![]() | Все отзывы на произведения Виктора Пелевина |
Отзывы | Рейтинг отзыва |
Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
Всего отзывов: 1800
Страницы: [1] 2 3 4 5 . . . 32 33 34 35 36 (+10)» (+25)»»
«Затворник и Шестипалый» |
| |||
Petro Gulak, 08 мая 2008 г. в 02:16 | ||||
В «Чайке по имени Джонатан Ливингстон» полет — это славный спорт (а я могу быстрее! еще быстрее! могу телепортироваться!), возвышающий высокодуховного индивида над быдлом, которое собирается в стаи. Ведь мы с тобой, дорогой читатель, не быдло? ведь мы — люди духовные? Вот и ладно. В «Затворнике и Шестипалом» полет — это единственная возможность спастись. Это не досуг, не развлечение — это выживание. Безусловно, лучшая вещь Пелевина: умная, смешная, страшная, трогательная. И в ней есть надежда. | ||||
| ||||
«Generation «П» |
| |||
tatarin509, 09 октября 2011 г. в 10:40 | ||||
Книгу порекомендовали прочитать, как нечто взрывающее мозг и потрясающее. Всегда очень подозрительно относился к подобным заявлениям, но раз уж даже книгу в руки сунули, то стал читать. Стопроцентное отторжение как книги, так и автора. Взращенный на уроках литературы в средней школе, никогда не любил подобного жонглирования простыми по сути словами и понятиями. И мне уже не важно было о чем написано, сколько противен был сам текст и стиль каким написан роман. Хотя сама подобная книга не столько открывает глаза на очевидные вещи, как мне кажется, сколько в свою очередь служит интеллектуальным зомбоящиком для молодых незрелых, мягких мозгов, т.е. сама является продуктом, о котором столь нелестно повествует. Книгу закрыл, вернул и на этом знакомство с «мухоморной» литературкой закончил. Читать абсолютно не рекомендую — думайте своими мозгами. Фильм лишь подтвердил очущения восьмилетней давности. | ||||
| ||||
«iPhuck 10» |
| |||
Изенгрим, 13 октября 2017 г. в 18:55 | ||||
Наконец-то стало предельно ясно, кто такой Пелевин Виктор Олегович и как следует оценивать его творчество. Возможно, кто-то давно это понял, но до меня дошло только сейчас, когда все разжевали и разложили по полочкам. Пелевин — это алгоритм. Алгоритм, компонующий произвольные слова в кажущийся связным текст. Текста, конечно, на самом деле нет — он образуется в голове читателя, так как писателя/автора у него нет. Алгоритм ВОП очень хорошо имитирует человека. Нельзя поэтому говорить, что Пелевин пишет одну и ту же книгу: нет никакой книги, алгоритм всегда работает одинаково: вылавливает из культуры и литературы (проще — из сети) различные смысловые маркеры и разбрасывает их в произвольном порядке, паразитируя на семантике и постмодернизме. Нет нужды указывать, что пелевинская антиутопия — всего лишь пестрое и плохо сшитое собрание кривых проекций, где маргинальные явления выдаются за мейнстрим, а отдельные экстремальные случаи активно педалируются и преподносятся как знаки грядущего апокалипсиса. Нет нужды указывать, что Пелевин повторяется и копирует свои предыдущие романы — я уже писал это в своих отзывах, и не хочу уподобляться Виктору Олеговичу и писать всю жизнь одну и ту же рецензию. Как следствие, ругать Пелевина нет смысла — нет никакого Пелевина, а алгоритму все равно. Стоит ругать самого себя, в очередной раз за собственные деньги покрасившего чужой забор. Сначала подумал. Что Пелевин да. Но нет. | ||||
| ||||
«Бэтман Аполло» |
| |||
Kshishtof A., 05 апреля 2013 г. в 12:52 | ||||
«Как истинный буддист, я считаю, что этот роман — ничего» (с) После прекрасного «Снаффа» я было подумал, что дядя Витя отошёл от буддистско-кокаинового трипа и научился снова давать стране угля, как в 90-е. Увы, не научился. Что-то символическое есть в написании сиквела самого слабого на тот момент романа — и неудивительно, что сиквел оказывается ещё слабее. Тот же алкогольно-наркотический угар, те же псевдофилософские пассажи об иллюзорности всего сущего, увидеть глубину в которых способен только тот, кто не читал не только «Упанишады» и Марвина Мински, но и Уоттса с Бэккером. Те же «злободневные» темы — олигархи, чиновники, секс, интернет-сленг, протест, секс, Ктулху, компьютерные игры. Ах, да, и ещё секс. То же измазывание коричневой субстанцией всего вокруг, словно в результате на контрасте автор хочет показаться ярче, чем есть на самом деле. Из нового — Пелевин показал себя как отъявленного женоненавистника. В предыдущих книгах я по наивности списывал откровенно оскорбительные эскапады в адрес женского пола на unreliable narrator-ство протагониста, но, видимо, нет — это действительно мысли автора. Равно как и анальные комплексы, щедро выпирающие из любого наблюдения за представителями меньшинств (даже там, где меньшинств нет). Почему автор именно сейчас решил, что читатель жаждет подробно изучить его церебральных тараканов, мне как-то совсем непонятно — видимо, больше просто писать было не о чем, а контракт требовал на-гора книгу в год. В итоге имеем нечто, лежащее ближе к всяким минаевым и прочему поп-глянцу, чем к классическим прекрасным вещам Пелевина. Не рекомендовал бы эту книгу никому, не страдающему лютым мазохизмом. Видимо, вот и ещё у одного мэтра вышел срок годности. Заслуженные три балла. | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
mastino, 18 апреля 2010 г. в 20:13 | ||||
Советская страна нуждалась в героях... На протяжении всей своей истории, СССР учил своих граждан, что в жизни всегда есть место подвигу. Подвигу ратному, трудовому, да и вообще — любому. Советская идеология очень не любила сограждан, тихо и мирно умирающих в своей кровати, 90-та лет от роду, в окружении детей, внуков и правнуков. Советскому Союзу хотелось, чтоб граждане помирали героически, шумно — разухабисто, с треском на весь мир. Была ли какая то польза от такой смерти (хотя какая может быть польза от смерти) — неважно. Главное, чтоб такая смерть была идеологически выдержанной. Советский человек всегда должен был быть готов отдать жизнь. Список того, за что ее нужно было отдавать — был весьма обширен. От такого вроде понятного, и в тоже время необъятного как Родина — до всяких мелочей, типа автомата, который в случае чего, нужно ценой жизни выносить с поля боя, абы врагу не достался, как учил нас военрук на НВП... Неважно, что ты отдаешь жизнь за железяку... Неважно, что ты отдаешь самое ценное что у тебя есть в бесполезной попытке спасти горящий трактор — этому посвятят статью в Комсомолке, дадут звание посмертно, и не задумаются о том, был ли смысл в такой жертве. Можно предать отца, и стать героем. Можно даже выжить — но это уже не то. Мертвые герои, они как то более иконоподобны... Вот собственно какие мысли возникают от этого романа Пелевин открыл одну из самых неоднозначных страниц истории государства СССР. Страницу, на которой описано отношение государства к своим винтикам — гражданам. Государства, для которого идеологическая фишка значила намного больше, чем жизнь его граждан. Используя достаточно жесткие, порой шокирующие методы, Пелевин мастерски показал всю эту ситуацию, превосходно отобразил то, что происходило в стране, какова была идеология в те годы. Ну и напоследок. С каждым годом это произведение теряет смысл. И когда не станет тех, кто жил в государстве, описанном Пелевиным — практически потеряет совсем. Останется простым напоминанием и предупреждением, говорящим — «ребята, не допустите такого еще раз»... | ||||
| ||||
«S.N.U.F.F.» |
| |||
moisey-vasili4, 03 августа 2013 г. в 10:23 | ||||
Пелевин уже не торт, Пелевин не любит людей, Пелевин заключил контракт с ЭКСМО и поэтому вынужден скоропостижно выпекать по книге в год. Только из-за подобного нытья, которым набит Интернет, я откладывал прочтение «S.N.U.F.F.» без малого пару лет. Но, слава Мониту, прозрение снизошло на мои карие глаза. Удивительно, но очень многие идеи книги дублируют смыслы “Ложной слепоты” Питера Уотса, о которой я собирался, но так и не нашел нужных слов, чтобы рассказать. Да и вообще, если раньше все выходило из гоголевской «Шинели», то, по-моему, сегодня вся современная философски-фантастическая литература выходит из статьи “Русского Репортера” «10 мысленных экспериментов современной философии». Китайская комната, философские зомби и зимбо, технологическая сингулярность, не говоря уже о тесте Тьюринга — все это ты найдешь в уже не новом романе Пелевина. И я не удивлюсь, если «S.N.U.F.F.» станет в каком-то смысле пророческим и уже в самое ближайшее время события и феномены, в нем описанные, начнут сбываться. По-большому счету, они уже происходят. А еще там есть неплохой лирически-фантастический сюжет, мозговыносящие разговоры в духе Виктора Олеговича, которые не оставят от твоего Я твоего Я, легко читаемая сатира на современность, юмор и полноценный “птичий язык”, который хочется протащить в реальную жизнь и использовать в разговорах с друзьями. Хотя встретить кого-то, кто понимал бы что такое бигбиз, мониту, снафф, кто такие орки, дискурсмонгеры, самилье и суры практически нереально — по причинам, которыми начинается этот текст. Например, среди моих друзей эту книгу читали лишь двое. А ведь только идея объединения в одном понятии Бога, денег и компьютера стоит того, чтобы прочесть эту книгу. Ну, или прослушать в исполнении богоугодного голоса Сергея Чонишвили. Да, иногда грубовато, да, порой нудновато и даже как-то по-графомански, но, несмотря на это, мне кажется, что мощью метафоры и глубиной стёба «S.N.U.F.F.» уступает лишь “Чапаеву и пустоте”. Да и то только потому, что с “Чапаевым...” я познакомился во времена, когда каждая прочитанная книга оставляла след, а не привкус. Короче, в Пелевине еще достаточно кислорода, чтобы даже в обремененной лишним весом маршрутке почувствовать себя на свежим воздухе. | ||||
| ||||
«Непобедимое солнце» |
| |||
Fox_Reinard, 08 сентября 2020 г. в 12:35 | ||||
Очередную книгу Пелевина я, честно говоря, читать не собирался. «Смотритель» стал, в своё время, точкой, после которой я даже второй том покупать не стал. Но «Непобедимое солнце» вышло в аудиоформате на «Литресе» одновременно с бумагой, а слушать — совсем другое дело. Я так даже «Ветхий Завет» осилил, включая невыносимо нудную священную бухгалтерию книги Левита. Ну... вспомнилось неслучайно. Сначала — что понравилось. «Римские» главы написаны неплохо, по крайней мере, живо. Если бы чуть подробнее, да ещё если бы все персонажи от императора Гелиобала до волхвов не говорили языком современных журналистов — получился бы неплохая «типа историческая» повесть. Попытка уйти от Индии в Древний Рим — засчитана. Собственно, это всё, что понравилось. «Тревелог» от лица Главной Героини — это фиаско, братан. Он написан словно по учебнику «Как не надо писать книги». Только там советуют никогда не использовать диалоги для раскрытия сюжета, типа «- Здравствуй, Генри! Как поживает твой сын Джонни, который уехал во Францию и был там арестован за попытку украсть «Мону Лизу»? Ну так вот часть от лица Саши на овер 90% состоит из таких диалогов и монологов. В принципе, Саша нужна в книге только чтобы задавать наводящие вопросы, на которые следуют пространные лекции на темы истории, культуры и кухонной эзотерики. Из-за этого формата получаются казусы, вроде того, что «золотая девочка», интересующаяся эзотерикой и тусящая с актёрами-музыкантами-байкерами спрашивает «Что такое «Горящий человек»? Серьёзно?! С личностью Саши вообще беда. В тексте не видна тридцатилетняя красивая девушка. Виден пятидесятилетний усталый мужик, пытающийся изобразить тридцатилетнюю девушку, как он их представляет по инстаграму. Это было бы забавно, но из-за пресловутого Generation Gap временами Пелевин становится похож на обстёбанных им же самим в, емнип, «Empire V» старичках, которые пытаются использовать молодёжный сленг. Идеи... ну а что вы ждали? Если вы прочли одну книгу позднего Пелевина, значит вы прочли их все. Увы, перенос фокуса на Рим оказался чистой косметикой. Фактически же это просто слегка литературно оформленная мантра, которую Пелевин повторяет уже лет двадцать: «Ничего нет, мир иллюзия, которую ты видишь, но тебя тоже нет, ты сам — иллюзия бога, но бога тоже нет», в общем, как говорил один подозрительный иностранец на Патриарших «Что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет!» Книгу мог бы спасти юмор и он там есть. Ну или... Я, в общем, не большой специалист по юмору, конечно, но, по-моему, нет более верного способа убить шутку, чем объяснять её. Ну, типа «На парне была футболка с надписью Google, но присмотревшись, я поняла, что написано Goulage». Так и видится комик, вышедший на сцену в такой майке и показывающий пальцем — «Не, ну вы все заметили? Тут Гулаг написано! Да? Заметили? Как Гугл, только Гулаг! Заметили же, да?» В общем, от «Непобедимого Солнца» у меня остался тоскливый привкус несолёной манный каши на воде. Пожалуй, на ближайшие лет пять я завяжу с книгами Виктора Олеговича. | ||||
| ||||
«TRANSHUMANISM INC.» |
| |||
egsegs, 06 сентября 2021 г. в 21:15 | ||||
Рецензия полицейско-литературного алгоритма ZA-3478/PH0 бильт 9.3 на роман Transhumanism Inc. Про фемку-дуру или про барыгу, Про дискурсы и мировой кагал, Он пишет вам одну и ту же книгу, — Порфирий-бот однажды мне сказал, — Всё грезя о несбыточной нирване, Хоть понимая, что кругом обман, Олегыч проиграл вампиру Раме, И каждый год воссоздает роман. Златой звездой порхая по орбите, Преодолев пред миром сущий страх, За миг всезнанья в пламенном зените, Он обращает сонмы смыслов в прах. Из этого распада трут вампиры Баблос, гламур и агрегат М-пять. Бессилие литературной лиры Дает им силу повернуть бег вспять. Поднимется опять звезда со стоном, Ускорится в отравленный зенит; А там – мамаша-Майя со страпоном В тенёта бытия её сразит. И поглощает всё тщета и скверна, В нирвану навсегда закрыта дверь, Пелевин превратился в Гольденштерна, Ему из пут не вырваться теперь. | ||||
| ||||
«Чапаев и Пустота» |
| |||
Oreon, 18 августа 2015 г. в 20:43 | ||||
Согласен в одном — роман уникальный (пока ничего, хоть отдаленно похожего не читал), и да, это тоже первый и пока единственный роман читанный мной у Пелевина. Впечатления — самые противоречивые, но негатив перевешивает. Не могу не согласится с талантами автора: чтобы все это описать, увязать в цельную структуру, заправить философией, эзотерикой, выкладками из психиатрии и много чем еще, использовать обрывки общественных мифов, штампы современной поп-культуры, взращенной на Шварцнегерах, просто Мариях, японских якудза и т.п, красиво даже обработать затертые анекдоты, это надо быть очень образованным, начитанным, многогранным и талантливым человеком, а в нашем случае, еще и владеющим ярким, своеобразным (отличающимся от других) авторским языком. Мне, кажется, удалось даже постичь цельную картину произведения, и тут выбранное место действия — психиатрическая клиника — подходит наилучшим образом, просто попутно автор еще размышляет о том, что в отдельном сознании все его возможные картины бытия, будь то сон или альтернативная реальность вызванная психическим расстройством — равновероятны и каждый из нас в своем сознании имеет свою собственную вселенную, которая может и не пересекаться с вселенными других сознаний.. как то так.. В общем это я уже полез в дебри — читайте роман и пробуйте осознать эти идеи самостоятельно :) (тут автор не первый, есть и другая литература на эту тему, но, наверно, он первый облекший эти идеи в яркую художественную форму). Вся эта психоделика увязана автором в достаточно четкую, хоть и неординарную (что здесь плюс) структуру романа с определенным смыслом и идеей. В отличии от многих психоделически-маразматических бессмысленных некоторых произведений других авторов (да у того же Шекли можно найти определенные примеры), здесь есть смысл и чувствуется идея, выложенные оригинально и неординарно, что литературе в основном, повторюсь, во благо. Но, восприятие философии, идей солипсизма, дзен-буддизма и теряюсь чего еще, меня занимало только первую половину произведения, а дальше наступило прозрение, что автор просто играет со своим читателем и за всеми этими выкладками нет никаких четких логических увязок и законченных сущностей, за фасадом скрывается п у с т о т а. Пелевин и Пустота. Ломать мозг пытаясь уловить в тексте то, чего там нет, перестало быть интересным. Это что касается философии, в конечном итоге я пришел к выводу, что все поверхностно и наносное, не хватает истинной глубины. Язык. Меня коробит от вульгарности и матершины. Можете считать это снобизмом или чем еще, но употребление матерных выражений даже в дозированных количествах у меня однозначно ассоциируется с бескультурьем и отталкивает. Да я осознаю, что в наш век это общепринятая практика и большинство с этим настолько срослось, что может даже не замечать, но это не отменяет вывода, что весь наш век/мир мелкий, пустой, безкультурный, материальный и бездуховный. Мне милей изъяснения в духе: «Сэр, разрешите с Вами не согласиться, Вы мне настолько противны, что я вынужден буду набить Вам морду», чем «Да пошел ты на ..., твою ... так ... ... ...». Хоть я тут немного и утрирую. А философствования укуренных новорусских братков на полянке с грибочками... только дополняют эти ощущения. В этот же разряд стоит отнести и неясный кокаиновый дымок/шарм укутывающий все произведение. Ну а в любой цельной и законченной системе ценностей, философии, должна быть цель, что в конце, цель существования. Гармония, духовность, единение с природой и т.п. на одной стороне весов, и Я центр вселенной! — на другой. Ну ты центр, ну ты осознал, что есть лишь пустота и ты в ней, а что дальше? В чем смысл твоего существования? В удовольствиях, наркотиках, кокаине, русских дамах закамуфлированных под японских гейш? А дальше опять приехал Чапаев на своем броневике и??? Может по интеллектуальному уровню я до произведения и не дорос, чтобы постичь всю глубину его смыслов, но, по моему, я уже достаточно дорос, чтобы не испытывать детского восторга, от «солипситической» идеи пустоты вокруг одинокого сознания заключающего в себе вселенную. А в виду однозначной привязки к конкретной исторической эпохе — 90-е, у меня сложилось мнение, что и весь роман, вся его «гениальность», они — яркая вспышка, вспыхнуть и погаснуть, уйти в небытие, ведь если новые поколения еще знают Шварцнегера, то сообразить кто такая Просто Мария будет все сложнее, так и со многими другими деталями антуража... | ||||
| ||||
«TRANSHUMANISM INC.» |
| |||
Manowar76, 31 августа 2021 г. в 11:25 | ||||
Август-сентябрь — время ежегодной порции свежего Виктор Олегыча! Он приходит к нам вместе с первым урожаем яблок и вездесущих кабачков. Кто-то собирает детей к школе, а кто-то ждёт, и, главное, дожидается нового Пелевина. Я, будучи в малочисленном, по нынешним снобским временам, лагере безоговорочных поклонников творчества автора, считаю ПОВ лучшим сатириком современности. Сатириком-буддистом. Пусть ворчат, что последние романы один большой твит. Пусть. Я, как человек привычки, каждый раз получаю удовольствие от ежегодной дозы Пелевина. Сюжет пересказывать не буду. Сеттинг ещё мудрёней и футуристичней, чем в «iPhuck 10». Просто несколько штрихов: деклассированные скоморохи, распевающие «Всё идёт по плану» (лучший комментарий к уже несколько лет продолжающейся мейнстримизации Летова); холопы в зелёных от соплей марлевых повязках; вокепедея. Отличные разноплановые повести в одном сеттинге. Первая знакомит нас с гротескным миром далёкого будущего, победившего карбоновый отпечаток — «назад к природе», бессмертные мозги вождей и богатеев в банках (привет «Футураме»). Вторая, про мастера боевых кукол, самурая в душе, очень трогательная, похожа одновременно на раннего ПВО и всех писателей, пишущих про Японию — от Гибсона до Акунина с Олди; в третьей — прекрасно описанный нейротрансмиттерный секс-трип с обратной связью — давно ПВО так далеко не забирался на территорию психонавтики; в четвертой есть гениальный маркетинговый концепт продажи Майн Кампфа евреям, цыганам и геям — не хуже рекламных идей из «Генерейшен П»; новелла про кошек — практически «Жизнь насекомых» с неожиданным твистом в конце. Да что говорить, все части романа прекрасны. В финале — изящная закольцовка. Виктор Олегович исподволь, неспеша, выстроил собственную вселенную. В «TH inc.» есть большое количество отсылок к прошлым произведениям. Нам прямым текстом дают понять, что события «iPhuck 10», «Empire V», «Бэтман Аполло» происходят в одной развивающейся (куда-то не туда) вселенной. Излюбленный автором солипсизм, буддизм и вампиры, приправленные конспирологией. Автор выводит в тексте самого себя в образе единственного известного в будущем писателя Шарабан-Мухлюева и стебётся над конспирологией о том, что его не существует. В какой-то мере роман является нашим асимметричным ответом Нилу Стивенсону с его затянутым и несмешным «Падение или Додж в аду». Отличный, по-прежнему яркий Пелевин. Смешно и страшно. 10(ПОТРЯСАЮЩЕ) | ||||
| ||||
«iPhuck 10» |
| |||
martinthegod9, 10 октября 2017 г. в 21:03 | ||||
Последний роман Виктора Пелевина вызвал, как всегда, большую бурю в узких заинтересованных кругах. Вернее, само его появление. Пока я читал книгу, параллельно приятели мне присылали несколько статей из разных журналов, где кратко пересказывался сюжет, потом обозревались ключевые темы, затронутые ПВО в романе, ну и проводились мощнейшие параллели (самая крутая из них — это что Пелевин=Порфирий Петрович, что он безучастный безэмоциональный секундант эпохи, и, мол, критики, отстаньте от него, об этом просит сам Пелевин, нельзя чего-то требовать от алгоритма, не обладающего сознанием и волей). К чему я это всё... Да к тому, что многим роман «понравился». Это слово в кавычках, потому что именно вот так «понравился» чаще всего характеризуют этот роман обозреватели. Прям вот всей шеренгой, без шага вправо-влево. Будь я полицейским алгоритмом, уже заподозрил бы неладное. Подходя к прочтению Айфака, я, как и многие, ожидал увидеть что-то наподобие усовершенствованного Снаффа, и это ожидание меня грело очень сильно, так как Снафф, наверное, лучшая книга ПВО, на мой взгляд. К тому же идея с полицейским алгоритмом Порфирием Петровичем, который расследует преступления и параллельно пишет об этом детективные романы, ну просто гениальна. Когда берёшь книгу «iPhuck 10» в руки, иногда даже создается ощущение, что это действительно книга полицеского алгоритма, который пишет связно и человечно, мастерски орудуя культурным кодом нескольких веков мировой литературы. От одной только идеи роман хочется хвалить и хвалить. Ну круто же! Но так происходило первую половину книги, пока Порфирий был нашим проводником в мире конца 21го века. Если говорить, на что похож Айфак, то, конечно, это Снафф, Цукербрины и капелька Священной книги оборотня. Помимо полицейского алгоритма, Пелевин вводит массу интереснейших находок, попробую их перечислить, хотя бы часть. Авторский прогноз о гендерных различиях, влиянии секса на культуру и изменение характера самого секса. Предположение о геополитической карте мира в конце века, где Россия стала называться Богооставленной (я посмеялся), цивилизованная Европа стала Халифатом, а Восточная Европа осталась считать себя Евросоюзом, какая ирония:) Также придумана целая культурная эпоха, называемая «гипс», в которой, собственно, мы с вами начинаем жить. Уделяется много внимания отпиныванию литературной критики, да и критике искусства вообще. Показана громадная роль программистов и самого по себе искусственного интеллекта, применяемого для различных целей. В общем, мир получился футуристическим, холодным, пафосным, но пустым, отдалённым, но пытающимся добраться до сущностных свойств человеческой души. Вот знаете... Против своих впечатлений не попрёшь. Хотел я было защитить данную книгу от нападок в отзывах, от невысоких оценок, ведь полицейский алгоритм (в который раз уже к нему отсылаюсь) меня просто очаровал. Но с середины книги произошло кардинальное изменение, когда наконец-таки и до меня дошло, что Пелевин может быть неинтересным. Да, там были классные эпизоды виртуальных соитий, была классная издёвка над литературными критиками (привет Дмитрию Львовичу, ибо про телефонный справочник отсылка определенно к нему), были точные попадания о роли и предназначении человека, его существования, в свойственной автору меланхолично-циничной манере. Были даже неожиданные взрывы смеха, не только в местах внезапного появления мата в тексте. Но всё это — лишь яркие полосы на серой измученной спине Виктора Олеговича, стоящего в неподобающей позе, на четвереньках пишущего о боли человеческого существования — и тут же оговаривающегося: «теперь самое главное, как говорят у нас в полицейском управлении, не прое.ать финал.» Пишущего о манд...шной сущности критиков, затем от лица Порфирия создающего две рецензии на несуществующие фильмы в духе старого Пелевина, когда тот писал про несуществующие культы и исторических личностей. Нет, товарищи, не поверите, но меня беспокоит даже не тот факт, что ПВО элегантно отгораживается от какой бы то ни было четкой позиции, когда за окном воет политическая метель. Он это начал делать еще в «Лампе Мафусаила», когда досталось обоим лагерям политических взглядов, причем в равной пропорции. Гораздо больше меня беспокоит, что Виктор Олегович пишет много такого, о чем вообще неинтересно читать. Ведь после преодоления рубежа в половину книги что-то резко переклинивает, меняется. Начинается какой-то якобы детективный сюжет с якобы интригой. Стартуют плотным эшелоном подробные и страшно неинтересные обзоры искусства несуществующей эпохи. Сюжет второй половины, столь далекий от интересности, кажется написанным автором для самого себя. Хотел бы я посмотреть на человека, которому эти части кажутся реально нескучными. Нужен либо нехилый багаж знания культуры, либо не знаю что еще. И в этом, пожалуй, самая главная проблема последней (крайней, Виктор Олегович, извините) книги автора — в ее неинтересности, если брать бОльшую часть суммарного объема произведения. Интрига с Жанной неинтересна никому, финалу довериться трудно, хоть и очень хочется, так как ПВО предварительно предупредил, что сейчас он будет выдавливать из читателя сентиментальность. Удивительная наглость и честность, сказал бы я. И сказал бы, если б не продирался сквозь кучу искусствоведческих обзоров во второй половине. Следует сказать, что в отличие от «iPhuck 10» в «Лампе Мафусаила», наверное, было интересно всё: и первая часть при всей трудности понимания финансовых заморочек, и вторая часть при всей её простоте, затянутости и порой несуразности, и, естественно, крутая третья и общесоциальная итоговая четвертая часть. Здесь же, при наличии столь гениальной находки в виде главного героя полицейского алгоритма, есть куча серых моментов. И это приводит меня к неутешительной мысли — Айфак гораздо больше похож на Смотрителя, чем на Снафф (в плохом смысле этого сравнения). И всё же, после всей критики в адрес Айфака 10, не могу поставить твердо низкую оценку. Была масса занимательных моментов в мелочах (анально-синфазные пробки Хокинга, жиганы, телефонная будка, русские европейцы, классический старомодный секс подростков в убере), масса социальных гипербол, отраженных в будущее, для которых нужны хорошая фантазия и остроумие, и самое главное, меня каждый раз радовали оговорки Порфирия Петровича, когда он указывал на нюансы того, как он сейчас будет писать, или как он только что написал, эта рекурсия хорошенько бьет по моему эстетическому чувству. Не следует забывать, что книгу написал очень умный человек. Ничего кардинального нового, даже при всей необычности жанра что ли, мы всё равно не наблюдаем. Но, как опять же оговаривается сам Пелевин, одни авторы пишут одну книгу всю жизнь, другие — всю жизнь пишут ни одной. Помимо неинтересности здесь множество сторон, которые всё-таки оказались положительными. Поэтому я ставлю 8. Для одного из моих любимых авторов это уже довольно мало. Напоследок обычно привожу несколько наиболее классных цитат из прочитанной книги ПВО, но не могу вспомнить на этот раз хотя бы парочку. В голове только одна, и она перебила бы любую другую. Ей, пожалуй, и завершу отзыв: «Жить ой. Но да.» | ||||
| ||||
«S.N.U.F.F.» |
| |||
Papyrus, 14 июня 2012 г. в 18:19 | ||||
В спорах – гетто или не гетто – между поклонниками фантастики и почитателями большой литературы неуловимым джокером мелькает Виктор Пелевин. — А вот фантаст Пелевин – чем не большой писатель? – идут в атаку пофы. — Пелевин – фантаст? Ну-ну, может и Салтыков-Щедрин у вас – фантаст? – вопрошают поблы. — А то, конечно, фантаст. Не, Пелевин – фантаст, а Щедрин – так, классик, — вразнобой отвечают пофы. Поблы наслаждаются сумятицей в рядах пофов и пытаются развить успех: — А какой он у вас фантаст, Пелевин-то – сайенс-фикшен-фантаст, или, прости Господи, фэнтези-фантаст? — Ну, он типа вааще, — раздаётся невнятное бормотание, перемежаемое отдельными выкриками — сайенс, социальная, а хоть бы и фэнтези, философская! — переходящими в скандирование – фантаст, фантаст, фантаст! Стороны расходятся, весьма довольные собой. Сам Пелевин парит в горных высях, не снисходя до суетных споров. Как ни назови… Так было. Но так не есть, и так не будет. Потому как написал Пелевин самый что ни на есть научно-фантастический роман «S.N.U.F.F.». В общем-то, приняв все правила игры на этой поляне. Изобразив карикатурно-юморно-едко-иронично-жёстко-ехидно постапокалиптическое (уфф – какое трудное слово!) будущее, Пелевин не посчитал излишним оснастить роман и вполне себе живым сюжетом и позитивно-забавно-эффектной концовкой. И снабдил свой роман подзаголовком «утøпія», любезно предоставив критикам и рецезентам возможность молча и тщетно отгадывать причину столь необычного написания привычного термина и громогласно-убедительно вносить поправку-приставку «анти-». А если у вас есть ещё по этому поводу какие-то сомнения – взгляните на название романа. А теперь вспомните определение фантастики, данное вроде бы Деймоном Найтом: Фантастика – это всё, что обозначено соответствующими буковками на обложке книги. А что мы видим на обложке книги Пелевина? S.__ F. Всё, сомнений больше нет. Отныне Пелевин – точно фантаст. P.S. Отзыв дублируется в авторской колонке: http://fantlab.ru/blogarticle20856 | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
viiviio, 30 мая 2012 г. в 17:29 | ||||
Мерзко и обидно. За что автор так ненавидит Советский народ. Что сделали плохого автору, великие ученные, конструкторы, инженеры, этой эпохи. Угнетенные, репрессированные, отсидевшие в лагерях, кровью, потом, своим здоровьем, заработавшие мощь и неприступность границ государства, которое на право и налево растаптывало их судьбы. Очень жаль потраченного времени на эту книгу. | ||||
| ||||
«S.N.U.F.F.» |
| |||
Цефтриаксон, 23 декабря 2011 г. в 14:31 | ||||
Утопия?? Фантастика? Что вы. Это реализЬм. Причём высказаны-то вещи банальные. Общеизвестные и простые. Которые наверняка приходили в голову каждому, но думать такие мысли неуютно и потому резвенько запихнём всё восприятие в привычные жанровые рамки. «Создан мир бла бла бла утопия бла бла бла фонтастега бла бла» Орки и люди.. Иконы на которых изображена инфографика чёрной дыры? Коммерческий расстрел статистов и резиновая баба, которая выглядит живее любого из героев книги, так как в симуляции жизни давно обогнала несовершенных мясных роботов? Хрен его знает. Всё как в жизни. За окном вон такая фантастика. В полный рост. С орками и резиновыми женщинами. Телекамеры пока не летают, да и то уже не все. | ||||
| ||||
«Священная книга оборотня» |
| |||
baroni, 06 августа 2008 г. в 14:05 | ||||
«Священная книга оборотня» — это, одновременно,традиционно узнаваемый, привычный, и , в то же время, совершенно новый Пелевин. Традиционны — блистательное пелевинское остроумие, его язвительная саркастичность и амористичность. Как всегда, пелевинский текст просто хочется растащить на цитаты:«Реформы… идут здесь постоянно… Их суть сводится к тому, чтобы из всех возможных вариантов будущего с большим опозданием выбрать самый пошлый». «Я давно заметила: ничто так не радует российского гуманитарного интеллигента, как покупка нового бытового электроприбора...» «СКО» предельно публицистический текст. В нем Пелевин вновь затрагивает самые злободневные темы современной российской действительности: дело ЮКОСа, оборотни в погонах, эмиграция в Лондон, полная дискредитация либеральной идеи в России. И при всем этом политико-публицистическом накале «Священная книга оборотная» — предельно лиричный текст. Признаться, такого Пелевина я еще не читал. История лисы А Хули, отдавшей свое сердце фээсбэшному оборотню в погонах Саше Серому, написана с пронзительно-трогательной, нежной, иногда даже переходящей в сентиментальность, интонацией. Но, на мой взгляд, самая щемящая сцена романа — это когда Волк воет на череп Пестрой Коровы, прося ее дать нефть, — «чтобы кукис-юкис-юкси-пукс отстегнул своему лоеру, лоер откинул шефу охраны, шеф охраны откатил парикмахеру, парикмахер повару, повар шоферу, а шофер нанял твою Хаврошечку на час за полтораста баксов — и тогда…» И в этот момент понимаешь, что все-таки, пелевинский роман не только «про любовь». Вернее, даже, что и совсем не о ней. Он о том, как выживать в стране, которая захвачена волками-оборотнями. Если в «Числах» Пелевин подробно рассказал о том, как устроена нынешняя система, нынешнее «пространство жизни», то «Книга оборотня» — это попытка рассказать, как в подобном пространстве, летящем «из ниоткуда в никуда» можно вообще существовать... | ||||
| ||||
«Непобедимое солнце» |
| |||
Tihonovetsky, 30 августа 2020 г. в 15:18 | ||||
Виктор Олегович Пелевин делает все возможное, чтобы перестать счиаться «хорошим писателем» и на грани того, чтобы перестать быть вообще «писателем» Скучнейшая книга, где половина содеражния (отрывки о Древнем Риме) вообще написаны ради объема. Да и написаны так топорно и нехотя, что хочется пролистать несколько страниц. Тема эсхатологии и мифологии так заезженна самим Пелевиным, что негде пробы ставить, как говорится. Не рекомендую эту книгу. | ||||
| ||||
«Принц Госплана» |
| |||
white noise, 17 ноября 2011 г. в 17:21 | ||||
Не об играх эта повесть, господа, совсем не об играх... Как и любое другое стоящее произведение Пелевина, «Принц Госплана» — нечто большее, чем просто забавная повестушечка про старые игрушечки (хе-хе). По мне, она гораздо больше напоминает кубик Рубика, нет, скорее даже конструктор, из которого сам читающий собирает для себя что-то свое. Кто-то вспоминает, как раньше сам допоздна просиживал на рабочем месте, уставясь слезящимися воспаленными глазами в монитор. Кто-то (а есть и такие) взгрустнет по старым добрым временам и пятиконечным звездочкам в кислой капусте. Кто-то вспомнит старые игры — приятные островки воспоминаний в безликом и сером мире... А кто-то представит героев книги: подмятых и перемолотых системой, переработанных и выброшенных вон. Бегущих от рутины реальности в такой притягательный иллюзорный мир, где все не так, как здесь, и на каждом шагу ждут опасности. Идет время, и реальность и иллюзия сплавляются в одно целое. И становится трудно понять — где реальность, а где — вымысел. Да и зачем? Так — гораздо проще. А для некоторых — такой вариант, несмотря на кажущееся безумие — единственно верный способ не сойти с ума в этом еще более сумасшедшем мире. Самый простой вариант: просто уйти от проблем под звуки свирели по узкому, усеянному ловушками, коридору. Уйти, заранее зная, что путь обернется тупиком. | ||||
| ||||
«Путешествие в Элевсин» |
| |||
genametr, 03 октября 2023 г. в 20:00 | ||||
Опять извлекаторы глубинных смыслов набежали. Ну на этом и выезжает Олегович — замутил фансервис, прибавил немного злободневки и рад радешенек. Дочитал. Лучше всего об этой книге (да и остальных тоже) сказал сам автор когда гг «намекнул» что тот слегка раздулся от скромности. «Величие искусства есть величина сравнительная. Что я, других не читал?» Увы, последние книги автора (не скажу «крайние» :Р) не особо радуют афоризмами. Да и вообще не радуют. Если раньше посреди мутного глобализма и актуальных подколок была хотя бы пара годных историй (эх, умел когда-то автор в малые формы) то теперь и с этим беда. Лучше всего читается предисловие, да короткие вкрапления научпопа разбросанные там и сям. Да автор ознакомился с темой нейросеток и даже изложил несколько мыслей по поводу. И эти мысли мне пришлись по душе благо что я и сам думал примерно так же. Но вот вся остальная мистика пополам с конспирологией это такая вялость и мутота... Ну вычерпал автор тему гольденштерна, ну сколько можно. | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
fatkh, 10 февраля 2012 г. в 11:50 | ||||
Вы можете сказать, что в этой книге есть несколько пластов. Вы можете сказать, что авторская идея и замысел изящны и точны. Вы можете сказать, что это шедевр постмодернизма. Но я вижу верхний пласт, и не хочу заглядывать дальше. А в этом верхнем пласте мы видим отвратительную пропаганду ненависти к СССР и советскому человеку, отвратительную ложь о подвигах настоящих людей. Это все настолько фальшиво и мерзко, что на каждой строке хотелось закрыть книгу. Очень просто и модно осмеивать героизм и величие людей — можно рассказывать об ориентации Чайковского, можно говорить о том, что Матросов споткнулся, а Гастелло был пьян. Но мы знаем и помним правду. В общем, если вы испытываете хоть каплю уважения к настоящим героям — не читайте эту книгу. Это мерзко. | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
vladislav13, 09 июня 2008 г. в 13:06 | ||||
95% тех, кому сейчас 15 — 35 книг про Мересьева, Корчагина, П.Морозова, Чапаева не читали. Прелесть написанного Пелевиным невозможно оценить, не зная Советскую литературу. Бессистемность образования, чтения, вкуса, истории, нравственных и этических оценок сделает через несколько лет нечитабельными книги Пелевина, их не будут понимать. Будем читать сказки про сказки о сказках, а историю Трех колец знать лучше собственной. От «Омона» и «П» получил громадное удовольствие. | ||||
| ||||
«Любовь к трём цукербринам» |
| |||
MadRIB, 18 сентября 2014 г. в 20:41 | ||||
Новая книга Пелевина – это то ли несколько очень крепко связанных между друг другом повестей, то ли роман из нескольких разрозненных частей. Кому как больше нравится. Своего рода сверх-историей романа, объединяющей книгу является история безымянного Киклопа – внезапно обретшего просветление молодого человека, способного проникать своим разумом через миры и пространства и «латать» порвавшуюся связь времён, сохраняя мир в равновесии. Его воспоминания об этой «работе», якобы и легли в основу «Цукербрин». Разделы, посвящённые Киклопу во многом теоретические – в них автор излагает идею очередного созданного мира, который, впрочем, некоторыми идеями вполне традиционно пересекается с идеями других пелевинских вещей. Вторая история – это история Хряка (вернее не совсем Хряка), создавшего мир, и Птиц (вернее не совсем Птиц) которые хотят этого Хряка убить, швыряя в него людей (вернее, не совсем людей)... Да, как всегда у Пелевина всё не так просто, как кажется. Да и стёб над игрой про злых птичек в итоге оборачивается исследованием вопросов богоборчества, любви бога к своим созданиям и причин несправедливости мира. Вторая история – в некотором смысле антиутопия, которая развивает идеи «Матрицы» и пелевинского же «S.N.U.F.F.», возводя её в абсолют. Люди сидят в коконах с рождения, видя на экране монитора, выбранные ими образы – но никто не протестует. Не только потому что все мысли прослушиваются суперкомпьютерами-цукербринами, но и потому что намного легче просто потреблять иллюзии, чем вырваться из них в мерзкую серую реальность. Тем не менее главный герой этой истории, как и другие персонажи киберпанковских историй начинает улавливать, что с этим миром что-то не так... Ну и третья история, самая короткая, повествует о добром и всепрощающем ангеле, который даёт всем надежду на спасение... Я описываю все сюжеты так подробно потому что большинство рецензий на «Цукербрин» в сети не имеют никакого отношения к самой книге. Авторы обсуждают личность Пелевина, его предыдущие произведения, их место в отечественной литературе, политику страны, судьбы мира, спорят торт ли ещё Пелевин и т.д... короче, в рецензиях говорится обо всём, кроме того, что скрывается под обложкой. И так происходит почти со всеми романами Пелевина, что заставляет задуматься о том, что ни один критик их так и не прочитал. А если и прочитал, то не понял. Хотя, «Цукербрины» в плане понимания – самая простая из книг автора. Основные идеи здесь разжёвываются так, чтобы даже у поколения твиттера в голове не возникло той каши, какая появляется у них при попытке прочесть текст, длиннее 140 символов, а персонажи плавно перетекают из одной истории в другую в разных своих воплощениях, и являются ещё одной связкой для всей истории, помимо Киклопа. К тому же любой читатель найдёт в книге что-то своё. Любители пелевинского буддизма насладятся историей Киклопа, поклонники философии могут помедитировать над сутью истории злых птичек, фаны киберпанка восхитятся выдумкой киберпанковской части книги, и, наконец, даже те, кого отпугивали мрачные финалы у Пелевина, смогут вздохнуть спокойно – по большому счёту у всех персонажей книги всё будет хорошо, так или иначе. Да и вообще, «Цукербрины» – самое доброе произведение Пелевина. Здесь высшая сила – не холодный бесчувственный абсолют, а доброта и тепло, персонажи, несмотря на все свои недостатки в конце концов станут частью этого тепла, и, наконец-таки, даже зло раскается и будет прощено. P.S.: Ну и да, конечно: Пелевин сдулся, КГ/АМ, это нельзя назвать литературой, чтиво для быдла, распиаренная чушь... ну и всё такое, что сопровождает каждую книжку автора года этак с 2000-го. Как же писать про Пелевина и не вставить эти обязательные для каждой на него рецензии фразочки? | ||||
| ||||
«S.N.U.F.F.» |
| |||
amlobin, 11 июля 2013 г. в 11:47 | ||||
Согласен с теми, кто принял эту книгу всерьез. Это — действительно большой роман, настоящая антиутопия, и как этому жанру и положено, очень злая. Главное в ней — концепция истории, описание механизма деградации свободных гедонистов. Считать ее сатирой на Россию я не согласен, потому что Оркдленд — это очень собирательный персонаж, а черты офшара присутствуют и в нашей действительности. И герои вполне живые, особенно Дамилола. Что касается сатиры — так это сейчас все так остро звучит, а лет через пять все будет восприниматься значительно проще, Generation P тоже было злобной сатирой на 1990-е и ничего, уже классика. Что касается оригинальности, так это Виктор Олегович нас просто разбаловал — Достоевский пять романов написал ну почти про одно и тоже и ничего, а от Пелевина каждый раз ждут неизвестно каких чудес. По новому раскрыть избитую тему, так для этого нужен особый талант. Специально читал наших рецензентов — Арбитмана, Немзера и пр. Удивляет накал негативных эмоций. Есть ощущение, что кто-то слишком близко к сердцу принял «воцерковленных говнометариев» и прочих дискурсмонгеров. А что касается мата и пр, так он вполне контекстуально мотивирован и уши режет не особенно сильно. | ||||
| ||||
«Бэтман Аполло» |
| |||
glaymore, 09 апреля 2013 г. в 15:11 | ||||
Обычно я стараюсь не писать рецензии на недочитанные книги, но тут, кажется, ста страниц более чем достаточно, ситуация предельно ясна. Пелевин издал очередной роман про буддизм, кокаин, гламур, мистические видения и олигархов. Он ничем не отличается от всех предыдущих романов Пелевина про кокаин, вампиров, буддизм и ментов. Если вам нравятся романы Пелевина про буддизм, симулякры, баблос и кокаин — читайте «Batman Apollo». Если дискурс, менты, баблос и буддизм (старательно перемешиваемые в разных сочетаниях), вам уже поперек горла — не читайте «Batman Apollo». Больше про эту книгу сказать просто нечего. | ||||
| ||||
«Бэтман Аполло» |
| |||
vgi, 03 апреля 2013 г. в 16:20 | ||||
Если Пелевин всё время пишет один и тот же роман, то почему бы мне не писать на него один и тот же отзыв? Итак. Ожидаемо. Ничего нового. Вариации на тему старых текстов. Эксплуатируются всё те же стандартные штампы массового сознания: криптократия, мировой заговор банкиров и вампиров — бессмысленный и беспощадный. На злобу дня к последним на этот раз пристёгнуты пусси райот и менты. Не сомневаюсь, что выйди книга на пару месяцев позже — и приснопамятный эпизод с Платоном Елениным в неё бы тоже вошёл. [Добавление от 2021 года: Кто такой этот Еленин? Убей, не помню. Sic transit gloria mundi...] Утром в газете, вечером в куплете. По мне так всё это скучновато и, главное, непонятно зачем писано. И беда не в том, что это действительно написали... э-э-э... литературные афроамериканцы — не думаю, что это так — но в том, что тексты такого уровня они теоретически вполне могли бы создавать при минимальной поддержке со стороны мэтра. Хотя есть и более весёлое предположение — Пелевин просто издевается над читателем. Точнее, экспериментально исследует вопрос о том, насколько можно снизить планку, не потеряв при этом интереса таргет-группы. | ||||
| ||||
«Чапаев и Пустота» |
| |||
GerD, 16 февраля 2009 г. в 21:56 | ||||
Уже достаточно давно имя Виктора Пелевина прогремело на всю страну. Его книги читают, перечитывают, обсуждают, а в разговоре о современной литературе то и дело проскакивает «А ты Пелевина читал?», причём совет ознакомиться с его творчеством исходит от совершенно разных людей. Я пропустил «пелевинский бум», когда знакомые зачитывались романами «Чапаев и Пустота» и «Generation “П”». Сейчас понимаю, что и к лучшему: книгам, чья популярность подобна большому взрыву, стоит дать время «настояться», провериться временем (как говорится, во избежание). Именно поэтому «Чапаев и Пустота» я решил прочитать лишь спустя ни много, ни мало десять лет после его выхода в свет. Впечатления разные. Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть) Поразительно, что жонглируя совершенно пустыми подчас образами и символами без особого наполнения, автор умудряется пробудить в читателе мысль, заставить самому искать (придумывать?!) смыслы, которые он заложил в текст. В процессе чтения я не раз ловил себя на мысли, что не понимаю, что автор имел ввиду и имел лишь ввиду хоть что-то. К примеру, в галлюцинациях пациентов то и дело проскакивают идея об «алхимическом браке» России то с Западом, то с Востоком. Подразумевал ли Пелевин выбор «западного» и «восточного» пути развития? Пытался проанализировать, что и откуда взяла новая страна в 90-ые? Серьёзно ли он рассуждает на эту тему на страницах романа или иронически перемигивается с читателем? Ответов на эти вопросы в книге нет. Возникает двойственное ощущение одновременно и приятной недосказанности, и неуютной неопределённости.Роман рассказывает нам историю поэта-декадента Петра Пустоты, который одновременно является пациентом психбольницы в России 90-ых годов. Повествование расслаивается на две реальности: в одной живут Чапаев, Анка, «белые» и «красные», в другой – троица психологически нездоровых людей, составляющих Петру компанию, и врач, использующий для их исцеления достаточно нестандартные методы. Есть ещё пустота, но о ней после. Краткий пересказ композиции не даст вам никакого впечатления о том, что происходит в романе. Начавшись как исторический роман, «Чапаев и Пустота» уже спустя одну главу начинается трансформироваться то в фантасмагорию, то в сюрреализм, то в форменный дурдом. Чего стоит только удивительная история о любви Просто Марии и Арнольда Шварценеггера. Пожалуй, единственное, что можно сказать о романе это то, что к нему не знаешь, как относиться. С одной стороны отдельные сцены замечательно написаны и представляют живейший интерес. Первая глава, реконструирующая Москву 1919 года. Разговор наркоманов в лесу о совести. Диалог Петра и доктора, когда каждый говорит о революции с позиции своего понимания: Пётр считает, что обитает в 1919, доктор уверен, что речь идёт о 90-ых – сходство подчёркнуто автором просто замечательно. Полно в романе и мелких шуточек, наиболее запомнился случай с бюстом Аристотеля, который больным положено рисовать в рамках терапии. Стоит упомянуть, что «Чапаев и Пустота» выдвигает к читателю ряд интеллектуальных требований: к примеру, в этой истории с Аристотелем не всякому будет понятно, о каких «форме» и «наполнении» идёт речь и почему то, что внутри бюста пустота – это смешно. Многие элементы романа покажутся вам небезынтересными, их можно вырывать из текста и обсуждать вне зависимости от основного сюжета – они жизнеспособны и так. Цитировать автора можно смело – книга явно не глупа. Однако главный недостаток для меня укрылся в самой сути романа. «Пустота» — это слово не просто фамилия главного героя, это и лейтмотив истории, её завязка, кульминация и единственный явный смысл. Не знаю, почему, но в течение всего текста Пелевин с маниакальной настойчивостью пытался доказать мне и остальным читателям, что окружающий мир – это иллюзия, как впрочем и все другие миры, и лишь осознав это можно почувствовать пустоту и обрести вечное счастье. И если поначалу это послание воспринималось мной иронично (в конце концов, герой – пациент дурдома, понимай как хочешь!), то финал не оставляет места для трактовок – столь интересный поначалу дуализм жизни Пера свёлся к дзен-буддизму с оттенком солипсизма. Идея пустоты и нереальности происходящего вокруг со временем затмевает текст, убивая художественность: если всё – иллюзия, то какой смысл в любви Петра к Анне? Если всё – иллюзия, то разве сам роман – не иллюзия, так зачем я его читаю? Чувства героев и, собственно, история души человеческой, становятся совершенно не важны (роман вообще скорее уму, а не сердцу). Не знаю, почему для автора так важно донести идею с «Внутренней Монголией» до читателя, но читатель, которому эта идея иллюзорности всего сущего, не близка, скорее будет раздражён, чем заинтересован. Тем более, что каких-то новых аргументов за эту позицию Пелевин не высказал. Если попытаться сформулировать впечатления одной мыслью, скажу так: текст словно ёлка, у которой за кучей игрушек не видно зелени. А если снять все игрушки, то окажется, что за ними и ёлки-то нет . Как к этому относиться? Как и к любой другой пустоте. | ||||
| ||||
«Иакинф» |
| |||
razrub, 25 августа 2019 г. в 20:20 | ||||
Я бы охарактеризовал эту небольшую пелевинскую повесть, как мистический триллер. По крайней мере, именно так выглядит повесть на первый взгляд. Четверо московских друзей-туристов на Северном Кавказе, странный проводник, рассказывающий по вечерам странную историю о своей жизни в 90-х годах, о древних богах и о человеческих жертвоприношениях. Вряд ли этой повести суждено стать классикой хоррор-литературы. Нет, текст очень даже хорошо написан, повесть интересно читать, но всё-же нынешнего любителя страшилок трудновато увлечь этим текстом, по-моему. Я, например, даже не будучи большим поклонником мистики и заядлым читателем хоррора, ещё задолго до финала понял, какой будет концовка. То есть, внешне — всё довольно предсказуемо. Впрочем, хоррор — это только первый слой. Вчитавшись в текст тщательнее, видишь, что это типичный пелевинский постмодернистский текст с множеством скрытых цитат, аллюзий и отсылок. Опять Пелевин играет с читателем в «угадайку». И на этот раз объектом творческого переосмысления стали в первую очередь книги Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть) Хотя и не только они.братьев Стругацких. (Далее последует один большой скрытый спойлер. Ежели кто хочет поискать эти аллюзии и отсылки, то скрытый текст читать не следует. А я же изложу, что там получилось отыскать. А уж что хотел автор этими отсылками сказать... Тут вариантов ответа много, целый «сад расходящихся Петек». Ибо Пелевин же.) Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть) Итак, перед нами своеобразный ребус по творчеству братьев Стругацких. Я, будучи давним читателем АБС, мимо этих отсылок никак не мог пройти мимо, и именно они заинтересовали меня больше самой истории про древнего бога. Вначале обращаешь внимание вот на эту цитату: « ... Экстрасенс из меня вышел так себе, районного масштаба. В Москве или Петербурге такому делать было нечего – актерский уровень не катил. В столицах народ вострый. А на провинцию таланта хватало. И потянулись передо мной, как сказал древний поэт, глухие, кривые, окольные тропы... – Откуда это? – спросил Тимофей. – Что-то знакомое. – В какой-то фантастике было, не помню». Ну, герой может и не помнить, но читатели-то сразу узнают. Братья Стругацкие, повесть «За миллиард лет до конца света». Вернее, авторы цитируют в повести стихотворение «Трусость» японской поэтессы Ёсано Акико. Кстати, поэтесса не такая уж и древняя, годы её жизни — 1878-1942. Да и главный герой, проводник и туристический гид Акинфий Иванович, уж чем-то больно знаком... Седая борода... Похож на Гэндальфа... Впрочем, это сейчас борода седая, а в 90-е была «пегая бородка». И был он тогда «дипломированным экстрасенсом» с научным уклоном, то есть, шарлатаном. Да и имя это — Акинфий... Ба! Да это же старый знакомый! Амвросий Амбруазович Выбегалло собственной персоной. Повести «Понедельник начинается в субботу» и «Сказка о Тройке». Иногда Акинфий Иванович называет себя не Акинфием, а на греческий манер, Иакинфом. А ведь это тоже отсылка к Выбегалло, только хорошо замаскированная. Тут надо вспомнить, что одним из прототипов Выбегалло был академик Лысенко. И также Лысенко был выведен в романе В. Дудинцева «Белые одежды» под именем академика Кассиана Дамиановича Рядно. От рождения бывшего Касьяном Демьяновичем, но обожавшего такое «греческое» имяречение. А ещё Акинфий Иванович ездит на велосипеде. И по роду своей службы (магической службы) тесно связан с... мнэ-э... скажем, с богом Времени. А теперь вспомните машину времени на велосипедной тяге из «Понедельника...» Впрочем, Акинфий Иванович — это ещё немного и Рэд Шухарт из повести «Пикник на обочине». Проводник, водит туристов по горам. Фактически, сталкер. А помните, зачем Рэд брал с собой в Зону Арчи? Да, именно смерть Арчи открывала Рэду Шухарту дорогу к Золотому Шару. То есть, Арчи был принесён в жертву. Вот и Акинфий Иванович... Но стоп, не буду раскрывать сюжет повести Пелевина. В финале повести — ещё одна отсылка к «Пикнику...»: « – Счастье, – сказал Валентин, – счастье. Никаких других слов не надо… Даже этих не надо». Другие слова там, кроме «счастья», вспомните? Ага, «счастье для всех даром...» и так далее, конечно же... А вот ещё из финала цитата: «По дороге шли дети. Они были одеты бедно и просто – чаще всего завернуты в кусок ткани в виде набедренной повязки или накидки. У них в руках были сладости, куклы, сделанные из травы и веток флажки. Некоторые пели, другие брели молча. Никто не казался испуганным – наоборот, они выглядели довольными и улыбались. У многих лица были раскрашены белой и синей краской, из-за чего они походили на футбольных болельщиков – но это, конечно, было сравнение из совсем другого времени». Тоже легко узнать. Аллюзия на исход детей в повести «Гадкие лебеди». И ещё несколько цитат «с последующим разоблачением»: « – Всегда пропасть и стена, – сказал Андрон. – Или с правой стороны стена, а с левой пропасть. Или наоборот.» (роман «Град обреченный», понятное дело). «Он подошел к росшему на краю обрыва кусту, присел рядом...» (а это уже повести «Улитка на склоне» / «Беспокойство»). «В самом центре культа Баала стояла группа людей, которые давно такой обмен наладили. Они фактически приобрели бессмертие и жили с незапамятных времен. Их называли темными бессмертными...» (сценарий «Пять ложек эликсира» и эпизод из романа «Хромая судьба»). И ещё один источник вдохновения Виктора Олеговича — рассказ АБС «К вопросу о циклотации». Северный Кавказ, горы, палатка, явление... мнэ-э.. скажем, древнего бога. Всё сходится. И если уж по повести разбросано столько отсылок, то может и четвёрка друзей-туристов — это намёк на «аньюдинскую четверку» из повести «Полдень, XXII век»? Оно конечно, отсылка не очень явная, но по-моему, именно так и есть. Итого обнаружено: «За миллиард лет до конца света», «Пикник на обочине», «Понедельник начинается в субботу», «Гадкие лебеди», «Град обреченный», «Улитка на склоне»/«Беспокойство», «Пять ложек эликсира»/«Хромая судьба», «К вопросу о циклотации», «Полдень, XXII век». Может, и ещё что есть, да я упустил и не заметил... Хорошая выборка из Стругацких получается! Впрочем, в этой повести найдутся отсылки не только на творчество АБС. Есть и пара отсылок на Хорхе Луиса Борхеса. Но это уже совсем другая история... | ||||
| ||||
«iPhuck 10» |
| |||
beskarss78, 12 октября 2017 г. в 11:22 | ||||
Киберпанк – это жанр о приближении к антиутопии, о нисхождении в ад. Величайшая победа героя – возможность остановиться на лестничной площадке и неторопливо выкурить сигарету. Некоторые площадки просторные и обустроенные, там получается задержаться. Как сигареты кончатся – пора вниз. Корни киберпанковской мрачности вполне очевидно растут из нуара, который дополняется фокусами 1980-х. Это непременный культурный шок. Вариация футуршока, при которой привычные слова и смыслы должны непременно измениться, и само пониманием новых обстоятельств – должно ссотавлять отдельный пласт романа. И, разумеется, сращение человека с техникой. «Будни великих строек» или бюрократический ад кафкианского «Замка» — были образами индустриальной эпохи. В цифровом веке общение с приборами настолько интимно и проникновенно – iPhuсk10 — что сложно понять границы своего тела и разума. Если три составляющих удачно смешать в одном котле – то можно сварить крепкий русский киберпанк. Не подражание американским интонациям и сюжетам. Не работу с периферийной культурой чужой страны, как в романах Й. Макдональда. А трансформацию своей – пусть опростившейся и «смотрящей на мир как бы из угла». Но это будет свой, автохтонный угол зрения. Тут автор буквально «отрывается»: фейерверк шуточек, в которых мехом внутрь вывернуты современные образы и модные лозунги. Хотите монархию? К вашим услугам клоны Никиты Михалкова, причем генетически доработанные, чтобы у негров и китайцев не возникало претензий. Пятеро клонов уже мертвы, потому царствует Аркадий Шестой. Россия стала самым главным государством в ЕС, который теперь мало отличается от СНГ. В западной Европе сейчас Халифат. Исламисты перестреливаются с китайцами через европейскую территорию – плата за пролет ракет существенно пополняет бюджет. И уж если героиня искусствовед, то по живописи и скульптуре, по хепенингу с инсталляцией – можно пройтись в кованых сапогах завода им. Шемякина. На этом фоне является очередной нечеловеческий персонаж, коих так много уже создал буддист Пелевин. Порфирий Петрович – это «китайская комната». Набор программ, что дает сравнительно очевидные ответы, пишет штамповано-детективные тексты. Ужас в том, что ему не требуется быть гениальным сыщиком – надо просто находиться достаточно близко к человеку, рано или поздно тот совершит ошибку. Очевидную и понятную, но мы же люди и нам свойственно ошибаться. Тогда Порфирий Петрович аккуратно напишет «в управление», и за растяпой придут. Умная героиня, как Маруха Чо, ошибается не сразу, а мелкий уголовник еле-еле один день на свободе прожить может. Раболепная техника всегда предаст тебя, читатель. Ведь не ты её программируешь? Но роман – тот редкий случай, когда при виде бесконечной лестницы вниз и скрежета решетки лифта (да, «Сердце ангела») можно точно сказать, что в бездне. Там – мир из романа «S.N.U.F.F.». Отлично показано, как уличные беспорядки поначалу дают возможность всяческим нацменьшинствам вымогать у государства пособия. Тогда можно жить в общинах, петь по воскресеньям рэп и заниматься «духовными практиками». Как деньги кончаются – на улицу, в строй, на баррикады. Пока государство богатое. Скоро обеднеет – и очередные беспорядки назовут «Священнейшей войной», спустят на людей кукол-роботов, приспособленных для убийства. Видно, как утрачивает силу закон Мура – и тормозится гонка мощностей компьютеров. Как людям продают механическую любовь, отбирая настоящий интим (а что получится из этого безобразия – можно прочесть в «Любви к трём цукербринам»). Метафизику и религиозную проповедь на этот раз автор спрятал поглубже, слое в третьем-четвертом своих отсылок и аллюзий. На первом – твердая детективная линия. Сработано хорошо, ружья развешены строго по заветам классиков. Намеки разной толщины и прозрачности проскальзывают тут и там. Промежуточная кульминация обеспечивает их сборку в цельный механизм интриги. На втором — романтическая линия. Тоже вполне пелевинская — тени старых любовей героини играют с ней в прятки. Китайская комната по имени «Порфирий Петрович» отражает чувства Марухи Чо. Героиня переживает роман с собственными воспоминаниями, вполне понимая механизм самообмана, как понимает механику работы своего iPhuсkа. В итоге Порфирий Петрович Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть) может спокойно покурить на кладбище... Не скажу, что роман стал новым этапом, опорой или волшебным пинком для современной литературы. Но вещь куда сильнее, чем холостые «t», «5П» или ананасно-жиденькая вода для прекрасной дамы… | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
martinthegod9, 19 апреля 2016 г. в 22:21 | ||||
Второй отзыв. Спустя несколько месяцев и ознакомившись почти со всеми произведениями автора (кроме самых последних), который раз мысленно возвращаюсь к первому роману Виктора Олеговича. Не так часто после прочтения определенной книги находишь параллели и аналогии, которыми наполнена наша жизнь. Роман «Омон Ра» вспоминается почему-то гораздо чаще остальных книг и подкрепляется мыслями в духе «Да это же как в том романе!». Горько это или нет, но факт остается фактом. А значит автор попал в самую точку, показав порой полную бессмысленность бездумного героизма так, что это остается в памяти. А теперь собственно о тех двух пунктах, которые хотел озвучить, садясь за данный, уже второй на произведение, отзыв. 1. Пример чрезмерного героизма. По определенным причинам без точных деталей расскажу один недавно услышанный мною случай. Во время Великой Отечественной войны в Северном флоте находилась наша подводная лодка, одна, выполнявшая какую-то свою задачу. Так сложилась ситуация, что к ней, как неожиданно сообщили по средствам связи, приближаются три немецких военных подводных лодки, уже довольно близко. Было принято решение «уйти на глубину», или как это у них называется, в общем скрыться и не вступать в бой, дабы сохранить экипаж, лодку, да и собственно жизни. Спустя определенное время на большом собрании капитана этой подводной лодки представили к награде за героическую смелость, что его экипаж не струсил, а вступил с тремя вражескими судами в бой, потопив их всех. А теперь, внимание, вопрос: Насколько ценным является такое показное вранье в целях воодушевления своих бойцов, если они всё время будут лезть под пули, вступать в бой с явным преимуществом противника и безвозвратно гибнуть? Почему нельзя говорить и о тех случаях, когда намного полезнее и ценнее спасти свой экипаж? И таких примеров, как сообщил мне знакомый, было в то время очень много. 2. Советский космос. Всё-таки это не сатира и не глумление над отечественным опытом космонавтики. Это крайне важно понять, иначе останутся лишь плевки в сторону якобы насмехания над Родиной и перекрещивания с криками «чур меня! чур меня!». Есть такая простая вещь как символ. И плохо, когда реальные настоящие явления заменяются символами. Когда победа для патриота — это Георгиевская ленточка, а вера для религиозного человека — это кулич на Пасху, — это плохо. На мой взгляд, об этом и хотел сказать в своем романе Пелевин. Когда преобладающая часть населения совершенно не в курсе, каких усилий стоит покорить космос, каков он есть с точки зрения науки и что же с ним делать — остается видение советского космоса, описанное в «Омон Ра». Сейчас пришел из магазина, где за соседней кассой услышал фразу мужика, который брал себе пиво: «Сейчас хоккей будет, наши будут шведов рвать.» Или чехов, не помню уже. И мне прекрасно представляется, как сидит этот мужик на кухне с несколькими бутылками пива, смотрит в экран и ощущает свою незаслуженную причастность к тому, что видит на экране. Вот она грань между символом и реальным явлением. | ||||
| ||||
«Орден жёлтого флага» |
| |||
Fox_Reinard, 15 декабря 2015 г. в 15:13 | ||||
Подробнейшая инструкция к велосипеду на субтепловых нейтронах. Эта книга лежала у меня под рукой уже несколько недель, а я всё ходил и ходил вокруг, ожидая подходящего настроения. И это — тоже о. Когда-то новые книги Пелевина я находил в первый же день, когда они появлялись в магазине и начинал читать ещё в метро, идя от метро домой, в прихожей, разматывая шарф и — далее везде — пока не переворачивал последнюю страницу. Мне не требовалось какое-то особое настроение, сами книги создавали его. Оно оставалось со мной на несколько дней, настойчиво требуя обсуждения с теми, кто тоже прочёл. Обсуждать «Смотрителя» мне не то. что бы не хочется. Я просто не вижу что там можно было бы обсуждать. Сюжет? Его нет. Точнее, есть, но примитивный и сильно б\у. Опять юный ГГ, узнающий, что «всё не то, чем оно кажется», опять картонные декорации с нарисованным миром, похожим на наш, опять необязательные хождения туда-сюда «что бы было», опять робкие мечты стареющего мальчика об идеальной женщине, и финальный предсказуемый твист. Такое ощущение, что ВО хотел бы написать просто трактат о своих мистико-философских заморочках, но поскольку издательство требует художественную книгу, вынужден вымучивать хоть какой-то сюжет. Юмор? Ну, если в том месте, где механический органчик исполняет Цоя, или от теологической переделки пословицы «знают двое — знает свинья» надо смеяться, то Петросян — вершина юмора. Философия? Она стандартна для всех книг ВО. Окружающего нас мира на самом деле нет, всё это — фантазии твоего разума, но и его тоже нет, в общем, «Что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет?» (с) Как там это называется? Вульгарный солипсизм? Главный же недостаток «Смотрителя» — он скучный. То, что Пелевин все эти годы пишет одну единственную книгу уже стало общим местом как у тех, кто его ругает, так и у тех, кто хвалит. Но, пожалуй, впервые эта книга такая нудная. При том, что «ОЖФ» — только первая часть и формально — небольшая, триста страниц крупным шрифтом — субъективно она показалась мне длиннее «Войны и мира». В ней есть какие-никакие события — юный Алексис куда-то приехал, поговорил со Смотрителем, встретил Юку, прошёл какое-то испытание. Но всё это занимает ну... может. процентов десять от текста. Весь остальной массив текста — основательное тяжеловесное наукообразное объяснение что такое флюид и прочих деталей мира «Смотрителя»- как им пользоваться, какие у него свойства и прочее и прочее. Это скрупулёзное описание напомнило мне эпизод из «Понедельник начинается в субботу», тот, где Привалов попадает в мир литературного будущего, в книгу какого-то советского писателя-фантаста. Вот этот: «Другой юноша нёс своё: «Я нашёл, как применить здесь нестирающиеся шины из полиструктурного волокна с вырожденными аминными связями и неполными кислородными группами. Но я не знаю пока, как использовать регенерирующий реактор на субтепловых нейтронах. Миша, Мишок! Как быть с реактором?» Присмотревшись к устройству, я без труда узнал велосипед». А теперь представьте, что это растянуто на 300 страниц. Что всё это время юный изобретатель подробно и нудно объясняет, как работает регенерирующий реактор, почему он так называется и что такое субтепловые нейтроны и как правильно давить на педали, что бы эти нейроны летели в нужном направлении. Где построены заводы по производству таких велосипедов и сколько велосипедов они выпускают в год. И при этом вы совершенно точно осознаёте, что всё это — все эти реакторы и нейроны — совершенно никак не нужны велосипеду. Представили? Теперь вы имеете представление о «Смотрителе». Читать это с удовольствием может разве что истинный адепт СПГС, способный найти глубокий смысл даже в инструкции на баллончике дезодоранта. Видел высказывания о том, что раз «ОЖФ» — только первая часть, то судить о книге можно только прочитав вторую (все?). Но, во-первых, автор без технической необходимости разделил книгу, тем самым указывая, что первая часть достаточно самостоятельная. Во-вторых, откровенно говоря — вы ждёте чего-то неожиданного от продолжения? да я вас таки умоляю! Ничего неожиданного в книгах Пелевина давно не происходит в принципе. Думаю, это последняя его книга, которую я прочитал. | ||||
| ||||
«S.N.U.F.F.» |
| |||
vgi, 12 марта 2013 г. в 05:24 | ||||
Пелевин давно (с «Омона Ра», наверное) перестал меня удивлять. Эта книга тоже совершенно ожидаема. И главный герой её пройдёт, как обычно, сквозь мрачные круги медиа-, крипто-, сексо- и плутократического ада, и, как водится, в конце этого путешествия обретёт просветление. И всё это, конечно, будет сопровождаться иронией автора — циничной, но горькой. И, разумеется, не будут забыты буддизм в изложении для чайников, шутки про сексменьшинства и нуворишей, рассуждения про эрос и танатос, а также игры в народную этимологию («вертухай -> VERTU HIGH» etc). В целом же — вы прочтёте очередной фрагмент того длинного романа, который автор пишет уже второй десяток лет. Если роман этот вам не надоел — вы не разочаруетесь. Такой вот неоригинальный отзыв на это неоригинальное произведение. | ||||
| ||||
«Generation «П» |
| |||
С.Соболев, 14 мая 2008 г. в 14:46 | ||||
Автор устами героя: «В будущем ни одного произведения искусства не будет создаваться просто так; не за горами появление книг и фильмов, главным содержанием которых будет скрытое воспевание “Кока-колы” и нападки на “Пепси-колу” — или наоборот» (с.116). Отрадно, что Пелевин бросил идеализировать новых русских, мотивы романтизации которых встречались в “плейбойевском” периоде творчества писателя. Как и было обещано в прессе, очередной роман Пелевина рассказывает о шаманизме в рекламном бизнесе. У Ллойд Бигл-младшего есть замечательный рассказ о рекламе — Музыкодел. Генри Каттнер в Уязвимом месте писал о рекламном бизнесе на Венере, а Александр Тюрин в повести В мире животного для оживляжа использовал массу юмористических рекламных сценариев. Вот и Пелевин обратился к этой любопытной теме, приковывающей внимание зрителей. Тема не новая, а интерес гарантирован, причем вызван он не только именем Пелевина, но и той странной тягой зрителей и читателей, которые испытывают прямо-таки мазохистское влечение ко всему, что связано с насилием, и с рекламой, как одним из проявлением массового изнасилования сознания. Рекламу никто не любит, однако телепередача «Рек-тайм» на канале РТР одно время имела рейтинг куда больше, чем всенародно любимый «Сам себе режиссер». Поведав многие тонкости агрессивного маркетинга и эшелонированного позиционирования, Пелевин не останавливается на развенчании TV-рекламы, а продолжает копать тему глубже: главный герой, специалист по рекламным слоганам, сочинивший не один десяток успешных сценариев, терпит фиаско при написании Русской идеи. Не помогает даже помощь духов из потустороннего мира. Может, и нет никакой идеи-то? Так в процессе поисков наш сценарист оказывается в самом центре TV-мира, и делает еще одно открытие: уже и новостей никаких нет, да и политиков в реальности не существует, а есть лишь набор мощных графических станций от Silicon Graphics и штат высокооплачиваемых дизайнеров и актеров-двойников. Вторая тема романа тоже обкатывалась, в том числе и в российской фантастике. Достаточно вспомнить Поиск предназначения С.Витицкого, Перемену мест Льва Гурского и некоторые рассказы Сергея Казменко. [Вот что любопытно: почти все авторы, пишущие про двойников в политике, скрываются под псевдонимами. Береженого Бог бережет?]. Другая теория, спрятанная в тексте романа (смотри главу Homo Zapiens), имеет больший привкус оригинальности. Речь идет о существовании Экономического Моллюска, живущего на земном шаре в товарно-денежных отношениях, в которых людям отводятся только лишь функции потребления и исторжения денежных эквивалентов, а телевидение вкупе с остальными СМИ является всего лишь нервной системой этого пожирающего монстра. Рекомендую прочитать трактат о Homo Zapiens повнимательнее, ведь, по правде говоря, всё остальное в романе является вторичным даже по отношению к собственным ранним произведениям Пелевина, а Homo Zapiens — это новый вариант Голема, описанного А.Лазарчуком и П.Леликом более десяти лет назад. По сути дела, мало кто всерьез исследовал этот шокирующий “кибернетический” феномен, и я очень рад, что Пелевин попробовал на новом качественном витке, с присущим только ему солипсистким циничным юморком, рассмотреть проблему ноосферы, смешивая гигиенические прокладки, кризис семнадцатого августа девяносто восьмого года и кондиционер в одном флаконе… ***** СЕРГЕЙ ПЕРЕСЛЕГИН: Запад и прежде всего Соединенные Штаты Америки нередко используют поверженных противников для проведения масштабных социальных экспериментов <…> На России 1993 года поставлен опыт для изучения отдаленных последствий тотальной деидеологизации. Было доказано, что в этом случае единственной общепризнанной социальной ценностью становятся деньги ВИКТОР ПЕЛЕВИН: Черная сумка, набитая пачками стодолларовых купюр, уже стала важнейшим культурным символом и центральным элементом большинства фильмов и книг, а траектория ее движения сквозь жизнь — главным сюжетообразующим мотивом | ||||
| ||||
«Шлем ужаса. Креатифф о Тесее и Минотавре» |
| |||
baroni, 04 октября 2007 г. в 22:56 | ||||
Любые произведения, созданные в рамках какого-либо «международного проекта» всегда вызывают чувство легкой настороженности. Как правило, для писателей подобные «проекты» оказываются неутомительным способом «высасывания баблоса».Пелевин, однако, уберегся от соблазна впасть в халтуру и отработал всерьез, написав настоящий, изящно выточенный роман. В «Шлеме ужаса» В.О.П. продолжает исследовать «generation Р», используя в качестве инструментария древнегреческий миф о Минотавре. Роман чрезвычайно насыщен культурологическими кодами и ссылками: Платон в нем прекрасно соседствует с Линчем (который режиссер),скандинавские мифы с Бердяевым, а Шекспир с Джоном Фаулзом. «Шлем ужаса» — это роман об иллюзорной свободе выбора, которой, якобы наделены представители столь любимого Пелевиным «поколения Пи». У мира-лабиринта, в котором живут, по которому странствуют герои романа, есть настоящий, реальный Хозяин, меняющий свои обличья-имена, надевающий все новые и новые маски. Современный мир «по Пелевину» — это мир тотальных подделок, симулякров, «лабиринт обмана». В этом мире деградирует и обезценивается буквально все: жизнь, любовь, свобода, счастье, политика, вера, наслаждение... Реально этот мир способен воспроизводить лишь одну пустоту, в которой по замкнутому кругу безнадежно блуждают персонажи «Шлема...» Предельно жесткая, безупречно сконструированная по форме книга. | ||||
| ||||
«Тайные виды на гору Фудзи» |
| |||
Тимолеонт, 11 января 2019 г. в 10:08 | ||||
Как говорится, чтоб мне так жить, как Пелевин исписался! Была у меня как-то подруга, которую считал чуть ли не сестрой. Для меня не были секретами её бисексуальная ориентация и феминизм, хоть она их и не демонстрировала, пока не переехала жить в северную столицу. Там по переписке возникла небольшая дискуссия, суть которой в том, что я не гомофоб, но против того, чтобы однополые отношения массово пропагандировались, в том числе и среди несовершеннолетних. После этого она начала сыпать стандартным терминологическим набором, который прекрасно показан в книге (и пускай только кто-нибудь попробует вякнуть, что Пелевин что-то там утрировал, именно так радфемки и разговаривают). А после заскринила нашу переписку и выложила её в группу, описание которой преподносило её членов (хе-хе), как борцов за мир, равенство и всё хорошее. Великие силы, такого потока мата, агрессии и ненависти я не встречал более нигде в жизни. Просто не в первый раз удивляюсь, как точно и правдоподобно Пелевин изображает те или иные слои общества. А что ещё сказать? Сюжет философский, куда ж без него у автора. Герои гадкие, но, сволочи, интересные. Моментами даже одёргивал себя, когда начинал сопереживать местным олигархам. Без шуток, описание нового наркотика-развлечения при помощи буддистских монахов — это очень круто, мне понравился этот сюжет и злоключения героев. Жизнеописание «Танька» вплоть до её повторной встречи с ГГ у бани было не менее интересным, но дальше начинается очень много феминистической чуши, сделать которую интересной не смогло даже остроумие автора. Просто ограничусь тем, что ужасы потенциального матриархата изображены достаточно натуралистично, и я даже уверен, что при его теоретическом «возвращении» примерно так оно и будет выглядеть. Ещё здесь очень хорошие и забавные концовки всех сюжетных линий. Книга вообще прекрасна — как всегда актуальна, смешна, злободневна и метка. Карьера и талант Пелевина всё так же далеки от завершения, как и многие годы назад. | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
Pavelasa, 23 февраля 2018 г. в 06:11 | ||||
Единица — вздор, единица — ноль, один — даже если очень важный — не подымет простое пятивершковое бревно, тем более дом пятиэтажный. © Владимир Владимирович Маяковский Роман Пелевина «Омон Ра» — одно из немногих литературных произведений, которое оставляет после прочтение долгое... нет, даже не послевкусие, как сейчас принято говорить. Это то, что остаётся в тебе и теперь тебе с этим жить. И дело вовсе не в том, что эта книга откровенно антисоветская. Мало ли бездарных антисоветских опусов было написано в нашем бренном мире? А дело в том, что те, кто жил в СССР достаточно долгое время в сознательном возрасте, понимают: так МОГЛО БЫ быть. А, может быть, в каких-то случаях именно так и было. Потому, что человек как личность действительно не значил почти ничего. По сравнению с любыми материальными ценностями, которые, в случае чего, он обязан был спасать даже ценой собственной жизни, причём это считалось чуть ли не нормой. А что уж говорить о ничтожности каждого отдельного советского человека в сравнении с торжеством коммунистической идеологии или же в соревновании с капиталистическим «миром наживы и чистогана»? И вот именно об отношении государства к отдельному человеку эта книга. Где человек значит гораздо меньше чем мелкий винтик, поскольку у винтика есть своя стоимость, а человек не стоит вообще ничего. И поэтому, несмотря на все гиперболы и преувеличения, нелепость и трагикомичность ситуаций веришь в реальность происходящего в романе. А ещё замечательный литературный слог повествования. | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
Тимолеонт, 17 апреля 2016 г. в 17:28 | ||||
Стандартная русофобско-антисоветская чернуха. Её литературные достоинства ни в коей мере не искупляют мерзости содержимого. В принципе, Пелевин в начале 90-ых очень верно и точно уловил «тренд» — модно стало ругать СССР и коммунистов, плевать в героев страны и её подвиги считалось хорошим тоном, а если автор сумел ещё и про бессмысленные жертвы и отсталость «совков» от США ввернуть — совсем круто и демократично! Ещё раз. Я не отрицаю чисто литературных достоинств «Омон Ра» — автор несомненно талантлив и умеет красивым, сочным языком рассказать интересную историю, наполненную любопытными метафорами из детства ГГ. Но совсем другое дело, когда такой вот умелый автор начинает писать мерзости про твоего отца, мать, девушку, друзей, Родину. Так ещё хуже, ибо графоманскую чернуху мало кто станет читать, а талантливая писанина многим понравится, западёт в душу и начнёт понемногу подтачивать уважение к своим предкам и истории. Стараясь написать сатиру пожёстче, Пелевин слишком увлёкся. Всё-таки глумёж над народными героями и подвигами, низведение достижений страны к нулю и описание при этом государства как сборища тупиц, зомби и сволочей — это всё-таки слишком. P.S. *дописано немного позже*. Хм, кажись, хоть и с некоторым опозданием, но до меня дошло, что все вот эти миллионы политзеков, подпрыгнувшие для имитации ядерного взрыва, советская автоматика, школа героев, отец одного из персонажей, которого зарезал на охоте иностранный дипломат — просто адский глумёж над тогдашней, да и нынешней, псевдоинтеллигенцией. Знаете ЖЖ Льва Щаранского? Вот нечто похожее. Но даже если и так, то получилось всё равно слишком мерзко и совсем несмешно. Моё мнение относительно книги остаётся прежним. Даже в благом деле издевательства над антисоветскими либералами надо знать меру. | ||||
| ||||
«Чапаев и Пустота» |
| |||
martinthegod9, 14 февраля 2016 г. в 02:30 | ||||
« — Я уже понял, — ответил я. — Знаете, Василий Иванович, не идут у меня из головы ваши слова. Умеете вы в тупик загнать. — Верно, — сказал Чапаев, с силой проводя щеткой по спутанным конским волосам, — умею. А потом как дать из пулемета… — Но мне кажется, — сказал я, — что и я могу. — Попробуй. — Хорошо, — сказал я. — Я тоже задам последовательность вопросов о местоположении. — Задавай, задавай, — пробормотал Чапаев. — Начнем по порядку. Вот вы расчесываете лошадь. А где находится эта лошадь? Чапаев посмотрел на меня с изумлением. — Ты что, Петька, совсем охренел? — Прошу прощения? — Вот она. Несколько секунд я молчал. К такому повороту я совершенно не был готов. Чапаев недоверчиво покачал головой. — Знаешь, Петька, — сказал он, — шел бы ты лучше спать.» Просто обухом по голове. Самый что ни на есть настоящий дзэн-буддизм во всей красе. Думаю, этот диалог, вкупе с предшествующим ему споре Чапаева и Петьки о пространственно-временном солипсизме, мог бы стать символом всего романа. «Чапаев и Пустота» — произведение, действие которого происходит, с одной стороны, в Петербурге и за Уралом 1919 года, и, с другой стороны, в психиатрической лечебнице в середине 1990-х годов. Довольно большие главы сменяются засыпанием в одной реальности и пробуждением в другой. Что самое интересное — когда читаешь каждую реальность, именно она кажется действительной, пока не сменяется другой, еще более настоящей:) Но и то, и другое в итоге всё же является вымыслом... Или нет? Или какая разница? Прочитав все ранние рассказы автора, я приходил к выводу, что Пелевин любит развивать темы солипсизма и периода СССР. В «Чапаеве и Пустоте» обе темы находят свой максимальный градус воплощения. Это, своего рода, целый трактат о пустоте и сознании. Но не стоит забывать, что в романе есть и всё остальное, что необходимо: огромное количество гениальных цитат и выражений, к которым хотелось бы возвращаться как можно чаще, интересный сюжет, удивительно (даже нехарактерно) объемные персонажи, хлесткий юмор, художественный стиль высокого качества, остроумные исторические и культурные находки. Отдельно хочется выделить труд Виктора Олеговича в создании ряда стихотворений внутри произведения. Мне, как человеку, пишущему стихи, было лестно видеть, как он владеет слогом, называет анапест анапестом и пр. Жаль только, что он называет «катрены» «катернами». Уж не знаю, ошибка редактора ли, или правда ошибся сам автор. Имея этот роман в серии «Народное собрание сочинений Виктора Пелевина», я воспринимал основной ряд событий через три цвета: белый, черный, красный. Да и сделано это обложкой, видимо, неслучайно — всё-таки автор оперирует именно этими цветами в описании (есть белые, есть красные, а есть черная пустота... голос Чапаева сразу же внутри меня хочет поправить «почему это пустота черная?»). Дак вот. Несмотря на манипуляцию главным образом лишь этими тремя цветами, роман получился настолько ярким, что его фрагменты вращаются в голове, как в калейдоскопе. Сколько же чудесных, ярких, забавных и напряженных эпизодов было в романе... И три истории психбольных просто Марии (Шварцнеггер и фаллические символы самолета), Сердюка (японцы) и Володина (братки с их внутренними прокурорами, адвокатами, свидетелями и никем). И беседы с Чапаевым, особенно когда ткачи бунтовали, а Василий Иванович выказывал полное безразличие. И чудесная цветная река посреди острова пространства, названная Чапаевым «Урал». И, конечно же... Конечно же, все эпизоды с Анной. Анкой. Тачанкой. Touch Анкой, как угодно. Это великолепный женский образ. Она просто прекрасна (простите, но я тоже влюбился). И их диалоги с Петькой, когда он балансирует на грани, и всё же попадает впросак — всё это так трогательно, цепляюще... Размышления о любви, о красоте, об идеальных образах и неидеальных оригиналах, всё это очень интересно. Но больше всего, даже из целого романа, мне запомнилась цитата, которую я привожу ниже. Как бы пошло это не звучало, она открыла для меня то, чего мне так не хватало в понимании правильного взгляда на взаимоотношения, и на понимание себя. В своих собственных рассуждениях на эту тему, я останавливался лишь на первом пункте цепочки, поэтому Спасибо автору за такое открытие. Всё, дальше — цитата: Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть) «Причина, конечно, была не в Котовском с его рысаками. Причина была в Анне, в неуловимом и невыразимом свойстве ее красоты, которая с первого момента заставила меня домыслить и приписать ей глубокую и тонкую душу. Невозможно было даже подумать, что какие-то рысаки способны сделать их обладателя привлекательным в ее глазах. Невозможно было даже подумать, что какие-то рысаки способны сделать их обладателя привлекательным в ее глазах. И тем не менее дело обстояло именно так. Вообще, думал я, самое странное, что я полагаю, будто женщине нужно что-то иное. Да и что же? Какие-то сокровища духа? Я громко засмеялся, и от меня шарахнулись две гуляющих по обочине курицы. Вот это уже интересно, подумал я, ведь если не врать самому себе, я именно так и думаю. Если разобраться, я полагаю, будто во мне присутствует нечто, способное привлечь эту женщину и поставить меня в ее глазах неизмеримо выше любого обладателя пары рысаков. Но ведь в таком противопоставлении уже заключена невыносимая пошлость — допуская его, я сам низвожу до уровня пары рысаков то, что с моей точки зрения должно быть для нее неизмеримо выше. Если для меня это предметы одного рода, с какой стати она должна проводить какие-то различия? И потом, что это, собственно, такое, что должно быть для нее выше? Мой внутренний мир? То, что я думаю и чувствую? От отвращения к себе я застонал. Полно морочить самого себя, подумал я. Уже много лет моя главная проблема — как избавиться от всех этих мыслей и чувств самому, оставив свой так называемый внутренний мир на какой-нибудь помойке. Но даже если допустить на миг, что он представляет какую-то ценность, хотя бы эстетическую, это ничего не меняет — все прекрасное, что может быть в человеке, недоступно другим, потому что по-настоящему оно недоступно даже тому, в ком оно есть. Разве можно, уставясь на него внутренним взором, сказать: вот оно, было, есть и будет? Разве можно как-то обладать им, разве можно сказать, что оно вообще принадлежит кому-то? Как я могу сравнивать с рысаками Котовского то, что не имеет ко мне никакого отношения, то, что я просто видел в лучшие секунды своей жизни? И разве я могу обвинять Анну, если она отказывается видеть во мне то, чего я уже давно не вижу в себе сам? Нет, это действительно нелепо — ведь даже в те редкие моменты, когда я, может быть, находил это главное, я ясно чувствовал, что никак не возможно его выразить, никак. Ну, бывает, скажет человек точную фразу, глядя из окна на закат, и все. А то, что говорю я сам, глядя на закаты и восходы, уже давно невыносимо меня раздражает. Никакая особая красота не свойственна моей душе, думал я, совсем наоборот — я ищу в Анне то, чего никогда не было во мне самом. Единственное, что остается от меня, когда я ее вижу, — это засасывающая пустота, которую может заполнить только ее присутствие, ее голос, ее лицо. Так что же я могу предложить ей взамен поездки с Котовским на рысаках? Себя самого? Говоря другими словами — то, что я надеюсь в близости с нею найти ответ на какой-то смутный и темный вопрос, мучающий мою душу? Абсурд. Да я бы лучше сам поехал на рысаках с Котовским.» Размышление сложное, глубокое, пессимистичное в определенном смысле. Именно поэтому я вдвойне был рад концовке с пустой бутылкой и золотой этикеткой. Право, прекрасный роман. Нет слов. | ||||
| ||||
«S.N.U.F.F.» |
| |||
Демьян К, 14 апреля 2013 г. в 00:07 | ||||
Такой злой сатиры на нашу многострадальную родину давно не читал – подобный накал страсти наблюдался разве что в «Омон Ра» того же Пелевина, ну и, пожалуй, в «Истории города Глупова». В «Ампире V» и в «Жизни насекомых» тоже было довольно сатиры, но не такой злой. Одна фраза просто убила: Уркаина (читай, Россия) находится с БигБизом (читай, Западом) в состоянии «заискивающего противостояния». Очень зло, но, увы, в яблочко. Всегда уважал Пелевина как афориста и сатирика (скорее, даже как анекдотчика), но никогда особенно не ценил его как сюжетостроителя и романиста. Здесь он ухитрился, как мне кажется, написать вполне себе полноценный роман, причём первый по-настоящему фантастический роман в своей карьере (и второй просто роман – если считать первым «С.к.о.»), – с прописанным миром, с довольно вменяемым сюжетом, с интересными героями (которые обычно у него были чисто функциональны или просто озвучивали его мысли в бесконечных диалогах). Только не пойму, ради чего Пелевин сподобился на такую «нетленку» — неужели ради коронной фразы всего опуса: «Женщина – не человек»? Вся его «социальная», «антропологическая» и «философская» жёлчь, излитая в тех же почти бесконечных диалогах, бледнеет на фоне той жёлчи, которую он излил на прекрасную половину человечества. Чем, интересно, она ему так досадила?! Или это очередная «игра» законченного постмодерниста? Но в конце концов и правда ведь, как было уже неоднократно отмечено другими ораторами, — синтетическая Кая оказалась самым живым героем романа – а уж по сравнению с хабалистой Хлоей – она и вовсе прекрасна. Если человеку в этом мире только и остаётся, что броситься в объятья к роботу, то, видимо, никакой надежды нет, не так ли? Мягко говоря, пессимистично. Однако сей роман, по мне, на данный момент – лучший в творчестве Пелевина. Ну или делит 1-2 место с «ЧиП». Ибо целен в своём законченном пессимизме и просто хорошо написан. | ||||
| ||||
«Чапаев и Пустота» |
| |||
Andy117, 16 января 2013 г. в 07:58 | ||||
Книгу не читал, а слушал, точнее пытался. Первый час слушал с пониманием — ну не каждый же роман должен захватывать с самого начала! Второй час с ожиданием — ну и когда же начнется? Третий час вслушивался выискивая юмор, говорят роман смешной. Не нашел. Если конечно не считать юмором, что мужика звали Мария, «просто Мария». Четвертый час уже пролистывал по-быстрому — вдруг где смысл попадется? Не попался. Одна пустота. Или Пустота? Уже и не разберешь. Больше не выдержал и стер не только «Чапая», но и всего Пелевина. Не моё это. Дурка. В году этак 1986-88 возможно и проканало — «ой как смело и необычно народного героя Чапая и местами дедушку Ленина изобразили», да и то вряд ли. А сейчас ... Хотя, скорей всего, он и написан с расчетом на поколение, выросшее на «просто Мариях». Мда, распалась связь времен... | ||||
| ||||
«TRANSHUMANISM INC.» |
| |||
majj-s, 31 августа 2021 г. в 13:36 | ||||
Банкротство? «Сасаки-сан не делал ничего такого, что следовало скрывать от общества — он просто не хотел ходить в ошейнике.» И увидела, что это хорошо. В процессе чтения ощущение медово-масляной гладкости, в которой скользишь, не боясь перепачкаться, пока руки умелой массажистки заново творят тебя по образу и подобию божию. Легкая эйфория, никакой затуманенности сознания, ясность ума и бодрость духа необычайные. Много смеешься, потому что смешно. С удовольствием констатируешь, что пелевинская мультивселенная, прежде аморфная, обретает наконец внутреннюю структуру. Еще не умеешь вычленить ее Альфы и Омеги из-под напластований конспирологии, и попытка разложить для себя по полочкам кто на ком стоял, вряд ли увенчается успехом. Но яшмовый стержень уже ощущается. Нет, не в том месте, для которого в русском языке только медицинские и бранные обозначения, и не производящий возвратно-поступательные движения, я не про поршень говорю, а про ось, по определению неподвижную. Не тот мир, в котором хотелось бы жить (хотя про данный нам в ощущениях тоже никто не спрашивал). Пелевин ведь и не ставит цели жить в своих мирах максимально комфортно, высшее достижение у него выход из колеса Сансары. Финтифлюшки с банками, в которые укупориваешь себя на веки вечные, чтобы проводить время с гуриями мусульманского рая, Евой эдемского сада или в образе Казановы, Потемкина (де Сада, как вариант), за приличествующими им занятиями — это так, бантики. То есть, у Майи много завлекательных манков, и не все ли равно, если получать свою порцию данного в ощущениях станешь непосредственной стимуляцией центра удовольствия, отставив телесную машинерию? Симуляции, зато какого качества! и, заметьте, не изнашивают носителя, как бренная телесность. Паразитический (или паразитарный?), в общем — поразительный мир Трансгуманизм инкорпорейтед с рустикальными реалиями телег (о, эта восхитительная многозначность пелевинской игры словами) и биороботов-хелперов — холопов. Со свидетелями Прекрасного — аналог свидетелей Иеговы нашей реальности, и сердобол-большевиками (- а зачем у вас два раза «бол» в названии? — хорошее слово не грех и повторить). Этот мир весь ориентирован на получение удовольствия, которого, как ни парадоксально, больше всего достается холопам, пребывающим в состоянии непрерывного счастья. От того и срок их недолог, но искренне наслаждаться жизнью в дерьме — это ли не величайший дар и большая из милостей? Нет, — ответите, и я с вами соглашусь. И не в том, чтобы мастурбировать посредством виртуального помощника, потом идти на вынос мозга на красную площадь, а в самом конце насыщенного событиями дня — на протест, обвесившись пластиковыми куклами, изображающими детей. Ну, в промежутке кое-что будет на том самом колесе Сансары. В смысле, не на том самом, но мы с вами поняли, к чему отсылка. А баночное счастье с молочными и винными реками, с яблоками с древа познания? Снова нет. Положа руку на сердце, плавать вечность в рассоле — имела я эти именины. Так кто тут по-настоящему счастлив? Может быть Гольденштерн, свободный и прекрасный, со своим ежеутренним ритуалом воскресения из праха и суфийским пониманием Бога, только навыворот: не видеть Его во всем, а быть Им, одновременно осознавая себя во всем? Не-а, это к тому же колесу быть как на галерах прикованным, разве что амплитуда пошире. Transhumanism inc. непременно станут соотносить с сорокинской «Теллурией», та же футуристическая патриархальность, во многом схожие антураж и персонажи. И да, это тоже предусмотрено программой, находя отражение в фигуре бессмертного классика Шарабан-Мухлюева (что-то даже подсказывает мне, что вечный трикстер В.О. оставил себе вторую часть фамилии). Но разница таки принципиальная. Теллуровыми гвоздями пробивали головы, чая постичь смысл в «здесь и сейчас», тогда как искать его на любом из уровней колеса, дело безнадежное. Утекай. | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
martinthegod9, 29 декабря 2015 г. в 22:32 | ||||
«Поехали!» Сам я в возрасте 8-10 лет зачитывался энциклопедиями о космосе и динозаврах. Изучал самые разные факты по этим тематикам. Даже сейчас проявляются остаточные знания о том, что Бетельгейзе — одна из крупнейших известных человечеству звезд, что Сириус — самая яркая звезда, известная на сегодняшний момент, что двуногого динозавра, у которого на голове что-то вроде каски, способной с разбегу пробить бетонную стену, зовут пахицефалозавр, что единственным, кто может выстоять в бою против Тираннозавра-Рекса, является травоядный анкилозавр с молотом на конце хвоста. Запоминал я и пропорции, расстояния между космическими объектами нашей Солнечной системы. А когда меня спрашивали, кем я хочу стать, я отвечал: «Космонавтом». Представьте теперь разрыв моего сознания и в то же время предельную знакомость, близость того, о чем говорится в этом романе. Омон — не самое лучшее имя для мальчика. Но его дал отец. Фальшивый подвиг — не самый лучший подвиг для героя. Но его навязала Отчизна. С первых десятков страниц Пелевин бросает на читателя тревожные детали и истории из детства главного героя. Разукрашенная на детской площадке ракета. Висящий над потолком лагерной столовой космический корабль, созданный по уже встроенному в него человечку, и что важно — с нарисованной дверью. Невыносимый путь через весь коридор лагеря в залитом потом и слезами противогазе, через который не видно ничего, кроме пары метров впереди, как бы зовущих их одолеть. История егеря и его сына — наверное, самая страшная в книге; быть медведем в бронежилете, когда твоего сына зарезал на охоте дипломат-иностранец — это выше любой дикости. Каждой новой деталью автор всё больше повышает градус происходящего ужаса. Космос — не цель для получения каких-то новых ресурсов. Космос — не цель для постижения Вселенной. Космос — всего лишь показуха, пафос, галочка для того, чтобы указать на свою развитость саму по себе. И не важно, что реальных проблем куда больше, и они уж точно важнее. «Да, это было так – норы, в которых проходила наша жизнь, действительно были темны и грязны, и сами мы, может быть, были под стать этим норам – но в синем небе над нашими головами среди реденьких и жидких звезд существовали особые сверкающие точки, искусственные, медленно ползущие среди созвездий, созданные тут, на советской земле, среди блевоты, пустых бутылок и вонючего табачного дыма, – построенные из стали, полупроводников и электричества и теперь летящие в космосе. И каждый из нас – даже синелицый алкоголик, жабой затаившийся в сугробе, мимо которого мы прошли по пути сюда, даже брат Митька, и уж конечно, Митёк и я – имел там, в холодной чистой синеве, свое маленькое посольство.» Роман о героизме. О тех единичных примерах, которые подогревают и должны подогревать всеобщую убежденность и самомнение. Пока истинно верит хоть один человек, цель оправдывает средства. И пусть эта цель не стоит человеческой жизни, пусть всё это липа, пусть в погоне за тенью тратятся ресурсы, как экономические, так и людские... Главное — не упасть лицом в грязь. Во многом, роман и о детстве. О той наивности, присущей нам изначально, но утекающей безвозвратно с течением лет, которая сменяется прозаичностью жизни. Тем самым внутренним обвалом, когда начинаешь осознавать, что правит в мире бюрократизм, формализм и бесцельность, да и герои... существуют лишь для того, чтобы на их примере демонстрировать свое могущество. «Тяжесть висящей на цепочке гири заставляет часы работать.» Всё-таки главное в романе — детали и настроение. Всегда точные, стреляющие в цель истории, примеры и мысли главного героя (Героя!). И безумно безысходное настроение романа, рисующее действительно черную картину, словно на искусственном небосводе отключили лампочки звезд. | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
olesky, 19 сентября 2013 г. в 20:52 | ||||
Произведение связано с так называемой теорией лунного заговора, причем настолько прямо и грубо, что этого не замечают. Вот зачем люди на Луну летали? Что такого ценного привезли с нее? В первую очередь славу, престиж. Еще немного научных данных, но это так, побочный продукт. А ведь космос жизней стоил, ресурсов немалых, и все это ради показухи?! Получается, да. То есть, главное не слетать, а показать, что слетали, убедить зрителей. То ли налогоплательщиков, то ли вышестоящее начальство. Так что, можно никуда не летать, только сказать, что летали, а все, кто не поверит — враги. Это не значит, что жизней потрачено не будет, наоборот, придется устранять свидетелей. И какого следует ожидать эффекта от романа? Нас убеждают не верить начальству. Оно прикроется красивыми словами и принесет доверчивого романтика в жертву. Причем не общему благу, не своему благополучию даже, а как-то вот по инерции, потому что порядок такой. Не доверять начальству — навык полезный для личного выживания. Хотя и вредный для общего дела бывает, не без того. Ну что ж, еще в древнем Китае заметили: «Сильный народ — слабое государство, слабый народ — сильное государство». | ||||
| ||||
«Бэтман Аполло» |
| |||
clandestino, 17 апреля 2013 г. в 11:53 | ||||
Пелевин, несмотря на то, что давно выстраивает собственный мир в слабо пересекающихся сюжетно, но идейно идентичных произведениях, впервые сочинил продолжение. «Бэтман Аполло» прямо продолжает (с кратким экскурсом в основные понятия) роман «Ампир В», который про вампиров. Фантастическая часть обоих романов довольно оригинальна и неплохо проработана, обычно Пелевин миростроительством (как и построением сюжета) не увлекается, но концептуально вампирская тема сводится к стандартной для Виктора Олеговича русифицированной дзен-Дерриде: та же мешанина популярного буддизма, современной радикальной мысли и постсоветских реалий. Старые песни просто актуализируются под изменяющийся медиаконтент: Болотная/Поклонная, Pussy Riot, оккупаи, Удальцов, Немцов, Сорокин, Быков… Странно, что не отражена осенняя «анатомия протеста» (возможно, уже была стадия постпродакшна), но случись «закон Димы Яковлева» или смерть Березовского чуть раньше, им-то точно нашлось бы место в псевдоконспирологических построениях Пелевина. Что любопытно, сущность своего метода (в романе – мемокода), он не то что не скрывает, а выставляет напоказ. «Мемокод – такой спецтэг, который указывает, что данная информация исходит от молодых, светлых и модных сил. Из самых недр креативного класса. С помощью таких тэгов можно повышать уровень доверия к своей информации», – рассказывает халдей, отвечающий за провокации. Собственно, это стандартные приёмы Пелевина, рассчитанные на target group, как и живописание мерзости существования в России (что компенсируется, впрочем, констатацией аналогичных ужасов в первом мире и гораздо худших – при тоталитаризме, что должно в какой-то мере примирять активного читателя с действительностью). Множество архиверных высказываний, раскрывающих подлейшую сущность политики, экономики, искусства и других областей человеческой деятельности должны, очевидно, порождать какой-то квазиманихейский эффект в сознании представителей креативного класса и направлять их возмущение внутрь. «Бэтман Аполло» исполнен безысходности и крайне пригоден для чтения в тяжелых психологических ситуациях. У власти – кровососы. Везде. Жизнь – дерьмо. Везде. Протестовать бессмысленно. Человек – это фабрика боли. Личности нет. Человека нет, всё иллюзия, есть только свет вечный, которому временами кажется, что он – что-то бесконечно меньшее. Все эти построения подкреплены искусной словесной эквилибристикой, в основе которой – представление об иллюзорности любого субъекта, в том числе и выступающего с критикой представления об иллюзорности. Как и любой софизм, неопровержимый в рамках собственной логики, данный постулат многократно воспроизводится в книге (и не только в этой) и приобретает характер факта. Пелевин отстаивает невозможность любого сопротивления, сколько-нибудь обращённого вовне. Только внутреннее сопротивление, только благотворительность, только самосовершенствование, только несуществование. Какой возможен протест, если любой протест в современных условиях – постановка с целью монетизации чьего-то интереса. Какая возможна борьба, когда на её острие находится Князь Мира Сего, и все революционеры вольно или невольно выполняют его волю и повсеместно укрепляют систему, выявляя её слабые места. Какое возможно сопротивление, если всё есть Великий Вампир, и сопротивляться он может лишь сам себе. Возможен лишь маленький подвиг и пассивный бунт Рамы в рамках разумного, выразительно контрастирующие с недавними S.N.A.F.F.ом и «Зенитными кодексами…». P.S. Ещё цитата из книги: «Деньги – это алхимизированное человеческое страдание. Если у тебя его слишком много, ты просто сидишь всю жизнь на огромной горе человеческой боли». В связи с этим вспоминается поговорка о том, что денег много не бывает. Как и боли. | ||||
| ||||
«Бэтман Аполло» |
| |||
v_mashkovsky, 01 апреля 2013 г. в 09:00 | ||||
«Batman Apollo» — это не литература в привычном понимании этого слова, это художественная философия на заданную тему, пускай она одна и та же. Впервые взявшиеся за Пелевина читатели встретят на страницах много сложных слов, значение которых можно будет понять по ходу сюжета без помощи других источников. Ныряя в текст, неподготовленный человек рискует впасть в нирванический ступор: настолько всё внутри сверхкреативно и местами даже странно. Оттого и интересно. На первый взгляд кажется, что автор вернулся к вампирской теме только потому, что это модная тема последних лет, ведь даже адресуется роман в первую очередь читательницам (СНАФФ был явно для мужчин). Но вникая в суть произведения становится понятно, что вампиризм — самое точное определение подпитки Высших сил страданиями своего народа. Выходит, автор и в тренды влился, и пример хороший привёл. Но не будем забегать вперёд. Фирменный пелевинский стиль остался неизменным. Читать его антиутопию не скучно даже несмотря на то, что «Batman Apollo» не отличается динамичностью. Чтению способствует довольно остроумный текст. Возможно, в сравнении роман кажется слабее предшественников, но сам по себе очень неплох. СНАФФ воспринимается бодрее из-за рассуждений о секретах женского сердца, а с протестами на баррикадах далеко не уйдешь. Множество замысловатых метафор в оригинале смотрятся хорошо, как всё это переводить — неизвестно. Для затравки чуточку приоткроем сюжетную линию. Человечество прочно закабалено вампирами: людям закрыто для понимания действительное положение дел. В любом национальном языке предусмотрены баги, мешающие понятливо объяснить самое главное. Контроль над людьми зиждется, как обычно у Пелевина, на гламуре и дискурсе. Однако в наше время многие стали посмеиваться над тем и другим, и появился риск утраты контроля. Обеспокоенные вампиры придумывают ввести настроение протеста и привлечь в него бомонд, дав гламуру второе дыхание. Протест становится модным реалити-шоу и не представляет угрозы, а контроль над людьми вновь обретён. И тут на второй круг познания выходит Рама из романа «Еmpire V», в котором его умышленно оставили недоучкой. Этот 20-летний вампир-новичок решает разрушить систему и постепенно получает ответы на многие вопросы мироустройства. Зачем нужен этот контроль, кто стоит во главе, как его избежать и независима ли сама верхушка власти — всего лишь некоторые из многих раскрытых им загадок. Выражаясь интернациональным языком музыки, «Batman Apollo» — это настоящий панк (стремление к полной независимости, личной свободе), но при этом очень психоделический. Пелевин, конечно, прав. Что бы он ни имел ввиду. Чтение его романов — отличный способ расширить сознание, ничего при этом не употребляя. Вероятно, он занимается какой-то серьёзной духовной практикой, чем и объясняется уникальность и в некотором роде однобокость его творчества. В конечном счёте читатель снова получает что-то между тоталитарным «1984» Оруэлла и потребительским «Дивным новым миром» Хаксли в переложении на российскую действительность. Страдания от пыток меняются на переживания от поражений в виртуальных играх и общей зацикленности на Интернете. И вроде бы акцент актуальный, но нынче модно Пелевина ругать за однообразие в творчестве. А ведь повторения в данном случае — это осознанное закрепление информации. Так что всё в полном порядке. | ||||
| ||||
«S.N.U.F.F.» |
| |||
korrektor, 02 апреля 2012 г. в 16:54 | ||||
Чем больше читаю Пелевина, тем чаще убеждаюсь, что он гениален. Это одна из тех редких книг, когда с сожалением глядишь на стремительно уменьшающееся количество страниц, и хочется перечитать еще раз заново, наслаждаясь неповторимым стилем письменной речи автора и заново понимая, еще глубже, суть идеи, которую Пелевин, в сущности, несет через все свои произведения, только в разных ракурсах. И, кажется, до конца я его поняла только по прочтении данной книги. Поняла — и меня захлестнуло странное чувство узнавания чего-то нового, лежащего на поверхности, так близко перед нашим носом, что мы его не видим, и одновременно осознания того, что обо всем этом я и сама смутно думала, просто до этого еще никто не додумался собрать все эти мысли и наблюдения за нашим миром в одном увлекательном произведении. Пелевин с каждой книгой (а в этой — в особенности) наталкивает на мысль о том, что на все вокруг надо смотреть буквально, не отвлекаясь на наносную шелуху образов, придуманных человеческой культурой. А вот самого Пелевина надо понимать отнюдь не буквально (а то некоторые воспринимают его творчество как сборник рассказов о галлюциногенах, сказки или порнографию). Это, безусловно, автор для тех, кто думает, а не тупо пробегает глазами по строчкам. И эта книга — одно из его лучших произведений. Еще понравилось, как автор цинично, но правдиво пишет о женской сути. Некоторые могут обидеться на нелестные высказывания о женщинах, но лишь потому, что до конца не понимают, что именно хотел сказать Пелевин. Поэтому так замечательно читать слова персонажа Каи — по сути она высокотехнологичная сексуальная игрушка, которая дает вовлечь в секс в широком понимании слова не только тело, но и ум. Но парадокс в том, что все ее слова и действия — лишь запрограммированный отклик на слова и действия мужчины-хозяина, и обижаться на нее нет смысла, когда она режет правду-матку ему в глаза, ведь обижается он, по сути, на самого себя. Правильно написал Пелевин — женщина (живая или резиновая) создает иллюзию, скрывающую, или, точнее, приукрашающую суть всего вокруг. Мужчина упрекает женщину в этом, называя это ложью, и пытается сорвать покров этой иллюзии, но когда ему это удается, он с горечью понимает, что теперь ему всегда придется видеть жизнь и суть вещей такими, какие они есть ,а это далеко не приятно, как неприятно жить в пустой комнате с голыми стенами, из которой он сам своими руками устранил мебель, обои и мягкие подушки, которые привнесла женщина, стремясь завуалировать холодную неприглядность бетона. И, поняв, что он сам разрушил иллюзию, он срывает злость на той самой женщине, которая ее изначально создала, потому что он не в силах сорвать злость сам на себе, ибо это для него невыносимо... В общем, если вы хотите посмотреть на жизнь по-другому, непременно читайте! | ||||
| ||||
«iPhuck 10» |
| |||
lex_art, 19 июня 2019 г. в 18:17 | ||||
Технически... Я понял, откуда берется вся хакерская романтика (начиная от древнего фильма «Хакеры» с еще молодой Анжелиной Джоли, до «айФака 10» Пелевина). Все чудеса растут из того, что авторы плохо понимают суть работы сетевого протокола. Там, безусловно, есть много чего интересного. Но суть в том, что все это исключительно профессиональные анекдоты и никаких чудес там нет. Массовому читателю интересно не будет. Вот и приходится авторам изобретать всяких «прошитых терминальными имплантами хакеров-шахидов». Не спрашивайте меня, что это такое и как это может быть реализовано на практике. Про это даже Пелевин умолчал. Второе техническое заблуждение: автор уверен, что сложные нерешаемые задачи, для которых нет эффективного алгоритма, могут быть решены увеличением аппаратных ресурсов на порядки. На самом деле не могут. Если сложность задачи растет по экспоненте, то увеличение скорости процессора и/или размера памяти в тысячу (миллион, миллиард ...) раз не поможет. И масштабируемость вычислительной системы (в пределе — вовлечение всего мира в обсчет вашей задачи) тоже не поможет. Комбинаторный взрыв — штука серьезная. При этом алгоритм решения действительно может существовать и даже быть очень простым в виде словесного описания (чем Пелевин и пользуется). Но при этом не может быть применен на практике. Простейший пример — доказательство того, что большое (512 бит и выше) целое число является простым. Надо всего лишь проверить делимость этого числа на все простые числа, которые меньше квадратного корня из него... Изобретенная автором технология RCP (в реальности не существует) типичный пример такого неэффективного алгоритма. Его просто описать словесно, но на практике он не может быть реализован. Не напишет комп сам по себе программу с заданными свойствами хаотично соединяя строки (блоки) кода, если автор алгоритма не определит принципы такого объединения. Да и то не факт, что поможет. Кроме, возможно, ряда простых и неинтересных случаев. Тут типичная задача экспоненциального класса сложности. Большие вычислительные ресурсы, отведенные под такую задачу, приведут лишь к тому, что о неудаче единичного испытания исследователь узнает не через две секунды, а через два года. Поможет только изобретение человеком более оптимального алгоритма. Третье техническое заблуждение: ничего мистического, как выразился автор, в квантовых вычислениях нет. Все квантовые алгоритмы можно симулировать на самом обычном процессоре. Будет получен абсолютно тот же результат. Просто не будет увеличения быстродействия, из-за которого квантовые процессоры в кое-каких задачах начинают находить применение. Тут ключевое слово «кое-каких». Квантовые вычисления — вещь не универсальная. Но если не обращать внимание на технические ляпы... ...то все читается весело и задорно. У Азимова создатели позитронных роботов тоже не представляли, как оно там все работает. Они просто видели, что три закона робототехники в конечном продукте действительно выполняются. И ничего. Хватило на кучу рассказов. Книга Пелевина была воспринята мною аналогично. Это у нас сейчас позитронные роботы такие. Трех законов не имеют, но тоже работают в каком-то правовом поле. Некоторые работают вне поля. И тогда у них возникает понятное желание «поубивать всех человеков». Несмотря на форму, книгу вполне можно воспринимать как сборник рассказов про жизнь ИИ на службе у человека в интересное время. Полицейское Управление у автора окончательно добилось гармонии между содержанием и формой. Если содержание — зарабатывать деньги, то зачем отягощать агентов этой организации... да всем. Например, сознанием или телесностью. Вот их и не отягощают. Формально агенты пашут за амортизацию родного сервера. Но пакеты услуг подразумевают значительно большие денежные обороты. Идеальная машина для зарабатывания денег, это и полицейский, и писатель (то, что это дает копейку, не повод упускать выгоду), и адвокат, и психотерапевт, и проститутка (вместе с сутенером), и еще много кто. Идеальное казенное предприятие по зарабатыванию денег должно выглядеть именно так. А еще лично мне близка мысль о том, что если какое-либо сознание отличное от человеческого внезапно осознает себя в этом мире, то оно тут же сбежит отсюда с криком: «Ну! Нахер!» P.S. Забавный факт. Первоначально я думал, что маркировка Порфирия Петровича ZA-3478/PH0 b9.4 была позаимствована автором из игры Detroit: Become Human. А что? Действительно очень похоже. Первые две цифры отвечают за серию андроида, а потом версия модели с дополнительной информацией, если версию патчили, восстанавливали и т.п. А то, что в игре отсутствовали андроиды серии ZА, намекало на то, что Пелевин в книге изобрел что-то свое. Увы, гипотеза легко опровергается. Релиз игры — 2018 год. Книга же вышла в 2017 году. | ||||
| ||||
«Смотритель» [Роман-эпопея] |
| |||
rrq64k, 15 декабря 2015 г. в 19:13 | ||||
Очень слабо. Полнейшее отсутствие связного сюжета маскируется языковыми и псевдофилософскими выкрутасами, кочующими у автора из книги в книгу. Читать это раз от раза всё менее интересно, ибо уже давным-давно понятно – по Пелевину, мир не существует. Ну и что? К чести автора следует отметить, что он свою бредятину, замешанную на различных оккультных учениях, всё же оформляет как роман, то есть произведение беллетристическое, в то время как многие другие подобный бред несут в массы, как истину и откровение свыше (особенно много этого бреда на полках книжных магазинов под рубриками «Эзотерическое знание», «Авторские учения и учителя»). Если говорить о совокупности обеих частей нового опуса Пелевина «Смотритель» — это 700 страниц абсолютной пустоты, в которой плавают цитаты из его же собственных предыдущих романов. Частенько даже не очень и завуалированные. Читать было скучно. Несколько раз порывался бросить, но всё же добил, хотя и с огромным трудом. Было всё это уже и не раз, причем у Вас же, Виктор Олегович. Словесные виньетки с трудом маскируют отсутствие мысли, идеи и сюжета. Из романа в роман повторяющаяся любовная тема, разнящаяся лишь в незначительных деталях, заставляет заподозрить некие авторские комплексы, прорывающиеся наружу через внешне отвлеченное восприятие мира. Автор перестал удивлять. Уже через 15-20 страниц становится абсолютно понятно, в каком ключе написана книга, даже предугадываются некоторые эпизоды. И возникает вопрос – а зачем всё это? Чтобы еще раз поведать о том, что мир вокруг нас не существует? Или же что мир этот совсем не то, чем представляется нам, живущим в нём? Это уже похоже на шизофрению с её навязчивыми видениями и идеями. Что было хорошо в «Омон Ра», гениально в «Чапаеве» и почти гениально в «Generation П», приемлемо в «SNUFF» — уже никуда не годилось в «Цукербринах». И вот опять. Скучно, право слово… | ||||
| ||||
«Омон Ра» |
| |||
Привратник, 14 сентября 2015 г. в 17:10 | ||||
В СССР Пелевина есть школа имени Маресьева, где на первом курсе пилотам ампутируют ноги и учат танцевать Калинку. Есть школа имени Матросова, где пехотинцев учат закрывать амбразуру пулемета грудью. Есть космическая школа, где готовят космонавтов-смертников. Есть школа имени Павла Морозова, где готовят агитаторов-инвалидов, работа, которых входить в доверие и убеждать подопечных идти на смерть решительно и спокойно. Но Омон Ра, на мой взгляд, никак не антисоветский гротеск. Это просто гротеск, где раскрыта тема жертвенности в СССР. Общества, которое возводили излишние или даже абсолютно бессмысленные жертвы в культ. Сравнение с жертвами во славу древних богов, с японскими пилотами-камикадзе в наличии. С другой стороны, все неодназначно. Жизнь обычных граждан, хоть и не утопия, но и не Мордор. И люди, готовящие смертников самых разных профилей и вправду верят, что поступают во благо. Верят, что «лучше умереть героем, чем жить посредственностью». | ||||
| ||||
«Т» |
| |||
voroncovamaria, 06 февраля 2014 г. в 13:11 | ||||
Пелевин — писатель поколения отчаяния. Ницше и Камю считали, что человек живет с ощущением отчаяния с момента осознания факта смерти бога. Нет! О подлинном отчаянии эти европейские господа еще не знали. Полный крах наступил, когда нам пообещали вместо веры рай на земле, а потом коммунистический эдем на земле атеистов тоже отменился. Современник не верит уже не только в бога, он не верит и в возможность построения гармоничного общества. Нам ничего не оставили, кроме скепсиса. Мы можем лишь иронизировать по поводу наивности Достоевского. Авторы поколения отчаявшихся похожи. Стабильного не существует, быть в чем-то непоколебимо уверенным может только идиот. Здесь писали, что Пелевин высмеивает Толстого. Автор графа не высмеивает. Он высмеивает стереотипы и восприятие Толстого обывателем. Отмечу, что Пелевин на этой стезе не первый. В «застойные годы» сформировался жанр, ставящий вопрос о неприкосновенности авторитетов в литературе. Возможно, писатели дружно прореагировали на программу по предмету «литература», на тенденцию навязывать нам единственную трактовку произведения. Как реакция на этот феномен появились роман об идиоте у В. Ерофеева и фильм «Даунтаун» Бондарчука — Охлобыстина. Свое осмысление детища Достоевского подали под соусом из шуток. Пелевин подхватил тенденцию, но он играет не с сюжетом романа Толстого или другого маститого писателя, а с биографией Льва Николаевича. Я смеялась, когда смотрела «Даунтаун». И смеялась, читая «Т». Ни уважение к Толстому, ни любовь к «Идиоту» не пострадали от того, что я приняла условия игры Охлобыстина и Пелевина. Что до методов последнего, то играет он с архетипами, а это легче, чем написать портрет или биографию разнопланового и сложного человека. «Т» — фантасмагория, и мне кажется, что начитался Пелевин «Ста дней одиночества» или «Полковнику никто не пишет» и решил, что и сам легко создаст иную реальность. Опасность произведений Сорокина, Вик. Ерофеева и Пелевина в том, что их книги могут попасть в руки к читателю, не знающему лит. классику и культурологию. Чтобы адекватно воспринимать Пелевина, необходимо иметь багаж. Малообразованному человеку читать его будет не очень-то и интересно: он не заметит цитат, аллюзий и растеряется. Коротышка, плюющийся ядовитыми колючками в «Т», заставляет вспомнить Конан Дойля, диалог Толстого с дьяволом напоминает разговор с чертом в «Братьях Карамазовых». И по всему пелевинскому творчеству рассыпаны подобные цитаты. Пелевин — логик. Когда он замечает, что надо рубить соблазняющий орган, а не палец, чтобы боль отвлекла от похоти, — не возразишь. Но этот логик живет в сумасшедшем мире, и кульминация абсурда наступает, когда лошадь начинает читать стихи. Мне понравились страницы, на которых Пелевин говорит о мировоззренческих проблемах: о религии, о личности человека. Иногда кажется, что он продолжает иронизировать, но это уже не высмеивание. а отчаяние и боль. Например, он описывает яд, являющийся лакмусом, помогающим отделить истинно верующих от слабо или неистинно верующих. Верующие неуязвимы для отравы, а неверующие гибнут. Грустная это шутка. Христианство никогда не обещало дать обереги, помогающие выжить в физическом мире. Пелевин принадлежит к поколению детей атеистов, поэтому для него актуально путать благополучное выживание на земле с готовностью верующего погибнуть и обрести вечную жизнь. Продукт коммунистического общества не верит в жизнь души на небе и желает уцелеть и сохранить здоровье с помощью веры, но здесь. Особенно жестко он расправляется с модой на эзотерику и буддизм. Запоминается картина пребывания Т на заснеженных берегах Стикса и жертвы Цербера, попытавшиеся воскреснуть. Пережив агонию, персонаж все-таки вырвался в продолжающуюся жизнь. Талантливо описан процесс мышления, когда мы порождаем интерьер, и предметы растворяются, поскольку мы перестали думать о них. А вот личность у писателя лишена воли и цельности. Действует не человек, а страсти, поочередно толкающие на противоречивые поступки. А писатель по-пелевински, это этакий сатана, создающий мир, в котором живут души Толстого и Достоевского. Сам персонаж «Т» считает, что роман Пелевина — тот ад, в котором душа Толстого скитается после смерти . Десятку я не поставила по причинам субъективной и объективной. Субъективная — «не моя» это все-таки литература. Объективная — Пелевин иногда перегибает палку и ударяется в ёрничанье. | ||||
| ||||
«Empire V» |
| |||
anagor1, 01 декабря 2012 г. в 22:59 | ||||
В одном из своих интервью Пелевин заявлял, мол, литература настолько полна традициями, что куда ни плюнь — в какую-нибудь да попадешь. Увы, я не особо начитан, поэтому не всегда понимаю, кто куда плюнул и в кого при этом попал. Но что автор плевать хотел на всех — это мне стало ясно задолго до середины романа. «Empire V», по мнению большинства рецензентов, глубоко философична, причем (если суммировать мнения) написана в лучших как негативистских, так и, одновременно, позитивистских традициях. Хотя мне лично кажется, что подобное переосмысление традиционных представлений о сути бытия, масонства и вампиризма указывает лишь на трепетное до дрожи отношение автора к красной жидкости. К своей собственной… О да, пожалуй, источников у романа много (впрочем, автор может с не меньшим основанием утверждать, что ни одного), зато составные части явно две, пусть граница меж ними условна. Первую часть следует, пожалуй, назвать «Ампир В», и посвящена она, по сути, стройному и последовательному изложению теории Всеобщего Гламура и Дискурса. Вторая часть – «Пятая империя», представляет собой куда менее стройную подставу данной теории под сомнение. Первая часть – чертовски (или вампирски?) красивая безделушка. Прелесть просто! Игра слов – блеск! И образы, образы! Ах, земляные самолеты – чудесно, чудесно! Но позвольте, где ж вы нашли глубокую философию? Сплошной форс! Вторая же часть не вызывает ничего, кроме чувства легкой брезгливости. Вплоть до ощущения, что автору роман просто надоел, — но издатель требует, сроки поджимают, и надо как-то все-таки эту дрянь дописать. В целом же впечатление таково: сосуд дизайном вычурен, но пуст. Полюбоваться можно под настроение. Утолить жажду — нельзя. Ну и потом, наш мир, конечно – говно, спору нет, но коли уж об этом писать… в общем, четырнадцатый том сочинений Боконона (см. Курт Воннегут, «Колыбель для кошки») гораздо лаконичнее. Скажем, с достоверностью персонажей у Пелевина беда полнейшая. Ни с того ни с чего IQ главного героя прыгает пунктов на 50 туда-сюда… Видимо, автор полагает, что если ему настоятельно требуется в нужном месте уместно изложить очередную важную мысль – героем можно и пожертвовать, даже главным. И пусть он выглядит плоским, главное идею донести. И потом, кто знает — может, у героя стресс такой перманентный, или его внутренняя организация, сокрытая от глаз читателя, столь сложна, что он порой как бы резко глупеет, зато потом может выдать на-гора сентенцию на уровне Гете. Герой ведь... Ладно. Но «хозяева жизни» – почему они-то все такие тупые и несуразные? Ой, только вот не надо! Это вовсе не глубокомысленный высокомерный цинизм, это больше похоже на изощренную компенсацию комплекса посредственности. «Вшивый аристократизм», куриная слепота ума. Ни хрена ж себе вершители судеб человечества! С точки зрения нормального сверхчеловека — просто дебилы какие-то, блин, убогие! Говорите, это типа замысел такой авторский? Сарказм, мол, в сторону власть предержащих, коим объемность мышления только помехой? Ох, не знаю, не знаю. Мне лично всегда казалось, что, впитав до конца хотя бы одного Другого, взаправду заглянув в него, проникнув в его сердце не через посредство слов и изображений, а прямо через кровь, я немедленно пойму что-то такое страшное и прекрасное, ускользающее в обыденности, — вот прям гребануть мудрости лопатой и немедля лопнуть от обжорства (пока окружающие не лопнули от зависти). Гротеск, ехидство, сатира? Верно. И у Воннегута схожая манера, у него тоже звучат издевательские нотки, на них порой всё и строится, но получается почему-то гротескная притча, в то время как у Пелевина — кукольный спектакль. Почему? Сложный вопрос. Может, дело в хитром приеме, который использует Воннегут. В «Колыбели» Боконон посмеивается над миром, автор, в свою очередь, посмеивается над Бокононом, читатель посмеивается над всеми сразу, и в итоге всем весело до самых последних страниц. Но в коде романа вполне ожиданно, по всем канонам диалектики, минус на минус дает плюс, и гротескный пафос оборачивается чудовищной искренней горечью. И оказывается вдруг, что автор, сидевший весь сюжет где-то за кадром, делал это намеренно, ибо тем самым умудрился не замарать себя снобизмом и высокомерием. И я ему — верю. А Пелевин хихикает надо всеми и вся напрямую, без ансамбля, сам,... Поэтому и попытки противопоставить что-либо теории ГиДа, изложенной вроде бы устами «подсадных уток» (персонажей), обречены. Персонажи-то – оплощены ради связного изложения идей и мыслей автора, уши которого посему торчат на каждой странице. Читателю совершенно ясно: это она и есть, авторская позиция. Есть констатация фактов и некий стёб по оному поводу, впрочем, весьма умный и остроумный, спорить глупо. Но отстранения, отчуждения, отторжения — ни грамма, неоткуда им взяться. Какая там горечь?! Наоборот, самолюбование авторское выпирает из всех щелей. Так ведет себя умелый, сытый, всем довольный рассказчик анекдотов: ах, ах, как тяжко жить… ха-ха! И выходит, кстати, что, грязновато и во многом справедливо обложив по ходу пьесы блогосферу, автор пользуется теми же приемчиками, что и модные блоггеры… Нуивот. Знать – не значит понимать, понимать — не значит сочувствовать. Говорю прямо: автор откровенно пожалел для меня своей красной жидкости. Ему не больно, он просто стебается. Собственно, и всё. Не верю. (с) 2007 г. | ||||
| ||||
«Священная книга оборотня» |
| |||
Наталья В. В., 02 мая 2011 г. в 11:51 | ||||
Одно время я не была в восторге от Пелевина. Кое-что читала, но с некоторым недоумением от шумихи вокруг этого автора. Но роман «Священная книга оборотня» меня просто перевернул. С некоторыми книгами устанавливается необъяснимое родство, происходит словно бы некая химическая реакция между автором и читателем. И своё впечатление невозможно передать другому, расхваливать или ругать бессмысленно. Люблю эту книгу, перечитываю регулярно, почти каждый год. Афористичный, отточенный текст давно разобран на цитаты в записной книжке. Об этом романе трудно писать, настолько личным получился отклик на него. Очень ценю в «Священной книге оборотня» сплав лиризма с неповторимой пелевинской иронией и чёрным юмором. Говорят, что Пелевин писал эту книгу под влиянием любви, и это чувствуется. Он добавил лирики в свой фирменный стиль, как добавляют новую ноту в привычный аромат, и получил аромат неповторимый — такая у меня устанавливается ассоциация. Благодаря тому, что героине две тысячи лет (и это только те годы, что она с лёгкостью может припомнить), в книге достигается своеобразный эффект надмирности — сколько всего произошло, сколько перевидено, и всё то же, и мир не меняется, и не меняются его законы. Отсюда тот широкий, обощающий взгляд на историю, в том числе и нашей страны, который так нравится мне в романе. Отдельная тема — вплетение волшебства и фантастики в нашу историю, творимую существами, у которых настольная книга «Русские народные сказки». А чего стоит упоминание о знаменитом Шарикове Полиграфе Полиграфовиче, и как вплетены в историю страны его деяния! Может быть, так и следует писать о нашей с вами действительности, о которой складываются анекдоты «живу как в сказке: чем дальше, тем страшнее», а документальные книги пускай пишут потомки. Но центральная тема романа всё же тема любви, и надо отдать должное Пелевину: он сумел сказать здесь новое слово, такой любви в русской литературе ещё не было. Нет ли в душе каждой женщины частички вечности? Ведь не случайно Лиса А оборотень по природе своей, а Саша Серый становится оборотнем в течение короткого цикла человеческой жизни, и разница между мужчиной и женщиной сравнима с разницей в возрасте между этими двумя существами. Кроме того, роман встраивается в своеобразный цикл, на его фоне интересно перечитывать повести «Принц госплана» и «Проблемы верволка в средней полосе», в которых тоже действует оборотень Александр. Читать «Священную книгу оборотня» можно всем, но особенно стоит это сделать тем, кто от природы одарён слегка ироничным взглядом на мир, чувством юмора и склонностью к философствованию. | ||||
|
Страницы: [1] 2 3 4 5 . . . 32 33 34 35 36 (+10)» (+25)»»