Вы здесь: Авторские колонки FantLab > Авторская колонка «negrash» > «Прашкевичу — 85!» Интервью с Г.М. Прашкевичем (18+)

«Прашкевичу — 85!» Интервью с Г.М. Прашкевичем (18+)

Статья написана 16 мая 00:11

Размещена:

Сегодня, 16 мая 2026 года, исполняется 85 лет Геннадию Мартовичу Прашкевичу, классику отечественной литературы, заслуженному работнику культуры Российской Федерации. Поздравляю Геннадия Мартовича и размещаю интервью с ним.

Учитывая, что некоторые произведения Геннадия Мартовича ориентированы в первую очередь на взрослых читателей, считаю разумным поставить на интервью маркировку 18+.

Г.М. Прашкевич, фотография из одного из путешествий (фото из личного архива Г.М. Прашкевича).

* * *

Геннадий Мартович, как и когда к Вам пришло осознание, что Вы – писатель?

Года в четыре. Из газет нарезал и сшивал тетрадки. Они были совсем, как книжки, на полях можно было даже что-то записывать. К сожалению, ни одна такая тетрадка не сохранились. Своих текстов не помню, зато сейчас берегу сказку своего старшего внука Тимы, написанную тоже очень рано. «Собралась козочка погулять попрощалась с мамой». Сочинить всегда интересно. Мир огромен и тревожен, соответственно, вся наша литература – величественна и тревожна. Подозреваю: потому и не может она никому помочь: слишком вторична, почти вся построена на страхах и ожиданиях.

"Золотой миллиард", издание 2005 года, иллюстрация на обложке И. Тарачкова (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).

Идут годы, рынок постоянно меняется, а Ваши произведения – такие разные произведения! – остаются по-прежнему востребованы читателями. В чем Ваш писательский секрет?

Может, в том, что жизнь, по моим представлениям, всегда на пару порядков была и остаётся интереснее самых невероятных придумок. Амёба размножается делением, род амёб бесконечен, все амёбы в этом смысле бессмертны; любой человек (даже объявленный бессмертным) унизительно смертен, а восхищаться человеком, как видом, вообще затруднено: времени не хватает). Отсюда нескончаемые попытки создать по-настоящему бессмертные сочинения. Но для этого надо видеть и понимать будущее, ещё не случившееся. Нужен какой-то удивительный факт.

"Судовая роль (Собеседники)", издание 2024 года, иллюстрация на обложке С. Мосиенко (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).

Ваш роман-воспоминание называется «Судовая роль (Собеседники)». Как Вы считаете, может ли писатель успешно работать, не имея этих самых собеседников? Кто из собеседников оказал наибольшее влияние на Ваше творчество?

Как ни странно, работать можно и без собеседников. Вообще без каких бы то ни было собеседников. Как получилось у Робинзона Крузо. Но без собеседников нет развития, вот к нему и нагрянули дикари. Понятно, что главный наш собеседник – мы сами, но мало кто умеет правдиво беседовать с самим собой: юнговская персона затмевает своей призрачной исполинской тенью все чудеса Вселенной. Иначе как объяснить нескончаемый потоп самых бессмысленных фэнтези? Мне с собеседниками всегда везло. Они были разными. Иногда очень разными. Дима Савицкий и братья Стругацкие. Всеволод Никанорович Иванов и Роберт Шекли. Юлиан Семёнов и Витя Колупаев. Иван Антонович Ефремов и Борис Сергеевич Соколов. Евгений Попов и Саша Етоев. Пионеры абаканские и пермские, дикующие с Курил. Нет смысла перечислять всех, да это и невозможно. Идеи одного рушились под давлением идей другого, но третий был уже тут… и пятый появлялся… и сотый… Человечество чудесно разнообразно. Если не с кем поговорить, то можно с кем-то хоть выпить. А выпьешь, как без беседы?

"Кот на дереве", сборник, издание 1991 года, иллюстрация на обложке Ю. Гурьянова (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).

Вы написали ряд биографических книг и даже фундаментальный труд «Красный сфинкс: История русской фантастики от В.Ф. Одоевского до Бориса Штерна». Считаете ли Вы, что молодым авторам следует изучать труды предшественников, учиться на них?

Это как карта ляжет). Но вообще, считаю я, учить человека писать – бессмысленно. Учить думать – надо! Опять же, вкус и мера. Тут без собеседников никак не обойдёшься. Человек интересен тем, что (именно сам) думает, именно сам мысли свои выражает. Потому природа и создала нас как Homo loquens (Человека говорящего). А писать… Страсть к писанию, думаю, заложена в нас от рождения… Всё остальное (как говорил один очень хороший французский поэт) – литература).

"Секретный дьяк", сборник, издание 2026 года, оформление обложки В. Гореликова (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).

Вы неоднократно обращались к исторической прозе: доисторическая повесть (перевод с неандертальского) «Белый мамонт», исторический роман из времен Крестовых походов «Пес Господень», сибирская трилогия – «Секретный дьяк, или Язык для потерпевших кораблекрушение», «Носорукий» и «Тайна полярного князца». Над какой из этих книг работать было сложней?

Конечно над «Секретным дьяком». Переводы с неандертальского – это же чистое удовольствие. Специалистов по неандертальскому языку нет, мне никто не мешал. А тема «Носорукого» близка мне с детства. В отдалённых сёлах на Енисее, где прошли первые годы моей жизни, мамонты только что не вытаптывали местные огороды. Одинокие северные народы всегда были близки мне. Юкагиры, долгане, шоромбойские мужики, чюхчи, ламуты, камчдалы, даже вепсы, несть им числа. Зимой – зеленоватые отсветы северного сияния, летом – бескрайние облака задавного гнуса. Одинокие кочевки. Отсутствие обычного времени. Но на волшебные сказки жители тундры были не меньшие мастера, чем древние греки. Всё это и сейчас во мне. Но только «Секретному дьяку» я отдал почти пятнадцать лет. Из них лет пять изучал историю свою, российскую, и узнал столько, что хотел бросить все эти занятия, начитавшись записей от пьющих дьячков и «скасок» от упоротых землепроходцев. Всей душой чувствовал их величие, задыхался от восхищения, но найти верную интонацию не мог, ведь это же свой, сложный язык – не просто язык неандертальцев. Повезло с очередным собеседником. С Иваном Ивановичем Лажечниковым. «Государыня села в первую карету с придворной дамой постарше; в другую карету вспрыгнула Мариорица, окруженная услугами молодых и старых кавалеров. Только что мелькнула ее гомеопатическая ножка, обутая в красный сафьяновый сапожок, и за княжной полезла ее подруга, озабоченная своим роброном». С «гомеопатической ножки» всё и началось…

"Костры миров", сборник, издание 2024 года, оформление обложки Т. Павловой (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).

Вы пишите не только историческую прозу, но и научно-фантастическую, пользующуюся особой любовью читателей: «Костры миров», «Золотой миллиард», «Царь-Ужас», «Русский стрльдбруг», «Шпион в Юрском периоде», «Великий краббен», «Нет плохих вестей из Сиккима», многое другое. Собираете ли научные сведения перед тем, как приступить к работе?

Учиться никогда не вредно.

"Разворованное чудо", сборник, издание 1978 года, оформление и иллюстрации И.Д. Шурица (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).

Я знаю, что недавно Вы закончили новые научно-фантастические вещи – роман и повести. Не прошу раскрыть их сюжеты, но можете хотя бы намекнуть, о чем они?

Роман «Идут варвары» – о пространстве-времени. Цикл повестей («Пекарня Тимирязева», «Венценосный», «Седьмая колба» и «Бульон на вынос») – о времени-пространстве. Чудесная последовательность в несколько миллиардов лет, сменяющие себя материки и океаны, и, понятно, всегда восхищавшая и восхищающая меня «живая плесень» (как говорят некоторые философы) на планете Земля – Люди, Человечество. То есть, опять же вечные чудесные Собеседники.