| |
| Статья написана 11 января 2014 г. 21:48 |
![](/blogfiles/b29144/img/1)
Lucy Corin One Hundred Apocalypses and Other Apocalypses McSweeney’s, 2013 Обычно апокалипсис воспринимается как что-то конечное, БУМ! – и ничего не стало. В популярной литературе образовался даже поджанр постапокала, когда действие происходит в мире после апокалипсиса, явления, задевающего всех и вся, часто приводящего к необратимым последствиям. В этом сборнике собрано действительно сто с лишним апокалипсисов, коротких рассказов (при этом книга открывается тремя длинными новелеттами), где происходит конец света. Здесь апокалипсисы – это явление длящееся, один перетекает в другой, и так без остановки. Стоит понимать, что Люси Корин не пытается придумать сто с лишним вариантов конца света. Апокалипсисы в ее историях часто явление сугубо личное, невидимый сдвиг, закадровое явление, погрешность мироустройства. Апокалипсисы в этой книге почти как пульс земли под ногами, почти не ощущается. «One Hundred Apocalypses and Other Apocalypses» — разбитое зеркало, в чьих осколках ты пытаешься разглядеть себя. Корин очаровывает своими историями, ставит в тупик, озадачивает, заставляет прислушиваться к каждому слову. Этот сборник тяжело читать большими порциями: истории не связаны между собой, и от большого количества поглощенных рассказов физически начинает кружиться голова. «In my town, where we live on a hill in the desert which was a desert even before this last apocalypse, I can stand on the wall surrounding the house and look down with binoculars. Tonight there is a famous rock band in the ball park. Everyone left is watching them hook up their amplifiers to some car batteries they found. The band is in leather outfits, just like the old days, like nothing happened, except now they don’t have roadies.» Это фрагмент рассказа-апокалипсиса «Hot Ticket». У Корин практичный стиль, с налетом мелодизма. Это не стихопроза, но, как и стихи, она позволяет множественное толкование. Рассказчица пишет, что они живут на холме – под открытым воздухом или в домах, и если в домах, то в старых или заново отстроенных? Вторая часть предложения склоняет ко второй версии, хотя неизвестно, один ли это дом на всех или их несколько. «This last apocalypse» дает основание предполагать, что апокалипсисы в мире этого рассказа не такое уж редкое явление, но они проходят, а люди остаются. Выступление рок-группы означает, что люди после апокалипсиса еще находят время и возможность для развлечений. А вот известность группы снова вызывает вопрос: стала ли эта группа популярной после апокалипсиса или была известна еще в доапокалиптические времена? Отсутствие роудиз означает лишь, что группа, вероятно, не гастролирует – нет возможностей передвигаться по континенту? Почти каждый рассказ сборника можно так разбирать часами, и в этом великолепие этой небольшой по объему книги. Среди новеллетт можно выделить «Madmen», невероятно странную историю о девушке, которая, достигнув 14-летия, едет с родителями в больницу для душевнобольных, чтобы выбрать там себе сумасшедшего. В этом мире все подростки должны обзаводиться безумцами, которые помогают подросткам в дальнейшем адаптироваться в мире. Эта книга вряд ли придется по душе любителям стандартного постапокала, настолько она ни на что не похожа и самобытна. Отдельно стоит отметить оформление: давно я не встречал настолько красиво изданной книги.
|
| | |
| Статья написана 11 января 2014 г. 15:02 |
![](http://www.blastedheath.com/wp-content/uploads/2013/06/baddestass.jpg)
Anthony Neil Smith The Baddest Ass Blasted Heath, 2013 В третьем романе серии герой предыдущих книг Билли Лафит оказывается в недостроенной тюрьме в Северной Дакоте, где он отбывает пожизненное наказание. Там для Билли тоже нет никакого спокойствия: другие сидельцы считают его предателем родины и то и дело покушаются на его жизнь. Убить Билли хотят и его враги с воли: агент ФБР Роум, которому Билли испортил в свое время жизнь, и Коллин Хартл, у которой по вине Билли погиб бойфренд. Они заказывают убийство Билли, и исполнение берут на себя – за определенную плату – лидер черного братства Райчес и охранник Гарнер. Согласно их плану, смерть Билли произойдет во время снежной бури. Из-за непогоды в тюрьме отключится электричество на короткий отрезок времени, и в это время кто-то из заключенных и убьет Билли. Но так случается, что запланированное убийство совпадает с визитом в тюрьму сына Билли в сопровождении бабушки (тещи Билли) и Коллин, которая помимо денег приложит к вознаграждению собственное тело. Ситуация выйдет из-под контроля, и короткая операция перерастет в нечто большое. Хорошие тюремные романы всегда в цене. «The Baddest Ass» по сути своей тюремный роман, но вот хороший ли он? Не совсем. Интересен роман покуда он рассказывает о повседневной жизни за решеткой, до того момента, когда собственно и начинается бунт. А это лишь четверть книги (от силы). Когда должно начаться самое интересное, роман неожиданно теряет всякую неожиданность. Две трети «The Baddest Ass» — мочилово в стиле палп, с гипертрофированными злодеями и вялым действием. Смит, пишущий умные и изощренные сюжетно книги, в этой откровенно подкачал. Смит переключается между персонажами, но он теряет связь с собственными созданиями. Голоса двух женских персонажей то и дело наполняются фальшивыми нотками. Набожная старушка вдруг упоминает мужские «balls», а Коллин вдруг преисполняется чувством любви к теще Билли и ее сыну, которых она до встречи в тюрьме никогда не видела. Что обиднее всего: два персонажа, у которых был наибольшей потенциал, в чьей голове было интересно находиться, выбывают из игры сразу после первой четверти книги. Если продолжать нестыковки, то мне тяжело было поверить в то, что Билли окажется в обычной тюрьме строго режима, учитывая то, что он скорее всего был осужден за терроризм. Маловероятно и то, что другие сидельцы стали бы презирать и ненавидеть Лафита из-за того, что он изменник родины. Мне кажется, этим ребятам было бы все равно. Я высоко оценил два предыдущих романа о Лафите, это были выдающиеся книги. Эта абсолютно проходная, вот уж действительно baddest. Ждем, когда Смит вернется в форму.
|
| | |
| Статья написана 10 января 2014 г. 00:48 |
![](/blogfiles/b29101/img/1)
Donald Westlake The Fugitive Pigeon Random House, 1965 Чарли Пул – единственный работник бара Rockaway Grill в Бруклине. Бар приносит убытки, Чарли делает видимость того, что работает. Но так и должно быть: Чарли – племянник мелкой шишки в криминальной организации, которая держит бар в качестве прикрытия для незаконных сделок. Время от времени Чарли принимает и передает пакеты и сообщения таинственным людям, но вопросов не задает, покуда у него есть эта работа. Дядя Эл вытащил племянника из забвения, дав ему работу бармена в занюханном баре. Все меняется для Чарли, когда одним вечером перед закрытием в бар приходят два хитмена от организации и показывают Чарли черную метку. Чарли все же сбегает от них, ища ответов у дяди. Дядя племянника избегает, и Пулу придется прятаться по всему Нью-Йорку, ища ответ на вопрос, почему его, ни в чем не повинного, хотят убить. Считается, что «The Fugitive Pigeon» — первый юмористический роман Уэстлейка после пяти жестких триллеров под собственным именем. Книга действительно легче и веселее предыдущих, но в то же время не совсем уж полная комедия – на «Killy» и «Mercenaries» я смеялся не меньше. Если проводить аналогии, то «The Fugitive Pigeon» — это такая смесь «The Hunter» + «The Outfit» Старка с «Mercenaries» самого Уэстлейка. Элементы предыдущих романов автора остались и здесь. Одинокий человек идет против мафии, одновременно разгадывая whodunnit (а Чарли вляпывается и в убийство). Пул не Паркер, но методы у обоих почти те же. Оба идут самыми прямыми путями, оба с пистолетом наготове. Правда, Чарли стоило бы поучиться владению оружием у Паркера. «The Fugitive Pigeon» — остроумная книга, не лучшая у Уэстлейка, но чрезвычайно увлекательная.
|
| | |
| Статья написана 30 декабря 2013 г. 13:23 |
Amity Gaige, Schroder Bear is Broken, by Lachlan Smith The Shanghai Factor, by Charles McCarrey The Midnight Promise, by Zane Lovitt Inside Straight, by Ray Banks Nicholas Royle, First Novel Stuart Nadler, Wise Men Elizabeth Kelly, The Last Summer of Camperdowns Want Not, by Jonathan Miles Mark Slouka, Brewster Adam Langer, The Salinger Contract James McBride, The Good Lord Bird Evie Wyld, All the Birds, Singing
|
| | |
| Статья написана 25 декабря 2013 г. 13:43 |
придумал теорию, согласно которой россию спасут тюрьмы. но обо всем по порядку. народ бежит с дальнего востока и сибири, несмотря на попытки президента заманить дураков на тонущий корабль. никакие вложения денег уже не помогут, это видно и слепому. урал и кавказ тоже мертвые и ненужные регионы. иначе как объяснить слова президента, премьера и губернатора о том, что эти два региона должны кормиться с туризма. как только я увижу разгуливающего по махачкале в шортах с мороженым в руках медведева, спрашивающего у местных, где тут нормальные гостиницы, сам туда поеду. урал, конечно, должен предложить туристам грибы, ягоды, рыбалку, охоту и прочие развлечения, когда тебя едят комары, но пока что не видел у нас тут американцев, спрашивающих дорогу к ближайшему леску. промышленность не будет здесь развиваться, как и на кавказе, это невыгодно государству, а коммерсу еще невыгоднее. работы в собственном регионе становится все меньше, государство предлагает переезжать из одного умирающего региона в другой. нужно что-то решать с работой на местах, с развитием инфраструктуры. и вот тут-то нас всех спасут тюрьмы. строительство новых современных тюрем по всей россии — это наше спасение. строительство само по себе привлекает инвесторов, дает рабочие места. по окончанию строительства у региона есть несколько тюрем, а значит снова рабочие места, в большом количестве, плюс поддержка бизнеса: кормежка, книги, компьютеры, охранные системы, мебель etc etc. естественно, наличие тюрьмы должно помочь развитию инфраструктуры: дороги, электричество, вода, отопление. деревня, где еще недавно грелись свечками и ходили срать на улицу, вдруг начинает процветать — канализация, отопление, новая трасса. тюрьмы будут многочисленны и они будут находиться там, где живут люди: не надо ездить на вахту за тридевять земель, работа прямо под носом. такое масштабное строительство должно проходить параллельно с пересмотров уголовного права и тюремных порядков. сегодняшние законы не дадут моей теории существовать: суды дают минимальные сроки, условные сроки, домашний арест, амнистии опять же. это создает текучку в тюрьмах, государство старается сократить количество сидельцев. с этим надо будет покончить. чтобы тюрьмы заполнялись, люди должны сидеть. новый ук будет давать большие сроки, убийства и прочие тяжкие преступления будут равняться пожизненному сроку, амнистии будут сведены к минимуму, выходы по удо только в крайних случаях, условные сроки только для беременных и инвалидов, домашние аресты отменяются. так тюрьмы будут заполняться быстро и надолго. сидеть будут долго, мест будет не хватать, что будет приводить к строительству новых тюрем. новые тюрьмы увеличивают занятость законопослушных граждан. сидельцы таким образом будут кормить не-сидельцев. если государство не хочет развивать _ничего_, вот выход — тюрьмы. перед выходом на пенсию дед пробивает кому-то череп и садится на 10 лет — чтобы у внука была работа. утопия? антиутопия?
|
|
|