Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «2_All» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы: [1] 2  3  4  5

Статья написана 21 апреля 2021 г. 18:11

Перевод небольшого рассказа Уилума Пагмайра (W. H. Pugmire), известного автора в жанрах вирд и хоррор-фантастики, большого поклонника творчества Г. Ф. Лавкрафта. Все не доходили руки ознакомиться с его произведениями, и надо сказать, пока я приятно удивлен, возможно, буду переводить еще. Жаль, что Уилум покинул этот мир почти два года назад.

Танец среди марионеток

Гермафродит в маске лежал, откинувшись на кушетке в своей спальне и любовался фавнами и сатирами, нарисованными им на потолке. Его маска из папье-маше, сделанная его собственными руками, подражала Le Stryge*, за исключением того, что автор наделил демоническое создание лишь одним рогом. С юности его привлекали гротескные, фантастические вещи. В самом деле, это казалось ему чем-то вроде права первородства, ибо мать с младенчества читала ему из греческой мифологии, и к семи годам он уже был настоящим язычником, опьяненным красотой греческих созданий, тем, кто возводил алтари Пану и Персефоне. Он наблюдал за пляшущими в сумерках леса дриадами и сатирами и подражал этому танцу, когда оставался один в залитом звездным светом поле.

Его мать, слегка сумасшедшая, намекала на странные узы его собственных отношений с мифическими существами, и склонялась, чтобы поцеловать его прямо над его двойным естеством. До того как она лишилась ноги, она часто поднималась с ним в сумерках на чердак, в свое особое царство. Ее художественные таланты, которые она завещала своим нежным отпрыскам, нашли особое применение на чердаке, потолок которого был усеян крошечными фосфоресцирующими точками, которые ловили и удерживали свет погашенного источника, и поэтому после того, как чердачный свет выключали, казалось, что потолок был покрыт множеством крошечных звезд. Между косыми стенами остроконечной крыши его мать прикрепила грубые деревянные перекладины, на которых она повесила ряд кукол, служивших ей источником существования, за исключением того, что эти куклы на чердаке совершенно отличались от прекрасных и безвредных созданий, продаваемых публике; ибо эти куклы представляли собой существа, которые пленили ее безумный ум, ее копии Цербера и Харибды, Медузы и Ламии. Когда она открывала три чердачных окна и позволяла ночному ветру врываться в чердачную комнату, она танцевала с колышущимися ветром фигурами, иногда наклоняясь так, чтобы поцеловать крылья Сфинкса или копыто козла Пана.

Гермафродит в маске вспомнил то далекое время, когда его mère** впервые настояла, чтобы он последовал за ней по лестнице к люку, который вел в чердачное помещение. Наступили сумерки, и она взяла с собой свечу. Он смотрел, как она толкнула люк плечом, а когда сам прокрался в сумрак, женщина поспешила зажечь другие свечи. Он изучал невероятных существ, которые висели на веревочках и начавших двигаться, когда его мать открыла маленькие окна комнаты. А потом женщина протянула руку к мотку бечевки, лежавшему на старом столе, и он поразился, как бело блеснули зубы его матери, когда они разорвали бечевку так, чтобы получились четыре полоски длинного шнура, свободно подвязанного в воздухе. Затем она на цыпочках подошла к нему. Он хотел доставить ей удовольствие (она была его единственной любовью) и потому присоединился к ее сумасбродному смеху, когда она привязала концы веревки к его лодыжкам и запястьям. Она подергивала его в такт постукиваний своих ступней, и он двигался, как ее живая марионетка. Как тяжело она дышала, помогая делать ему пируэт. Он смеялся и глядел на нее, когда его веревки начинали путаться, и блеск ее глаз поразил его, ведь они были так похожи на глаза греческой богини.

Человек в маске нехотя поднялся с кровати и отыскал обувь, сделанную им из кусков дерева и кожи, – диковинные эспадрильи, напоминавшие раздвоенные копыта. Он использовал часть шнура с чердака, чтобы сделать подошвы, и обнаружил, что в башмаках легко ходить, несмотря на их ширину. Он постоял немного, прислушиваясь к тяжелому вечернему ветру, который пробудил его от сна, ветру, напомнившему ему о том, как давно он не бывал на затененном чердаке. Шагнув в темный коридор, он подошел к лестнице и ухватился за перила. Едва различимый в темноте силуэт, он оторвал ноги от пола и начал подниматься по лестнице, пока его голова в маске не коснулась люка. Изящной рукой он уперся в люк, почувствовав движение дерева, и запах покинутых вещей донесся до него. Он подтянулся в знакомое пространство и потянулся к шнуру, который включал электрический свет. Длинные люминесцентные лампы зажужжали и замигали, но их свет был слишком ярким, и он быстро потянул шнур снова. Тысяча белых точек сияла на остроконечном потолке, тысяча новорожденных звезд; а под ними висели миниатюрные создания греческого мифа, творения его матери, его мертворожденные молчаливые братья и сестры.

Ветер шумел за окнами комнаты, за теми окнами, которые казались живыми с их колышущимися туманными очертаниями. Его зрение уже привыкло к темноте, поэтому он подобрался к окнам и распахнул их. Ах, благоухающий ветер! Он поспешил в комнату марионеток, этих существ, которые начали раскачиваться и толкаться. Смеясь, он вклинился в их безумный танец, кружась и кружась, в то время как фигуры бились друг о друга перед ним. Он кружился на ветру до тех пор, пока головокружение не одолело его, свалив на пол в тяжелом падении, которое раскололо поверхность его маски.

Его чудовищная личина исчезла, и мириады светящихся точек упали на его прекрасное лицо. Он устало закрыл глаза и позвал женщину по имени. Как странно слышать свое собственное имя, так отчетливо звучащее на ветру.

Гермафродит открыл свои бледные глаза и увидел, что небо над ним похоже на воронку, в которой вращается множество звезд. Плывя среди звезд, он увидел искусственную братскую орду. Марионетки больше не были марионетками, они двигали своими ожившими руками и манили его. А потом она появилась из темноты на свет звезд. Ее прекрасные глаза были глазами богини, как он всегда и подозревал. Ее прелестные руки двигались целенаправленно, и он почувствовал, как его запястья и лодыжки приподнялись. Он не обратил внимания на то, что копыта и одежда упали с него, открывая великолепие его двойственности. Он вознесся в воронку изменчивого звездного света, к голодным губам, жаждущим поцеловать его еще раз.




*Гаргулья, химера.

**Mère – мать, матушка (фр.)


Статья написана 30 сентября 2020 г. 20:12

Лавкрафт никогда не был одаренным иллюстратором, но никогда не стеснялся снабжать свои рукописи небольшими зарисовками. Он рисовал планы реальных и воображаемых городов, изображал некоторых своих монстров, обычно перед тем как описать их на словах. Ниже небольшая подборка из примечательных рисунков Лавкрафта с ссылками на архив его наследия в Университете Брауна.

Летопись обсерватории Провиденса (1904)

В юности Лавкрафт написал множество брошюр по астрономии и химии, дополнив их своими рисунками небесных тел и алхимических инструментов.


Сэмюэль Лавмен, эсквайр (20 сентября 1924)

Портрет нью-йоркского друга Лавкрафта, Сэмюэля Лавмена.


Нагой, бородатый Лавкрафт (28 мая 1925)

1 января 1925 года Лавкрафт переехал из бруклинской квартиры Сони Грин на 259 Парк Авеню в новое жилье на 169 Клинтон Стрит. Там его одежда была украдена (костюмы, пальто, чемодан и радиоприемник). В этом письме к своей тетке Лиллиан Д. Кларк Лавкрафт изобразил себя «одетым» лишь в длинную ниспадающую бороду.


Поэтажный план 169 по Клинтон Стрит, Бруклин (15 мая 1925)

В этом письме к Морису У. Мо Лавкрафт рисует план комнаты, отмечая гардеробную нишу, из которой была украдена его одежда.


Поэтажный план 10 по Барнс Стрит, Провиденс (1 мая 1926)

17 апреля 1926 года Лавкрафт возвращается в Провиденс. В этом письме к Фрэнку Белнапу Лонгу Лавкрафт не только изобразил план жилища, но и описал каждую его стену.


Герб Лавкрафта (24 сентября 1927)

В этом письме к Фрэнку Белнапу Лонгу Лавкрафт нарисовал свой герб, объединяющий линии Лавкрафта, Филлипса, Олгуда и Плейса. Наличествует и девиз – «Quae Amamus Tuemur» — «Защищать то, что нам дорого».


Наброски сюжета "Хребтов безумия" (начало 1931)

Примечательный рисунок Старца.


Поэтажный план 66 по Колледж-Стрит, Провиденс (5 июня 1933)

Лавкрафт со свое теткой Энни переехал в новую квартиру 15 мая 1933 года. Он пришел в восторг от этого старинного дома и писал о нем многим своим корреспондентам. Он нарисовал план квартиры в письме к Карлу Ф. Штрауху; другие версии были приложены в письмах к Дональду Уондри (31 мая 1933) и Альфреду Гальпину (24 июня 1933).


Карта основных районов Аркхема, Массачусетс (начало 1934)

"Недавно я работал над одной вещью – картой Аркхема, дабы все отсылки в планируемых историях были согласованы" (письмо ГФЛ Дональду Уондри, 28 марта 1934)


Проклятая пустошь (27 марта 1934)

Хотя Лавкрафт написал "Цвет из иных миров" в 1927 году, этот рисунок появился лишь спустя восемь лет в письме к Ф. Ли Болдуину.


Набросок Ктулху (11 мая 1934)

В "Зове Ктулху" (1926) Лавкрафт описывает скульптуру, найденную у культистов на болотах Луизианы. Данный рисунок божества Лавкрафт отправил своему другу, Роберту Барлоу.


Карта Колледж-Хилл, Провиденс (30 мая 1934)

Э. Хоффман Прайс навестил Лавкрафта в июне-июле 1933. В этом письме Прайсу годом позже Лавкрафт изобразил несколько мест, которые они совместно посетили, включая "аптеку в которой они купили пиво".


Модель Пикмана (21 июня 1934)

Рисунок существа из рассказа "Модель Пикмана" (1926), выполненный Лавкрафтом для одного из его корреспондентов.


Наброски сюжета "За гранью времен" (1935)

Две страницы заметок повести и изображение представителя Великой Расы.


Играющие котята (9 апреля 1936)

В период с марта по декабрь 1936 Лавкрафт написал несколько писем своей соседке Мэриан Ф. Боннер. Наиболее частым объектом его внимания стали дворовые кошки, обитавшие между их домами и прозванные Лавкрафтом "Κοµπων ’Αιλουρων Τάξισ" – "Обществом Элегантных Кошек".


Статья написана 6 августа 2020 г. 15:15

Отложенная в глубокий сундук третья часть перевода выдержек, в которой коснемся писем и корреспондентов ГФЛ. Часть вторая тут.

Часть третья. Письма.

Издание пяти томов избранных писем Лавкрафта («Selected Letters», 1965-76) положило начало новой, более глубокой тенденции в исследованиях Лавкрафта; ибо до появления 2000 страниц этой серии мало кто знал о многих различных сторонах Лавкрафта – человека и писателя, и мало кто имел представление о том, до какой степени его переписка в абсолютном объеме затмевает все остальные его произведения – художественную литературу, поэзию, эссе, редакции – вместе взятые. 930 писем, опубликованных в избранных письмах, были почти во всех случаях сокращены, а в одном случае (т. 3, стр. 389) были напечатаны только начало и окончание, а тело письма полностью вырезано. И все же редактирование этих 930 писем заняло почти сорок лет (Август Дерлет начал собирать письма от корреспондентов почти сразу после смерти Лавкрафта в 1937 году) и потребовало неустанной работы трех редакторов – Дерлета, Дональда Уондри и Джеймса Тернера.




Статья написана 4 августа 2020 г. 18:30

«Склониться всем! Я император грёз...»




Ну что же, дамы и господа, перевод субтитров на русский язык для документального фильма про Кларка нашего Эштона Смита завершён. Ссылку на сам фильм и субтитры оставляю чуть ниже.

Есть два варианта просмотра фильма:

Вариант 1. Смотреть онлайн по ссылке в youtube проигрывателе, выбрав субтитры на кнопке настроек.

  1. Плюсы: ничего не надо скачивать себе на диск.

  2. Минусы: качество хуже (включая и 1080p), не столь много настроек выводимых субтитров.

Вариант 2. Смотреть в своем проигрывателе, скачав оба файла из папки по ссылке.

  1. Плюсы: качество лучше, настройка субтитров зависит от вашей фантазии и возможностей проигрывателя.

  2. Минусы: лишние 3,5 Гб захватят ваш диск ;)

Рекомендую проигрыватель PotPlayer, тут дело вкуса. Файл субтитров, естественно, нужно закинуть в папку с файлом фильма для автоматической подгрузки оных.

ССЫЛКА НА ФАЙЛЫ




Теперь перейдем ко всем причастным к этому событию.

В первую очередь, спасибо создателям фильма, хоть их здесь и нет, за появление данного материала. Да, посмотрели данный фильм по миру не миллионы раз, но свою нишу он занимает, и поклонникам Смита и его круга было отрадно узнать, что такого автора не забыли.

Далее, от себя выражаю благодарности:

Поддержавшие работу рублем:

Иван Золотухин, Андрей Гриценко, Михаил Бочкарёв, Григорий Батанов.

За чудесные переводы Смита и кусочек Джорджа Стерлинга, звучащие в фильме:

Василий Спринский (кстати, не поленитесь заглянуть в его авторскую колонку) и Екатерина Миронова, а также Марина Батасова за элегию ГФЛ.

Всем, кто отписался в теме по Кларку Эштона Смиту "да, хотеть перевод!" за мотивацию.




И да, все ошибки, косяки, замечания и пожелания просьба присылать прямиком мне в личку.


Статья написана 27 июля 2020 г. 16:30

Перевод статьи, автор оригинала.

Рассуждая о литературных жанрах, порой сложно уместить произведение в узкие рамки фэнтези, хоррора или научной фантастики. И до появления Weird Tales никакой из журналов не мог соединить в себе разноплановые произведения под одной обложкой, что в свою очередь удалось новому журналу. На протяжении 30 лет Weird Tales являлся отправной точкой для широкого круга писателей – от Г. Ф. Лавкрафта до Теннесси Уильямса и К. Л. Мур. Журнал стал первым специализированным изданием, истории в котором были посвящены бурно растущему жанру фантастической литературы и основано всего за три года до того, как первый журнал «Scientifiction», Amazing Stories, обосновался на журнальных полках в 1926 году. История журнала – это прекрасный пример борьбы, которая помогла многим начать карьеру в жанре фантастика.

Д. К. Хеннебергер
Д. К. Хеннебергер

Первый номер, март 1923
Первый номер, март 1923
Журнал Weird Tales был детищем Джейкоба Кларка Хеннебергера, который работал в начале своей карьеры над несколькими фэнзинами, включая успешный College Humor. В 1922 году он основал компанию Rural Publications, Inc. вместе с Дж. М. Лансингером, с намерением заработать на ниве бульварных журналов. В юности Хеннебергер зачитывался рассказами Эдгара Аллана По, и журналист хотел создать издание, в котором были бы собраны истории, которые не совсем втискиваются в определенные рамки, надеясь, что это принесет большой успех. Он отметил, многие писатели хотели публиковать рассказы, которые нельзя было отнести к конкретному жанру; рассказы, которые включали бы элементы фантастики, странные и мистические:

«Должен признаться, что главный мотив создания Weird Tales – это дать писателю свободу выражать свои самые сокровенные чувства в манере, подобающей великой литературе».

После своего образования компания начала издавать два журнала: Real Detective Tales and Mystery Stories и Weird Tales. В то время рынок палп-журналов опирался на ряд популярных, протонаучных фантастических историй, историй в жанре фэнтези и страшных историй (таких как рассказы Эдгара Райса Берроуза). Weird Tales станет первым, кто будет публиковать исключительно фантастику и литературу ужасов на рынке журналов.

Первый номер Weird Tales увидел свет в марте 1923 года под редакцией Эдвина Бэйрда и стоил 25 центов, что в то время было высокой ценой для палп-журнала. При содействии коллег-писателей Фарнсуорта Райта и Отиса Клайна журнал стал выглядеть многообещающим, и в течение следующих двух выпусков Бэйрд привлек нескольких интересных авторов: Кларка Эштона Смита и Фрэнсиса Стивенса – яркие фигуры среди безвестных фамилий. В то же время, подающий надежды писатель Г. Ф. Лавкрафт, открыл для себя Weird Tales и отправил Бэйрду целых пять своих историй, причем все они были напечатаны с одним пробелом меж строк [Бэйрду требовался двойной пропуск – прим. переводчика]. Бэйрд отверг каждую из них, указав Лавкрафту, что, хотя они ему и нравятся, они должны быть перепечатаны должным образом. Лавкрафт отказался, но в конце концов перепечатал и отправил по почте свой рассказ «Дагон», который был куплен и помещен в октябрьский номер 1923 года вместе с рассказами Сибери Куинна и Эдгара Аллана По. Вместе с Лавкрафтом пришли и другие авторы: он уговорил Фрэнка Белнапа Лонга присоединиться и сам продолжил присылать свои рассказы, став одной из основных фигур журнала.

Аудитория журнала была небольшой, он с трудом завоевывал популярность среди большого количества конкурирующих журналов. Были приняты некоторые меры, такие как изменение размера журнала, но через год после выхода долги достигли более 40 000 долларов и Weird Tales оказался на грани банкротства. Хеннебергер был вынужден заключить специальную сделку с кредитором журнала и печатником Б. Корнелиусом, что позволило журналу остаться на плаву.

Кларк Эштон Смит
Кларк Эштон Смит

Г. Ф. Лавкрафт
Г. Ф. Лавкрафт

Финансовые проблемы усугублялись отсутствием энтузиазма у Эдвина Бэйрда по поводу содержания журнала. Растущие долги и скудное наполнение журнала заставило Хеннебергера уволил Бэйрда из Weird Tales, сохранив его место редактора в Real Detective Tales, где его интересы были более созвучны с публикуемым материалом. Затем Хеннебергер обратился к единственному автору, от которого он приказал Бэйрду принимать рассказы при каждом случае – Г. Ф. Лавкрафту. Лавкрафт и его жена, однако, противились переезду в более прохладный Чикаго. Хеннебергер сделал беспрецедентное предложение: Лавкрафту будет выплачено жалование за 10 недель вперед, и ему будет предоставлена свобода действий, когда дело дойдет до редактирования журнала. Когда Лавкрафт отклонил предложение, Хеннебергер обратился к бывшему помощнику Бэйрда, Фарнсуорту Райту, который стал главным редактором журнала. Помощником был назначен Уильям Шпренгер, который был привлечен в качестве секретаря-казначея журнала.

Родившийся в 1888 году в Калифорнии, Фарнсуорт Райт оказался в Чикаго после службы во Франции во время Первой Мировой войны, где он был переводчиком. Он рано стал приверженцем фантастики, и был поклонником таких авторов, как Уильям Моррис. Вернувшись в Соединенные Штаты, он устроился на работу в Чикаго Геральд и в конце концов стал писать для компании Хеннебергера. Когда Хеннебергер запустил Weird Tales, Райту были доступны для чтения присылаемые рукописи; к тому же он сам писал истории. Он опубликовал в журнале несколько коротких рассказов: «The Closing Hand» (март 1923), «The Snake Fiend» (апрель 1923), «The Teak-Wood Shrine» (сентябрь 1923), «An Adventure in the Fourth Dimension» (октябрь 1923), «Poisoned» (ноябрь 1923) и «The Great Panjandrum» (ноябрь 1924). Однако, несмотря на то, что он приложил руку к некоторым художественным произведениям, его настоящее наследие связано с его работой в качестве редактора журнала.

Придя на должность Бэйрда, Райт приложил титанические усилия, чтобы вернуть журнал из мертвых. На протяжении большей части 1924 года он был занят работой, скопившейся от своего предшественника. Много позже он смог начать принимать новые рассказы от таких авторов, как Сибери Куинн и Кларк Эштон Смит, которые стали главными именами в журнале. Райт тесно сотрудничал со своими авторами, постепенно создавая новый резерв талантов. В течение следующих двух лет он покупал рассказы у таких авторов, как Роберт С. Карр («The Flying Halfback», сентябрь 1925 года), Эдмонд Гамильтон («The Monster God of Mamurth», август 1926 года), Теннесси Уильямс («The Vengeance of Nitocris», август 1928 года) и К. Л. Мур («Shambleau», ноябрь 1933 года) – каждый из них продолжит свою карьеру. Когда Райт наткнулся на письмо Мур, он, как сообщается, закрыл офис Weird Tales в Чикаго, чтобы отпраздновать нахождение такой истории. Журнал превратился из места публикации посредственной беллетристики в гораздо более сильную площадку, которая имела огромное влияние на жанр.

Фарнсуорт Райт
Фарнсуорт Райт

Райт был эксцентричным человеком со странными вкусами, которые помогли определить тон и стиль журнала. У него была неконтролируемая дрожь из-за болезни Паркинсона и он тихо говорил. Раймонд Палмер описал его как «редактора, у которого есть реальный физический недостаток. Но как это уместно для ''странного'' журнала». Из-за своих странных вкусов Райт часто был вынужден лавировать меж двух направлений журнала; некоторые читатели требовали больше научно обоснованных историй, в то время как другие настаивали на том, что желательны более готические рассказы. Это коснулось и самого Лавкрафта, когда его повесть в нескольких частях «Хребты безумия» была напечатана в Astounding Science Fiction, после того как была отвергнута Weird Tales: читатели жаловались, что ему не хватает научной базы. В конце 1920-х годов Weird Tales вступил в новое состязание за внимание читателей, главным образом со знаковым журналом Хьюго Гернсбека Amazing Stories, первого специализированного журнала с только научно-фантастическими историями. За ним последовали и другие, поскольку область научной фантастики обрастала новыми публикациями весь остаток десятилетия и далее. Weird Tales сделал все возможное, чтобы выделяться на полках, особенно это заметно с приходом Маргарет Брундидж в качестве основного художника журнала, чьи смелые обложки, безусловно, привлекали внимание.

Weird Tales столкнулись с кризисом в середине 1930-х годов: на горизонте маячила Великая депрессия, а несколько главных авторов журнала скончались. Генри С. Уайтхед умер в 1932 году, за ним последовали Арлтон Иди в 1935 году и создатель Конана-завоевателя Роберт И. Говард, который умер от своей собственной руки годом позже, в 1936 году. Самый большой удар был нанесен в 1937 году, когда главный автор журнала, Г. Ф. Лавкрафт, скончался из-за рака тонкого кишечника. Сам Райт страдал от ряда проблем со здоровьем, начиная с сонной болезни, которую он подхватил во время Первой Мировой войны. В 1921 году у него обнаружили болезнь Паркинсона, которая прогрессировала все время, пока он редактировал журнал. Журнал также столкнулся с финансовыми трудностями, пришлось урезать зарплату своим сотрудникам. Но журнал в конце концов восстановил свои позиции и расплатился с долгами. Спонсоры журнала реорганизовались в Popular Fiction Company. Хеннебергер, однако, больше никогда не контролировал свою компанию полностью.

Дороти Макилрайт
Дороти Макилрайт

Конец 1930-х годов ознаменовался продолжающимися трудностями для журнала. В 1938 году Хеннебергер продал свою долю компании Уильяму Делани, владельцу журнала Short Stories. В 1940 году Райт ушел с поста главного редактора журнала и перенес операцию, чтобы справиться с болезнью Паркинсона, но в 1940 году скончался. Weird Tales оказался под особым давлением, когда он был перенесен в Нью-Йорк – из-за журналов-подражателей. Один из них, Strange Stories, под редакцией Морта Вайзингера, был выпущен в январе 1939 года, но просуществовал всего два года, прежде чем исчез, будучи дешевой копией Weird Tales. Два месяца спустя Street & Smith, компания, которая публиковала Astounding Science Fiction, запустила Unknown, под редакторством Джона У. Кэмпбелла-младшего. Судьба его была незавидна, и его издание отменили в 1943 году из-за нехватки бумаги и плохих продаж.

В апреле 1940 года новый редактор Дороти Макилрайт возглавила журнал. Она будет ответственна за появление нового поколения писателей, таких как Рэй Брэдбери, Фредерик Браун, Фриц Лейбер-младший и Маргарет Сент-Клер. Макилрайт родилась в Онтарио 14 октября 1891 года. После окончания колледжа в Макгилле в 1914 году она переехала в Соединенные Штаты и работала в компании Doubleday, в конечном итоге став помощником редактора журнала Short Stories, который принадлежал компании Short Stories, Inc. В 1938 году компания выкупила у Хеннебергера Weird Tales и перенесла свои офисы в Нью-Йорк. Когда здоровье Райта пошатнулось, Макилрайт, которая теперь отвечала за рассказы, помогла Фарнсуорту с его обязанностями, в конечном счете заменив его весной 1940 года.

Этот переход ознаменовал собой серьезные перемены для журнала. Работа Макилрайт была направлена на то, чтобы смягчить содержание и обложки Делани, который увеличил размер журнала и в то же время уменьшил зарплату авторам. Изменения имели прямо противоположный эффект: доходы от журнала снизились из-за Второй Мировой войны, которая стала серьезным препятствием для периодических изданий. Макилрайт также упоминается как младший редактор, в отличии от Райта, который просто не мог соответствовать эксцентричным вкусам своего предшественника, что еще больше повлияло на тон и характер журнала. В последние годы 1940-х наполнение журнала стало менее качественным. Столкнувшись с низкими ставками оплаты труда, многие из оставшихся авторов журналов попробовали свои таланты в других, конкурирующих изданиях. Конец был близок. Weird Tales был сокращен до размера дайджеста в последней отчаянной попытке сэкономить на расходах. Это не сработало, и последний выпуск Weird Tales был продан в 1954 году. Это был закат выходившего три десятилетия крупного журнала, повлиявшего на несколько жанров литературы.

Однако, имя Weird Tales не кануло в бездну. Было предпринято несколько попыток возродить журнал, в краткосрочной перспективе в 1970-х и в виде нескольких сборников в 1980-х годах. В конце 1980-х годов Weird Tales был возвращен к жизни редакторами Джорджем Скизерсом, Джоном Грегори Бетанкуром и Дарреллом Швейцером, и издавался в 1990-х годах. В 2005 году название было продано компании Wildside Press, которая переделала журнал, назначив Энн Вандермеер в качестве редактора. Под ее крылом журнал стал очень успешным, получив премию «Хьюго» в 2009 году и представив новое поколение авторов и новое лицо странной фантастики. В 2011 году журнал был продан Nth Dimensions Media и взял новый и стремительный старт. По состоянию на 2013 год журнал продолжает двигаться вперед.


Страницы: [1] 2  3  4  5




  Подписка

Количество подписчиков: 46

⇑ Наверх