Уильям Голдинг «Повелитель мух»

Первый роман Голдинга «Повелитель мух» — это не просто книга, это мощное философское высказывание, которое остается актуальным спустя десятилетия после первой публикации. История о группе мальчиков, оказавшихся на необитаемом острове, на первый взгляд может показаться приключенческой, но очень быстро превращается в глубокую и беспощадную притчу о человеческой природе.

Главное достоинство книги — её многослойность. Голдинг мастерски использует символы, которые работают на протяжении всего повествования. Раковина (рог), очки Хрюши, зверь, отрубленная голова свиньи — каждый образ несёт колоссальную смысловую нагрузку. Наблюдать за тем, как постепенно рушатся хрупкие ростки цивилизации и наружу выходит первобытное варварство, невероятно увлекательно и пугающе.

Голдинг, будучи педагогом, гениально показывает, как тонка грань, отделяющая послушного школьника от жестокого дикаря. Он не идеализирует детей и не делает их «маленькими взрослыми». Они остаются детьми, но именно их инфантильность, жажда игры и неумение контролировать свои инстинкты приводят к трагедии. Читатель видит, как страх и жажда власти побеждают разум и доброту.

Хотя роман был написан в середине XX века, его идеи нисколько не устарели. История острова — это модель любого общества. Конфликт между демократией (Ральф) и диктатурой (Джек), роль интеллектуала-изгоя (Хрюша), фигура пророка-мученика (Саймон) — всё это вечные темы. Финал книги, где мальчиков спасает военный офицер с крейсера, готового к бою, звучит горькой иронией: взрослый мир точно так же охвачен войной и разрушением.

Голдинг создает почти физически ощутимую атмосферу нарастающего ужаса. Язык романа прост и одновременно поэтичен. Описания острова, который из райского сада превращается в ад, завораживают. Чувствуется жара, страх темноты, запах крови и дыма.

«Повелитель мух» — это книга, которая не отпускает даже после того, как перевернута последняя страница. Гибель Саймона и Хрюши, охота на Ральфа и финальные рыдания главного героя — одни из самых сильных сцен в мировой литературе. Роман заставляет задуматься о том, что зло живет не где-то вовне, а внутри каждого из нас, и очень важно уметь этому злу противостоять.

«Повелитель мух» — обязательное чтение для всех, кто любит умную, глубокую литературу. Это роман-предупреждение, роман-исследование, который учит нас быть людьми, показывая, как легко это звание потерять. Гениальное, страшное и невероятно важное произведение.

Роман вдохновил чудовищное количество литературы, кино и вообще всей поп-культуры “про выживание” — и я понимаю почему. Я сначала видел экранизацию, но книга понравилась куда сильнее: она плотнее, злее и психологически убедительнее. Сопереживаешь не только одному герою — почти всем детям, потому что у каждого там своя правда, страх и способ держаться за порядок. И концовка отличная: не “красиво закрыли”, а именно ударная, с горьким послевкусием.

Интересно, что после «Homo Bonus» Рутгера Брегмана у меня добавился важный слой к восприятию. Я не то чтобы пересмотрел роман “в минус”, но начал сильнее видеть аспект самосбывающегося негативного предсказания: когда ты заранее уверен, что люди (и особенно подростки) обязательно сорвутся в зверство, ты начинаешь действовать так, будто это неизбежно — и тем самым приближаешь катастрофу. Сейчас очень легко поверить в версию Голдинга: что дети скорее растерзают друг друга, чем скооперируются и выживут вместе. И вот эта лёгкость веры сама по себе тревожит.

Плюс, биография Голдинга действительно добавляет вопросов к тому, откуда в нём столько мрачной убеждённости в человеческой природе. Это не отменяет силы романа, но меняет угол: читаешь не как “объективный эксперимент”, а как художественную модель с очень конкретной авторской оптикой.

Тем не менее — шедевр. Даже если спорить с тезисом, сама книга работает слишком мощно, чтобы отмахнуться. 8/10.

Существует особый сорт литературы, который приоткрывает нам целые пласты в знании человека о различных вещах, в том числе и о себе самом. Такие книги удивляют, поражают и даже шокируют, они существуют не ради развлечения, читаются не с целью скоротать вечерок, а нужны как лекарство или витамины. Это настоящая Литература, способная воздействовать на любого из нас, следовательно – менять. Порой прочтение таких текстов мучительно, как проглатывание рыбьего жира, но как известно, последний невероятно полезен, несравненно полезнее, чем подслащенный яд. И горькость суровой правды окупается трезвостью и разумностью читателя на многие годы вперед.

На самом деле их немного, этих трудных мучительных историй, бьющих на по щекам наотмашь. Есть писатели, который работали исключительно в таком ключе. Например, Достоевский. Что ни книга – драма. Но бывают и отдельные, штучные вещи, написанные писателями в порядке озарения, в приступе творческого эпатажа, какого-то экзальтированного состояния, или ставшие известными по воле случая. В принципе, неважно как, важно, что в конечном счете до нас доходит. В этой связи весьма интересен роман английского писателя Уильяма Голдинга, который в очередной раз раскрывает нам глаза на вопрос о «зверином», животном начале в каждом человеческом существе, убедительно показывая, что любое человеческое общество немногим лучше стаи диких обезьян.

Для того, чтобы еще раз провести эксперимент над человеческой природой, Голдингу по сюжету потребовалось устроить крушение пассажирского самолета в небе посреди океана и обрушить его на необитаемый остров. Естественно, затерянный где-то на задворках мира. Робинзонами стали не взрослые люди, а дети, и вот уже история приобретает любопытный поворот, но градус уклона становится круче. Дальше – больше. Невинные детские игры без присмотра старших со временем перерастают в нечто более серьезное и даже опасное, причем оставшиеся в живых очень быстро, почти инстинктивно выстраивают социальную иерархию, и благодаря перу мастера мы можем наблюдать, как из однородной детской среды постепенно выделяются свои лидеры и аутсайдеры, происходит реальная борьба за власть, а ценой в решении вопросов очень быстро становится жизнь. Игры кончились. Крушение унесло жертвы пожирателю мертвых, но мастер над мухами требует новых. И новообращенные жрецы постараются исполнить его злую прихоть.

Голдинг как бы говорит: вот вам человек, а теперь посмотрите, что с ним станет, если поместить его в дикие условия и заставить бороться за свое существование. Ваш хваленый цивилизованный человек моментально превратится в дикое, жаждущее крови животное, в беспощадного хищника, который готов на все ради того, чтобы выжить. Это природа. Порой это шокирует нас, представляется сомнительным, невозможным, невероятным, но это природа, которая заложена в каждом из нас. Стоит только нам оказаться в сравнительно плохих условиях, и наша цивилизованность слетит с нас, как шелуха. А на еще не оформившуюся личность дикое состояние действует еще мощнее, фактически перепахивая человека на всю жизнь. Маугли был первым, дети из романа Голдинга – вторые.

Иными словами, «Повелитель мух» — важный, захватывающий эксперимент на тему разумного и животного в человеке, их соотношения и борьбы. Не все поддадутся жажде крови, что еще раз подчеркивает уникальность каждого человека, а следовательно дает нам шанс на искру разума и возможность стать лучше. Главное, помнить, куда все мы можем скатиться. Тут наверно вопрос в силе воли. Сильный останется человеком при любом раскладе, даже окруженный зверьми. Слабый быстро опустится на четвереньки, и ничто ему уже не поможет.

«Повелитель мух» Уильяма Голдинга — одна из тех книг, которые оставляют глубокий след, заставляя задуматься о природе человека, о превращении его в зверя, о невероятной жестокости. Роман впечатляет своей мрачной, но убедительной аллегорией: группа детей, оказавшись на необитаемом острове, постепенно теряет цивилизованные нормы, уступая место жестокости и хаосу. Голдинг мастерски показывает, как тонка грань между порядком и варварством, как легко рушатся социальные структуры под давлением страха и власти. Особенно поражает контраст между началом, где мальчики пытаются организовать общество, и финалом, где они превращаются в дикое племя.

И если поначалу я ждал объяснения тому, как дети попали на остров, почему оказались без взрослых, что вообще происходит в мире, то после прочтения романа я понял, что именно без этих подробностей роман и превращается в ограненный алмаз. Не важно, как и почему дети остались одни — но важно то, с какой легкостью и охотой они озверели, как легко цивилизованному человеку превратиться в животное и даже не сожалеть о гибели тех, с кем ты совсем недавно делил пищу и воду.

Книга не просто антиутопия — это исследование человеческой природы, где каждый персонаж символизирует разные аспекты общества. Несмотря на мрачность, роман читается на одном дыхании, а его идеи остаются актуальными спустя десятилетия. Сильное, провокационное произведение, которое стоит прочесть хотя бы раз в жизни.

Сказать, что я ошарашен — не сказать ничего.

Для меня язык был сложен, читалось с трудом, но это того стоило.

Книга, раскрывающая аспекты человеческой души. Да, конечно, попади на остров не 5-12 летние дети, все бы сложилось иначе, но лишь с незначительными отклонениями.

Книга меня испугала, затронула до самой глубины души. Некоторые моменты я переваривал, отложив чтение. Испугала тем, что человек действительно может скатиться до такого, когда над ним нет закона, правил, общественных норм.

Испугало, хотя это естественно для детей, их, гм, простое забивание на страшные вещи. Когда

Нарушая правила, которые они сами же придумали, они не смогли построить общество «как у взрослых». Автор же этим просто показал, что люди — стадо. А в стаде должен быть вожак. Сильный и отчаянный.

Испугали их ритуальные танцы, то как они просто свыклись со смертью. И даже превратились в диких и жестоких убийц. Напугали те существа, в которых они превратились, почуствовав власть. Власть и безнаказанность.

Очень понравилась аналогия между рогом и черепом свиньи. Когда произошел уже «несшиваемый» разлом.

Ирония, что дикое племя преследуя свои кровожадные умыслы, все же (хотели они того или нет) сварганили сигнал, из-за которого, собсна, многие вещи произошли.

Печальное произведение, и я надеялся на такой же финал (палка, заостренная с двух концов). Концовка все же немного разочаровала, хотя она совершенно неоднозначна.

Поставил бы 10, но язык смущает. Возможно, это перевод такой... Но что есть, то есть.

Рекомендую, друзья, к прочтению. Сильная книга.

Прочитал эту книгу из любопытства, несмотря на то, что уже подробно знал сюжет из университетского учебника по истории зарубежной литературы. Интерес подстегнула повесть Стивена Кинга «Низкие люди в желтых плащах», содержащая массу отсылок к этому произведению. Решил прочитать «Повелителя мух» лично и составить свое мнение.

Не пожалел – книга вполне стоит того, чтобы ее прочитать. Правда, из-за того, что сюжет был мне известен в подробностях, местами было скучновато – благо книга короткая и сюжет незамысловат.

Собственно, в романе «Повелитель мух» два смысловых плана. Можно рассматривать книгу в буквальном смысле, как психологический триллер, как страшное напоминание о том, какое чудовище обитает порой в глубине души цивилизованного человека. Да, у некоторых эта мысль может вызвать отторжение – как же так, английские дети из приличных семей – и вдруг – жертвоприношения, убийства, жажда крови. Как же они все стали дикарями, неужели так много среди них маньяков? Нет.

Есть сомнения в реалистичности ситуации? Можно вспомнить историю нацизма и Второй Мировой. А можно – просто обратить внимание на то, как жестоки иногда бывают дети по отношению друг к другу, а также к животным – последнее, к сожалению, редко пресекается взрослыми, а жаль, отношение к животным – это своего рода индикатор человечности. А случаи армейской дедовщины? Нет, думаю, даже взрослые люди, оказавшись на территории, где не действуют законы и кодексы, способны «сорваться», а что уж говорить о подростках. Может быть, автор и приукрасил ситуацию, но ненамного.

Второй вариант рассмотрения романа – как политической аллегории. Здесь, в общем-то, все понятно — только 9 лет прошло со дня капитуляции нацистской Германии. Приход к власти Джека – классический пример становления диктатуры.

По поводу некоторых претензий к роману, оставленных предыдущим рецензентом:

1. Насчет языка согласен, читается местами тяжеловато, видимо, действительно плохой перевод.

2. Книга, на мой взгляд, не детская совсем, детям ее лучше не читать, а вот подросткам полезно взглянуть на себя со стороны, во избежание. Как раз жестокости она не учит ни в коем случае, совсем наоборот, большое отвращение к дикости и жестокости внушает.

3. Герои книги – дети, потому, что полностью отвечает творческому замыслу автора и на примере взрослых то же самое выразить было бы затруднительно. Да, мне тоже ни в детстве, ни потом не приходило в голову кого-нибудь убить ради забавы или самоутверждения; более того, мне никогда не хотелось в детстве обидеть слабого или младшего и я даже не совсем понимаю механизмы подобных побуждений. Но иллюзий по поводу человеческого гуманизма все равно не питаю и Голдингу охотно верю, поскольку с детской и подростковой жестокостью сталкивался, в том числе и на своем опыте, в школе. Убивать у нас в школе никого не убивали, а избиения и драки бывали; имела место и чисто «моральная» травля изгоев.

4. Ничего удивительного в кровожадных песнях и ритуальных плясках не вижу. Особая любовь детей к садистским стишкам и страшилкам общеизвестна. В общем-то в подростковом возрасте интерес к насилию, смерти и прочим «темным» сторонам жизни обостряется, и это естественно, учитывая, что в более раннем возрасте детей от подобной информации тщательно оберегают (чаще всего – слишком тщательно). А «цивилизованные» установки формируются в более позднем возрасте.

5. Здесь скорее не от индивидуумов к толпе, а от цивилизованного демократического общества к дикой стае, запуганной сильным вожаком и подчиняющейся каждому его слову.

6. Концовка, собственно, одна из двух возможных. Либо долгие годы жизни на острове, полное одичание и деградация, либо возвращение домой. Правда, скорее всего, не к маме, а сначала – к психиатрам. Так что все логично.

Напоследок о названии книги. «Повелитель мух» — один из эпитетов Дьявола. Прежде всего, название ассоциируется у читателя со страшной и безобразной головой свиньи на шесте, вокруг которой вьются стаи насекомых. В романе присутствует и другой, почти апокалипсический образ – таинственный и страшный Зверь, которого все боятся, хотя он никому ничего не сделал и никто его толком не видел. Но смысл этого образа в другом: и Зверь, и свиная голова (которая стала настоящим демоном в видениях эпилептика Саймона) – лишь иллюзии, попытки обнаружить средоточие зла вне себя, в то время, как оно укоренилось глубоко в душе – в виде древних, примитивных инстинктов, древнего страха перед сильным, в виде желания спасать только свою шкуру, любой ценой; в виде стихийной, иррациональной жажды насилия и ненависти к непохожим.

Достоинства произведения:

всегда актуальная проблематика;

психологическая достоверность;

точное моделирование политических процессов в мини-социуме.

Недостатки:

некоторая сумбурность и скомканность сюжета. Вызванная малым объемом.

Итог: вполне понятно, почему эта книга была так высоко оценена Стивеном Кингом – ведь именно он развивает в своем творчестве тему «внутренних» монстров человеческой души. «Повелитель мух» — одна из наиболее значимых книг мировой литературы, обязательная к прочтению вещь.

После очередного школьного сбора макулатуры я наведывался в то полуподвальное помещение и собирал там номера разных интересных журналов.

Взрослые не были против, так как считали, что вторая жизнь этих печатных изданий принесет больше пользы, чем изготовленная из них макулатура.

Так мне удалось собрать почти полные подшивки журналов за 50-60 годы, среди которых были и подшивки «Вокруг света».

И вот в одном из старых, макулатурных номеров — я нашел и «Повелителя мух» (илл.)

На тот момент я был ровесником главного героя и роман меня зацепил.

Хотя, конечно, Ральф и даже Хрюша — были представителями совершенно иной культуры, с которыми у нас было мало общего.

Да и сама фабула романа даже в том моем юном возрасте казалась слегка высосанной из пальца — авиакатастрофа, в которой выжили только одни мальчики разного возраста (ни воспитателей-учительниц, ни девочек/девушек).

Плюс было совершенно непонятно, как самолет, явно летевший из Британии, мог быть сбит в районе какого-то тропического острова.

(сейчас это был бы пропавший малазийский Боинг или его художественный аналог).

Но эта условность сюжета была мною принята, так как роман написан очень хорошо и с хорошим знанием подростковой психологии.

(нескольких номеров «Вокруг света» у меня не было, и последние части романа пришлось читать в библиотеке)

Про то, что «праздник непослушания» обязательно приведет к негативным последствиям (и намного более худшим, чем в романе) — я знал по опыту пионерских лагерей (в которых я отдыхал начиная с 3-летнего возраста, а уже в 16-начал работать пионервожатым — да, в СССР это было можно).

Чем старше я становился, тем больше убеждался в том, что и достаточно взрослые люди в подобных условиях начнут вести себя аналогичным образом (отсутствие контроля со стороны в замкнутых обществах неизбежно ведет к беспределу, а Ральфы обычно остаются в меньшинстве)

Думаю, что это знал и автор.

Окончательно я убедился в этом, когда после ВУЗа и учебки попал на один год в воинскую часть, расположенную в одном из самых диких военных округов СССР (практически все наши офицеры где-то на чем-то прокололись и были отправлены в эту часть в качестве наказания)

Бардак там был первостепенный — и уже на второй день я понял, что по факту попал на тот же самый остров, что и Ральф (кстати, нас туда отправили на ТУ-154 рейсом из Москвы :).

Нам еще повезло — в соседнем полку ситуация была намного хуже, «духи» оттуда бегали к нам прятаться от побоев.

Поскольку столовая у нас была общая — с едой была напряженка (воровали все, и прапорщики того полка и тамошние деды)

Наряд по столовой был самым страшным — чужая часть, беспредел и несколько настоящих садистов среди полковых дедов.

Офицеры ничего поделать не могли (или не хотели, у них и без того были проблемы).

И вот тогда я понял — как тонка грань человеческой культуры и как элементарно просто человек может скатится в первобытное состояние.

И речь даже не о жестокости к ближним — а о общем состоянии (некоторые солдаты переставали следить за собой, и в буквальном смысле дичали, переставали ходить в баню (так как далеко и долго), ходили в грязном белье, завшивленные, покрывались язвами (жуткое зрелище).

И главное — совсем рядом, буквально за забором была вполне нормальная воинская часть, не без дедовщины, но в пределах нормы).

Надо ли говорить, что книгу Голдинга я вспоминал достаточно часто (и спасибо ей, она мне помогла избежать многих ошибок, так как позволяла предсказать возможные последствия поступков, как собственных, так и чужих).

Голдинг явно знал, то что описывал. И необязательно — по своим детским воспоминаниям. Вполне возможно, что и по своим военным.

И мне просто хотелось бы предупредить, как и Голдингу — слой культуры тонок как шелк, и в случае реально серьезных ЧП (не сиюминутных, а достаточно долгих) — эта культура быстро слетает, обнажая звериную сущность, сидящую внутри каждого человека.

Потрясающая книга. Просто по-тря-са-ю-ща-я! Классика и есть классика! Великолепная книга! Вначале ещё читаешь и думаешь: ну что тут интересного? детское даже, как-то просто всё. Однако дальше читаешь и внутри клокочет всё, сердце сжимается, и оторваться от книги не можешь до самого конца… Уф!.. А потом ещё долго ходишь под впечатлением. Книга на все времена. Книга глубокая… И страшная. Страшная своей правдивостью. Теми вещами, о которых предпочитают не говорить и не думать… как те дети, что обещают молчать о Звере. Как хрупка «цивилизация» в людях… Тут всё – в этой книги. Потаённые уголки человеческой души, жажда власти, невиданная жестокость. Каждый носит в себе частичку Повелителя мух, Зверя, готового вот-вот вырваться и поглотить – нужна лишь слабина, трещинка и всё пропало. Пропали детские души… Так меняются люди, так превращаются в нечто со звериным оскалов – в нелюдей, готовых убивать из жажды власти, или за того кто даст им кусок мяса. Убивать потому что кто-то сильнее тебя, кто-то не похож на тебя, или убивать даже просто так… Да, жутко. Жутко и правдиво. Потому что человек и вправду таков… Не каждый может сохранить в себе человека… И разве не такими были предатели и полицаи Второй Мировой… Ни какая культура, ни какое образование не может до конца вытравить из человека этого Зверя. Да, потрясающая книга – красивая своим фоном, своим простым и чудесным образным языком… и страшная тем что в ней происходит. Теми безднами души. Тем падением.

Книга глубокая, и глубину её невозможно передать – её надо читать. Её НЕОБХОДИМО читать. Читать каждому.

Время не щадит ничего, и литературные произведения здесь не являются исключением. Почему данный роман обрел популярность на момент публикации, постичь не сложно: прошло менее десяти лет после окончания Второй мировой войны, и в обществе было отчаянно сильное желание понять и осознать причины и предпосылки случившейся катастрофы. Тут-то и пришел Уильям Голдинг со своей собственной интерпретацией людской природы.

Итак, основной посыл книги заключается в постулировании звериной сути человека, лишь до поры скрываемой под тонким налетом цивилизованности, тут же слетающим в критических условиях. В первом приближении звучит неплохо, но что произойдет, если присмотреться внимательнее и начать развивать настоящую идею? С одной стороны, здесь не будет никакого откровения для сторонников эволюционной теории — раз человек имеет общие корни с остальным животным миром, то нет ничего удивительного в общности поведенческих проявлений. С другой, звериный компонент так же выглядит неестественно. Животные не бросаются на все подряд без разбору, а оценивают, какая стратегия будет выгоднее в текущий момент при конкретных обстоятельствах. Так же, если экстраполировать вперед сложившуюся на острове ситуацию, легко увидеть, что у представленного общества нет будущего (даже если не принимать во внимание отсутствие особ женского пола): сперва будут перебиты все кабаны, а вслед за ними и люди. Учитывая, что до сегодняшнего дня дожили потомки совершенно различных биологических популяций и культурных групп, умудряясь при этом еще и активно взаимодействовать между собой, то явно не благодаря оголтелой агрессии, да и альтруизм в природе не является чем-то необычным. Так что сомнительное предположение, как ни посмотри.

Но и исполнение этой спорной концепции крайне посредственное. Автор колоссально упростил себе задачу, загнав в небольшое ограниченное пространство кучку индивидуумов, детей без единого взрослого, да еще и без девочек. Сюжет прозрачен даже без учета его общеизвестности. Мотивация поступков персонажей находится на уровне необъяснимых чувствований. Все действующие лица сплошь типажи без какой-либо дополнительной проработки: здесь есть и всеобщий заводила; и близнецы, договаривающие друг за другом фразы и все делающие вместе; и толстый мальчишка-ботаник с астмой и отвратным зрением, в каждой первой сцене протирающий об одежду свои бинокуляры. Только паренек почему-то не худеет на полузрелых фруктах в отсутствии кондитерской в радиусе нескольких сотен километров, а с помощью его очков разжигают костер — либо он не видит дальше собственного носа и ходит с рассеивающими линзами, с которыми огня не добыть (разве что способом Нельсона Манца, ха-ха!); либо у него дальнозоркость и таки собирающие линзы, вполне пригодные для устроения пожара. Нестыковочка-с. И не единственная. Ребята без особого напряга охотятся на весьма опасных противников, кабанов. И если в возможность перерезать горло перочинным ножом я еще могу поверить, то беспроблемные свежевание туши и приготовление мяса на открытом огне, не говоря уже об отпиливании головы все тем же орудием, выглядит совсем уж недостоверно. Вообще все персонажи своей неестественностью постоянно ассоциируются с образами нарисованных милых детишек из детских книжек середины века. Психологическая точность так же хромает: механизм превращения в нелюдей никак не прописан. Стиль и языковые изыски не обнаружены. Общая метафора и сочащийся отовсюду символизм прямолинейны, дубовы и просто скучны.

Сверх всего этого следует добавить, что сегодня, спустя более полувека с момента выхода книги, хотя феномен, к которому обращается автор, по-прежнему интересен и актуален, уровень реализации и подача таковы, что ловить здесь решительно нечего. Абсолютно беспомощная метафора не способна объяснить, почему, например, почти все служащие резервного полицейского батальона № 101, самые обычные бюргеры средних лет, семейные люди, приняли участие в карательной экспедиции в Польше против местных евреев, хотя были не обязаны это делать. И уж тем более простое отождествление «человек = зверь» совершенно несостоятельно по сравнению с более поздними материалами: экспериментами Милгрэма, стэнфордского тюремного, «Третьей волны» и просто новыми данными этологии и психологии. Так что единственное, почему не совсем жаль времени, потраченного на это произведение — нынешняя культура с ее отсылками на отсылки, указывающими на еще одни отсылки. И это все, что можно здесь найти.

Книга оставила неоднозначные впечатления:

1. Очень не понравилось, как книга написана (может перевод плохой), хотя читать было интересно, особенно ближе к концу.

2. Если она детская, то не понятно, зачем детям ее читать. Книга, на мой взгляд, ничему детей не учит, кроме бессмысленной жестокости.

3. Если она для взрослых, то не понятно, почему в главных ролях дети (взрослому человеку тяжело понять что чувствует 12 летний ребенок). Я вспоминаю себя и своих сверстников в этом возрасте и не припомню, чтобы возникали мысли у кого-нибудь об убийстве, причем настолько безжалостном и неоправданном. Да, могли обидеть более слабого, но не избить и тем более не убить. Детям свойственна жестокость, но не настолько (может в Англии по-другому).

4. На мой взгляд только больные психически дети будут кричать «Бей свинью, глотку режь» и при этом еще танцевать.

5. Согласен с мнением, что у Голдинга очень хорошо получилось показать постепенный переход состояния: индивидуум — толпа.

6. Нелогичная концовка. Хочется спросить и что, все детишки поедут домой к маме?

В итоге гениальности в книге я не увидел, хотя книгу прочитать нужно, потому что она заставляет людей задуматься, а это уже хорошо!

Одним словом НЕ ВЕРЮ.

Многие сравнивают Голдинга с Кингом. По моему мнению Кинг намного сильнее, как писатель.

Ещё одна книга, которую необходимо прочитать в подростковом возрасте, а если этого не сделал, то прочитать немедля уже в любом. Актуальности роман не только не потеряет, но и заиграет по-другому. А ещё лучше прочитать её в пятнадцать лет, а потом перечитать в тридцать, сорок пять и шестьдесят. Да, произведение написано простым языком, диалоги так вообще скудные, но какая драматическая мощь кроется за всем этим. Не буду говорить о невероятно притягательном, но трагическом сюжете и вполне открытой общей морали истории и попробую взглянуть на книгу, после повторного знакомства, уже глазами взрослого, глазами родителя.

С первых же страниц неимоверно жалко пацанов, вот прям всех до единого, без оглядки на уже известный финал и зная, кто чего стоит из юных робинзонов. Убивает и валит безысходность описываемой ситуации. Автор безжалостен, не даёт шанса не одной стороне найти не то что выхода из тьмы, но даже намёка на компромисс. Но Автор ли так жесток, не жизнь разве?

Знаете, я очень люблю мальчишек Жюля Верна, Кинга, Маккамона, Крапивина, но все они очень рассудительные, вдумчивые, у них огонь в сердце горит одни цветом. Наверное, в них очень много отражается представлений взрослых о детях. У Голдинга же ребятня как слепые, глуповатые котята, тыкаются носами во все углы, и тут же забывают в какую сторону шли, а в которую надо. Отсутствие хотя бы совершеннолетних только усугубляет положение. Помните, как быстро проходит у самых разумных из островитян эйфория по поводу освобождения от контроля родителей и учителей, как они мечтают, что бы нашёлся кто-то старше их, умудрённый опытом жизни, кто успокоит, рассудит, подскажет что и как делать? А попытки в одночасье повзрослеть самим у них разбиваются как волны о скалы злосчастного острова.

Ещё мне было очень страшно, потому что всё происходящие очень похоже на правду. Да именно, меня пугала закономерность и логичность развития событий. Я не раз видел проявление детской жестокости, был свидетелем мальчишеских драк безумных, остервенелых заканчивающихся не трагически лишь по чистой случайности. И потому не то, что верил, я ощущал серьёзность надвигающегося первобытного хаоса каждым узелком своей нервной системы. Не ввергает в депрессию лишь одна мысль — хоть тёмная сторона детских душ не куда не делась за эти полвека с небольшим, но молодое поколение всё таки изменилось, оно научилось более свободно изъясняться, мыслить, умеет строить планы и смотреть в будущее, оно больше образованно наконец, а потому быть может у них больше шансов не потерять себя в подобной ситуации. Надеюсь так же, что наши дети больше читают и не пропустят эту книгу, которая может очень наглядно показать самое нелицеприятное их отражение.

Ну вот ещё одна очень вневременная, а значит всегда актуальная вещь. Роман — аллегория...давящая, тяжелая, но не содержащая в себе ни капельки фальши, что удручает в итоге более всего остального.

Остров — наша планета. Дети — мы с вами. Мы, которые всегда делимся на Авелей и Каинов. Мы, которые появившись на свет, не знаем, что делать и что с нами будет. Заброшенные в собственный мир мы всегда делаем выбор. Или поддерживать костер, чтобы был дым и нас заметили, забрали, спасли! Или...становиться охотниками. Кровь, горячая и сладкая. Кровь только что убитой жертвы, убитой тобой, она пугает. Душа заходится в крике от страха, потому что внутри всегда живет кто-то, знающий, что дурно, а что нет. И забыть о проступке можно одним путем — ещё одним убийством. Не важно кого. Главное, чтобы быстрее, дабы подавить страх.

Голдинг говорил, что «люди творят зло подобно тому, как пчела производит мёд». Такова наша натура. Даже в хранителях костра живет подлое, жаждущее крови начало.

И отталкивают люди непохожих, придумывает глупые правила, когда говорить может лишь тот, кто в малиновых штанах или, кто раковину держит, которая божественно красива, а значит будет разбита. Это не спойлер. Роман-символ и говорить о нем нельзя, не оперируя этими же символами.

Знаете, что самое страшное? Что мы, как и герои этой книги, очутились на прекрасной Земле, которую за какое-то небольшое ( в космическом отношении, конечно) время успели превратить в страшное место. Загубили цветы, фруктовые деревья, свели на нет бабочек и от страха перед собой и своей совестью, начали охоту на других людей. Говорят, что Голдинг чуть ли не опыты на детях ставил, преподавая в колледже. Не мудрено. После чтения вспомнился психологический эксперимент, который ставили над студентами в Америке. Одних сделали заключенными, а других надзирателями. В чём интрига? В том, что за гроши времени «надзиратели» стали надзирателями — жестокими, бесчувственными исполнителями этой социальной роли. А «узники», конечно, узниками. Размылись грани реального, и испытуемые уже свято верили в действительность происходящего. Опыт был прекращен раньше намеченного срока...

Воля к власти, наверное, никогда не позволит людям жить в раю и питаться райскими плодами. Потянет в хлев. К свиньям. И не осталось бы надежды, если бы не ...Бог. Он может быть Саймоном. Он может быть Хрюшей и даже Ральфом. Но никогда Джеком, который по насмешке автора пел когда-то в церковном хоре.

Зверя бей! Глотку режь! Выпусти кровь!

Если бы я прочитал эту книгу в 12 лет, я бы ничего не понял, но испугался бы до поросячьего визга. Но в 12 я ее не читал.

Зверя бей! Глотку режь! Выпусти кровь!

Если бы я прочитал эту книгу в 15 лет, я скорей всего, тоже мало что понял. А Хрюша, вызвал бы дикую антипатию и желание засадить копьем ему между маленьких свиных глазок. Но в 15 я ее не читал.

Зверя бей! Глотку режь! Выпусти кровь! Если бы я прочитал эту книгу в 17 лет, она бы мне, наверное, понравилась, и я мог бы рассуждать над смыслом, заложенным автором, часами. Но и в 17 я ее не читал.

Зверя бей! Глотку режь! Выпусти кровь! Я прочитал ее в 25. И мне все понятно, только не страшно совсем. Ведь я вырос на таком острове. Более того, я там и сейчас живу. Я вырос среди этих дикарей. Некоторых я могу, даже, назвать друзьями. Я сам – дикарь. И на этом острове, если разжечь огонь, никто не придёт тебя спасать. Да что там огонь, тут, если кричать в открытое ухо, все отворачиваются. Спасения извне не будет. И сейчас у меня под балконом стоит машина с открытыми окнами, и из них доноситься: «Зверя бей! Глотку режь! Выпусти кровь!» под бит какого-то нового ди-джея. И оно притягивает дикарей, как звук того-самого рога. Разукрашенные дикари вылезают кто откуда. Они собираются на охоту. Сегодня повелитель мух утолит свою жажду. «Зверя бей! Глотку режь! Выпусти кровь!»

P.S. О достоинствах и недостатках произведения сказано достаточно, поэтому повторяться не буду.

Самые настоящие ужасы-это не оборотни с вампирами ,не клыки и окровавленные когти,и даже не кишки, торчащие наружу. Все это предсказуемо и угадываемо.настоящие кошмары прячутся в нас самих, в темноте человеческой натуре в нашем коллективном бессознательном.

Это чёрная пропасть варварства и войн,убийств и хаоса ,которую мы привыкли связывать с государствами,политиками,убийцами и преступниками.

Единственное светлое пятно в этой мгле-это святая вера в созидательную силу будущего,представленного нашими детьми.ужас и сила этого романа в том,что он в одночасье лишает нас этой надежды,заставляя посмотреть правде в лицо:от цивилизации до варварства нужен всего лишь один маленький шаг.что неудивительно,история ХХ го века это только подтвердила.

Автор ограничился описанием без анализа. Почему так быстро стерся глянец цивилизации, как происходит процесс деградации, как формируются группы и группировки внутри замкнутого пространства, как стать лидером и главное как избежать подобного? Нет не только ответов, но даже нет вопросов... А их море-окиян — что произошло с самолетом, куда делись взрослые, куда они летели, почему дети двух категорий (старшие и малыши)? Продолжать можно бесконечно...

Ну и не понимаю дичайших восторгов... Средняя во всем повесть...