FantLab ru

Станислав Лем «Солярис»

Рейтинг
Средняя оценка:
8.67
Оценок:
7959
Моя оценка:
-

подробнее

Солярис

Solaris

Другие названия: Соларис

Роман, год (год написания: 1960)

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 408
Аннотация:

Солярис. Планета где-то в далёком космосе, почти полностью покрытая океаном, на которую не так уж давно начали посылать первые экспедиции. На небольшую исследовательскую базу прибывает учёный-психолог Крис Кельвин и почти с самого начала сталкивается с происходящими здесь странностями. Один из сотрудников базы, доктор Гибарян, совсем недавно скончался, другой заперся в лаборатории и не только отказывается выходить или впускать кого-либо — даже просто поговорить его сложно заставить. Вскоре в комнате Криса появляется «гость» — девушка, которую он любил десять лет назад и которую по сути спровоцировал на самоубийство. Вероятно, у других жителей базы тоже «живут» подобные «гости из прошлого». Возможно ли разгадать, что же тут в действительности происходит?

© Nog
Примечание:

Первая публикация: Lem S. Solaris издательство «Wydawnictwo Ministerstwa Obrony Narodowej», Варшава, 1961.

Отрывок из романа в переводе на русский В. Ковалевского публиковался в журнале «Знание -сила» № 12, 1961 г., стр. 48-50.

Первая публикация на русском языке: Станислав Лем. Соларис: Роман / Сокр. пер. М. Афремовича // Наука и техника (Рига), 1962, №4 – с.38-42; №5 – с.41-45; №6 – с.42-45; №7 – с.43-45; №8 – с.42-45 (сильно сокращенный вариант).

Несколько позже появился перевод Дмитрия Брускина в журнале «Звезда», 1962, № 8-10. Именно этот перевод в советские времена являлся классическим, но в нем были сделаны цензурные сокращения. Более полный, однако все еще сокращенный текст Брускин опубликовал в 1988 г. Этот вариант перепечатывается до сих пор.

Единственный полный перевод «Соляриса» на русский язык был сделан Г. Гудимовой и В. Перельман в 1976 году.

Самые значительные фрагменты, пропущенные в переводе Д. Брускина, даны в переводе Р. Нудельмана в составе статьи: З. Бар-Селла. Status quo vadis (Введение в теологию космических полетов \\ сб. Вчерашнее завтра (Книга о русской и нерусской фантастике), М., изд. РГГУ, 2004, стр. 158-177 (статья впервые опубликована в 1987 г.).

Перевод Г.Гудимовой и В. Перельман в статье раскритикован за «плохой язык».

Кроме русского роман переведен почти на 30 языков.

Произведения других авторов, действие которых происходит на планете Солярис, собраны на странице межавторского цикла.


Входит в:


Награды и премии:


лауреат
Премия Геффена / פרס גפן / Geffen Award, 2003 // Переводная книга НФ (Польша)

Номинации на премии:


номинант
Китайская премия «Туманность» / Xingyun Awards (Nebula Award), 2022 // 3арубежная книга (Польша)

Экранизации:

«Солярис» 1968, СССР, реж: Лидия Ишимбаева, Борис Ниренбург

«Солярис» 1972, СССР, реж: Андрей Тарковский

«Солярис» / «Solaris» 2002, США, реж: Стивен Содерберг



Похожие произведения:

 

 


В мире фантастики и приключений
1963 г.
Фантастика и путешествия. Том 4
1965 г.
Солярис. Эдем
1973 г.
Избранное
1976 г.
Избранное
1978 г.
Избранное
1978 г.
Избранное
1981 г.
Солярис. Магелланово Облако
1987 г.
Солярис. Непобедимый. Звёздные дневники Ийона Тихого
1988 г.
С ружьём на динозавра
1990 г.
Солярис
1991 г.
Фантастика. Книга третья
1991 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 2. Солярис. Возвращение со звезд
1992 г.
Соляpис. Пpиключения звездного навигатора Пиpкса. Ананке. Суд
1993 г.
Солярис
1997 г.
Солярис
1999 г.
Солярис
2000 г.
Солярис
2001 г.
Солярис
2002 г.
Солярис. Эдем. Непобедимый
2002 г.
Солярис. Непобедимый. Рассказы о пилоте Пирксе. Фиаско. Рассказы из цикла
2003 г.
Солярис. Эдем
2005 г.
Солярис
2006 г.
Глас Господа
2007 г.
Глас Господа
2007 г.
Солярис
2008 г.
Солярис
2008 г.
Солярис. Эдем. Непобедимый
2009 г.
Солярис. Эдем. Непобедимый
2009 г.
Солярис
2010 г.
Солярис
2011 г.
Солярис
2012 г.
Первый контакт
2012 г.
Солярис
2014 г.
Солярис
2015 г.
Солярис
2017 г.
Солярис
2017 г.
Солярис. Эдем
2018 г.
Солярис
2020 г.
Станислав Лем в Мире: фрагменты произведений Станислава Лема на разных языках
2021 г.
Солярис. Эдем
2022 г.

Периодика:

Знание-сила 12, 1961
1961 г.
Звезда № 9 1962 год
1962 г.

Самиздат и фэнзины:

Мир на Земле
2016 г.
Солярис
2019 г.

Аудиокниги:

Солярис
2007 г.
Солярис
2010 г.
Солярис
2012 г.
Солярис
2013 г.

Электронные издания:

Солярис
2007 г.

Издания на иностранных языках:

Solaris
1961 г.
(польский)
Solaris
1966 г.
(французский)
Solaris
1970 г.
(английский)
Solaris
1974 г.
(польский)
Solaris
1974 г.
(норвежский)
Soliaris
1978 г.
(литовский)
Соларис
1980 г.
(болгарский)
Соляріс. Едем
1987 г.
(украинский)
Solaris
1990 г.
(итальянский)
Салярыс
1994 г.
(белорусский)
Solaris
2003 г.
(английский)
Solaris
2007 г.
(итальянский)
Соляріс
2007 г.
(украинский)
Սոլարիս
2015 г.
(армянский)
Едем. Соляріс. Повернення із зірок. Непереможний
2016 г.
(украинский)
Соляріс
2017 г.
(украинский)
Соляріс
2017 г.
(украинский)





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по актуальности | по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Да, безусловно, классика. Да, вероятно, для кругозора стоит ознакомиться. Но, честно говоря, читается со скрипом и осознаётся тоже.

Идея Контакта в целом оформлена в романе необычно и довольно глубоко. Но воплощение её...

Много недосказанностей, много неявных и неточных описаний. Почти никакого бэкграунда у персонажей — они, в целом, просто есть. Поведение их порой нелогичное

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
(вот протагонист только-только прибыл на станцию, а через пару часов с криками и воплями (без видимых на то причин) уже ломится в дверь лаборатории)
. Диалоги постоянно обрывочны, многое остается «за кадром» — приходится много додумывать, из-за чего не всегда ясен посыл. К лучшему это или нет — каждому нужно решить для себя.

Оценка: 5
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Насколько реальна ваша реальность?

Роман Станислава Лема «Солярис» сложный. Он сложный для чтения, тяжелый для восприятия. Эта книга «учит» правильно читать себя и понимать описываемые события, пока ты ее… читаешь. Привычное восприятие обычных вещей здесь не работает. Необходимо понять, что автор показывает нечто неординарное. Порой, это сложно дается, но чем дальше движешься по сюжету романа, тем больше становится ясно, а завеса тайны Соляриса начинает приоткрываться.

Начало произведения с места в карьер помещает прибывшего героя в обстановку разрухи и тайны. Напарник второго героя покончил с собой. Оставшийся обитатель станции излучает, как по мне, некую опасность. Ее чувствует вновь прибывший. Повествование и развитие сюжета постоянно заставляет меня хмурить брови. В какой-то момент осознаешь, что не понимаешь, что происходит на станции, кто эти «гости», что они за существа. Но чем больше погружаешься в этот неординарный и непохожий ни на что мир, тем становится яснее и интереснее. Станислав Лем нашел ту самую грань между передачей гнетущей атмосферы в произведении и растущим интересом к развитию сюжета. Это своеобразная прогулка на грани. Грань — желание читателя уже закрыть книгу из-за многих неясных моментов и небывалый интерес к представленному миру. В итоге второе обязательно побеждает, а роман выходит на новый уровень, увлекая за собой своих читателей.

Книга позволяет не только увидеть удивительную историю экипажа и борьбу жителей станции с необычными явлениями и субстанциями, что теперь живут вместе с ними. На мой взгляд, автор дал возможность своим читателям представить, как бы они смогли ужиться со своим прошлым, оказавшись в условиях, что описаны в романе. Ведь возможность, что представляется героям в книге, нам недоступна. Однако, уверен, для многих могла бы быть спасением. Ведь тогда можно было завершить важный разговор, узнать мнение ушедшего человека о волнующем вас вопросе, сделать какое-то судьбоносное признание, которого не случилось в реальной жизни. Читая роман, погружаешься в тяжелые думы. Через призму подаваемых событий видишь себя будто со стороны. И вот ты на Солярисе. Это новый мир. Далеко от цивилизации. Вокруг никого. Никого, кроме фантомов, существ, что готовы, кажется, свести с ума своей реальностью и в то же время нереальностью. Почему-то мне именно так увиделся этот мир. Ужасный, тяжелый, опасный и даже невыносимый. Герои будто бы погибают в нем, теряя понимание того, что реально, а что нет. Или же все реально?

Так кто же все-таки эти «гости»? Проклятие или дар? Фантомы или реальные существа? Возможность искупить ошибки тех, кому они являются, или тихие убийцы, что сводят с ума. Постепенно, но основательно. С тем, чтобы предрешить судьбу гостей планеты.

Еще раз повторюсь, что книга тяжелая для восприятия. Однако неимоверно интересная, как возможность изучить через нее самого себя. Станислав Лем сделал отличную попытку научить своих читателей примирению со своим прошлым, возможно сказать нечто важное тем, кому это сделать в реальной жизни уже невозможно.

Лем создал неповторимое произведение в своей уникальности. «Солярис» однозначно стоит прочитать. Этот роман сможет сдвинуть рамки воображаемого, а все любители фантастики откроют для себя новый мир, которому вполне может и не появиться аналогов.

8 из 10

Оценка: 8
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Солярис безусловно великий роман. Как, к примеру и Одиссея, но как и Одиссея, он безнадежно устарел и неудобоварим для современного читателя.

Если отбросить ореол культовости, то перед нами стандартная фантастика 60-х. Химические ракеты, ленточные магнитофоны и бумажные книги в далеком будущем на далеких планетах. И это при том, что сам Лем предсказывал и электронные читалки и смартфоны примерно в это же время. К этому комплекту наивных анахронизмов прилагаются характерные для ретрофантастики картонные персонажи. Главный герой абсолютно не раскрыт, а все его поведение странное и нелогично. Между собой персонажи общаются какими-то обрывками фраз, постоянно утаивая детали, будто герои фильмов уровня Б, где на недомолвках и строится весь сюжет.

Что интересно, в других произведениях Лема подобных недостатков либо нет, либо они не видны.

Все что есть в книге — крутая идея о разумном океане, контакт с которым может быть в принципе недостижим (но эта идея на мой взгляд куда лучше раскрыта в романе Глас Господа). В свое время это было одно из самых крутых и необычных представлений об инопланетной жизни (впрочем и сейчас идея об инопланетянине как юном Боге весьма оригинальна). А еще в романе есть целая россыпь интересных и глубоких мыслей и философских размышлений о человеке и его месте в космосе. Собственно вся книга по сути и есть сборник философских размышлений, а сюжет с персонажами чисто для галочки.

Является ли роман переоцененным — не думаю. Является ли он интересным и обязательным для современной широкой аудитории — тоже нет.

Оценка: 6
–  [  1  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Начну сразу с рекомендаций — великолепный роман, но читать его не советую. Это замечательное произведение, к сожалению, следует признать устаревшим и отнести в категорию Классики Мировой Литературы (жанр: научная фантастика, ХХ век), где им будет восторгаться еще не одно поколение любителей чтения, а сегоднешнему читателю оно не подходит, так как требования, предьявляемые к нему книгой он, увы, не вытягивает.

Полистав комментарии не трудно заметить например, что слишком многие не поняли, что все те чудища, которых описывает С. Лем, суть, просто троллинг коллег по цеху — мол, смотрите, я тоже могу придумать массу поражающих воображение бессодержательных фантомов — хоть симметричных, хоть асимметричных, хоть мимичных.. Аналогично перечисление гипотез и их авторов — камень в сторону научного сообщества, погрязшего в «оригинальности» (бишь, индексах цитирования). Но я далек от мысли, что вокруг все дураки, а я один умный, тогда самым простым обьяснением происходящего будет утрата актуальности. Или, другими словами, читательская аудитория, для которой писал Лем, живет в какие-то другие времена а не в наши дни и, если вы не обладаете каким-то экстравагантным вкусом или особым интересом к книге, то не тратьте свое время, выпадая из струи.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Научно-фантастический и философский рассказ Станислава Лема. Планета, покрытая океаном, которую пытаются познать люди. И возможно, она их тоже. Контакт, который невозможен. Разум, который непознаваем. После облучения океана рентгеном, на станции герои рассказа встречают гостей из своего подсознания…

Рассуждения автора и героев рассказа:

« Мы отправляемся в космос приготовленные ко всему, то есть к одиночеству, борьбе, страданиям и смерти. Из скромности мы не говорим этого вслух, но думаем про себя, что мы великолепны. А на самом деле, на самом деле это не всё и наша готовность оказывается недостаточной. Мы вовсе не хотим завоёвывать космос, хотим только расширить Землю до его границ. Одни планеты пустынны, как Сахара, другие покрыты льдом, как полюс, или жарки, как бразильские джунгли. Мы гуманны, благородны, мы не хотим покорять другие расы, хотим только передать им наши ценности и взамен принять их наследство. Мы считаем себя рыцарями святого Контакта. Это вторая ложь. Не ищем никого, кроме людей. Не нужно нам других миров. Нам нужно зеркало. Мы не знаем, что делать с иными мирами. Достаточно одного этого, и он-то нас уже угнетает. Мы хотим найти собственный, идеализированный образ, это должны быть миры с цивилизацией более совершенной, чем наша. В других надеемся найти изображение нашего примитивного прошлого, в то же время по ту сторону есть что-то, чего мы не принимаем, от чего защищаемся. А ведь мы принесли с Земли не только дистиллят добродетели, героический монумент Человека! Прилетели сюда такие, какие есть в действительности, и когда другая сторона показывает нам эту действительность — не можем с этим примириться…

ты должен знать, что наука занимается только тем, как что-то делается, а не тем, почему это делается. Как?…

Я вовсе не приписываю ему человеческих ощущений, чувств…

Контакт означает обмен какими-то сведениями, понятиями, результатами… Но если нечем обмениваться? Если слон не является очень большой бактерией, то океан не может быть очень большим мозгом. С обеих сторон могут, конечно, производиться какие-то действия….

Возможно, мы дошли до поворотного пункта, — думал я. Мнение об отказе, об отступлении сейчас или в недалёком будущем могло взять верх. Даже ликвидацию Станции я не считал невозможной или маловероятной. Но я не верил, чтобы таким способом удалось спасти что-нибудь. Само существование мыслящего колосса никогда уже не даст людям покоя. Пусть мы исходим галактики, пусть свяжемся с иными цивилизациями похожих на нас существ. Солярис будет вечным вызовом, брошенным человеку…»

Написала цитаты, бывшие наиболее яркими для меня. « Солярис» многие считают одним из лучших произведений фантастики. Человек все думает, что жизнь на других планетах и разум должны быть похожи на нас. Но вот то вовсе необязательно. Жизнь и разум могут проявиться совершенно в другой форме.

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Умно, увлекательно, но, к великому сожалению, одноразово. Да, реализация автором идеи о том, какими неожиданными и непостижимыми могут оказаться наши партнеры по контакту и сможем ли мы вообще понять друг друга, бесспорно великолепна. И полудетективная интрига, накрученная на этом, тоже очень неплоха, заставляя читателя с интересом ожидать, чем же всё закончится. Также к достоинствам книги можно отнести и богатейшую фантазия Лема — как при создании образа Океана, так и в идее Гостей обитателей исследовательской станции.

Но... при повторном чтении романа всё это уже практически никакого интереса не вызывает: мысли автора и сюжет давно хорошо знакомы, а собственно текст не настолько хорош, чтобы получать удовольствие только от него самого.

Кстати, в «Непобедимом», написанном автором всего три года спустя, пан Станислав в этом отношении «исправился» — эту книгу можно читать и перечитывать многократно, настолько здорово она написана. А идеи и проблемы, поднятые в ней, отнюдь не менее интересны и важны, чем в «Солярисе» :).

Оценка: 8
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Роман является самой известной работой Лема, как в Польше, так и за рубежом. Его всемирная известность началась с этого. Автору удалось создать самое оригинальное видение Незнакомца в истории научной фантастики. Этот роман рассказывает нам о некой странной планете в глубоком космосе, покрытой океаном из вещества, очень похожего на плазму. Люди исследуют её с орбитальных станций, направляют к океану экспедиции, пытаются найти следы разума. И сталкиваются с невозможными, непостижимыми парадоксами, совершенно не укладывающимися в сознании.

Данное произведение способно перевернуть мировоззрение читателя. Автор умело используют аллегории, придавая роману скрытый смысл с философским подтекстом. «Солярис» представляет из себя нечто безграничное и загадочное наподобие космоса, которое человечество вечно пытается познать; такие темы как «вещь-в-себе», terra incognita, обратная сторона реальности, нечто трансцендентное для нас, они находятся за пределами нашего понимания.

«Должен вам сказать, что мы вовсе не хотим завоёвывать космос. Мы хотим расширить Землю до его границ. Мы не знаем, что делать с другими мирами. Нам не нужно других миров. Человеку нужен человек».

— доктор Снаут

Данная мысль персонажа Снаута является ключевой в понимании этого произведения. Ибо за ней скрывается фундаментальная философская истина, которая иначе может быть понята как антропный эффект — человек неизбежно накладывает на окружающий мир лишь свою субъективную картину и мыслит как солипсист. Просто космос и космос в понимании человека – это две разные вещи. Мы видим мир на столько, на сколько способны наши физическое и умственное восприятия. Например, наши глаза видят вверх ногами, просто мозг успевает переворачивать картинку, а все цвета — это упрощения мозга; их может быть больше, просто мозг не всё способен взять во внимание и поэтому «фильтрует» информацию, которую получает. А все наши нематериальные ценности — это не более чем фикция. В объективном мире не существуют понятия, как: права, экономика, инфляция, деньги…

Человеческая раса обладает пятью чувствами восприятия окружающего мира, при чём в довольно «узком формате». А всё что мы не способны узнать — отлетает, и нам остаётся только догадываться, строить теории, которые не имеют с действительностью ничего общего. Поэтому невозможно познать Солярис нашими человеческими чувствами и интеллектом (физически), что Лем нам прекрасно демонстрирует, эффект полнейшей неизвестности: начиная с «гостей», исследовательских работ учёных и заканчивая странным образованием (мимоид) в конце романа, с которым сталкивается Крис.

«Солярис» затрагивает сразу несколько проблем, что делает его универсальным произведением. Не смотря на чёткую тему, проходящую сквозь весь роман, в ней также присутствует полифоничность: тема любви, рефлексии, утраты близкого человека. Но такие драматичные вещи являются проблемой в познании неведомого. Мы ограниченные, незрелые и даже глупые — «нам не летать к далёкому космосу» покуда не можем разобраться даже в себе.

На прочтение романа меня сподвигла киноадаптация 1972 года советского режиссёра Андрея Тарковского. Будучи в более сознательном возрасте я высоко оценил сюжет и задумку фильма. Но узнав, что писатель Станислав Лем раскритиковал идею заложенную в фильме, я решил ознакомиться с оригинальным произведением.

Тема фильма «крутилась» вокруг страданий и надеждах человека (как и многие кинопроизведения Тарковского). По словам Лема «Тарковский в фильме хотел показать, что космос очень противен и неприятен, а вот на Земле — прекрасно», что шло вразрез его идее. Сразу хочу вас заверить, что в сюжетном плане киноадаптация практически ничем не отличается от оригинала.

Несмотря на критику Лема, для меня фильм получился вполне сносным и качественным, в какой-то степени даже лучше самого романа. В виду драматического напряжения скорее всего, коему в романе было уделено, как по мне, мало внимания. В книге просто полно заумных вещей, из-за нагромождения которых чтение мне давалось с трудом: несмотря на отличную и актуальную для меня тему, хорошее впечатление мне перекрывал абсолютно скучный текст. Поэтому я не раз прерывал чтение романа давая мозгам отдохнуть, затянув с прочтением почти на два месяца (хотя мне достаточно и одного с лихвой без учёта моих лени и «бытовых вещей»).

Ставлю роману 6 гигантских младенцев из 12. Но в любом случае я не считаю произведение «Солярис» ужасным или необязательным к прочтению. Наоборот. Я советую его прочитать. Тема контакта с внеземным разумом,описанная в книге, позволяет показать нам какие мы немощные в виду наших внутренних проблем и ограниченного мировоззрения. Как по мне Лему удалось поднять столь высокие философские темы в фантастике, которые, возможно, не каждому под силу. Да, нам видимо не суждено познать подобное, но этот роман позволяет хотя бы на миг прикоснуться к вечному...

Оценка: 6
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Солярис» — это потрясающее произведение, которое остаётся с вами надолго. Не нужно обманываться, ожидая остросюжетную космическую фантастику. Это книга о людях, об их чувствах, эмоциях. «Солярис» — это философское произведение, заставляющее читателя серьёзно задуматься.

Герои произведения — это настоящие люди, живые, со своими тараканами, с глубокими эмоциями и переживаниями. В какие-то моменты ты даже пытаешься примерить их шкуру на себя.

Атмосфера произведения завораживает и затягивает, невозможно оторваться с первых строк. Повествование вело меня словно по тёмному лабиринту, которого боишься, но не в силах совладать с любопытством.

О сюжете говорить не буду, попробуйте ознакомиться с книгой сами. Вдумчивому любителю космической фантастики «Солярис» однозначно понравится. Особенно если вы не ждёте пустой стрельбы и пустых диалогов. Каждая фраза героев наполнена смыслом, задевающем тонкие струны читательской души.

Произведение рекомендую!

Оценка: 10
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Заранее прошу прощение, если повторю чьи-то мысли или впечатления, так как прочитать все отзывы по этому произведению представляется сложной задачей.

Пожалуй, никогда ещё после прочтения книги у меня не возникало острое желание перечитать её почти сразу же. Такая история случилась с «Солярисом». Может быть сыграло свою роль то обстоятельство, что после романа захотелось посмотреть фильм Тарковского, а после фильма — снова воскресить в памяти и переосмыслить книгу. Да и понять с одного раза такой многогранный роман сложно.

Как бы я не уважал Тарковского, фильм не оправдал моих ожиданий. Кельвин в фильме честно говоря вообще «никакой». Ни увлечения планетой, ни духа исследователя, ни желания разгадать тайны Океана я в нём не увидел. Все его мысли, как мне показалось, были заняты одной только Хэри. Запомнились лишь как он бесконечно слонялся по станции. Океана вообще толком не было. Возможно я что-то не понял или недоглядел, и фильм тоже надо пересмотреть ещё раз, но такого желания не возникло.

Ранее прочитанные мной романы Лема «Эдем» и «Непобедимый» также повествуют об изучении неизведанного мира, но они отличаются от Соляриса тем, что в них более органично сочетались действия и размышления, сюжет был более динамичным. Здесь же, по сути, помимо появления «гостей», особо ничего не происходит. Кроме описания случившихся ранее исследования Океана да полёта главного героя над ним в самом конце книги, когда Кельвин явственно ощутил, обозревая его с высоты, что Океан, несомненно, является живым существом. Тогда же произошло подобие контакта — состоялось условное «рукопожатие».

Одна из центральных мыслей романа заключается в том, что человечество развивается по принципу раздвижения рамок своего бытия. Что-то чуждое и непонятное тоже надо наделить знакомыми чертами и подстроить его мотивы и поступки под своё мировоззрение. Если это не получается, то в дело вступает грубая сила, невзирая на возможные последствия, либо вешается удобный ярлык, чтобы оправдать свою неудачу — недостойно нашего внимания. Конечно, считаем мы, человек должен быть на вершине в любом случае, и встретив на своём пути что-то более развитое, люди пугаются и начинают подгонять под свои недалёкие стандарты. Вот и на Солярисе люди пытаются придать совершенно незнакомому существу (да и существу ли?) какие-то антропоморфные черты.

Всё-таки интересно — Океан является одним живым организмом или колонией более мелких? Какова цель его существования? Познание? Но что именно он познаёт? Себя, планету, которую он покрывает, свои два солнца, либо дальние миры, звёзды и галактики, устанавливая «контакт» с отдалёнными участками космоса? Или мы снова применяем к неведомому нам существу человеческие логику и любознательность? Вопросы, на которые нет ответа. Со своими солнцами Океан научился справляться, «приручив» их и добившись стабильности для планеты. К людским потугам он испытывает только лишь кратковременный и весьма ограниченный интерес. Скорее всего он либо находится в состоянии покоя и тихого созерцания, опять же выражаясь человеческими терминами, либо ведёт совершенно недоступную и непонятную для человеческого разума деятельность. Предположений можно выдвинуть много, Солярис не раскроет нам своих тайн, как и трём исследователям, которых вольно или невольно планета навсегда изменила. Лем мог бы хоть немного приоткрыть читателю тайны Океана, но не сделал этого, оставив сплошные вопросы и загадки.

«Ты затмила её.» Эти слова вызывают мурашки, но честен ли главный герой? Где правда, а где ложь, пусть и во спасение, разобрать невозможно, и так во всём романе, почти во всех диалогах, некоторые из которых, право, утомляют.

«Гости» — подарок, наказание, испытание или исследование? А может просто невольная попытка оживить накрепко засевший в памяти образ и значащий для нас так много, побочный продукт неведомой нам деятельности Океана?

В процессе прочтения романа возникла мысль, что мы сами такие же «гости» в нашем мире, сами не понимаем, кто мы есть, откуда взялись, для чего существуем, что должны делать и чем в итоге закончатся все наши старания и стремления. Так и есть, просто не все об этом задумываются, поглощённые с головой рутиной и обыденностью, нашей информационной матрицей, созданной человечеством и подавившей в то же время всё человеческое. Так что «гости» — отражение нас самих, находящихся на «станции», имя которой — Земля.

Симметриады, мимоиды и прочие образования, возникающие из Океана тоже оставили сильное впечатление, их назначение также непонятно, может это проявление творчества, познания или каких-то других процессов? Опять человеческие ассоциации, но по-другому мыслить мы не можем. Очередная нерешённая загадка. Кстати, в интернете можно отыскать красивые изображения какого-то художника всех этих объектов. Кому интересно — погуглите.

В итоге мы имеем отличный роман, несомненно претендующий на шедевр. Кто сомневается, брать ли в руки книгу — читать однозначно.

Оценка: 10
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Сегодня дослушал аудиокнигу и впечатления честно говоря нет вообще. Очень пресно.

Сюжет наполнен сухими размышлениями, разговорами с самим собой, а также страданиями влюблённого.

Подойдёт как медитативное произведение.

Если будете слушать, а не читать, то думаю лучше будет прослушать аудио спектакль с Джигарханяном, там наверно и эмоций побольше и в 2 раза короче (3,5 против 7 часов)

Уж не знаю хорошо или нет что начал знакомство с Лемом с этой Книги, может другие более бодрые

Оценка: 4
–  [  16  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Писать отзывы на произведения столь известные и даже легендарные — дело гиблое. Настолько, что и начинать не хочется. Ибо, во-первых, добавить что-то новое к почти трёмстам уже существующим отзывам крайне сложно (если вообще возможно). А во-вторых, по крайней мере — у меня, взор, что называется, зашорен, мнение и впечатление о романе уже давно скрыто под наслоениями мнений других высказавшихся, в том числе — в профессиональных критических материалах.

В очередной раз перечитав «Солярис» в прошедшие три дня, я так и остался в плену этих самых наслоений и стойких впечатлений из прошлого. Как ни старался в этот раз абстрагироваться от пройденного, всё равно читал как что-то уже давно знакомое, и ничего, похоже, с этим не поделаешь. Лишь позавидовать можно тому, кто ничего о романе не знает, не слышал о фильмах Тарковского, хотя таких на этом сайте, наверное, нет.

Если вкратце и по существу, отбрасывая толстый пласт философии, то очевидно, что в книге две мощные составляющие.

Первая находится в области принципиальной невозможности контакта между человеком и любым другим (разумным) существом — идея эта для Станислава Лема была одной из центральных, он строго и последовательно продвигал её в своём творчестве. И «Солярис» тут, наверное, можно назвать программным произведением — могу ошибаться, но мне кажется, что именно в «Солярисе» идея выражена наиболее ярко, категорично, об этом размышляют герои романа, и можно сказать, что приходят к выводам более чем однозначным.

Второй вопрос относится к области лирики, и он тоже животрепещущий, но в большей степени дискуссионный. Как, собственно, и должно быть — эмоции ведь. Цена личного счастья, такого уютного, такого домашнего, такого желанного, такого... маленького? Если Кельвин в начале книги подходит к вопросу строго, с точки зрения научной этики и здравого смысла, то уже к середине мучается дилеммой, а ближе к концу меняет своё мнение на 180 градусов.

Я вот тут задумался: а как бы на его месте поступил я? И ответ меня несказанно удивил.

Лет десять назад, когда мне было 30, я скорее всего вооружился бы микроскопом, аннигилятором и, что называется, в бой!

Сегодня же — и без всякого стыда, между прочим — послал бы Сарториуса и Снаута куда подальше, отгородился бы от них, залёг бы навсегда в изолированном отсеке вместе с Хэри. А там — будь что будет, вдвоём что-нибудь придумаем.

Неожиданное и даже смелое признание, правда? Предпочесть человечеству творение инопланетного разума. Но видимо, возрастная усталость и приобретённая с опытом апатия вносят свои корректировки в мировоззрение. И это данность, которую нужно принять.

Вероятно, мысли такого же порядка одолевали Тарковского, переиначившего открытый, но научно-прагматический финал Лема в уютно-эскапический финал своего фильма.

Оценка: 10
–  [  9  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Возможно, мое мнение кому-то покажется странным и даже оскорбительным, но я считаю, что данный роман пана Станислава — далеко не шедевр. На данную тему другими фантастами написано уже достаточно много сочинений. В некоторых из них более удачней изложен сюжет, в других — лучше прорисованы персонажи, в третьих — четче и доходчивей мораль. Ни в одной из указанных номинаций «Солярис» не занимает первых строчек. Как же так?! Ведь это самое известное произведение о внеземном разуме для советского читателя! То-то и оно... Вся суета вокруг романа создана искусственно: в советское время фантастика была не в фаворе у редакторов по причине слишком большой вольности в выражении мыслей, поэтому публиковался сравнительно узкий круг авторов. Особенно, если это был автор зарубежный. Лема публиковали чаще остальных «забугорников», потому что он был из социалистической страны. Из «капиталистов», пожалуй, лидером был Жюль Верн (хотя не все его произведения были чистой фантастикой). Остальные авторы пробивали себе дорогу в СССР через «самиздат», но их произведения были доступны не всем и не всегда. Так что в нашей стране сложился свой собственный рейтинг фантастики, не совпадающий с мировым. Оба рейтинга смогли сравняться лишь в конце 80-х годов, когда в страну хлынул поток (правильней сказать — цунами) зарубежной фантастики всех времен и народов. Тогда-то лично я понял, что прочитанное мной не всегда было самым лучшим в своем классе...

Что хорошо и плохо в самом известном романе польского мастера от фантастики? Как следует воспринимать его сегодня, с учетом уже полного списка аналогичных произведений?

1. ХОРОШЕЕ

Главный (и единственный) «плюс» романа — описание проявлений внеземного разума. Этот разум настолько чужд человеку, что люди не в состоянии его понять. Планета-океан не говорит на нашем языке, не семафорит «морзянкой» и не вселяется в мозги работающих на орбите космолетчиков (как это произошло с персонажем Нийи из «Звездного пути»). Он просто адекватно отвечает на все внешние раздражители. На самом деле это весьма логично: не будете ж вы пользоваться боевым лазером, если вас беспокоят маленькие блохи! Но люди для Соляриса даже меньше этих самых блох. Так что его реакция вполне равнозначна: на вторжение людей в свою среду он ответил вторжением двойников в человеческое общество. Уж кто-кто, а они-то точно знают, как общаться с себе подобными! Только вот людям такая реакция показалась слишком грубой и даже враждебной — они никак не ожидали увидеть среди далеких звезд свои ожившие «скелеты из шкафа». Это чуть было не сорвало назревавший Контакт: люди просто избавлялись от своих «гостей», не пытаясь вникнуть в суть их появлений. И только когда на станции появиляется психолог, ищущий основания для закрытия миссии, дело наконец-то сдвигается с мертвой точки. Он находит те точки соприкосновения с чужим разумом, которые проглядели все предыдущие ученые. Причина была чисто психологической: Солярис просто не знал, что представляют из себя человеческие чувства. Для него они всегда были средством саморегулирования, своеобразной «обратной связи» по отношению к окружающему миру. Когда спутники землян шли на столкновение с «быстренником» или мимоидом, Океан всячески пытался избежать его, ибо сам он получал информацию не при физическом контакте, а дистанционно. Он мог материализовать всё, что видел в сознании людей, но не знал, как это использовать. Так, колоссальные мимоиды и симметриады, конечно, впечатляли космолетчиков, но ничего не могли им сказать, а вот огромный ребенок, разлегшийся на поверхности океана, чуть было не довел Бертона до сумасшествия. Вот после этого и появились двойники. Но только Кельвин сообразил, как нужно ими воспользоваться. Впрочем, его путь к истине был вовсе не усеян розами: чувство вины перед внезапно ожившей супругой заставило его страдать. Поняв, что от «гостя» так просто не избавиться, Кельвин пытается примириться с ним (впрочем, не совме удачно). Со временем Хари-2 понимает, что доставляет своему мнимому мужу одни мучения и принимает решение «уйти по-английски». С ее уходом Солярис наконец-то получает то, к чему давно стремился — ключ к разуму землян. Дальнейшие события остаются за рамками повествования, но уже по последним строкам мы понимаем, что Контакт состоялся и его просто нужно упрочить. Данная генеральная линия романа получилась слишком уж философско-психологической, чтобы ее мог понять простой обыватель социалистической страны. Большинство читающих и не поняло, поэтому тут же отнесло данное произведение к классике, фактически приравняв его к стандарту. По практически такому же лекалу были построены Контакты у Стругацких в «Малыше», у Павлова в «Лунной Радуге» и у Гуляковского в «Сезоне туманов». Надеюсь, они сказали «спасибо» пану Станиславу.

2. ПОСРЕДСТВЕННОЕ

Я умышленно не говорю «плохое», ибо ничего провального в романе нет. Хотя с технической точки зрения он иногда напоминает романы 19-го века: отсутствие компьютеров, передовых технологий и ощущения «далекого будущего». Сидят себе три затворника в огромной станции (которая больше напоминает темный сарай с пустыми помещениями) и маются от дури, общаясь строго по видеосвязи. Образ Сарториуса получился настолько фрагментарным, что про него мне вообще сказать нечего. Чего он там прятал в своей лаборатории — так и осталось невыясненным. Снаут получил от автора куда больше внимания, но так же мало раскрыл свой характер. В фильме Тарковского его сыграл Юри Ярвет, который «попал в роль» и сумел выразить недосказанность первоисточника «игрой лица и жеста», исправив тем самым авторскую промашку. Наверно, сам автор не считал нужным углубляться во внутренний мир вторстепенных героев, обрисовав яркими красками только Хари с Кельвином. Но, если придираться, образ Хари грешит неполнотой. Впрочем, тут при желании всё можно объяснить: это копия настоящей Хари, воспоминания о ней, записанные в сознании Кельвина. Им полагается быть неполными. Но, если честно, лично у меня образ Хари из фильма Тарковского вызывает куда больше сочувствия, нежели его книжный оригинал.

Не очень убедительно выглядят в романе и технические эксперименты землян. Все эти «просвечивания» и «прослушивания» ущербны в своей логике. Зачем вообще нужно было летать над планетой, исследуя разные мимоды с «быстренниками», если всем уже было ясно, что разумен весь океан, а не его отдельные части? Загубили две сотни людей — а толку нет! Какое-то глупое человечество... Даже такой неспециалист, как я, уже б, наверное, догадался, что решение проблемы лежит не в физико-химической, а в морально-психологической плоскости. Тем более, что сам автор намекает на это во всех хрониках исследования планеты. Кто-нибудь из ученых их когда-нибудь на досуге читал?! Хотя, психологи, скорей всего, и не читали — Кельвин был первым. Тогда почему это сделали лишь тогда, когда соляристика начала испытывать «кризис веры»? Словом, тут у автора какая-то неувязочка в логике выходит.

Тем не менее, роман выглядит крепким «хорошистом». Но он подходит не всякому читателю. Молодым юнцам читать его явно не стоит — тут должен постараться бывалый семьянин и умудренный жизненным опытом человек. Хотя такой человек должен увидеть и все недостатки рассматриваемого произведения. Даже в этом совете заключено определенное противоречие.

-------------

РЕЗЮМЕ: философский роман-притча о Контакте с инопланетным разумом, который заставил людей всмотреться в свой собственный. Чтобы усомниться в том, что мы стали космической нацией с глобальным мышлением. Солярис — это своеобразное зеркало, в котором человек видит лишь материал, из которого оно сделано, не замечая при этом собственного отражения.

Оценка: 8
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«Моя реальность давно поругалась с твоей, — сказал Кот, — но, может быть, у нас есть шанс помирить их».

(с) Чеширский Кот.

Привет, буквоед! Настало время рассказать тебе о романе «Солярис» Станислава Лема. Я не знаю, как сегодня пойдёт моё повествование. Материал я готовил с трудом. С одной стороны — да, хочется поговорить об этом произведении. Но с другой — сказать особо-то и нечего, о хороших книгах писать трудно... Однако я всё-таки рискну.

Для создания статьи я перечитал роман, нашёл и прочитал его повесть-продолжение (ищи «Станция Солярис» Алексея Корепанова), посмотрел два фильма, пересмотрел кучу обзоров на YouTube (так себе занятие…), перечитал много рецензий на сайте «Лаборатория Фантастики», и теперь попытаюсь рассказать тебе о «Солярисе».

Сперва давай немного пройдёмся по фактам:

Автор завершил «Солярис» в 1960 году. Книга мгновенно стала сенсацией в научных кругах и кругах любителей фантастики.

Станислав Лем считал «Солярис» удачным произведением. Многие другие люди считают «Солярис» лучшим творением Лема в жанре научной фантастики или вообще — главным научно-фантастическим романом 20-го века.

Книга стала причиной серьёзной ссоры Станислава Лема и Андрея Тарковского, а всё потому, что на основе одной идеи столкнулись мнения двух великих художников.

Таких фактов можно подобрать достаточно много — я привёл тебе наиболее известные. Да, кстати, моя задача сегодня — не пересказать тебе сюжет книги, не расшифровать её смысл, не объяснить её полностью… Всё это невозможно. Моя задача — вдохновить тебя на чтение, перечитывание «Соляриса». Кто знает, вдруг он изменит твою жизнь так же, как когда-то давно изменил мою.

Но давай я приведу ещё немного общих материалов, а потом перейдём к моим личным впечатлениям, хорошо?

Сначала вкратце о сюжете. В романе нам рассказывают о первой попытке человечества установить контакт с внеземным разумом — живым Океаном планеты Солярис. Учёные, прибывшие на планету изучать Океан, начинают сходить с ума от странных событий, которые происходят на научно-исследовательской Станции.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
На Станции появляются некие существа, их называют фантомы. Эти фантомы представляют собой материализованные воспоминания или потаённые желания каждого из учёных.

Например, к главному герою, психологу Крису Кельвину, возвращается его давно умершая жена. Она совершила самоубийство, и в её смерти во многом виноват Крис. Кто и почему явился к остальным учёным (их зовут Снаут, Сарториус и Гибарян), мы точно не знаем, но можем предположить, что их фантомы созданы Океаном на основе ещё более страшных воспоминаний или даже каких-то грязных, пошлых мыслей.

Приход странных существ становится ключевым моментом произведения, вокруг него строится сюжет и ведутся ожесточённые споры о природе данного феномена…

В ходе моих «исследований» романа «Солярис», я пришёл к такому выводу: центральной идеей является идея о принципиальной невозможности взаимопонимания между любыми разумными существами. Проще говоря, человек никогда не сможет понять другое разумное существо. Эту мысль подтверждает следующая цитата:

«Как можете вы понять Океан, если уже не в состоянии понять друг друга?»

Во время чтения книги приходит мысль, что контакт невозможен не только между человеком и внеземным разумом — он невозможен между человеком и человеком, да и у человека с самим собой контакт тоже — невозможен. В подтверждение моих слов позволь задать один вопрос: знаешь ли ты, кто ты такой, понимаешь ли мотивы, определяющие твою жизнь, знаком со скелетами, которые находятся в глубине твоего подсознания?..

Не могу удержаться и не привести целиком дзэнскую притчу «Самое отвратительное»:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«В американском аэропорту Кеннеди журналист проводил опрос: «Что, по вашему мнению, является самым отвратительным на свете?» Люди отвечали разное: война, бедность, предательство, болезни.

В это время в зале находился дзэнский монах. Журналист, увидев буддийское одеяние, задал вопрос монаху. А монах задал встречный вопрос:

— Кто вы?

— Я? Джон Смит.

— Нет, это имя, но кто вы?

— Я телерепортёр такой-то компании.

— Нет. Это профессия, но кто вы?

— Я человек, в конце концов!..

— Нет, это ваш биологический вид, но кто вы?

Репортёр, наконец, понял, что имел в виду монах и застыл с открытым ртом, так как ничего не мог сказать. Монах заметил:

— Вот это и есть самое отвратительное на свете — не знать, кто ты такой».

Итак, могут ли разумные существа добиться взаимопонимания? Вряд ли. Мы же действительно не знаем, кто МЫ такие на самом деле. Мы не можем увидеть себя и мир объективно, а в голову другого человека залезть нельзя, и понять его можно, но лишь частично и по-своему — он и себя-то не до конца понимает... Короче, чужая голова — потёмки, своя же — тёмный фонарь с перебитыми стёклами, как говорил поэт Саша Чёрный.

Так замыкается круг, и мы ходим по нему, ходим и ходим, обречённые на вечные страдания и вечное одиночество, не понимая ни мира вокруг, ни себя, ни других людей. Но куда же мы отсюда денемся? Мир — клетка. Уйти — нельзя. Не правда ли?

Французский поэт Франсуа Вийон в своей «Балладе примет» давным-давно сказал такие слова:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«Я знаю мир — он стар и полон дряни,

Я знаю птиц, летящих на манок,

Я знаю, как звенит экю в кармане,

И как звенит отточенный клинок.

Я знаю, как поют на эшафоте,

Я знаю, как целуют, не любя,

Я знаю тех, кто «за» и тех, кто «против»,

Я знаю всё, но только не себя».

Мы живём как получится, по старой привычке, ценим простые пути. Мы стараемся не задумываться над глобальными вещами вроде смысла человеческой жизни, вины и её искупления, веры и неверия, преступления и наказания… Мы не часто думаем о высоком — иначе нам становится страшно. Как говорится, если долго смотреть на Бездну, она может однажды взглянуть и на тебя... Наверно, доктор Гибарян слишком много думал над подобными вопросами и они его загнали в тупик.

Из моих слов можно понять следующее: человек навсегда обречён быть в персональном аду одиночества и непонимания, и выхода нам не найти. А знаешь, как я пришёл к таким выводам? Я немного изучал восточную философию, и могу привести в пример религию буддизм, а именно её произведение «Алмазная Сутра». Цитирую:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«То, о чём Будда проповедовал как о совершенстве мудрости, о том же Он поведал как о несовершенстве, поэтому оно названо совершенством мудрости».

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«Будда сказал Субхути: «Когда есть образ, то есть и заблуждение. Если же смотреть на это с точки зрения образа, который не есть образ, то тогда и распознаешь Так Приходящего».

Это так называемая парадоксальная логика буддизма. Согласно такой логике, видимые объекты окружающего мира — мираж, обман, иллюзия. Ложки не существует, Нео, а совы — не то, чем кажутся... В общем, объекты реального мира являются «вещью в себе», и объективно познать мы их не можем по двум фундаментальным причинам:

А) У каждого из нас есть органы восприятия и уникальный жизненный опыт — мы видим и описываем окружающий мир каждый по-своему. Наши ощущения совсем не связаны с объективной реальностью, и её облик навсегда искажён нашим восприятием.

Б) Любые слова из любых языков мира — это человеческое изобретение, иллюзия, выдумка, образ, только бы хоть как-то обозначить мир, дать ему ярлыки и наклеить на него штампы.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

«Слово — это лишь звук, набор букв, пустышка…»

(с) Из моего стихотворения.

Слово не способно отразить подлинную сущность обозначаемого объекта. Объективный мир существует вне любого человеческого языка, он экстралингвистичен, а значит — неописуем языковыми средствами в принципе.

Но мир всё-таки можно описывать, можно предполагать его устройство, пытаться понять его сущность… Да, ты волен смотреть на мир через очки любого цвета, но объективную правду ты не найдёшь. Значит, по-настоящему познать мир человеческим разумом — невозможно.

С ужасным непониманием себя, друг друга и разумного Океана как раз и столкнулись учёные на планете Солярис. Доктора Гибаряна страшная правда свела в могилу, доктор Снаут от ужаса начал спиваться, доктор Сарториус пытался докопаться до правды через науку... Один лишь доктор Кельвин понял: разум тут— бессилен, и он раскрыл своё сердце для жестоких чудес планеты Солярис.

Я не знаю, прав ли я. И хочу спросить у тебя, дорогой буквоед: если мир нельзя познать разумом, то, может быть, нужно познавать его сердцем? Надеюсь, ты понимаешь значение слова «сердце»: это метафора, скрывающая духовное восприятие мира. Человек жив не одной наукой, фактами и цифрами — иногда стоит просто прислушаться к тихой музыке внутри себя.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«Я знаю летопись далёких лет,

Я знаю, сколько крох в сухой краюхе,

Я знаю, что у принца на обед,

Я знаю — богачи в тепле и в сухе.

Я знаю, что они бывают глухи,

Я знаю — нет им дела до тебя,

Я знаю все затрещины, все плюхи,

Я знаю всё, но только не себя».

Пожалуй, про книгу я всё сказал. Теперь хотелось бы упомянуть три экранизации «Соляриса». Скажу сразу: я смотрел два произведения из трёх: фильм Андрея Тарковского, снятый в 1972 г., и фильм Стивена Содерберга 2002 года.

Телеспектакль Бориса Ниренбурга 1968 года я, к сожалению, посмотреть не успел, но планирую. Кроме того, по мотивам произведения Станислава Лема создан отличный радиоспектакль, где прекрасно играют наши актёры театра и кино. Все эти произведения находятся в свободном доступе в интернете, и можно их бесплатно посмотреть и послушать. Рекомендую!

Так вот. Вместо долгих и нудных бесед про лучшую экранизацию этого произведения или пересказа избитой истории о конфликте Лема и Тарковского, я хочу поделиться с тобой одним воспоминанием.

В молодости я учился в Китае. В те далёкие 23 года я, конечно, слышал про фильм Тарковского, пытался осилить его, но ничего не понял. И однажды вечером мы с моим знакомым и его девушкой решили что-нибудь посмотреть. Подобные сеансы мы устраивали регулярно, кино выбирали по очереди, и потому в тот вечер решение осталось за мной. И я вспомнил про «Солярис» Тарковского.

Знаешь, в чём заключалась моя ошибка? Я думал, такие фильмы можно смотреть в любом состоянии и в любой компании. Насчёт состояния я имею ввиду алкогольное опьянение — мы купили пива, закусок и решили приобщиться к великому…

В общем, где-то через час мы заскучали, и включили другое кино: попроще, повеселей, с дешёвой драмой и прописными истинами для дебилов. Кино, которое не грузит мозги и отлично сочетается с пивом. Я даже не запомнил, что мы там тогда смотрели…

Ну, и какая же здесь мораль — спросишь ты? Морали нет, но есть мои выводы из ситуации. Что ж, полагаю, «Солярис» Тарковского надо смотреть с соблюдением трёх условий:

А) в одиночестве или вместе с близким человеком;

Б) полностью трезвым, в ясном состоянии ума;

В) не отвлекаться на посторонние вещи (в особенности — на телефон).

Только так фильм произведёт на тебя неизгладимое впечатление. А вот голливудскую поделку Стивена Содерберга я похвалить не могу. Быть может, я не распробовал это произведение, не понял его, не оценил. Допускаю, что я — несчастный убогий дегенерат, и не разгадал Великий Замысел Голливудского Режиссёра…

Ох, это же было так гениально — заменить команду учёных на каких-то дебилоидов со стеклянными глазами троечников из школы актёрского мастерства! А заменить учёного-мужчину на персонажку с афро-корнями — ух ты, Содерберг, как круто ты придумал! А обозвать доктора Снаута — Сноу, и выставить его полудурком с целым мешком «шуток за 300» — вау, господи, Содерберг, я фонтанирую восторгом!

Короче, Содерберг — не Тарковский. Совсем не Тарковский. Далеко не Тарковский. Никогда, блин, не Тарковский!..

Мне кажется, картину Содерберга можно спокойно смотреть под пиво, сидя в плохой компании и залипая в ленты соцсетей. Вселенной будет вообще наплевать, в каком состоянии ты посмотришь голливудский «шедевр». Скажу по секрету: тебе тоже. Думаю, кино Содерберга даже зайдёт на ура, если смотреть его с парой бутылочек тёмного нефильтрованного… Фантастика, которую мы заслужили.

Возможно, настанет день, и моё мнение поменяется. Но пока у меня — только желчь и яд. На «Комсомольской Правде» как-то вышла статья «Заслонит ли голый Клуни «Солярис»?» Процитирую:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«Да, ну а как же мы будем продавать фильм?» — резонно спросил после окончания съёмок Джордж Клуни. Он смотрел в корень: даже такой изящный и облегчённый «Солярис» всё-таки требует осмысления. А потому тяжеловат для среднего американского зрителя, мысли которого уже заняты приближающимся Рождеством.

«Солярис» стартовал скромно, заняв лишь седьмое место по сборам, едва перевалившим за 9 миллионов в первые пять дней. «Быть может, мы всё-таки продадим его хотя бы через секс», — заключил Клуни, подразумевая, что от финансового краха фильм спасёт хотя бы его показанная крупным планом волосатая задница.

В конце концов, по заключению знатоков, она тоже выглядела неплохо».

Я рекомендую тебе прочитать «Солярис» Станислава Лема, и читать именно в переводе Г. А. Гудимовой и В. М. Перельман. Вроде бы это лучший перевод — он без цензурных сокращений советской эпохи и наиболее точен к польскому оригиналу.

Но я не хочу ни с кем спорить насчёт переводов — я не знаток польского языка, да и русским-то владею достаточно слабо... Кому-то больше нравится полный перевод Д. М. Брускина, дополненный много лет спустя после публикации — он тоже стал классическим.

Кроме того, перевод Брускина ещё и авторизованный, то есть сам автор внимательно прочитал и дал добро на публикацию текста на русском языке (а Станислав Лем прекрасно владел великим и могучим). Так что оставлю выбор перевода за тобой, дорогой буквоед. Но — ещё раз — лично я стою за перевод Гудимовой и Перельман.

Подытоживая, хочу вкратце сформулировать основной посыл моей статьи: бросай всё, и читай эту книгу; читай материалы по книге; смотри ролики по книге; думай о книге и ищи о ней информацию... Попробуй по-настоящему прочитать её. А потом тебе останется самое приятное — перечитывать.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«Мы отправляемся в космос приготовленные ко всему, то есть к одиночеству, борьбе, страданиям и смерти. Из скромности мы не говорим этого вслух, но думаем про себя, что мы великолепны. А на самом деле, на самом деле это не всё и наша готовность оказывается недостаточной. Мы вовсе не хотим завоёвывать космос, хотим только расширить Землю до его границ.

Одни планеты пустынны, как Сахара, другие покрыты льдом, как полюс, или жарки, как бразильские джунгли. Мы гуманны, благородны, мы не хотим покорять другие расы, хотим только передать им наши ценности и взамен принять их наследство.

Мы считаем себя рыцарями святого Контакта. Это вторая ложь. Мы не ищем никого, кроме людей. Не нужно нам других миров. Нам нужно зеркало. Мы не знаем, что делать с иными мирами. Достаточно одного этого, и он-то нас уже угнетает.

Мы хотим найти собственный, идеализированный образ, это должны быть миры с цивилизацией более совершенной, чем наша. В других надеемся найти изображение нашего примитивного прошлого, в то же время по ту сторону есть что-то, чего мы не принимаем, от чего защищаемся.

А ведь мы принесли с Земли не только дистиллят добродетели, героический монумент Человека! Прилетели сюда такие, какие есть в действительности, и когда другая сторона показывает нам эту действительность — не можем с этим примириться!»

А теперь будет второе послесловие для терпеливейших людей.

Открою тебе страничку из моего прошлого: в одиннадцать лет «Солярис» стала для меня проводником в мир научной фантастики. С Дальнего Востока нашей необъятной Родины мои родители и я отправились к нашим родственникам, живущим в Казахстане. Скорей всего, мы поехали ближе к лету. В Казахстане стояла жара — такая сильная, что на улицу люди выходили утром, до начала солнечного ада, и вечером — когда жара спадала.

И вот, значит, сижу я днём дома, на улице делать нечего — не тарантулов же ловить в бескрайних полупустынях — и скучаю. Родственники куда-то разъехались, я дома один. Интернета для меня ещё не существует, смартфонов — тоже. Чем заняться?

Прокрадываюсь в спальню бабушки и дедушки в поисках приключений. Освещённый ярким солнечным светом, рядом с кроватью сияет книжный шкаф. Хорошо, с литературой я уже знаком немного… Открываю шкаф, блуждаю взглядом по книжным корешкам, и вот — моё внимание привлекает книга в тканевом переплёте песочного цвета. Открываю её на первой странице…

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
«В девятнадцать ноль-ноль по бортовому времени я прошёл мимо собравшихся вокруг шлюзовой камеры и спустился по металлическому трапу в капсулу. Места в ней хватало только на то, чтобы расставить локти. Я присоединил наконечник шланга к патрубку воздухопровода, выступавшему из стены капсулы, скафандр надулся, и теперь я уже не мог пошевелиться.

Я стоял, вернее, висел в воздушном ложе, слившись в одно целое с металлической скорлупой. Подняв глаза, я увидел сквозь выпуклое стекло стенки колодца, а выше — склонённое над ним лицо Моддарда. Лицо вдруг исчезло, и стало темно — сверху опустили тяжёлый конический обтекатель.

Восемь раз взвыли электромоторы, затягивающие болты. Потом раздалось шипение нагнетаемого в амортизаторы воздуха. Глаза привыкали к темноте. Я различал уже светло-зелёные контуры единственного табло.

— Ты готов, Кельвин? — раздалось в наушниках.

— Готов, Моддард, — ответил я.

— Ни о чем не беспокойся. Станция тебя примет, — сказал он. — Счастливого пути!

Прежде чем я успел ответить, вверху что-то заскрежетало и капсула дрогнула. Я невольно напрягся, но ничего не почувствовал.

— Когда старт? — спросил я и услышал шорох, словно на мембрану сыпался мелкий песок.

— Кельвин, ты летишь. Всего хорошего! — где-то совсем рядом прозвучал голос Моддарда.

Я не поверил, но прямо перед моим лицом открылась смотровая щель, в ней появились звёзды. Напрасно я старался найти альфу Водолея, к которой направлялся «Прометей». Небо этих частей Галактики ничего мне не говорило, я не знал ни одного созвездия; в узком просвете клубилась искрящаяся пыль. Я ждал, когда звёзды начнут мерцать. Но не заметил. Они просто померкли и стали исчезать, расплываясь в рыжеющем небе.

Я понял, что нахожусь уже в верхних слоях атмосферы. Неподвижный, втиснутый в пневматические подушки, я мог смотреть только перед собой. Горизонта пока ещё не было видно. Я всё летел и летел, совершенно не чувствуя полёта, только моё тело медленно и коварно охватывала жара.

Снаружи возник противный визг — как будто ножом проводили по тарелке. Если бы не цифры, мелькающие на табло, я не имел бы понятия об огромной скорости падения. Звёзд уже не было. Смотровую щель заливал рыжий свет.

Я слышал гулкие удары собственного пульса, лицо горело, сзади тянуло холодком из кондиционера; мне было жалко, что не удалось разглядеть «Прометея» — он уже вышел за пределы видимости, когда автоматическое устройство открыло смотровую щель.

Капсула задрожала раз, другой, началась невыносимая вибрация; несмотря на изоляцию, она пронизала меня — светло-зелёный контур табло расплылся. Но я не испугался, не мог же я, прилетев из такой дали, погибнуть у цели.

— Станция Солярис, Станция Солярис, Станция Солярис! Я посланец. Сделайте что-нибудь! Кажется, аппарат теряет стабилизацию. Станция Солярис! Приём.

И снова я пропустил важный момент — появление планеты. Она простиралась огромная, плоская; по величине полос на её поверхности я понимал, что нахожусь ещё далеко, точнее, высоко, так как я уже миновал ту неуловимую границу, на которой расстояние от небесного тела становится высотой.

Я падал. Всё ещё падал. Теперь, даже закрыв глаза, я чувствовал это. Я тут же открыл их, мне хотелось как можно больше увидеть. Спустя несколько секунд я повторил вызов, но и на этот раз ответа не получил. В наушниках трещали залпы атмосферных разрядов. Они звучали на фоне шума, такого глубокого и низкого, словно это был голос самой планеты.

Оранжевое небо в смотровой щели затянулось бельмом. Стекло потемнело; я отпрянул, насколько мне позволил скафандр, и тут же понял, что это тучи. Они лавиной пронеслись вверх и исчезли. Я всё падал то на свету, то в тени; капсула летела, вращаясь вокруг вертикальной оси, и огромный, распухший солнечный диск размеренно проплывал перед моим лицом, появляясь слева и заходя справа.

Вдруг сквозь шум и треск прямо в ухо затараторил далёкий голос:

— Посланец, я — Станция Солярис! Посланец, я — Станция Солярис! Всё в порядке. Вы под контролем Станции. Посланец, я — Станция Солярис. Приготовиться к посадке в момент ноль, повторяю, приготовиться к посадке в момент ноль, внимание, начинаю. Двести пятьдесят, двести сорок девять, двести сорок восемь…»

Я закрываю книгу, ошарашенный, растерянный и испуганный. Ставлю томик обратно на полку. Закрываю шкаф и выхожу из комнаты. Так случилось моё знакомство с «Солярисом» Станислава Лема. Не знаю, что меня тогда впечатлило.

Однако воспоминание глубоко засело во мне, и периодически я вспоминал о том случае в комнате бабушки и дедушки. Помнил этот переплёт песочного цвета. Я не знал автора и названия, но ясно помнил первые страницы. Годам к восемнадцати я узнал и про автора, и про книгу. Прочитал, и — ничего не понял…

Сейчас, на излёте третьего десятка лет, я прочитал «Солярис» ещё пару раз. Попытался проанализировать её содержание и написал статью. Получилось у меня в итоге или нет — судить тебе, дорогой буквоед. Одно я знаю точно — я ещё обязательно вернусь на планету Солярис. Ведь жестокие чудеса далёкой планеты ждут каждого из нас.

Оценка: 10
–  [  17  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Перед тем, как взяться за этот отзыв, я любопытства ради посмотрел, как оценивают «Солярис» пользователи «ФантЛаба». Гистограмма свидетельствует о всенародной любви и обожании – следовательно, нижеизложенным я могу навлечь на себя немилость местного сообщества. Да-да, вы поняли правильно: отзыв будет критическим. Я рискну заявить, что считаю «Солярис» сильно переоцененным, и ниже постараюсь аргументированно изложить свою точку зрения.

Как известно, основной постулат, который Лем выдвигал в «Солярисе» и во многих других своих произведениях, состоит в том, что возможности человечества к познанию иного разума очень ограниченны. Согласно Лему, люди в соответствии со своим разумением ищут в космосе не более чем самих себя в той или иной модификации, свое «зеркало», а наткнутся, скорее всего, на настолько чуждый разум, полноценный контакт (то есть осмысленный и целенаправленный обмен информацией) с которым невозможен в принципе. В этом Лем резко противопоставил себя тем фантастам, которые придерживались иных позиций:

а) что разумные существа неизбежно должны быть антропоморфны и обладать разумом, понятным и близким человеку (пример – Иван Антонович Ефремов);

б) что разумные существа могут иметь какой угодно облик и мыслить не как человек, но найти с ними общий язык все же будет возможно (пример – Клиффорд Саймак).

Заметьте, что сторонники двух перечисленных точек зрения на вопросы контакта, как правило, хорошо обосновывали свои позиции. Ефремов, например, отталкивался от диалектико-материалистического представления о разуме как об отражении объективных законов мироздания, единых для всей Вселенной, – следовательно, его развитие везде должно идти единообразно. Саймак был убежден, что у любых разумных существ рано или поздно разовьются схожие понятия о добре, гуманизме и справедливости и можно будет наладить с ними взаимопонимание на этой основе. Ну, а Лем? Его постулат дается в «Солярисе» как аксиома, не будучи подкрепленным никакими сколько-нибудь внятными доводами. Конечно, на то и существует фантастика, чтобы исследовать подобные труднопредставимые ситуации. Однако никакому фантастическому сюжету отнюдь не повредит попытка подвести под него научную базу. В последние десятилетия к существительному «фантастика» прилагательное «научная» присоединяется все реже и реже. Но «Солярис» – из тех времен, когда эти два слова были практически неотделимы друг от друга. А значит, и спрос с него должен быть по старым меркам. Вот, например, каким образом возник мыслящий океан на Солярисе? Если он всегда был единственным живым существом на планете, то, конечно, мог со временем в отсутствие конкурентов покрыть всю ее поверхность. Но такое бессмысленное расползание во все стороны отнюдь не требует наличия разума – оно и любой амебе вполне по силам. Если же океан захватил всю планету, постепенно подавив конкурентов, то, конечно, определенные зачатки разума в борьбе за существование у него вполне могли возникнуть. Но как только эта борьба была окончена, стимулы к дальнейшему совершенствованию исчезли – цель достигнута, планета захвачена, больше беспокоиться не о чем. А у Лема океан и в одиночку отчего-то продолжил развиваться, обретя разум и могущество чуть ли не сверхъестественные.

Как бы то ни было, никаких сколько-нибудь внятных обоснований эволюции Соляриса нигде не дано. Разве что в исторической справке, которую читает главный герой романа Крис Кельвин вскоре после прибытия на солярианскую исследовательскую станцию, нам предлагается пара теорий – но и они так и остаются пустыми словами без каких-либо попыток разработать их глубже. Равным образом Лем не посчитал нужным даже намекнуть, каким образом и почему мыслящий океан стал своеобразным локальным богом; почему он проявляет себя только в виде топологических экспериментов и забав с людскими страхами и комплексами; наконец, каким образом он своей мысленной энергией может управлять орбитой целой планеты. Единственное, на что Лем не скупится, – это на подробные описания солярианских феноменов с непременными добавлениями вроде: «безрезультатные дискуссии длились уже двадцать лет», «все гипотезы были опровергнуты», «нумерация томов серии “Соляриана” достигла четырехзначных чисел». Не знаю, как вам, а мне в этих комментариях видится некое скрытое ехидство: смотрите, дорогие мои, смотрите, десятки лет спорите, тысячи томов сочинили, а воз и ныне там. Это, конечно, еще один авторский ход в деле утверждения основного философского постулата романа – нам, людям, дескать, все равно не понять, так что не стоит и пытаться хоть что-нибудь рассказывать и объяснять. И в то же время в строках многословных, но подчеркнуто поверхностных описаний проступают следы какой-то намеренной осторожности со стороны автора: нет, не дам я им (то есть персоналу станции и нам, читателям, заодно) ни малейшей зацепки, а то ведь ухватятся, применят свои способности к познанию, которых у них, по моему убеждению, быть не должно, размотают весь клубок и обнаружат, что внутри-то пусто…

Чтобы совсем уж прочно защитить свое творение от рационалистического подхода, Лем вдобавок надежно прячет слабость исходных допущений «Соляриса» под глубоким психологизмом действия. Однако, если поразмыслить, можно прийти к выводу, что это опять-таки работает не в его пользу. В самом деле, тот, кто обратит внимание на основную идею, не может не почувствовать ее голый примитивизм и не удивиться, зачем надо было городить такой огород только ради того, чтобы донести ее до читателя. В этом случае целостность восприятия произведения теряется: философская основа отделяется от сюжета, а возможно, и вообще рушится, не выдержав его тяжкого груза. Сам сюжет, лишенный опоры, тоже рассыпается на мелкие обломки, в каждом из которых по отдельности очень немного смысла. Если же читатель увлекается прежде всего переживаниями людей на солярианской станции и их «скелетами в шкафу», он может вообще пройти мимо исходного авторского посыла. Мучительные раздумья и сомнения Кельвина, неожиданно нашедшего на станции двойника своей давно погибшей любимой девушки, заслоняют вопросы контакта даже в том случае, если читатель готов разделить взгляды автора.

Пора переходить к выводам. Я привык считать хорошей ту литературу, где автор дает читателю возможность думать вместе с собой, предоставляя для этого весь набор своих аргументов и рассуждений, с которыми можно соглашаться или же пытаться их оспорить. Лем же в «Солярисе» поступает с точностью до наоборот: всеми силами впихивает в читателя свои аксиомы, одновременно убеждая его в тщетности любых попыток хоть как-нибудь оценить эти постулаты с рациональной точки зрения. Фактически «Солярис» – это намеренно замкнутая сама на себя авторская конструкция, по причине своей замкнутости неуязвимая для любой рациональной критики извне. Если проще, то ее логический эквивалент – придуманное Чеховым выражение: «Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда», – которое кто-то из отечественных фантастов метко назвал «идеальной моделью безразмерной безмозглости». Я не стремлюсь быть столь же категоричным и употреблять подобные выражения, но при чтении параллель выстраивалась в уме сама собой: нам не познать Солярис, потому что он непознаваем, а непознаваем он, потому что нам его никогда не познать. Да, у Лема есть немало того, что я читаю и перечитываю с удовольствием. Но «Солярис» к числу таких произведений определенно не относится.

Оценка: 6
–  [  15  ]  +

Ссылка на сообщение ,

На мой взгляд, «Солярис» — лучшее из того, что написано Лемом. И, возможно, лучшее из того, что написано на тему Контакта.

Роман настолько глубок, что дно даже не просматривается: перечитывая, открываешь раз за разом новый смысловой слой. Сколько их, этих слоев?

Контакт с инопланетным разумом? Или контакт с Богом? А может, контакт человека с самим собой?

Великий роман, великий автор, не стареющая классика жанра.

Оценка: 10


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх