Аркадий и Борис Стругацкие «Путь на Амальтею»

Неприятная повесть. Написана хуже, чем «Страна багровых туч», и скучнее.

Сюжетно она продолжает «Страну багровых туч»: Быков, Дауге, Юрковский и толстячок, фамилию которого я забыла, снова в одной команде. Им предстоит отвезти на Амальтею продовольствие. Продукты на Амальтее поразил грибок, и учёные вынуждены жить на галетах и шоколаде.

Вопросы вызывает уже сама завязка. В описанном авторами будущем научились создавать сыворотки, нивелирующие воздействие радиации, но не научились делать консервы с большим сроком годности? И не забили этими консервами космические станции под завязку? Обычно у Стругацких всё в порядке с логикой, но не в этом рассказе.

По пути на Амальтею корабль повреждают метеориты, и он начинает падать в Юпитер. Скафандры настолько продвинутые, что защищают от чудовищной радиации Юпитера — Быков выходит прямо в открытый космос (и в открытый Юпитер), чтобы ремонтировать реактор. А консервов, напоминаю, у человечества нет. На Амальтее вынуждены питаться похлёбкой с закваской.

Не обошлось и без достаточно противных сцен. Например:

«— Довольно, слышишь? сказал Козлов со злостью.

Зойка покраснела и наклонила голову. Ей было очень неловко, потому что все смотрели на них.

— Ты мне подсунула свою галету вчера, — сказал Козлов. — Сегодня ты опять подсовываешь мне свою несчастную галету.

Зойка молчала. Она чуть не плакала от смущения.

— Не ори на неё, Козёл! — гаркнул с другого конца столовой атмосферный физик Потапов».

И эта Зоя потом ещё будет доказывать всем, что женщинам легче обходиться без еды. Действительно эта сцена была нужна в повести про нехватку продовольствия и падение в Юпитер? Она бы смотрелась уместнее, если бы авторы подробнее остановились на теме голода. Но они её практически не затрагивают.

Ещё одна сомнительная сцена:

«У него жена и двое детей... Нет, трое, и старшей дочке уже шестнадцать лет, — он всё обещал нас познакомить и каждый раз этак залихватски подмигивал».

Это мысли Жилина, которому где-то лет двадцать пять. Шестидесятые — не девятнадцатый век, не было тогда нормальным «знакомить» девочек-подростков со взрослыми мужиками.

Читается, в целом, довольно бодро — когда авторы забывают про Амальтею и переключаются на корабль, мчащийся на помощь. Юрковский и Варечка лучшие. Дауге потерялся, хотя он и в «Стране багровых туч» был не очень-то глубоко прописан.

Концовка снова не удалась.

Семь галет из десяти.

Вслед за «Страной багровых туч» братья Стругацкие создают «Путь на Амальтею» — героико-приключенческую повесть о полете грузового межпланетного корабля «Тахмасиб» с экипажем из знакомых героев к спутнику Юпитера – Амальтее. На борту Быков, Крутиков, Юрковский, Жилин и другие полюбившиеся читателю герои, отважные космолетчики зари коммунизма, без страха и сомнений готовые пожертвовать собой ради общего блага и товарищей. Братья снабдили старую компанию импозантным французом Молларом, неплохо разбавившим компанию космических волков.

Основной стержень произведения – суровое испытание. Космонавтам предстоит вступить в смертельную схватку со стихией грозного Юпитера и устранить многочисленные поломки техники. От быстроты и эффективности действия напрямую зависит не только их жизнь, но и судьбы колонистов, терпящих бедствие в колонии: научной станции угрожает голодная смерть. Ценой нечеловеческого напряжения экипаж справится с бедой, но здесь важны не итоги истории, а духовные установки героев.

Стругацкие снова затрагивают темы покорения космоса, самопожертвования и взаимной выручки. Без человека любая техника ничто, поэтому авторы учат нас такой важной вещи, как контроль. Мы должны контролировать вещи, чтобы вещи не погубили нас в самый критический момент. А если что-то сломалось, мы должны знать, как это починить. Наивно-юношеская романтика космических полетов в «Пути на Амальтею» заменяется более серьезными вопросами решения насущных проблем, в этом плане повесть – взрослое произведение, где за иллюминатором маячит реальная смерть. ЧП на «Тахмасибе» — это не забавное приключение, а опасная схватка, победителем из которой выйдет только тот, кто имеет стальную волю к жизни. Это история о мужестве. Ну и обыкновенный героизм тоже здесь присутствует, уже традиционная тема для творчества писателей. Жилин – это проекция современников эпохи; такие же отважные ребята осваивали в 50-60-х Сибирь, покоряли Эверест, двигались к Северному полюсу. Великие люди.

При этом повесть, как и большинство ранних вещей, производственная, то есть читатель узнает много фактов о космической технике, физических явлениях, космосе, но не в навязчиво-поучительной манере, а как бы мимоходом, словно это само собой разумеющиеся вещи. Снова мы с улыбкой наблюдаем за искренним Жилиным и мудрым Юрковским. Диалоги прекрасны, описания Юпитера завораживают, сюжет динамичный, события чередуются быстро, почти вся повесть состоит из действия, что не даст заскучать.

«Путь на Амальтею» — отличная крепкая научно-фантастическая, приключенческая повесть о схватке человека с природой. Вечный сюжет, актуальный и захватывающий.

Юпитер. Воображение какого фантаста не захватывала эта колоссальная загадочная планета, этот тёмный принц солнечной системы, неспроста названный именем главы пантеона? Одна из наиболее ярких и комплексных картин Юпитера принадлежит перу сэра Артура Кларка в его повести «Встреча с Медузой». Пытались изобразить Юпитер с разных сторон Азимов, Хайнлайн и другие великие авторы. Так вот если был бы составлен сборник рассказов о Юпитере, то «Путь на Амальтею» достойно представил бы в нём русскую фантастику.

И если во «Встрече с медузой» Юпитер колоссален, мощен, загадочен, но несколько отстранён и пассивен, то в «Пути на Амальтею» он грандиозен, полон неожиданных тайн и очень опасен. Он захватывает героев, подавляет их и пытается растоптать, но оказывается побеждён. Это как любоваться бушующим океаном через окно с берега или смотреть на накатывающий на тебя девятый вал, цепляясь за спасательный круг.

«Путь на Амальтею» продолжает линию, начатую в «Стране багровых туч» силами тех же героев, которые не только остались могущественнее сил природы, но и стали более комплексными и, пожалуй, более живыми. Несмотря на некоторое усложнение текста, общее настроение осталось прежним. Романтика освоения, фронтира, жажда открытий и образы непреклонных пионеров космоса — вот козырные карты подобных произведений и здесь они отыграны на все 100 процентов.

А в наше с вами время к мечтам о звёздах, которыми грезили наши родители, прибавились разочарование и грусть от несбывшихся космических надежд 20-го века. Ведь кто сейчас поручится, увидят ли хотя бы наши внуки восход Юпитера на Амальтее?

«Извне», «Спонтанный рефлекс», даже восхищавшее меня в детстве «Испытание «СКИБР» — всё это было в творческой истории Стругацких чем-то вроде неуверенных шарящих литературных движений, поиска опоры. Авторы на них учились. Безусловно, некоторых ошибок они смогли избежать благодаря тому, что их было двое, стереоскопичность авторского взгляда — великое преимущество. Но некоторые ошибки должны быть сделаны, чтобы понять, что это именно ошибки. Увлечённость АНС перспективами кибернетики, например, дала материал для нескольких сюжетов, но ни один из них не ощущался авторами как достойная отправная точка для дальнейшего движения. Реплики персонажей, вроде бы, совершенно безупречные, при публикации выглядели совсем не так, как в рукописи, и вызывали беспокоящее ощущение неузнавания — разве мы так писали? Оказывается, так, но так мы больше писать не будем....

Но появляются уже чёрточки, намётки будущих достоинств. Персонажи рассказов постепенно начинают реагировать не функционально, а вполне по-человечески. Периодически их, конечно, «пробивает на монолог», но чем дальше, тем этого становится меньше. Идея мало по малу уступает место человеческому характеру.

И в «Пути на Амальтею» происходит та самая революция, которая и создаёт по-настоящему автора «Братья Стругацкие». Герои формально те же, что и в «Стране багровых туч», события по масштабам увлекательности сравнимые, мир тот же — только уже полностью живой. Интонация найдена, персонажи превратились в людей, и благодаря этому мир задышал, стал вдруг многомерным, богатым, значительно более одухотворённым. Поступки персонажей перестали мотивироваться в первую очередь принципами и лишь во вторую — ситуацией, теперь вперёд выдвигается характер.

Если читать «СБТ» и «ПнА» встык, эффект от изменения стилистики поразительный. Иначе строится диалог, ярчают эпизодические персонажи, в принципе иным становится изложение — теперь авторы постоянно сами присутствуют в собственном произведении, щедро заправляя страницы своими симпатиями, отношением, оценками происходящего — ненавязчивыми, но вполне заметными.

Теперь они уверенно поселились там, внутри своего текста. И, возможно, именно это оказалось главной отправной точкой для всего, что было написано ими после.

Замечательный образец, позволю себе небольшой оксюморон, реалистичной фантастики. Все эти космические баталии, встречи с инопланетными разумами, желающими поработить Землю, и гигантские черные дыры, грозящие уничтожить галактику, порядком поднадоели. Хочется чего-то приземленного, без явных перегибов. Такого, где человечество будущего — это не просто плод разбушевавшегося воображения, а вполне прогнозируемая реальность. И там, где подавляющее большинство космических фантастов берет «грандиозностью» размаха и «оригинальностью» своих идей, стараясь переплюнуть друг друга в абсурдной невероятности сюжета, Стругацкие берут атмосферой уюта и мужества (адекватного мужества, а не идеалистического образа советского космонавта как то было в Стране багровых туч) будущих космонавтов. Добро пожаловать в эру, как мной здесь говорится, простых, но настоящих покорителей космоса.

События, описываемые в произведении, носят локальный характер, эпичность происходящего обошла его стороной. Герои — это простые люди со своими тараканами в головах, чьи решения ну никак не изменят ход истории человечества, но зато могут спасти как их жизни, так и жизни некоторых других людей. В центре внимания поднимаются вопросы долга и силы человеческих разума и сплоченности перед жестокостью внешних условий. А еще все это сопровождается красивыми и ламповыми описаниями Юпитера и его окрестностей.

Очень понравилось, всем не рекомендую. Делиться не хочу

Это именно та вещь, с которой по-настоящему начинаются те самые Стругацкие, которых мы любим. Повесть написана всего лишь через год после «Страны багровых туч», но как заметно за это время возросло мастерство авторов: здесь уже практически нет никаких неправдоподобий и нелогичностей, исчезли ненужные для развития сюжета длинноты, герои выглядят намного более цельными и живыми...

Книга и сегодня, несмотря на свой почтенный возраст (более 60 лет), выглядит намного лучше большей части современных произведений: она очень увлекательна (настоящие, «без дураков», космические приключения), ее герои сильны и мужественны, в ней есть прекрасная мысль — «не сдаваться, искать выход из любой ситуации, в каком бы тяжелом положении ты не находился». Или короче — «Дорогу осилит идущий».

И еще одно большое достоинство повести — она добра. Мир, придуманный братьями — мир честных, смелых, неравнодушных людей, так и тянет к себе — вот бы нам жить в таком мире....

С самого начала бросается в глаза откровенная стёбность и глумливость повести. Уж не знаю, получилось ли это случайно, или было сделано намеренно. Возможно авторы пытались изобразить иронию, но получилась жёсткая пародия на героическую научную фантастику.

Крутиков всех называет уменьшительно-ласкательными именами. Перед запуском фотонного двигателя с поломанным зеркалом, когда экипажу грозит мгновенная смерть, все начинают прощаться. Крутиков на прощание целует Дауге, Юрковского, Моллара, Жилина и с сожалением идёт ложиться в амортизатор, узнав что Быков ушёл на капитанский мостик. Меня такое поведение несколько настораживает. Быть может он, как бы это правильнее выразиться, латентный гомосексуалист?

Быков, в этой повести ставший капитаном корабля Тахмасиб, по непонятным причинам не спит уже несколько суток. Что не даёт ему спать? Я не вижу ни одной причины, потому как он лишь слоняется по отсекам и злой от недосыпа ищет, кому бы ещё устроить разнос. Он похож на типового американского капрала, заставляющего среди ночи всех построиться и отправиться чистить плац зубными щётками. Под конец повести, когда на корабле действует двукратная перегрузка и Быков вместе с Жилиным что-то ремонтируют, Быков вообще выглядит как робокоп. В то время как Жилин теряет сознание от перегрузок, Быков работает за него. Да и его отказ ложиться в амортизатор, когда ожидается восьмикратная перегрузка, тоже свидетельствует в пользу того, что он робот.

Жилин изображён уж очень застенчивым. Так случилось, что до этого я читал «Хищные вещи века» и Жилина я совершенно не узнал — не мог этот застенчивый паренёк превратиться в этакого сурового зубра. Жилин, кстати, не отстаёт от остального экипажа и во время болтанки, когда корабль рыскает между метеорами, проламывает аппаратуру контроля зеркала сначала ногами, а потом и головой.

Юрковского во время метеоритной атаки ударило током высоковольтной аппаратуры, но отделался он невероятно легко — всего-лишь стал заикаться. Потом в некоторый момент он обнаруживает, что перестал заикаться, но далее по тексту видно, что заикаться он продолжает. То-ли авторы отложили написанное на ночь в стол, а под утро забыли о том что написали вчера, то ли я чего-то не понимаю.

Моллар коверкает русские слова и ставит ударения немыслимым образом. Он отправляется варить лапшу, а после тряски возвращается в каюту к Дауге и Юрковскому с обожённым лицом и лапшой на голове.

Один Дауге ничем вроде-бы не отличился.

Корабль погружается в Юпитер. По каким-то там расчётам, падение прекратится и корабль будет плавать в атмосфере на высоте, где сила тяжести будет составлять 2,5 земной. Давление они не считали, т.к. Тахмасиб может выдержать давление до 200000 атмосфер — это совершенно дикая цифра. Даже батискаф Триест, погружавшийся на дно Марианской впадины, выдерживал лишь 1100 атмосфер. Кто будет создавать корабль, рассчитанный на такое чудовищное давление? Я бы ещё понял, если бы это был какой-то специальный аппарат для погружения в недра газовых гигантов, но это же космический корабль, которому в первую очередь нужно выдерживать внутренне давление, а не внешнее!

Кстати, очень интересно, что в процессе падения Жилин, Крутиков и Быков спокойно расхаживает по кораблю, а уже в следующей главе видно, что планетологи в этот момент плавают в невесомости.

Поменять фокус у параболического зеркала, по-моему, невозможно, если не менять форму самого зеркала. Да, плазму можно было бы выстреливать за зеркалом в какой-то другой точке, но эта точка не была бы фокусом и поток лучей был бы не параллельным, а он рассеивался бы в разные стороны. Никакого равновесия достичь таким способом не удалось бы, тем более что зеркало было существенно повреждено. Но русский инженер при помощи кувалды и чьей-то матери может починить всё, что угодно.

Повесть — насмешка, стёб над «Страной багровых туч». Авторы как будто решили устроить эксперимент: «Ага, многим читателям нравится СБТ. А что если им вот такую вот туфту подсунуть, они проглотят?» После такого экипажа даже «Лучший экипаж Солнечной» Олега Дивова выглядит как образец дисциплины. Повесть можно легко и без зазрения совести причислить к юмористической фантастике. После серьёзной и героической «Страны багровых туч» эта повесть — просто цирк с клоунами.

Повесть «Путь на Амальтею» оказалась куда менее масштабной, чем предшествующая ей «Страна багровых туч». После впечатляющей, едва ли не эпической истории первой успешной высадки на Венеру вниманию читателя авторы предложили рассказ о вполне рядовом, на первый взгляд, рейсе космического грузовика «Тахмасиб», цель которого — не освоение неведомых просторов и не открытие новых планет, а всего-навсего доставка партии продовольствия на одну из исследовательских станций. И, в общем-то, рейс этот остаётся вполне ординарным событием, несмотря ни на его жизненную важность для обитателей той самой станции, стоящей на краю голода, ни на катастрофу, которую терпит «Тахмасиб». Но в том и мастерство авторов, что даже рассказ о таком событии они смогли превратить в интереснейшее произведение. Этому поспособствовали не только тяжелейшие испытания, которые пришлось пережить и преодолеть экипажу корабля, но и рассказ о буднях научной станции, и, конечно же, новая встреча со старыми героями — Быковым, Юрковским, Крутиковым, Дауге...

Правда, показалось всё же, что часть старых персонажей была введена в рассказ больше для оживления событий, чем из сюжетной необходимости. Ну и возможность показать, какими они все стали за десять лет, прошедших с экспедиции «Хиуса», нельзя сбрасывать со счетов. Всё же впереди, наверное, уже маячили «Стажёры», стоило и подготовить читателя к тому, что, к примеру, Быков и Юрковский уже мало похожи на себя прежних. А вообще, особенно понравилось то, что авторы писали своих персонажей не сухо, не отстраненно, а как-то одновременно с любовью и иронией, вполне добродушной впрочем.

Эта повесть, написанная в далеком 1960 года, по сути написана не для человека 21 века. Ведь в ней с восхищением показывается мир будущего, которое (к сожалению или к счастью, но нам это не ведано) уже точно не сбудется. Я не говорю о космических путешествиях к другим планетам, а об общественном строе. Поэтому при чтении порой поражает твердая уверенность авторов в наступлении коммунизма, точно также как не понимаешь иногда и самих героев. Ведь она писалась для людей, которые твердо верили, что коммунизм не за горами и твердо шли к своей цели. И их ли вина, что они ее не достигли?

В то же время — это книга о мужественных людях, уверенных в себе и в своей жизненной позиции. Которые не теряют професионализм и хладнокровие даже в самых трудных ситуациях; у которых долг, честь, дружба не простые понятия, а стиль жизни. Это книга об освоении космоса, о производственных трудностях и космических приключениях. Она показывает, что даже в повседневной работе, производственной рутине всегда найдется место подвигу, не зависимо от того пилот ли ты космического корабля, ученый или повар.

«Путь на Амальтею» можно с уверенностью отнести к классике мировой и советской фантастики. Ее должен прочитать каждый. И если была бы моя воля я ввел ее в обязательный курс средней школы.

Первым из всего цикла «Утро» (ну или по другому «Предполуденный цикл») мне удосужилось прочесть именно это произведение. В нем много отсылок именно к «Стране багровых туч», которым мне только предстоит насладиться. Но даже находясь в некотором неведении, упуская многие события этого мира, которые произошли в нем раньше, я ни разу не испытал никакого дискомфорта. Повесть получилась цельная, во многом завораживающая, сквозящая легким юмором, с терпким напылением советского победившего коммунизма.

Это произведение — преодоление, это история о безвыходной ситуации, из которой герои нашли все таки выход. Но завораживает скорее не это, это лишь лежит на поверхности. Если капнуть глубже, на свет выходит колоритность персонажей, а так же роль каждого из них в этой непростой ситуации, которая сложилась не лучшим образом. Но именно в этой патовой ситуации «перед лицом смерти» перед нами раскрываются характеры всех героев повести, ярких и самобытных по своему. Как ни странно, но у героев нет истерик или приступов паники. Да, во многом герои не совсем понимают, что столкнулись с неизбежной смертью, но тем не менее не теряют свои приоритеты и ответственность на них возлагаемую: планетологи продолжают изучение Юпитера, удивляясь и гордясь тем фактом, что никто из людей не приближался к нему настолько близко; радиооптик француз (по совместительству повар) пытается приготовить суп для экипажа, при этом, являясь самым неподготовленным из всех, предпочитает в самые тяжелые моменты находиться рядом с экипажем, а не в амортизированной капсуле; вычислитель Крутиков, несмотря на огромные перегрузки, которые так опасны для его немаленького веса, продолжает расчеты расхода топлива корабля; механик Жилин пытается починить реактор двигателя, вспоминая свою прошлую жизнь, при этом восхищаясь мужеством штурмана Быкова и стараясь держаться так же, как он; ну а сам легендарный Быков — герой предыдущей повести, единственный, кто берет на себя ответственность за весь экипаж, хватаясь за последнюю надежду выжить. Именно его отвага и мужество и спасает всех остальных, он единственный, кто не ломается под гнетом ужасных перегрузок, возникших из-за гравитации планеты Юпитер, которая постепенно притягивала их. И смотря на эту ситуацию, читатель понимает, что человек будущего — человек «мира Утра» — это герой, готовый бороться за свою и чужую жизнь, готовый умереть ради идеи, ставящий приоритеты прогресса и науки на первый план, не задумываясь о собственном благополучии. Да, во многом можно сказать, что это какая-то отправная точка в мировоззрении всей цивилизации человечества будущего у Стругацких.

Нельзя не сказать о харизме каждого из персонажей, они идеально прописаны. Идеально прописаны их привычки, особенности поведения, манера речи. Смотря на них, ты видишь разных и уникальных личностей, интересных по своему. Здесь стоит отдать авторам должное, именно такое подробное и точное описание персонажей, позволило читателю так сопереживать и импонировать каждому из них. Именно в этой легкости повествования прослеживается некоторая доля иронии, персонажи во многом предстают в каких-то комичных ситуациях, будь то диалоги или их внутренние переживания. Как ни странно, но ирония кроется даже в названии: Амальтея — мифическая коза, вскормившая бога Зевса, чей рог потом стал именоваться «рогом изобилия».

Ну и конечно меня не мог не заворожить сам «Мир Утра». Это только самая начальная его стадия, уже потом он превратится в «Мир Полудня», где люди разовьют свои технологии настолько, что начнут прогрессорство в других цивилизациях (например, Арканар или Массаракш), а так же начнут покорение далекого (очень далекого — «Далекая радуга») космоса. И наблюдать за первыми шагами человечества в будущее, наблюдать за покорением ближнего космоса неимоверно интересно. И плевать, что путешествие на поверхность Венеры или Марса для нас — людей настоящего никогда не станет возможным.

Получилось уникальное произведение про героев «Мира Утра», которые вершат свою историю освоения такого манящего и бесконечного космоса.

Для меня это не просто книга. Ужасно далекий 74 год. Мне 16. Я только что сдала вступительный экзамен в институт на 5 и, как медалистка, поступила. Нас, таких счастливчиков, приставили дежурить в институте во время экзаменов. В один из дней я взяла с собой читанный мною сто раз и очень любимый лениздатовский сборник «В мире приключений и фантастики». Моя «напарница» по дежурству взяла его, посмотрела и произнесла: «О! Стругацкие!!!» и с загоревшимися глазами попросила дать почитать. Я до этого как-то особенно не обращала внимание на авторов:blush:, но сделала вид, что прекрасно все понимаю... Когда сборник вернулся ко мне, я увидела, что «О! Стругацкие!!!» — это, оказывается, мои любимые Дауге и Юрковский, марсианская ящерица Варечка и, вообще, одна из самых моих любимых книг... Так в моей жизни появились Стругацкие. Все их книги для меня дороги, знакомство с каждой имеет свою историю, но эта — первая...

Если оценивать повесть, сравнивая ее с другими, особенно, более поздними произведениями Стругацких, то, не самая сильная вещь этих авторов. А мне, тем не менее, очень нравится, довольно часто перечитываю.

1959 год. Шестьдесят лет назад написана эта книга. А на мой взгляд, ничуть не устарела. Все выглядит естественным и натуральным. Да, пусть на космическом корабле пассажиры носят обычные костюмы. В кают-компании стоят книжные шкафы, а стол застелен скатертью. И на борту — домашние животные. Но, почему-то, это не режет глаз. Все-таки, научная фантастика, которая за полвека не выглядит архаичной — это показатель мастерства автора.

Но — это мелочи. Основной упор в этой истории — на поведение человека в экстремальных условиях. И с психологической стороны — все получилось на высшем уровне.

Ну и ещё, как бонус — отличная атмосферность книги. Описания происходящего «за стеклом иллюминатора» — роскошные! Вот бы экранизировать... Грандиозное зрелище.

Потом, в этой повести совсем нет ничего пропагандистского. Никакой идеологии. Вообще. Да мне это, в сущности, и не мешает в книгах советских фантастов, но, некоторые читатели жалуются.

В общем, остросюжетная приключенческая история. С участием любимых героев.

Своего рода продолжение романа «Страна багровых туч» (всё-таки настаиваю, что это таки был роман). Любимые персонажи на месте. Такая себе маленькая зарисовка из жизни (героического быта) прославленных космолётчиков (почти древнегреческих героев полубогов). Недостающий фрагмент для мозаики. Перечитывал вот недавно «Королеву Солнца» Нортон. Контраст просто дикий. Цикл Нортон сморится на фоне ранних «космических» Стругацких дешевой поделкой написанной неграмотным подростком. А ведь вроде жанр романов схожий. Картинка у братьев возникает очень яркая. Словно смотришь интересный фильм. Все сцены намертво врезаются в память, оставляя после прочтения весьма приятное чувство. Очень колоритен пассажир комического грузовика (французской национальности) ну и марсианская ящерка тоже. Вспомнил я тут на досуге слова одного маститого знакомого… Мол все эти ранние романы братьев полная чепуха высосанная из пальца. Написано с натугой и чуть ли не из под палки. Госзаказ мол. А вот когда они писали «показывая в кармане дулю советской власти» вот тогда у них получались великие шедевры. Так сказать писали от души. Чушь, да и только. Ранние братья не хуже поздних. И советских/русских людей они изображали правильно… такими, какими они и должны были быть. Настоящая литература с большой буквы. А завистники и клеветники пусть идут на три весёлых буквы…

Изучив отзывы, сделал вывод, что мнения разделились. А вот мне повесть понравилась.

АБС в ней уже отошли от проскальзывающей между строк назидательности и идейного героизма «Страны багровых туч». Не имею ничего против «Страны...», повесть, на мой взгляд, очень достойная, однако нельзя было в дебютном произведении избежать некоторой напыщенности. В «Пути...» АБС предстают уже более опытными авторами, которые уже могут писать то, что хотят (ну, не всё, разумеется, но кое-что уже можно). Если применять противопоставление из политологии «идейность-светскость» на литературу, то СБТ будет всё же идейным произведением, а ПнА — более светским, где индивидуальности (индивидуалистичности, если есть такое слово) уделено гораздо больше внимания. Герои не столько выполняют свой долг перед страной или обществом, сколько горят желанием (очень острым, сильным желанием) выручить из беды коллектив «Джей-станции». Выручить коллег — простых ребят и девчат — из крайне неприятной и даже опасной ситуации.

Индивидуалистичность проявляется и в поведении Юрковского и Дауге. Кстати пришёлся тут и забавный Шарль — очень удачно, ведь какая политическая идеология может быть у француза (напомним время написания повести — 1959 год)? И, чёрт возьми, как приятно наблюдать поведение настоящих учёных (в т. ч. и Шарля) перед лицом опасности и даже безысходности ситуации! Здесь нет никакой идейной подоплёки — АБС и в самом деле считают, что настоящий учёный, увлечённый человек может в безвыходном положении, когда через несколько часов корабль почти наверняка упадёт в Юпитер (именно — «в», а не «на»), так вот — в таком положении настоящий, исполненный любопытства учёный может абстрагироваться от ситуации и самозабвенно наблюдать за свечением металлического водорода — ведь никто ещё не забирался так далеко и ничего подобного не видел. Не это ли действительный, вечный, общечеловеческий идеал? К сожалению, уже давно недоступный, особенно — в современном обществе.

Резюмируя, повторю, что АБС в ПнА отошли от обязательной по тем временам идейности и написали просто очень здоровскую производственную повесть. На философию и загадки-обманки (ответы на которые они так и не дадут) в этом произведении они пока ещё не замахиваются. И в этом плане ПнА, вероятно, можно поставить на отдельную полку в стеллаже с книгами авторов. Переходный период? Проба пера? Разминаются, ещё только разворачивают крылья? Возможно, так.

Бодрая, бойкая повесть. А учитывая небольшой объём, можно взять на заметку в качестве книги, которую можно почитать, чтобы прогнать неважное настроение каким-нибудь постылым, тухлым осенним вечером.

Повесть написана с оттенком иронии, поэтому сразу бросается в глаза контраст с первой книгой серии — «Страной багровых туч». Это, с одной стороны придает большую живость и очарование книге, а с другой — герои предстают комическими и (ИМХО) — даже ситуация по-своему не менее острая, чем в СБТ здесь смягчается с помощью этого самого комизма. Получается, что «Путь на Амальтею» выглядит этакой космической трагикомедией со счастливым концом. К тому же, здесь характер напобедимого и несгибаемого Быкова, хоть и более утвержден и завершен, все же он становится каким-то более поверхностным что ли. В СБТ он — еще неопытный межпланетник, здесь — бравый командир «без страха и упрека». И его так называемая «уменьшенная копия» — молодой инженер Жилин. Оба они — как две половинки единого целого выполняют свою задачу по спасению инопланетного грузовика с пассажирами и продовольствием, а заодно всё население Амальтеи. Здесь Быков и Жилин — персонажи-функции. А вот по-настоящему пронзительные строки посвящены другим героям — Дауге и Юрковскому, которые опять же на пороге смерти не могут забыть о деле всей своей жизни. И особенно трогателен Моллар, француз, плохо владеющий русским языком, старательный, дружелюбный и жизнерадостный. Он смертельно испуган, оказавшись первый раз в жизни в шаге от гибели, но как мужественно держится, как пытается соответствовать своим более опытным и закаленным коллегам. Ну, и конечно, Варечка — «гвоздь» всего произведения!:haha: Это похоже на Юрковского — притащить страшную на вид, но безобидную ящерицу-хамелеона на космический корабль!

В общем, это произведение воспринимается совершенно по-другому, нежели СБТ, но в чем-то оно является более забавным и оригинальным. Неповторимый мягкий юмор Стругацких доставляет при чтении истинное удовольствие.