Неккера или же большой заводной апельсин, основательно изгрызенный после пикника на обочине, Дилени перестал получать премии, обрел статус автора бестселлеров (совокупный тираж «Далгрена» перевалил за 1.5 млн экземпляров) и прочно укрепился в пантеоне плохих ребят американского мейнстрима. Именно мейнстрима, потому что фэндом en masse обрушил на курчавую голову Сэма издевки и прямые оскорбления; полагаю, что почетное место заняли бы среди этих диатриб сомнения в сексуальной ориентации Дилени, но, увы, в его случае это как раз бесполезно.

Харлан Эллисон бросил читать книжку после 360 страниц, Филип Дик сообщил, что еще ни один роман он с таким удовольствием не скармливал мусорной корзинке для бумаг. С другой стороны, Умберто Эко откровенно завидовал стилю Дилени, а Джефф Риггенбах и Теодор Старджон (ну как же мог пройти мимо еще один популяризатор гендера в НФ) ставили «Далгрен» наравне с «Радугой тяготения» Пинчона и «Бледным огнем» Набокова. (От себя добавлю написанную годом позже «Пятую голову Цербера» с ее оборотничеством, инициациями в дебрях и культами деревьев.) А вечные пожары Зоны Явления у Харрисона в «Нове Свинг» явно перекинулись прямиком из Беллоны, над которой сдвинулся обычный мир.

Отчасти такой разброс реакций объясним еще и тем, что огромный, почти тысячестраничный роман долгие годы печатался в версии, не видевшей ни редактуры, ни корректуры: Дилени впервые увидел гранки за 3 (три) дня до плановой отправки книги в печать.

Из современных переизданий рекомендую: в серии SF Masterworks после перезапуска оной издательством Gollancz (2010) и от Vintage Books (2001), последнее с (разумеется, восхищенным) предисловием Гибсона.

Оценка: 10
–  [  21  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Мостовые сосиски лопнули; капуста все помнит.

Негры и геи, радость моя! Негры и геи!

Я эту книгу никогда не понимал (с) Уильям Гибсон

В книге сто сорок девять раз упоминаются орхидеи. Тридцать два раза – как название поэтического сборника, остальное – как холодное оружие. Любой отзыв даст вам меньше для понимания романа, чем этот факт.

Бывают такие Книги, Которые Обязательно Прочитать Каждому Мнящему Себя Образованным Человеку*: часто они похожи на резиновую стену, на которую наскакиваешь с разбега, а она точно с той же силой сопротивляется и отталкивает. Но Дальгрен не такой. На самом деле у меня есть сравнение для этой книги. Несколько лет назад мне довелось побывать в одном здании в минском Уручье, и здание это было изогнутое, и когда я шла по коридору внутри, испытывала своеобразный дискомфорт от того, что конца коридора не видно. Еще по пути туда через лесок моя спутница оступилась и села в муравейник, а чуть позже из-за дерева выпрыгнул мужчина и распахнул пуховик, под которым ничего не было надето; на обратном пути он выпрыгнул опять, узнал нас, извинился и убежал. Ощущения от этой поездки почти полностью повторяют ощущения от Дальгрена, но вот как это донести до человека, который просто хочет, чтобы в отзыве его убедили (или отговорили) читать книгу? (А у Гибсона тоже понятнее всего получилось описать роман ощущениями от одной ночи).

Приступая к чтению, я разминала пальцы, чтоб складывать из кусочков паззла картину того, что же все-таки произошло в Беллоне, городе нелинейного времени и текучей топографии. Готовилась разгадывать метафоры (человек с одной босой ногой! Три подарка на входе в город! цепи, одна за другой обвивающие главного героя!). Стоит приложить усилие, и ты поймешь! (думала я). Но меня быстро отпустило – все инструменты, с которыми мы привыкли подходить к «многослойным» и «сложным» романам, оказываются бесполезными, и никакого приза за разгадывание загадок не предусмотрено.

«Дальгрен» не похож на кольцо, он является кольцом, а может, даже бутылкой Клейна. Это в прямом смысле значит, что, перевернув последнюю страницу, вы попадаете в самое начало романа. Ну вот, со структурой разобрались. Что там еще обычно бывает в художественных книгах? Главный герой? Он есть, и он носит имя Шкет (Kid), но оно не настоящее – настоящего он не помнит. Прямо как в «Порождениях света и тьмы» Желязны, по удивительному совпадению посвященных Дилэни**, который в свое время тоже обзавелся односложным «Чип» вместо своего имени.

Вот Шкет прибывает в город, знакомится с людьми, занимается с ними сексом, выпивает, совсем немного употребляет наркотики, ест, ходит в туалет, спит, довольно редко моется, внезапно возглавляет банду, ходит по тусовкам, чуть-чуть работает, теряет дни и, внимание, пишет стихи. Если вам непременно нужен сюжет и без него никак – цепляйтесь сюда. Итак, на страницах найденной тетради (уже кем-то исписанной) появляются слова, вычеркиваются, меняются местами, процесс стихорождения довольно неприятный и настигает Шкета в самых неожиданных времяместах. У него появляются читатели (тут автор выдает прекрасное про зависимость восприятия творчества от личного знакомства с автором), сборник стихов издается и получает небывалую популярность, ну а потом наступает время встретиться с критикой, а еще «синдром второго альбома». И тогда Беллона становится всего лишь «декорациями, в которых стихи могут разворачиваться». Вот, казалось бы, и хорошо, и разобрались мы с этим «Дальгреном», но это как щупать слона за хвост и радоваться, что нашел полезную в хозяйстве веревочку.

Мы с Уильямом Гибсоном считаем, что необходимо учитывать исторический контекст Дальгрена, а это конец 60-х – начало 70-х (полвека назад!). В Беллоне появляются молодой человек, дезертировавший с войны, и астронавт, побывавший на Луне, а еще архетипичный здоровенный негр, изнасиловавший молоденькую белую девушку и через это ставший героем газетных передовиц. Зовут этого примечательного героя Джордж Харрисон, и его в городе любят и уважают все, включая и ту самую жертву изнасилования, и местных геев, которых Джордж неизменно радует серией плакатов со своими обнаженными фотографиями. Его именем даже назвали вторую Луну! А вот спасение Джорджем детей из горящего дома прошло незамеченным.

Кроме черных, которые еще не решили, то ли они наконец-то стали ровней белым, то ли они от природы лучше и совершеннее белых и должны им указать их место, есть тут и про роль женщины в мужском мире, про то, что пора бы женщинам не давать, а брать. Отдельная история – это геи, которые недовольны клишированностью своего образа в общественном сознании (снова хочу обратить ваше внимание на дату написания романа!). И тогда получается, что Беллона – это такая площадка для социальной дискуссии и осознания своего места в обществе. Но это, пользуясь аналогией со слоном, мы только немножко подергали его за хобот.

Полвека, за которые Дальгрен добрался к русскоязычному читателю, сослужили роману плохую службу в том смысле, что удивить нас стало гораздо труднее. Например, в смысле «странности» Джон свет Харрисон влегкую уделывает Дилэни; сексуальные сцены в «дамских» романах сейчас пишут такие, что Сэмюел покраснел бы от смущения; разрывание и расслаивание текста, имеющее место в конце романа, и в сравнение не идет с Домом Листьев. Так что вот главный недостаток Дальгрена – это то, что он не потрясает, не шокирует и тем разочаровывает. Беллона – непростой город, спору нет, но есть города и поинтереснее, и поэкстремальнее в плане морального облика жителей (Гоморра, например:)) Еды хватает, вход-выход из города свободный, уровень насилия средний и, честно говоря, здесь скучновато. Бывают иногда отличные вечеринки или интересные новенькие, или вот однажды солнце стало огромным и чуть не спалило весь город, но в целом помимо добычи пропитания и всяких ништяков заняться здесь нечем.

Зато написано все это замечательным, талантливым, тонким и свободным языком. Иногда текст просто берет и превращается в картинку или звук: «закатанные рукава перетягивали шеи вытатуированным леопардам», «лампочка отрастила вязальные спицы света», «оба плюхнулись в цистерну веселья». Иногда, правда, выходит перебор: «лукавство страха лепило архитектуру улыбки, с которой боролись губы», «в неровном пигменте губ прорезался крапчатый костяной полумесяц». Повествование ровное, даже успокаивающее, с редкими-редкими эмоциональными всплесками. А потока сознания, который так пугает многих, тут меньше процента. Покажу вам мой топ цитат, и выбрать их было нелегко:

— Ничего не думаю. <…> Я просто наблюдатель.

— То есть вы много чего думаете, но формулировать полагаете затруднительным или необязательным.

— Видимо, беда в том, что у нас есть внутри и снаружи. Проблемы и там и там, но не поймешь, где кончается одно и начинается другое.

Вообще, Дилэни как-то говорил, что в романе хотел показать мир теряющего рассудок человека. Ну и какие тогда к нему претензии? К тому же всегда можно пристроиться к непонявшему роман Гибсону, и к не оставшимся в восторге Дику и Эллисону, неплохая ведь компания.

А сейчас будет самый безполезный спойлер в истории: Дальгрен – это Уильям!

__________________

*на самом деле никаких обязательных книг не существует, хотя многие считают иначе.

**это я узнала из сносок в книге. Сноски полезны, читайте их.

Оценка: нет
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Время — спираль из полудрагоценных камней

«Дальгрен» Дилэни — проза ленты Мёбиуса

Ваши стихи обвивают нутро, обнимают этот город, как стихи Кавафиса выкручивают и преломляют Александрию накануне Второй мировой, как стихи Олсона вплетаются в океанский свет Глостера середины века или стихи Вийона – в средневековый Париж.

Под занавес странного апокалиптического года у нас появилась возможность прочесть странную апокалиптическую книгу. «Азбука» выпустила «Дальгрен» Самюэла Дилэни в блестящем переводе Анастасии Грызуновой. Роман о котором много говорят как об одной из вершин интеллектуальной литературы; отправной точке киберпанка как жанра; прозе дивной красоты и поэтики — все так.

И почти не говорят об удельном весе в нем секса, ограничиваясь эвфемизмом «эротично», меж тем, как местами это практически порно. Понятно, что не тем «Дальгрен» матери-истории ценен, но не стоит сбрасывать со счетов эту составляющую, собираясь свести знакомство с одной из лучших фантастических книг XX века. То есть, если вы, к примеру, исповедуете пуританские взгляды, чтение может доставить серьезный дискомфорт. Возможно причина, по которой роман шел к русскому читателю почти полвека, отчасти в этом

Беллона

Молодой человек в одной сандалии (сквозная деталь Дилэни: Мыш из «Новы» в одном башмаке) приходит в город Беллона, о котором однажды в книге скажут, как об одном из шести крупнейших городов Америки, в остальное же время он производит впечатление совершенной деревни, где все всех знают и на круг не больше тысячи жителей. Мир недавно пережил некое потрясение, подробности которого не раскрываются, но теперь большая часть благополучно оправилась от последствий, зализала раны и вернулась к прежней жизни. Не Беллона, покинутая подавляющим большинством горожан. Те, кто остался и пришельцы обживают теперь странное пространство, сродни стругацкой Зоне.

Деньги хождения не имеют, но все, что тебе нужно, можешь взять в магазине или в одном из пустующих домов. Причем магазинная полка, которую опустошил неделю назад, сегодня вполне может оказаться заполненной теми же продуктами. Иногда дома горят. Целыми кварталами. В течение нескольких дней. Не факт, при этом, что спустя еще несколько дней ты не увидишь их на том же месте, целыми и невредимыми. На небе порой появляются две луны, а случается солнце встает над горизонтом такое громадное, что занимает собой большую часть неба. Время не повинуется физическим законам, за вторником 24 июля 1974 года вполне может наступить четверг 17 сентября 2001, а потом воскресенье 1 января 1969.

Криминогенная обстановка не внушает оптимизма. Банды «скорпионов», облаченные в черную кожу и увешанные цепями с оптическими линзами держат горожан в страхе. Эти цепи из того, что сближает «Дальгрен» с «Пикником на обочине». Не украшение на шею, но сложная, замкнутая во многих местах конструкция, обвивающая все тело, вступая с носителем в род техногенного симбиоза. Будучи активированной, цепь заключает человека в пульсирующую голопроекцию мифического чудовища. Среди тех, кто их носит, не принято говорить об обстоятельствах обретения, но мы получим возможность убедиться в нечеловеческом происхождении артефактов.

Шкет (Kid)

Юноша, пришедший в город не помнит своего имени и большая часть его воспоминаний отрывочна. Ему двадцать семь и за плечами много чего, но лицом совершенный мальчишка, за что получает прозвище Kid (малыш) в русском переводе Шкет — шикарное попадание, кстати: созвучно оригиналу, намекает на отсутствие законопослушания и отдаленной цепью ассоциаций ведет к республике Шкид. В некотором смысле он плоть от плоти этого города, та же странная беспамятность и чуждость прежнему опыту. Может потому так скоро осваивается в нем. Тело Шкета уже увито цепью, у него она, правда, пока не включается. А на поясе медная орхидея — род местного холодного оружия того же нечеловеческого происхождения. То и другое получено им до прихода в город.

Стихи

В Беллоне Шкет находит тетрадку, наполовину исписанную отрывочными дневниковыми записями и стихами прежнего владельца, и внезапно оказывается захвачен поэтической горячкой, которой не может сопротивляться. Отчасти радикально переделывает экзерсисы прежнего владельца тетради, большей частью пишет свое. И стихи превосходны (спасибо переводу), хотя не в русле русской поэтической традиции. Больше того, они произвели впечатление на бывшего в это время в городе поэта-лауреата Новика и при его содействии издается поэтический сборник «Медная орхидея», который тотчас становится мегахитом. Что не мешает городскому бомонду относиться к автору отчасти как к говорящей собаке.

Ланья

Девушка, встреченная Шкетом в день прихода в Беллону. Не красавица, но чертовски мила и совершенно раскована. Да к тому же знает всех, кто есть кто-то в этом городе. Играет на губной гармошке, сочиняет и записывает музыку, работает в школе для цветных сирот (или не работает, впрочем неважно). Сначала живет в парке, после очередного выпадения Шкета из времени переезжает в дом подруги. Не прерывая отношений с героем, остается совершенно независимой.

Дэнни

Вот тут все сложнее, потому ограничусь самой краткой характеристикой. Подросток, почти мальчишка из скорпионов который становится любовником Шкета, позже это перерастет в амур-де-труа с Ланьей. Как человек, не чуждый астрологии, я могла бы сказать, что здесь слышны отголоски нью-эйджизма, который ищет новые способы взаимодействия в преддверии наступающей эры Водолея (известного интересом к перверсиям), которые заменят традиционный парный союз. Такая любовь-дружба, чуждая ревности и открытая экспериментам с максимальной степенью свободы для партнеров. Однако Дилэни сын своего времени и влажных хлюпающих Рыб не понимает, что секс для холодного отстраненного Водолея не самоцель, скорее предмет научного интереса.

Ричардсы

Самая драматичная, самая законченная часть этого романа, в остальном представляющего собой прозаическое воплощение эшеровых гравюр. Семья, куда Шкет нанимается помочь с переездом из одних апартаментов кондоминимума в другие. Квинтэссенция маяковского «О дряни». Просвещенные буржуа, отец каждое утро уходит на службу, хотя все учреждения в городе закрыты. Мать затеяла ненужный переезд с этажа на этаж с подручным, которого изначально планируют кинуть на деньги, не заплатив. Старший сын в скорпионах и отныне вычеркнут из семейных аналов. Ангелоподобная дочь была изнасилована негром, с которым ищет новой встречи, панически боясь, что родители узнают. Младший сын, самый приятный персонаж романа, симпатичный книгочей. Бобби, о, Бобби — у меня ком в горле и сухие злые слезы, когда вспоминаю лифтовую шахту, и что было потом.

Резюме:

Роман сильно не для всех. Требует подготовленного читателя, да и тому легко не дастся. Ближе всего по ощущениям это к пинчоновой «Радуге тяготения». Зато и радости от встречи с умной, поэтичной, достаточно эпатажной прозой подарит много.

Оценка: 9
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Думаю, ещё ни один отзыв мне не давался так сложно. Рецензии на этот роман весьма противоречивы: кто-то считает его шедевром, кто-то же бросает уже после первой главы. Сам я роман дочитал, но не скажу, что это было просто.

Я читал книгу в бумажном варианте, который имел некоторые преимущества перед электронной версией: верстка текста здесь местами нестандартная, и в ней легко запутаться. Например, часть текста может быть зачеркнута, на некоторых страницах появляются вставки вторым столбцом и так далее. В случае подобных вставок нам предстоит самим выбрать, какой отрывок читать сначала, в электронной версии за нас уже этот выбор сделали.

Странностью романа является и то, что название «Дальгрен» здесь ничего не значит. Я до последних страниц пытался понять, к чему оно относится, но так и не разобрался. В романе это слово встречается в тетради, найденной главным героем, как просто одна из множества написанных там фамилий. В аннотации на сайте «Лаборатория Фантастики» указано, что это имя главного героя, но подтверждения этому в романе я так и не нашел. Поначалу мне казалось, что Дальгрен – это название города, где происходят события романа. Однако на самом деле город называется Беллона. Это американский мегаполис, в котором что-то стряслось. А вот что – совершенно не понятно. Когда-то в Беллоне проживало свыше двух миллионов человек, а теперь осталось от силы пара тысяч. Большинство жителей сбежало, когда это что-то случилось. Природа загадочной катастрофы не понятна: город не разрушен, нет радиации, химического или биологического заражения, по улицам не ходят восставшие мертвецы или взбесившиеся машины. Просто с городом что-то не так, а вот что именно понять никак не удаётся. Все очевидцы катастрофы увиливают от прямого ответа или отделываются общими фразами. Антураж покинутого города создаёт особую загадочную атмосферу.

Несмотря на такой своеобразный постапокалипсис, жители города не скатились в пучину варварства, не погрязли в междоусобицах, хотя и живут в городе очень по-разному. Одни совместно проживают в коммунах, другие кучкуются в банды, а третьи делают вид, что ничего не произошло и пытаются жить как раньше. Есть так же одиночки, которые живут по своим законам и просто наблюдают за происходящим.

Роман можно было бы не относить к фантастике вообще, если бы не некоторые мистические допущения. Однажды в небе появляются две луны, а утром над городом восходит огромное солнце. Небо постоянно затянуто серой пеленой, а где-то горят дома. Только вот уже через пару недель эти дома стоят как ни в чём не бывало. То же самое происходит и с товарами на полках супермаркетов. Кажется, что даже целые кварталы меняют своё местоположение, только это мало кто замечает. Объяснений этим явлениям в романе мы не найдём.

Город никак не отрезан от всего остального мира – любой легко может войти в него или выйти. Периодически туда забредают известные личности, будь то нобелевский лауреат по литературе или астронавт. По большей части в Беллону стремятся различные изгои и маргиналы, которым не хватило места в обычном мире. Кто-то задерживается здесь на день, а кто-то остаётся жить.

Каких-либо новых технологий в романе немного. Во-первых, это оптические цепи, которые носят многие жители Беллоны, но о которых не принято говорить. Самое распространённое оружие здесь, орхидея, представляет собой несколько ножей, крепящихся на руке. Также есть светощиты – генераторы голограмм, окружающие человека полем в виде того или иного монстра. Пользуются им лишь члены банды скорпионов.

В обществе Беллоны действуют свои неписанные и странные законы. Например, деньги здесь не в ходу, а всё необходимое можно взять в ближайшем супермаркете. Выпивку бесплатно наливают в единственном работающем баре «У Тедди». Каждый день выходит газета «Вести Беллоны», только даты в ней совершенно произвольны.

У «Дальгрена» рейтинг «18+», и Дилэни выжал из него всё, что только смог. В первую очередь я о постельных сценах. Их здесь действительно много, и зачастую они нетрадиционны. Прописаны они излишне подробно, и порой затягиваются на десятки страниц. Зачастую в этих сценах больше двух человек, да и тему гомосексуализма Дилэни обыграл по полной. Лично мне это читать было неприятно, и хотелось бросить роман.

Язык автора очень необычен и метафоричен. Поначалу читать было непросто, но со временем я, видимо, привык и даже стал получать от подобного стиля удовольствие. Складывается впечатление, что Сэмюел Дилэни хотел сломать мозг читателю всеми возможными способами. Читать роман было временами элементарно неприятно, т.к. повествование получилось хаотичным и фрагментарным. Соседние предложения могут просто плохо связываться между собой. Например, автор постоянно использует скобки для уточнений или начинает предложение с середины.

Главный герой романа, от лица которого и идёт повествование, не помнит своего имени. Зачем он прибыл в Беллону, он не до конца понимает. Из-за довольно молодого вида, не соответствующего реальному возрасту, он получает прозвище Шкет. Он ничего не помнит и ни к чему не стремится, а просто плывёт по течению, ожидая куда его забросит судьба. Как у главного героя, так и у самого романа нет определённой цели, и это, наверное, его самый главный минус. Должен же быть хоть какой-то сюжет! Увы, но его нет. «Дальгрен» – хаотичный поток мыслей главного героя, который при этом является сомнительным рассказчиком. Он и сам сомневается в собственном объективном восприятии реальности. Шкет абсолютно неразборчив во всём: где жить, что есть, с кем спать. Ему будто бы всё безразлично. Из увлечений у него можно отметить разве что написание стихов, в чём он, по мнению окружающих, преуспел.

Второстепенные персонажи здесь довольно колоритны, хотя и не особо хорошо прописаны. Они отчасти показывают различные стороны человеческой натуры. Всё вместе это сплетается в образ самого города.

Событий в книге очень мало. Чего-то действительно важного наберется столько, что можно пересчитать по пальцам одной руки. Это при объеме в 900 страниц!

Итог: Оценивать роман было необычайно сложно. У романа много сильных сторон, но вопрос в том, понравятся ли они конкретно вам. Привлекли меня некоторые сложные философские вопросы, поднятые в романе. Оттолкнули же полное отсутствие сюжета и обилие мерзких сцен. Дилэни – провокатор и талантливый писатель. Понять его задумку очень сложно, а для многих просто невозможно. Скорее всего я отнес бы себя к этим многим. Когда я дочитал роман, я почувствовал некую пустоту вперемешку с облегчением. Рекомендовать кому-либо однозначно не могу. «Дальгрен» должен быть осознанным выбором самого читателя.

Оценка: 6


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх