Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «stogsena» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы:  1  2 [3] 4  5  6

Статья написана 24 апреля 2013 г. 14:49

Отборочный тур. Стихи о любви


Подозревал я, конечно, что отклонения от классических построений не приветствуются судьями, и, тем не менее, решил это проверить еще раз.


цитата

Обращение

Мы заперты в клетках разных на белом поле тетрадных страниц, в море росчерков лиц, клинышков синих птиц, немых, так же, как мы, флатландцы, па чернильного танца.

По линиям слепо рвемся за край слева – в трехмерный май, март, июль – выбирай.

Вверх с полушажка падаем в ночь зрачка.

Где-то в ночи обращаемся в звук, спешим с воскресеньем; томно, трудно срываемся с губ:
Я помню чудное мгновенье.


Первоначальный вывод подтвердился, о чем открытым текстом сказали некоторые судьи. Я оказался в третьфинале только благодаря попустительству соперника, с худшим среди прошедших дальше участников результатом, 11,7 балла. Основные претензии: отсутствие темы, смена ритма в концовке и нелогичный финал.

Попробую объяснить мои мотивы. До того, что речь идет о словах, первоначально написанных на бумаге, потом увиденных глазами и воскрешенных в звуке губами, догадалось большинство. Я так и не понял, увидели ли судьи за этой тетрадью с галочками и профилями именно Пушкинскую тетрадь. В июле 1825г. он встречается с Керн в Тригорском и, перед ее отъездом 19-го, дарит известные стихи. Я несколько переосмыслил встречу. Такой вот второй слой. И решение темы. Нелогичный финал? Не думаю, просто не совсем удалось донести.


Кстати, для хотя бы минимального ритмического согласования столь разных стихов и была сделана предпоследняя строка. Хотелось показать некоторую протяженность, сложность, медлительность процесса «воскресения», в отличие от стремительных букв, летящих с листа.

______________________________________________________ ______________________________________________________ ___________

Третьфинал. Недетские сказки


Попробовал сказать о слиянии исполнитель-инструмент-образ на примере сюиты Римского-Корсакова «Шехерезада». Наиболее подходящей формой для этого мне показалась касыда. Не только и не столько потому, что она вся из себя восточная, сколько из-за того, что, происходя от арабского «направляться к цели», синонимична русскому «путь». Чтобы хотя бы приблизится к музыкальному дао единения. Поэтому


цитата

Опус 35. Касыда скрипки

Когда волной качнется море зала,
Когда проснутся духовые сзади,

Я дам смычку пройти по звонкой квинте,
Освобождая суть. Шехерезаду.

Она и я, мы будем лгать о море,
О птице Рух, о пери и Синдбаде.

О мертвых городах и горных тропах,
О мире новом, дивном. Но однажды

На джинне улетая с Аладдином,
В толпу метнув последние дирхамы,

Она и я единым станем целым,
Как были вечно, издревле, измлада...

Себя забыв, в объятиях Маруфа
Покажемся на улицах Багдада.

Али-бабу опоим сонным зельем,
Чтоб из зерна, из семени сезама,

Из самого ядра, из сердцевины
Добыть то слово, что владык пронзало.

Затем одна – двойною, неразъемной –
Пойду в покои грозного султана

Из ночи в ночь бессонно, плотно, верно
Плести ковер чарующих сказаний.

И ошибусь-то раз, когда, под утро,
Не пригасив последнюю лампаду,

В шальварах из прозрачного муслина
Перед тираном на подушки сяду.

Забуду я лишь пару старых истин,
Глупцов и пьяниц детские шарады:

Чтоб разглядеть Мицар в пиале неба,
Кому нужны визир да алидада?

Ужель важней отточенные бейты
Простых движений, искренних, нескладных,

Когда в рассветный час снимаем маски,
Устав от хороводов маскарада?

Там и усну, и вспомню сон о мире,
Где снова до летучего стакатто

Мой Шахрияр мои ласкает струны.
И я пою, его Шехерезада.


Опус прошел в финал «на волоске», опередив замечательную «Алису» Ириш менее чем на десятую балла, хотя и наиграл на личный рекорд 14,9 балла. Основные претензии: длинновата касыда, многовато незнакомых слов и неотточенность бейта.

Ну, во-первых, если касыда коротка, как у великолепного псевдо-Мутаннаби by nika-tyan, она уже и не касыда, а, скорей, газель. Минимум для касыды – 15 бейтов, желательно даже 20. Мне кажется, второпях сливаться в газели – моветон. Я взял 19, чтоб успеть.

Во-вторых, сколько здесь малознакомых слов? Квинта – первая, верхняя струна скрипки, настроенная на «ми» второй октавы. Дирхамы, сезам, шальвары и пиалу, думаю, знают все. Мица́р (от арабского пояс, лоно) – звезда, вторая от конца ручки ковша Большой Медведицы. Визир и алидада – части астрономических и геодезических инструментов. Летучее стаккато (staccato volant) – движение смычка при игре, когда он подскакивает, отрываясь от струн. И таки да, хотелось дать чуть эротики, но не прямо…

В третьих, с замечаниями по устройству бейтов согласен. Бейт обязан быть самостоятельным, законченным в смысловом плане. Это правило крайне редко нарушалось корифеями, и делалось это, как правило, чтобы четче выразить сложную мысль:

цитата Хафиз Шерози

Если вдруг, без видимых причин, Затоскую, загрущу один,
Если плоть и кости у меня Станут ныть и чахнуть, без кручин,
Не давай мне горьких пить лекарств: Не терплю я этих чертовщин.

В случае Шехерезады, я, скорее, пытался усилить музыкальную составляющую, приблизить ритмический рисунок стиха к мелодике «персидских ночей». Отсюда и постоянно слегка плывущие рифмы. Сознательно жертвовал отточенностью формы ради атмосферы, о чем и предупредил заранее.


Получилось, нет ли – судить не мне, и хорошо. Сам бы снизил балл-другой точно.


Статья написана 19 апреля 2013 г. 16:52
Жанр

Продолжаю внедрение реально хардовой НФ в неокрепшие умы.

В этот раз захотелось разнообразить историю игрой с читателем. Надеялся на расширение целевой аудитории. Отсюда и присутствие книжных миров – в конце концов, отчего не отдать должное Ффорде как придумщику темы. Ну и да, не без Борхеса и Орлова (не Алекса, если кому не ясно, а создателя «Останкинских историй»).

Кроме того, казалось полезным вернуть НФ к ее истокам: предвидением завтрашних (или послезавтрашних) устройств, как это было в годы ее молодости. Где, блин, новые наутилусы и гиперболоиды? Я их хотеть!



Работа устройства

Основана на фиксации макросклейки массовым сознанием. Сначала Кижер ищет правдоподобный вариант реализации какого-нибудь чуда, пригодный для начала процесса на уровне не оформившейся идеи. Поскольку, грубо говоря, все сами находятся одной ногой в разных виртуальных вселенных, таковой может найтись. Потом Кижер начинает сообщать о наличии этой идеи подходящим людям, которые переосмысливают, дорабатывают, одновременно «заражаясь» ей. А дальше идея по-ленински овладевает массами, и в какой-то момент чудо обретает право на существование. Киже с ним.

Мне было интересно разобраться с основными ловушками-последствиями существования такой штуки и методами их обхода…



Мир

Ближайшее будущее. Ну, слегка наличествует альтернативная история. Россия чуть шире границ Российской Империи, включает часть Польши, Австрии, Словакию с частью Чехии. Фиальта (результат склейки!) – адриатический форпост между итальянским берегом и землями Великой Албании.


Сюжет

Вроде, более или менее поняли все. Лиходелов забрал Кижер, а Леша его искал. Самым простым способом: прикидывал потенциально возможные чудеса. Вспомнил про упоминание моршанского буфета в «Альтисте Данилове», потом Набоковскую Фиальту.


Добро пожаловать с вопросами.

Статья написана 13 января 2013 г. 14:39

Наверное, этот конкурс должен был появиться давно, ведь тех, кто могут писать столбиком и рифмовать строки, на Фантлабе не один десяток. Но так же, как должны были найтись орги для ФЛР, так и для Звездовея должна была найтись irish. Et voila — два Зв просвистели и ага.

Я принимал участие в обоих без особого успеха, и теперь жажду ответить с пролетарской прямотой могильшикам моих творений в стиле "объясняем анекдот".



1. Зв-1. Номинация «Что в этот час приснится…»

цитата

Барристер спит.
Играют с дядей в суде
Кошечки в кости.
По Кэррола, номер шесть -
Свежий след Снарка. Осень.


Последнее место в номинации. Оценка 5,6 по 20-балльной системе. Основные претензии: Кэррол — не Кэрролл, танка — не танка, смысла никакого нет, одни несвязные слова или нечитаемый шифр.


Согласен с ораторами. Было дело, перешифровал. Однако ключики не прятал. Если что, Барристер — один из персонажей Кэрролловской "Охоты на снарка", и, одновременно, барристеры в Великобритании — адвокаты высокого ранга. Ну, какие Кошечки у нас присутствовали в суде в прошлом году, многие вспомнят и без меня. Правда, дело слушалось в Хамовническом по 7-му Ростовскому переулку, 21, а не по Кэрролла, 6. Последнее число — номер главы "Сон Барристера", где тот во сне видит, как Снарк выступает защитником в суде. Признаюсь, позволил себе высказать в такой вот форме отношение к участникам суда как к Кэрролловским персонажам, а самому процессу как к абсурду. Абсурд заметили. Больше того, из него выросла целая номинация на Зв-2. На большее я особенно и не рассчитывал.

Да, танка, конечно, не танка — сознательно, иначе я бы рифмовать не стал и ритмику не держал. Форму то под 31 слог переделать несложно — достаточно взять барристеров во множественном числе, но содержание в принципе не танковое. А с Кэрролом чисто лопухнулся.



2. Зв-1. Номинация «Рондо»

цитата

Виев сон

На веки мне наложена печать
Давным-давно. Объятья тьмы сейчас
Уже привычней, чем топчан калеке.
Лишь сон один, повторный, где алеет
Закат, никак не перестанет докучать.

В том сне влюбленный юноша-смельчак
В движеньях звезд мнит будущего вехи,
Все мешкая примерить роль Монтекки
Навеки.

Там знаю я: пускай погас очаг,
Шаги крымчанки впереди мельчат –
Не проклятым, не Вием подземелий
Еще есть шанс остаться – человеком.
Шанс быть и в смерти зрячим, как свеча,
Навеки.


4-е место в номинации. Оценка 13,3 по 20-балльной системе. Основные претензии: вольная рифмовка, неяски с крымчанкой, зрячая свеча.

Пожалуй, следует признать правоту Че

цитата

показалось, что рондо сыграло роль прокрустова ложа – где-то пришлось подтянуть, где-то обрубить. Отсюда и некоторая вычурность рифм.
За минусом рефрена, остается только 13 рабочих строк, в которые хотелось уложить историю. Поэтому я и завидовал находке irish с трехсложным размером: информационная емкость увеличивается в 1,5 раза. Но что сделано, то сделано. Согласно поверьям, Вий как мифологический персонаж нередко связывается с темой предательства (вплоть до ассоциаций с Иудой), иногда его пребывание в подземном мире и форма являются наказанием за такое предательство в человеческой жизни. Я решил связать два Гоголевских произведения, а кто еще у Гоголя не предатель из предателей, как не Андрий Бульба? Сон относит Вия — Андрия к ночи ухода из козацкого лагеря (конец 5-й гл.), отсюда и крымчанка, и очаг, и звезды с Монтекки.

По свече — хотелось дать аллюзию на, например, "Aliis inserviendo consumor" (светя другим, сгораю сам). Это было выбором других, в т.ч., и у Гоголя, и таки их помнят — навеки.



3. Зв-2. Номинация «Поэзия абсурда»

цитата

Гость

На днях среди ночи
Смеющийся крок
Ко мне, между прочим,
Ступил на порог.

Во все мои двери
Он громко стучал:
Я к вам с бюллетенем,
Развеять печаль!

Засов отодвинув,
Его я впустил,
И чаю с малиной
В фужеры разлил.

Отпив из фужера,
Он врал наяву:
Хочу вашим мэром
Я стать к Рождеству,

Но крок и поныне
Из списков изъят -
Ведь croc по латыни
Лишь грай воронья.

Нет места на бланке
Мне – ты уж поверь,
Ведь crock по-шотландски
Лишь кляча – не зверь.

Мне кажется, крока
Надежней сменить
На клок или дрока,
На прок или крик...

Быть может, быть нужно
Слепым, словно крот,
Как кроль простодушным
И ловким, как кот?

Я молвил, украдкой
Заправив кальян:
Наш город – корабль,
Ну а ты – капитан.

Кивнул он: Бесспорно!
И – шасть через люк...

Теперь у нас в городе
Мэром – сам Крюк.


3-е место в номинации. Оценка 13,9 из 20. Претензии: много политики, дверей, неточные рифмы и не абсурд, а детская речевка.


Ну, по дверям и рифмам я сразу отвергаю — стих читается, и хорошо. Ну, мб, "быть может, быть нужно", стоило смягчить на типа "А может, стать лучше". Политика есть, а куда ж без нее. Но я, как и в "Кошечках", хотел выразить. Вроде, никто против не был.

Отдельно скажу по детским речевкам. Какое точное замечание и интересный вопрос! Дело в том, что корни поэзии абсурда, что английской, что обэриутской, растут их детских речевок и песенок-потешек. Основа всего — игра, связанная на смене привычных связей и морфем на на первый взгляд бессмысленные аналоги. Хармс на допросе сознавался, что сознательно превращает реальность в детскую считалку. Поэтому границу раздела между детской игрой и игрой взросло-абсурдной, если таковая существует, следует искать, на мой взгляд, в тематике, а не в форме. А тематика в Госте, скорее, взрослая. Как-то так.



С нетерпением жду Зв-3.

Статья написана 27 мая 2012 г. 14:19

Расстались шутя.

Бабочку наколола

В память о встрече.

Что ж крылышки, забывшись,

Ищу на теле другой?


Статья написана 3 марта 2012 г. 12:15
Я не знаю, делается ли что-то по сборнику ФЛ-поэзии. Многие опубликовали свои предполагаемые вклады в колонках. Если бы понадобились мои пара строк, я бы отдал эти, совсем старые и не очень.

Слепые

Когда далекий запах ландыша
В туманной тишине тонул,
Слепые шли по гладким клавишам
На одинокую Луну.
Она давно забытой музыкой
Для этих путников плыла –
И запах ландыша без устали
Вел их послушные тела.
Счастливые – в своем всеверии,
Босые – в окруженье нимф,
Ступали тихо и размеренно
Необъяснимые Они...
Проснувшись утром, вдруг опомнился
Осиротевший зрячий мир –
В слепых жила своя гармония,
Как в струнах отзвеневших лир.

В слепых живет своя гармония,
Простая, как простые «па».
И через пустоту бездонную
Лежит незримая тропа.


Среднестатистическое

– В этой детской зарисовке
На стене твоей прихожей
Отражения несхожи
С истиной. Слегка условны,
Словно знаки пиктограммы
И трагедии Шекспира,
Как логическое ИЛИ,
Или нити между нами.

В этой детской зарисовке
Что-то в котелке печется,
И в руках у гнома – четки.
Так пронзительно неброски
Их движенья; незаметны,
Но значительны итоги.
Пусть глаза у гнома строги,
Как глаза марионетки –

В этой детской зарисовке
Кто кем движет, я не знаю.
Степень связи здесь иная –
Между четками и гномом,
Между нитью и плечами.
Только в котелке печется
Что-то важное без счета.
Что?.. – не ведая печали

В ожидании ответа,
Чуть дымится сигарета,
Мнется нервными губами
Со следами шоколада...

– Может, это наши души
На девятом круге ада.


Just a Joke

Чуть приподнявшись над сумрачным миром,
Ночью безумная ведьма Глафира
В позе интимной сидит на метле,
Молча взирая на жизнь на Земле.

Взор ее дикий угрюм и задумчив.
Он поглощает овраги и кручи,
Лето и осень, дожди и снега, -
Все проницает, не зная преград.

Рядом художник кисточкой машет.
В лунном сияньи позирует Глаша
Взмахам его непредвзятой руки.
Тело ее страстным жаром горит,

Тело мечтает о сладостной ласке.
Но на лице лишь бесстрастная маска –
Бледный художник мазок за мазком
Мир постигает в аспекте таком.

Новая сказка холмов и ущелий
Вдруг возникает из неги и лени –
И на холсте зарождается свет,
Вечным вопросам – единый ответ.

Ночи и Мрака создание-инок
Льется на Землю с волшебной картины,
Соединяясь с Млечным Путем.
Ведьма Глафира здесь не причем.


Царевне

Ты – просто облик – в толще хрусталя
Объята вечным сном. Глубоким хладом
Сомкнуты вежды. Времени петля
С тобою нас свела
...сейчас?..
Когда-то?

Я – просто провод,
щетка,
стержень,
шунт,
Замкнувший в цепь бессмысленные строки.
Но сквозь меня текут,
текут,
текут
К твоим устам космические токи.

Пусть жжет меня блистающий разряд,
Пусть плавятся внутри вольфрам и бронза –
Ты будешь жить.
Я разбужу тебя.
Моя Земля,
мой свет.
Мой мир под Солнцем.


Троллиная походная

Три тролля шли дозором
По Северным холмам,
Колючки и осоку
Топтали тут и там.
Рябой, Косой, Громила,
Свободны и легки,
Поужинать решили
На берегу реки.
Но, котелки наполнив,
Заметили они,
Что в этом славном месте
Сегодня не одни,
И дело принимает
Опасный оборот:
Лазутчица-эльфийка
Плескалась в бездне вод.

Отважно брег облазав
И вдоль, и поперек,
Нашли под камнем тролли
Лук, стрелы и белье.
Лишь вволю накупавшись,
Красотка – вот те раз! –
Хватилася пропажи
Примерно через час.
Она и так, и эдак,
И колдовским стишком,
Но супротив дозорных
Куда ей нагишом?
Один рогатый месяц
На то с небес смотрел,
Как рушили герои
Межвидовой барьер.

А через три сезона,
К исходу злой зимы,
Родился в Лесограде
У королевы сын.
Веснушчатый, раскосый,
Растет, героям в стать,
И светится улыбкой
Его гордячка – мать…
А в дальнем Троллербурге,
Чуть отгремит парад,
Три тролля, взяв по пиву,
В подвальчике грустят.
То вдруг затянут песню –
Тарам-парам-тарам –
Как шли дозором вместе
По Северным холмам.


Сторона

Знаю – звезды бывают ближе,
Не такими колючими.
Снежками за шиворот
Зарю не мучают,
Не сгорают, не падают –
Не исчезают,
Чтобы люди рядом
Не умирали.

Играют планетами
В лаун-теннис,
Поют бэк-вокалом
В сверхструнном квартете.
А люди вечно
Счастливы вместе.
Там, на другой
Стороне.
Где
нас
нет.


Колизейное:-)

В Колизее – зима.
Вмерзли в Коцит корнями, обрушились черные стены.
Стали белыми, как базилика в Нероновом цирке.
И ушли, и остались тенями котов без улыбки в наших камерах-обскурах с ядом.
Снах-яви. Поди, загляни.

Страницы:  1  2 [3] 4  5  6




  Подписка

Количество подписчиков: 26

⇑ Наверх